Равин стояла на мостике на большом плоском утесе и смотрела вниз на воду и медленно проплывающую понтонную лодку. Девушка размышляла о Сорине и о мужчине, убившем ее.

Услышав шум, Равин обернулась. По направлению к ней шел Ник. Она смотрела на него до тех пор, пока он не приблизился, обратив внимание, что он как обычно был в своих джинсах «Levi's» и футболке, на этот раз синей. Она невольно отметила, что выглядел он хорошо.

Равин прикрыла глаза рукой от солнца и посмотрела на него.

— Привет, — сказал Ник. — Как дела?

— Нормально, — пожав плечами, ответила она.

Его взгляд скользнул по ее одежде — джинсовым шортам и майке на бретелях.

— Теплый денек для конца октября. Особенно если учесть, что последние пару недель было холодно.

— Да, — согласилась она. — Кажется, это Уилл Роджерс когда-то сказал, что, если вам не нравится погода в Оклахома-Сити, просто подождите минуту, и она изменится?

Ник улыбнулся.

— Что-то вроде того. — Улыбка исчезла с его лица, и он произнес: — Слушай, а я ведь пришел, чтобы извиниться.

— Извиниться за что?

— За свое поведение, когда ты поведала мне о своей… интуиции. Я просто был немного… — Он пожал плечами и посмотрел в сторону, как бы подыскивая правильное слово. Затем снова повернулся к ней. — Кажется, я был застигнут врасплох.

— Я понимаю. Не переживай. — Равин подвинулась, освобождая ему место. — Хочешь присесть?

Ник опустился рядом с ней.

— Хорошо здесь.

— Да. Я прихожу сюда, когда мне нужно подумать. Это место успокаивает меня. — Навес из деревьев закрывал одну сторону утеса, даря Равин чувство покоя и безопасности.

— И я понимаю почему. — Ник замолчал, потому что в это время мимо проплыла лодка и гул мотора заглушал его речь. Когда шум стих, Ник взглянул на Равин. — Я хотел бы задать тебе несколько вопросов, прежде чем мы перейдем к делу. О том, что мне непонятно.

Ее сердце забилось чуть быстрее, в горле появился ком. Она сделала глубокий вдох, чувствуя в воздухе приближение дождя. Пахло барбекю.

— Какой вопрос?

— Я побеседовал с ребятами, которые нашли тебя. Они сказали, что к лачуге их привел крик.

Равин кивнула. Пока что ничего страшного. Но перед тем как он продолжил, до нее вдруг дошло: она ведь не кричала. Поэтому она поняла, о чем он сейчас собирался спросить.

— Они сказали, что это был мужчина. Они слышали мужской крик, а не женский. — Ник с любопытством уставился на нее.

Сидя на утесе, Равин поправляла шорты, хотя они были достаточно длинными. Она чувствовала себя разоблаченной и уязвленной. Девушка сглотнула, в уме подыскивая объяснение, которому бы поверил Ник. Но в голову ничего не приходило:

— Понятия не имею, почему они так сказали. Мой голос был хриплым из-за лекарств, да еще и кляп… Может, поэтому они приняли мой крик за мужской?

Он переводил взгляд с нее на воду и обратно.

— Может, и так, — сказал Ник.

Но в его голосе прозвучало недоверие.

— Еще что-то? — спросила Равин, надеясь, что так жарко уже не будет.

Но ее надежда не оправдалась.

— У меня просто в голове не укладывается тот факт, что он позволил тебе уйти. Может, произошло что-то еще, о чем ты не рассказала полиции? Я имею в виду, хорошо, что ты закричала; но вряд ли крик мог напугать маньяка. Это только раззадорило бы его, усилило желание поскорее тебя убить.

Равин убрала волосы с шеи. Ее кожа вспотела. Девушка проклинала сырой и теплый день. Но она понимала, что дело не в погоде. Вопросы Ника заставляли ее нервничать, потому что он был на правильном пути. Сколько еще он будет допрашивать ее?

— Не могу сказать с уверенностью. Я вообще не знаю, почему он оставил меня в живых. Сама этому удивляюсь. Может, он услышал треск веток, когда проходили ребята, и это напугало его. — Равин замолчала, внезапно почувствовав усталость от вопросов и подозрений, а также из-за невозможности открыть правду. — Послушай, я рассказала тебе все, что могла. Я согласилась встретиться с художником и помогаю тебе в поисках убийцы. Не знаю, что еще ты хочешь от меня услышать.

Ник поднялся. У него были грустные глаза.

— Это все. Просто я хотел прояснить некоторые детали. И извиниться, — добавил он, будто вспомнив. — Увидимся завтра утром у меня в офисе, да?

Равин кивнула. У нее появилось нехорошее предчувствие. Кажется, это будет нелегко. Ник вел себя так, что ей захотелось рассказать ему все, но она знала, что это невозможно. Как она сможет работать с Ником и найти этого изверга, не открыв, кто она есть на самом деле?

Она не знала. Но после того, что случилось с Сориной, она должна использовать эту возможность.

Офис Ника находился в сером, давно не крашенном здании. Участок под окном возле входа, где должна была быть цветочная клумба, зарос сорняками.

Равин открыла дверь и вошла в приемную, где стоял стол с телефоном и компьютером. Никаких фотографий, бумаг и ручек — не было ничего, чем пользуется секретарь. Она поняла, что Ник не нанял секретаря. В комнате чувствовался почти выветрившийся запах сигаретного дыма и свежего кофе.

Пройдя по коридору, Равин увидела две закрытые двери. Она понятия не имела, какая из дверей вела в кабинет Ника.

— Ау! — крикнула девушка.

Дверь направо открылась, и вышел Ник.

— Заходи. — Он отошел в сторону, впуская ее.

Его кабинет был почти таким же пустым, как и приемная, с фотографиями бейсболистов на стене, телефоном, компьютером и пепельницей на столе.

Ник указал на черный стул с порванной виниловой обивкой.

— Присаживайся.

Равин так и сделала, а он присел на край стола и скрестил руки.

— Художник будет здесь через несколько минут. Это мой приятель из полиции. Он работает необычным способом. А пока мы с тобой обдумаем план действий.

— Мне нужно съездить на место преступления. Туда, где маньяк держал меня.

Ник провел рукой по волосам, затем схватился за стол.

— Я все еще считаю, что это не самая удачная мысль.

— А я нет. Мы должны остановить его.

Прежде чем Ник ответил, дверь открылась и вошел худой кудрявый парень.

— Ой, извините. Не хотел мешать. — Его карие, почти черные глаза задержались на Равин, когда он добавил, обращаясь к Нику: — Я просто хотел узнать, закончил ли ты с программой по защите жертв домашнего насилия?

— Нет, Марвин. Но скоро я этим займусь.

— Я могу сделать это за тебя. Могу пойти и поговорить с тем парнем.

— Нет. Не стоит. Я справлюсь сам. — Ник сердито на него посмотрел, но возмущение не отразилось в тоне его голоса и позе.

— А можно я поеду с тобой, когда ты будешь разговаривать с ним?

— Посмотрим, — ответил Ник. — Сейчас я занят кое-чем другим.

Кудрявый парень задержался в дверях, словно желая еще что-то сказать. Он кивнул.

— Хорошо, классно. Просто дай знать, что мне делать дальше. — Он снова перевел взгляд на Равин. — Извините, что прервал вас, мисс.

— Все в порядке, — ответила она, но не представилась. Ник не познакомил их, да она и не хотела, чтобы этот парень узнал, кто она такая — вдруг он слышал о случившемся.

Вскоре после того, как Марвин ушел, раздался стук в дверь и вошел мужчина. На вид ему было не больше тридцати. Он носил круглые очки с оправой того же оттенка, что и его рыжеватые волосы.

Ник выпрямился возле стола.

— Джеф, — он протянул руку, мужчина пожал ее, — это Равин Скилер. Равин — это Джеф Годдард.

Мужчина с сочувствием посмотрел на нее, а затем быстро пожал ей руку.

— Приятно познакомиться. Можем начинать?

Равин кивнула. Ник стал в углу, в то время как художник занял место за его столом. Джеф мягко сказал:

— Прежде всего расскажите мне о той ночи. Расскажите, что именно произошло.

Равин подняла на Ника глаза.

— Я думала, что мне нужно будет только описать, как выглядит преступник.

Ник кивнул.

— Ты и опишешь. Но вначале Джефу нужно воспроизвести события той ночи. Когда ты рассказываешь о событии, всплывают детали. — Он подошел и присел возле ее стула. — Я буду рядом. Просто расскажи ему все, что помнишь.

— Хорошо, — тихо сказала девушка.

Теплые пальцы Ника сжали ее руку, и она начала рассказывать. Она не смотрела на Джефа. Вместо этого Равин не сводила глаз с руки Ника, лежавшей на ее запястье.

— Отлично, — произнес Джеф после того, как прошло примерно полчаса. — Теперь опишите его внешность.

Равин глубоко вздохнула.

— Каштановые волосы, аккуратно причесанные по бокам. Его глаза… я не смогла рассмотреть их цвет, но они были… жестокие, узкие. — Она задрожала. — В нем не было ничего необычного, ни красавец, ни урод.

Пальцы Джефа энергично двигались по бумаге, пока она вспоминала детали. Не поднимая головы, он спросил:

— А нос? Курносый? Большой? Кривой? Прямой?

— Прямой. Немного длинный.

Через несколько секунд работы Джеф повернул лист так, чтобы Равин смогла рассмотреть его рисунок. Ее сердце сильно забилось в груди, стало нечем дышать. На нее смотрел маньяк. Без бороды, но это был он. В этом рисунке было гораздо больше сходства, чем в том, который нарисовал другой художник в участке. Джефу даже удалось зафиксировать выражение его глаз.

Равин хотела отвести взгляд, но не смогла. Она почувствовала, как пальцы Ника сжались крепче, поэтому лишь молча кивнула.

— Это он.

Джеф вырвал лист из блокнота и протянул его Нику. Ник поднялся и провел художника до двери. Лишь услышав приглушенные мужские голоса, когда Ник и Джеф прощались, Равин заметила, что художник ушел.

Ник возвратился к ней, ничего не сказав. Девушка посмотрела на него. Его глаза говорили: «У нас все получится». Они найдут этого мужчину. Вместе они смогут остановить его. Пусть даже это уже не спасет ее сестру.