— А, вот вы где, мисс Тайлер!

Это было на следующий день. После обеда Уиллоу сначала уложила детей спать, а потом пошла на задний двор, чтобы развесить кипу постиранного белья. Только она закончила, как услышала голос хозяина.

Она обернулась и увидела его на пороге черного хода. Спортивная футболка и шорты до колен темно-серого цвета соблазнительно облегали его высокую, стройную фигуру.

У нее подкосились ноги. А когда он направился к ней, Уиллоу мучительно захотелось оказаться в его нежных объятиях.

Она в своем уме? Ведь доктор Гэлбрейт подчеркнул, что ему нужна няня, которая не сходила бы по нему с ума. Невзрачная няня, которая не помешана на мужчинах. Она не была падкой на мужчин, но когда дело касается такого мужчины…

— Приехала моя кузина, — объявил он. — Кэмрин Моффэт. Позже мы собираемся сыграть партию в гольф. А сейчас кузина согласилась полчаса посидеть с детьми, чтобы мы с вами могли сделать пробный заезд на другой моей машине.

Его деловой тон привел Уиллоу в чувство.

— На какой другой машине? — спросила она, рукой прикрывая глаза от солнца.

— Это машина отца. Она стоит в гараже с тех пор, как мои родители уехали из Саммерхилла. На прошлой неделе я забрал ее из мастерской. На ней вы можете возить детей на прогулки и ездить домой на выходные. Я хочу, чтобы вы сейчас попробовали машину на ходу.

— А также, я полагаю, — она лукаво улыбнулась, — вы хотите посмотреть, не лихачу ли я за рулем!

— А что, есть такой грех?

— Скоро узнаете!

— Обязательно пристегну ремень безопасности, сухо отрезал он. — Готовы?

Стоял жаркий, душный день, и Уиллоу была одета соответственно. Но сейчас, взглянув на свой короткий топик и джинсы до колен, она пробурчала:

— Мне нужно переодеться.

— Вам и так хорошо.

Но ей не было хорошо. Она чувствовала, что выглядит скованной, нескладной и невзрачной одновременно. Но разве невзрачная няня не то, что ему нужно? Она должна быть довольна, что идеально подходит для этой работы.

Уиллоу последовала за ним внутрь дома, изображая на лице ироническую гримасу. Они вместе вошли в парадный холл. В воздухе витал чуть уловимый запах духов. Жасмин и роза, определила она. Запах дразнящий и дорогой. В стиле Кэмрин Моффэт. Иначе и быть не может.

— Мы встретимся с моей кузиной, когда вернемся. — Скотт открыл парадную дверь. — Она поднялась наверх присмотреть за детьми.

Первое, что увидела Уиллоу, выйдя на улицу, был лихо припаркованный у самых ступенек эффектный синий автомобиль с откидным верхом.

Машина Кэмрин Моффэт. Иначе и быть не может.

Было видно, что эта женщина, как и ее кузен, обожает роскошную жизнь.

И если бы сухой тон доктора Гэлбрейта не привел Уиллоу в чувство пару минут назад, это произошло бы сейчас, при виде роскошной машины.

Она была вынуждена признать, что была бы полной дурой, если бы решила флиртовать со своим хозяином. Даже если бы в ее жизни оказалось место для мужчины, Скотт Гэлбрейт ей не пара.

Так же как и его сводный брат Чэд.

Она знала об этом, но тем не менее отдалась ему. Воспоминание о том, как ужасно закончилась их любовь, мгновенно отрезвило ее.

Уиллоу села в машину на место водителя. Ей потребовались усилия, чтобы сконцентрироваться на приборной доске.

Наконец она успокоилась и включила зажигание.

Когда заработал мотор, сидевший рядом Скотт одобрил:

— Правильно. Давайте поедем по дороге на Крествилл, посмотрим, как вы справитесь на автомагистрали.

Уиллоу аккуратно вывела машину из гаража, не задев роскошный зеленый автомобиль Скотта, стоявший рядом.

Она не нервничала из-за этого «пробного вождения». Она знала себе цену на дороге. И ее хозяин это скоро узнает.

С его стороны было большой ошибкой взять ее в машину в этих чертовых шортах. Лучше бы он отпустил ее переодеться, заодно посоветовал бы надеть джинсы. А теперь ее стройные загорелые ноги как магнитом притягивали его взгляд.

Скотт с трудом сдержался, чтобы не застонать.

Правую ногу она вытягивала вперед, когда нажимала на газ. Левой ногой упиралась в дверцу машины, полностью сосредоточившись на вождении.

Она понятия не имеет, насколько соблазнительно выглядит. Подобное зрелище любого мужчину сведет с ума. Не спасает и то, что он всегда был здравомыслящим человеком. Еще бы, таких красивых ножек, как у мисс Тайлер, наверное, нет ни у одной женщины в мире.

Он горел желанием дотронуться… Взгляд его зачарованно уставился на ногу в босоножке, нажимавшую на газ. Интересно, где у нее самая чувствительная зона? Может быть, нежные маленькие пальчики на ногах? Или пятки? А может…

— Думаю, это место самое подходящее.

Скотт чуть не подпрыгнул от неожиданности, будто его застали в церкви за чтением романа. Неужели она может читать чужие мысли? У него перехватило дыхание, когда он увидел, как она медленно проводит рукой по левой коленке, такой гладкой и округлой…

Она поощряет его?..

Он смотрел на нее в замешательстве.

Уиллоу снова положила руку на руль и слегка насмешливым тоном заметила:

— Разве вы недостаточно увидели?

— Недостаточно?

Она свернула с дороги на пустырь. Вокруг никого не было, если не считать дачного пикапа, припаркованного вдалеке.

Что она задумала?

Уиллоу повернулась к нему и посмотрела на него серо-зелеными глазами.

— По шкале от одного до десяти как вы меня оцениваете? — насмешливо поинтересовалась она.

Скотт непроизвольно выпалил:

— Десять баллов. — К чему врать? У нее действительно потрясающие ноги…

— Н-да. Сама я себя оцениваю на девять баллов.

Правда, я слишком осторожничала, пропуская велосипедиста, когда мы проезжали Миллер-Энд.

Он заставил меня понервничать.

Скотт непонимающе глядел на нее. О чем это она говорит? Наконец до него дошло. Она обсуждает свое вождение, а не его похотливый интерес к ее ногам.

— ..ну, теперь, если этого достаточно, можно возвращаться. Этот пустырь такой же, как и другие, чувствуешь себя здесь не очень уютно. К тому же, — она снова потерла коленку, — солнечные лучи начинают припекать и обжигают кожу.

Скотт про себя поблагодарил Бога за то, что не проговорился о своих неприличных мыслях.

Он открыл дверцу.

— Ладно, — заявил он. — Мы возвращаемся, но поведу я.

Уиллоу не вышла из машины. Вместо этого она перебралась через коробку передач на то место, где сидел он. И прежде чем Скотт успел закрыть дверцу со стороны пассажира, он увидел такие нежные округлости, что кровь бешено запульсировала у него в висках.

— Скотт, ты вернулся!

Они проходили по парадному холлу, когда с лестницы послышался звонкий голос. Уиллоу посмотрела наверх и увидела женщину, которая спускалась по ступенькам.

У нее захватило дух при виде незнакомки. Кузина Скотта Гэлбрейта была потрясающе красива.

Облегающая трикотажная футболка для гольфа и шорты изумрудного цвета подчеркивали стройную, без изъянов фигуру. Пышные, кудрявые черные волосы волнами лежали на плечах. Алые губы притягивали к себе внимание. А глаза, точно две спелые темные вишни, сверкали загадочным блеском.

— Я поболтала с Лиззи, — оживленно объявила она, спустившись с лестницы. — Скотт, я так рада, что вы все вместе вернулись в Саммерхилл. Теперь я могу чаще видеться с моими племянниками.

Затем она обратила внимание на Уиллоу. И явно изучала ее, пока Скотт не представил их друг Другу Уиллоу почувствовала жесткую руку на своем худеньком плече.

— Кэмрин, — начал он, — познакомься, это Уиллоу Тайлер, няня моих сорванцов. Мисс Тайлер, это моя кузина мисс Моффэт…

— Скотт, не будь таким официальным. — Кэмрин дружелюбно протянула руку Уиллоу. — От такого представления я чувствую себя степенной старой тетушкой. Просто Кэмрин! И вас, если вы не возражаете, я буду называть Уиллоу.

Уиллоу частенько чувствовала себя неловко рядом с действительно красивой женщиной. Но в присутствии Кэмрин она не ощутила себя уязвленной.

— Я согласна, — ответила Уиллоу. — Если, конечно, доктор Гэлбрейт не возражает.

Скотт холодно ответил:

— Нет, мисс Тайлер, я не возражаю.

— Тогда все в порядке, — улыбнулась Кэмрин. У вас хорошее имя, и я не понимаю, Скотт, почему ты не хочешь называть Уиллоу по имени. Временами ты такой заносчивый!

— Я только хочу подчеркнуть свое уважение к мисс Тайлер и ее работе.

— Ерунда! — Кэмрин повернулась к Уиллоу. Какое обращение вам больше нравится, по имени или по фамилии?

Уиллоу почувствовала на себе тяжелый взгляд хозяина и поняла, какой ответ он желал услышать.

Но их желания не совпадали. Уиллоу честно ответила:

— Я предпочитаю, чтобы ко мне обращались по имени.

Она говорила и смотрела на Скотта. В его глазах мелькнул недобрый огонек. Она расценила его как осуждение.

Однако, прежде чем она успела пожалеть о своих поспешных словах, он заявил:

— Нет проблем, но давайте будем последовательны до конца! — Он усмехнулся. — С этой минуты вы называете меня Скоттом.

Наконец эта парочка ушла в гольф-клуб. Уиллоу поднялась наверх посмотреть, чем занимаются ее подопечные. Сначала она зашла к двум младшим, но они еще спали.

Потом заглянула в комнату Лиззи. Та сидела на кровати, скрестив ноги, и читала.

Мельком подняв глаза на Уиллоу, когда та вошла в комнату, девочка нахмурилась и снова принялась читать.

Уиллоу подошла к кровати.

— Что ты читаешь? — поинтересовалась она дружелюбным тоном.

— Книгу.

— Хмм, я вижу. — Уиллоу заметила на полу мятую оберточную бумагу. — Подарок тети?

— Извините. — Отвернувшись от нее, Лиззи спустила ноги на ковер и встала с кровати. Гордо задрав нос, она зашагала к двери. — Мне надо в ванную, Секундой позже Лиззи с грохотом захлопнула дверь ванной комнаты.

От грохота проснулись Мики и Эми. Невыносимые вопли Мики, сопровождавшиеся криком Эми «Замолчи!» — сотрясли воздух. Уиллоу внутренне собралась с духом, чтобы выдержать еще один день.

Скотта не было дома до позднего вечера.

Дети уже спали. Мисс Кэрд ушла к себе домой.

Уиллоу сидела за обеденным столом на кухне, пила горячий шоколад и отгадывала кроссворд в «Нью-Йорк тайме».

Только она покончила с кроссвордом, как услышала звук поворачиваемого ключа в дверном замке. Дверь открылась, и на пороге появился Скотт Гэлбрейт.

Увидев Уиллоу, он насмешливо улыбнулся.

— Привет… — сказал он, — Уиллоу.

Она покраснела.

— Я прошу прощения за то, что поставила вас в неловкое положение. Не надо вам называть меня по имени.

— Нет уж. Кэмрин съест меня живьем, если я буду обращаться к вам «мисс Тайлер». — Он посмотрел на ее кружку. — Что вы пьете?

— Горячий шоколад. — Она встала со стула. Вам сделать?

Он жестом усадил ее.

— Спасибо. Я поужинал в клубе и выпил там слишком много кофе.

— Как прошла игра?

— Кэмрин загоняла меня. Она заядлый игрок в гольф. Последние семь лет, включая прошлый год, она участвовала в женских соревнованиях по гольфу. А я долго не играл, но с удовольствием вспоминаю забытые навыки.

Уиллоу заметила свежий загар на лице Скотта.

Легкий румянец на щеках подчеркивал выразительность его глаз.

— Чем еще занимается ваша кузина… кроме игры в гольф?

— У нее бутик в Крествилле. Кэмрин сама создает многие модели. Была даже опубликована фотография одного из ее платьев на обложке январского номера журнала «Вог».

— На самом деле мода меня мало интересует. Уиллоу добавила игривым тоном:

— Я же невзрачная няня.

Его глаза сузились. Он взглядом пронзил ее, будто пытался определить, не смеется ли она над ним. Она интуитивно угадала его безмолвный вопрос самому себе. Способна ли Ида Трэнт на такую бестактную откровенность? Неужели она передала весь их разговор Уиллоу? Однако простодушное выражение на ее лице, очевидно, успокоило Скотта. Секундой позже Уиллоу по его глазам увидела, что все сомнения развеялись.

— Ладно, — произнес он неопределенно, — о вкусах не спорят…

Уиллоу еле сдержалась, чтобы не рассмеяться над его замешательством. Она ожидала, что он постарается поскорее уйти.

Но, кажется, Скотт не торопился. Прислонившись спиной к кухонной стене, он поинтересовался:

— Как прошел ваш день? Наладились отношения с Лиззи?

— К сожалению, нет.

— А как с Эми?

— Так же.

Скотт поморщился.

— Послушайте, я хочу извиниться…

— Нет, это я хочу попросить извинение за свое грубое поведение в кафе «Морганти», — торопливо перебила его Уиллоу. — Не думала, что буду извиняться за это. Я не знала о трагедии в вашей семье.

Но все равно мое поведение непростительно. Доктор Гэлбрейт, я…

— Просто Скотт.

— Доктор Гэлбрейт, я думаю, будет трудно…

— Зовите меня Скотт. — Он приподнял брови. Одно слово. — Он кивнул на лежавшую на столе раскрытую газету. — Уверен, что для женщины, отгадывающей кроссворды из «Нью-Йорк тайме», под силу запомнить одно слово.

— Да дело не в слове. И вы знаете это! Суть в том, что я — няня, а вы мой хозяин.

— Попробуйте видеть во мне помощника и союзника, а не хозяина. В сражениях с моими детьми я на вашей стороне. Мы должны объединить наши силы. И если будем называть друг друга по имени, это укрепит наши позиции.

— Возможно. Но позвольте все же называть вас… доктор Гэлбрейт.

— Тогда, — страдальчески произнес Скотт, — Кэмрин меня растерзает.

Уиллоу не могла не улыбнуться.

— Итак, вы снова зовете меня…

— Мисс Тайлер. — Он отошел от стены. — А теперь, мисс Тайлер, я ухожу в свой кабинет, чтобы вы могли спокойно отдохнуть за чашечкой горячего шоколада.

Выходя из кухни, он бросил через плечо:

— Спокойной ночи! До завтра.

— Спокойной ночи, доктор Гэлбрейт.

Дверь за ним захлопнулась, и Уиллоу облегченно вздохнула. За эти несколько минут у нее от напряжения затекли ноги и руки. Нервы были накалены до предела. Она с удовольствием потянулась.

Уиллоу не могла спокойно находиться рядом со Скоттом. Ее тянуло к нему. Ей хотелось физической близости с ним. И не было смысла отрицать это.

Именно поэтому она не могла называть его по имени. Это было бы слишком интимно.

Но все же ей неудержимо хотелось произнести вслух его имя.

Она глубоко вздохнула и прошептала:

— Скотт…

Прозвучало это так ласково и нежно, что ее охватили тревога и смятение.