Прямо в центре дисплея в рубке «Сокола» светилась Талфаглио, яркая точка на расстоянии трех световых лет от фрахтовщика. Это значило, что свет, который видел Хан, отразился от планеты три года назад — то есть еще до того, как джедаи превратились в вид, находящийся под угрозой истребления, а йуужань-вонги сбросили на Чубакку луну. И хотя Хан предпочитал не жить прошлым, но он отдал бы собственную жизнь, чтобы вернуть этот оранжевый луч света к истокам, на три года назад, и успеть захватить на «Сокол» еще одно существо вместе с теми, кого он спас в тот день на Сернпидале. Он больше не винил ни себя, ни других в смерти вуки. Он просто хотел вернуть друга. Он просто хотел, чтобы галактика стала для его детей безопасней, чем она была для него самого — галактика, в которой муж и жена могли лечь спать, уверенные в том, что мир останется таким же на рассвете.

Но похоже, он просил слишком многого.

Лея, которая до этого лежала, свернувшись калачиком, в огромном кресле второго пилота, открыла глаза и распрямилась. Ее действия трудно было назвать неуклюжими; она не спала — вернее, это просто нельзя было назвать сном — с тех самых пор, как ударная команда во главе с Энакином отправилась на Миркр. Как в прочем и Хан. Перекинув ремень безопасности через плечо, она начала застегивать его.

Хан включил стандартное тестирование бортовых систем «Сокола».

— Что случилось? Это Люк?

— Нет. — Лея прикрыла глаза. Отыскав своих детей в Силе, она прикоснулась к ним — то, что было недоступно Хану. — Энакин и близнецы. Они что-то переживают. Какую-то опасность. — Она замолкла, потом добавила: — Думаю, скоро придет и наша очередь.

Хан включил интерком, затем вспомнил, кому были поручены бортовые орудия, и оглянулся через плечо. Как он и ожидал, ногри молча стояли позади кресел.

— Отправляйтесь в орудийные башни и… скажите Трипио, пусть пристегнется к чему-нибудь, — сказал он. — Мы помогаем Лэндо и Буйным Рыцарям охотится на йаммоска, так что, когда Корран бросит нас в бой, будет жарко.

Кивнув, оба ногри отступили в коридор. Хан проводил их взглядом, немного встревоженный тенью, всегда мелькавшей в их глазах перед битвой, — но все же он был рад, что они здесь, на «Соколе». За последние пятнадцать лет ногри несчетное число раз спасали жизнь Леи — они редко оставляли ее беззащитной, чего Хан не мог сказать о себе. Он все еще не мог понять, что на него нашло после смерти Чубакки — почему горечь от потери друга отдалила его от Леи и детей.

— Напомни мне поблагодарить этих парней, — буркнул он.

— Ты это и так уже сделал, — ответила Лея. — По крайней мере, раз десять.

Хан улыбнулся своей коронной улыбкой.

— Да, но они никогда не говорят «пожалуйста».

Лея рассмеялась — в первый раз за все эти дни.

Из динамика прозвучал голос Коррана Хорна:

— Народ, просыпаемся. Сенсоры дальнего действия обнаружили флот йуужань-вонгов, направляющийся в систему Талфаглио.

Вытянув руку, Лея включила систему герметизационной безопасности на комбинезоне Хана.

— Мне страшно, Хан.

— Мне тоже. — Хан опустил затемняющий визор ее шлема. — Но что нам остается? Они уже взрослые. Они сами выбирают, где сражаться.

* * *

С «Затмения» стартовало полсотни новых ХJ3 «крестокрылов», и больше половины из них пилотировались джедаями. Еще около двадцати пяти джедаев управляли бластботами и другими кораблями поддержки. По сути, Люк должен был нервничать, принимая во внимание, что он ставит под удар половину имеющихся в галактике джедаев, в том числе и большую часть мастеров. Но он был спокоен. С ними была Сила, притом ее незримое присутствие было ощутимо как никогда — оно было таким материальным, что он чуть ли не видел ее мерцание в бархатном свете звезд.

«Не расслабляйся, Скайуокер».

Голос Мары так четко раздался в его голове, что ему понадобилось мгновение, чтобы понять, что она говорит не через комм. Он метнул взгляд на ее «крестокрыл»: машина летела так близко к его собственной, что их плоскости почти соприкасались. Ему хотелось передать ей, что беспокоиться не о чем, что Бен не потеряет сегодня родителей, но такая мысль подразумевала видение возможного исхода битвы, которого он сознательно старался избежать. Если Сила захочет показать ему будущее, хорошо; если же нет — лучше довериться ей и принять то, что случится. Что бы ни вышло, решение атаковать было верным. Он чувствовал это.

«Я тоже», — добавила Мара.

Люк приподнял бровь. Их связь в Силе помогала им воспринимать чувства друг друга, передавать короткие расплывчатые мысли. Но это было уже что-то новое. Едва мысли Люка всплывали в его сознании, как Мара тут же ощущала их. Возможно, присутствие стольких сильных джедаев отзывалось в Силе, концентрируя ее, словно облака газа, когда из них конденсируется звезда.

— Скорее, как линза фокусирует свет, — сказала Мара. — Эффект присутствия многих джедаев, сосредоточенных на общей цели.

— В этом действительно что-то есть. — Люк добавил длинный мысленный вопрос, чтобы проверить пределы их ментальной связи. Когда единственным ответом стало ощущение любопытства, он спросил вслух: — Интересно, фокусировал ли Старый Совет джедаев Силу таким образом?

— Несомненно, это помогло бы им видеть яснее, но во всем могут быть свои недостатки.

Люк почувствовал смущение жены, когда разум Мары переключился с ментальной связи, которую они испытывали, на физический уровень, и разделил ее надежду, что никто больше не ловит эту связь.

Если все-таки кто-то ловил, у этого человека хватило такта не говорить об этом.

Лучась улыбкой, Люк взглянул на тактический дисплей и увидел вражеский флот, подползающий к Талфаглио. Он подозревал, что неторопливое приближение имело мало общего с боязнью минных полей или засады. Вонги просто давали заложникам время хорошенько поразмыслить над своей судьбой. Флот насчитывал четыре аналога крейсера, аналог линкора, корабль-матку и двадцать фрегатов. На матке было не менее двухсот прыгунов, да и пять крупных кораблей тоже наверняка несли свои эскадрильи.

«Ой», — пришло от Мары.

Люк не волновался. Целью джедаев было не уничтожать флот, а прорвать блокаду и выиграть время для беженцев. Однако один из аспектов миссии нужно было переосмыслить.

Он попросил у Р2 канал связи:

— Говорит Фермер. — Позывной был идеей Мары. — Операция «Коридор эвакуации» остается в силе, но здесь слишком много врагов для «Атаки на йаммоска». Повторяю, «Атака на йаммоска»…

— Подожди-ка, Фермер, — перебил его Корран. Являясь координатором флота во время битвы, он находился на фрахтовщике Буйных Рыцарей, «Весельчаке», и через новую субсветовую прослушивающую панель перехватывал показания сенсоров Талфаглио. — Кто-то выходит из гиперпространства.

— У нас гости? — сердце Люка не забилось быстрее. Ничто в Силе не указывало на возможность засады. — Кто?

— Старый Проныра, — раздался до боли знакомый голос Веджа Антиллеса.

— И старый Повстанец.

Хотя этот голос тоже звучал знакомо, Люк не узнал его; но уже через секунду Р2Д2 провел сканирование и идентифицировал его как голос генерала Гарма Бел Иблиса. Люк переключил тактический дисплей на ту область, откуда шли сигналы, и узрел два незнакомых звездных разрушителя: опознавательный маяк определил их как «Мон Мотму» и «Элегоса А'Кла». Корабли заняли позиции позади его флота; в эскорте каждого из них было по крейсеру и по два фрегата. Из ангаров уже вылетали эскадрильи ХJ3 «крестокрылов» и Е-крылов.

— Добро пожаловать, — передал Люк в микрофон. — Но если вы не возражаете, я бы хотел спросить…

— Мы были в пробном рейсе и просто случайно пролетали мимо, — оборвал его Бел Иблис.

— Так близко к Талфаглио? — переспросила Мара. Годы, проведенные на службе Палпатина, привили ей недоверие к неожиданным подаркам. — Что-то не верится.

— Этот маршрут нам посоветовал один из твоих бывших нанимателей, — сказал ей Ведж. Намек был на небезызвестного Тэлона Каррде, бывшего контрабандиста и по совместительству информационного брокера, время от времени сотрудничавшего с разведкой. Никто никогда точно не знал, что затевает Каррде. — Он предположил, что здесь мы сможем испытать наше новое оружие.

— Что ж, это можно. — Люк не стал спрашивать, откуда Каррде узнал время и место их операции; Каррде всегда скрывал свои источники. — Координатор объяснит вам план.

— Каррде уже сделал это, — сказал Бел Иблис. — Мы предположили, что вы ударите прямо по центру, а затем займете позиции для перекрестного огня по каждой стороне коридора эвакуации. Мы могли бы атаковать первыми, но не знаю, насколько эта модификация плана удачна.

— И это операция джедаев, — закончил за него Люк, читая между строк. Кто-то явно пытался улучшить их репутацию в голоновостных сводках. — Спасибо.

— Мы бы хотели выделить эскадрилью для поддержки миссии Буйных рыцарей… к примеру, Проныр? — предложил Ведж. — В любом случае, мы собирались держать их подальше от голокамер Сети.

Хотя контакт Люка с сестрой не был таким прочным, как с Марой, он все равно почувствовал ее подозрительность. Происходящее попахивало Борском Фей'лиа, и тут же автоматически вставал вопрос, что же глава государства потребует взамен… и кому еще он рассказал об их планах. Задача заметно усложнялась, но предложение Веджа было слишком заманчивым, чтобы от него отказаться.

— Шипучка, что думаешь? — спросил Люк. — Все еще хочешь найти йаммоска?

— Любыми средзтвами, — откликнулась Саба. — Для наз будет чезтью охотиться вмезте с полковником Дарклайтером.

— Вы оба выработаете детали, — распорядился Люк. — Остальным — перепроверить координаты прыжков. Стрелять во все, что напоминает булыжник. По твоему сигналу, Контроль.

— Передаю координаты безопасного коридора на Талфаглио, — доложил Корран. — Дюжина, старт по моей команде. Три, два, старт!

Сверкнув ионными выхлопами, Дюжина Кипа нырнула в гиперпространство. Люк переключил дисплей на околопланетное пространство Талфаглио, и минуту спустя эскадрилья вынырнула в системе и устремилась к желтым пятнышкам, обозначавшим корабли йуужань-вонгов, которые удерживали на орбите флот беженцев.

На другом конце системы вражеский ударный флот перестроился для наступления и ускорился, без сомнения, готовясь совершить микропрыжок к планете. Силы гравитации Талфаглио не дадут им совершить прыжок прямо к месту битвы, но Люк понимал, что и Коррану тоже придется тщательно координировать время прибытия их флота.

Когда Дюжина достигла кораблей блокады, Кип развернул эскадрилью к небольшому крейсеру. Порядка шести аналогов корвета покинули посты, чтобы защитить корабль; крейсер выпустил длинные языки плазмы. Дюжина слилась на дисплее в одну точку и продолжила путь; пилоты постоянно меняли ведущего, чтобы каждый раз подставлять под выстрелы врага свежий неистощенный щит.

Эскадрилья Кипа открыла огонь по крейсеру: космос расчертили синие лучи лазерных выстрелов. С каждой минутой все больше корветов покидало посты в блокаде Талфаглио, выходя на перехват Дюжине. Пока все шло по плану. Похоже, йуужань-вонги воспринимали происходящее как очередную несанкционированную операцию вооруженных сил, предпринявших безнадежную попытку спасти обреченных на гибель беженцев.

Две протонные торпеды, выпущенные Дюжиной Кипа, растворились, поглощенные защитной системой крейсера. Это повлекло за собой новый обмен лазерными выстрелами и плазменными шарами, за которым неожиданно последовала волна статического шума, вызванная новинками вооружения — «бомбами-тенями» джедаев. «Бомбы-тени» были теми же протонными торпедами, из которых извлекли топливо и освободившееся пространство под завязку начинили барадием. Их оснащали стандартными плавкими предохранителями и наводили на цель с помощью Силы. Подобное оружие было гораздо мощнее обычных торпед, притом что их было сложно выделить в гуще битвы. В целом, вполне удачный новый трюк в арсенале джедаев.

Эскадрилья Кипа добила крейсер выстрелами двух обычных протонных торпед, пронеслась сквозь обломки и развернулась, готовя коридор эвакуации. В очищенное от кораблей пространство тут же хлынул мощный поток кораблей беженцев, один за другим покидавших орбиту. Оставшийся участок йуужань-вонгской блокады мгновенно рассыпался, так как сторожевые корабли бросились на перехват.

— Контроль, пора опустить молот, — передал Люк.

— Понял, Фермер, — позывной Люка Корран произнес чуть ли не подобострастно. — Флоту Новой Республики, Шоккерам и Лезвиям — прыжок по предписанным координатам по моей команде.

Лезвия были личной эскадрильей Люка. Эскадрилья включала его самого, Мару, около полудесятка молодых пилотов-джедаев и семерых не-джедаев, ветеранов космических сражений. Их задачей было обеспечивать прикрытие более опытных Шоккеров, которые должны были отвлекать наступательный флот йуужань-вонгов.

— Три, два, старт!

Люк вдавил акселератор и увидел, как звезды вытянулись в линии.

— Береги себя, малыш, — передал Хан. — Мы только-только вырастили троих джедаев. И не хотим, чтобы ты оставил на наше попечение еще одного.

— Хан! Это… — оранжевая точка Талфаглио растворилась в бесцветном пятне гиперпространства, и упрек Леи остался недосказанным.

Люк чувствовал присутствие истребителя Мары позади себя: она неторопливо проводила последние проверки бортовых систем; внимание было полностью сосредоточено на предстоящем сражении. Не было нужды обсуждать резонность того факта, что они отправляются на бой вместе. Они были слаженной командой — даже Хан и Лея никогда не смогли бы достичь такого взаимопонимания — и они оба знали, что шансы выжить у одного всегда повышались в присутствии второго.

Темнота гиперпространства снова рассыпалась в растянутые линии звезд, и перед Люком возникла Талфаглио, небольшой полумесяц на фоне темно-красной звезды. Хотя эскадрилья выпрыгнула из гиперпространства максимально близко к зоне боевых действий, битва все равно виделась тонкой сетью лазерных выстрелов и плазменных хвостов, расцветивших область пространства между ними и планетой. Вражеский ударный флот по-прежнему не различался невооруженным глазом, но Люк довольно быстро отыскал его изображение на дисплее. Флот уже совершил свой микропрыжок и теперь расположился по другую сторону блокады — прямо напротив джедаев — полным ходом двигаясь в направлении коридора эвакуации.

Ригард Мэтл повел своих Шоккеров навстречу блокаде на скорости, близкой к световой — излюбленная тактика, подарившая эскадрилье ее название. Лезвия набрали скорость, чтобы занять позицию для обеспечения прикрытия. Тактический дисплей показывал звездные разрушители Новой Республики, выстроившиеся вдоль коридора. В сопровождении каждого из них имелось по фрегату и по две эскадрильи истребителей ближнего радиуса действия. Остальной флот устремился вслед за Лезвиями к Талфаглио.

Для Люка битва переросла из тонкой сети в светящийся клубок размером с небольшую луну. Блокадные корабли по-прежнему окружали Дюжину Кипа, обстреливая ее со всех сторон. Эскадрилья металась внутри окружения из стороны в сторону, обеспечивая защиту перекрывающимися щитами и сберегая энергию для гратчинов и магмовых снарядов. Прослеживались очертания только девяти «крестокрылов», но Люк чувствовал, что три пропавших пилота тоже где-то рядом, внутри этого незримого круга. Он не сомневался, что они успели катапультироваться и еще живы. Он приказал Р2Д2 отправить сообщение поисковой группе и постарался не думать о том, что будет, если пилоты попадут под плазменный шар или ионный выхлоп.

Ближайшие блокадные корабли перегруппировались, чтобы встретить Шоккеров, которые не снижали скорости, параллельно запуская протонные торпеды. Торпеды достигли своей цели почти сразу же после старта. Два корвета, чьи защитные команды не успели среагировать на залп, развалились на куски; еще восемь были повреждены: заряды сдетонировали близко от корпусов, и сквозь пробитую обшивку начали вылетать тела и вырываться пары воздуха. Шоккеры пронеслись мимо них, миновали Дюжину Кипа и оказались на другом конце зоны сражения.

Люк повел свою эскадрилью в образовавшуюся после захода Шоккеров брешь. Никто из них не тратил энергию на расширение поля инерционных компенсаторов: довины-тягуны корветов были достаточно мощны, чтобы сорвать с них щиты. Когда пара корветов выдвинулась им навстречу, Люк сбросил «бомбу-тень» — его эскадрилья летела слишком близко, он не успевал перевести плоскости в атакующее положение, — и использовал Силу, чтобы подтолкнуть снаряд ко второму кораблю из пары. Не было необходимости приказывать Маре взять на себя первый: он и так знал, что она уничтожит его аналогичной тактикой. Мгновение спустя одновременная протонная детонация испепелила оба корабля.

«Надо же!» — передала Мара.

Неожиданно щиты Люка были захвачены лучом довина одного из корветов. Кабину огласил сигнал тревоги, и Мара направила свой истребитель, чтобы обеспечить прикрытие на то время, пока Р2Д2 активирует запасной генератор. Третий член их щитовой тройки, юный Тэм Азур-Джеймин, сбил напавший корабль собственной «бомбой-тенью».

— Спасибо, Тихоня, — передал Люк.

Тэм щелкнул передатчиком — весьма живая реакция для такого замкнутого джедая. Теперь они пересекали ту зону, где была «поймана в ловушку» эскадрилья Кипа. С орбиты Талфаглио срывались уже десятки кораблей с беженцами, мечтавшими поскорее убраться из зоны военных действий. Все еще сохраняя высокую скорость, Лезвия промелькнули мимо трех «крестокрылов» Дюжины.

Раздался возбужденный голос Кипа Дюррона:

— Сзади, Фермер!

— Отставить, Головорез, — приказал Люк. Если Кип и понимал, что три его пилота сейчас в открытом космосе, это никак не отразилось на его тоне. — Ты и так потерял троих. Оставайся и прикрывай беженцев.

— Прикрывать? Но мы самые опытные…

— Головорез, — жестко произнес Люк. — Это приказ.

Повисла пауза.

— Принято.

Негодование Кипа осталось в Силе, как запах гари от большой бластерной подпалины. Люка тревожил недостаток сострадания. Если Кип когда-нибудь собирается…

«Скайуокер! — мысль Мары была похожа на крик. — Как же сражение?» «Прости».

Какой-то инстинкт подсказал Люку, что нужно сбросить три «бомбы-тени», и он тут же претворил желаемое в жизнь. Он полностью раскрылся Силе: ему стало казаться, что битва идет в каком-то в замедленном темпе. Три черных ограненных корвета шли под разными углами, усеивая космос магмовыми снарядами и гратчинами. Продолжая полет по прямой, Люк почувствовал немой вопрос Мары, мгновенно сменившийся волной одобрения, когда он с помощью Силы перенаправил ближайший магмовый снаряд в гратчина.

Внезапно распознав опасность где-то прямо по курсу, Люк приказал Р2Д2 подать всю мощность на передние щиты. На носу ближайшего корвета расцвело крохотное пятнышко, с бешеной скоростью переросшее в плазменный шар. Люк будто ослеп, и ему пришлось закрыть глаза, чтобы отыскать каждого пилота своей эскадрильи и использовать их чувства, чтобы направить «бомбы-тени» точно в цель. Их глазами он увидел ослепляющую вспышку взрыва, а следом почувствовал, как его «крестокрыл» вздрогнул от соприкосновения плазменного шара с его передними щитами.

Где-то в самом центре сердца, месте, принадлежавшем Маре, он почувствовал ее волнение, которое почти мгновенно сменилось упреком.

«В следующий раз уворачивайся!» Просвистев предупреждение, Р2Д2 отключил перегруженный генератор щита, производя экстренное охлаждение. Больше для спокойствия жены, чем для своего собственного, Люк направил истребитель между Марой и Тэмом. Сегодня он ощущал в себе силы сражаться и без щитов. Истребители миновали пояс корабельных обломков — Люк был не единственным пилотом в своей эскадрилье, сбившим сторожевой корабль, — и устремились сквозь блокаду к Талфаглио вслед за Шоккерами.

Вражеский наступательный флот перегруппировался, чтобы создать защитный заслон, но по-прежнему не спешил выпускать кораллов-прыгунов, намереваясь сперва достичь коридора эвакуации и уж потом ввязываться в сражение. Люк, чувствуя за собой восемь эскадрилий истребителей Новой Республики, два крейсера и несколько фрегатов, ворвался в гущу врагов и запросил поддержку дальнобойным артиллерийским огнем.

Крейсеры и фрегаты Республики разорвали тьму вспышками турболазеров. Враг ответил плазменными шарами и магмовыми снарядами. Джедаи на своих истребителях ринулись в битву, полагаясь на способности пилотирования, чувство опасности и щиты, ловко виляя, чтобы избежать попадания под огонь противника. Два Шоккера повернули назад, получив повреждения от выстрелов в упор. Один из пилотов Люка оставил стабилизатор в зубах гратчина и был вынужден катапультироваться. Шоккеры прорвались сквозь заслон фрегатов.

«Крестокрыл» Ригарда Мэтла исчез в огненной вспышке.

Строй Шоккеров сбился: ошеломленные пилоты с трудом осознавали потерю лидера-ветерана. Люк коснулся в Силе самого сердца взрыва и испытал мгновения ужасной колющей боли, но затем — странное чувство дружелюбного спокойствия. Он сосредоточился на этом чувстве, и его догадка подтвердилась: Ригард пережил взрыв, успев вовремя катапультироваться.

Прежде чем Люк смог передать пилотам эту обнадеживающую новость, по экстренному каналу раздался искаженный статическими разрядами голос Ригарда:

— Шоккеры, сомкнуть ряды! — тон был укоризненным, но вполне уверенным. — Вы просто позоритесь…

Его голос стих, едва волна истребителей ушла за пределы досягаемости комм-оборудования его скафандра. Пристыженные Шоккеры взяли себя в руки, разбились на три щитовые тройки и устремились вперед. Сила и вправду была в тот день с ними: до настоящего момента джедаи не потеряли ни одного пилота.

Перед ними простиралось главное крыло ударного флота йуужань-вонгов. В лучах темно-красного солнца Талфаглио поблескивали шесть йорик-коралловых корпусов. За аналогом линкора скрывались корабль-матка и один из крейсеров. Три других крейсера выдвинулись вперед и начали выпускать эскадрильи кораллов-прыгунов. Р2Д2 передал на звездный разрушитель координаты «стеснительного» крейсера, чтобы те в итоге дошли до Сабы, а Люк открыл канал связи с Лезвиями и Шоккерами:

— Забудьте о прыгунах. Поле инерционных компенсаторов на максимум, и полный вперед! Нам нужна только матка. — Из всех кораблей армады корабль-матка представлял наибольшую опасность для конвоя беженцев — и для их друзей из Новой Республики. — Делаем вид, что идем за тем крейсером слева. Выходим на дистанцию поражения, и огонь из всего арсенала по настоящей цели.

К тому времени, как он оповестил обе эскадрильи, крейсеры выросли в иллюминаторах до черных йорик-коралловых косоугольников размером с ладонь. Плазменные шары пролетали мимо или расцветали на щитах виляющих из стороны в сторону «крестокрылов». В отсветах битвы сверкнули первые еще далекие точки кораллов-прыгунов.

— Разделиться на тройки, — приказал Люк. — Любой ценой сохранять щиты.

В радиусе попадания возникли первые кораллы-прыгуны, плюющиеся плазмой и пытающиеся стянуть щиты. Два прыгуна рассеялись на обломки, попав под огонь собственного крейсера; «крестокрылы» миновали первую волну, все еще летя на скорости, близкой к световой. Для прыгунов это было чересчур быстро, они не успевали развернуться и включиться в гонку. Шоккеры шли к крейсеру слева. Корабль стал стремительно разворачиваться: капитан пытался повернуть его боком, чтобы выставить на линию огня как можно больше довинов-тягунов и орудийных позиций.

Р2Д2 передал Люку, что они вышли на дистанцию поражения матки, но большую часть цели им заслонял аналог линкора. Орудия крейсера открыли огонь, наполняя космос облаками белой энергии и искрами огня.

— Всем тройкам, разбить построение! — приказал Люк.

Заложив вираж вправо, он проверил тактический дисплей и увидел, что флагман по-прежнему прикрывает корабль-матку, который, в свою очередь, пытался прокрасться к коридору эвакуации.

Люк раздраженно стиснул зубы, но в следующее мгновение распознал какой-то намек на идею, формирующуюся в голове Мары.

— Действуй, Мамочка.

— Всем пилотам, огонь по крейсеру, — распорядилась она. — Израсходуйте весь запас торпед и отступайте. «Люк, ты пойдешь со мной», — передала она мысленную команду. — Повторяю, цель: крейсер, огонь всеми торпедами.

Распоряжение Мары вызвало у пилотов секундное замешательство, в ходе которого еще один истребитель Шоккеров пал жертвой гратчина: пилот-ветеран едва успел катапультироваться, когда его машина взорвалась.

— Пора! — крикнула Мара.

Синие хвосты ионных выхлопов рассекли космос, десятки торпед понеслись к крейсеру. По борту корабля возникли черные дыры довинов-тягунов и начали пожирать все, что в них летело, но было ясно, что система защиты корабля не справится.

Неожиданно из двигателя истребителя Мары вырвался хвост белого пламени, и «крестокрыл» унесло с поля боя. Испытывая чувство тревоги, Люк последовал за ней, но стоило ему открыться Силе, как он тут же уяснил, что она делает.

«Неплохой трюк», — это передал не Люк, а Тэм, который по-прежнему исполнял функции замыкающего в их щитовой тройке.

— От Ицала научилась?

«Да», — ответила Мара. Люк почувствовал ее потрясение от того, что Тэм тоже разделял их мысли. — «И как долго ты подслушиваешь?» Тэм ответил ментальным пожатием плеч. «Даже не думал». Тэм был молодым дуросом-навигаторов, со временем переквалифицировавшимся в пилота; его отец, джедай Дэй Азур-Джеймин год назад пропал на Нал Хатте, и с тех пор у Тэма начались проблемы. Он не мог не слышать в своем сознании чужие мысли. «Вы оба просто… КРИЧАЛИ».

За время этого обмена мнениями протонные торпеды ударили в борт крейсера и сдетонировали. Яркий свет озарил пространство позади щитовой тройки; тактический дисплей Люка залило статическими помехами, и Р2Д2 бросил все силы на борьбу с электромагнитной пульсацией.

Свечение Силы, шедшее от двигателей истребителя Мары, переросло в яркий огненный шар и окутало всю тройку. «Так, мальчики, а теперь отключаем субсветовые».

Люк потянулся к переключателю, на что Р2Д2 отреагировал встревоженной трелью.

— Все в порядке, Арту. — Он щелкнул переключателем. — Это часть плана Мары.

Р2Д2 издал резкий посвист. Люк бросил взгляд на бегущую строку перевода.

— Конечно, ты не слышал план, — объяснил он. — Мы не обсуждали его вслух.

Р2Д2 засомневался.

— Поверь мне, Арту, план есть.

— Сделаем небольшой подъем, — донесся голос Мары из динамика. — За мной.

Люк почувствовал, как Мара концентрируется в Силе; в следующую секунду ее обесточенный «крестокрыл» начал медленно выплывать за пределы светящегося шара. Люк повторил маневр супруги, то же самое проделал и Тэм. Светящийся шар медленно свернулся. Когда выстрелов со стороны йуужань-вонгов так и не последовало, Мара окончательно рассеяла свет по космосу.

Осмотревшись, Люк понял, что они очутились менее чем в километре под веретенообразным силуэтом матки. Эскадрильи кораллов-прыгунов все еще срывались с его пятнадцати вытянутых отростков, а линкор шел чуть впереди, не обращая ни малейшего внимания на маленькие темные истребители джедаев.

Люк хотел было поздравить Мару с успехом, но она оборвала его:

— А чего ты ждал, Скайуокер? Обман — моя специальность.

Р2Д2 настойчиво засвистел и вывел на дисплей предупреждение о неоптических сенсорах.

— Я знаю, что они еще могут засечь нас, — отозвался Люк. — Но на мгновение они растеряются, а мгновение — это все, что нам надо.

Мара сбросила «бомбы-тени» и использовала Силу, чтобы направить их прямиком в центр огромного корабля. Бомбы Тэма не отставали ни на шаг. Люк тоже сбрасывал свои снаряды, когда центральная палуба йорик-кораллового корабля-матки потонула в волне первого взрыва.

* * *

Ремень безопасности больно врезался в тело Данни. Стараясь удержать завтрак там, где ему положено быть, она впервые испытала сомнения в том, была ли удачной идеей перепланировка бластбота. После того, как дроиды «Затмения» заново заварили каждый шов и корабль прошел техническую проверку, Уонтан решил, что может летать на нем, как на новеньком «крестокрыле» — и к тому же он настоял на том, чтобы настроить инерционный компенсатор на 92 процента. Брабб развернул корабль так резко, что кровь прилила к кончикам пальцев, и Данни пришлось зажмуриться, чтобы глаза не повылезали из орбит. «Как же плохо», — подумала она. — Что-то загрохотало у нее под ногами. «Очень плохо».

В иллюминаторе привиделась отдаленная вспышка света. Приглядевшись, Данни рассмотрела белую сферу и три взорвавшихся протонных торпеды. Буйные Рыцари вышли из гиперпространства гораздо выше орбитальной плоскости Талфаглио и теперь резко пикировали вниз; Данни казалось, что они ныряют в битву. Еще один протонный взрыв осветил темноту, расщепив центральный каркас большого корабля-матки; во все стороны полетели стыковочные отростки корабля. Горящие кораллы-прыгуны закувыркались во всех направлениях.

— А-а, мазтер Скайуокер назлаждается охотой. — Саба включила координатную сетку на транспаристиловом иллюминаторе и навела ее на крейсер йуужань-вонгов, спрятавшийся за обломками. — Какой зазтенчивый корабль, Данни. Позмотри, может там езть то, что нам нужно.

Данни настроила сенсоры на наводящую сетку. Несколько столбиков на ее дисплее тут же подскочили вверх и заплясали в ритме вражеской кодировки.

— Подтверждаю. На том корабле йаммоск.

— Ненадолго, — шумно прошипела Саба.

Она передала координаты другим Буйным Рыцарям и Пронырам.

— Вот наша цель. И берегитезь ее большого брата.

Аналог линкора шел чуть впереди крейсера с йаммоском, обстреливая плазменными шарами и магмовыми снарядами корабли Республики, которые по-прежнему преграждали его путь к коридору эвакуации. К счастью, «Мон Мотма» и «Элегос А’Кла» быстро смяли йуужань-вонгскую блокаду и теперь спешили на помощь союзным силам.

Поток новых колебаний привлек внимание Данни к голодисплею.

— Они нас заметили.

От крейсера оторвалось с пятнадцать похожих на семечки йорик-коралловых корабликов, которые тут же выдвинулись им наперерез, паля из всех орудий. У Данни возникло такое чувство, будто они влетели прямо в звезду.

Уонтан бросил бластбот в штопор и последовал за остальными Буйными Рыцарями в гущу битвы. Ицал Ваз открыл огонь из счетверенной лазерной пушки. Данни обеими руками ухватилась за кресло, стараясь не порезаться о натянутый ремень безопасности; показатели ее сенсоров будто сошли с ума.

— Готовьте ударные ракеты и приманки.

— Готовы, — пришел ответ с «Тысячелетнего Сокола» Хана Соло и «Госпожи удачи» Лэндо Калриссиана, которые следовали за бластботом, один сверху, другой снизу.

— «Крезтокрылы», приготовить торпеды, — приказала Саба. — Цель — крейзер. Прыгунов озтавить в покое.

— Буйные Рыцари готовы, — доложил Дриф Лиж.

Переговоры шли в большей степени для того, чтобы держать в курсе Проныр. Сегодня с джедаями была Сила, и Буйные Рыцари чувствовали готовность своих приятелей-пилотов. Пронырам приходилось полагаться на более привычные средства связи.

— Проныры готовы, — подтвердил Гэвин Дарклайтер.

На их частоте раздался голос Люка:

— Шоккеры и Лезвия перестраиваются под крейсером. У нас закончились торпеды, но мы прикроем вас от прыгунов с линкора.

— Наше спазибо, Фермер.

Все показатели на экране Данни внезапно упали до нуля.

— Йаммоск замолк. — Подняв взгляд, девушка увидела, как крейсер начал разворачиваться, подставляя борт под корабли, идущие на него сверху. Данни не могла себе представить, что борт несет больше орудий по сравнению с тем количеством, которые уже стреляли по бластботу. — Что-то происходит.

— Да. Линкор сбавляет ход и сбрасывает прыгунов, — подсказал Уонтан.

— Мы вынудили их остаться и продолжить сражение, — сказала Саба. Она открыла канал связи. — Говорит Шипучка…

— Все не так, — перебила Данни. Закрыв глаза, она применила специальную технику джедаев, чтобы попытаться сложить полученную информацию воедино. Они были слишком близки к Талфаглио, чтобы совершить микропрыжок, и, учитывая, что на помощь силам Республики шли два звездных разрушителя, йаммоск должен был понимать, что исчезла всякая надежда перекрыть коридор эвакуации. Данни вклинилась в разговор на тактической частоте. — Они готовятся к микропрыжку, хотят выйти из битвы.

Саба скосила на нее глаза.

— Йуужань-вонги не бегут.

Раздался встревоженный голос Коррана Хорна:

— Всем подразделениям, прекратить атаку, — распорядился он. «Весельчак» располагался вдалеке над орбитальной плоскостью Талфаглио, координируя ход битвы с помощью сенсоров дальнего действия. — Они пытаются растянуть фронт.

— Контроль, минутку, — передал Ведж Антиллес. — Мы хотим кое-что проверить. Шипучка, будьте добры, прикажите вашей эскадрилье запустить ракеты.

Сабе не нужно было повторять дважды. Она отдала приказ. Космос озарили двадцать светящихся ракетных хвостов, к которым через мгновение добавились хвосты от ракет-приманок.

Крейсер завершил разворот и начал набирать скорость. Все показатели Данни моментально прыгнули до максимума, а через мгновение в приборной панели что-то щелкнуло, зашипело, вверх взметнулось облачко дыма, и приборы замолчали. Данни с силой ударила по тумблеру отключения питания, хотя по запаху горящей проводки уже понимала, что плату процессора не спасти.

Она повернулась к Сабе, предвосхищая ее вопрос:

— Гравитационный всплеск… что-то перегрузило его.

— Похоже на то.

Изогнув жесткие губы и зашипев, Саба подняла взгляд. Из-за постоянных маневров Уонтана крейсер противника буквально скакал в иллюминаторе. Он прекратил огонь, и казалось, намерился совершить разворот. Первая волна ракет прошла мимо; следы ионных хвостов резко повернули, когда системы наведения снарядов попыталась исправить курс.

Данни предположила, что йуужань-вонги изобрели какую-то новую тактику противодействия, но вторая волна ракет не встретила сопротивления и ударила в корпус.

— Нужно обезвредить ракеты, — закричала Данни. Посмотрев на тактический дисплей Сабы, она увидела, что линкор тоже теряет управление. — Сейчас же! Вы убьете нашего йаммоска!

— Лучше бы ты не ошиблазь, — предупредила Саба, уже транслируя код деактивации, — иначе оная откузит тебе руку.

И Данни почему-то не показалось, что Саба преувеличивает.

— Не сомневаюсь.

Крейсер раскололся на три части, космос запрудили мертвые тела. Следующая волна ракет ударила в корпус, но не взорвалась. Данни, наконец, смогла вздохнуть свободно.

Она открыла канал связи с «Мон Мотмой»:

— Генерал Антиллес, один из ваших кораблей случайно не заградитель?

— Эта информация засекречена, — пришел ответ. — Считайте, что мы просто ждали, когда они решат совершить свой микропрыжок.

Флот Новой Республики открыл огонь по беспомощному линкору, ослабляя его оборону, прежде чем взять корабль на абордаж. Люк, Мара и «крестокрылы» с «Затмения» покинули зону боевых действий, чтобы в сохранности сопроводить корабли с беженцами прочь из системы.

Их собственная цель была столь же беспомощна, как и линкор, и Уонтан проложил прямой курс к крейсеру; чуть позади шли «Сокол» Хана Соло и «Госпожа удача» с Лэндо и Тендрой на борту.

Развернувшись в кресле, Саба окинула Данни взглядом.

— Теперь ты знаешь, почему твое оборудование вышло из строя?

Данни кивнула. В технологии заграждения не было ничего нового: имперцы использовали ее во времена Восстания, создавая посреди повстанческого флота искусственные гравитационные колодцы, чтобы не давать противнику сбежать в гиперпространство. В новинку было лишь то, что теперь на новых звездных разрушителях отсутствовали купола гравипроекторов, которые тут же выдали бы в них наличие заграждающего оборудования. Эффект неожиданности плюс удачно подгаданная атака как раз во время совершения микропрыжка — и оба йуужань-вонгских корабля мгновенно вышли из строя.

Данни открыла канал связи с «Госпожой удачей»:

— Игрок, можешь послать своих дроидов на крейсер? Мне нужно знать, осталось ли там хоть что-то от нашего йаммоска.

Лэндо передал подтверждение, после чего вновь заговорила Саба:

— Йаммозк там, можешь быть уверена, Данни Куи, — свежезамороженный и готовый к транзпортировке. — Она хлопнула себя по коленям и зашипела, ухмыляясь каким-то своим барабельим мыслям. Потом она отвернулась, чтобы приглядеть за тем, как Уонтан ведет корабль вслед за «Соколом» и «Госпожой удачей». — Сила была сегодня с нами.