Лита вышла из ШТ, Джон Смит Железный Глаз шел рядом. Она все не могла забыть взбешенное выражение лица Арфа Хелстеда. Он не скрывал, что ему совсем не нравится присутствие дикого романана на мостике.

— Джон, ты не мог бы подойти сюда? — спросила Лита. — Мы должны поговорить. — И она увела его в сторону от ШТ.

— Первый раз мы одни со времен лагеря Гессали.

— Мне нужно поговорить с тобой о других вещах, — тихо сказала она.

— Хорошо, — его настроение изменилось, когда он увидел ее расстроенные глаза.

Лита на ходу взяла его теплую руку в свою.

— Ты знаешь, что мы пытаемся превратить пауков и сантос в союзников?

— Без особого успеха, — он вздохнул и кивнул. Они шагали в ногу. — Между Пауком и Хейсусом столько крови, столько различий. Нельзя так быстро избавиться от привычных войн и набегов. Не рассчитывай на чудо. Романаны ненавидят друг друга больше, чем звездных людей. Мы перережем друг другу глотки, если этого не сделает Ри.

— Может, и нет. — Лита остановилась и повернулась, чтобы прижаться к нему и заглянуть в его глаза. — Рита с Филипом держат связь с сантос. Рита уже почти месяц обучает воинов сантос вместе с пауками.

— Что? Здорово! — Джон гикнул, оторвав ее от земли. — Почему ты мне раньше ничего не говорила?

— Никто не спорит, это хрупкий союз. У Риты постоянно возникают проблемы, но все… — Она остановилась. Качая головой, она, нахмурившись, вглядывалась в его лицо. — Джон, это не так просто. Я должна сказать тебе. Это было необходимо. Черт, я что-то… — она закрыла глаза.

Его руки ободряюще согревали ей плечи.

— Ты не доверяешь сантос? В этом дело? Я не виню тебя, но мы продвигаемся. Мы не можем победить без…

— Джон, — она прижалась к нему, с трудом проглотив слюну, — Филип и Рита… им пришлось заключать союз через воина сантос, которого ты поклялся убить. Ты дал клятву кровной мести… теперь с этим придется подождать. Если ты убьешь Большого Человека при первой же встрече, весь союз развалится у нас на глазах. Начнется открытая война между сантос и пауками. Ты понимаешь? Я ужасно боюсь!

Его глаза стали холодными. Около рта перекатывались желваки. Она видела, как его душа превращалась в лед.

— Джон, пойми, другого выхода не было! — умоляюще сказала она. — Думаешь, это так легко для Риты — или для меня — или для Филипа? Отвратительно иметь дело с этим ублюдком! Мы были вынуждены это сделать! Просто вынуждены! — «А о других условиях Большого Человека я ему расскажу потом».

Железный Глаз закинул голову и, напрягшись, сжав кулаки, с перекошенным лицом заполнил легкие воздухом. Лита не отпускала его. Она чувствовала, как его вздувшиеся мышцы перекатываются от гнева под кожей.

Он не мог ни о чем думать, задыхался, хрипел, он моргал, пытаясь сдержать слезы бессильного гнева.

— Почему? — вдруг спросил он у пасмурного неба сдавленным голосом. — Паук, ты смеешься надо мной! Ты бросаешь мне в лицо тот же совет, который я давал другим! Почему я никогда не могу воздать этому мерзкому подонку по заслугам? Теперь я должен называть его другом? Никогда! — прогремел он.

— В противном случае ты разрушишь Мир, — донесся голос Литы откуда-то из-за пределов его муки. Почему Паук сыграл с ним такую страшную шутку? А его честь — его долг? Призрак Дженни жалобно плакал в его подсознании.

Побежденный и опустошенный, он на нее посмотрел сверху, поражаясь цвету ее глаз, так непохожих на глаза его народа. Эта звездная женщина спасла ему жизнь. «И я обязан ей не меньше, чем Дженни, — даже больше». Она сражалась за него с вооруженным сантос. Теперь она сражается за народ.

«И сейчас я снова должен сделать выбор. В пользу Литы. В пользу народа. В пользу моих собственных слов, с таким пылом сказанных другим».

Как бы в противовес этому, в его памяти всплыло нежное лицо Дженни. Она могла бы столько сделать для него? Она могла бы заставить себя промывать его раны, ухаживать за его телом, вытаскивать его из ущелья, сражаться с медведем? В глубине его создания эхом отдавалось гулкое нет.

Дженни бы умерла от одной мысли о том, чтобы остаться наедине с мужчиной, который был для нее табу. Она бы скорее дала ему умереть, чем притронулась к нечистому телу. Она бы спряталась за его спиной на волокуше, считая, что он должен убить медведя, так как это входит в его мужские обязанности.

«Мой народ, что мы с тобой сделали?»

Густеющий туман грусти обволакивал ярость, делая все одинаково непонятным. Все то, что человек считал реальным, больше не существовало. Знакомая вселенная расплывалась и таяла.

— Для тебя я могу это сделать, — расстроенно сказал ей Железный Глаз, — для тебя я могу сделать все, что угодно. — Он торжествующе улыбнулся ей, несмотря на то, что все перемешалось в его душе.

Ее глаза сверкнули в ответ.

— Я знала, что ты сможешь, — прошептала она. — Я боюсь за тебя, Железный Глаз. Ты такой сильный. Я удивляюсь, как ты все выдерживаешь, не ломаясь и не озлобляясь.

— Я буду сильным ради тебя. Я не хочу потерять тебя, — эти слова вылетели неожиданно, и его сердце похолодело. «О, Дженни, я предал тебя!» — подумал он.

Затем Лита притянула его голову к себе. Что-то внутри него как бы вскрикнуло от наслаждения, и его сердце забилось так громко, что он испугался, что она услышит. Они были вне видимости ШТ, который находился за грядой. И все же он отпрянул: он так сильно желал ее, что боялся за себя.

Ее кожа разрумянилась, дыхание участилось. Глаза наполнились восторгом.

— Мы потеряли слишком много времени на тропе, Джон, — с сожалением произнесла она. — Я не знала, что так полюблю тебя.

Он снова направился по направлению к «Пуповине».

— Почему меня, звездная женщина? Полковник Ри очарован тобой. Ты могла бы иметь сколько угодно звездных мужчин. Зачем тебе примитивный воин, на котором кровь стольких людей? Я невежествен, знаю только войну, лошадей и ружья. Я даже не умею читать! — его глаза испытующе всматривались в нее.

Она поджала губы.

— Потому что ты сильный, Железный Глаз. Я знала слишком многих мужчин, которые не верили в себя, в жизнь, в честь, в будущее. Ты неповторим настолько, что меня пробирает дрожь, когда я думаю о тебе. Ты никогда нигде не был, но ты знаешь, что значит жить. — Она подняла голову, искоса поглядывая на него. — Так ты не умеешь читать? Научись.

Он почувствовал в этом вызов. Он уже изумил стандартный. Так легко было учиться во сне при помощи записей. Неужели научиться читать так трудно?

— Я научусь читать, — сказал он, утвердительно кивнув.

Она нахмурилась.

— Моя очередь обучать, а?

Он позволил себе обнять ее.

— Директорат может дать моему народу много полезного. Ваши знания не сравнить с нашими.

— Ты увидишь, — предупредила она. — Директорат загнивает. Разложением пропитана не только жизнь каждого, но и каждая мысль или стремление. Ты учишь меня тому, что жизнь и лучшем случае неоднозначна и что люди должны прилагать больше усилий — узнавать, кто они и что из себя представляют. Я знаю людей, которые подобны личинкам, мягким, рыхлым, барахтающимся в вонючей плоти мертвого общества. Я когда-то была такой, — она задумчиво улыбнулась, перебирая волосы скальпа, который она прикрепила к поясу, вызвав досаду Хелстеда и зависть его десантников.

— Значит, ты бросаешь вызов своему собственному народу, звездная женщина. Почему? — он над этим часто задумывался за эти последние несколько недель. — Если мы вырвемся, то удержимся ли?

— Для их же пользы! — прозвучал ее голос. — Здесь, на Атлантиде, есть многое, чего не хватает моему народу. Мы утратили свой путь, своего Бога, свое предназначение. Может быть, Паук вернет нам все это! — Она посмотрела на него, в ее глазах горел огонь.

— Все же они могут уничтожить нас прежде, чем мы вырвемся, — мрачно напомнил он.

— Могут, — согласилась Лита. — Мы об этом узнаем после встречи. Ты замечательно одурачил Ри. Как «директор» пауков, ты не дал событиям выйти из-под контроля. Ри думает, что я самое драгоценное, что у него есть, конечно, после неограниченного кофе. Мы выиграли время, остудили горячие головы и усыпили десантников. Но теперь времени в обрез.

Часовой окликнул их и спрыгнул со скалы. Железный Глаз не знал его. Он был одет в цвета сантос. Человек увидел волосы Литы и быстро отдал честь. К удивлению Джона, он приветствовал их на стандартном и сделал знак, чтобы они прошли.

— Стандартный? — озадаченно спросил Джон.

— Конечно, — торжествующе улыбнулась ему Лита. — Практически первое, что мы тайно отправили сюда, были пленки. Мы обучаем многому. Им позарез будет нужен стандартный. Большинство из них уже умеют читать. Ты был слишком занят руководством — выполнением программ, успокоением людей, стабилизацией обстановки. Твое влияние нам больше было необходимо там, — она сжала его руку. — У тебя еще будет время нагнать.

Войдя в укрытие, они ощутили небывалую активность. Везде были люди. Железный Глаз с трудом поверил в преображение былой «Пуповины» — сейчас она являла собой средоточие людей и машин. Он сказал об этом Лите.

— Это ерунда. Самое главное мод землей — в глубине «Пуповины». Эту территорию десантники могут обследовать в любое время.

Джон не мог скрыть удивления, когда они проходили через черные занавеси, маскирующие электрические огни, которые освещали обширную пещеру. Это был совершенно другой мир.

— Где вы взяли компьютеры? — изумился он.

— Выпросила у Ри, — непринужденно ответила она. — Сказала старикану, что нам нужно выяснить, смогут ли романаны научиться ими пользоваться. В конце концов, они все равно не смогут без этого обойтись, если войдут в Директорат. Должна признать, что результаты не настолько меня радуют, как бы хотелось. Но мы чего-то добились, организовав соревнование между пауками и сантос. Пока пауки впереди, но сантос догоняют.

Железный Глаз оглядел помещение.

— Что они делают? — он указал на группу скачущих, лягающихся, наносящих удары, перекатывающихся фигур.

— Рукопашный бой, Джон. Они учатся приемам правильного ведения боя. Опять же, десантники в этом сильнее. Это просто срочный минимум. Тем не менее, это может дать нам преимущество.

Филип пробирался через набор компьютеров. Вдруг он завопил и бросился на Джона Железный Глаз.

— Брат! — закричал он. — Сколько мы не виделись? Несколько месяцев. Посмотри на это! Мы полетим к звездам!

Лита в свою очередь обняла Филипа, затем что-то зашептала ему на ухо. Лицо Филипа стало серьезным, он кивнул и быстро ушел.

— Пошли, — Лита взяла его за руку, и он увидел, что ее восторг опять перерос в тревогу.

Она привела его в маленькую комнатку, вырубленную в стене пещеры. Грубый деревянный стол и несколько скамеек составляли всю меблировку. Лита жестом предложила ему сесть рядом.

— Ну, что ты думаешь?

— Я даже не мог представить себе этого. Пророки считали нужным только кивать головами на все, что бы я ни предложил, — это же само по себе удивительно. Это выше моего разумения, — его мысли смешались и ускользали, пока он пытался во всем этом разобраться.

Вся вспотевшая, Рита ввела Филипа, ее пояс с трофеями был перекинут через плечо. Очевидно, решил Железный Глаз, она была инструктором рукопашного боя. Тут же вошел юноша с котелком кофе и тонкими ломтиками мяса для бутербродов.

Рита одарила Джона улыбкой и глотнула кофе. Лита глубоко вздохнула и спросила:

— Как идут дела?

— Хорошо, — ответила Рита полным ртом. Ее черты заострились, она явно устала от недосыпания. — Мы довели некоторых ребят до того уровня, что они смогут управлять ШТ, если понадобится. Чтение и письмо с опережением графика. Что касается военной тактики и стратегии — они превзошли все наши ожидания — они понимают войну в космосе. Они очень преуспели в рукопашном бою. Обращение с бластером так себе — кажется, никак не могут понять, что нет никаких поправок на дальность и на ветер.

Это хорошие новости. — Рита проглотила кусок и запила глотком кофе. — А плохая новость это то, что наша подготовка к невесомости, мягко выражаясь, никуда не годится. Все, что у нас есть, это бассейн с водой в глубине пещеры и два костюма, чтобы попытаться в них кого-нибудь запихнуть или загнать. Если там, наверху, произойдет какой-нибудь сбой в гравитации, нам несдобровать.

— Дисциплина? — Лита подняла бровь.

— Около трех драк в день, — пробормотала Рита. — Пять убийств на почве застарелой кровной вражды. Мы казнили нарушителей воинской чести публично, как того требует устав. Стало поспокойнее — но ненависть не исчезла. Страсти кипят на медленном огне.

Лита вздохнула, похлопав Джона по колену. Тот пытался скрыть свое негодование.

— В то же время, — добавила Рита, прежде чем откусить еще кусок, — мы потихоньку перетягиваем сантос на свою сторону. Мы даем им понять, что расположены к паукам, — может, и правильно. Но у нас есть компьютеры, и у нас есть возможность получить трофей. Это уже совсем другое дело. Большой… — ее взгляд упал на Джона. — Хм, предводитель сантос…

— Я сказала ему, — тихо вставила Лита.

Рита затрясла головой, стараясь быстрее прожевать.

— Большой Человек теряет влияние. В основном ошивается в своей деревне. Там все его женщины, а мы вливаем в него столько виски, сколько он может выпить. Его влияние убывает с каждой бутылкой. Остальные сантос не дураки. Они выполняют наши приказы, с ними обращаются как подобает — а они узнают о бластерах и о том, как эффективнее воевать.

— Мы контролируем доступ к спиртным напиткам. Это должно нравиться их пророкам, — размышляла Лита.

Рита продолжала свой рассказ:

— Точно так же обращение с компьютерами хуже некуда у более старших воинов и посредственное у молодых. Я думаю, если бы было больше времени — года три, — то я смогла бы натаскать их получше. В итоге, я разделила их на группы по способностям. Если я замечаю в ком-либо особую склонность, я разрешаю им специализироваться. Короче, еще полгода, и я смогу сказать, что у нас появились какие-то шансы, — зеленые глаза Риты были задумчивыми.

— У нас не будет еще шести месяцев. — Лита была спокойна. — Честер уже на полпути к Скору Робинсону. С другой стороны, Ростовтиев и «Братство» будут здесь через три дня, — Лита подождала, пока ее слова дойдут до сознания остальных. — Понимаете, что это значит?

— Я не знаю, как это повлияет на расстановку сил, — пожала плечами Рита. — Может быть, сведет все наши усилия на нет.

Лита кивнула.

— Мы должны действовать сейчас. Завтра. Вы сможете это сделать?

Зеленые глаза Риты неуверенно блеснули.

— У нас разве есть выбор? — Джон увидел, как мышцы на ее лице напряглись.

— Как мы захватим «Пулю»? У вас был месяц, чтобы подумать над этим? Что будем делать?

Рита подняла глаза.

— Вы прощупали Ри? Где его слабое место?

— Корабль, — Лита почувствовала угрызения совести, сказав это.

Рита тут же заметила ее состояние.

— В чем дело, док? — потребовала она.

Лита беспокойно пожала плечами.

— Кажется, я предаю единственное, что в нем есть человечного, — она вздохнула. — Со стороны это выглядит, как будто берешь в заложники чью-то семью.

— Если нам нужно будет разыграть этот козырь, док… — Сарса была невозмутима. Железный Глаз весь напрягся, слушая, как две женщины решают судьбу Мира — его народа.

Лита кивнула.

— Война — ведь это ужасно, да? Насчет «Пули» есть какие-нибудь идеи? — Она с надеждой посмотрела на Риту.

— Похоже, придется захватить ШТ. Надеюсь, нам удастся это сделать, прежде чем они успеют поднять шум. Надеюсь также, что после понесенных потерь у нас останется достаточно сил, чтобы взять штурмом док. Это в том случае, если они не разнесут нас за несанкционированный выход на орбиту. Затем мы будем биться до последнего за реактор.

Лита невесело улыбалась.

— Мне кажется, я могу внести кое-какие поправки.

Рита подняла брови.

— Я вся внимание, доктор.

— Вы также вся военная, лейтенант, — Лита засмеялась над гримасой, которую она вызвала у Риты. — Что, если я доставлю Ри сюда завтра? — Рита была шокирована. — Скажем… чтобы показать ему учения но предотвращению беспорядков. Знаете ли вы о том, что обо всех наших маневрах с ШТ Ри уже знает из информации от Хелстеда, но я выработала привычку сразу же за его рапортами своим личным влиянием пытаться воздействовать на Ри.

Лита замолчала и нахмурилась, ее глаза отражали работу мысли.

Она стала медленно кивать.

— И скажем, когда войска будут загружаться, Ри неожиданно упадет. Возможно, у него сердечный приступ. — Глаза Литы сверкали. — И мы… Нет. Мы… Хм, что произойдет, если… если медкоманда будет выключена из игры? Если жизни полковника будет грозить опасность, как лучше всего действовать?

— Доставить его на корабль! — кровожадный взгляд Риты выражал восторг. — Только одна проблема, док. Медкоманды с ШТ не устраняются так просто.

— Да ничего подобного! — Лита выглядела удивленной. — Особенно если человек с таким знанием биомедицинского оборудования, как Марти Брук, только что побывал на борту… чтобы дать оценку условиям работы!

— Док, вы мне теперь гораздо больше нравитесь, чем когда я вас впервые встретила! — воскликнула Рита. Ее радость, похоже, оказалась заразительной, губы Филипа начали тоже расплываться.

— Что я должен делать? — вдруг спросил Джон. В глубине души он был задет тем, что до сих пор он занимался только тем, что надзирал за пауками.

Лита тепло и многообещающе улыбнулась ему.

— Ты, Джон, новый директор Мира. Ты вступишь в игру только после того, как мы отыграем свою роль. Ни я, ни Рита не можем говорить от имени Атлантиды. Ты можешь. Ты был директором пауков — теперь ты будешь директором всей планеты. У тебя есть все для этого, Джон. Народ послушает тебя. Они уважают тебя. Ты герой.

— Почему не Филип? — спросил Джон. — Он знает больше, чем я.

— Я не взял столько трофеев, брат, — глаза Филипа были нежными. — Я не герой — да и не стремлюсь им быть.

— Я сделаю все, что смогу… для своего народа. — Джон смутился. Какую пользу он сможет принести? Он мало во что посвящен. Все эти планы для него просто слова.

Как будто уловив его настроение, Лита развила свою мысль:

— Джон, народ знает тебя. Все эти месяцы ты был их лидером. Они привыкли слушать именно тебя. Ты стал символом надежды для пауков. Большой Человек был и остается надеждой для сантос. Вы оба нужны нам. Вы звено, связывающее нас с народом.

— Большой человек? — Джон криво улыбнулся, почувствовав прилив ненависти.

— К сожалению, это так. — Филип смущенно посмотрел на своего брата. — Он был их величайшим воином. Другого быть не могло.

— Мы сделаем все, что нужно, — сказал ему Железный Глаз, в его голосе чувствовалось смирение. Он не изменился в лице, хотя внутри у него все клокотало.

— Ри узнает меня, — сказала Рита. — Он захочет произвести смотр войск на борту. Кроме того, Хелстед уведомит «Пулю» о нахождении туземных войск на борту. В доке будет поджидать служба безопасности.

Лита вмешалась:

— Стойте — Ри сказал, что коды поменялись на Регга Грин. Это что-то значит…

— Да, черт возьми. Это значит, что мне лучше не появляться на ШТ, — задумчиво произнесла Рита. — Челнок все еще в базовом лагере? — Лита кивнула. — Тогда я поднимусь на челноке, — решила Рита.

— Я не понимаю, — нахмурилась Лита. — Мы наверняка сможем дать нам возможность прокрасться, пока войска загружаются.

— Но вы не смогли бы получить допуск на «Пулю», — напомнила Рита. — Ри дал мне специальный допуск, когда я сопровождала ваших ученых типов на планету. Регга Грин даст мне возможность попасть на «Пулю» без вопросов. Я знаю связиста, у которого может появиться искушение никак не отреагировать, когда он получит сообщение, все будет зависеть от того, что он знает обо мне — и об этом допуске.

Лита нахмурилась.

— Я у Ри на хорошем счету. Если я пройду за ним, когда они будут переносить его на корабль, то что мне скажут?

— Ничего, — Рита уже поразмыслила над этим. — Хелстед причалит как можно ближе к госпиталю. Он расположен очень близко к ходовой части. Реактор практически за стеной. Вы придумали великолепный план, док.

— Хорошо. Если я буду с ним, я смогу консультировать его на протяжении кризиса, который ему придется пережить. — Лита улыбнулась. — Железный Глаз, ты будешь со мной. Ты будешь главным лицом на переговорах. Можешь начать обдумывать, чего ты хочешь для своих людей.

— Мы хорошо понимаем, что делаем? — вдруг спросил Филип. — Я хочу сказать, что другого шанса у нас не будет, так ведь?

Лита плотно сжала губы, лицо побледнело, веснушки выступили ярче. Лита бездумно смотрела на запятнанный стол. Филип осторожно поднял свою кружку с кофе и сделал глоток.

— Мы ступаем но сети Паука, — прошептал Железный Глаз и под столом потрепал руку женщины, которую он полюбил. Теперь Паук распорядится их судьбами.

Марти Брук хотел бы, чтобы его сердце оставалось на том месте, где ему положено быть. Док, похоже, свихнулась!

— Как такие опытные, разумные, взрослые люди, как мы, могли попасть в эту переделку? — спросил он стоящих перед ним женщин.

Глаза Литы были суровыми.

— Потому, Марти, что у нас нет выбора. Еще один боевой линейный корабль прибудет завтра. Когда Робинсон познакомится с Честером, он испугается точно так же, как испугались мы, — и он прикажет этим кораблям ликвидировать романанов — а может, и нас в придачу. Мы слишком много знаем. Ему это будет только на руку: он объявит, что нас убили туземцы, а он осуществил возмездие. Я слишком молода, чтобы стать мучеником!

Марти судорожно проглотил слюну. Когда милый доктор научилась так быстро и живо думать? Он смотрел в ее хладнокровные глаза и почти готов был в это поверить. Все же он как цивилизованный человек не мог поверить, что Директорат может сделать такое с живыми людьми.

— Все не веришь, Марти? — Лита, казалось, читала его мысли.

— Ах, док, просто трудно поверить, что все это происходит на самом деле, — он покачал головой.

— Помнишь, как ты обещал, что подчинишься моим приказам, несмотря ни на что? — она подняла брови.

— Да, — согласился Марти, вспомнив. — Ладно, черт с ним, надо всего лишь установить фиговинки в медчасти. Я никого не собираюсь убивать. Воспользуйтесь этим, — он протянул руку за фляжкой. — Это заставит нервную систему Ри кувыркаться по крайней мере пару часов. Это чистый новый протеин, который я выделил из слюны медведя, не должен причинить ему никакого серьезного вреда, кроме того, он не улавливается переносными полевыми анализаторами — так что они смогут обнаружить и нейтрализовать его только в медчасти.

— Какое количество? — спросила Лита, оценивающе глядя ему в глаза.

— По его габаритам, я бы сказал, нужно не больше пяти кубов. — Марти отмерил необходимую, по его мнению, дозу и запечатал ее в капсулу.

— Еще пять минут, — сказала им Лита. — Начинаем. Я вижу через окно, как снижается ШТ Ри. Вот, Марти, возьми это, — она протянула ему боевой нож романанов. Он взял длинный клинок и пробежался глазами по блестящей стали. Когда время придет, сможет ли он это сделать?

Его сердце вырывалось из груди. Во рту пересохло, а по лицу, как ему казалось, должен был стекать пот. Марти Брук за всю свою жизнь не испытывал такого страха. Он вспомнил твердый взгляд пророка, неуверенность, охватившую его от взгляда Железного Глаза. Все они знали, что в душе он трус. Зачем тогда все это?

Затем, когда они уже шли к ШТ, он почувствовал кожей тепло солнца. Он заметил, как Ри взял Литу под руку. Пустая болтовня мало беспокоила его.

Как бы он хотел сейчас дотронуться до плеча Ри и отвести его и сторону. Он мог бы объяснить странное поведение дока душевным расстройством. Он мог покончить со всей этой чертовщиной! Он почувствовал, как успокаивается его разгоряченное сердце. Да, Лита просто немножко не в себе. Слишком большая нагрузка. Невроз. Разыгравшееся воображение.

Он уже было повернулся к Ри, когда ему вспомнились пророки. Они уже знали. Они были согласны с Литой. Будущие истины? Он заколебался, чувствуя неуверенность. Перед ним была широкая спина Ри. ШТ отрывался от земли. Полковник все еще оживленно беседовал с Литой.

Марти теперь чувствовал на себе взгляд Беллы. Если он сделает это, он разрушит будущее. Какой будет реакция? На подходе были еще два боевых корабля — один прибывал уже завтра. Правильно?

Марти провел пальцами по ручке боевого ножа. А истина? Правда? Он вспомнил ожоги от бластеров на романанах. Его сознание заполнилось словами, сказанными пророком, когда он смотрел в эти блестящие, мудрые глаза. На так и не заданный вопрос он тогда получил ответ. Он хотел тогда знать, стоило ли это таких жертв. Нельзя ли заплатить цену подешевле?

Марти, почти не думая, с размаху опустил тяжелый клинок себе на предплечье. Было совсем не больно. Почти непринужденно он сказал:

— Черт! Я порезался! Док, никогда больше не давайте мне в руки ничего острого!

— Отведите этого человека в медчасть! — приказал Ри, видя, как кровь фонтаном бьет из руки Брука. Марти опустил нож в ножны на поясе, пока женщина из экипажа торопила его по трапу к медчасти.

Они залатали его за считанные секунды. Фельдшер перевязал рану и обработал ее.

— Думаю, мне не мешает чуток отдохнуть, если не возражаете, — Марти пошатнулся. — С ужасом думаю о том, что бы я делал, если бы он соскользнул в другую сторону! — он хихикнул, благо с его нервами это было нетрудно сделать правдоподобно.

— Правильно! — согласился фельдшер. — Полежите. Я хочу понаблюдать за зрелищем. Передайте по связи, если понадоблюсь.

Марти кивнул и откинулся на кушетку, глубоко дыша. Легкий толчок при соприкосновении с грунтом означал, что ШТ приземлился. Открылись люки и зашаркали ноги; затем все стихло.

Брука буквально трясло, когда он поднялся на ноги. Зажимы поддались легко, и он открыл медблок. Так похож на REMCAT! Он позволил себе улыбнуться. Движения его были быстрыми, торопливыми. Он нашел нужную плату и вынул ее. Из сумочки на поясе он достал маленькую капсулу, затем — двумя проводами — подсоединил ее к блоку питания.

Удерживая плату на коленях, он поднес капсулу к тому месту, которое наметил, и осторожно разделил две половинки. Вытекла капля соленой воды, а за ней тельце утонувшей мухи. Кончиком пальца он установил муху в нужном месте и включил питание. Взвилось облачко дыма, приварив муху к нужному месту, и влажная соль закоротила всю плату.

Облегченно вздохнув, Брук отсоединил свои провода и бросил их в сумочку. Он отключил блок от сети, вставил плату на место и аккуратно закрыл зажимы. Просто так, на всякий случай, он снова включил сеть и попытался измерить себе кровяное давление. Ничего! Победа!

Марти Брук повалился на кушетку и вздохнул с подлинным облегчением. Он не сможет выдержать психообработки. Они смогут выудить из него все с помощью зонда, но, черт возьми, по крайней мере он не попался с поличным.

Лита наблюдала, как ее отборный туземный полк стоял по стойке «смирно». Они буквально дрожали от нетерпения. Ри с улыбкой прошелся вдоль, изредка кивая. Он осмотрел их с йог до головы, с отвращением отметив трофеи на поясе. В конце шеренги он, как полагается, отдал честь. Филип, на своем языке, приказал им ответить. Руки резко взлетели и отдернулись вниз.

— Ну как, полковник? — спросила Лита, не в силах скрыть гордость.

— Великолепно! — Ри улыбнулся. — Хотя это уже стало общим местом, доктор, должен сказать, что ваши люди превзошли мои ожидания.

— Мы все так рады! — улыбнулась Лита. — Филип, пожалуйста, продемонстрируй нашу строевую подготовку.

Филин прокричал нараспев, и выстроилась колонна. Четко печатая шаг, Романаны зашагали к открытому люку ШТ. Ружья были на плече. Мужчины маршировали как машины, все в ногу. За считанные минуты все четыреста воинов были на борту.

Лита сняла с пояса фляжку и сделала глоток, зная, что Ри видит, что она делает. Передавая ее полковнику, она раздавила капсулу об край, с удовлетворением почувствовав, как жидкость потекла во фляжку.

— Пойдемте, давайте я вам покажу, как им удалось пристегнуться, — Лита потянула Ри за руку. Он улыбнулся ей и протянул фляжку обратно. Поднимаясь вслед за полковником по трапу, Лита уронила фляжку в густую траву. Двое часовых-десантника отдали честь, когда Ри прошел внутрь.

«Через какое время сработает?» Лита почувствовала внезапный приступ паники, в животе заурчало.

Ри продвигался, следя за чем, чтобы каждый человек правильно разместился в перегрузочном кресле. У одного он тщательно расправил ремень.

— Скажите ему, что иначе было бы больно, — пробормотал Ри Лите, она перевела.

Волчьи темные глаза Пятницы Желтая Нога даже не моргнули, когда он кивнул в знак признательности.

— Знаете, доктор, — начал Ри, — даже несмотря на то, что они работают на нас, у них такой вид, как будто они все готовы разорвать меня на части. Почти как хищники, я бы сказал… — Ри вдруг покачнулся и схватился за живот.

— Быстро! — приказала Лита. — Закройте этот люк и помогите! Полковнику Ри плохо! — подозвала она двух часовых. Один из них хлопнул по люку на бегу.

Они втроем потащили Ри вверх по трапу к медчасти, где Марти Брук все еще лежал на кушетке. Он понимающе взглянул на ввалившуюся Литу и едва заметно кивнул.

— Что случилось? — спросил он, зная, что теперь за каждым его движением наблюдают через сеть связи.

— Я не знаю, — Лита дала проявиться своему нервному напряжению. — Он просто рухнул там.

Фельдшер протолкнулся во внезапно ставшую многолюдной медчасть.

— Освободите мне место! — зарычал он и выгнал часовых. Они стояли и коридоре, обеспокоенно наблюдая.

Лита глубоко вздохнула. Филин должен сейчас приготовиться. Если они не поднимутся через двести секунд, он попытается захватить ШТ силой. Лита ясно видела, что руки воинов лежат на кнопках, моментально отстегивающих ремни. Молясь Пауку, они ждали приказаний.

— Блок не работает! — закричал фельдшер. — Капитан Хелстед! Блок не работает!

— Почините его! — раздался но связи суровый, бесстрастный голос Хелстеда.

— Живо выполняйте! — приказала Лита. Она посмотрела вверх на связное устройство. — Капитан, взлетайте немедленно. Если это серьезно, нам нужно доставить полковника туда, где ему могут оказать помощь. Дайте знать на «Пулю», доставьте нас туда сейчас же! Если полковник умрет, то, с Божьей помощью, я сделаю из вас всех отбивные!

Она услышала предупреждение о взлете, и ШТ оторвался от земли, гравитатор пытался компенсировать ускорение. Лита опустилась на кушетку, пока фельдшер боролся с крышкой медблока. Он проверял плату за платой, пока не достал одну и остановился.

Брук заглядывал ему через плечо.

— Боже милостивый! Проклятая муха! За такое меня бы тут же выгнали из лаборатории доктора Чэма! Как вы, военные ребята, можете быть такими расхлябанными?

— Муха? — Лита раскрыла рот. — Здесь? Внутри медблока? А я думала, что их опечатывают?

Фельдшер стал мертвенно-бледным.

— Я… не… понимаю! — его глаза, направленные в одну точку, остекленели. Он в шоке посмотрел на устройство связи. — Капитан, я не знаю, как что случилось! Мы так хорошо следим за этим, точно по инструкции!

— Почините! — В голосе Хелстеда тоже чувствовалась паника. — Черт возьми, приятель, почини его!

— Полковник узнает об этом, — повторяла Лита вполголоса. — Если Бог захочет, чтобы он выжил. — Она посмотрела на устройство связи, стараясь сохранять спокойствие в голосе, хотя сделать это было очень трудно. — Как скоро мы будем на «Пуле»? Вы связались с ними?

— Пять минут, мэм, — голос Хелстеда был подавленным, как будто он уже представлял, как его осуждает военный трибунал. — Извините, мэм. При мне ни разу ничего подобного не случалось, — она слышала мольбу в его голосе.

Она пыталась совладать со своими взвинченными нервами и сдержать истерический смех, когда ее взгляд упал на устройство связи.

— Маленькая муха, капитан. Я понимаю. Я думаю это могло с каждым случиться. Я сделаю для вас все, что смогу, — сказала она, надеясь, что интонация была правильной. Хелстед знал, что его будущее в ее руках.

— Доктор, я признателен вам. С этого момента, если вам только понадобится какое-либо содействие, не стесняйтесь обратиться ко мне или к моим людям.

Она видела его отчаянную гримасу. В этот момент он бы продал душу. Лита прошептала про себя молитву Пауку, чтобы им не пришлось причаливать с боем. Бог знает, как там дела у Риты.

На экране появилась «Пуля». Они уже вышли из атмосферы.

— У них все готово? — спросила Лита. Затем она посмотрела на Ри, тот судорожно вздрагивал. Фельдшер подсоединял переносной блок. Он читал показания приборов вслух, очевидно на прямой связи с «Пулей», пока его помощник отчаянно пытался послать сообщение. Ничего не получалось, потому что ему приходилось делать это через сгоревший медблок.

— Две минуты до стыковки! — донесся голос Хелстеда.

Лита наблюдала, со все более натянутыми нервами, как огромный корпус «Пули» заполняет экраны. Совсем не так, как когда она в первый раз увидела корабль.

Ри стучал зубами, а Марти склонился над ним, направив на него карманные мониторы. Рита прыснула. Даже здесь — в момент величайшего кризиса в своей жизни — Брук не мог не собрать информацию о яде, который он состряпал.

Она опять взглянула на экраны. Хелстед пел отсчет секунд. Она повернулась и, выйдя из медчасти, бегом бросилась на мостик. Система связи наверняка демонстрировала воинам грозные очертания «Пули». Она подумала о том, что творится у них в головах.

На мостике она увидела, как ШТ заходит в стыковочный захват.

— Мы близко к корабельному госпиталю? — спросила она.

— Так близко, как только можно, — Хелстед прерывисто дышал. Послышался металлический лязг.

— Вы! — Лита показала на капрала Ганса Йегера. — Оставайтесь и не спускайте глаз с системы связи. Остальные со мной. Мне нужно будет объяснить это романанам.

— О, проклятье! — вскричал Хелстед. — Я забыл про них! — Он кинулся бежать по коридору. Лита и остальные побежали за ним. Когда они столпились позади Хелстеда, она стянула у одного человека из-за пояса бластер. Сняв предохранитель, как ей показала Рита, она подняла оружие и отступила в сторону.

— Филип, свяжи их. Будем надеяться, с Божьей помощью, что Рита уже ждет нас!

Железный Глаз побежал вперед. Повернувшись, Лита дотронулась до люка, когда медики вынесли Ри на антиграве.

— За Паука, — прошептала она, когда люк отодвинулся вверх.