Наверно, я задремала. А чем мне еще заниматься глухой ночью, почти без одежды лежа на голом камне? Нет, сначала я старалась растянуть веревки, потом, когда первое не получилось, докричаться до местных жителей — и тоже безрезультатно. Под конец, вспомнила о Райлит, позвала ее, но ответа не последовало. Это называется, ушла в себя, вернусь нескоро… Ничего особенно, любимый прием моей второй сущности…

Итак, я задремала. Свое взяли безумная усталость и напряжение последних нескольких суток, и, повозившись, я прикрыла глаза, но проснулась почти мгновенно, когда в воздухе повеяло магией. Нет, от нее и так было не продохнуть (народ, запершись в домиках, усиленно колдовал над амулетами, и от перемешанных запахов волшебства меня уже начинало мутить), но это — что-то новое. Такого запаха прежде не чувствовалось…

Приподняв голову, я, как заправская ищейка, повела носом и поморщилась. Знакомое какое-то… жаль, не разобрать, прочие запахи перебивают… Но знакомое, ей-богу, мне подобное раньше встречалось… Я снова принюхалась. Нет, не разобрать… Может, это местный внештатный палач приперся, на ночь глядя, тихонько меня прирезать?

Я мысленно представила знакомого дедка в простыне, увешанного защитными амулетами на манер новогодней елки и нервно хмыкнула. Ну-ну… Ой-е-е-е… Касси, спокойно, только без истерики! Положение — не ахти какое, понятно, но все же… и… обычно тебе везло, ведь так? И сейчас, по статистике, тоже должно повезти… Нда. Должно, да не обязано.

Дабы не нервировать себя подобными мыслями, я попыталась подумать о чем-нибудь левом. Левом, не таком страшном, обычном… И подумалось только о том, что я уже черт знает, сколько не ела и кушать мне хотелось изрядно. Пельменей… Два жалких яблочка за сутки — это ж разве нормальная еда для растущего человеческого организма?.. Душу бы продала за пельмени…

— Душу, говоришь? — неожиданно прозвучал над моим ухом глухой голос. — Которую?

— Да любую, мне не жалко, у меня все равно их две, — ляпнула я.

И замерла. Стоп! Кто здесь?.. Ась?.. Я, конечно, могу сама с собой разговаривать, как и отвечать самой себе — тоже, но не вслух!..

— Кто здесь? — беспокойно завертела головой я.

Вокруг — вроде, ни души. Я ж только налево или направо голову повернуть могла, да вперед посмотреть… И скорее почувствовала, чем увидела, что неизвестный притаился рядом с моей многострадальной макушкой. Да и не неизвестный он, а очень даже знакомый. И если потянуло дождевой свежестью, то вовсе необязательно вот-вот грянет гром и с небес польется вода…

— Райт, кончай шифроваться, я знаю, что это ты! — я чуть не заработала косоглазие, пытаясь его рассмотреть.

— Правда? — вопросил голос.

— Естественно! — рассердилась я. — Ты развяжешь меня или нет?

Конечно же, он! Тихий, бесстрастный, начисто лишенный эмоций, глухой голос — еще одно тому подтверждение. Он и раньше-то редко проявлял свои эмоции, а после превращения в зомби и вовсе разучился толком что-либо чувствовать. Но я все равно — жутко рада его видеть…

— Ну, и чему ты ухмыляешься? — Райт одним движением, без труда, разорвал веревки, связывающие мои руки.

— Тебе, — просто улыбнулась я. — Тысячу лет тебя не видела, а, может, и больше…

— Две недели всего лишь, — уточнил мой бывший проводник, разбираясь с остальными путами.

— Это по вашим меркам — две недели, — возразила я, не переставая умильно разглядывать нашедшегося брата — А у нас — два года!

— Гм? — он протянул мне руку, помогая сползти с камня. — Всего-то?

— Зануда ты, — я вздохнула и крепко обняла его. — Так и скажи — плевать тебе, что я есть, что меня нет…

Как же хорошо, когда рядом есть мужчина, которого можно спокойно обнять и тебя никто не заподозрит в непристойных домогательствах…

— Ну, — помедлив, Райт осторожно обнял меня за плечи. — Наверно, нет.

— Что — нет? — оторопела я. — Что меня — нет?!

— Нет, мне не плевать.

И, как обычно — ноль эмоций. И на лице, и в глазах, но я уже привыкла. По-своему, как умеет, он меня любит, иначе не лез бы за мной во все неприятности подряд и не вытаскивал бы мою персону оттуда за шиворот… Но, елы-палы, как же мне не хватает его прежнего!.. Тогда он, хотя бы, улыбался, пусть и изредка… В этом плане мы были совершенно разными, а вот внешне… Одинаковый цвет волос — каштановый, цвет глаз — зеленовато-карий, рисунок бровей, феноменально похожие черты лица, даже ненормальная бледность сейчас — и та тоже. Только что Райт — на голову меня выше.

— Кстати, — я решила сменить тему. — А что ты здесь делаешь?

— Угадай с трех раз… Тебя спасаю.

— А… зачем?

— Привычка.

— Да ну тебя, — проворчала я. — Шутник нашелся…

— Что ты, какие шутки, — Райт выудил откуда-то из-за камня все мои пожитки. — Твое? Одевайся.

Ура!.. Я оперативно влезла в штаны и безрукавку, нацепила ножны, и запрыгала на одной ноге, натягивая левый сапог и, заодно, разминая затекшие мышцы. Обувшись, я закинула на плечо рюкзак и, подкараулив момент, отвесила Райту подзатыльник.

— За что? — чуть не подскочил он.

— За оберег на заднице, — прямо ответила я. — Не мог для него поприличнее место найти?!

— А, — я готова поклясться, что в его глазах промелькнула улыбка! — Так… ты бы увидела и испугалась. А на… хм… пятой точке и не заметно, и момент тогда походящий был…

— Интересно, — я пошарилась в рюкзаке, отыскивая завалявшиеся яблоки. — А ты его спонтанно решил мне прицепить или о чем-то догадывался?

— Да тут и догадываться нечего. Кто из нас двоих вечно в истории влипает?

— Ну и что, — уязвленно пробурчала я, отыскав-таки единственно яблоко и тщательно вытирая его о край куртки. — Подумаешь…

— Действительно, — кивнул мой собеседник.

И, конечно, он и не догадывается о том, что оберег — это часть моей метки, а я рассказывать не буду. Как и о нашем родстве. А зачем, если он все равно не помнит? Вторую его душу убили, от первой — одно название осталось… Или рассказать? Так для оного время нужно, а у меня — около четырех часов до рассвета, поторопиться надо… А куда? Куда-куда. В лес, конечно же. В древний лес, где водятся вайхасы и где за стеной старых сосен скрывается очередной таинственный предмет. Там мы с колдуном в первый раз пересеклись и там же местного вредителя и застать можно. Единственное, что мне не дает покоя — почему его не трогают наши стражи? Но и это я тоже выясню. Позже.

— Райт, я… — я замялась, нерешительно посмотрев на него. — Мне пора…

— Куда?

— По делам. Я ведь здесь не просто так оказалась, — пояснила я.

— Я с тобой.

— Нет, ты туда не пойдешь, — я начала нервничать; я всегда нервничаю, если не могу прочитать в глазах своего собеседника хоть намек на тайные мысли. — Это мое дело и только мое.

— Я помешаю?

Святая наивность! Нет, ты не помешаешь, ты никогда мне не помешаешь, просто я не хочу, чтобы ты пострадал! Колдун — это тебе не вождь мертвых! Его простым оружием не убьешь!

— Нет… но пойти я туда должна одна…

— Почему?

Вот любопытная Варвара… Нет, мне понятно, Райт просто боится опять куда-то одну меня отпускать, не дай Бог, вляпаюсь в очередное приключение… Он привык всегда меня опекать и держаться где-то поблизости, и от этой привычки его даже смерть не избавила…

— Это долго объяснять, — я вздохнула и тихо добавила: — Знал бы ты, какая опасность мне здесь грозит…

— Я знаю.

— Знаешь?! — вытаращилась я. — Знаешь?!

— Знаю. Потому и гоняюсь за тобой по всему миру. И только сегодня догнал, когда ты на одном месте задержалась.

— Подожди, подожди… — я озадаченно потерла щеку, забыв о недоеденном яблоке. — Если ты действительно знаешь, значит, ты что-то помнишь?..

— Иногда мне тоже так кажется, — после паузы, тихо ответил Райт, и в его глазах опять промелькнуло какое-то чувство, похожее на растерянность. — Кажется, что однажды я уже в этом мире был и… И с ним связано что-то недоброе… не могу понять, что, но же самое грозит и тебе… И ты… кто ты мне? Почему я чувствую опасность, грозящую тебе, и всегда знаю, где тебя искать?..

Не в бровь, а в глаз… Чтобы выдать такой монолог, моему обычно молчаливому брату явно пришлось многое пережить и прочувствовать… Мир начал оказывать свое воздействие и на него. Позже, конечно, чем на меня, но оно и понятно…

— Пошли, — я взяла его под руку. — По дороге немного поговорим, но обещай, что потом ты пойдешь по своим делам, а я — по своим. И… ты не знаешь случайно, до древнего леса, в который все приличные люди заходить боятся, далеко идти?

— Часа два, если поторопиться и срезать дорогу, — машинально ответил он.

Что и требовалось доказать. Райт помнит. Частично, обрывками — но помнит… А если он помнит этот мир… Стоп! Я замерла и уставилась на него. Если он помнит этот мир, это значит только одно… И не нравится мне это, ой как не нравится!.. Когда мы с ним только встретились, в его памяти был лишь приказ вождя понаблюдать за спасителем, посмотреть, насколько тот опасен и заманить в Тхалла-тей. И все. Ну, и еще — мелкое знание двух-трех главных дорог, по которым можно добраться до башни Магистра или еще куда. Вождь мертвых, видимо, регулярно и тщательно чистил память своим воинам, дабы те вдруг не вспомнили чего лишнего. И вот это лишнее всплывает… И ведь как кстати, заметьте!

— Райт, — осторожно начала я, — а ты, случайно, никогда не был в подземном городе? Сейчас, правда, от него один руины остались, но…

Мой спутник глубоко задумался.

— Кажется, да, — наконец, сказал он. — Если, конечно, стена из голубого с серебром мрамора — оттуда.

Все так и есть. Мертвые воины — не пришельцы, как мне сказали. Они — создания того самого колдуна. Я об этом еще в Дхаас-датее подумала, когда встретилась с зубастиками… Не мог мир породить подобных тварей, ему нет нужды распылять свою силу почем зря. Их специально создал колдун… а потом заманил в подземелье Райта. Все очень просто. И отбиться от полчищ монстров одним оружием, без помощи магии, которую заглушает Старый город — нереально.

Нет, опять не сходится… Помощи-то Магистр Шалейна просил… Не-е-е, тут точно какой-то заговор между магами был… Или колдун там поблизости ошивался и, когда Райт с одним делом разобрался, потащил его сюда? А мой братец, балда такая, поверил подлецу на слово и не доложил отцу, куда пошел? Ой-е-е-е… Да, все ниточки, как ни крути, ведут к местному вредителю. Осталось только встретиться с ним лично и узнать, на кой он затеял эту канитель и чем я могу ему помешать…

Вот эти-то свои соображения плюс детали из истории, я чистосердечно изложила своему спутнику, пока мы быстрым шагом шли по лесу, сворачивая с тропы на тропу. Райт слушал внимательно, сосредоточенно, вдумчиво, не прерывая мой путаный рассказ левыми вопросами, пока я не замолчала. А потом заметил:

— Странно как-то получается… Столько лет выжидать, и лишь потом начать мстить? Не похоже на него…

— Так пока придумаешь и распланируешь все на несколько лет вперед, пока ораву зомбей, не в обиду тебе будет сказано, наштампуешь, пока… — я задумалась, — пока успеешь все подозрения от себя отвести, пока от гнева нашего отца спрячешься. Пока придумаешь, как павших воинов из мертвых миров сюда заманить и чем здесь убить… пока разыщешь, кто в каком мире… То на то и выходит. Одно непонятно: почему наш колдун все помнит или откуда все знает? И почему Хранители молчат и не чешутся?

— Это уже два вопроса и последнее пояснить могу, — мой спутник сморщился, как от зубной боли. — Мне по должности полагается иногда общаться с Хранителями, и, знаешь, по-моему, плевать они хотели на проблемы людей. Свое дело Хранители сделали — создали миры. А раз миры живут, значит, все в порядке. Магистру Альвиона пришлось немало попыхтеть, чтобы выбить у них спасителя, то есть, тебя.

— Паразиты этакие, — пробормотала я, потирая разболевшееся от долгих разговоров горло.

После отдыха на жертвенном камне и некоторого молчания, голос ко мне опять таинственным образом вернулся, но колдовать я все равно боялась. И так — окончание каждого третьего слова съедаю и периодически начинаю хрипеть, аки ржавая труба…

— А с какой стати Хранителям за нас переживать? — Райт невозмутимо пожал плечами. — Скорее, им нас опасаться надо и чем хуже у нас дела идут, тем больше магической отдачи получает мир и дольше он живет. Все просто.

Как в танке. Верно. А мертвые воины грозили из Альвиона сделать мертвый же мир. Это только у моего брата магические способности после смерти неожиданно прорезались, а у всех остальных они отсутствовали. И отдавать миру свою силу они уже не могли. А без круговорота силы в мире, последний, как я уже говорила, умирает. Вот Хранители и решили в кои-то веки помочь и отрядили спасать всех меня… даже не предполагая, что их действия продиктованы меткой Судьбы. Или предполагая? Разве ж у них спросишь… Значит, осталось всего ничего…

Дальше мы шли молча. Я в очередной раз перебирал в уме скудные сведения о колдуне и его проделках, пытаясь найти ответ на один-единственный оставшийся вопрос, а о чем думал Райт — неизвестно, но, наверняка, о том же. Или о том, почему жертвой стал именно он. А больше ведь и некому. До меня — не добраться, меня отец никуда лишний раз не отпускал, до него самого — тоже, а из-за остальных дейте вождь не стал бы такой шум поднимать… А старший сын — это святое! Да и его, как посланника, удобнее всего выманить из-под прикрытия Тхалла-тея. Тьфу, опять я не о том думаю… Итак, на чем я остановилась?.. Ага, на колдуне…

Начинало светать. Медленно тускнели звезды, давно скрылась за пеленой надвигающегося рассвета луна, посветлело небо, неохотно разбредались по темным уголкам сумрачные призраки ночи. Елы-палы, а ведь я могу и не успеть… А если поторопиться — то только бегом… и без привычной мести Судьбы.

— Райт, сколько до рассвета осталось? — я нервно посмотрела на небо.

— Часа три, — подумав, сообщил он. — Три с половиной — от силы.

— Тогда я побежала, — скинув рюкзак с плеча, я отдала его своему спутнику. — Время поджимает… А ты не пойдешь, и нечего так на меня смотреть, ты обещал!

— Я не обещал, — невозмутимо отозвался Райт. — Я не успел, ты меня перебила.

— И все равно, — я настойчиво посмотрела в его глаза. — Не спорь со мной, ладно? У меня сейчас каждая минута на счету… Просто… поверь мне. И поверь в то, что я справлюсь.

— Ты вернешься? — осторожно уточнил он.

— Я… я не знаю, — я вздохнула. — Многое сегодня может измениться… и многое, очень многое изменится… Я не знаю, в какую сторону… И не могу сказать, вернусь ли я… но мы опять встретимся. Это я обещать могу.

Да, могу. Наша встреча — это часть моей метки. И даже если у меня сегодня ничего не получится, однажды наши пути вновь пересекутся. И даже если я опять успею все забыть, он поможет мне вспомнить, как помог однажды. И даже если опять придется ждать две тысячи лет, я всегда смогу вернуться и закончить начатое. Другое дело, что оно мне не надо и раз уж разбираться, так сейчас и только сейчас…

И я очень удивилась, когда Райт, помедлив, обнял меня на прощание. Чувства пробуждаются и их уже трудно становится скрывать?..

— Будь осторожна, — наставлял меня брат, как в старые, добрые времена. — Иди по главной тропе до конца, а там до леса — рукой подать, что ты только в нем забыла…

Я покивала и заставила его пообещать, что он и сам следом не пойдет, и никого не подговорит тайком за мной присматривать. А потом подошла к ближайшему кусту и за ухо извлекла из-за него Артемыча, который умудрился удрать от опеки «шамана» и следовал за нами от самой деревни.

— И вот о нем позаботься, если тебе не трудно, — добавила я. — Это мой промежуточный родственник из мертвого мира.

Племянничек уставился на меня, удивленно разинув рот. Ну да, не каждый день слышишь от тетки подобные вещи… А если подумать, что ему про меня дедок в простыне наплел… Но ведь у детей, как и у многих взрослых, любопытство сильнее страха… И парнишка решил сам втихаря все разведать, да только Райлит меня сразу же предупредила о присутствие за кустами малины странного чужака…

— Я с ним не пойду! — заартачился Артем, недружелюбно поглядывая на моего спутника. — Я с тобой хочу! Кась, ну возьми меня с собой!

— Не возьму! — отрезала я. — А будешь ныть — отшлепаю! Тебе и так за все твои пакости уши надрать — мало! Иди с дядей Райтом, он покажет тебе другой мир, где все люди здоровенные и накачанные, как Терминатор.

Теперь в племяннике сцепились два чувства — и страшно идти куда-то с незнакомым мрачным парнем, и любопытно на Терминаторов местного разлива посмотреть… И, в конце концов, любопытство (да и мелкая боязнь обещанной трепки) победили и мальчишка послушно кивнул.

Я посмотрела на Райта:

— Сможешь переместиться сразу в башню к Магистру? Тогда расскажи ей все, может, она успеет чем помочь… И — пока, я побежала…

Помахав им на прощание, я как можно беспечнее и веселее улыбнулась. Не дай Бог, догадаются обо всем… С Райта станется нарушить данное слово и увязаться следом, такое мы уже проходили, и не раз… Я, конечно, многое ему рассказала, но и не сказала — тоже многого. И о том, что спрятано в лесу, и о том, что именно там скрывается колдун, и о том, что чем грозит закончиться дело, если я опоздаю — промолчала… Он не дурак, конечно, о чем-то сам догадывается, но… может, так я хоть время выиграю и успею завершить все дела, прежде чем брат надумает вмешаться?

Узкая лесная тропа извилистой змеей скрывалась в лесной чаще, а я спешила за ней изо всех сил. И трудно мне пришлось, прямо скажем. Быстро бегать без остановок я научилась, но вот на столь длинные дистанции… Приходилось останавливаться, делать коротенькие передышки и вновь бежать, бежать, бежать… Вовремя я, конечно, курить бросила. Куда прежней мне с такой скоростью чесать по пересеченной местности?..

Несмотря на приближающееся утро, лес еще спал. Лениво перешептывались деревья, шурша листвой, сонно вскрикивали птицы, сложив узорчатые крылышки, дремали на кустах сирени большие бабочки, не спешили прятать в траву свои венчики ночные цветы… И странно замерла ночь, не решаясь шагнуть за тонкую, призрачную грань рассвета…

Неужели… Помолчи, Райлит, дай мне послушать голос мира!.. Похоже, он действительно хочет мне помочь и подарить лишний часок-другой, чтобы я успела наверняка… Конечно, ведь тогда и болото уберется с лица земли, и уйдут в небытие мои артефакты, которые действуют за счет энергии мира, а сами ему ничего не возвращают… Да, у меня будет дополнительное время.

Выбравшись из леса, я добралась до пустоши. Очень знакомой пустоши, где нет ни души, и даже ветер забыл имена тех, кого он оплакивает… Здесь создавалось Колесо судьбы и это я своими проклятьями выжгла растительность дотла, уничтожив и альва с ярахом… Что поделать, с первого раза у меня никогда ничего не получалось… Понятно… А мир так и не смог восстановить этот участок себя и опять приспособить его под среду обитания.

Я виновата, я и исправлю. Но — две тысячи лет назад на карте стояло слишком многое, чтобы думать о мелочах вроде нескольких десятков деревьев да парочки духов… И я даже вспоминать не хочу, как трудно оказалось переступить через привычку лишь защищать и спасать…

Пересекая пустошь, я старалась не смотреть на землю. Что сделано, то сделано, увы и ах. Нет, Райлит, я тебя не виню, мы обе виноваты, если уж на то пошло, но… можно ведь исправить однажды сделанное? Можно. Неверно написанное слово можно замазать корректором и написать новое… После одного неверно сказанного Слова можно сказать несколько правильных… Только бы суметь их подобрать, а справлюсь ли я — дело десятое… Не морочь мне голову, не до того сейчас. Наши с тобой общие грехи мы обязательно обсудим позже, когда появится свободная минутка…

А за пустошью меня уже поджидал знакомый лес. Когда-то мне до икоты страшно было даже взглянуть на него, не то что сходить туда на разведку или, не дай Бог, сунуться по другим делам, как однажды поступил Свят… Но страшного-то там — всего ничего. Стая вайхасов и незнакомый колдун. Нда. Последнего, пожалуй, к ночи поминать не будем. Незачем будить лихо, пока оно тихо.

И в лесу все по-прежнему… Да, вот он мой полусон, один в один. Вступив под сень старых деревьев, я внимательно осмотрелась и прислушалась. Удивительная тишина, что ни говори… Не пробежит, прыгая с ветки на ветки, вездесущая белка, не вспорхнет с цветка яркая бабочка, не застрекочет в траве кузнечик, не застучит по древесному стволу неугомонный дятел… Лишь чуть слышно перешептываются меж собой гигантские ели да поскрипывает под ногами прошлогодняя хвоя. И от полного отсутствия зверья становится по-настоящему страшно и жутко… Даже мне, а ведь я знала причину столь странного затишья.

В полном молчании я пошла по узкой, извилистой, изрытой корнями тропе вглубь леса. Клубящийся у основания деревьев густой туман грязно-белым ковром застилал единственную верную дорожку, вынуждая меня то и дело запинаться о невидимые препятствия. И это мы тоже уже проходили… Я постепенно приноровилась идти, так сказать, на ощупь, осторожными и мелкими шажками, и все чаще умудрялась поглядывать по сторонам без риска упасть и расквасить нос.

Я искала. Что и кого — вы и сами знаете не хуже меня. И где-то внутри меня яркой путеводной звездочкой мерцало Знание. Древнее знание существа с жизненным стажем почти в три тысячи лет. И оно подсказывало мне — куда шагнуть, на какую тропу свернуть, если я выходила на развилку, сколько времени мне еще предстоит скитаться по лесу… Оно точно знало — и я ему верила. Потому что оно — это часть меня. Древняя, как мир, почти забытая за века скитаний, похороненная под обломками страшных воспоминаний — но часть. И я смело шла по следу своей памяти.

Знакомый вайхас терпеливо поджидал меня на тропе. Издали заприметив его громадную темную фигуру, я поспешила навстречу и, дойдя, обняла за шею, как старого доброго друга. Зверь, поприветствовав меня тихим рычанием, потерся сухим, холодным носом о мою щеку.

— Здравствуй-здравствуй, дружок, — я ласково пригладила жесткую шерсть на его загривке. — Ну, пойдем дальше? Ты ведь так и не показал мне то, что я ищу…

Разомлев от ласки и потянувшись своим немалым телом, вайхас, послушно кивнул и выразительно покосился на едва заметную в густом тумане тропинку. Да, я с тобой полностью согласна, туда-то нам и надо…

Мы вновь пошли по знакомой мне тропе. Зверь ступал мягко, бесшумно, приноравливаясь к моим шагам, а я бдительно держалась за него. Проклятые корни продолжали портить мне всю малину. Несмотря на, так сказать, предпринятые меры предосторожности, я поминутно запиналась о скрытые препятствия. И по-прежнему, как в давнем полусне, клубился у наших ног туман, доходя до колен, по-прежнему молчал опустевший мрачный лес, по-прежнему манила вдаль скрытая в сумрачной глубине чащи последняя загадка… И вайхас меня сопровождал не один — за ним следовала и его стая. То впереди, то позади, то с боку я замечала мелькавшие темные силуэты. Видимо, стражи чего-то опасались…

Или кого-то.

А лесу все нет конца и края. Стенами древней, нерушимой крепости возвышались величественные кедры и гордые ели, изредка отступая и образовывая крохотные полянки, змеей скрывалась в неведомой дали узкая тропинка… И с каждым шагом появлялось некое новое чувство — чувство близости. Близости конца пути. Постепенно я подходила к своей цели, и, дай Бог, мир увеличит эту ночь еще на час…

Я прибавила шагу. Тенью возникший в трех метрах от меня белый вайхас мрачно сверкнул глазами и уступил дорогу. Интересно, а нападающих преследователей с зелеными шаровыми молниями (или как они на самом деле называются?) в реальности не предусмотрено? Стоило мне попасть сюда первый раз — еле-еле потом ноги унесла… Если бы не вайхас, закрывший меня собой, и Свят, очень вовремя разбудивший… Даже странно. Тем более если учесть, что я права и колдун-то — здесь. Прячется где-то, сволочь, но специфический запах магии Мысли никаким одеколоном не заглушишь и ни в какой лесной чаще не утаишь…

Без каких-либо неприятных происшествий мы подошли к долгожданному просвету, от которого в полусне меня и отделило неожиданное нападение. Голубовато-сиреневое мерцание, пробиваясь сквозь стену деревьев, разгоняло ночной полумрак и выплетало причудливые узоры на безмятежной поверхности небольшого пруда.

Не удержавшись, я подошла к нему, склонилась над прозрачной гладью темной воды и задумчиво улыбнулась Райлит. И ты тоже здесь, все повторяется… Надеюсь, сейчас, в самый ответственный момент, ты меня не кинешь, как обычно? Плевать я хотела на твои обещания, данные Судьбе — сегодня ты мне нужна как никогда, понимаешь? Одной мне не справиться… Я… я боюсь, Райлит. Я очень боюсь. Не знаю чего, мне просто страшно… Как тогда, когда на меня незапланированно подействовало заклятье, помнишь?.. Помнишь… Ты все помнишь… И тебе не обязательно что-то подсказывать или советовать, думаю, с этим я и сама справлюсь, просто будь рядом и не уходи в себя, пожалуйста…

Честно говоря, чем ближе я подходила к концу своего длинного пути, тем сильнее у моей скромной персоны тряслись руки и дрожали коленки. Еще бы — меня обуревали сразу два сильных чувства. Первое — да, все, еще чуть-чуть, еще совсем немного, и я все выясню, я все узнаю, я все закончу… И второе — страх. Дикая боязнь провалиться. Столько лет прошло, я успела все забыть, даже имя своей сущности, даже сам факт ее существования — и приходит время действовать, а права на ошибку нет… Нет, это не последний шанс, да, если сейчас не справлюсь, все опять начнется сначала, и, нет, не этого я боюсь… Я боюсь посмотреть в лицо своей Судьбе и увидеть насмешку. Насмешку и тонкую бровь, приподнятую в красноречивом намеке: мол, игра-то продолжается… И все свои бесконечные жизни проходить по одному и тому же порочному кругу — это не по мне.

Ведь что получается, граждане, если сейчас меня прикончит, допустим, пресловутый колдун — я опять окажусь в мертвых мирах и проторчу там до тех пор, пока не потеряю связь с Райлит и моя первая сущность не сменит маску низшего мага на человеческую. И только потом Колесо судьбы опять завертится, случайно заманит меня под каким-нибудь предлогом в родные миры и так далее и тому подобное… Остальной сценарий вам уже известен. Вы бы с таким раскладом дел согласились? Вот и я — категорически против. Если я и игрушка Судьбы, то не безмозглая марионетка, а упрямая и настырная девушка с характером. И — постоянно оставаться в дураках, как уже говорила, не по мне. И ну его, этот страх. Чего я только не боялась, через что мне только не приходилось перешагивать…

И посему — пора в путь.

Обойдя пруд, я поспешила добраться до манящей полосы загадочного света. Юркнула в еловую чащу, прошмыгнула под низким сплетением густых ветвей, на карачках пробралась по едва заметной в тумане тропинке, потеряв по пути вайхаса, который не обладал нужными габаритами и даже меж близко растущих древесных стволов не смог протиснуться. И, когда свет приблизился настолько, что начал неприятно резать глаза, а я, щурясь, попыталась разглядеть его источник.

Не видно ни черта, прости, Господи…

Я затаилась за необъятным стволом ближайшего кедра. Спускавшиеся почти до земли пышные кедровые лапы создавали подобие уютного шатра, надежно скрывая меня от чужих глаз, но мне самой — не мешая отлично видеть как минимум поляну. И, понадеявшись на то, что со временем привыкну к ослепительному сиянию, я продолжала до боли в глазах изучать обстановку.

Постепенно стали различимы сначала размеры поляны — приблизительно, шагов двадцать в диаметре. Потом — окружающие ее деревья. Потом… потом в общих очертаниях предмет, оное сияние излучающий. Круглый, вроде, подозрительно похожий на… На Колесо судьбы, конечно же, на что же еще. Как я его назвала-то?.. По-моему, и имя я ему дать не успела, и обряд инициации провести, как мы со всеми артефактами проделывали, — тоже. Или успела? Не помню… Кажется, Судьба-злодейка поймала меня за шиворот и отправила в изгнание в тот момент, когда я только-только создала предмет, и потому — воспоминания, как и всегда в момент смерти, остались смазанными и нечеткими…

Да, точно, предмет — круглый. А сияет так ярко из-за отсутствия инициации. Спасибо за подсказку, Райлит. Значит, не успела… И теперь артефакт в невероятных количествах пожирает энергию мира, а куда ее девать — не знает и в каком направлении применить — тоже… И… Ой-ей… Вот оно. Вот откуда неизвестный колдун столько силы берет, чтобы и нас убивать, и опутывающее заклятье над миром поддерживать, и еще кучу мелких пакостей народу устраивать. Он питается от артефакта и преобразовывает его силу в свою собственную. Но… мое изобретение не подпустило бы к себе никого, кроме… дейте!..