Я очень рад предоставленной мне возможности выступить в этом университете, особенно в его Центре по изучению мировых религий. Как только я приехал, я сразу же ощутил теплоту, исходящую от всех вас. Более глубокие человеческие отношения друг к другу чрезвычайно важны. Обычная вежливость и тактичность, конечно, милы, но они не могут достичь глубин. Открытость, прямота и искренность — вот что делает нас ближе друг другу.

Если вы хотите настоящего согласия и дружественности, то прежде всего вам нужно знать друг друга. Знание — основное, так как без него трудно установить доверие, обрести чувство подлинного единения, необходимое при стремлении к миролюбию. Самое главное — это касание сердца сердцем. Ныне в некоторых случаях мы теряем настоящие человеческие связи, и в силу этого у нас пропадает почтение к ценностям человечества, мы начинаем относиться к людям как к частям машины.

Если же мы больше не признаем ценности человеческих существ, то это крайне неудачное решение. Человек намного больше, чем нечто материальное — деньги или богатство. Если последние служат людскому благу, то человек не может жить ради денег. Если мы сосредоточимся на пути исключительно к богатству и внешнему прогрессу, отрицая гуманитарные ценности и человеческое достоинство, то следствием этого будут несчастье, психическое расстройство, упадок духа и подавленность.

Если мы осознаем, что "Я есмь человек, а человек может всё", то такая решимость, отвага, доверие к себе суть важные источники победы и успеха. Без силы воли и решимости даже то, чего вы могли бы легко достичь, становится недостижимым. Если у вас есть сила воли и разумная отвага, т. е. не слепая отвага, а отважность без гордыни, тогда даже кажущееся невозможным на определенной стадии превратится в возможное благодаря постоянным усилиям, вдохновляемым этой отважностью. Вот почему решимость столь значима.

Можно ли это развивать? Причем, развивать не машинами, не деньгами, но лишь вашей собственной внутренней силой, опирающейся на ясное осознание ценности человеческих существ, человеческого достоинства? Как только мы поймем, что человеческое существо много больше, чем нечто материальное, много больше, чем деньги, мы сразу ощутим смысл человеческой жизни, а затем сможем почувствовать значение сострадания и доброты.

В силу своей природы люди желают счастья и не хотят страдания. Исходя из этого, каждый пытается обрести счастье и избежать страданий, и каждый имеет на это право. Таким образом, все здесь одинаковы: богатый и бедный, с образованием и без него, человек Востока и Запада, верующий и неверующий. А среди верующих все равно, кто ты, — буддист, христианин, иудаист, мусульманин и т. д. Существенно то, что с точки зрения подлинной человеческой ценности все мы одинаковы.

Например, я приехал с Востока, а более точно — из Тибета. Материально наше общее положение весьма отличается от положения в Соединенных Штатах. Но если мы посмотрим глубже, то увидим, что и вы и я — человеческие существа в равной мере. Если мы отправимся в далекий космос, то оттуда не различим границ на нашей маленькой планете. Все эти разграничения созданы искусственно. Мы выдумывает отличия, основанные на географическом местонахождении и прочем, а затем, отталкиваясь от чувства разделенности, начинаем браниться друг с другом, осуждать, сражаться. С широкой же точки зрения — мы все братья и сестры.

В социальном смысле тип поведения, учитывающий ценность других, является важнейшим. В то же самое время он полезен для нашей собственной повседневной жизни. Благодаря ему мы можем хранить внутренний мир и оставаться спокойными. Хотя каждый день не обязательно заканчивается успешно — и это нормально, что некоторые наши задачи не удается решить, — мы не теряем чувства внутренней умиротворенности и равновесия. Если для вас главное — забота о других, тогда неудача не может нарушить покой ума.

Многие проблемы снимаются из-за изменения внутренней позиции. Невзирая на преграды, вы сохраняете миролюбие и покой, и люди, с которыми вы связаны, могут разделять то же умиротворение. Однако стоит вам напрячься и разозлиться, как вы обретете внутренний разлад, и из-за сильных чувств ярости и привязанности не сможете хорошо спать, есть, даже если прекрасная пища будет находиться прямо перед вами. Когда вы будете что-то делать, члены вашей семьи и даже ваши любимцы — собаки и кошки — будут страдать. Вы можете даже потерять ваших друзей. Следствием злобы и ненависти является враждебность. Все это нам известно из собственного опыта.

Таким образом, по здравому разумению ясно, что сильные страсти злости и ненависти вовсе не хороши для нашего собственного счастья, потому что они создают плохую атмосферу для наших соседей, друзей и даже родителей, на которых это так воздействует, что они отдаляются. Значит, для нашей собственной повседневной жизни, а также для общества в целом очень важным является наше ментальное состояние.

В качестве результата высоко развитой науки и технологии мы проникли глубоко в космос. Это 190 весьма хорошо. С самого детства я любил науку и технику. Они совершенно необходимы для блага человечества. В то же время, если вы заглянете внутрь себя, хотя ваша голова и невелика, вы обнаружите большое пространство для исследований. Таким образом, стоит направить половину вашей энергии вовне, а половину вовнутрь. Побольше задумывайтесь над тем, кто я есмь? Какова природа ума? Какая польза от доброй мысли? Что проку в дурных помыслах? Проведите такого рода исследование. Думайте, думайте, думайте.

Благодаря таким раздумьям мы сможем ясно осознать, что определенная часть ума доставляет беспокойство и ее стоит контролировать, в то время как другая часть полезна для нас самих и для других, и ее стоит развивать. В этом заключается ценность самонаблюдения.

Не преувеличивая мой опыт буддийского монаха,, но опираясь на собственные переживания, я чувствую благо от применения таких отношений, как любовь, сострадание, признание человеческого достоинства, значимости людей. Теперь, в 44 года, когда я провел многие лета, стремясь к развитию сострадания и доброты, я ощущаю, что в результате этих практик я стал совершенно счастливым человеком. Несмотря на многие трудные обстоятельства, я счастлив. Если бы из-за них я постоянно чувствовал печаль, то я не был бы столь деятельным, поскольку грустный не может влиять на действительность. Наличие несчастий вовсе не значит, что нужно унывать. Мы пытаемся преодолевать эти тяготы и трагедии, оставаясь мирными и уравновешенными.

Исходя из собственного опыта, я поведаю моим друзьям, какое значение я придаю любви и состраданию. Хотя слова и не столь изящны, они передают значение и ценность. Легко говорить о любви, сострадании и доброте, но одни лишь слова не действуют. Если вы совершенствуете такие отношения и переживаете их, то вы будете знать их подлинную цену. Они стоят того, чтобы постараться развить их.

Первоначально по приезде в эту страну у меня не было особой цели, кроме обмена идеями, но цель возникла при содействии сострадания и любви, а также при более близком контакте между различными религиями. В течение последних нескольких недель я имел несколько возможностей встретиться с последователями многих религий. Определенные основоположения или базисные пункты всех вероисповеданий одинаковы. Это — любовь, чувство братства и сестринства, а также конечная цель, а именно: счастье человеческого общества. Разные, зачастую противоположные философии и методики нацеливают на один и тот же результат. Главная тема одинакова. С уважением и искренностью мы может признать, что все религии являются очень хорошими, они технически помогают достичь мира многим людям.

Мой визит длится всего лишь несколько дней. Я чувствую, что внес маленький вклад в дело любви, доброты и единения. Поэтому я очень счастлив.

Вторая часть нашей беседы посвящена природе самости. Мне предстоит назвать много технических терминов. Поскольку же мой английский беден, я буду говорить через переводчика.

Для того чтобы культивировать сострадание, альтруизм в медитации, необходимо прибегнуть к содействию мудрости. Сказано, что с помощью мудрости сострадание может стать безграничным. Вот почему неблагоприятные эмоции мешают развитию 192 безграничного сострадания, и для их устранения нужно знать природу феноменального мира.

Основанием этому является то, что неблагоприятные эмоции набрасывают сеть оценочных суждений о том, что хорошо, а что плохо, на феномены, и тем самым преувеличивают или искажают меру того, что есть. Признаком этого будут наши страсти, когда мы очень вожделеем или очень злы, а также то, что эмоции убывают, когда мы глядим на тот же самый объект и видим его совершенно иначе, и даже взрываемся от смеха на самих себя. Для того чтобы противостоять набрасыванию этой сети и отсюда препятствовать возникновению неблагоприяных эмоций, необходимо знать конечную природу феноменального вне этого наносного. Мы должны знать об отсутствии присущего существования во всех феноменах.

Такой способ существования охватывает все феномены, однако в зависимости от типа субстрата или субъекта легче, когда эта конечная природа дается уму в отношении личности, нежели в отношении других феноменов. Таким образом, важно, когда первое установление конечного статуса вещей сразу же решает проблему конечного статуса личности. Но без установления того, что есть личность, невозможно понять конечную природу или реальность личности.

Что же такое личность? Что есть самость? Буддизм утверждает бессамостность. Не означает ли это, что самость не существует? Если бы буддисты уверяли, что нет никаких личностей и что самости не существуют, то не было бы, кому медитировать на бессамостности и не было бы никого, на ком можно было культивировать сострадание. Отсюда наш собственный опыт говорит о том, что есть личности и самости.

Если самость удостоверяется опытом, то что же это за теория бессамостности? Не является ли это большим противоречием? Нет, и позвольте мне пояснить. Подумайте, есть ли различие между способом проявления Я, когда вы расслаблены, и способом его проявления, когда вы возбуждены? Например, если кто-то ошибочно обвиняет вас: "Вы сделали такую ужасную вещь", — а вы чувствуете: "Я не делал этого", — то как в то время проявляется Я в вашем сознании? Аналогично: когда вы вспоминаете врага: "Вот мой враг", — то этот враг является вашему уму существующим по собственному праву, самостоятельно, как нечто конкретное, на что показывают пальцем.

Таким образом, феномены кажутся существующими на основании собственной силы, тогда как фактически они не таковы. Их бытие, устанавливаемое ими самостоятельно, т. е. их присущее установление, называется "самостью". Их несуществование называется "бессамостностью", и, похоже, оно верно в отношении как личностей (другое значение самости), так и иных феноменов.

Имеется множество способов, какими личность или Я являются нашим умам. По одному из них Я кажется вечным, единичным и независимым. В соответствии с этим способом появления Я, видимо, представляется сущностью, отдельной от ума и тела, а личность — в качестве пользователя или получателя наслаждений от применения и поведения ума и тела. Ни одна буддийская школа мысли не разделяет взгляда, что такая личность существует. Имеются сомнения о двух подразделениях школы Великого толкования (вайбхашика), которые нужно рассеять. Но по поводу остальных — сомнений нет.

Согласно другому способу проявления, Я кажется субстанционально существующим или самодостаточной сущностью, но по своей природе одинаково с умом и телом. Существуют как врожденные, так и искусственные (или заученные) формы сознания, которые постигают Я в соответствии с проявлениями.

С позиций еще одного способа проявления Я не кажется существующим абсолютно, но видится существующим условно посредством собственной природы. Иное видится, когда проявления Я как бы существуют присуще. Наше врожденное лжепредставление о Я есть сознание, взирающее на Я как на конкретно существующее в соответствии с этим проявлением. Этот вид лжепредставления имеет место быть во всех существах вне зависимости от того, изучают они науки или нет.

Хотя все эти проявления очевидны, на самом деле ни одно из них не существует. Согласно различным буддийским школам, несуществование этих относительных уровней самости, их конкретности учреждает бессамостность, прогрессирующую от более грубых к более тонким уровням.

Но тогда то, что есть условно существующее Я, разве оно оказывает помощь и вред? Среди буддийских школ не составлено единого мнения относительно личности, которая и помогает, и вредит. Некоторые системы утверждают, что сознание и есть личность, другие — ментальное сознание, третьи, — что основанием всему будет только ум (алая-виджняна), который разделен с ментальным сознанием. Однако согласно наиболее глубокой школе буддизма — школе Срединного пути сведения к абсурду (прасангика—мадхьямака) —личность просто обозначается в зависимости от совокупностей ума и тела. В отличие от тела ум более тонок и более постоянен. Я или личность просто обозначаются в зависимости от постоянной длительности сознания.

Только это простое Я, кое есть зависимо обозначенное Я, может без дополнительного исследования и анализа постулироваться как то, что является врожденным осознанием. Именно благодаря ему мы думаем: "Я иду", "Я стою" и т. д. Из-за своей зависимо-обозначенности оно зависимо. Зависимое и независимое явно противоречивы, дихотомичны. Например, хотя лошадь и человек являются взаимоисключающими понятиями, они не суть явная противоположность, дихотомия, в то время как понятие "человек" и "нечеловек" именно таковы. Аналогично, "зависимое" или "независимое" — отчетливо противоречивы, и все считается принадлежащим либо одному, либо другому, а третьего не дано.

Поэтому Я, будучи взаимообозначенным, не может быть независимым Я, самостоятельным. Это несуществование независимого, самостоятельного Я называется бессамостностью Я. Поскольку это положение распространяется на всю зависимую природу сущности мироздания, каждый может говорить о своей бессамостности.

Когда мы постигнем бессамостность, опираясь на этот довод, то должны будем понять и существо ее основы. Поскольку зависимость отдельно существующей основы используется в качестве довода, постольку эта основа пуста в своем присущем существовании. Отсюда легко убедиться в том, что пустотность не есть нигилизм.

Когда значение пустотности присущего существования появляется в контексте взаимозависимого происхождения, удается избежать крайнего мнения об абсолютном несуществовании. Когда же взаимозависимое происхождение понимается в качестве довода о пустоте присущего существования любой вещи, то удается избежать крайней точки зрения о материальности существования. Для того чтобы утверждать воззрение Срединного пути, необходимо освободиться от этих двух крайностей абсолютного несуществования и материального существования в отношении присущности.

Таким образом, различные буддийские системы взглядов по-разному относятся, грубее или тоньше, к проблеме Я, которое служит основанием, или субстратом, при утверждении природы реальности. Врожденные формы ложного представления о Я без всякого исследования и изучения встречаются у многих, даже у маленьких детей. Есть свидетельства также и тому, что начальные или ранние лжепредставления и лжепонятия о самости, как врожденные, так и искусственные, являются более грубыми, а позднейшие — более тонкими. Когда вы утверждаете небытие того, что было раньше, и это утверждение в дальнейшем не изменяется, то оно и не мешает действовать более тонкому и позднему понятию самости. Однако, когда вы утверждаетесь в наиболее глубоком и тонком воззрении на бессамостность, и если это состояние сознания не ухудшается, то грубые предшествующие представления о самости уже вовсе не могут действовать в данном состоянии сознания.

Если вы утверждаете значение бессамостности, то вы должны заниматься аналитической медитацией — созерцательным анализом выводного знания. Вот почему в труде Нагарджуны "Основополагающие строфы Срединного пути" ("Муламадхьямака-карика") представлены многие рассуждения, доказывающие с различных точек зрения, что все феномены пусты, если их определяют как самостоятельные, т. е. пусто их присущее существование.

В главе "Вопросы Кашьяпы" из "Сутры груды драгоценностей" ("Ратнакута") в контексте изложения учения о трех вратах освобождения говорится вкратце, что формы не пусты в силу пустотности, формы пусты сами по себе. Следовательно, пустотность не означает, что феномен пуст в качестве некоторого другого объекта, но он пуст сам по себе, ибо таково его собственно присущее существование. Таким образом, нет пустоты другого, а есть пустота самости. Объекты пусты своим собственным внутренним установлением.

Аналогично, "Сутра Сердца" ("Хридая-сутра") заявляет: "Форма (рупа) есть пустота, а пустота есть форма." Если принять форму в качестве примера, то высказывание "Форма есть пустота" означает, что конечная природа форм является естественным отсутствием их присущего существования, поэтому формы возникли взаимозависимо, они пусты как независимые, самостоятельные, самодостаточные сущности.

То, что пустотность есть форма, означает, что пустотность — это конечная природа, или отсутствие основного самостоятельного принципа этих вещей, состоящего в том, что их существование зависит от иных факторов. Эта естественная пустота присущего существования делает возможным формы, которые суть игра, и в ней они устанавливаются в зависимости от условий. Поскольку формы являются пустыми в соответствии с истинным установлением, и поскольку формы основывают пустотность, поскольку пустотность есть форма. Формы уподобляются отражениям пустотности.

Конечная природа форм, которая есть отсутствие их независимости от других факторов, одновременно является тем, что образует пустоту. Значит, и формы суть игра пустотности. Это похоже на две стороны руки. Когда смотрите на одну, то есть пустотность присущего существования, конечная природа, но когда смотрите на другую, — то здесь проявление, здесь субстрат пустоты. Они представляют единую сущность. Следовательно, форма есть пустотность, а пустота есть форма.

Созерцая значение пустотности таким образом, вы постепенно будете делать успехи в буддизме. На духовный рост указывается в мантре из "Сутры Сердца": "Гате гате парагате парасамгате бодхи сваха" ("В шествующем, в шествующем, в шествующем до конца, в шествующем до конца со всеми вместе да возникнет просветление" — условный перевод с санскрита, так как мантры значимы не семантически, а духовно-практически — Прим. В. Андросова).

Первое "гате" относится к пути накопления (самбхара-марга), второе — к пути приготовления (прайога-марга). Этими двумя вы утверждаете пустотность двойственного проявления мудрого сознания и реализуемой пустотности. Затем, "в шествующем до конца" — эти слова указывают на выход за мирской уровень к сверхъестественному уровню пути видения (даршана-марга), в котором исчезает дуалистическое проявление. Слова "в шествующем до конца со всеми вместе" относятся к пути медитации (бхавана-марга), на котором вы постигаете пустотность вновь и вновь и которую впервые непосредственно узрели лишь на пути видения. Хотя вы, наконец, вышли за пределы круговращенья бытия и достигли просветления (бодхи) на пути неучения (ашайкша-марга), но ваше состояние остается источником помощи и счастья для всех живых существ.

***

Вопрос: Если нет самости, то что же переходит из одной жизни в другую?

Ответ: Вы утверждаете, что самость, или просто Я, т. е. самость, которая не имеет присущего существования, переходит из одной жизни в другую. Хотя сознание тесно связано с материей, все-таки сознание является сущностью лишь ясного света и знания. Таким образом, оно не может происходить от материи, но должно возникать в зависимости от предыдущего момента ясного света и знания. Следовательно, целостность сознания не имеет ни начала, ни конца. Существующая самость, или Я, обозначается в зависимости от целостности сознания. Самость отрицается потому, что отождествляется с присущим существованием.

Вопрос: Какова роль желания в природе самости?

Ответ: Имеются два типа желания: ложные желания, возникающие от примысливания того, что в действительности не существует, и желания, возникающие на разумном основании. Желания, порождаемые неблагоприятными эмоциями, создают уйму проблем, тогда как разумное желание может привести к освобождению и всеведению. Для того чтобы поддерживать наши жизни день за днем, мы должны использовать разумное желание и должны контролировать желания, побуждаемые бессмысленными неблагоприятными страстями.

Вопрос: Вы видите сны, когда спите?

Ответ: Конечно. Для тех, кто практикует йогу, известно, что во время сновидений можно многое сделать. Прежде всего необходимо признать сон в качестве сна во время сна.

В заключение скажу о том, что здесь много студентов, а будущее зависит от более молодого поколения. Знание весьма важно, но одновременно более важным, чем образование, является ум, осуществляющий это образование. Если мы пользуемся знанием в ущерб чему-то в наших сердцах, т. е. если мы всецело полагаемся лишь на мозг, то мы можем доставить человеческому обществу еще большие заботы и ужасы. Человеческий рассудок должен уравновешиваться добрым сердцем.