— Я привел ее, Амброс, как ты и просил. Вот тебе принцесса Лианна!

Золотоволосый воин со смехом подтолкнул ее к человеку, сидевшему на скамье у длинного стола в небольшой передней перед главным залом. Человек что-то быстро писал на разложенной карте, но прервал свое занятие, услышав эти слова, и резко поднял голову.

Лианна застыла на месте. Когда она увидела его холодный жесткий взгляд, ужас и ненависть волной поднялись и заполонили всю ее душу.

На нее смотрел могучий великан, у него были самые широкие плечи, какие она могла видеть в своей жизни, и волосы цвета воронова крыла — поразительно темные, такие как у нее.

«Да поможет мне Бог», — ошеломленно подумала Лианна. Этот мужчина был настоящим воином, крепким, словно дуб. Ему было не больше тридцати лет, но он выглядел самым суровым и сильным мужчиной из всех, кого она могла встретить… и самым красивым. Его могучая грудь под темно-фиолетовой туникой бугрилась мускулами. Он был коротко подстрижен, его холодные серые глаза сверкали, словно льдинки при свете факелов, отблески которых янтарными полосами падали на стол.

Лианна затаила дыхание. Она не ожидала, что Амброс окажется красавцем. Однако он был прекрасен — дикой, первобытной красотой. В нем была опасность и живость, в нем чувствовалось нечто притягательное — не столько благодаря резким чертам смуглого лица, зорким, глубоко посаженным глазам, хищным линиям носа и подбородка, сколько из-за силы, которая, казалось, волнами исходила от него. Серые глаза и огромное тело Амброса излучали невероятную энергию, которая была подобна вспышкам молнии в темную ночь.

Однако принцесса не нашла в нем никаких эмоций — ни жалости, ни дружелюбия, и уж точно ни малейшей тени утонченности и деликатности — столь бесстрастно он разглядывал ее. В отличие от всех мужчин, которых она встречала в своей жизни и которые открыто выражали ей свое восхищение, Амброс-варвар смотрел на нее оценивающим взглядом, и на его красивом лице был виден лишь быстрый и безжалостный расчет.

Сердце Лианны забилось быстрее. Ей хотелось шагнуть вперед и отвесить Амбросу пощечину, пока его взгляд нахально скользил вверх и вниз по ее фигуре, словно прекрасно видел все, что скрывало элегантное платье цвета сапфира. Этот взгляд остановился на тонкой талии, округлости грудей. При этом выражение лица Варвара не изменилось, но глаза его потемнели и стали мутными, как дым.

Он пристально смотрел на бледное и непокорное лицо принцессы, на черные волосы, свободно спадающие на плечи.

— Удовлетворены? — спросила Лианна сквозь зубы.

К ее удивлению, на смуглом лице Амброса, возвышавшегося над ней, словно неприступная гора, мелькнула усмешка.

Однако он не ответил.

Его молчание страшило девушку больше, чем его впечатляющая внешность.

Обдумывая свою первую встречу с Варваром, она собиралась предстать перед ним в тщательно подобранном наряде, с изысканной прической, надежно защищенная ослепительными драгоценностями, королевским одеянием и всем своим тщательно культивируемым чувством собственного достоинства — олицетворением власти и высокого происхождения, которые она использовала бы в качестве щита против этого незаконнорожденного воина, бывшего неизмеримо ниже ее по положению. Принцесса и представить себе не могла, что встретится с Амбросом лицом к лицу вот так — запыхавшаяся, с растрепанными волосами, с бешено колотящимся в груди сердцем, в страхе и растерянности.

Лианна пыталась сохранять самообладание, но трудно было оставаться хладнокровной, когда он разглядывал ее так, будто оценивал кусок ветчины на блюде перед тем, как взять в руку нож и приступить к обеду.

— Я требую объяснений, герцог Амброс! — она сделала глубокий вдох. — Почему меня буквально приволокли из покоев моего отца, вынудили встретиться с вами здесь и сообщили, что мы уезжаем из Пенмаррена через…

— Веди коней, Беорн. Я встречу тебя на внутреннем дворе со своей невестой, — бесцеремонно оборвал ее Амброс, переведя свой тяжелый взгляд на воина. — Что там с кардиналом?

— Кардинала найдут.

Амброс кивнул.

— Тогда поторопись, — коротко распорядился он, — и золотоволосый воин поспешил к выходу, оставив их наедине.

Быстрым шагом герцог-варвар обошел стол.

Лианна переборола желание попятиться назад. Темно-фиолетовая туника из грубой шерсти, застегнутая на плече изумительной брошью в виде звезды из золота, оникса и рубинов, могучая фигура и суровое мрачное лицо. Амброс выглядел необычайно внушительно — как молодой темноволосый принц, рожденный повелевать. Это был не дикий и грубый бастард, которого она ожидала увидеть, а вождь, воин-властелин, ничуть не уступающий ей в королевском величии. И от этого он и был в сто раз опаснее.

— Молчите, — тихо произнес Амброс. — Хорошо? Не люблю болтливых женщин.

— Вы всерьез полагаете, что меня волнуют ваши пристрастия? — высокомерно спросила Лианна, когда он приблизился к ней.

В его серых глазах на мгновение мелькнуло удивление и что-то наподобие улыбки, но лицо оставалось суровым. У Амброса не было ни терпения, ни времени для избалованных принцесс, какими бы красивыми они ни были. А эта девица с ее пышной гривой бархатистых волос и глазами, подобными аметистовым звездам, была самой красивой из всех, которые ему встречались. Но она не была желанной добычей, которую нужно холить и лелеять, потакая в прихотях, подумал он хладнокровно. Она была необходимым средством, своего рода оружием, и сейчас важно было лишь одно — они должны пожениться, и принцессу необходимо как можно быстрее доставить в его замок. Его землям, тому, ради чего он сражался всю свою жизнь, угрожал старый враг — хитрый Сандар Кенельмский, двоюродный брат Амброса, который замыслил внезапное нападение, чтобы захватить Блэкенстар. Амбросу без промедления нужно добраться до восточной границы своих земель и сделать все возможное, чтобы Сандар потерпел неудачу.

И чтобы он дорого заплатил за свою попытку.

Амброс также должен был узнать, как Сандар проведал о том, что он собирается ехать за своей невестой и что большая часть его армии рассредоточена, а значит, временно уязвима.

Все это было похоже на предательство. И если в его лагере и впрямь оказался предатель, его тоже необходимо найти. Найти и расплатиться с ним.

Варвар посмотрел на прекрасную черноволосую девушку, которая пристально смотрела на него, и заговорил резким тоном:

— Похоже, вы и впрямь так красивы, как о вас говорят. Может быть, кому-то нравятся такие холодные и утонченные женщины, — он проигнорировал ее возмущение и хладнокровно продолжал. — И вы, очевидно, королевских кровей. У вас это просто-таки на лбу написано. Это хорошо, именно поэтому я и остановил на вас свой выбор. — Амброс сделал короткую паузу, а затем его глаза сузились. — Но еще говорят, что вы обладаете волшебной силой. Это правда?

Лианна глубоко задышала. Да как он смеет! Ее волшебный дар был ее больным местом. Мать Лианны ненавидела колдовство — возможно, потому что сама была лишена его, — и Лианна с детства привыкла скрывать свои способности. Даже после смерти матери она редко пользовалась скромными магическими умениями, которыми обладала. Но все равно, о них, казалось, знают все кому не лень.

— Да, я немного владею волшебством, мой герцог, — сухо ответила она. — К сожалению, не настолько хорошо, чтобы превратить вас в жабу.

На мгновение его твердые губы шевельнулись в улыбке, а затем лицо Амброса вновь стало невозмутимым.

— Имейте в виду, что когда вы прибудете в Блэкенстар, вы можете сколько угодно заниматься мелким безобидным колдовством и фокусами, но не вздумайте практиковаться в заклинаниях или использовать волшебные зелья. Это запрещено. Вы меня поняли?

— А если я нарушу ваш запрет? Смертная казнь? — ехидно поинтересовалась Лианна и тут же отпрянула назад — его лицо побледнело, и весь он как бы окаменел.

Принцесса внезапно вспомнила о его первой жене, которую Амброс, по слухам, убил, и издевательское замечание отозвалось в ее голове зловещим похоронным звоном.

Амброс заговорил с опасным спокойствием:

— Принцесса, вдобавок к вашей красоте, королевской крови и волшебному дару вы обладаете еще и неустрашимым сердцем. Используйте все это благоразумно и не гневите меня, и вы будете жить долго и счастливо.

— Говорят, вы легко впадаете в гнев, герцог, Возможно, избежать его окажется не так уж просто.

— Обо мне рассказывают множество вещей, Лианна. Некоторые из них даже справедливы, — голос Амброса был жестким. — Вам придется составить обо мне свое собственное мнение.

— Я уже составила его, — промурлыкала принцесса сладким голосом, но в её словах сквозило откровенное презрение.

Амброс схватил ее за руку и притянул к себе — так близко, что она ахнула. Прикосновение Варвара обожгло ее. Она хотела вырваться, но понимала, что Амброс намного сильнее, поэтому неподвижно застыла, глядя ему в глаза.

От Варвара пахло потом, кожей и лошадьми. На его массивном подбородке проглядывала темная щетина. Никогда Лианна не приближалась к мужчине так близко, даже тогда, когда поклонники осмеливались поцеловать ее. То были целомудренные и сдержанные поцелуи — неуверенные, почти робкие. В Амбросе не было никакой робости. Его глаза горели, словно угли, и они зажгли в ней неведомое чувство — вероятно, страх, но, быть может, и восхищение?

У Лианны хватило ума не сопротивляться. Ей не вырваться, пока он сам не захочет ее отпустить. Она еле сдерживала слезы — от прикосновения его пальцев кожа горела огнем.

Он был слишком могучим. Он был слишком близко. Он был слишком красивым.

Принцесса хранила молчание, хотя ей потребовалась вся ее сила воли, чтобы выдержать взгляд этих суровых безжалостных глаз.

— Я давно научился не судить по первому впечатлению, — мягко произнес Амброс. — Такая ошибка может стать роковой. Вам стоит об этом помнить.

Страх волной накатил на Лианну, однако она вздернула подбородок и ответила так спокойно, как только могла:

— Вы угрожаете мне, герцог?

— Кто осмелится угрожать очаровательной леди столь высокого рода? — спросил Амброс вкрадчиво; его пальцы сжались, будто тиски. От его взгляда глаза Лианны расширились. — Как невеста вы обладаете всеми качествами, которые я ценю. И все же я предпочел бы видеть рядом с собой женщину, которая думает, прежде чем говорить, и не старается намеренно оскорбить, а, напротив, стремится доставить удовольствие. — Амброс обхватил рукой ее талию, прижав девушку к себе, дав ощутить ей его силу. При желании он и впрямь мог бы переломить ее пополам, и они оба знали это. — И тем не менее, моя избалованная и ехидная принцесса, если вы научитесь следить за своим язычком и ублажать меня на нашем брачном ложе, вы подойдете. Да, моя дорогая Лианна, вы подойдете.

Лианна сделала глубокий вдох, ее лицо покраснело.

— Как вы смеете?! — прошептала она; ее тон был ледяным и яростным, словно зимняя пурга.

Амброс встретил взгляд ее широко раскрытых горящих глаз; его собственные глаза были жесткими, как гранит.

— Если вы надеетесь на красивые слова и романтическое ухаживание, то от меня этого не дождетесь. У меня нет ни времени, ни желания потакать подобным прихотям. Это деловое соглашение, принцесса, вам пора бы понимать такие вещи. И если вы не знаете, для чего затевается этот брак, не вините меня в этом и не рассчитывайте на то, что я буду нянчиться с вами. Прежде всего я воин, и мне предстоит битва. И жестокая битва, если уж на то пошло.

Он оттолкнул принцессу. Но когда он двинулся вокруг стола, Лианна схватила его за руку.

— Нянчиться?! — вспыхнула она. Ее пальцы наткнулись на жесткие, наводящие ужас мускулы, но она продолжала, ослепленная жаркой и всепоглощающей яростью. — Я никогда ни от кого этого не ожидала, и уж тем более от такого человека, как вы! Только варвар способен обходиться со своей невестой так бессердечно, как ведете себя сейчас вы!..

— Именно так, — Амброс устало кивнул. — Я таков, каков я есть. Вы все правильно поняли. А теперь идите.

— Идти?

— Идите в свои покои и готовьтесь к отъезду. Берите все, что успеете собрать за те минуты, которые у нас остались. Времени мало, поэтому берите самое ценное, а за всеми остальными вещами я пришлю людей позже.

— Но мои фрейлины! Они должны уложить свои вещи и помочь собраться мне…

— Никаких фрейлин, принцесса. Я пришлю за ними позже, когда Воронья Башня вновь будет в безопасности. А сейчас вам придется быть неприхотливой, как солдат.

Отчаяние охватило ее.

— Почему бы вам не поехать и не провести свою битву? А затем вернуться в Пенмаррен и устроить надлежащую цивилизованную свадебную церемонию… ой!

Амброс схватил ее так неожиданно, что она не смогла говорить. Она задыхалась. Казалось, его сила пульсирует в ней, пугая ее, вызывая слабость в коленях… Она, которую сражаться учил начальник королевской стражи, которая могла убить дикого кабана, которая сохраняла самообладание во время встреч с королями, графами и правителями окрестных земель и далеких стран, трепетала, глядя на смуглое суровое лицо этого варвара из Блэкенстара.

— Во мне нет ничего «надлежащего» и «цивилизованного», принцесса! Чем раньше вы это усвоите, тем лучше будет для вас! А сейчас у меня нет времени на болтовню. Или вы идете к себе, собираете столько вещей, сколько можете, и встречаете меня на внутреннем дворе — и все это мигом! — или вы и ваше драгоценное королевство Пенмаррен на собственном опыте убедитесь, какой я варвар.

Лианна сжалась от страха, она увидела на его лице свирепую решимость.

— Вы делаете мне больно, — прошептала она.

Амброс в недоумении посмотрел на ее запястья. Его железные пальцы впились в ее тело. Пробормотав себе под нос проклятье, герцог отпустил ее.

— Идите!

Лианна повернулась и пошла вдоль по коридору. Принцесса не хотела бежать, не хотела демонстрировать свой страх, свое отчаяние, хотя, видит Бог, именно эти чувства она и испытывала. У выхода она услышала за спиной резкий оклик:

— Не заставляйте искать вас, принцесса! Меня ждут срочные дела, и если вы задержите меня хоть на миг, я заставлю пожалеть об этом вас или тех, кто вам дорог!

И тогда Лианна побежала. Она буквально летела через главную залу, через галерею, вверх по ступенькам небольшой лестницы и по коридору, который вел в ее собственные покои. Весь замок вокруг нее был охвачен волнением; повсюду стражники и слуги бегали, кричали и натыкались друг на друга — весть о том, что Варвар из Блэкенстара вот-вот уедет и заберет с собой принцессу Лианну, уже распространилась по замку.

— Принцесса… это правда?! — выдохнула Эльза. Ее лицо было белым, будто снег, все еще лежавший на ветвях деревьев за окном.

— Господи, ради всего святого, нет! — прошептала Миг, но ей хватило одного взгляда на бледное напряженное лицо воспитанницы, чтобы она все поняла. Старушка в отчаянии закрыла лицо ладонями.

— Я должна выйти на внутренний двор. Мне придется выйти замуж немедленно и тут же отправиться в Блэкенстар, — говоря эти слова, Лианна сумела удержаться от слез, хотя веки ее горели, а к горлу подступал ком. Только не хватало сейчас забиться в угол с рыданиями — это не принесет ее отцу, ее королевству и ей самой ничего хорошего. Как там говорила ее мать?

«Для того чтобы стать настоящей принцессой, тебе многого недостает… Ты носишься по лесам, словно белка. Тебе не хватает чувства собственного достоинства, не хватает изящества. Принцесса никогда не заговорит, не обдумав прежде свои слова, не станет действовать, не думая о последствиях. Ты импульсивная, вспыльчивая и ненадежная. Ты разочаровываешь меня».

— Я должна взять с собой только одежду и все самое необходимое. Эльза, Бронвен, помогите мне, пожалуйста. Уложите мой дорожный сундук — побыстрее. Я должна встретиться с Амбросом немедленно, а иначе он… иначе… — голос Лианны сорвался, но она вновь овладела собой. — Я должна спуститься во двор без промедления, — закончила она отчаянным голосом.

Эльза и Бронвен начали торопливо бросать одежду, шкатулки с украшениями, цветные чулки, ленты для волос и прочие вещи в отделанный серебром дорожный сундук.

— Свадебное платье! — выдохнула Миг. — Уж свое свадебное платье ты должна надеть!

— Нет времени, — пробормотала Лианна, сняв с вешалки свою малиновую бархатную накидку и набросив ее на плечи. — Мы отправимся в Блэкенстар, как только состоится венчание. Я не должна заставлять его искать меня; кто знает, какая кара обрушится на тех, кого я покидаю здесь, если я ослушаюсь. Этот человек — просто зверь. «Варвар» — это слишком мягко сказано! Он…

Она оборвала свою речь. Увидев ужас и боль, отразившиеся на любимом лице ее няни, принцесса прокляла свой болтливый язык.

— Он не так уж и плох, моя милая, — прошептала Лианна. — По крайней мере, он очень красив. Я уверена, что мы поладим.

Но это было ложью, и все, кто находился в покоях принцессы, это знали, особенно Миг. Она обняла Лианну своими пухлыми руками и сказала ей так тихо, чтобы никто не слышал слов.

— Будь осторожна, Лианна. Умоляю тебя, дитя мое, следи за своим языком. Не гневи его. Это опасный человек.

Опасный человек?! Лианна с трудом подавила желание истерически расхохотаться. Амброс был во сто раз опаснее, чем могла себе представить Миг. Лианне хотелось заявить, что ее никто не запугает — и тем более этот грубый незаконнорожденный выскочка, не заслуживающий благородного титула, который он сам себе и присвоил, однако она понимала, что эти необдуманные слова испугают няню еще больше.

— Я буду осторожна, Миг, — тихо пообещала принцесса, сдерживая слезы. — Не бойся за меня. Обещаю тебе, все будет хорошо.

«Все будет хорошо, когда за мной прибудет Константин]], — невесело подумала она. Затем Лианна вновь побежала через зал в сопровождении слуги Ладда, который нес ее дорожный сундук; за ними спешили, всхлипывая, все ее фрейлины.

Ночь была ненастной. Порывы резкого ледяного ветра бушевали вокруг. Принцесса завернулась в свою малиновую накидку; непокорные локоны выбивались ей на лоб из-под капюшона. Она дрожала и молила Бога о том, чтобы пережить предстоящие несколько часов.

Они скакали почти всю ночь, которая казалась бесконечной. Лианну удивляло, что на горизонте до сих пор не светлеет. Тьма все еще окутывала огромный черный лес, через который они ехали, не было видно даже звезд, а холод был неумолим.

Большое мускулистое тело Варвара в седле за спиной принцессы было твердым и теплым, но его руки, обнимавшие ее, были столь же неумолимы, как и стужа вокруг.

Лианна знала, что если бы она ехала на лошади одна или сидела в паланкине, то замерзла бы до смерти. Ее раздражало, что она должна быть за что-то благодарна Амбросу — в конце концов, если бы не он, Лианна бы лежала сейчас на своей мягкой, теплой и безопасной перине — однако следовало признать, что она была благодарна просто за огромное могучее тело, возвышавшееся за ее спиной, за его тепло и силу, которые защищали ее от свирепого ночного ветра, и за его руки, которые удерживали в седле. Все тело ныло, она была настолько измучена и обессилена, что без поддержки — в этом не было никаких сомнений — просто свалилась бы с лошади и умерла от холода в этом лесу.

Пока они ехали, принцессу преследовали мысли о венчании — смутное воспоминание, которое казалось скорее сном, чем подлинным событием. Она вновь видела перед собой мертвенно-бледное, полное бешенства лицо отца, отдающего свою дочь Варвару из Блэкенстара, видела кардинала с перекосившимся воротничком. Когда кардинал начал священную Церемонию венчания Амброса и Лианны, его голос дрожал, выдавая его замешательство от неожиданного поворота событий этой ночью; в его печальных, много повидавших глазах была тревога за судьбу принцессы.

На внутреннем дворе пахло ладаном, чадили факелы, молились женщины, люди Амброса нетерпеливо переминались с ноги на ногу, фыркали гарцевавшие тут же лошади… Сам жених, опоясанный мечом, в плаще, накинутом поверх кольчуги, торопливо и отрывисто выговаривал слова брачного обета таким жестким тоном, который заставил Лианну произнести свою клятву нарочно медленно. Как только церемония закончилась и Амброс подхватил ее на руки и усадил в седло, из толпы женщин вышла Миг и направилась к самому Варвару.

— Герцог Амброс!

Он обернулся и взглянул на невысокую полную женщину с морщинистым лицом и выцветшими глазами.

— Леди, у меня нет времени…

— Будь добр к ней! — это прозвучало как приказ, резкий и быстрый, в котором звучала мольба. — К моей Лианне. Если ты посмеешь причинить ей зло, я сама найду тебя. Она хорошее дитя, у нее доброе сердце. Если ты причинишь ей зло…

— Успокойся, старуха, я не причиню ей зла, — Амброс говорил так тихо, что его слова, Лианна была уверена в этом, расслышали только Миг и она сама. — Возвращайся в свою постель и спи спокойно. В моих руках ей ничего не грозит.

Старушка смотрела на него, пока летели драгоценные секунды… Во дворе тихо ржали лошади, воины готовились к отъезду, а ветер беспощадно продувал аристократов и слуг, собравшихся, чтобы увидеть свадьбу своей принцессы.

Затем Миг кивнула и отступила назад.

Король крикнул: «Держись, дочь моя!» — и, бросив прощальный взгляд на искаженное мукой лицо отца, Лианна умчалась на черном жеребце Варвара. Лишь раз она с тоской смогла оглянуться на любимый замок, и над ними быстро сгустилась ночная тьма.

С тех пор они проскакали несколько часов — или, возможно, дней…

Лианна незаметно заснула и проснулась лишь тогда, когда сильные руки сняли ее с лошади. Она открыла глаза и какое-то мгновение, ничего не понимая, смотрела на красивое смуглое лицо, которое было так близко к ее собственному.

— Ей нужен отдых, — словно откуда-то издалека донеслись до нее слова герцога. Его голос был низким и не лишенным приятности, — иначе на моей совести будет еще одна мертвая жена.

Ледяной страх пронзил душу принцессы. Она сразу проснулась, и ее сердце сжалось.

— Амброс!

— Да, принцесса? — Амброс нес ее на руках, поняла вдруг Лианна; затем она увидела, что дикий лес сменил деревенский пейзаж, а справа протекает бурная темная река. Слева стояли ветхие постройки, сбившиеся в кучу, будто неведомые ночные чудовища.

— Где мы?

— На постоялом дворе в Кирдвике. Тут мы сможем провести в безопасности остаток ночи. Три или четыре часа, не больше, а затем нам нужно ехать дальше.

Лианна застонала и попыталась вырваться из его рук.

— Отпустите меня, я могу идти сама.

— Сомневаюсь.

Принцесса поняла, что Амброс прав. Ее тело ныло; усталость была так велика, что она с трудом различала и осознавала происходящее. Однако Лианна ненавидела свою слабость и дала себе клятву, что ничем не выдаст своего состояния.

— Вы меня недооцениваете. Я вполне способна…

— Если вы собираетесь каждый раз пререкаться со мной, У вас будут серьезные неприятности! — Амброс вошел в трактир.

Человек в замасленной черной рубашке и шапочке поспешно спустился по лестнице навстречу герцогу и остолбенело уставился на него.

— Мне и дюжине моих людей нужно разместиться на ночлег. Остальные станут лагерем у деревни. Утром им понадобится пища. Проследи, чтобы ее хватило на всех.

— Да, господин, как пожелаете. Позвольте провести вашу милость в комнату.

Выпучив глаза при виде рослых, вооруженных и, очевидно, опасных воинов, вломившихся в крохотный трактир, хозяин дома, спотыкаясь, повел черноволосого герцога в свою лучшую комнату.

Войдя в затхлую комнатушку с низким потолком, Амброс быстрым взглядом окинул ее. Здесь был очаг — хоть что-то. Матрас из соломы на кровати, дощатый пол — липкий от пролитого эля, ветхие одеяла, побитые молью. Однако огонь очага согреет женщину, которую он нес на руках, кровать подарит ей несколько часов необходимого сна — а это сейчас было главным.

Ему нужно было успеть в Блэкенстар, прежде чем туда доберутся захватчики с востока. Однако он не мог допустить, чтобы эта бешеная спешка погубила его молодую жену.

— Спите, пока есть возможность, — Амброс положил Лианну на кровать, заметив, как быстро она подскочила, уставившись на него яростным взглядом.

— Разожгите огонь и принесите леди чего-нибудь подкрепиться, — бросил он через плечо хозяину дома, а затем покинул тускло освещенную комнату, чтобы разыскать Вильяма и Беорна и отдать приказы своим людям.

Лианна совсем не хотела есть, ей хотелось только спать. Когда в очаге ожило пламя, а хозяин трактира, поклонившись, поплелся к двери, она сжалась в комочек в своей одежде на бугристом матрасе, от которого воняло так, будто последний раз он использовался в качестве подстилки для свиньи. Принцесса на мгновение с тоской вспомнила о своей перине, набитой нежнейшим пухом, о своих покоях, нежно пахнущих камышом и пряностями, о горячем ароматном напитке, который этой зимой Эльза готовила для нее каждый вечер — прежде чем она покинула замок. Затем Лианна отогнала все эти воспоминания прочь.

Все это осталось в прошлом — по крайней мере, сейчас. Если она надеется вернуться в замок Пенмаррен, к своей прежней жизни, жизни королевской дочери и принцессы, которую почитали ее подданные, ей придется для начала пережить предстоящие две недели в качестве жены Варвара.

А это означало, что нужно пережить еще и первую брачную ночь.

Она надеялась, что, по крайней мере, они проведут эту ночь в замке Пенмаррен. Уж никак не здесь, в каком-то грязном придорожном трактире, в темноте, задыхаясь от запаха свиного хлева.

Вероятно, Лианна вновь задремала. Внезапно она проснулась от того, что тяжелое тело опустилось на постель за ее спиной и кровать прогнулась под ним с пронзительным скрипом.

Варвар развалился рядом с ней. Он был полностью одет; его длинное и массивное тело' с трудом умещалось на кровати.

Девушка отпрянула в ужасе и попыталась отодвинуться дальше, чтобы ненароком не коснуться его, однако она переоценила ширину кровати. С приглушенным криком, вовсе не подобающим принцессе, Лианна скатилась с постели на пол.