Им потребовалось восемь часов, чтобы заглушить остаточную скорость «Доброй надежды» с помощью двух еще целых обычных двигателей. Однако, и с ними дело пошло бы куда быстрее, если бы в работу включились сильно поврежденные нейтрализаторы прижимающего усилия.

Поскольку они уже не функционировали, можно было тормозить только с той скоростью, которая абсорбировалась работающими с перебоями проекторами. Погружение в плотную воздушную оболочку Девятой планеты напоминало падение. Родан был вынужден подвергнуть экипаж сильным инерционным нагрузкам, поскольку возникающие силы уже не могли полностью поглощаться. Тем не менее, ему пришлось тормозить с большой тягой, так как после первого соприкосновения с молекулами воздуха вышли из строя еще и проекторы энергетического отражательного и отталкивающего поля.

Поэтому вспомогательная лодка падала сквозь быстро становящиеся все более плотными газовые массы. Если бы вышли из строя антиприборы силы тяжести, то масса «Доброй надежды» раскололась бы с огромной силой.

Таким образом, невесомый корабль можно было задержать, но несмотря на это, посадка прошла с большими трудностями. Устройства нижней половины сферы были разрушены. Отважиться на ремонт во время длительного маневра торможения было нельзя, так как кроме очень высоких температур давало о себе знать и смертельно опасное гамма-излучение. Было ясно, что «Добрая надежда» за десятую долю секунды превратилась в беспомощную кучу обломков. О сверхсветовом полете нечего было и думать. Гиперконвертеры, необходимые для создания защищающего структурного поля, были полностью расстреляны. Проникшая туда в защитных костюмах ремонтная бригада не смогла найти ничего, кроме распадающихся металлических обломков. Другие устройства можно было восстановить, но главные машины — никогда.

Но еще до того, как «Добрая надежда» по указаниям Хактора погрузилась в атмосферу, Родан уже знал, что стал пленником Системы Веги.

После посадки вблизи большой столицы Девятой планеты они были холодно приняты космическими офицерами-ферронцами. Медленно остывающий, трещащий по всем швам корпус корабля лежал теперь в глубоком бункере.

Клейн и Дерингхаус попытались попутно помочь своими истребителями возвращающемуся на Восьмую планету флоту ферронцев.

Люди и оба арконида находились на чужой планете, среди чужих живых существ, воспринимавших тяжелые повреждения «Доброй надежды», по-видимому, со смешанными чувствами. Родан понял, что первоначальная буря восторга от него и от такой боеспособной «Доброй надежды» стихла. Хактор, пойманный в пустом космосе ферронец, печально сидел в помещении центрального поста управления. Булль и техники пытались наладить важнейшие приборы управления.

Крэст казался абсолютно внутренне разбитым. Он апатично и безучастно сидел в углу. Тора, еще более чувствительная, чем ученый-арконид, боролась с начинающимся нервным срывом.

Мутанты собирались разведать обстановку. Ральф Мартен, мужчина с единственными, по-видимому, в своем роде способностями среди небольшой группы мутантов, тестировал окружение. Уже в течение часа он неподвижно сидел в одном из кресел управления. Только время от времени он сообщал, что именно он увидел глазами главных ферронцев и услышал их ушами. Согласно этому, отношение к совершившим посадку людям не было враждебным. Все сожалели только о том, что надежде, возникшей с появлением «Доброй надежды», так быстро пришел конец. Телепаты подтвердили результаты Мартена. Поэтому Родан отдал распоряжение отослать боевых роботов обратно в складские помещения.

Из-за узкой высокой переборки запасных лестниц показался Реджинальд Булль. Антигравитационные лифты были разрушены без остатка. Тихо ругаясь, он выбрался из своего тяжелого защитного костюма. Тем временем у находившихся на центральном посту управления лиц создалось впечатление, что Родан о чем-то замечтался. Он не проронил ни слова. И вот теперь он поднял голову.

«Все, нам конец, — тихо объявил Булли. На его широком лице не было следов волнения. — Лучевого выстрела космического великана было достаточно. Я постепенно начинаю понимать, почему Крэст всегда говорил „вспомогательная лодка“. Мы ничего не можем противопоставить действительно боевому кораблю, хотя всегда считали, что имеем в руках оружие большой ударной силы».

«Было бы достаточно отослать корабли топсидиан на их территорию», — напомнил Родан.

«Что теперь говорить об этом? — сказал Булли. — Мы прочно застряли. Это еще чудо, что мы смогли сесть. Импульсным двигателям нужен ремонт. Сверхсветовой полет больше невозможен. Поскольку ферронцам не известен принцип такого полета, мы будем вынуждены остаться в Системе Веги. Мягко выражаясь, это самый тяжелый удар, когда-либо нанесенный Третьей власти. Электростанцию нужно ремонтировать. После этого мы по крайней мере сможем передать на Землю сообщение. От полковника Фрейта будет зависеть, сможет ли Земля остаться единой или нет. Если нам повезет, нашим людям удастся закончить постройку нового корабля. При этом условии они смогут забрать нас примерно через два года».

«Идея, в сущности, заманчивая, но неприемлемая. — сказал Родан с каменным спокойствием. — Без наших знаний не взлетит ни один земной корабль».

«Повышенная нервозность в соседнем помещении, — прервала их телепатка Бетти Тауфри. Она сидела с закрытыми глазами на одном из боковых кресел. — Очень сильное замешательство среди ферронцев. Сбивчивые обрывки мыслей. Видимо, сбежала очень высокопоставленная персона».

«Мартен, попробуйте, не сможете ли Вы исследовать бдительность сознания одного из ферронцев. Но такого, который находится в соответствующем помещении. Помоги ему, Бетти. Маршалл, подключайтесь».

Воздух между Роданом и Буллем засветился. Появился телепортант Тако Какута. На его детском личике были видны следы изнеможения. Со времени посадки мутант постоянно находился в движении.

«Хаос на всей планете, — доложил он. — Похоже, что топсидиане отказались от прямого нападения. На далеких траекториях стоит всего несколько разведывательных кораблей. Планета молода, но мало заселена. Есть моря, горы и широкие равнины, так же, как и у нас. Этот город называется Чугнор. Это единственное большое поселение на планете Рофус. Здесь же находится и большой космический порт. Кораблей ферронцев почти не осталось. Они почти все взлетели. На территории находится только несколько поврежденных единиц».

«Отдохните, Тако, — пробормотал Родан. — Вы выглядите усталым. Эта планета, по-видимому, такая же, как десятки тысяч других планет этого типа». — Он коротко рассмеялся. Потом повторил со странной интонацией: «Больше никаких излишних усилий, Тако! Я скоро буду вынужден послать Вас на трудное задание».

Поступило гиперрадиосообщение. На телеэкране появился майор Дерингхаус.

«Мы находимся прямо у главной планеты, — передал Дерингхаус. — Последняя оборонительная линия ферронцев разбита. Мы обстреляли семь кораблей топсидиан, но нами начинает интересоваться линейный корабль. Что я должен делать? Как раз появился космический великан. Он у меня в измерительном щупе. Атаковать?»

«Вы, наверное, с ума сошли! — ответил Родан. — Немедленно уходите, но с полной тягой. Вы еще нужны мне. Немедленно возвращайтесь».

«Это разозлит ферронцев. Два наших истребителя стоят больше, чем сто кораблей. Как это ни смешно звучит, но мы стали основой флота ферронцев».

«Уходите, Клейн тоже. Если линейный корабль не преследует Вас, Вы можете снова свернуть. А пока исчезайте. Что видно над Восьмой планетой?»

«Начинается посадка топсидиан. Они почти не атакуют планету. Только в нескольких точках, явно содержащих военные оборонительные пункты. Города остаются пока нетронутыми». — Родан посмотрел на Хактора. Синекожий ферронец стоял перед видеофоном и вел очень оживленный разговор с другим представителем своего племени.

Бетти Тауфри начала действовать, чтобы узнать, о чем они говорят.

Поначалу нельзя было ожидать никаких результатов. Зато Дерингхаус доложил, что линейный корабль снова оставил истребителей в покое и собирается, очевидно, совершить посадку на номере Восемь.

Родан обратился к погруженным в полное молчание арконидам.

«Итак, Вы уверены, что это линейный корабль Вашего народа?»

«Конечно! — был ответ. — Ничто другое не смогло бы победить нас».

«Нельзя предположить, чтобы аркониды участвовали в интервенции, — сказал Родан. — Значит, линкор захвачен топсидианами. Как этим парням удалось захватить корабль, относящийся к самым мощным кораблям флота Империи?»

Крест беспомощно пожал плечами. Он, видимо, ничего не понимал. Тора ничего невидящими глазами смотрела на ближайшую стену.

«Есть две возможности, — продолжал Родан. — Либо корабль был продан топсидианам деградировавшими, ставшими безучастными ко всему офицерами, либо его просто захватили. При беспримерной апатичности Ваших друзей это было бы неудивительно. Однако, в обоих случаях возникает вопрос, каким образом топсидиане смогли так безупречно овладеть сложными машинами космического корабля арконидов. Может быть, захваченные аркониды раскрыли Ваши познания».

«Вы оскорбляете меня», — сказал Тора.

«Я вспоминаю то, что мы сами пережили. Вы тоже были в беде, потому и заговорили. И вот теперь Вы попали в руки не людям, а топсидианам. В этом вся разница. Тора, вы должны немедленно начать обучение наших людей».

Она медленно подняла голову. Родан подошел к взволнованно говорившему в видеофон ферронцу. На телеэкране, кроме лица его собеседника, был виден также большой, выгнутый зал».

«Какое обучение? — растерянно спросила арконидка. Лицо Крэста стало напряженным. Он знал своего друга. Для Родана не существовало понятия „невозможно“.

«Семеро моих людей погибли во время попадания, — горько напомнил Родан. — Как бывший командир корабля, Вы должны заботиться о том, чтобы оставшиеся сорок три космонавта были в состоянии обслуживать важнейшие устройства управления суперлинкора. Или он тоже будет управляться только одним человеком?»

«Исключено. Несмотря на высокую автоматизацию, требуется не менее трехсот обученных человек. Перри, Вы просто с ума! Вы никогда не сможете…»

«Смогу, и при том скоро, — перебил ее Родан. — Или Вы решили, что я до конца своих дней хотел бы остаться на одной из планет Веги? Космические корабли ферронцев развивают только скорость света, так что они не представляют для нас интереса. Со сверхсветовыми конструкциями топсидиан нам никогда не справиться. Так что остается только один выход: позаботиться о линкоре арконидов, устройства которого должны быть достаточно известны. Мы раздобудем крупнокалиберный снаряд. Незамедлительно начинайте обучение».

Это было все. Присутствующие обменивались многозначительными взглядами. Только оба арконида были абсолютно подавлены. Наконец, Тора прошептала:

«Вы подумали о том, что этот корабль сел, вероятно, на Восьмой планете?»

Родан слегка усмехнулся. — «Я как раз собираюсь это сделать, — мягко произнес он. — Вы видите это телеизображение? Обратите также внимание на тяжелые, в виде колонн, приборы с мощными кабельными подводками. Вам следует вспомнить, что Крэст рассказывал мне кое-что о трансмиттерах материи, с помощью которых перемещение материи, по-видимому, возможно. То, что появилось сейчас в светящихся силовых полях, должно быть идентично органической жизни».

Они услышали глухой, доносящийся из громкоговорителей шум. Хактор возбужденно коснулся экрана и прокричал несколько слов Бетти. Она сразу же перевела:

«Он думает о высокопоставленной персоне. Он называет ее Торт, но это не просто имя, а титул. Да, титул, так же, как император или король, но это не совсем так. Торт — это Властелин».

«Они спасаются бегством от напавшей на них планеты, — пробормотал Крэст, и его глаза сузились. — Женщины и дети тоже. После этого правящая фамилия освободит покоренную родную планету, чтобы искать другого пристанища».

Хактор что-то взволнованно говорил ему. Бетти поняла смысл его слов по содержанию его сознания.

«Торт просит немедленно переговорить с ним. Главнокомандующий флотом ферронцев уже несколько часов тому назад сообщил об этом. Торт подробно информирован о нашем вмешательстве. И о том, что нас обстреляли, также. Вам не придется давать скучных пояснений».

Родан глотнул воздуха и откашлялся. Булли сказал:

«Если этот Властелин забрался в трансмиттер, чтобы поговорить с тобой, то это что-нибудь да значит. Эти ферронцы во многом превосходят людей. Если ты сможешь заключить с Тортом соглашение, то, я думаю, наступят неплохие времена. Мы…»

«Сначала надо вернуться на Землю, — насмешливо перебил его Родан. — Поначалу нам придется изображать превосходство. Нам не остается другого выхода, если мы не хотим окончательно разочаровать этих бедных ребят. Мы и „Добрая надежда“ — это, может быть, их последняя надежда. Кроме того, с покоренными и убегающими легко вести переговоры. Я хочу видеть Торта здесь, на центральном посту управления. Там, снаружи, я чувствую себя слишком неуверенно. Булли, включи автоматический переводчик. Мы должны немедленно что-то предпринять, чтобы выучить язык ферронцев. Крэст сможет сделать это с помощью краткого сеанса гипнообучения. Соответствующие данные уже имеются в синхронном переводчике».

Родан посмотрел на ферронца. Хактор почти благоговейно застыл. Может быть, он впервые в своей жизни встретился с Тортом.

«Это Властелин всей Системы планет, — просопел Булли. — Что ты хочешь сделать?»

Родан подошел к синхронному устройству. Хактор нервно последовал за ним.

«Бетти, передай ему, что командир этого космического корабля просил бы Торта нанести ему визит, поскольку только здесь можно преодолеть языковые трудности. К сожалению, такую машину нельзя демонтировать».

Телепатка через транслятор переговорила с Хактором, который передал это сообщение через телеком дальше на своем языке. Уже через несколько секунд поступило согласие Торта. На телеэкране показался пожилой ферронец.

«Это Лосозер, ведущий ученый-ферронец», — пояснила Бетти. Потом она отошла.

Родан тихо говорил в крошечный коммандоаппарат на своем запястье.

В складских отсеках корабля проснулись боевые роботы арконидов. Тяжеловесные на вид, но тем не менее проворные, специальные машины, тяжело ступая, выходили через большой грузовой шлюз наружу.

«Не делай глупостей, — умоляюще прошептал Булли. — Что это значит?»

«Нужно произвести впечатление, больше ничего, — сказал Родан. — Маршалл, у Вас красивая форма. Как громко Вы можете орать?»

«При необходимости я реву, как бык, сэр!»

«Тогда идите наружу к пусковой установке и командуйте роботами. Я хочу видеть настоящее приветствие, хотя несколько дней тому назад я находил это смешным. Торта нужно встретить со всеми почестями».

Мутант исчез.

«Только бы все прошло хорошо, — сказала Тора. — Что Вы хотите сказать Торту? Ведь Вы имеете дело с более высокоразвитым народом».

«Конечно, — невозмутимо ответил Родан. — Они умеют и знают больше, чем люди, за исключением нас. Для ферронцев мы все будем арконидами, пришедшими с планеты, удаленной на тридцать четыре тысячи световых лет».

«Как хотите», — засмеялась она.

Родан проверил, как сидит на нем форма. Оба находившихся на центральном посту управления робота получили специальные указания. В это время замерцали сопла экранной панели мощного импульсного излучателя. Машины были готовы к работе.

«Как и положено по уставу, — кашлянул Родан. — Булли, синхронный переводчик работает? Бетти, всмотрись в мысли Властелина. Я хочу знать, что он думает и планирует».

Девочка улыбнулась, а потом кивнула с серьезным видом.

Снаружи раздались громкие крики. Джон Маршалл орал во всю глотку, словно хотел предупредить весь мир о неожиданном нападении.

Потом послышался глухой грохот. Оружейные щупальца подошедших роботов поднялись вверх для салюта.

Пожилой ферронец остановился. Сопровождавшие его офицеры застыли от удивления. Они были поражены до глубины души. На телеэкранах появился Маршалл, чтобы приветствовать Торта.

Ферронец поблагодарил с вытянутыми вперед руками. Это была великолепная картина.

Родан оторвал взгляд от экрана и сказал: «Никогда не забывайте, что мы представляем Землю! Ведите себя обходительно, но впечатляюще. Булли, ты будешь руководить церемонией».

«В качестве кого я должен тебя представить?» — спросил Булли.

«Как Властелина Третьей власти, идентичной с Великой Империей. Бог его знает, что он может иметь в виду под словом „Президент“. Для него это звучит так же странно, как для нас словечко Торт. Он идет!»

«Какая наглость! — прошептала Тора. Крэст только заулыбался. Ведущий ученый-арконид постепенно выходил из состояния шока. Он понял игру Родана.

Родан неподвижно стоял у синхронного устройства. Когда сообщение Булли поступило из громкоговорителя на языке ферронцев, Торт пережил еще одно потрясение. Он с удивлением рассматривал замечательную машину. Родан снисходительно улыбнулся. Его приветствие было исполнено уважения, но было более небрежным, чем приветствие Булля.

И вот два разумных существа стояли друг против друга.

Торт, старый, маленький и опечаленный.

Перри Родан, высокого роста, худощавый, с напряженным интересом.

«Могу я просить Вас сесть», — сказал Родан.

Два боевых робота ловко встали рядом с Тортом. Флюоресцирующие дула оружий были направлены в потолок. Бросив долгий взгляд, Властелин ферронцев опустился в одно из кресел управления. Родан сказал еще несколько любезных слов через синхронное устройство.

Торт подождал. Его ответ был кратким и неожиданным по содержанию. Это человек догадался, как следует расценивать эту демонстрацию. Он должным образом оценил ее. Он не обращал внимания на то, что сидит рядом с живым существом абсолютно другого вида. Но зато он хорошо знал, что пришельцы сражались за вытесняемых ферронцев».

«Ваш корабль сильно поврежден, — переводила машина. — Вы знаете, что без Вашей помощи мы погибнем. Поэтому скажите, что я могу для Вас сделать? Моя Империя в Вашем распоряжении. Можно ли отремонтировать Ваш корабль?»

Вопрос прозвучал однозначно. Родана это не удивило. Торт, видимо, мыслил логически. Родан привык быть еще более кратким и немногословным. В данной ситуации не нужно было больше никаких слов. Но раньше, чем он успел ответить, по гиперрадио поступило сообщение, что шарообразный великан совершил посадку на Восьмой планете. У аппарата был майор Дерингхаус. Родан распорядился, чтобы тот еще подождал и попытался сделать хорошие телеснимки. Потом он отключил связь.

«Были ли люди в маленьких лодках?» — взволнованно осведомился ферронский офицер. Родан подтвердил.

«Но как Вы смогли так быстро установить связь?»

«Мы можем не только совершать сверхсветовые космические полеты, но и устанавливать сверхсветовую видеопереговорную связь. Расстояния при этом не имеют значения».

Когда перевод был передан, офицер торжествующе огляделся. Видимо, он утверждал это еще раньше, но наткнулся на недоверие. Родан мог хорошо представить себе, что происходило внутри этих существ. С этой минуты офицеры притихли. Торт внимательно осмотрелся.

«Вы прибыли с помощью трансмиттера материи?» — осведомился Родан. Он отметил странную реакцию синекожего Властелина.

«Конечно. Я должен уйти с Восьмой планеты. Что Вы знаете о трансмиттере? Вам известен принцип его действия? Это самая большая тайна Вселенной».

«Вовсе нет», — спокойно ответил Родан. Он не стал вдаваться в подробности. Торт был достаточно расстроен. Родан сказал:

«Вы предложили мне помощь. Да, мой корабль не может взлететь. И с Вашими средствами его нельзя отремонтировать. Попадания так неожиданно появившегося линкора оказалось достаточно, чтобы вывести его из строя».

«Так что мне не следует рассчитывать на Вас?»

Выражение синекожего лица изменилось. В глубоко посаженных глазах ферронца появилась некоторая отрешенность.

«Нет, ни в коем случае. Но только необходимо, чтобы Вы предоставили в наше распоряжение Вашу трансмиттерную станцию. Я только что получил сообщение, что корабль-великан совершил посадку на Восьмой планете. Вы должны дать нам возможность быстро и незаметно высадиться с помощью Ваших трансмиттеров на номере Восемь. Если это невозможно, я пробьюсь с помощью моих космических истребителей более сложным путем».

Торт был удивлен, однако, сразу же дал свое согласие. Тем не менее, он сказал:

«Что Вам там нужно? Планета занята».

«Я заберу линкор. А потом посмотрим, — улыбнулся Родан. — Как уже было сказано, эта небольшая лодка вышла из строя. Я находился в кратком исследовательском полете, для которого этот корабль был достаточно хорош. Если бы я знал, что здесь произойдет интервенция топсидиан, я прибыл бы с моим флотом. Мне очень жаль».

Булли с удовольствием кашлянул бы, но воздержался. Были заданы волнующие ферронцев вопросы. Родан объяснил, кто такие топсидиане, откуда они пришли и почему. Торт еще раз подтвердил свою поддержку. Родан получил разрешение на использование трансмиттера. В заключение был задан деликатный вопрос:

«Вы сможете управлять кораблем-великаном?»

«Это линкор моего народа», — сказал Родан.

Офицеры онемели. Только Торт остался невозмутимым.

«Но наверняка занятый не представителями Вашего народа, не так ли?»

«Конечно, нет. Для меня остается загадкой, как мог произойти захват корабля. Поэтому я прошу в любом случае срочно найти для себя живого топсидианина. У Вас есть пленные?»

Нет, они не смогли бы скрывать ни одного живого топсидианина, было сказано Родану. Более молодой ферронец-офицер сообщил, однако, что в северной полярной области совершил вынужденную посадку обстрелянный корабль топсидиан.

Родан не медлил ни секунды.

«Торт, распорядитесь немедленно доставить двух моих людей к месту посадки и оттяните Ваши собственные войска назад».

«У них есть страшное оружие», — предупредил Лосозер, ведущий ученый-ферронец.

«Наше оружие лучше. Отдайте, пожалуйста, распоряжения и дайте моим людям Ваши самые быстрые летательные машины или маленький космический корабль. Нам нельзя терять времени».

Пока Торт действовал, Родан оглянулся.

«Тако Какута и Бетти, приготовьтесь. Возьмите с собой психотронный излучатель и пусть обстрелянные топсидиане быстренько выходят из укрытий. Я жду здесь. Мне срочно нужны офицеры. Тако, Вы в случае необходимости сможете прыгнуть за топсидианами. Следите за тем, чтобы они прибыли здоровыми».

Мутанты приготовились. Японец улыбался, девочка была спокойна.

«С помощью двух человек Вы хотите обезвредить боеспособный экипаж?» — удивился Торт. Его кожа совсем посинела. Родан впервые видел его взволнованным.

«Этого вполне достаточно. У нас есть неизвестные силовые средства, Торт. Где летательная машина?»

Тако исчез, махнув рукой. Торт снова медленно опустился в кресло.

«Я не понимаю, — прошептал он в синхронный переводчик. — Кто Вы? Откуда Вы пришли? Вы пугаете меня. Ваши возможности кажутся нам безграничными».

Родан дал подробные объяснения, не упоминая, однако, о Земле. Для ферронцев люди были и останутся стоящими выше арконидами. Пояснения были безоговорочно приняты.

Итак, Перри Родану предстояло ждать. Постепенно устанавливались прекрасные отношения с Властелином, должность которого, как выяснилось, не была наследственной. После его смерти должен быть выбран новый Торт из самых способных мужчин Империи. Интриг, видимо, не существовало.

Через два часа бортового времени по микропередатчику докладывал Тако.

«Мы взяли их, шеф. Пять живых существ, двое из которых офицеры. Это было пустяковым делом. Бетти определила их местонахождение, а я прыгнул, приблизившись на нужное расстояние. Они моментально отреагировали на психотронный излучатель. Через полчаса мы будем здесь».

Торт не мог понять такого быстрого успешного завершения. Он смотрел на Родана со смешанным чувством недоверия и восхищения.

«Вы можете располагать мной, — сказал он. — Но спасите мой народ. У Вас есть для этого возможности».

Родан посмотрел на него. Ему было неловко, что ферронец восхищается им, человеком, совершившим свой первый дальний космический полет. Но этого Торт не мог знать.

«Мы поможем Вам», — ответил Родан.

«Если космические офицеры топсидиан здесь, Вы должны во что бы то ни стало овладеть языком интеркосмо. Этот язык действителен для всех Систем Великой Империи. Каждый топсидианин-офицер должен знать его».

Так сказал Крэст. Несколько мгновений спустя появились пленные, ведомые усилием воли мутанта Какуты. Глубокий гипноз психотронного излучателя сделал чужаков послушными.

Торт со страшными стонами вскочил со своего кресла. Он никогда не видел топсидиан, никогда на Ферроле не было точно известно, кто, собственно, на них напал.

Его офицеры машинально схватились за оружие. У них были прекрасные излучатели, действие которых основывалось на базе ультравысоко усиленных световых квантов.

Дула оружия были угрожающе направлены на вошедших в центральный пост управления безучастных существ, пока Родан, глубоко вздохнув, не сказал:

«Уберите оружие».

Торт передал приказание. Небольшие излучатели исчезли.

Допрос состоялся на поврежденном центральном посту управления.

Пленники не были похожи на людей! Нельзя было не заметить, что этот вид вышел из ящероподобных живых существ. Родан очень основательно осмотрел их. На них была короткая форма, подчеркивавшая высокую, очень стройную форму тела.

Они имели две руки и две ноги и ходили они, выпрямившись во весь рост. Их чешуйчатая кожа была черно-коричневой. У них были абсолютно лысые, широкие, приплюснутые, как у ящеров, черепа с тонкими губами и большими выступающими, удивительно подвижными глазницами.

Нельзя было не догадаться об их без сомнения высоком уровне умственного развития, хотя их представления об уважении, этике и манерах поведения были не такими, как у людей. Им было неизвестно понятие сочувствия. Но зато у них были другие принципы, казавшиеся людям и ферронцам чуждыми.

С этими шестипалыми потомками ящеров можно было разговаривать только с огромной осторожностью. Как пояснил Крэст, договоры и прочие соглашения никогда долго не соблюдались.

Родан начал допрашивать одного из двух офицеров. Пленник отвечал на безупречном интеркосмо.

После коротких обычных вопросов Родан сразу перешел к сути своей проблемы:

«Вы сказали, что Ваш корабль был обстрелян небольшим летательным средством арконидов вблизи Девятой планеты. Вы командир. Поэтому Вы должны знать, откуда появился так неожиданно возникший арконический линкор класса Империя. Как Вы завладели линкором? Кто составляет его экипаж? Есть ли на борту аркониды?»

«Они были убиты, — тихо сказал офицер. Его большие глаза были мертвенно-бледными и безжизненными. Он находился под постоянным воздействием психотронного излучателя.

«Мы захватили линкор на Топсиде-III. Он сел там, чтобы набрать свежей воды. Экипаж спал. Мы расправились с охраной. Арконидам пришлось обучить нас. Линкор — это основа нашего флота».

Объяснения давались медленно, прерываемые многочисленными промежуточными вопросами. Наконец, Родан узнал достаточно много. Он велел ферронцам увести пленников.

«Меня гораздо больше интересовало, почему вообще на Систему Веги было совершено нападение. Парень, видимо, не имеет об этом представления», — сказал Родан.

«Зато главнокомандующий адмирал должен это знать. Как его зовут?»

«Крект-Орн, — пришел на помощь ученый-арконид. — Известное имя, может быть, это восходящее светило Империи топсидиан».

Когда топсидиане ушли, Родан связался по радио с майором Дернигхаусом. Оба истребителя находились уже на обратном пути к Девятой планете.

Торт внимательно следил за разговором.

«На всей линии спокойно, — докладывал Дерингхаус. — Линкор овершил посадку в огромном космическом порту. Захватчикам не оказывается почти никакого сопротивления. На земле ведутся жестокие бои, но ферронцы будут побеждены. В находящемся передо мной секторе космоса нигде не видно ни одного вражеского корабля. Они сконцентрировались в основном на главной планете. Около ста пятидесяти больших и малых единиц разбитого флота ферронцев находятся вместе с нами на пути назад. Мы с трудом можем совершать ускорение, поскольку иначе они не смогут идти вместе с нами. Поэтому мы будем в пути долго».

Дерингхаус подождал ответа. Через некоторое время Родан отозвался: «Не ждите других кораблей. Давайте полное ускорение и садитесь. Истребители не повреждены?»

«Нет! Клейн едва ускользнул от лучевого обстрела. Немного пострадал металлический глянец».

Дерингхаус усмехнулся во все свое веснушчатое лицо. Он коротко кивнул Торту, которого видел на своем телеэкране. Родан незаметно улыбнулся. Потом отключил связь.

«Мои люди готовы, — обратился он к Властелину. — Если бы соизволили теперь распорядиться, чтобы мы поговорили о работе трансмиттеров, я был бы Вам очень благодарен».

Торт ответил:

«Я могу попрощаться с Вами. В скором времени к Вам прибудет ведущий инженер секретного пустынного форта. Речь идет о подземной крепости, которая была создана в то время, когда предки моего народа еще не объединились. Я считал бы целесообразным, чтобы Вы перевели туда свой поврежденный корабль. Здешние трансмиттерные установки должны быть отключены, так как они напрямую связаны с моим дворцом. Мои солдаты не смогли бы долго удерживать его, если бы стало возможно нежелательное использование трансмиттеров топсидианами. Так что Вы ни в коем случае не можете пользоваться имеющимися здесь машинами. Но в крепости в пустыне тоже имеется мощная установка. Я немедленно позабочусь об этом».

После этого он ушел, Властелин всей Солнечной системы. Родан почувствовал симпатию к этому существу. Он обратился к аркониду.

«Крэст, рассчитайте, пожалуйста, значения направленного луча для гиперрадиограммы на Землю. Я отпечатаю текст в кодовой машине. Я хотел бы передать радиограмму очень короткими сжатыми сигналами. Мы повторим ее многократно, так как полковник Фрейт ни в коем случае не сможет подтвердить ее прием ввиду опасности пеленгации. Мы должны положиться на удачу».

Для «Доброй надежды» начался долгожданный период спокойствия. Когда Родан медленно подходил к своей кабине, его позвал Булли. Коренастого телосложения мужчина выглядел уставшим.

«Я подумал о том, что мы должны заняться тайной этого трансмиттера материи, — предложил он. — Я как раз иду из коммутаторного зала. Это огромные машины со сверхсветовым принципом действия. Это было бы кое-что для Третьей власти».

Родан заставил себя слабо рассмеяться. Булли покорно закрыл глаза, когда командир вздохнул:

«Дружище, пока ты думаешь, я уже действую. Почему, как ты считаешь, я так настаивал на использовании машин? В случае необходимости мы бы вчетвером втиснулись в истребители, правда? А вообще-то, начинается период покоя. Если ты скоро увидишь Вегу во всем ее сияющем великолепии, то тебе будет чем заняться».

Родан замолчал. Когда Реджинальд Булль медленно повернулся, чтобы тоже отыскать свою кабину, он тихо выругался себе под нос.

Родан не относился к мужчинам, упускавшим то, что в конечном счете может принести пользу человечеству. Вот только — и в этом был уверен даже такой отважный человек, как Булль — будет непросто отвоевать линкор арконидов.

На Девятой планете Веги наступила ночь. Космос был так пуст, словно там никогда не было флота топсидиан. Здесь были только звезды, но они никогда не гасли.