Сон в руку

Дельвиг Полина

Глава 21

 

 

1

Курорт встретил путников пасмурной прохладой. Ни визжащих девиц в бикини, ни добрых молодцев, поигрывающих мускулами. Лишь одинокие прогуливающиеся пенсионеры в ветровках и бейсболках. От станции круто вверх вела узкая тропинка, поросшая лопухами. В ухоженных огородах мирно паслась живность. Вопреки благоприятным прогнозам, холодный ветер с озера мотал лопухи и заставлял поеживаться даже ангорских коз. Путешественники же были одеты совсем по-летнему. Измотанные ранним подъемом, двумя таможнями и трехчасовой поездкой на электричке, до гостиницы они добрались продрогшие и подавленные.

— Я иду спать, — заявил Гоша по-русски и зевнул.

— Я иду спать, — просипел Прохазка по-чешски и зевнул еще шире.

— Я бы тоже прилег минут на пятнадцать. — Виктор Семенович хоть и пытался держаться бодрячком, но у него это скверно получалось.

— А я, с вашего позволения, удалюсь для медитации, — произнес Деланян, улыбнувшись улыбкой человека, привыкшего к слабости окружающих. — Потом всех, кто пожелает, могу угостить восстанавливающим чаем.

— Лучше б пивом, — без особой надежды буркнул Ример.

Даша с Катей переглянулись. Путешествие обещало быть интересным.

— А вот и наши очаровательные дамы! — вдруг послышался знакомый голос.

Все резко повернули головы. Подполковник Полетаев был свеж, как майская роза, и уже успел отреагировать на изменение погоды: светлый костюм сменили темно-серые вельветовые брюки и синий кашемировый джемпер.

— Господи, да откуда… — только успела вымолвить Даша, а Полетаев уже согнул руку кренделем:

— Вы позвольте пригласить вас на небольшую прогулку? Совсем недалеко, к берегу озера. Детишки смогут там перекусить и покататься на каруселях, а нас ожидает кофе с коньяком. Кстати, там подают прелестные пирожные. — И, словно предупреждая возможные возражения, он подмигнул Кате: — Катерина Юрьевна, мы вас ждем.

Мужчины испытывали сложные чувства. Нечего и говорить, что сон в одно мгновение слетел со всех, включая добитого Виктора Семеновича и простуженного Прохазку. Все они вдруг испытали безотчетное чувство тревоги, словно самцы коала, учуявшие чужой запах. Первым очнулся почему-то Ример:

— Так, я иду с ними. Артур, забрось мои шмотки в наш номер, потом разберемся.

— Пусть багажом портье занимается, — холодно ответил Деланян. — И вообще, я собирался жить один.

— Ну, Артурчик, — Даша сложила ладошки, — ты же знаешь, свободных номеров в гостинице больше нет. Не на улице же Николаю ночевать. — И, видя, что тот не собирается сдаваться, не без злорадства добавила: — Ладно, в крайнем случае пусть спит в моем номере.

— Это еще зачем? — В один голос взревели самцы коала, к которым на этот раз присоединился и Полетаев.

Даша развела руками:

— Так ведь каждый человек имеет право на сон. Не будет же Николай спать стоя.

— Подождите, — поднял руку Деланян, — тогда я предлагаю другой вариант: Николай спит с детьми, а Рыжик пусть ночует в моем номере. Там, правда, кровати составлены в одну, но их можно и раздвинуть.

Полетаев уже открыл было рот для ответной реплики, но сказать ничего не успел, потому что послышался нервный смех Кати:

— Нет, Артур, извини, но я не могу позволить моим детям спать в одном номере с незнакомым человеком. Вы, Николай, не поймите меня превратно, но мальчики могут ночью проснуться и испугаться незнакомого человека.

Двое близнецов дьявольской наружности ни в коем приближении не напоминали пугливых агнцев и, скорее, сами могли довести до инфаркта кого угодно. О чем и не преминул заявить Ример:

— Чего-то я сомневаюсь, что они могут испугаться, но у меня, честно говоря, нет никакого желания это проверять. Я ненавижу детей.

Катя изменилась в лице. Так, наверное, иудейские матери смотрели на Ирода.

Тогда в дискуссию вступил Полетаев:

— Друзья, ну зачем нам спорить? Дарья Николаевна может прекрасно переночевать в моем номере. Ведь у меня апартаменты.

— Зачем ей спать с вами? — повел крючковатым носом Деланян. — Речь идет о том, что негде ночевать Николаю, вот пусть он у вас и ночует.

Подполковник внимательно осмотрел Римера с ног до головы и отрицательно покачал головой:

— Нет, извините, мы не настолько близки с этим гражданином. — Кстати, а с кем спит Виктор Семенович?

— Со своей язвой, — моментально отозвался заслуженный турист. — У меня одноместный номер, кого вы хотите ко мне подложить?

— Тогда пусть ваш Николай идет ночевать в мотель. — Полетаев начал проявлять признаки нетерпения. — Я неподалеку как раз один видел. Там, правда, рокеры… Но вы еще человек молодой, выдержите. Итак, дамы, мы идем?

— Разумеется, — в один голос ответили женщины и, подхватив детей, устремились к выходу, предоставляя мужчинам самим решать проблему спальных мест.

 

2

— Ах, какая красота! — всплеснула руками Катя и, скинув босоножки, легко побежала по песку. Близнецы с боевым кличем бросились следом.

— А у вас красивая кузина, — заметил Полетаев, доставая свой портсигар от «Данхилла».

Дашу подмывало съязвить, что вот, мол, портсигар-то не золотой, а всего лишь позолоченный, но после истории с черепахой рисковать не хотелось.

— Да я вроде тоже удалась. — Она застегнула спортивную куртку. — Ты лучше расскажи, чего тебе на этот раз надо?

Полетаев обнял ее и притянул к себе. Ветер гнал тучи, но горы, возвышавшиеся по ту сторону хмурого озера, не давали им прорваться к берегу. Подполковник вдохнул прохладный воздух, насыщенный влагой, свежим ароматом первых цветов и болотным привкусом застоявшейся в камышах воды. Было в этом воздухе еще что-то — дальнее, давно забытое, едва уловимое… Прижавшись губами к рыжим, почти каштановым в сером свете пасмурного дня волосам, Полетаев прикрыл глаза и что-то тихо зашептал.

— Что? — громко спросила Даша, которая думала в это время о своем. — Я не слышала, что ты сказал?

Полетаев вздрогнул и отстранился:

— Ничего. Романтичная ты моя.

— Странно. Мне показалось, ты о чем-то спрашиваешь. — Молодая женщина не понимала, почему у него такой обиженный вид.

— Ни о чем я не спрашивал. — Подполковник закурил. — Просто забавно все это…

— Ты сказал «забавно» или мне опять послышалось?

— Нет, тебе не послышалось.

— Тогда чего забавного?

— Мне недавно приснилось это озеро. Только я думал, что это Шотландия.

— Да? — заинтересовалась Даша. — А чудовище ты там видел?

— Представь себе, видел. — Полетаев усмехнулся уголком губ.

— Как оно выглядело?

— Оно было похоже на тебя.

Даша насупилась:

— Вот не можешь ты без гадостей. Говори, зачем увязался?

Подполковник отрешенно смотрел за горизонт:

— Выпросил отпуск и поехал тебя охранять.

Молодая женщина сморщила нос, словно собиралась чихнуть:

— Ой, Полетаев, ты бы придумал что-нибудь более остроумное! Ты уже год меня охраняешь. Не пойму, как я еще жива…

Подполковник никак не отреагировал на ее выпад.

— И кто же мне угрожает на этот раз?

— Если бы я знал, то не поехал бы в эту глухомань. Думаешь, мне заняться больше нечем? Это еще счастье, что в связи с болезнью меня отпустили.

Даша с подозрением скосила на него глаза. Полетаев, вопреки обыкновению, не язвил, не пытался иронизировать, лицо его было непривычно отрешенным, без какого бы то ни было выражения. Странно, но ни переживание, ни болезнь, ни долгая дорога не утомили его. Никакой усталости на лице, никаких мешков под глазами.

— Палыч, скажи честно, ты таблетки пьешь?

— Какие таблетки?

— Ну, не знаю, витамины, энерджайзеры…

— Дашенька, ты не хочешь вернуться домой?

— Домой это куда?

— Куда тебе больше нравится, но подальше отсюда, подальше от этих людей.

— А кто тебе не нравится? Ты просто скажи, и все.

— Не знаю.

Даша впервые видела его таким расстроенным.

— У меня плохое предчувствие. Можешь, конечно, смеяться, но некоторые это называют интуицией.

— Все сотрудники ФСБ полагаются на интуицию?

Полетаев вздохнул:

— Интуиция — это способность мозга анализировать ситуацию на высшем уровне, на уровне подсознания. Нас окружают миллионы фактов, связей между ними такое множество, что проанализировать каждую в отдельности нет возможности. Однако некоторые люди все эти миллионы связей просчитывают в одно мгновение и поэтому быстрее, чем остальные, могут предсказать конечный результат.

— Н-да? И что предсказывает твоя интуиция?

— Что тебя убьют.

Дашино лицо приняло цвет облаков.

— Если я не уеду?

Губы Полетаева дрогнули, словно он хотел ответить, но в последнюю секунду передумал и промолчал.

— Да или нет? Чего ты молчишь? — закричала Даша.

Синие глаза подполковника сузились и стали совсем темными.

— Хотя мне кажется, что это уже не важно…

— И что же теперь делать?

— Ничего. — Он вздохнул и щелчком отправил сигарету в сторону камышей. — Придется все время находиться при тебе.

— Скажи, Полетаев, — Даша прищурилась, — ты специально меня пугаешь, чтобы я перебралась ночевать в твой номер?

Подполковник неожиданно взорвался:

— Да! Ты знаешь, у меня так плохо обстоят дела с интимной жизнью, что я готов мотаться по всей Европе за разведенной тридцатилетней женщиной не бог весть какой красы, лишь бы затащить ее в койку!

Даша раскрыла рот. Полетаев развернулся на сто восемьдесят градусов и зашагал к расположенному неподалеку кафе.

— Что это он тебе такого темпераментного сказал? — весело спросила подошедшая Катя. Она раскраснелась и выглядела очень счастливой. — В любви признавался?

— Нет. — Даша нервно теребила замок спортивной куртки. — Он сказал, что я старая и некрасивая. И что меня хотят убить.

— За то, что ты старая? — засмеялась кузина.

— Нет. К сожалению, он не сказал за что.

— Тогда с чего он это решил?

— Его интеллект, видите ли, просчитал это на высшем уровне.

— Мама! — пронзительным хором завопили Мишка с Кешкой. — Можно нам дядя Сережа купит пирожных и шариков с жувачкой?

— И яйцо с игрушкой!

— Балда, это «Киндер-сюрприз».

— Все равно — яйцо!

— Яйцо! Ха-ха-ха! — Кешка схватился за живот, изображая, что умирает от смеха. — Рекламу смотреть надо: «сюрприз, игрушка, шоколад».

— Ну и что! Это шоколадное яйцо, игрушечновое!

— Дурак! Яйца только у кур!

— Сам дурак! Мама, а яйца бывают игрушечновые?

— Во-первых, игрушечные, а во-вторых, яйца бывают какие угодно. И престаньте обзываться.

— Мама, а можно дядя Сережа нам купит…

— Немедленно прекратите! — рассердилась Катя. — Как вам не стыдно попрошайничать?

— Он сам предложил! — захныкали близнецы, мысленно уже слопавшие все подарки доброго дяди.

— Сергей Павлович вам из вежливости предложил, а вы должны были поблагодарить и отказаться…

— Он не из вежливости! — Дети чуть не плакали. — Он в самом деле… У него знаешь сколько денег — полный карман! Дорогих денег!

Дорогими деньгами дети, судя по всему, называли доллары.

Катя изменилась в лице. Наклонившись к сыновьям, она сердито погрозила пальцем:

— Как вам не стыдно! Еще раз услышу — останетесь без мороженого. Марш отсюда!

Мишка с Кешкой, понурив головы, побрели по пляжу, то и дело поглядывая в сторону столика, где задумчиво сидел дядя с дорогими деньгами.

— Зачем ты так? — вступилась за племянников Даша. — Пусть купит, не развалится. Своих детей нет, так хоть чужих побалует…

— Да не в этом дело, — кузина, очевидно, переживала случившееся, — просто не хочу, чтобы они делили людей на богатых и бедных.

Даша невольно рассмеялась:

— Так ведь все равно будут. Мы-то делим.

— Но мы понимаем, что не это в людях главное.

— Значит, и они со временем поймут.

— Хотелось бы. — Катя вздохнула. — Кстати, а чем занимается твой знакомый?

Даша решила не пугать сестру тем, что ее преследует подполковник ФСБ.

— Как говорят в западных боевиках: он работает на государство.

Кузина удивилась:

— Странно, а выглядит действительно богатым человеком. Ладно, пойдем выясним, что он имел в виду.

— Под тем, что я некрасивая?

— Нет, под тем, что тебя хотят убить.

Женщины подошли к столику. Подполковник растянул губы, что должно было означать улыбку.

— Что будете пить?

— Мне пива. — Катя строгим профессиональным взглядом преподавателя рассматривала эфэсбэшника.

— А мне — не знаю… — Даша пребывала в каком-то заторможенном состоянии. — Может, вина? Красного… Красного, как кровь.

Полетаев с беспокойством посмотрел на расстроенную женщину.

— Дарья Николаевна, с вами все в порядке?

— Нет! Со мной все не в порядке. Скажите, Сергей Павлович, а что еще в вашем сне было?

— Что? — не сразу понял Полетаев. — А, вот вы о чем…

— Что за сон? — поинтересовалась Катя, сдувая пену с пива.

С саркастической улыбкой Даша пояснила:

— Сергею Павловичу приснился сон, что он уже был на этом озере и видел здесь меня. В виде лохнесского чудовища. А потом меня убили. Рыбаки.

Полетаев деланно засмеялся:

— Дарья Николаевна большая выдумщица. Ничего подобного не было. А озеро действительно очень похоже. Я по нему плыл, а потом в самой середине образовалась большая воронка и оттуда возникло чудовище. Вот и все. Надо заметить, я тогда болел, у меня была высокая температура.

— Так это за вами она ухаживала!..

Катя еще раз внимательно оглядела подполковника, но, не найдя, как и Деланян, каких-либо очевидных недостатков, перевела взгляд на озеро Липно. Некоторое время она пристально вглядывалась в даль.

— А знаете, там действительно что-то есть.

— Где? — собеседники автоматически повернули головы.

— Во-о-он там, прямо по курсу… Видите точку?

Даша оживилась:

— В самом деле… Полетаев, ну-ка глянь: ты это видел?

Полетаев, никогда не понимавший, по какому принципу его знакомая обращается к нему то на «вы», то на «ты», поинтересовался:

— Дарья Николаевна, вы собираетесь использовать мой сон как руководство к действию?

— Ты же сам сказал, что на тебя иногда озарение снисходит или прозрение… Короче, предчувствие. Озеро ты видел, меня видел, что дальше-то? Для чего-то ведь тебе все это приснилось? Должно же быть какое-то научное объяснение?

— Ну, не знаю… — покачал головой подполковник.

— Не морочь мне голову! Было что-то посередине озера или нет?

— Было… Только в моем сне была воронка, а здесь, если не ошибаюсь, совсем даже наоборот — островок.

— Что?!

— Островок. Мне так кажется.

— Ну конечно же остров!

Даша вскочила с места и, чмокнув опешившего Полетаева в щеку, бросилась по направлению к гостинице.

— Ты куда? — хором закричали оставшиеся.

— Палыч, ты гений! — на ходу крикнула молодая женщина. — Не забудь купить яиц!

— Каких еще яиц? — удивился Полетаев.

— Игрушечновых, — засмеялась Катя.

 

3

Неприкаянный Ример сидел в холле в откровенно мрачном настроении.

— Николай! — Даша обрушилась на него словно цунами. — Вы чего тут расселись? Мне надо с вами поговорить… Что, так и не нашли места для ночлега?

— Нашел, — с какой-то брюзгливой интонацией ответил Ример.

— Да? И кто же вас наконец приютил?

— Кому человек нужен, кроме своих родственников?

— Что, простите? — Даша растерянно улыбнулась. — Каких еще родственников?

— Моя тетушка была настолько любезна, что без колебаний предложила разделить стол и кров.

— Ка… какая тетушка? Вы что, бредите?

— Моя! — зашипел ей в лицо Ример. — Какого черта вы ей рассказали о наших планах?!

— Да кому?! — ничего не понимала Даша. — О ком вы говорите?

— Пани Быстрая, если не ошибаюсь? — проскрипел сзади голос, похожий на звук разворачивающегося рулона наждачной бумаги.

Даша обернулась, и земля под ней поплыла. Прямо перед ней стояла недавняя посетительница детективного офиса — сестра пана Чижика с неизменным дохлым животным вокруг шеи.

— Моя фамилия Быстрова, — медленно проговорила Даша. — А что вы здесь делаете?

— Мне наплевать, какая у вас фамилия, — осклабилась тетушка Римера. — И уж тем более я не собираюсь перед вами отчитываться. Пойдем, Микулаш. — По-русски она говорила неплохо, но с сильным твердым акцентом.

Ример возвел глаза к потолку:

— Тетя Мария, сто раз просил, не называйте меня Микулашем.

— Пойдем, Николай.

Он мотнул головой:

— Тетя Мария, я вам благодарен за то, что вы предложили мне ночлег, но у меня есть свои дела.

— Какие у тебя здесь дела?

— Тетя Мария! Вы видите, я с женщиной.

— Это не женщина, это чмухало! К ней твой полоумный дядя обратился. А может, вы заодно?

— Да ни с кем я не заодно! А вы занялись бы каким-нибудь делом. Вон купите себя пяльцы и вышивайте крестом. — Ример раздраженно поднялся и направился к выходу.

Даша поспешила следом:

— Как вы с ней грубо. Не боитесь?

— Достала она меня! — Ример шагал широким размашистым шагом. — Какого черта сюда приперлась…

— Я думаю, она следит за нами.

— За нами? — Николай остановился. — С чего вы взяли?

— Если помните, после смерти пани Чижиковой пропали все ценности. У нее, как и у вашей жены, был тайник. Ваша тетя тоже умеет считать до двух. Поэтому она уже неделю рвет и мечет — хочет все вернуть. Я думаю, она подозревает своего брата, или вас, или меня в краже этих ценностей.

Ример принялся ощупывать карманы в поисках сигарет.

— Вы хотите сказать, что она догадывается о связи между пропажей денег и убийствами Амалии и Риммы?

— Полагаю, что да. Иначе зачем она здесь?

Николай закурил, сунул пачку обратно в карман и зашагал по направлению к озеру. Только теперь он шел медленно, словно обдумывая каждый шаг.

— Неужели старая ведьма охотится за деньгами? Так она нам всю фишку собьет.

— Ваша тетя знала, куда вы ездили с женой и пани Чижиковой?

— Да нет… Только в общих чертах.

Некоторое время они шли молча. Даша все не решалась задать ему главный вопрос: сколько же в общем тайнике может быть спрятано денег?

— А о чем вы хотели со мной поговорить? — нарушил молчание Ример.

Даша колебалась — сказать ему об острове в центре озера или нет? Все же оставалась опасность, что он ее кокнет, как только обнаружит пропавшие сокровища.

— Я хочу вас спросить, сколько приблизительно денег могло быть у вашей жены? Хочется знать, чем я рискую.

Ример шмыгнул носом. Он тоже колебался:

— Много. Очень много.

— Назовите хотя бы порядок.

— Если честно, то общую сумму я никогда не знал. Но это были пачки сотенных купюр. Толстенные пачки. Много золотых украшений. Камушки… Думаю, тысяч двести-триста. А может, и больше.

Даша задумчиво смотрела в землю.

— Полагаю, что у Амалии Чижиковой хранилось не меньше…

Нет, с рассказом об острове стоит подождать. Ведь там действительно может оказаться этот дом. Надо бы просмотреть кассету, сравнить ее с рисунком. Если окажется, что это один и тот же дом, придется обо всем рассказывать. Но уже не вдовцу, а Полетаеву. Похоже, ее обкладывают со всех сторон…

Ример правильно понял ее молчание:

— Что, прикидываете, замочу я вас или нет?

Даша вздрогнула:

— Ну и выражения у вас. Как часто они встречались?

— Кто?

— Ваша жена и пани Чижикова.

— Амалия и Римма? Да почти не встречались. Перезванивались часто, но встречались только по случаю. Когда Римма была проездом в Праге.

— А о чем они говорили?

— Да все о том же — о травах.

— Не могли это быть наркотики? — Даша остановилась и пристально посмотрела на собеседника.

Тот рассмеялся:

— Нет.

— Почему вы так уверены?

Ример пожал плечами:

— Трудно сказать… Да просто не было никакой напряженки. Люди на нее работали, тоскливее не придумаешь. Обыкновенные тетки. Домохозяйки, девки молодые. Все чики-чики, спокойно. На широкую ногу.

— У нее был офис?

— Да. Офигительный, на Полянке. Объявления в журналах на всю полосу. Прикинь, сколько это стоит…

— Ваша жена торговала только в Москве?

— Со всей России люди приезжали.

— А как у нее обстояли дела с мафией?

Николай зябко передернул плечами и потер ладони:

— С мафией? Откуда я знаю. У Римки бывший любовник где-то на самой верхушке работает, так что проблем вроде не возникало. А если бы и возникли, она бы мне ни за что не сказала.

— Почему? — удивилась Даша.

Вдовец досадливо поморщился:

— Римма считала, что тот, с кем спишь, не должен ничего знать о твоем бизнесе. Блин, я теперь даже не знаю, имею я право на ее фирму или меня там пошлют…

— А деньги она получала регулярно или партиями?

— Понятия не имею. Просто иногда ездили проверяли тайники.

— А вы случайно никогда… м-м-м, не одалживали деньги без спроса?

Ример даже споткнулся от неожиданности.

— В смысле — не воровал ли я у своей жены деньги?

— Ну почему сразу «воровал»? Одалживал…

— Да вы что! Римка бы меня тогда из-под земли достала. Было в ней что-то… змеиное. Глаза такие пронзительные. Как у ведьмы. Или вон как у спонсора вашего.

— Вы имеете в виду Артура?

— Его. Знаете, такая неприятная привычка смотреть через глаза аж в самые трусы.

Даша тут же представила, как Деланян пытается заглянуть ей в трусы столь нетрадиционным способом. Выходило весьма неаппетитно.

— Так что же нам делать с вашей тетей? — вернулась она к главной проблеме.

— Не знаю. Можно попробовать от нее сбежать…

— Ну, ну, — вздохнула Даша. — Ладно, вы пока поразмышляйте на эту тему, а мне предстоит один приятный разговор…

 

4

Прохазка был, разумеется, в ресторане. Даша подождала, пока ему принесут еду, и только тогда выползла из укрытия.

— Ага, вот вы где, пан Ярослав, а я вас повсюду разыскиваю.

Бородач с подозрением покосился на свою секретаршу:

— Зачем это я вам понадобился? Видите — у меня обед.

— Я и пришла пожелать вам приятного аппетита.

— Спасибо. Есть будете?

— Пока не хочу.

В глазах толстяка читалось недоумение: как это человек может отказываться от еды?

— Итак, объясните мне, зачем мы сюда приехали?

— С удовольствием. Объясню во всех подробностях. — Даша подождала, пока официант отойдет, и склонилась к шефу. — Речь идет о больших деньгах.

— Только этого нам не хватало… — пробормотал Прохазка, обильно поливая жареный сыр майонезом.

Даша возрадовалась, что рядом нет ни Деланяна, ни Виктора Семеновича и, следовательно, никто не испортит ее шефу аппетит.

— Ситуация такова: две женщины убиты, одновременно пропали все их деньги.

Сыр застыл на полдороге к широко раскрытому рту.

— А? Как две? Еще пару дней назад была всего одна.

— А сейчас две.

— Так. — Толстяк отодвинул тарелку. — Я немедленно возвращаюсь в Прагу.

— Подождите! — воскликнула Даша и схватила шефа за руку. — Вы не можете оставить меня одну.

— Тогда возвращайтесь вместе со мной.

— Не могу! Я же вам сказала, что взяла деньги и заключила договор.

— Я верну все, что вы взяли…

— Это невозможно!

Прохазка изменился в лице:

— Господи, сколько же вы взяли?!

Даша рассмеялась:

— Да не в этом дело. Невозможно отказаться потому, что все перепуталось. К тому же один из клиентов мой старый знакомый…

— Какое мне дело до ваших знакомых! — возмутился Прохазка. — Я-то ради чего должен таскаться с вами по всей Чехии, вместо того чтобы лежать в постели и лечить горло?

— Господи, да неужели вам не хочется встряхнуться? — Даша решила зайти с другой стороны. — У вас в Праге все равно знакомых нет, петь вы сейчас не можете. Что вы будете там делать? Есть, пока не лопнете? Тут вы хоть воздухом свежим подышите, с культурой познакомитесь, все-таки разнообразие какое-то…

Прохазка молчал. Даша вздохнула:

— Кстати, вы узнали что-нибудь про тот дом, фотографию которого я вам посылала?

Бородач помотал головой и принялся за еду.

— Почему? А вам самому не встречалось ничего похожего?

Прохазка хмыкнул и полез в задний карман шорт.

— Угу, встречалось. В безлунную ночь в камышах.

Даша недоуменно приподняла брови:

— Что?

Шеф протянул ей изрядно помятый листок. Лист был с одной стороны белым, а с другой практически черным.

— Что это?

— Ваш факс.

— А… почему он такой черный?

— Это у вас в России такие почты. Я долго пытался разобраться, где здесь верх, а где низ… Думаю, что вот так будет правильнее. — Он перевернул факс на девяносто градусов.

Даша на всякий случай еще раз посмотрела на листок и со вздохом убрала его в сумочку.

— Ничего страшного. У меня в номере есть приличная ксерокопия. Хотите, принесу?

— Можете не спешить, — пробурчал Прохазка, заказывая следующую кружку пива. — И позвоните Чижику, он мне три дня телефон обрывал.

 

5

Покинув ресторан, Даша поспешила в гостиницу. Ей надо было разыскать Артура и забрать у него камеру, чтобы просмотреть кассету и сравнить ее с имеющимся ксероксом, после этого сразу станет ясно, как поступать дальше.

Номер Деланяна находился на третьем этаже. Даша на цыпочках подкралась к двери и прислушалась. Было тихо. Она постучала: сначала осторожно, потом более настойчиво. Никто не ответил. Наверное, Артур отправился искать ее у озера.

Даша была раздосадована. Время идет, а она все никак не может разобраться с этим чертовым домом. Но бежать обратно к пристани, да еще в такую погоду, ей не хотелось. Уж лучше подождать внизу, возле бара. Она пошла к лестнице, но передумала и отправилась к себе в номер.

«А может, этот дом действительно находится на острове? — думала она. — Как хорошо, что Полетаев рассказал ей про свой сон». Тут Даша замерла. Еще не было случая, чтобы эфэсбэшник предлагал ей свою помощь бескорыстно. А вдруг это ловушка? Вдруг в этом доме находится логово международного шпионажа? Нет, не может быть. У нее просто паранойя. А если нет? Ладно, с этим мы еще разберемся.

Она почесала рыжий затылок, а пока и правда нужно позвонить Чижику. Пока не передумал, надо с него за кассету денег получить.