Бобби чувствовал неимоверную усталость. Он вымотался окончательно, сил не было, ни душевных, ни физических. Они лежали в кровати втроем – Бобби, Сьюзен и… Стивен. Тело Бобби требовало отдыха, сна, но мозг лихорадило.

Им дана короткая передышка. Эту ночь они проведут как настоящая семья, вместе. Но на этом все и закончится. Бобби такого просто не выдержит. Утром позвонит агенту Коутсу.

Его что-то насторожило, даже испугало. Наверное, он задремал, ему просто казалось, что он не спит. И сквозь сон услышал шум.

Он лежал в темноте и прислушивался. Но слышал только мерное дыхание Сьюзен и Стивена.

Чем дольше он вслушивался в тишину, тем спокойнее казалось все вокруг. Он взглянул на панель сигнализации на стене.

Сердце забилось в тревоге – вместо красного огонька горел зеленый. Он забыл включить эту треклятую сигнализацию.

Бобби спустил ноги с кровати – надо пойти и все сделать как полагается. И тут же, не успев встать, замер. На этот раз ошибки быть не могло – он слышал шум.

Где-то внизу открылась и снова закрылась дверь.

Это Джейкоб посоветовал влезть через подвальное окно. В таких больших домах всегда есть сигнализация, сказал он Сэмюэлу, но в подвал ее обычно не проводят.

Светя себе фонариком, Сэмюэл осторожно подошел к деревянной лестнице, ведшей из подвала. Он старался ни на что не отвлекаться. У него важное дело. Босс велел, а с Боссом не спорят.

Ступени заскрипели. Если сигнализация есть, она наверняка установлена на двери наверху. Он быстро открыл ее и улыбнулся – все было тихо.

Но, выйдя в огромную кухню, он немного отвлекся, и дверь за ним закрылась слишком быстро. Нет, она не хлопнула, но слышно все-таки было.

Очутившись в таком громадном доме, он открыл рот от изумления. Как ему здесь отыскать Джастина?

Люди спят наверху.

Он навел лучик фонарика на коридорчик, выходивший в холл. Винтовая лестница, казалось, парила в воздухе. Он пошел по ней, нацелив пистолет наверх, откуда могли появиться те, кто захочет ему помешать.

Забери мальчика. И все. Больше пусть никто тебя не волнует. Делай то, что придется делать.

– Сам разберусь, ладно? Не мешай мне думать. Не мешай думать…

Расселл еще не закончил, а капитан Гимлер уже согласно кивал головой. Он позвонил куда-то по телефону и сказал, повесив трубку:

– Подождите пару минут, и в вашем распоряжении будет шестеро патрульных полицейских.

Расселл взглянул на часы:

– Пара минут тут роли не играет, а люди мне нужны – мало ли что.

Шаги были уже в холле.

Бобби потряс жену за плечо.

– Сьюзен, проснись! По-моему, кто-то забрался в дом!

– Что?!

– Т-сс! – Бобби схватил трубку стоявшего на тумбочке телефона, хотел позвонить в полицию, но в трубке была мертвая тишина. – Не работает!

Надо выбираться из дома, решил Бобби. Так, со стороны фасада два этажа, сзади – три, лихорадочно соображал он, думая, из какого окна прыгать.

Заднее крыльцо! Можно пробраться по коридору в детскую, оттуда спрыгнуть на козырек крыльца, с него до земли метра три, не больше. Тогда они будут спасены! Но сначала надо туда попасть.

– Пошли! – Он направился к двери. – Скорее! Другого выхода нет.

Сьюзен никуда идти не хотела, но спорить не решилась.

Она подхватила Стивена на руки, Бобби распахнул дверь и шагнул в коридор.

Сэмюэл решал, с какой комнаты начать, но тут вдруг услышал чьи-то торопливые шаги и голоса.

Он пошел быстрее, держа пистолет в вытянутой руке. Когда он потянулся к ручке, дверь распахнулась. Перед ним, в каких-нибудь полутора метрах, стоял мужчина, которого он видел в лесу. Увидев Сэмюэла, мужчина закричал, и Сэмюэл тоже закричал.

Стреляй, велел Джейкоб.

Сэмюэл, не думая, нажал на спусковой крючок.

Бобби увидел, как незнакомец поднимает руку, и почему-то сразу понял, что сейчас произойдет. Он бросился на грабителя и боднул его головой в грудь. Тело его тряхнуло, и Бобби показалось, что это гремят его кости.

Незваный гость удивился не меньше Бобби и тоже потерял равновесие. Его отбросило к перилам. Деревянные балясины затрещали, но выдержали.

Бобби схватил негодяя за грудки, потянул к себе и попытался снова бросить на перила, но теперь тот был готов к нападению, и у Бобби ничего не вышло.

– Беги, Сьюзен! – крикнул Бобби. Тут ему на голову обрушился удар, и у него поплыло перед глазами. – Сьюзен, беги!

– Я вам, черт возьми, покажу! – заорал незнакомец и бросился на Бобби.

Сэмюэл почувствовал, что после первого удара хватка у этого парня ослабла. Сэмюэл сумел удержать равновесие и вскинул пистолет, но тут увидел выскочивших в коридор женщину и маленького мальчика.

Стреляй!

– Не могу! А вдруг попаду в Джастина!

И он кинулся за ними. Он не знал, куда они бегут, почему не попробовали скрыться на этом же этаже в другой комнате, но это его не очень интересовало. Им все равно не уйти.

Женщину он остановил легко – схватил за волосы, и все.

Сьюзен поняла, что летит на пол, и крепко прижала к себе Стивена. Они упали, мальчик с криком вскочил на ноги и помчался к лестнице.

– Попался! – закричал неизвестный.

Он схватил Стивена, но мальчишка так отчаянно выворачивался, что удержать его Сэмюэл не сумел. Стивен вырвался, свернулся в клубок и покатился к лестнице.

У самых ступенек Сэмюэл схватил его за лодыжку.

– Отпусти его! – завизжала Сьюзен, как кошка прыгнула на него и впилась ногтями ему в лицо.

Ногти у нее были острые, и Сэмюэл заорал от боли. Такого сопротивления он никак не ожидал. Опять Джейкоб оказался прав. Надо было сразу стрелять. Теперь эта сучка висит у него на плечах – в нее никак не выстрелить, а малыш Джастин вот-вот уйдет.

Мальчишку хватай, черт тебя подери!

– Пытаюсь.

Но женщина его не отпускала. Чем сильнее он сопротивлялся, тем крепче она в него вцеплялась.

Сквозь застилавшие глаза слезы Сэмюэл увидел, что мальчишка уже почти на лестнице, и бросился за ним.

Он толкает ребенка к лестнице! У Бобби плыло перед глазами, но он разглядел, что Стивен вот-вот скатится со ступенек. Сьюзен вопила, Стивен заходился плачем.

Упадет с лестницы – разобьется насмерть.

Бобби, шатаясь, метнулся к мальчику и успел схватить его за пижаму, когда тот был уже на самом краю. Ткань оказалась крепкой, и Бобби удалось оттащить малыша.

– Боже мой! Бобби! – крик Сьюзен переходил в ультразвук.

Бобби развернулся к ней и увидел, что незнакомец стоит, схватив Сьюзен за горло и приставив ей к виску пистолет.

– Мне нужен только Джастин, – сказал он. – Ни вы, ни она мне не нужны. Я должен отвезти Джастина обратно.

У Бобби внутри все похолодело – он понимал, что ему не справиться.

– Прошу вас, уберите пистолет.

– Отдай Джастина – уберу.

Пьян он, что ли, подумал Бобби. Говорит как-то странно. Не то чтобы невнятно, а будто через силу. Или, может, под дозой?

– Кто такой Джастин? – спросил Бобби. Он решил потянуть время – вдруг что успеет придумать.

– Сам знаешь кто. Отдай его, и я ее не трону. – Мужчина вдавил дуло в висок Сьюзен – продемонстрировал серьезность своих намерений.

– Пусть лучше убьет меня! – крикнула, всхлипывая, Сьюзен. – Не хочу еще раз терять своего сыночка!

Бобби, тяжело дыша, смотрел то на жену, то на страшного гостя. Он никак не мог решить, что же делать.

– Хорошо, – сказал Сэмюэл. – Считаю до четырех. Потом убью ее, убью тебя, но Джастин будет мой. Отпусти его!

– Нет, Бобби, нет! Пожалуйста…

– Раз!

– Согласен! – закричал Бобби и кинулся с мальчиком к ним. – Забирайте его! А ее отпустите!

– Бобби, нет!

Стивен изворачивался и пинался.

– Бобби! – визжала Сьюзен. – Не отдавай ему нашего сыночка!

– Забирайте его! – заорал Бобби. – Немедленно забирайте и уходите.

Мужчина отпустил Сьюзен и тут же выхватил Стивена из рук Бобби.

Сьюзен кинулась на него – она готова была биться насмерть. Сэмюэл навел на нее пистолет, но Бобби бросился к жене и повалил ее на пол.

– Идите! – крикнул он. – Идите, я держу ее!

Сэмюэл попытался прицелиться, но мальчишка мешал ему.

– Слышу я тебя! – злобно огрызнулся он, и Бобби подумал было, что это он ему ответил. А потом понял, что незнакомец, забравшийся к ним в дом, ругается с кем-то другим, с тем, кого здесь нет.

– Самое главное – это мальчишка! – убеждал он невидимого собеседника. – Ты сам так говорил. Я его забрал и сейчас отвезу назад.

Он кричал, спускаясь по лестнице, кричал во дворе, и только оглушительный визг Стивена (или Джастина) заглушал его слова.

Бобби и не догадывался, что его жена такая сильная. Он с трудом ее удерживал – она сопротивлялась, как необъезженная кобыла на родео. Вырывалась, царапалась, даже пыталась его укусить.

– Прекрати, Сьюзен! Хватит!

– Сыночек мой! Ты отдал моего сыночка! Его забрали!

– Это не наш сын, Сьюзен! Этот мужчина убил бы тебя и все равно бы его забрал!

– Отпусти меня! – Она умудрилась высвободить руку и лупила его по лицу, по голове. Бобби уже не в силах был сопротивляться – запал вышел. Он отпустил ее – будь что будет.

Сьюзен не медлила ни секунды. Вскочив на ноги, она кинулась, перепрыгивая через ступени, вниз по лестнице.

Выбежав на крыльцо, она закричала в ночную тьму:

– Отдай его, подонок! Отдай моего сыночка!

Расселл Коутс сел в головную машину, за рулем которой был капитан Гимлер. Всего из Клинтона выехало четыре патрульных машины. Прием у сотового здесь был слабый, и Коутсу, пока он расспрашивал Чака о состоянии Тима Берроуза, пришлось другое ухо зажимать рукой.

Гимлер подождал, пока Расселл договорит, и спросил:

– Как у него дела?

– Пока непонятно. Рана серьезная, весь живот разворотило. Он еще в операционной.

Гимлер покачал головой:

– Жуткая история… Вы считаете, люди, к которым мы сейчас едем, имеют к этому отношение?

– Интуиция мне подсказывает, что да. Думаю, Мартины вляпались в какую-то малоприятную историю.

Несколько минут спустя полицейские машины с включенными мигалками окружили дом Мартинов.

– Ваш выход, агент Коутс, – сказал Гимлер.

Расселл кивнул и, поднявшись по ступеням, позвонил. Прошло десять секунд, и он взялся за дверной молоток.

– Роберт Мартин! – крикнул он. – Это ФБР. У меня ордер на ваш арест.

Ответа он дожидаться не стал. Раз подозреваемые и теперь не открыли, то и черт с ними.

Двое полицейских навалились на дверь и одним ударом выбили ее. Градом посыпались осколки стекла, полетели щепки.

Через две минуты предварительный осмотр был завершен. В доме никого обнаружено не было. Значит, я их спугнул, решил Расселл. Так, куда бы я на их месте попробовал скрыться?

– Капитан Гимлер! – крикнул полицейский откуда-то сверху. – Думаю, это вас заинтересует.

Все взглянули на площадку второго этажа.

– Вот тут след от пули, и, похоже, здесь была драка.

Сэмюэл стукнул то мешку фонариком, и визг прекратился.

– Не делай так больше! – буркнул он сердито. – Сиди тихо, не мешай. Это игра такая, понял? Я тебе зла не хочу. Я никому не хочу зла. Ты только не ори.

Почему они называли мальчика Стивеном? Настоящее же его имя Джастин, так зачем Стивеном называть? Непонятно.

И вообще, много чего непонятно. Зачем Джейкобу понадобилось умирать? Победил бы того типа и сам бы дальше разбирался с Боссом. Сэмюэл этого терпеть не мог. Стоило ему подумать про Босса, и сердце начинало бешено колотиться.

В те дни, когда Сэмюэл позволял себе быть совсем честным, он очень хорошо понимал, что за дела у Джейкоба с Боссом. Он знал, что иногда Джейкоба посылают убивать плохих людей. Только в истории с Джастином разобраться не мог. Джейкоб говорил, что это игра такая. Но Сэмюэлу не понравилось, что мальчика сунули в мешок, а потом посадили в яму. Совсем это ему не нравилось. Он не мог точно сказать, так ли крепко он спал, когда мальчик первый раз убежал.

Сейчас, опять подумав об этом, он почти вспомнил, что видел, как мальчик вылезает из ямы и несется в лес. Вспомнил, что подумал, хорошо бы он сумел убежать.

Ясное дело, это было до того, как Джейкоб пришел и увидел, что мальчика нет. Он тогда страшно рассердился и велел Сэмюэлу стоять тихо, а сам пошел и получил пулю.

Это были плохие воспоминания, но что-то не давало ему о них забыть, что-то говорило ему: не надо снова ехать в тот самый лес.

Судя по всему, драка здесь произошла нешуточная. Перила наверху были расшатаны, да и след от пули на дверном косяке многое Расселлу рассказал. Очень его заинтересовали и пакеты с новехонькой детской одеждой и игрушками.

– Какие у вас на сей счет теории? – спросил Гимлер. – Вы как думаете, это Мартины стреляли или кто-то стрелял в них?

Вопрос интересный. Расселл все никак не мог найти связь между похищением и этой стрельбой. Можно предположить, что Мартины сами напали на непрошеного гостя, но также можно предположить, что этот непрошеный гость напал на них и собирался их убить. Правда, в таком случае вставал еще один вопрос: почему он не выполнил задуманного?

– Даже не знаю, что сказать. – Расселл помассировал переносицу – очень уж головная боль одолевала. – Вот если бы я мог в одно мгновение оказаться сейчас в Питтсбурге… Похоже, разгадку искать надо именно там.

– Сколько туда ехать? Часа четыре, пять?

– Около того. Но я с ног валюсь. Пока пару часов не посплю, за руль не сяду.

– Можем вас туда доставить, – предложил Гимлер.

– Ну что вы! Посылать полицейского в такую даль только для того, чтобы дать мне поспать в машине?

– Я не машину имел в виду. Как насчет вертолета?

– Мы вернем его, Сьюзен! Клянусь тебе.

Она отказывалась с ним разговаривать. Молча смотрела в окно, в темноту.

– Сьюзен! Он бы тебя убил!

– А теперь убьет Стивена. Господь…

– Да, знаю, Господь послал нам его. Но из этого не следует, что можно просто взять и присвоить себе другого человека.

– Ты сам человека убил. Вот в чем дело. Не во мне, не в Стивене. А в том, как тебе разобраться с тем, что ты убил полицейского.

– Он не был полицейским, – сказал Бобби.

– Откуда ты знаешь?

– Наверняка я этого не знаю. Но об этом никто не упоминал. В новостях ничего не было, и этот тип из ФБР, который днем приходил, тоже ничего такого не говорил. Будь он на самом деле полицейским, мы бы уже об этом знали.

– Тогда кто же это был?

– Этого я не знаю. А ты помнишь, как мы с ним дрались в лесу? Помнишь, он все звал какого-то Сэмюэла? Думаю, этот самый Сэмюэл и приехал забрать Стивена.

Сьюзен испуганно взглянула на него:

– Зачем?

– Полагаю, чтобы завершить дело, начатое его дружком. Дело, которому мы помешали.

– Но у этого дружка был значок полицейского.

– И что из этого? Значок может оказаться у кого угодно. Сходи на распродажу в армейский магазин, и у тебя такой будет. Если я прав, получается, что человек, которого я убил, был похитителем. Стрелял он не затем, чтобы мальчика защитить. Он хотел забрать его себе.

– Так ты поэтому решил, что они едут обратно в лес? – спросила Сьюзен. – Они хотят довести дело до конца?

Бобби кивнул:

– Да. Ты слышала, что Сэмюэл сказал Стивену? Он сказал, что отвезет его назад. По-моему, назад – это туда, где все это началось. Уж не знаю, что должно произойти, но случится это именно там. Надеюсь, в том самом заповеднике.

Они долго ехали молча, а потом Сьюзен спросила:

– Может, стоит позвонить в полицию?

Бобби горько усмехнулся. Десять часов назад она такого не предлагала.

– Нет, поздно. Если мы сейчас обо всем заявим, нас вызовут и начнут допрашивать. А времени на это нет.

Они ехали дальше, дороги становились все уже, леса все гуще, и Сьюзен поймала себя на том, что неотрывно смотрит на Бобби. Какой у него суровый вид – прежде, пока Стивен не погиб, она никогда не видела на его лице такого выражения, а теперь, кажется, оно другим и не бывало. Это о многом говорило. Он из последних сил старался, хотел быть ей опорой и поддержкой, и Сьюзен вдруг поняла – она требовала столько внимания к себе, что у него не оставалось времени на собственное горе. И все то, что раньше она видела как в тумане, встало на свои места. Она впервые подумала о том, что пережил он за эти несколько часов, за эти недели. И жива она только благодаря тому, что он самоотверженно встал под дуло пистолета, заслонил ее собой. Произошло вот что – он не предал Стивена, он хотел спасти ее.

И теперь он, напуганный не меньше, чем она, едет в ночи спасать маленького мальчика, совсем незнакомого мальчика.

– Знаешь, – сказала она, – я очень тебя люблю.

– И я тебя люблю. – Он заставил себя улыбнуться ей.

– Я сегодня вела себя как последняя идиотка.

– Разве? – спросил он и теперь улыбнулся искренне. – А я и не заметил.

День Сары Роджерс начался с того, что в заповеднике обнаружили труп и поднялась страшная суматоха, но, как выяснилось, неприятности на этом не кончились. Через десять минут после того, как агент Коутс отбыл из заповедника, ей сообщили, что на южной окраине леса, площадь которого составляла тридцать тысяч гектаров, начался пожар. Холодный фронт принес дождь, но выгорело больше восьми гектаров.

Но и это было не самой большой неприятностью. Из метеоцентра сообщили, что ночью температура упадет до минус двадцати пяти и к утру толщина снежного покрова достигнет двадцати сантиметров.

Нужно будет помогать туристам, людей хватать не будет, и Саре придется вкалывать шестьдесят часов в сутки. Въезжая на стоянку у конторы, она с тоской смотрела на огромные снежинки, кружившие в свете фар.

Лесник Гарднер Блэквелл, заметив Сару, оторвался от бумаг и сказал, широко улыбнувшись:

– Кофе на плитке. Только что сварил.

– Гард, ты мой спаситель! – Сара налила кофе в белую керамическую кружку и уселась за стол напротив Гарднера.

– По-моему, тебе давно пора пойти поспать.

– Мне было пора поспать часов двенадцать назад. Теперь уже поздно.

Они оба усмехнулись, и Гарднер сменил тему:

– Да, чуть не забыл! Надо повесить новую цепь при въезде на Челленджер-трейл. Опять ее сорвали.

Сара никак не могла вспомнить, где эта тропа – Челленджер-трейл.

– Она идет от Поуайт-трейл. Выходит на шестьсот тридцатое шоссе.

Ах, да! На что только люди не идут, лишь бы сэкономить несколько долларов.

– Завтра на летучке объяви: пусть в ближайшие дни за пропусками следят строго. Никому никаких поблажек. Кто мог цепь сорвать? Есть предположения?

– Я решил, дети баловались. Думаешь, это как-то связано с убийством?

– Думаю, мне надо сообщить об этом агентам ФБР. Что говорят патрульные о состоянии дорог?

Гарднер встал, взял ее пустую чашку, отнес к плите.

– Молчат, из чего я делаю вывод, что все пока более менее. Спрошу, когда в следующий раз выйдут на связь.

Он не стал спрашивать, хочет ли Сара еще кофе, – она уже крепко спала.

Сэмюэл понял, что забыл положить обратно в багажник кусачки. Если цепь на въезде заменили, придется искать другой выход, и очень быстро. Свернув с шестьсот тридцатого шоссе, он чуть не вскрикнул от радости, увидев, что заградительная цепь валяется в грязи там, где они ее бросили.

Он попробовал выключить фары, как прошлой ночью сделал брат, но чуть не врезался в дерево и снова их включил. Метров через пятьдесят он понял, что и их света недостаточно, поэтому остановил фургон, выключил мотор.

Обойдя машину, он открыл дверцу, взял мешок, опустил его на мокрую землю.

Пока он развязывал веревку, мальчик не шевелился, и Сэмюэл забеспокоился, не слишком ли сильно он стукнул Джастина. Но, открыв мешок, он увидел, что все в полном порядке: мальчишка лежал на боку, с широко открытыми глазами и сосал палец. Сэмюэл присел на корточки.

– Привет, малыш! – сказал он бодрым голосом. – Мы почти у цели. Ты ведь сегодня будешь хорошо себя вести, да?

Джастин не сказал ничего. Даже не взглянул на Сэмюэла.

– А теперь вставай, ладно, Джастин?

Мальчик опять не ответил, и Сэмюэл сам его поднял. Его крохотная попка умещалась на ладони Сэмюэла целиком, голова лежала на плече.

Джастин пах так, как пахнут все дети. Детская присыпка – вот это что. Этот замечательный запах пробудил в Сэмюэле давно забытые воспоминания. Сколько лет уже, ложась спать, Сэмюэл думал только о заданиях, которые они с Джейкобом выполняли. Все эти люди были плохие, думал он. Босс говорил, с ними надо разобраться.

Но что это за игра такая, когда маленького мальчика опускают в могилу? В мозгу Сэмюэла зазвучал новый голос. Его собственный.

Пробираясь по лесу, Сэмюэл крепко прижимал мальчишку к груди. Его крохотное тельце била дрожь.

– Ты замерз?

Глупый вопрос. Конечно, мальчик замерз. Снег идет, а он в одной пижаме! Сэмюэл расстегнул молнию, накрыл Джастина полой куртки.

– Еще чуть-чуть. Еще чуть-чуть пройдем, встретимся с Боссом, и все будет замечательно.

Босс сделает ему больно. Это сказал голос Сэмюэла.

– Нет, не сделает, – возразил Сэмюэл вслух. – Он никому не будет делать больно. Он сам так сказал. Правда, Джейкоб?

Он ждал ответа, которого не последовало.

Телефон зазвенел так пронзительно, что Сара чуть не свалилась со стула.

– Говорит Сара Роджерс. Кто это?

– Джерри Бартлетт, от входа номер четыре. Подумал, тебе интересно будет узнать, что твой любимый «эксплорер» вернулся.

Сон как рукой сняло.

– Тот самый, вчерашний?

– Ну да. Они уже въехали в ворота, поэтому, куда направились, непонятно, но я все равно решил тебя известить.

Она ушам своим не верила. Неужели преступники возвращаются на место преступления?

– Спасибо. Джерри, слушай меня внимательно. Ты должен позвонить в одно место. – Она достала из кармана визитку и продиктовала номер. – Позвони по этому телефону, повтори им все, что сказал мне, а потом иди к Поуайт-трейл и жди меня там.

Повесив трубку, она повернулась к Гарднеру:

– Бери дробовик. Похоже, вечерок предстоит насыщенный.

Вертолет летел по ночному небу. За Синим хребтом ясная прохладная погода резко переменилась. Небо, еще недавно испещренное звездами, стало серым и тусклым, прожектора вертолета не пробивали толщу туч.

На сей раз Расселл сидел сзади и встревоженно заглядывал пилотам через плечо.

– Вы уверены, что мы вне опасности?

Полицейский в форме, сидевший справа, – это был командир экипажа – повернулся к Расселлу:

– Агент Коутс, не стоит так напрягаться. Погода не самая благоприятная, но вам беспокоиться не о чем.

Расселл всегда восторгался умением летчиков преуменьшать опасность. Но и нотки раздражения в голосе отвечавшего он отметил. Ведь летят они в такую мерзкую погоду исключительно ради него.

По последним сведениям, полученным Расселлом, Тима Берроуза уже прооперировали и врачи сказали, что надежда есть. Расселл, узнав это, прочел благодарственную молитву.

– Агент Коутс! – раздался в наушниках голос пилота. – Поступил звонок, ищут вас. Соединяю.

В наушниках что-то затрещало.

– Агент Коутс? Говорят из диспетчерской аэропорта Чарлстона. Вам сообщение из управления. Лесник Сара Роджерс доложила, что «эксплорер» Мартинов замечен в заповеднике Катоктин.

Изумлению Расселла не было предела.

– Сэр, вы меня слышите?

– Так точно, слышу. Спасибо вам большое.

Снова послышался треск, связь прервалась. Да, чертовски интересно. Почему после того, как на них напали, они отправились в заповедник?

– Знаете что, друзья, – сказал он шепотом, – придется изменить маршрут.

Из-за снегопада ориентиров, которые Бобби запомнил по прошлой ночи, было не разглядеть. К тому же стало заметно холоднее, куртка, конечно, грела, но он жалел, что не взял шапку.

– А что, если он поехал совсем не сюда? – спросила Сьюзен, когда они вышли на тропу Поуайт-трейл.

– Наверняка сюда. – Бобби надеялся, что уверенность ему поможет и все будет так, как он предположил.

Логика, которой руководствовался Бобби, была проста: прошлой ночью Стивен прибежал к ним сверху, а значит, то, что с ним приключилось, произошло где-то выше по склону. Он решил, что надо идти туда и ждать. Вот и все. Но теперь, когда они очутились здесь, решение не представлялось слишком уж очевидным. Этот лес и среди бела дня огромен, а ночью, да еще в снегопад, он кажется бесконечным.

А что, если похититель совсем не сюда поехал? Вдруг он отправился в аэропорт?

Эти мысли мучили его, пока они поднимались по крутому склону. Если он ошибся, что ж, остается одно – звонить в ФБР.

А за Стивена остается только молиться.