Отчего-то на меня спросонья напала такая несусветная лень… Какой там еще обед? Разве уже время обеда?! Хорошо, хорошо, я уже встаю, не ворчите на вашу бесценную Королеву.

— Наро, ну, что ты делаешь?

— Если Госпожа позволит, я сам заплету ее волосы.

— Как всегда…

— Но сначала их надо расчесать.

Я прикрыла глаза, сидя на постели, и приготовилась к неземному блаженству. Наро очень ловко стал расчесывать мои спутанные локоны, словно это было наилюбимейшим его занятием. Деревянный гребень пробежал несколько раз от макушки до кончиков волос, и мужчина отдал его кому-то стоявшему рядом, наверно, это был все тот же мой «хвостик» Гаро.

Потом своими большими руками мужчина внезапно скользнул по моей шее к затылку и стал нежно касаться кожи головы, разбирая прядь за прядью. Его прохладные пальцы задевали мои уши, совсем легонько, подхватывали локоны с висков и со лба. Это походило на настоящий массаж, от которого я обычно просто млела.

Так Наро разделил мои волосы на две части, создавая четкий пробор посередине, а потом из этих двух половин моей светлой гривы сделал два тугих жгута, ловко переплел их в один в крупный узел чуть пониже моей макушки, свернул спиралью и закрепил, воткнув в густую «копну» две заостренные палочки.

— Ну, вот и все… Как же ты прекрасна, Магрит!

— Ха! Я, наверно, похожа на японскую гейшу, если бы еще глаза поуже и лицо набелить…

— Зачем набелить лицо?

— Милый мой Наро, я просто шучу, ты все равно не поймешь!

Не удержавшись, я обняла своего друга и поцеловала в щеку, а потом спрыгнула с ложа и подбежала к зеркалу, чтобы изучить сегодняшний свой образ. Надо же! Никогда бы не думала, что мужчина вроде Наро может сделать нечто подобное с моими непослушными кудрями.

— Спасибо, — сказала я, чуть дрогнувшим от смущения голосом, — Королева в полном восторге.

Старший Добытчик церемонно поклонился, явно довольный собой.

— Позволь тебя проводить туда, где мы готовим еду. Ты вчера говорила, что хочешь сама осмотреть также и кладовые. У нас с самого утра приготовлено много вкусных вещей и я не знал, что именно ты захочешь попробовать для начала.

— Урра! Мы идем на кухню! Я голодна как стая волков.

— Волки — это мелкие или крупные твари?

— Похожи на собак. Брр… У них острые клыки и когти, они догоняют добычу и рвут на части.

Наро понимающе кивнул.

— Как ларпусы?

Я на секунду задумалась, но спорить не стала. Ларпусы так ларпусы, век бы их не видать. Я невольно поежилась от воды для умываний и Наро забеспокоился.

— После дождя здесь стало свежо, тебя нужно скорее напоить горячим ишу.

— Да, было бы неплохо… Надеюсь, в его составе нет каких-нибудь личинок? — подозрительно спросила я собеседника.

— Только несколько трав.

— О, дайте же мне скорее глоточек этого ишу! А оно сладенькое, хотя бы?

Заслышав в моем голосе надежду, Наро сначала сделал строгое лицо, а потом засмеялся, поправляя на мне новое платье.

— Ты любишь все сладкое, я уже знаю. Скажу растопить в ишу смолу литарры, тебе понравится, моя плейпи.

— Кто — кто я? А, ну-ко, повтори? Ты сказал «бейби»?

— Нет! Плейпи… Это такие маленькие, летающие создания, что любят цветочный сок и душистые плоды, треснувшие от своей спелости.

— Ммм… тогда я точно плейпи! Только очень большая и не умею летать.

Мне было спокойно с этим мужчиной. Я знала, что он не станет трогать меня и приставать без моего позволения. Именно общаясь с Наро я поняла, что меня здесь действительно никто не обидит, потому что здесь все заботятся обо мне, по крайней мере, этот гигант и… Уно. Что-то теплое поднимается в душе при воспоминании о прошлой ночи. И капелька горечи падает на самое дно. Видимо, без нее никак.

Наро привел меня в большую светлую залу, где в центре располагалось круглое возвышение, похожее на стол, только создано оно было цельным изваянием из того же материала, что и стены. Кажется, это — серый известняк… Меня усадили в маленькое креслице возле стола, поспешно набросив на него что-то вроде груботканой скатерти. Я не успела даже толком разглядеть и потрогать материал — мне сразу же выдали большую миску, от которой валил пар. Мясной бульон? Что ж… попробуем.

Я вертела в руках деревянный черпачок и глазела по сторонам. Все стены этой просторной комнаты представляли собой полки с самой разной глиняной и деревянной посудой. Тут были большие пиалы и маленькие мисочки, вымытые и аккуратно сложенные одна в другую, также резные кубки для особых напитков и чаши попроще, черпаки различных размеров от мала до велика, внушительные ножи и простенькие терки. А рядом стояло подобие приставной деревянной лесенки, ее, видимо, использовали, чтобы достать до верхней полки. Но человеку с моим ростом она бы явно не помогла.

А еще на меня смотрело по меньшей мере четыре пары внимательных глаз. Конечно — это были крепкие мужчины без намека на какую-либо растительность на теле. Один из них размешивал в большой кружке какое-то варево, а потом передал напиток Наро, почтительно кивнув мне.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Выпей еще и это, — попросил Главный Добытчик, ставя кружку перед моим носом. — Это вкусно, и ты сразу согреешься.

Я не спорила. Наверно, это и есть их загадочный ишу. По-крайней мере, мне точно нравился запах. Он напоминал тонкий аромат растопленного меда, а на вкус же это было словно терпкий зеленый чай, только тягучий, густой, как ликер. Теплая жидкость быстро растекалась внутри, действительно, бодря и согревая. Наро присел на корточки рядом с моим столом и взял в свои ладони мою голую ступню, освобождая от туфельки, искусно сплетенной из мягких полосочек кожи.

— Согрелась! — во всеуслышание сообщил Наро, целуя мои пальчики, а мне вдруг стало не по себе.

Нет, все-таки в этом есть какое-то извращение и абсурд. За что они так меня обожают? Вроде бы все понимаю, но не могу привыкнуть, да и не хочу, кажется. Странная мысль завертелась в голове, а если Уно согласится? Нет, даже страшно подходить к нему с этим предложением, вдруг он расскажет другим членам Совета… Еще одного предательства я просто не переживу. А, значит, не стоит и думать о побеге вдвоем. Уно ни за что не бросит свой Дом ради меня. И разве мы сможем выжить одни в этих дебрях…

— Магрит, ты чем-то огорчена? Тебе не понравился ишу? Недостаточно сладок?

— Все замечательно, я просто… просто вспомнила свой прежний дом. Тот, где я родилась и провела детство.

На лице Наро появилось прежнее благодушное выражение. Но он не задал мне больше ни единого вопроса. О! Да им, похоже, не было никакого дела до моего прошлого. Они живут только своими заботами и своей историей, а я интересна им лишь как часть Кормаксилон. Грустная правда моей нынешней жизни.

До меня донеслись облегченные вздохи. Я только теперь поняла, что кормисы всерьез испугались, что их питье мне придется не по вкусу. Местные повара даже бросили отжимать какую-то траву на длинном разделочном столе у противоположной стены. Чувствуя себя виноватой, я уткнулась носом в кружку, продолжая украдкой поглядывать по сторонам.

Недалеко от моего стола располагались ниши, в которых горел огонь. А на его жаркой рыже-красной плоти грелись большие чаны с похлебкой или кашей. Кормисы-повара, вернувшись к своим делам, вновь стали что-то нарезать на разделочных столах и помешивать в чанах, добавляя в варево содержимое разных корзиночек и мешочков — это здорово походило на опыты в какой-то химической лаборатории. Симпатичные парни, все как на подбор — атлеты, ловко нарезали коренья и разноцветные плоды, рубили мясо и бросали в чан вымытые клубни или, возможно, грибы. Кадр из фантастического фильма!

Передо мной разложили кусочки вареной рыбы и еще что-то длинное, непонятное… подозрительное.

— Это змея?

— Нет, что ты! Это всего лишь сальпа — жирный земляной червь, — ответил Наро, немного растерянно посматривая на мою рекцию.

Час от часу не легче! Как бы мне не хотелось обижать ребят, но я не смогла откусить и кусочка от этой "багровой кишки" на плоском блюде. Да верю я, верю, что у нее великолепный вкус… и листочки зелени смотрятся гармонично с этой красной… гм… Я лучше рыбу поем и вот эту картошечку, ну, что-то вроде нее. И орехи я, пожалуй, попробую и козинаки. Торопливо утолив голод, я поняла, что жажду бурной деятельности.

– Ребята, чем вам помочь? Я тоже хочу принять участие в приготовлении пищи!

— Зачем? — растерянно спросил Наро. — У тебя нежные руки, тонкие пальцы, не твое это дело мужчинам готовить еду. И… прости, Магрит, думаю, ты не справишься.

Я чуть не расхохоталась во весь голос, вот это заявление!

— Но тогда, тем более, мне бы хотелось чему-то поучиться у ваших мастеров. И внести свой вклад в приготовление пищи, так сказать, разве я не стану есть вместе со всеми?

— Для тебя, Королева, мы готовим отдельно, чтобы было не только вкусно, но и красиво. Сытное грубое варево в котлах только для простых кормисов.

— Но я бы тоже хотела участвовать…

— Королеве скучно?

Эх! Я уже успела понять, что мне вежливо отказывают. Да-да, некоторые великие повара считали, что женщине, действительно, не место на профессиональной кухне. Неужели так думают и эти ребята. Ну и снобы! Они, безусловно, высокого мнения о себе и своих талантах, даже кулинарных…

Спорить не хочу, я сыта, мое любопытство удовлетворено и сейчас я не против прогуляться на свежем воздухе. Идею тут же подхватил Наро, и вскоре мы выбрались на поверхность Дома, чтобы лично посмотреть, как завершается надстройка южной стены ограды.

Я сдержанно поздоровалась с Мано, стараясь, впрочем, не замечать жадного блеска его темных глаз. Мне стало немного не по себе, когда я представила, что мне надо будет одаривать «милостью» и его. Когда-нибудь… Уж лучше бы на его месте оказался хорошенький молодой кормис, вроде того «стриптизера», что мне прислуживал. С ним бы я, кажется, смогла поладить, просто разрешив прикасаться к своим ногам, например, и не более того. А кстати, надо бы узнать, где Аро сейчас…

— Королева! — раздался знакомый юношеский голос откуда-то сверху.

Я резко обернулась, узнавая того самого красавчика, что прежде входил в мою свиту.

— Привет, Аро! А я по тебе скучала, приятель! Как твои дела?

Я совсем чуть-чуть покривила душой, но парнишка, кажется, этого не заметил и расцвел, польщенный вниманием. Теперь он радостно махал мне рукой, стоя на неком подобии строительных лесов возле очищенной от подгнивших бревен части стены.

Я улыбнулась и ответила ему тем же, и тогда он подпрыгнул, подхватив одну из лиан и, подобно мартышке, забрался выше лишь для того, чтобы сорвать большой алый цветок, свисающий с ближайшей ветки.

— Он старается ради тебя, Магрит, — проговорил стоявший рядом Наро, снисходительно поглядывая на проделки молодого строителя.

И я, конечно, восторженно захлопала в ладоши, от души желая похвалить Аро, который уже спускался с цветком в зубах обратно на свой деревянный помост.

— Слава нашей Королеве! — воскликнул красавчик, хватаясь за столб опоры и посылая мне воздушные поцелуи, ну, я именно так расценила эти красноречивые жесты.

— Стоять! — рявкнул вдруг Мано и бросился от нас к стене, бесцеремонно расталкивая окружающих.

Но Аро, видимо, его не расслышал, он все так же раскланивался и улыбался, взмахивая цветком, когда вдруг деревянные доски зашатались под его ногами и юноша стремительно полетел вниз. Все мы с ужасом наблюдали за тем, как «строительные леса» внезапно сложились, будто домик из карточной колоды, оставляя неудачливого строителя погребенным под грудой бревен и жердей.

Помню, я закричала, обернувшись к Наро, и вслед за моим воплем начала рушиться и часть прохудившейся стены, осыпая деревянный завал еще и камнями.

— В сторону! Увести Королеву!

— Нет, я останусь здесь! Я — врач, я хочу осмотреть его, я знаю, что нужно делать.

Какой-то пожилой кормис решительно схватил меня за руку, чтобы увлечь за собой, но я так огрызнулась, что мужчина испуганно отшатнулся. Хватит меня таскать туда-сюда, как тряпичную куклу. Мне не пять лет, я уже давно сама стою на ногах и многое могу. Не обращая внимания на увещевания Наро, я двинулась к месту обвала, где уже собралась толпа.

Мано во главе небольшой группы строителей быстро разбирал завал.

— Невнимательный глупец, — ворчал он себе под нос, быстро откидывая в сторону округлые камни.

Не жалея своих рук, он как настоящий титан мгновенно расчистил подход к Аро и попытался вытащить парня из-под досок. Двое кормисов помогли ему, и вскоре раненый юноша оказался на траве подле меня. Но как только мужчины склонились над ним, я поспешно воскликнула:

— Подождите! Его нельзя трогать. Сначала я его осмотрю.

Мне просто стало страшно, а что если мальчик сломал шею или, того хуже, позвоночник? Они грубовато передвинут его и окончательно покалечат.

Опускаясь на колени возле неподвижного Аро, я судорожно вспоминала все, что знаю о травмах — все, что мы проходили в колледже на тему первой помощи пострадавшим. Лицо юноши было изодранно ссадинами от мелких камешков, а еще, видимо, одна из досок хорошенько приложилась к виску моего милого знакомого. Лишь бы он выжил…

Я осторожно стала проверять рефлексы, нажимая на особые точки его тела, заглянула под прикрытые веки и облегченно вздохнула. Жизни Аро, кажется, ничего не угрожало всерьез. Но его левая нога была неестественно вывернута в сторону, это явно походило на вывих или даже перелом.

— Срочно позовите кого-то из наставников! — скомандовал вслух Мано где-то совсем рядом.

— Я уже здесь, — воскликнул поблизости Уно.

Как же он узнал о случившемся так скоро… И его следующие слова прозвучали будто ответ на мой мысленный вопрос.

— Я услышал крик Королевы и поспешил сюда. Магрит, ты не ранена?

Пару секунд мы просто смотрели друг другу в глаза, а потом я снова опустила голову к Аро. Мне стало немного неловко от этой фразы. Заботиться следует вовсе не обо мне.

Уно понял это и опустился на колени рядом, чтобы вместе со мною продолжить осмотр. Вскоре мы обнаружили, что справа на груди Аро медленно расплываются багровые следы от ушибов, возможно, имеются закрытые переломы ребер. Бедный ты мой красавчик! Как же тебе досталось. Я внимательно прислушалась к его тяжелому, чуть свистящему дыханию — ритм, кажется, не сбивался и это уже хорошо.

Потом я проверила пульс, он был частым, но артерия под пальцами ощущалась упругим тяжем, значит, давление не упало. Смущало лишь то, что парень был без сознания, хотя реально страшных повреждений я не заметила. В таком случае могут быть внутренние повреждения или имеется сотрясение мозга? Сильнейший болевой шок тоже не следует исключать.

На вывернутую ногу Аро надо было срочно наложить шину, потому я тихо попросила мужчину, что был поблизости, подобрать подходящие доски. О гипсе здесь речи быть не могло, но нести парня в Дом без надежной фиксации голени явно было не лучшей идеей.

— Он ведь будет жить? — спросила я Уно, хотя, сама подозревала ответ, мне просто хотелось услышать подтверждение моего первичного диагноза.

Старший наставник внимательно посмотрел на меня, явно удивляясь столь выраженной тревоге.

— Да, он сильно оглушен, но Аро крепкий и справится. Не волнуйся, Магрит. Он будет жить.

Я кивнула с явным облегчением и спросила, как они обычно поступают с подобными травмами.

— Нужно поставить ногу на место и хорошо закрепить, — спокойно пояснил Уно и пересел, чтобы оказаться ближе к неестественно повернутой части тела.

У меня сердце сжималось при виде того, как чуткие пальцы наставника пробежали по конечности кормиса, а потом Уно дернул ногу, буквально поворачивая ее на место. Аро глухо застонал и открыл глаза.

— Тише, тише, все уже хорошо.

— Магрит, я хотел…

— Я знаю, ничего не говорит, я все знаю.

Мне так хотелось ему хоть как-то помочь, что, не сдерживаясь, я наклонилась к Аро и губами коснулась его окровавленного рта, потом щеки, лба и носа.

— Мы позаботимся о тебе, мы будем рядом, и ты скоро поправишься.

Сердце мое переполняла жалость и боль, я с трудом сдерживала слезы, увидев рваную рану за его ухом, но нужно было сохранять хладнокровие, чтобы не тревожить его лишний раз.

— Магрит…

Он все силился мне что-то сказать, но ему будто не хватало воздуха. Взгляд его помутнел и глаза закрылись.

— Аро! Ты мне нужен, слышишь! Не смей умирать!

Мы быстро смастерили какое-то подобие шины для его голени, обмотав ногу мягкой тряпкой и привязав к ней обломки двух досок. Также я сама старательно соорудила тугую повязку на его груди и еще раз поцеловала Аро в лоб, как больного ребенка.

— Помни, что ты мне нужен! Я тебя жду.

Метка раненого внезапно наполнилась голубоватым сиянием. Аро глубоко вдохнул, приподнимаясь, насколько ему позволила плотная перевязь на груди, и открыл прояснившиеся глаза, уже вполне сознательным взглядом обведя стоящих вокруг мужчин. Это было так неожиданно, что Мано даже вздрогнул, не сдерживая возгласа. Еще ни одна Королева на его памяти не давала так много сил одним лишь прикосновением. Неужели, этот мальчик и вправду, был дорог Магрит. Невероятно!

Я заметила, что теперь все почему-то благоговейно уставились на меня, но я же не сделала ничего особенного, лишь кое-как его перевязала и только.

— Ты вдохнула в него жизнь. Теперь я спокоен.

Уно кивнул, словно ставя окончательный вердикт в медицинском осмотре. А я растерянно смотрела на Аро и думала с тоской, что этот юноша, возможно, пострадал из-за меня. Он же хотел покрасоваться, вот и полез наверх, а потом не заметил расшатавшихся досок. И я сейчас не сделала ничего сверхестественного, я просто выполнила свой долг, как уж сумела.

— Теперь можно погрузить его на носилки, только очень осторожно, — попросил Уно, отступая в сторону.

Подошли еще двое из нянек и, повинуясь жесту Старшего, унесли Аро внутрь Дома.

Я медленно выдохнула, чувствуя прилив внезапной усталости и мучительную жажду. Но, глянув на Мано, заметила кровь на его руках.

— Ты ранен? Нужно обработать твои ладони, промыть ссадины и тоже перевязать.

— Не нужно… это совсем мелкие порезы и они не стоят твоего внимания! — неловко пробормотал Мано, пряча свои разодранные лапищи за спину.

Сцена, что только что развернулась перед ним, откровенно поразила Старшего Строителя. Вместо того, чтобы уйти, брезгливо морщась при виде чужого изуродованного тела, Королева не только осталась наблюдать за тем, как оказывается помощь заурядному строителю, но и сама утишала его боль, проявляя немалую выдержку и умение.

— Это самая добрая и мудрая Правительница из тех, что были в Кормаксилон. Наша новая Королева умеет все.