Я потерял такого друга,

Каких на свете больше нет.

Делил со мной часы досуга,

Мудрейший мне давал совет

Всегда; ходил в плаще дырявом,

Хоть был богат: стремился он,

Чтоб мыслей не было корявых,

А остальное — только фон;

Он рифмовал деревья, лица,

Свои ошибки и других,

И только модныя девицы

Ложились плохо в бойкий стих;

И чайки ритм его любили:

Ловили в легком ветерке,

А детки раз его разбили,

Осколки спрятав в сундуке;

Он сказкой мой покой дурманил,

Он пел, как птица-гамаюн…

А я его так больно ранил,

Чтоб скрыть… к нему любовь мою.

Как громом поразила меня весть о кончине "моего монаха", как звали его все мои родные и друзья. Мгновенно вспомнились до мельчайших подробностей недолгие годы нашей дружбы — дружбы рваной, неказистой, даже мятежной (здесь подошел бы английский эквивалент "boisterous friendship"). Пока мы были лишь pen-friends, все шло хорошо, но стоило заветной мечте сбыться, и мы наконец встретились, как все пошло trina cheile ("шиворот-навыворот"): он говорит да — я говорю нет, он хочет ехать в Роскомон — я хочу в Каван, он любит "Roses", я — "After eight", мне не нравится, как он пишет, ему не нравится, как я перевожу (разумеется, сам процесс — на берегу моря или в горах — ибо тогда еще он ни слова не знал по-русски). Но зато между нами не было лицемерия — этого lustre-fluster — а это и есть настоящая дружба.

Михал О Крохурь родился в городке Иниш-ти-Мянь графства Клар на западе Ирландии в семье, не говорящей на ирландском языке (мы с "моим монахом" объехали всех его братьев и сестер и в Ирландии и в Англии, и никто из них ни слова не произнес по-ирландски). Отец его тоже уроженец Иниш-ти-Мянь, мать была родом из графства Тибрад-Арань (Типперери).

В 16 лет Михал принимает монашеский постриг. Его забавляло мое недоумение:

— Ты францисканец?

— Нет.

— Доминиканец?

— Нет.

— Так кто же ты?

— Я из христианских братьев.

Этот орден — na braithre chriostai — основанный в XVIII в. ныне прославленным Эдмундом Райсом (Eamon Ris), стал едва ли не самым многочисленным на острове, а отдельных его представителей можно встретить и в Индии, и в Африке, и в Южной Америке.

В 1940 г. О Крохурь поступил в Галливский (Голуэйский) университет, а в 1946 г. получил степень бакалавра по трем дисциплинам: ирландскому языку, латыни и математике.

Духовенство в Ирландии учительствует. О Крохурь не был исключением. Он преподает в школах Дублина, Роскомона, Уэксфорда. С графством Роскомон связана главная, на мой взгляд, книга его жизни — Una Bhan. История любви Уны и Томаса Костелло привлекала внимание многих поколений поэтов и музыкантов, О Крохурь же собрал все, что написано по этому поводу (включая музыкальные версии), в стройное повествование и завершил его собственным исследованием.

В 1970-х гг., уже будучи насельником Богородичного монастыря (Mainistir Mhuire) в городке Бале Дуль в 13 милях от Дублина, Михал начинает писать стихи. "Я вдруг поймал ритм в ветре, в море… А стих определяет ритм, отнюдь не рифма". Действительно, в основном стихи О Крохуря белые, как и большинство произведений ирландской поэзии, в силу особенностей гэльского языка. Да к тому же сам язык настолько мелодичен, что нет необходимости рифмовать мысли. Из-под пера поэта выходят сборники “Радуга” (1974), “Бродяга” (1986), “Алтарь солнца” (1987), “Лукавые вирши” (1990) и “Душа танцует” (1994). Дабы избежать недопонимания или неверного толкования его стихов, О Крохурь предваряет каждый сборник обширным предисловием, как мне кажется, не менее поэтичным, чем сами стихи. Вот, к примеру, из “Танцующей души”: "В поэзии нет ничего, кроме жизни и смерти. А на чем, собственно говоря, еще строится мир? Я замечаю, что от стиха к стиху моя мысль становится более зрелой. Что живо в одном творении, то мертво в другом. Порой я даже противоречу себе. Меняются краски. Свобода и плен идут рука об руку. Жизнь — свобода, смерть — заточение. Меж ними мы мечемся до последнего часа".

О Крохурь был прекрасным прозаиком-историком. Помимо Уны Уан он создает огромный труд о собственных предках, а по правде говоря, о праотцах доброй половины Ирландии — “О Крохурь Коркомруа” — учебник истории на двух языках (ирландском и английском); а также небольшую, но очень емкую по содержанию книгу “Забытые заброшенные руины” о потере духовности в Ирландии, наглядным выражением которой стали разрушенные храмы и монастыри (скажем, в России О Крохурь непременно бы сделался саркастичным православным историком типа Владимира Мохнача!).

"Большой поэт. Великий поэт. Высокий поэт. Высокий — великого нет, иначе бы мы говорили великий. Великий высокого включает и уравновешивает". Не буду зарываться: М.Ф.О Крохурь — именно большой поэт. Но на ниве больших вырастают высокие и великие. Они есть те столпы, на которых и держится ирландская культура, ирландская духовность, само осознание ирландцами себя как нации.

Он был большой поэт. Он был замечательный музыкант. Он был преданный христианин. Он был… он был… А вообще верю ли я, что он только был?

Aimsir na Casca 2001

Покровское-Глебово