Агис швырнул сумку на землю, протянул руку и схватил Сача за узел на волосах, выдернув его из воздуха. – Где Тихиан и линза? – рявкнул он.

– Он никогда не возвращался в этот туннель, – ответила голова. – Проклятый негодяй предал нас всех.

Агис с размаха ударил своего пленника о мерцающую стену из черной слюды. – Лжец!

– Был бы я здесь, если бы знал где Тихиан – или линза? – возразила голова. – Я пришел сюда искать его, как и ты.

Держа Сача за волосы одной рукой, аристократ медленно осмотрел комнату из слюдяных плит, тщательно проверяя каждый уголок и каждую нишу в поисков какого-нибудь знака, указания, что случилось с королем. Он принес с собой импровизированный факел из расщепленного гарпуна, но он не понадобился. Багровый солнечный свет, который падал из щели в крыше, окрасил всю комнату ярким розовым светом.

– Ты только зря теряешь время, – сказал Сач. – Тихиан не здесь. Я смотрел.

– Я посмотрю сам, – сказал Агис, тщательно осматривая каждую стену и заглядывая в каждый темный уголок. Когда он не нашел короля, он снова занялся Сачем. – Если ты говоришь мне правду, тогда объясни, как Тихиан испарился из этой комнаты вместе с линзой.

Сач указал глазами на щель в потолке. Багровый солнечный диск висел над ними, пройдя четверть пути от восточного конца. – Может быть он вскарабкался? – предположила голова.

Прищурившись из-за яркого света, Агис более внимательно осмотрел прорезь в потолке. Гладкие слюдяные плиты, окаймлявшие щель с обеих сторон, были наклонены почти вертикально, так что вскарабкаться по ним было очень сложно, но не невозможно. Щель была достаточно широка, чтобы человек мог, упираясь спиной в одну сторону и ногами в другую, вылезти или – в случае с Тихианом – вылететь в нее.

– Лучше бы придумал ты другую ложь, Сач, -сказал Агис,. – Из того, что Садира рассказала мне, ясно, что линза никогда не прошла бы через эту щель.

– Могла бы, если положить ее в эту сумку, – предположила голова.

Агис внимательно оглядел сумку. Он уже решил сказать, что Черная Линза никогда бы не вошла в такой маленький мешок, но он видел, и не однажды, как Тихиан доставал оттуда большие предметы, так что сумка была магическая. – Если бы Черная Линза была внутри, Тихиан тоже был бы здесь, – сказал Агис, невольно отметив, как сумка измята. – Он никогда не оставил бы ее.

Несмотря на собственные слова, аристократ положил Сача на землю рядом с сумкой, поставив ногу на бестелесную голову, чтобы удержать ее на месте. – Но не будет вреда, если мы это проверим. Как эта штука работает?

– Сунь руку внутрь и представь себе линзу, – сказала голова. – Если она там, она сама придет тебе в руку.

– Как она выглядит? – спросил аристократ.

– Откуда мне знать? – огрызнулся Сач.

– Раджаат использовал ее, чтобы напитать силой тебя, как одного из своих Доблесных Воинов, – напомнил Агис, одновременно нажимая посильнее ногой на голову.

– Она большая, сделана из обсидана, и круглая, – ответила голова сдавленным голосом. – Это все, что я помню – было ужасно больно, и вся башня была полна вспышками света.

Агис сунул сумку под локоть своей сломанной руки, готовясь сунуть свою целую руку внутрь. Но прежде, он взглянул вниз, на голову, и сказал. – Если это твой очередной трюк, я привяжу тебя к камню и брошу в Залив Горя.

– Я хочу найти Оракул ничуть не меньше тебя, – огрызнулся Сач. – И понять, что случилось с Тихианом.

Агис сунул руку в сумку и нарисовал в уме образ большого обсиданого шара, похожего на один из тех, которых они нашли в сокровищнице Калака, когда убили его. Мгновением позже, он почувствовал холодную, гладкую поверхность обсидана, лежащую у него на руке.

Аристократ вытащил руку из мешка и увидел обсидановый шар, размером примерно с его голову.

– Слишком маленький, – прошипел Сач. – Попробуй снова.

Агис отставил шар в сторону и вернул руку в мешок. На этот раз, однако, представив себе, как Оракул выглядит, он также добавил холодную, гладкую поверхность полированного камня, надеясь что эта новая деталь компенсирует то, что он никогда не видел линзу.

Когда ничего не появилось в его руке, аристократ пожал плечами. – Ничего.

Сач опять взглянул на потолок. – Тогда он пронес ее через эту щель, – сказала голова.

Укрепив сумку получше под своей сломанной рукой, Агис опять схватил Сача. – А что о магии, или Пути? – спросил он. – Мог ли Тихиан использовать свою силу чтобы забрать линзу отсюда, не выходя через любой выход?

– Все возможно с линзой, – сказал Сач. – И это еще одна из причин, почему мы должны немедленно уходить отсюда.

Агис нахмурился. – Почему ты так стремишься выдворить меня отсюда?

– Потому что этот предатель Тихиан и так уже здорово опередил нас, – прорычал Сач. – Пошли.

Агис покачал головой. – Я так не думаю, – сказал он. – Мне, напротив, кажется, что ты пытаешься скрыть что-то от меня. Тихиан еще здесь, не правда ли?

– Не будь смешным, – прошипел Сач. – Ты же видишь сам, что кроме нас здесь никого нет.

– А что о Вияне? – спросил аристократ. – Я полагаю, что ты собираешься сказать мне, что ты не знаешь, где он?

Серые глаза Сача расширились. – Предполагалось, что он наблюдает за входом в туннель, – сказал он. – Разве ты не видел его?

– Нет, не видел, – проворчал Агис, засовывая Сача в сумку. – И я устал от твоей лжи.

Аристократ закрыл мешок и сложил его так, чтобы зажать отверстие, затем, удерживая его коленями, смял, превратив в сморщенный комок. Наконец, он оторвал полоску со своего плаща и завязал отверстие, используя самый надежный узел из тех, которые знал. Покончив с этим, он положил его рядом с выходом, чтобы не забыть, кога он будет уходить из комнаты.

Аристократ начал поиск опять, на этот раз более тщательно. Несколько раз он использовал свой сломанный гарпун, чтобы прочесать трещины и ниши, которые казались ему подозрительно глубокими или слишком прямыми, надеясь найти секретную дверь или тайный проход, спрятанный за ними. Дважды он даже срывал листы слюды со стены, когда свет обманывал его глаза и он думал, что заметил факел, мерцающий за ними.

Он не нашел ничего, кроме слюды. Что бы не произошло с Тихианом, он, похоже, был не здесь – и аристократ сомневался, что он собирается вернуться. Он оглядел комнату в последний раз, потом повернулся к выходу. И именно тогда он услышал тяжелое дыхание гиганта, ползущего через тоннель.

***

Поддерживая Оракул своим хвостом виверна, Тихиан продолжал лететь через Серость, выбрав то направление, в котором, как он надеялся, красное пятнышко появилось в последний раз несколько мгновений назад – или это было раньше? Король не мог ответить. Все, что ему оставалось, махать своими кожистыми крыльями, держать нос прямо вперед и надеяться, что он летит в правильном направлении.

Спровадив своего брата и других жертв убийства, Тихиан немного отдохнул – он не знал, как долго. Его шрамы медленно исчезали, унося с собой боль. В то же время к нему вернулись силы и он был готов продолжать искать выход.

Задача оказалась труднее, чем он ожидал. Во первых, он призвал мощь Оракула, чтобы вообразить себе отверстие мешка. Попытка с позором провалилась. Хотя он создал не менее дюжины красных кругов, напоминающих выход, после прохода через них он всегда оказывался опять в Серости.

Затем Тихиан попробовал магию, и результаты были еще более разочаровывающими. В Серости не росли живые растения, поэтому он обратился к Оракулу за помощью. Но когда он призвал энергию в свое тело, у него начало гореть плоть на его руках. Из этого король сделал важный вывод: как мастер Пути, он достаточно опытен, и может пропускать силу линзы через свое тело без ран. Но как волшебник, он еще не в состоянии контролировать ее дикую мощь.

В своей следующей попытке Тихиан попытался использовать Путь, чтобы сделать компасс из своего костяного кинжала. Когда он уравновесил лезвие на пальце, кончик его показал слегка влево. Ему не потребовалось слишком много времени, чтобы сообразить, что следуя ему он просто летает кругами.

Король уже решил остановиться и попытаться придумать что-нибудь новенькое, когда он поймал глазом слабую красную вспышку. Отбросив в сторону бесполезный кинжал, он повернулся к свету и полетел так быстро, как только мог, таща за собой Оракул. Но спустя мгновение Тихиан уже не видел больше ни красного света, ни вспышек или чего-либо другого.

Холодный палец отчаяния снова заполз в сердце короля, когда он заметил впереди, в серой мгле, маленькую темную точку. Он удвоил свои усилия и полетел к ней, махая крыльями изо всех сил. Он даже не разрешил себе мигать. Это была первая твердая вещь, которую он видел, с тех пор, как он прогнал брата, и мысль о том, что она может исчезнуть прежде, чем он схватит ее, ужаснула Тихиана.

К его облегчению, этого не произошло. Когда он приблизился, темная точка стала пятном, потом кругом, и в конце концов он узнал ее: это была нижняя часть головы – головы без тела и с длинным пучком волос.

– Что ты делаешь здесь? – спросил Тихиан.

Голова медленно перевернулась и по широким скулам и жетоватым зубам король увидел, что это был Сач. Взгляд его серых глаз метнулся к линзе, и Сач сказал, – Я вижу, что ты нашел таки Оракул, хотя я и не понимаю, что ты собираешься делать с ним здесь.

– Разве ты не должен был сторожить вход в туннель? – рассердился король, сопротивляясь порыву слишком быстро перепрыгнуть на вопрос, который действительно волновал его – как убежать.

– Я и делал, то что должен, – проворчал Сач. – Вот почему я здесь, с тобой.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Тихиан.

– Агис каким-то образом освободился и нашел комнату с Оракулом, – объяснила голова. – Когда мы увидели его входящим в ограду, я полетел предупедить тебя. И все, что я нашел, был мешок – и ни малейшего следа тебя или линзы. Агис показался немного позже и сунул меня в мешок.

– Он знает, где я – или линза?

– Нет, он думает, что ты использовал магию или Путь, и исчез, – ответил Сач.

– Хорошо, тогда я постараюсь его удивить, – хихикнул король. – Теперь, скажи мне, как выбраться отсюда.

– Когда ты бросил сюда Вияна и меня, мы нашли только один способ, – ответил Сач, горько посмеиваясь.

Тихиан нахмурился. – И какой?

– Ждать – пока кто-нибудь не вынет нас отсюда.

***

Агис взглянул в туннель и увидел внушительный силуэт юного Джоорш, ползущего к нему. Хотя он был далеко не так велик, как взрослый гигант, он полность заполнял коридор. Аристократ отчетливо понимал, что даже если гигант захочет пропустить его, ему не втиснуться между огромным телом и гладкими стенами прохода – по меньшей мере без того, чтобы не вызвать тревогу у воина.

Джоорш перестал ползти, и Агис испугался, что гигант заметил его, заглянув за угол. Хотя его сердце застучало, как военный барабан Гулгиков, аристократ заставил себя не двигаться. Если Джоорш не уверен в том, что именно он видит, последняя вещь, которую Агис хотел сделать, – привлечь его внимание к себе неосторожным движением.

К огромному облегчению аристократа, гигант посмотрел назад, через плечо. – Я вижу Оракул, Сахем Маг’р, – позвал он. Его голос был голосом мальчика, но был так глубок, что узкий тоннель затрясся. – Красное свечение, в точности как вы говорили! По настоящему яркое!

– Что? – грубый голос Маг’ра громом отдался в проходе, в его оглушающим реве послышалась тревога. – Ты видишь яркое свечение, Беорт?

Беорт кивнул. – Очень яркое, – сказал он. Его тон был уже не такой радостный, как мгновение назад.

– Что-то не так, – проворчал сахем.

Прежде, чем юнец смог поглядеть обратно, в направлении Агиса, аристократ рванулся из своего угла. Он схватил сумку Тихиана и повесил ее на свое здоровое плечо, потом пересек крошечную комнату и встал там, где прорезь в потолке встречалась с дальней стеной. Потом он остановился чтобы вытащить свою сломанную руку из временной повязки.

Рука была не в том состоянии, чтобы карабкаться. От локтя и вниз, она страшно разпухла и побледнела, а огромная пурпурная опухоль была прямо на месте перелома. Аристократ попытался поднять ее и понял, что мышцы не слушаются его. Поврежденная рука висела мертвым грузом.

Быстрый взгляд на отвесную поверхность стены подтвердил опасения Агиса: он не сможет взобраться на нее с одной работающей рукой. Аристократ закрыл глаза представил здоровую, полностью функционирующую руку на ее месте. Он открыл путь в свой мистический нексус и позволил вспышке энергии подняться оттуда, пройти через его тело, потом направил эту энергию в поврежденную руку.

Резкая боль ударила из точки перелома обратно руку, а потом в грудь. Агис сосредоточился на образе пруда в оазисе, расслабив мускулы и сознание, и разрешая страданию промчаться через него подобно ветру. Вскоре рана перестала посылать болевые импульсы, боль стала терпимой.

Агис снова открыл глаза и попытался поднять покалеченную руку. Поток спиритической энергии пробежал по руке, подняв новую волну мучительной боли, но рука медленно поднялась в воздух. Он напряг пальцы, сжал их кулак, потом распрямил. Наконец, убедившись что, несмотря на перелом, рука работает, он полез по стене. Используя толстые плиты слюды как опору, он карабкался все выше и выше.

Агис не вылечил свою руку, он просто использовал Путь, чтобы оживить ее, примерно так же, как он оживил мертвого медведя, когда они вошли в замок. Чтобы двигать рукой, он призывал энергию из глубины самого себя, а потом осознанно направлял туда, куда хотел. Каждое движение посылало новую волну боли в него, но аристократ почти не замечал этого. Он привык к боли. Кроме того, он был уверен, что если даст гигантам поймать себя, то в результате будет страдать во много раз больше чем сейчас.

Когда до потолка было уже совсем недалеко, а колени Беорта скребли пол сразу за комнатой, аристократ услышал мягкое шипение одной из опор. Слюдяной лист сорвался со стены и Агис почувствовал, что начал падать. Сумка слетела его плеча, упав на пол. Не обращая на нее внимания, он схватился своей здоровой рукой за край щели, его пальцы судорожно искали другую опору. Он нашел конец другой плиты, схватился за нее и подтянулся.

Кончики пальцев побежали по поверхности щели, найдя полость с грубыми концами. Агис быстро перенес вес на эту руку и полностью тянул себя в щель, упершись спиной в одну стену трещины, а ногами в другую.

Как только он почувствовал себя в сравнительной безопасности на своем новом насесте, аристократ взглянул вниз, на сумку, которую он уронил. Хотя он и не знал, что Тихиан хранил внутри, было ясно, что она слишком ценна, чтобы оставлять ее гигантам. Он закрыл глаза, собираясь вернуть ее при помощи Пути. Но именно тогда смрад горячего дыхания наполнил комнату и Беорт вполз внутрь. Агис снова открыл глаза и обнаружил, что смотрит вниз, на кучу серых косичек, такую же большую, как гнездо кес’кестрела и такую же спутанную. Плечи молодого Джоорш были так широки, что он должен был повернуться боком. чтобы вползти в комнат, а руки его было длиной с обычного человека.

– Здесь ничего нет, – закричал Беорт. Потом он заметил сумку, и бросился через комнату, чтобы подобрать ее. – Что это?

Аристократ начал карабкаться, оставив мешок юному гиганту. Хотя он и пытался двигаться тихо, его больше занимала скорость. Даже если Джоорш услышит его, Беорт должен был бы перевернуться на спину, прежде, чем сможет засунуть свои длинные руки в щель. Аристократ поднимался спокойно и быстро, толкаясь спиной вверх на фут-полтора, а затем поднося ноги. Пока юный гигант сумел развязать узел, который завязал Агис и заглянуть внутрь, аристократ преодолел половину пути внутри расселины.

Сунув кошель Тихиана себе в пояс, Беорт выгнул шею и взглянул в щель. Хотя он и был уже вне досягаемости от рук мальчишки, Агис полез еще быстрее. Малец прищурился в направлении аристократа, стараясь защитить свои глаза от яркого солнечного света массивной рукой. – Эй, что это? – спросил он, перекатываясь на спину. – Ты, иди сюда!

С сердцем, бившимся как в лихорадке после тяжелого тяжелого лазания и в радостном возбуждении от удавшегося побега, Агис снова перенес внимания на подъем. Он был уже у самой вершины шахты, где серебристая слюда отражала багровые солнечные лучи с такой интенсивностью, что даже воздух, казалось, светится кроваво-красным. Еще несколько мгновений, сказал он себе, и я буду в безопасности.

Внезапно красный свет померк. Агис взглянул вверх и увидел коричневый, припухлый глаз Маг’ра, глядящий в щель.

– Что не так, Беорт? – требовательно спросил он. – Где Оракул?

– Спросили у человека, – пришел ответ.

Мальчишка указал на угол щели, туда, где Агис перестал подниматься, его ноги дрожали как от страха, так и от напряжения сохранять спину прижатой к стене прорези. Его сломанная рука, которой он не пользовался для подьема по узкой щели, висела вдоль тела.

Глаз сахема скользнул по аристократу, потом его мясистые губы скривились в злой усмешке. Гигант сунул толстую руку в щель. Зажав Агиса между большим и указательным пальцами, он вытащил аристократа наружу. Маг’р был весь в грязи, подсохшая кровь запеклась вокруг раны, которую ему нанес Наль. Глубокая рана на огромном животе была зашита нитками, каждая из которых выглядела как карабельный канат.

Взглянув мимо гиганта, Агис увидел, что они находятся в южном углу загородки, там, где слюдяные стены обрзовывали тупик вокруг щели, из которой его вытащили. Хотя щель и протянулась с востока на запад, по ходу движения солнца, еще и серебрянные щиты из слюды, окружающие ее, были расположены под таким углом, что отражали любые падающие на них лучи прямо внутрь.

– Где Оракул? -спросил Маг’р, снова привлекая внимание Агиса к своему обрюзгшему лицу.

– Он не здесь, – ответил аристократ, стараясь силой воли успокоить себя и свой голос.Чтобы ускользнуть от гиганта он должен был иметь ясную голову.

– Я знаю, где Оракула нет! – проревел гигант, выдыхая горячий, зловонный воздух. Он сомкнул кулак вокруг тела аристократа и слегка нажал. – Я хочу знать, где он есть!

Сжав зубы, чтобы не обращать внимание на боль в сломанной руке, Агис сказал, – Я пришел сюда совсем недавно, и все, что я нашел, был пустой мешок. – Он показал на щель под собой. – Сейчас он у Беорта.

Маг’р нахмурился, потом опустился на колени. – Беорт, дай мне мешок. – Сахем протянул свою длинную руку в щель, затем снова встал на ноги, держа сумку в руке. – Он открыл ее и заглянул внутрь, потом уже собирался выбросить. – Пусто.

– Пусто? – повторил Агис, надеясь, что юный гигант не дал Сачу убежать. Голова, лишенная тела, которая должна была находиться внутри сумки, оставалась лучшей надеждой Агиса найти следы Тихиана и линзы. – Дай мне ее.

Гигант пожал плечами, потом протянул ее Агису. – Какой толк от пустого мешка?

– Не слишком большой, – согласился аристократ, – но я нашел ее в туннеле, где должен быть Оракул. Может быть есть связь.

Нахмурившись, Маг’р протянул руку, чтобы взять мешок обратно. – Что за связь?

Агис ловко выхватил сумку из пальцев гиганта и сунул под руку. – Я скажу тебе, как только ты возьмешь меня к кварцевой ограде.

– Говори сейчас, если хочешь жить.

Агис покачал головой. – В любом случае ты собираешься убить меня, – сказал он. Но Наль бросил в кристаллическую яму гиганта, который не заслуживает смерти. Я раскажу тебе все, что я знаю, как только ты спасешь его. Ты даже можешь сделать его членом твоего племени – ведь он смертельный враг Сарам.

Маг’р опять нахмурился и покачал головой. – После того, что ты устроил мне у ворот, я не могу доверять тебе.

– То, что случилось у ворот, устроил Наль, а не я., – ответил Агис. – Кроме того, пустой мешок и мертвое тело не помогут тебе найти Оракул. Если ты хочешь, чтобы я помог тебе, сделай так, как я тебя прошу.

Сахем какое-то время размышлял, потом неохотно кивнул – Я помогу тебе вытащить гиганта из ямы, – сказал он, – но я не возьму его в мое племя. Я не вижу причин доверять ему только потому, что ему не доверяли мои враги.

Прихрамывая от раны копьем, которую аристократ нанес ему часом раньше, гигант вышел из слюдяной загородки, оставив Беорта в комнате с Оракулом.

Когда они пересекли голый гранитный пол Замка Ферал, Агис был поражен. Он ожидал увидеть озера крови Сарам и горы тел звероголовых, а воинов Джоорш снующими взад-вперед и убивающими своих пленников.

Но победоносная армия Маг’ра собрала побежденных гигантов в дальнем конце цитадели, там, где тело Наля лежало на верхушке гиганского погребального костра. Пока Сарам стояли на коленях вокруг их мертвого бавана, седовласый Вождь Нута ходил взад-вперед перед горящим телом, объясняя им как глупо и опасно хранить Оракул только для себя.

Усилия вождя, однако, пропадали втуне, так как облако Отверженных крутилось над головой пленников. Они занимали внимание нервничающих Сарам намного больше, чем тело Наля или лекция Нуты, несмотря на то, что два шамана Джоорш танцевали среди них, отчаянно стараясь защитить пленных гигантов.

– Выглядит так, как будто ты собираешься пощадить Сарам, – сказал Агис.

– Ты прав, – ответил Маг’р. – Мои Джоорш рассердятся, если мы убъем наших братьев – особенно после победоносной войны.

– Тем не менее, очень великодушно с твоей стороны простить их.

Маг’р уставился своим коричневым глазом на аристократа. – Не жди от меня такого же милоседия, – предостерег он. – Ты не гигант. Джоорш все равно, что случится с тобой.

После чего сахем вошел в кварцевую загородку. Веревка из волоса гиганта, которую привязала Кестер к основанию Моста Сарам, все еще бежала к краю ямы, но не дальше. После того, как Агис выбрался из ямы, трещина в кристаллической крышке запечаталась, перерезав веревку, и остаток ее свободно лежал на краю.

Когда Маг’р проковылял вперед, сердце аристократа упало, и его переполнила боль разочарования. Кристаллическая крышка ямы стала мутная и непрозрачная, следовательно Тихиан уже увез Черную Линзу из Либдоса.

– Я никогда не должен был слушать его! – прошипел Агис, его злость на самого себя увеличивалось с каждым мгновением. – Вот что бывает, если нарушаешь свои обещания!

– Какие обещания? – спросил Маг’р, хмуря брови.

Агис начал было рассказывать гиганту о своих подозрениях, клянясь, что хотя он может не выжить и не поймать Тихиана сам, Маг’р и его гиганты должны сделать это за него. Потом, вспомнив другое обещание, которое он дал, он обдумал это получше и остановился.

– Я расскажу тебе через минуту, – сказал аристократ. – Сначала спаси Фило.

Маг’р встал на колени у края ямы и несколько мгновений изучал крышку. Наконец он пожал плечами и сказал, – Неудобно.

Прежде, чем Агис смог возразить, король вытянул руку и саданул кулаком в центр крышки. Она разлетелась на дюжины обломков, которые упали в яму, оставив только несколько неровных обломков, держащихся по краям. Аристократ съежился, стараясь не думать, что падающие заостренные куски могут сделать с Фило.

Маг’р уставился вниз, в дыру, потом сказал – Я вижу его.

Агис заглянул за край. В первые мгновения он видел только капли пота, падющие с его лба и исчезающие в темноте, потом его глаза привыкли к отсутствию света и он увидел Фило, все еще лежавшего там, где он его оставил, и кристалл по-прежнему торчал из его плеча. Свободная рука полукровки и его ноги свешивались в яму, глаза были закрыты, а его подбородок тяжело лежал на груди. Хотя у него и было несколько ран от упавших обломков кристлла, ни одна из них не кровоточила черезчур сильно.

– Ты должен спуститься и вытащить его оттуда, – сказал Агис.

Маг’р весь скривился от этой идеи, потом крикнул – Эй, ты!

Несколько пожелтевших черепов упало со своих насестов и ударили по торсу Фило, полукровка открыл глаза. Он взглянул вверх, на верхушку ямы, его взор был затуманенным и рассеянным. – Агис? – позвал он.

– Сахем Джоорш пришел вынуть тебя оттуда, – ответил аристократ. Когда Маг’р нахмурился, Агис добавил, – Давай – разве ты не видишь, что он нуждается в помощи?

Сердито ворча король бросил своего пленника. Агис ударился о землю, его колени подогнулись, он перевалился через край ямы и приземлился на одном из зазубренных осколков кристалла, все еще торчавших на краю ямы. Сумка Тихиана упала рядом с ним.

Прямо перед отверстием сумки крошечная область сломанной крышки начала проясняться, мерцая странным, мистическим светом. Какое-то мгновение аристократ просто смотрел, как чистая область распространяется и становится все более и более прозрачной. Потом он понял, что случилось. Магия Черной Линзы потекла в осколок кристалла, а появиться она могла только из одного места: сумки.

Когда Маг’р начал спускаться вниз в яму, Агис схватил мешок и закинул его за спину. Он перебрался на землю и пополз подальше от края дыры. Движение привлекло внимание сахема, и гигант быстро полез обратно вверх.

– Что не так? – спросил Агис, вставая и отходя подальше от осколка, на который выплеснулась магия линзы.

– Я не дурак, – ответил гигант, хватая аристикрата. Он подошел к опоре Моста Сарам, и указал на веревку, которую Кестер оставила там. – Свяжи свои ноги, – приказал он, бросив взгляд на высшую точку моста. – И сделай узел покрепче, или ты об этом пожалеешь.

– Ты не обязан делать это, – возразил Агис. Пока он говорил, он осторожно запихал сумку себе под пояс, прекрасно понимая, что даже Маг’р не такой дурак, чтобы дать пленнику свободно расхаживать без присмотра, – Я обещаю-

– Вяжи! – прорычал Маг’р.

Агис подчинился, снова используя Путь, чтобы оживить сломанную руку, затем несколько раз проверил узел, чтобы убедиться, что он надежен. Когда он закончил, остался еще хороший кусок веревки.

Маг’р использовал веревку, чтобы привязать руку аристократа к бокам. Как только король удостоверился, что его пленник не сможет легко ускользнуть из оков, он положил Агиса на мост, привязал другой конец веревки к пирилам и подвесил аристократа над ямой.

– Теперь ты сможешь посмотреть, как я спасаю твоего друга, – сказал сахем, радуясь своей сообразительности.

Сказав это, Маг’р вернулся к краю ямы и начал спускаться, сшибая по дороге черепа с острых кристаллов, освещавших шахту. Как и ожидал Агис, его сломанная рука начала сильно пульсировать, а боль была такая, что пот градом потек с него. Каждые несколько секунд крупные капли пота появлялись у него на лбу и исчезали в пропасти под ним. Аристократ не обращал на это внимания, считая небольшую боль и несколько унций воды небольшой платой за то, что он узнал местонахождение Черной Линзы и, скорее всего, Тихиана.

Когда сахем достиг цели, он схватил руку полукровки и грубо сдернул его с кристалла. Фило крикнул от страшной боли, и взглянул на Агиса. Благодарственная улыбка исказила на момент его губы и он обмяк в руках Маг’ра.

– Глупый гигант! – выругался сахем.

После чего сахем начал тяжело подниматься из ямы, таща тело потерявшего сознание Фило за собой. Острые кристаллы скребли по шершавой коже полукровки, оставляя крошчные порезы, которые, однако, не могли пробудить его. Как только Маг’р достиг вершины ямы, он вытащил полукровку из шахты и небрежно бросил рядом.

– Где Оракул? – спросил он, глядя на Агиса.

Агис быстро прикинул, не попросить ли у гиганта линзу взайму, для того, чтобы убить Борса, но также быстро отверг эту идею. Даже если Маг’р и согласится подумать о таком соглашении, что казалось очень сомнительным, сахем не показал ни единого знака, что он будет доверять аристократу.

Маг’р поднялся на ноги. – Если ты нарушишь свое слово, я -

– Я не собираюсь нарушать свое слово, – прервал его Агис. – Но я не говорил тебе, что знаю, где Оракул. Я обещал рассказать тебе о связи между ним и сумкой, которую нашел Беорт, – закончил Агис, напомнив Маг’ру в точности то, что он обещал ему сказать. – А остальное ты должен сообразить сам.

Маг’р недовольно засопел, потом пнул Фило ногой, подталкивая его к яме. – Говори, что знаешь – немедленно!

– Сумка принадлежит моему компаньону, Тихиану, – сказал аристократ. – Судя по тому, где мы нашли ее, мы можем заключить, что он забрал Оракул.

– И куда он отправился? – спросил гигант.

– Как я и предупреждал, ты должен сам сообразить это, – ответил Агис. Он не чувствовал, что солгал, не дав прямой ответ, так как он не знал этого, когда Маг’р вытащил его из щели – и определенно не согласился бы открыть это, если бы знал.

Сахем опять подтолкнул Фило к краю ямы. – Скажи мне!

– Не тронь его! – сказал Агис. – Я не уверен, но подозреваю, что ты намного ближе к Оракулу, чем ты думаешь.

– Там, внизу? – спросил Маг’р, указывая на яму.

Так как аристократ не ответил, Маг’р встал на колени на краю ямы. – Возможно Наль вообще не имеет отношния к ране твоего друга, – предположил гигант. – Возможно твой друг пытался спрятатать там что-то, когда упал?

Сахем несколько мгновений глядел вниз, в темноту, и вначале Агис даже не сообразил, что он ожидает увидеть во мраке. Но потом вспомнил, что когда Беорт приполз по слюдяному туннелю, мальчик-гигант прокричал, что видит красное сияние, выходящее из комнаты.

Агис дождался, пока несколько каплей пота собрались на его лбу, потом закрыл глаза и представил себе, что они начали светиться красным светом. Он почувствовал покалывание спиритической энергии, выходящей из глубины его тела – и вспомнил еще кое-что из обмена репликами между Беортом и Маг’ром. Когда юный гигант описал свет как яркий, сахем мгновенно сообразил, что что-то неправильно.

Приглушив красное сияние в своем мозгу, Агис тряхнул головой и сбросил крупные бусин пота со лба. Они полетели в яму, и достигнув ее черных глубин, начали светиться настолько слабым розовым светом, что были почти незаметны.

Ни говоря ни слова, Маг’р забрался в яму и начал спускаться. Агис подождал, пока он не оказался ниже узкого горлышка, где лежал Фило, и начал сгибать свою здоровую руку вперед и назад внутри веревочных оков. Он сумел освободить достаточно места чтобы высунуть руку и схватить сумку Тихиана.

Как только он убедился, что сумка не выпадет из его рук, Агис направил отверстие мешка на остатки кристалла, все еще торчащие по сторонам ямы. Слабый поток мерцающей энергии вырвался из сумки. Как только он коснулся своей цели, кристалл начал терять свой молочно-белый цвет. Осколок понемногу рос, распространяясь по окружности ямы, его прозрачные концы смыкались с другими уцелевшими частями.

Как только несколько обломков соединились между собой, крышка начала, казалось, поглощать больше энергии из сумки, и кристалл стал восстанавливать себя во все увеличивающимся темпе. Тем не менее процесс, на взгляд Агиса, мог не кончиться никогда, и аристократ забеспокоился, что Маг’р поймет свою ошибку еще до того, когда крышка запечатается полностью.

Наконец, последние секции крышки соединились и образовали полное кольцо вокруг края ямы. Почти тут же приглушенный яростный рев донесся из дыры и Агис понял, что сахем достиг дна. Потом из ямы послышался отдаленный шум и треск, вероятно озлобленный Маг’р рылся в древних костях, покрывающих пол. За ним последовал злой рев диких животных и панические завывания гиганта понеслись из черной пропасти.

Рев Маг’ра становился все громче и громче, и аристократ знал, что его похититель карабкается вверх. Агис безнадежно смотрел, как кристаллическое кольцо распространяется внутрь, закрывая дыру в крышке ямы со скорость каменного червя. Вскоре проклятия сахема стали различимы, он ругался, что духи животных преследуют его. Отверстие все еще оставалось достаточно велико, чтобы озлобленный Джоорш мог выбраться наружу, и не было никакой возможности ускорить процесс, чтобы оно заросло вовремя и спасло Агиса.

– Ты будешь умирать очень медленно, маленький обманщик!

Через отверстие под ним, Агис уже видел нескладную голову гиганта, пробиравшегося через путаницу кристаллов всего в нескольких ярдах ниже крышки. Глаза сахема сверкали от ненависти, и бледный рой костей кружился около его щиколоток. Маг’р выбросил сначала одну, а затем и другую руку через отверстие и напрягся, чтобы вытащить свое туловище.

Но тут его руки начали проваливаться через криталл, в точности так же, как сам Агис и его товарищи проваливались через него раньше. Маг’р закричал от ужаса, стараясь поставить руки так, чтобы они могли схватиться за что-нибудь более твердое. Но все усилия были напрасны, его пальцы были уже внутри кристалла.

– Расставь ноги пошире, или ты упадешь и кончишь как Фило! – крикнул Агис. – Потом потерпи. Один из твоих воинов освободит тебя, рано или поздно.

Маг’р не обратил никакого внимания на совет аристократа, но с ненавистью уставился на него. – Ты никогда не покинешь остров. – прошипел он. – Мои воины-

Руки гиганта полностью прошли через нижнюю кромку кристалла, угроза оборвалась на полуслове. Маг’р полетел в темноту, его крики отражались от стен пропасти. Мгновением позже его голос внезапно оборвался, когда кристаллическая крышка полностью закрыла отверстие, через которое он пытался вылезти.

Звук его последнего крика еще не успел рассеяться в воздухе, когда знакомый, неприятный голос раздался от тела Фило. – Хорошо сделано. Я и не думал, что ты так умен, – сказал Виан, показываясь из-за лежащего без сознания полукровки. Он начал скользить по воздуху к Агису, его глаза сосредоточились на потоке мерцающей энергии, изливающейся из отверстия в сумке Тихиана. – Прав ли я, что это сила Оракула запечатала яму?