Не успел Богомолов проспать и двух часов, как его неожиданно разбудил телефонный звонок. С трудом разлепив глаза, он не сразу сообразил, где находится. Наконец все встало на свои места. Интересно, кто это звонит? Скорее всего, кто-то ошибся номером. А вдруг это Майкл?

Богомолов быстро схватил трубку.

— Да, вас слушают? — ответил он по-английски, не слишком стараясь скрыть свой ужасный акцент.

— Господам Богомолов? — спросил какой-то незнакомый молодой мужчина.

— Да, чем могу быть полезен? По-моему, ваш голос мне незнаком, — как можно любезнее отозвался он.

— Вы правы, мы незнакомы, однако наши общие знакомые сообщили мне о вашем приезде. Извините за беспокойство, но полагаю, вы меня еще поблагодарите за это, — многозначительно произнес мужчина.

— Не лучше ли сразу перейти к делу? — сухо предложил Богомолов. Да, именно этого звонка он ждал, но выказывать свою заинтересованность все-таки ни к чему.

— Мне нравится иметь дело с русскими: они сразу, как это у вас говорят, берут за рога! — не обращая внимания на сухой тон Богомолова, дружелюбно заметил Красавчик-Стив.

— По-русски «взять быка за рога». Итак?

— Ладно, перейдем прямо к делу. С вами хочет встретиться один весьма солидный и уважаемый господин, кстати, ваш соотечественник.

— Вот как? — усмехнулся Богомолов. — По какому вопросу? И как его имя?

— Простите, я не уполномочен раскрывать его имя! Поймите меня правильно: я всего лишь посредник, но заверяю вас, этот господин очень влиятельный человек и наверняка окажется вам. полезен! — Красавчик-Стив изо всех сил старался быть обаятельным.

— Извините, господин… Как вас?

— Зовите меня просто Стив! Богомолов с трудом сдержал свои эмоции; теперь-то ясно, что именно Рассказов ищет встречи с ним, но нужно было продолжать игру.

— Так вот, уважаемый Стив, на данном этапе меня мало волнуют встречи с бывшими соотечественниками, тем более безымянными, это вопервых, во-вторых, я проделал, как вы, вероятно, знаете от наших общих знакомых, очень долгий и утомительный путь, а потому хотел бы отдохнуть. — Не надо было даже напрягаться, и так в его голосе чувствовалась усталость.

— О, я прекрасно все понимаю и еще раз приношу вам свои извинения, но мой господин убедительно просил вас о встрече: дело, которое он хочет вам предложить, не терпит отлагательств!

— Ваш господин знал, кого сделать посредником! — устало заметил Богомолов и для порядка выдержал паузу. — Ладно. Вижу, от вас так просто не отделаешься. Где? Когда? Во сколько?

— Спасибо огромное! — обрадовался Красавчик-Стив. — Если не возражаете, то завтра, в восемь вечера, в отдельном кабинете вашего отеля. Там сможете спокойно вдвоем побеседовать!

— Завтра? — изобразил удивление Богомолов. — То вы говорите, что дело не терпит отлагательств, а теперь вдруг предлагаете встретиться завтра? Очень странно…

— Нет-нет, господин Богомолов! Дело в том, что моему хозяину также придется проделать неблизкий путь, — пояснил Красавчик-Стив.

— Теперь все ясно! Хорошо, договорились!

— Спасибо, приятного вам отдыха!

— Всего доброго, — без особых эмоций отозвался Богомолов и положил трубку.

Итак, все сомнения отпали: Рассказов клюнул на наживку. Хорошо бы, конечно, еще поразмышлять на эту тему, но усталость брала свое, и глаза Богомолова закрывались сами собой. На этот раз-он забылся крепким, глубоким сном.

Почти в это же время Савелий неожиданно проснулся. Во сне ему вдруг почудилось, что он чувствует приближение какой-то неприятности. Вот шаги за входной дверью! Это ощущение было таким явственным, что он невольно открыл глаза и прислушался. Все тихо. Часы показывали шесть утра, однако спать больше не хотелось. Он остался в кровати и начал мысленно перебирать отрывки сновидений сегодняшней ночи.

Неожиданно все его тело наполнилось теплом, и он радостно улыбнулся. Он вспомнил, что во сне ему удалось повидаться с Розочкой. Она почему-то сидела за книгой в совершенно незнакомом ему месте, на краю с какого-то бассейна. В первый момент внутри все сжалось от ревности: где это она? Но тут Розочка закрыла книгу и стала чуть слышно нашептывать английские слова. Очень забавно! Особенно когда подглядывала. Савелий не удержался и тихо произнес:

— А подсматривать нехорошо!

Розочка оторвалась от книги и наткнулась на незнакомое лицо. Она удивленно проговорила:

— Простите?

Почему-то это задело Савелия, и он с огорчением заметил:

— Ну вот, стоило чуть-чуть изменить выражение лица, как тебя уже и не узнают! — потом со вздохом добавил: — А когда-то обещала ждать хоть всю жизнь! — Савелий не выдержал и улыбнулся.

— Савушка?! — ушам своим и не веря, воскликнула Розочка, вскочила с плетеного кресла, смахнув книгу со стола, бросилась к нему на шею и принялась целовать глаза, щеки, нос, уши, губы. — Я знала! — приговаривала она между поцелуями. — Знала, что ты жив! — На глаза ее навернулись слезы.

Дальнейшее нам уже известно из последнего сна Розочки. Да-да, именно так оно и было.

Правда, потом Савелий вдруг почувствовал какую-то тревогу, но Розочка так крепко прижалась к нему, а в глазах ее было столько нежности и ожидания, что он не выдержал: обхватил ее радостное личико ладонями, несколько мгновений смотрел ей в глаза, затем наклонился и как-то опасливо коснулся ее губ своими. Спустя секунду они уже страстно, жадно целовались. Да, это был вовсе не детский поцелуй сестры или маленькой подружки — Савелий ощутил страстный поцелуй женщины! Розочка неожиданно вздрогнула, затрепетала словно бабочка в его могучих, но нежных руках. В какой-то миг Савелий испугался, что Розочка вот-вот потеряет сознание.

Дальнейшее, сколько Савелий ни пытался, он так и не вспомнил. Следующим воспоминанием вновь была тревога. Она стала как бы продолжением той тревоги, во время встречи с Розочкой. Господи! Почему его мозг так упорно отказывается восстановить истоки? Как будто нарочно… Ну нет, сейчас он все вспомнит! Это очень важно!

Савелий мысленно подстегивал себя и наконец добился результата: Богомолов! Но почему, о чем предупреждает его собственный мозг? А, правильно, именно их разговор с Говоровым, а также его последние размышления о Богомолове и не позволили мозгу «отключиться» во время сна. Стоп! Собственно, чего он терзается, когда все проблемы решаются единым махом? Ведь Богомолов-то уже в Нью-Йорке. А если так, то кто им мешает встретиться и раз и навсегда разрубить гордиев узел?!

Савелий здорово разволновался: заложив руки за спину, в одних трусах, он гордо вышагивал по огромному ковру из угла в угол, и лишь по изгибу бровей Говоркова да редким, но резким движениям головой можно было сделать вывод, что он мыслит.

— Вот черт! — неожиданно ругнулся он и на миг остановился.

Что же тогда произошло на самом деле? Не ужели Богомолов затеял какую-то игру, не поставив в известность своего друга? Нет, здесь что-то не так! Господи, хотя бы на секундочку заглянуть в глаза Богомолова! Савелию казалось, что тогда он сразу же все поймет. Ему вдруг пришло в голову, что он както по-другому стал мыслить. Раньше услышанного ему бы хватило для того, чтобы вынести генералу Богомолову приговор. Что с ним? И тут Савелию вдруг стало стыдно.

— Прости, Учитель! — задрав голову, виновато прошептал он. — Слишком много волнений за последнее время. Я тут голову ломаю над изменениями в самом себе, а дело в том, что я стал Ангелом Жизни. И для того чтобы осудить кокого-либо человека, я должен быть САМ твердо уверен в его виновности. А до тех пор человек считается невиновным.

Савелий задумался. Он не только не уверен в том, что Богомолов виновен, но и ничто в душе не подсказывает, что это так: нет чувства опасности или тревоги, как обычно бывает в подобных случаях… Но почему же его все-таки лихорадит? Ага, вспомнил! Значит, ему предстоит какая-то схватка, бой! Именно таково состояние спортсменов перед стартом и охотников перед началом охоты.

Нет, так можно сойти с ума! Необходимо изыскать возможность все прояснить, а значит, следует искать встречи с генералом Богомоловым. Но как его найти в этом самом Нью-Йорке?!

Собственно, чего это он так запаниковал? Надо спокойно поразмышлять, поставить себя на его место. Генерал весьма скоропалительно покинул Москву, и вряд ли у него было время, чтобы подготовить себе какую-то легенду, документы: это вовсе не так просто, даже для генерала госбезопасности!

Итак, с большой долей вероятности можно предположить, что генерал Богомолов покинул Москву под собственным именем. В таком случае найти его не представляет труда: надо просто прошерстить все гостиницы. А уж при компьютеризации Америки это и впрямь пара пустяков! Савелий радостно потер руки, но туг же нахмурился: а если генерал остановился в частном секторе или у каких-нибудь знакомых?

— Нет, не может быть! — громко возразил он сам себе. Во-первых, в его ситуации нельзя расспрашивать встречных и поперечных и наводить справки о возможности переночевать. Вовторых, к знакомым он вряд ли бы обратился по тем же самым причинам. Майкл?! К нему тем более нельзя! Выходит, генералу Богомолову остаются только отели, кемпинги и пансионаты!

Савелий снова взглянул на часы: семь пятнадцать? Рановато, пожалуй, будить полковника. Стоп! Он же давал телефон своего дежурного офицера: звони, мол, если что, в любое время дня и ночи. Савелий подскочил к телефону.

— Капитан Стейнвуд слушает! Чем могу быть полезен? — моложавый баритон звучал так бодро, словно капитан только и делал, что ждал этого звонка.

— Сергей Мануйлов, — представился Савелий.

— Да-да, наслышан о вас! — к счастью для Савелия, ответил тот. — Мне приказано соединять вас с полковником в любое время. Соединяю?

— Нет-нет, благодарю! — поспешил отказаться Савелий. — Может, вы меня проконсультируете?

— Помогу всем, чем смогу! — с готовностью ответил капитан.

— Понимаете, капитан, мне надо разыскать в Нью-Йорке своего приятеля. Он остановился в отеле, кемпинге или пансионате…

— Нет ничего проще, — обрадовался Стейнвуд. — Давайте его фамилию.

— А не могу ли я сам это сделать? — осторожно спросил Савелий, в то же время пытаясь найти объяснения подобному поступку. — Дело в том, что…

В этот момент капитан Стейнвуд неожиданно пришел ему на помощь:

— Не хотите подключать официальные службы, я правильно понял?

— Что-то в этом роде! — с явным облегчением согласился Савелий.

— Пожалуйста, запишите номер. — Он продиктовал и добавил: — Чтобы облегчить поиски, скажите, что вы его дальний родственник.

— Почему дальний? — удивился Савелий.

— Как почему? Ближний должен бы знать, где он остановился. — Стейнвуд хитро усмехнулся.

— Благодарю за науку, капитан!

— Это вас мы все должны благодарить за спасение наших задниц! — воскликнул тот. — Мне обо всем рассказали в подробностях. Это было классно сделано, приятель. Желаю удачи!

— Спасибо! — Савелий довольно улыбнулся и покачал головой: не хватало еще, чтобы его объявили национальным героем!

Что ж, попробуем поискать. Савелий набрал номер.

— Доброе утро! Справочная города. Чем могу быть вам полезна? — проворковал тонкий женский голосочек.

— Доброе утро, девушка? У вас очень приятный голос, — польстил Савелий.

— Спасибо, у вас тоже, — невозмутимо ответила та. — Чем могу помочь?

— Понимаете, на днях в Нью-Йорк приехал мой дальний родственник, — Савелий невольно усмехнулся, — и мне нужно его разыскать. — Слова прозвучали не очень убедительно, и он добавил: — Дело в том, что мне пришлось неожиданно отъехать по делам, теперь мне хочется загладить вину.

— Преподнести ей сюрприз, заявившись с огромным букетом цветов? — предположила девушка.

— Скорее с бутылкой водки! — усмехнулся Савелий. — Это мужчина!

— Водки? Значит, он из России?

— Вы очень догадливы. Он действительно из России!

— Это намного упрощает поиски! Говорите его фамилию, имя.

— Константин Богомолов!

— Минутку! — Он слышал, как девушка застучала по клавишам компьютера и, наконец, произнесла: — Записывайте! Богомолов Константин Иванович остановился в «Бокс три отеле», адрес: сто двадцать пять, Ист-Сайд, Пятидесятая улица, апартаменты двести пятнадцать, телефон 753-22-15. Еще что-нибудь?

— Нет, спасибо вам большое! Вы очень любезны. — Савелий даже не пытался скрыть своей радости.

— Это моя работа, молодой человек. Желаю удачи при встрече с родственником.

— Еще раз спасибо! — Он положил трубку. Без пятнадцати восемь. Рановато… Конечно, Савелий отлично помнил, что Богомолов привык рано вставать, но тогда это была работа, служба… Ладно, пока он принимает душ, одевается, пройдет еще немного времени. Он вновь взглянул на свою запись: что ни говори, а компьютерная сеть весьма полезное изобретение! Савелий отправился в душ.

Однокомнатная квартирка, по московским понятиям, была даже слишком большой и уж никак не однокомнатной: огромная, метров тридцать, гостиная, небольшая спальная комната, шикарная кухня, туалет, ванная, гардеробная. Войдя в ванную комнату с намерением встать под душ, он был настолько поражен размерами ванны нежно-лазоревого цвета, что не смог удержаться от соблазна — залез и, будучи большим любителем бани, стал наполнять чуть ли не кипятком.

Шум воды совершенно случайно сослужил ему хорошую службу. Дело в том, что неожиданно капитану Стейнвуду позвонил полковник Джеймс и услышал от него о звонке Савелия. Полковник тут же набрал номер Говоркова, но ответа не дождался и подумал, что тот уже куда-то ушел. Если бы Савелий услышал звонок, то, скорее всего, признался бы, что разыскивает Богомолова, и это могло иметь непредсказуемые последствия: Майкл тут же стал бы названивать Богомолову, а тот в свою очередь, вероятнее всего, запаниковал бы. И вся операция мгновенно с треском провалилась бы. Однако этого не произошло.

От души понежившись в ванной, Савелий досуха растер тело махровым полотенцем, просушил феном волосы, не спеша, словно специально тянул время, оделся, потом выпил чашку кофе и только после этого взялся за аппарат, чтобы набрать номер Богомолова, но его опередили.

— Слушаю, — недоумевая, отозвался Савелий.

— Я тебя не разбудил? — несколько виновато проговорил генерал Говоров, но в его голосе чувствовалась усталость.

— Нет-нет, Порфирий Сергеич, слушаю. Чтото случилось?

— Даже не знаю, как и сказать, — растерянно начал Говоров и тяжело вздохнул.

— Так и скажите, — предложил Савелий.

— Ладно. Выяснилась одна деталь, правда, не знаю, чем она может быть полезна для тебя. Лично меня она просто привела в недоумение!

— Не тяните за душу, говорите!

— Прошел слух, что Богомолов прихватил с собой огромную сумму денег! — выпалил Говоров и многозначительно замолчал.

— Но откуда? — удивленно воскликнул Савелий. — И что значит «огромная»?

— Откуда? Это вопрос! Лично меня больше всего удивляет сама сумма!

— И какова же она?

— Более миллиарда долларов!

— Господи! Чушь собачья! — Савелий усмехнулся. — И этот миллиард он упаковал в свой чемодан. Так, что ли? И с каких это пор генерал Говоров доверяет слухам?

— В том-то и дело, что источники слухов больно уж влиятельные!

— Ну-ну! — Савелий не стал его расспрашивать: если бы генерал мог, то давно бы уже сказал.

— Не знаю, но я решил, что тебе нелишне будет знать об этом. Ладно, что у тебя? Есть новости?

— Есть! — вздохнул Савелий. — Мне удалось нолучиггь телефон и адрес генерала Богомолова.

— Так быстро? И что ты намерен делать? — Говоров был явно взволнован.

— Во-первых, хочу позвонить ему!

— Зачем?

— Не знаю. — Савелий пожал плечами. — Там видно будет! Может, подъеду к нему.

— Но это же опасно!

— Не опаснее, чем встреча с Роботом Смерти! — Савелий криво улыбнулся.

— Все может быть. Во всяком случае, очень прошу: будь осторожнее!

— Мухтар постарается!

— И сразу же позвони мне!

— Да не беспокойтесь вы так, Порфирий Сергеевич! Все будет хоккей, как говаривал наш боцман, большой его любитель!

— Дай-то Бог, мальчик мой, дай-то Бог! Удачи тебе!

— Вы уже третий, кто желает мне удачи! — грустно улыбнулся Савелий. — Ладно, я вам позвоню, как только будут новости!

— Хорошо, жду! — В трубке раздались короткие гудки.

Часы показывали ровно восемь сорок пять утра, и Савелий решительно набрал номер Богомолова.

— Да, слушаю вас! — услышал Савелий знакомый баритон генерала и тут же положил трубку.

До самого последнего мгновения ему почемуто казалось, что он услышит чей-нибудь чужой голос. Почему? Он и сам не мог толком ответить. Но разговаривать с Богомоловым не стал, поскольку хотел для начала взглянуть ему в глаза. Савелий решительно махнул рукой и пошел к выходу, затем остановился, вернулся к гардеробной и на всякий случай вытащил из сумки «Стечкина» Богомолова: неизвестно, с кем придется столкнуться при личной встрече с генералом. Он сунул пистолет за пояс под пиджак и вышел из квартиры. Вскоре он уже сидел в такси.

— Ист-Сайд, «Бокс три отель»!

— На Пятнадцатой улице? Пятнадцать минут — и мы на месте! — ответил таксист, пожилой седоватый мужчина.

— Вот и прекрасно, поехали! Таксист действительно хорошо знал свое дело, и ровно через пятнадцать минут они остановились перед небольшим строением, напоминающим богатый особняк.

— Вы уверены, что это отель? — Савелий спросил не потому, что сомневался, а для того, чтобы осмотреться, нет ли какой-нибудь «наружки».

Неожиданно он заметил какого-то мужчину, который сидел на лавочке недалеко от отеля и читал газету. Он сидел как-то очень уж неудобно, зато видел вход в отель, — это-то и насторожило Савелия.

— Отель, конечно! — усмехнулся пожилой водитель. — Владельцу пришлось здорово раскошелиться, чтобы довести его до ума. А сейчас он пользуется большим спросом у приезжих знаменитостей. Актеры, великие спортсмены, сенаторы, бизнесмены — кого только не приходилось сюда подвозить! И то сказать: более пятнадцати лет таксистом работаю! Так что, если экскурсию какую или по примечательным местам захотите покататься, то милости прошу: телефон и мой номер на кузове машины. Не успеете трубку положить, а я уже тут как тут!

— А почему вы решили, что я приезжий? — удивился Савелий, все еще размышляя, как избавиться от «хвоста»? — Или у меня акцент какой?

— Да нет, акцента у вас нет! — с улыбкой покачал головой таксист.

— Только слишком уж вы правильно по-английски говорите. А такое бывает только в двух случаях: либо вы англичанин из породы «белых воротничков», либо изучали язык слишком дотошно, видимо, для своей специальности, не слишком широкого профиля. — Таксист словно разговаривал сам с собой, не очень-то надеясь, что его слушают.

— И что же это за специальность, по-вашему? — улыбнулся Савелий.

— Мало ли какая? Учителя там или шпиона! — Мужчина пожал плечами.

— Ладно, держи, психолог! Спасибо, — подмигнул Савелий. — Сдачи не надо!

— И вам спасибо, добрый человек! — Таксист даже чуть наклонил голову.

— Извините, а вы, случайно, не русский? — неожиданно по-русски спросил Савелий.

— Во блин! — воскликнул тот и тут же громко расхохотался. — Впервые такое: и сам ошибся, не узнав, что русского везу, и сам же прокололся! Ну надо же! — Он еще громче заржал. — Сорок лет, как на американской земле; пашу, как папа Карло, из них пятнадцать — за баранкой! И на тебе! Позвольте представиться: доцент кафедры механико-математического факультета Московского государственного университета имени Михаилы Ломоносова Климкевич Соломон Израйлевич! — с пафосом представился он, потом добавил, вероятно, для того, чтобы избежать лишних вопросов: — Пятый пункт подвел! Понятно?

— Понятно! — улыбнулся Савелий. — Сергей Мануйлов! Тоже из Москвы!

— коротко представился он, отвечая на его незаданный вопрос.

— По делам или как?

— Или как! — улыбнулся снова Савелий.

— Что ж, желаю всяческих успехов! — Соломон Израйлевич сразу же понял, что на его хитрые вопросы вряд ли последуют ответы. — Вызывайте, если понадоблюсь! Для земляка готов на пятьдесят процентов скидки!

— Спасибо, непременно воспользуюсь, если нужда будет! Побольше вам пассажиров! -пожелал на прощание Савелий.

— А я и так не жалуюсь. — На этот раз подмигнул старый еврей. — У меня прилично есть своих постоянных клиентов, — на Савелия тотчас пахнуло одесским колоритом. — Вы извините меня, но у меня сложилось такое впечатление, что вас заботит тот хитрый господин, который делает вид, что просто сидит на лавочке, или я ошибаюсь?!. — Соломон Израйлевич оказался весьма наблюдательным человеком.

— Почему же он хитрый? — спросил в свою очередь Савелий.

— Того и гляди, голову сломает, по сторонам глядючи! Он вам мешает? — с намеком спросил Соломон Израйлевич.

— С чего вы взяли? — удивился Савелий.

— Во-первых, вы на него странно посмотрели и с того момента о чем-то усиленно думаете, во-вторых, не очень спешите покидать машину. И вряд ли это из-за старого Соломона. — Он чуть устало усмехнулся.

— От вас ничего не скроешь! — Савелий покачал головой, восхищенно взглянув в глаза.

— Эх, мил человек, поработай-ка здесь с мое за баранкой, и ты невольно станешь не только внимательным человеком, но еще и психологом! — Он взял в руки телефонную трубку и быстро набрал девятьсот одиннадцать. — Полиция? С вами говорит таксомотор К-2333!.. Напротив «Бокс три отеля» сидит мужчина, который, как мне кажется, числится в ваших листовках в числе разыскиваемых преступников, по-моему, за грабеж, если не ошибаюсь!.. Да, сидит, читает газету и подозрительно посматривает по сторонам!.. Да не за что, сержант! Просто это мой гражданский долг!.. Спасибо! И вам удачи! — Он положил трубку на аппарат и хитро взглянул на Савелия. — Ну вот, теперь посидим минут пять и посмотрим!

Однако ждать почти не пришлось: буквально через минуту раздался визг полицейской сирены, а дальше все было, как в американских фильмах: «Полиция! Поднять руки! Медленно встать!» А еще через минуту, полицейские, обыскав несчастного, нашли у него оружие. Его тут же повалили на землю лицом вниз, надели наручники и вскоре, как мешок с отрубями, забросили в полицейскую машину.

— Ничего себе, — старый Соломон почесал в затылке, — шутки шутками, но мне это не очень-то по душе. — Он поморщился. — Не хватало еще под старость лет нажить себе врагов в мафии! — Он подозрительно посмотрел на Савелия.

— Не волнуйтесь, Соломон Израйлевич, с вами ничего не будет!

— Откуда вы знаете? — недовольно буркнул тот.

— Не вы один такой наблюдательный: ваш номер совсем не К-2333! — Савелий хитро подмигнул. — Так что живите спокойно! И спасибо вам. — Он вышел и хлопнул дверцей. — Удачи вам.

Огромный темно-бордовый «кадиллак» уже скрылся за поворотом, а Савелий все еще стоял и смотрел ему вслед. Сколь интересна жизнь! Как много сюрпризов она преподносит! Он тряхнул головой, словно стряхивая с себя сон, и направился ко входу.

В вестибюле отеля его встретил очень молодой паренек в малиновой униформе, подвел к столь же молодому администратору за стойкой.

— Чем могу быть полезен? — любезно спросил тот.

— Мне нужно пройти в двести пятнадцатый номер. К господину Богомолову, — добавил Савелий.

— Минутку! — Администратор застучал по клавишам компьютера. — Да, господин Богомолов в номере! Сейчас я его предупрежу!

— Не нужно! — с улыбкой остановил Савелий и протянул десятидолларовую бумажку. — Мне хочется преподнести сюрприз дядюшке!

— Ясно! — ощерился тот. — Посыльный вас проводит! Гарри, отведи господина в двести пятнадцатые апартаменты, — важным тоном бросил он, и паренек мгновенно изогнулся в полупоклоне.

— Прошу вас, господин, следуйте за мной! — проговорил он.

Посыльный подвел его к лифту, они поднялись на второй этаж и вскоре остановились перед уникальной дверью.

— Благодарю! — Савелий сунул ему доллар.

— Спасибо, сэр! — Парень поморщился, но, ничего не сказав, тут же удалился.

Савелий постоял немного, собрался с мыслями, попробовал толкнуть дверь, но она не поддалась, и тогда он тихо постучал. Никто не ответил, он постучал чуть сильнее. За дверью послышался какой-то шорох, и чисто машинально Савелий передвинул пистолет поудобнее. Заметив глазок, Савелий встал так, чтобы его не было видно. В глазке промелькнула тень.

— Кто там? — спросил Богомолов.

— Консьерж. На ваше имя пришел факс, — изменив голос, сказал Савелий.

— Минуту! — ответил генерал, и вскоре дверь открылась.

Савелий тотчас сделал шаг вперед и толкнул дверь внутрь. Не ожидая ничего подобного, генерал едва удержался на ногах.

— Разрешите? — с усмешкой бросил Савелий, входя внутрь, и тут же закрыл за собой дверь.

— Ты?! — удивленно воскликнул Богомолов.

— Не ожидали?

— Честно говоря, нет! Проходи! — Богомолов, видимо, только что проснулся: еще заспанный, лицо чуть помято, одет в шикарный белоснежный махровый халат с монограммой отеля.

— Не возражаешь, если я хотя бы лицо ополосну? — совершенно спокойно спросил он.

Почему-то Савелий почувствовал себя неудобно, ему даже стало стыдно.

— Да, пожалуйста, — кивнул он. — Только если не возражаете?.. — Савелий прошел в ванную комнату, внимательно окинул ее взглядом и только после этого сказал: — Прошу!

— Благодарю! — с чуть заметной усмешкой произнес генерал и прикрыл за собой дверь. — Я не закрываюсь! — многозначительно бросил он.

Тем не менее Савелий подошел к телефону и снял трубку: на стене ванной комнаты он заметил параллельный аппарат и решил исключить всякую случайность. Генерал спокойно мог комунибудь позвонить и призвать на помощь. Первое впечатление от встречи ничего не прояснило: генерал держался спокойно, уверенно и без лишней суеты, то есть как честный человек, которому совершенно нечего скрывать. Что ж, посмотрим, что дальше!

Мысли генерала Богомолова сейчас походили на резвящихся скакунов, и он никак не мог сосредоточиться, а потому решил выкроить время, чтобы все спокойно обдумать. Так, чистя зубы, Богомолов мог не торопясь все взвесить и принять решение. Да уж, кого-кого, а Савелия долго держать в неведении невозможно. Скорее всего, Говоров и рассказал ему о «бегстве» генерала госбезопасности. Можно себе представить, каких трудов и мучений ему стоило сделать это!..

Сейчас ему просто нельзя скрывать от Савелия истинную причину своего отъезда из Москвы. И не только из-за собственной безопасности — это как раз беспокоило его меньше всего. Вряд ли Савелия могут удовлетворить пространные объяснения, общими фразами тут не отделаешься. Нет, ни в коем случае нельзя провалить план, благодаря которому будет нанесен ощутимый удар по наркобизнесу. И сейчас он больше всего боялся слежки за Савелием. Кем его представить, если что?

Богомолов ожесточенно поелозил по лицу электробритвой, смочил кожу каким-то пахучим лосьоном после бритья, пошлепал по лицу руками, пофыркивая от удовольствия, после чего взглянул в зеркало и удовлетворенно причмокнул языком: сейчас он вполне готов к разговору с Савелием.

Савелий неподвижно сидел в кресле с закрытыми глазами, и со стороны могло показаться, что он дремлет, но стоило только появиться Богомолову, как он сразу же открыл глаза и вопросительно взглянул на генерала.

— Ну, здравствуй, «крестник»! — бодро проговорил Богомолов.

— Здравствуйте, това… — Савелий специально запнулся и добавил: — А может, к вам теперь следует обращаться «господин»?

— Неужели ты способен так быстро разувериться в человеке, который всегда относился к тебе с уважением? — не без грусти спросил Богомолов.

— Вы прекрасно знаете: если бы это было так, встреча протекала бы несколько по-иному, — совсем не двусмысленно заметил Савелий. — Я разыскал вас, чтобы посмотреть вам в глаза и услышать правду!

— Но как ты удостоверишься в том, что я тебе не вру? — Генерал криво усмехнулся.

— Я БУДУ знать! — твердо заверил Савелий.

— Что ж, как говорится, понадеемся на русское «авось»! — Богомолов улыбнулся и сел напротив. — Авось ты окажешься благоразумным, авось ты поверишь мне, и…

— И авось вы скажете мне правду! — закончил за него Савелий.

— Тебя, Савелий, я никогда и ни в чем не обманывал! — Константин Иванович взглянул ему прямо в глаза и несколько секунд не отводил их.

— Или ты возразишь?

— Нет! — кивнул Савелий, приложил палец к уху, к губам и вопросительным взглядом обвел комнату.

— Можно говорить о чем угодно, — заверил Богомолов.

— Отлично! В таком случае продолжу. Посудите сами, как бы вы среагировали на моем месте? Что мы должны были подумать? И что произошло такого, чтобы генерал госбезопасности ни с того ни с сего вдруг тайно покинул не только свою службу, свой город, но и свою страну! А?!

— Если бы я оказался на твоем месте, то я бы подумал, что произошло что-то очень важное и рано или поздно все прояснится и станет на свои места, но верить не перестал бы ни при каких обстоятельствах!

Савелий внимательно вслушивался в этот Голос, полный уверенности, и смотрел на генерала в упор, пытаясь разобраться в сидящем напротив человеке. Сейчас он откинул прочь все свои эмоции, все чувства к Богомолову, стремясь к объективности.

— Настолько важное и стремительное, что не было времени пообщаться со своим старым другом? — уточнил он.

— Порой обстоятельства сильнее нас! — Богомолов тяжело вздохнул.

— Но теперь-то вы можете мне все спокойно и честно рассказать?

— А ты случайно не обратил внимания: проявлял ли кто излишнее любопытство к твоей персоне? — неожиданно спросил Богомолов.

— Обижаете, Константин Иванович, — усмехнулся Савелий. — При любом раскладе тащить за собой «хвост» мне невыгодно.

— Почему это? — не понял Богомолов.

— В одном случае опасно для меня, в другом — для вас!

— Да? А я как-то и не подумал, — хмыкнул генерал. — И все-таки? — настойчиво спросил он.

— Не знаю, но рядом с отелем, на садовой скамейке, сидел какой-то мужик и явно следил за входом?

— Ну и? — нахмурился генерал.

— Пришлось убрать его с помощью старого Соломона! — усмехнулся Савелий.

— Какого Соломона? Куда убрать?

— Да вот, Константин Иванович, таксист оказался нашим земляком. Уже сорок лет живет в Америке. Он-то и помог мне убрать этого типа. Впрочем, не важно! — Он молча уставился на Богомолова.

— Хорошо, слушай! — вздохнул тот и подробно изложил все Савелию.

— Таким образом я и оказался в НьюЙорке! — закончил свой рассказ Богомолов.

— Отлично! Выходит, пока я укрощал Робота Смерти, вы с Майклом затеяли «большую стирку»? — ревностно произнес Савелий.

— Теперь-то ты понимаешь — все произошло столь стремительно, что я не мог связаться ии с тобой, ни с Говоровым?!

— Ну… И что же Рассказов, отозвался?

— Звонил Красавчик-Стив и так уговаривал встретиться с одним важным господином, что мне, как я ни отнекивался, пришлось согласиться. Встреча произойдет завтра, в восемь вечера. — Глаза Богомолова хитро блеснули.

— А соглашаться так не хотелось! — хохотнул Савелий. — Да, узнаю Рассказова? — Он покачал головой.

— Так в этом-то все и дело! — воскликнул Богомолов. — На горизонте неожиданно возникает огромный и очень соблазнительный куш для любого наркодельца, но тут играет свою роль еще и фактор времени!

— И деньги, которых у него не хватает! — Савелий поморщился. — Не слишком ли явный «рояль в кустах», я имею в виду ваш миллиард? И сделка отличная, и товару много, а тут еще и генерал Богомолов со своим миллиардом! — Савелий скорчил мину и покачал головой. — Кстати, каким образом вы могли прихватить за границу столько денег? — спросил он вдруг.

— Как каким? — удивился Богомолов. — Я не сомневался, что ты понял.

— Так вы под тот миллиард, который я увел у бывшей нашей компартии, весь план состроили? — наконец догадался Савелий. — Отлично! Вот в это Рассказов наверняка поверил! Нисколько не удивлюсь, если выяснится, что в свое время и он пытался дотянуться до этих денежек! Выходит, что я, оставив эти деньги на частных счетах, невольно помог разработке этого плана?!

— Выходит, так, — кивнул Богомолов.

— Чем смогу еще быть вам полезен? — строго спросил Савелий.

— Как я понимаю, ты даешь мне понять, что я полностью реабилитирован? — тихо проговорил Богомолов.

— Полностью и безоговорочно! — воскликнул Савелий и с улыбкой добавил: — Чему, кстати, я весьма рад!

— О моем «бегстве» тебе сообщил Порфирий Сергеевич? — неожиданно спросил генерал.

— А что бы вы сделали на его месте? — вопросом на вопрос ответил Савелий.

— Думаю, то же самое, — признался Богомолов. — А все-таки почему-то грустно!

— Грустно? — вспылил Савелий. — Да вы знаете, как он переживал? А когда мы все анализировали, то сказал буквально следующее, что если все совсем не так, как выглядит на первый взгляд, то он, как щенок, запрыгает от радости! А каково ему сейчас на вашем месте?

— Как, на моем? — не понял Константин Иванович.

— Временно ваш кабинет, по распоряжению Секретаря Совета Безопасности, занял Порфирий Сергеевич. Я думал, вы в курсе.

— Бедный Порфирюшка! Столько пришлось пережить!

— Ничего, теперь все станет на свои места! Он ждет моего звонка!

— Не знаю, стоит ли ему сейчас все выкладывать? — Богомолов задумчиво покачал головой. — Где-то в моем ведомстве есть «кукушечка», а Порфирий может не выдержать… и…

— Вы хотите сказать, что он проговорится? — разволновался вдруг Савелий.

— Нет, что ты, «крестник», не проговорится, а по лицу все прочтут! Ты же знаешь, какой из него артист. Нет, лучше продержи его до вечера в неведении. Доложишь обо всем после нашей встречи с Рассказовым. Хорошо? — Генерал вопросительно уставился на Савелия.

— Если честно, то мне это вовсе не по душе. Порфирий Сергеич и так много переживал, но я вас понимаю и потому так все и сделаю. Но только до встречи с Рассказовым, то есть до двадцати часов завтрашнего дня!

— Спасибо, «крестник»! Что же касается твоей помощи, которую ты предлагаешь, то мне думается, коль скоро мы с тобой на чужой территории и всей операцией руководит полковник Джеймс, то тебе надо связаться с ним! Хотя если хочешь знать мое мнение, то я бы не советовал тебе «светиться» в новом обличье. Мало ли…

— Вы хотите сказать, что не очень верите в успех? — нахмурился Савелий.

— Поговори лучше с Майклом. Дело в том, что у него в Сингапуре свой человек, а значит, и свежая информация о Рассказове. Я-то с Майклом в последний раз разговаривал перед отъездом из Москвы. Надеюсь, понимаешь почему? — И в тоне Богомолова, и в его глазах о1дущалось какое-то беспокойство, точнее сказать, неуверенность.

— Может, поделитесь сомнениями? — предложил Савелий.

— К сожалению, ничего конкретного! — пожал плечами генерал. — Так, одни предчувствия.

— Кто бы мне сказал с год назад, что Константин Иванович будет говорить о предчувствиях?! — улыбнулся Савелий.

— «Суха теория, мой друг, а древо жизни пышно зеленеет!» — с грустью продекламировал Богомолов.

— Что ж, могу только съехидничать: кто-то когда-то говорил, что верить предчувствиям… — начал было Савелий, но генерал перебил:

— Чушь собачья! И это говорил я! Век — живи, век — учись! Тем не менее я бы многое отдал, чтобы мои предчувствия не оправдались! Эх, знать бы, что за «наблюдателя» ты спугнул. Может, это Майкл расстарался? — Он вновь тяжело вздохнул. — Говоришь, он был вооружен?

— Не думаю, что это человек Майкла: слишком уж глазки бегали. Впрочем, я спрошу. — Савелий нахмурился. — А что, если это был человек Рассказова? Если учесть его осторожность и хитрую сущность, то он мог специально чуть отложить встречу, чтобы в последний раз понаблюдать за тобой, а?!

— Если это человек Рассказова, то завтра я вряд ли с ним встречусь. Да-а-а! — протянул генерал и покачал головой. — Ладно, гадать не будем: завтра и так все прояснится. Постарайся выйти незаметно.

— Вряд ли это правильно. — возразил Савелий. — Меня же прекрасно запомнил администратор: я ему представился вашим племянником! Может, сказать, как бы мимоходом, что ошибся и вы оказались просто однофамильцем?

— А что… — оживился Богомолов, но тут же воскликнул: — Нет, не подходит: это тебе не Россия — нашел однофамильца в Америке! Лучше ничего не говори и даже не смотри на него, словно ты «специально» хочешь выйти незаметно.

— Вы что-то придумали?

— Более правдивую байку: ко мне приходил представитель тех, кто переправлял меня за границу, за остальными деньгами — за сотней тысяч баксов! — Богомолов подмигнул. — Ну, пожелай нам удачи!

— Удачи, Константин Иванович! Они крепко обнялись, потом пристально посмотрели друг другу в глаза, и Савелий тут же покинул апартаменты.

Он быстро прошел мимо администратора и боковым зрением заметил, как тот бросил недоуменный взгляд ему вслед. Может, действительно Богомолов был прав и эта не очень хитрая придумка сработает на них? Тем не менее оставался еще один опасный участок перед входом в отель. Что, если мужичка уже отпустили?

Савелий подошел к двери и чуть-чуть приоткрыл ее. Злополучная скамейка была пуста. Он внимательно осмотрелся, но ничего подозрительного не заметил. Выйдя из отеля, он осмотрел другую часть улицы, которую нельзя было рассмотреть в щель, но и там все было «чисто». Савелий успокоился и, весело насвистывая, направился к стоянке такси. Как же здорово узнать, что тот, которому ты всегда безоговорочно верил, не предал, не подвел тебя, а остался таким же чистым и честным, как прежде!

Не успел Савелий войти в свою однокомнатную квартиру, как в дверь кто-то позвонил.

— Кто там? — спросил он.

— Ваш подарок, господин! — ответил женский голос.

Савелий открыл дверь и увидел на пороге длинноногую, жгучую, очень симпатичную брюнетку, чем-то напоминающую Мадонну. Она была одета в коротенькую, переливающуюся ярко-малиновую юбчонку, приталенный, укороченный, такого же цвета курточку, из-под которой выпирали огромные груди. На вид ей было немногим более двадцати.

Томно улыбнувшись, она едва ли не шепотом спросила:

— Вас зовут Сережа?

— Да, Сергей Майнулов! — Он несколько растерялся и спросил: — А где же подарок и от кого?

— Как где? — усмехнулась она. — Перед вами! Разве я вам не нравлюсь? — Она кокетливо повертелась из стороны в сторону и даже приподняла свою и без того коротенькую юбчонку, обнажившись едва ли не до бедер.

Его взору открылось прекрасное кружевное белье черного цвета, резинки от пояса поддерживали тончайшую паутинку почти бесцветных чулок, которые лишь подчеркивали ровный загар бархатистой кожи. Девица была столь соблазнительна, что Савелий на несколько секунд застыл в немом восхищении и очнулся лишь тогда, когда услышал шум поднимающегося лифта.

— Зайдите, пожалуйста! — поспешно сказал он. — Это что, розыгрыш?

— спросил Савелий, едва девушка оказалась внутри.

— Никакого розыгрыша! — Она улыбнулась и провела по его щеке своим длинным наманикюренным пальчиком. — А ты, красавчик, милый!

— Ничего не понимаю! Может, вы…

— Сюзанна! Но для тебя, красавчик, Сьюзи! — представилась она.

— Хорошо, Сьюзи, может, ты объяснишь, кто тебя послал? — До него наконец дошло, что перед ним стоит обыкновенная, хотя и довольно симпатичная, проститутка.

— Он мне не представился: щедро заплатил, дал адрес, назвал тебя и сказал, чтобы я пришла и постаралась максимально осчастливить тебя. — Во время этого монолога, она изо всех сил старалась ему понравиться.

— Но мне бы хотелось знать… — продолжал настаивать Савелий. Девица мягко прервала его:

— Господи, милый, разве это так уж важно? Человек захотел сделать тебе сюрприз, а ты? Неужели тебе он не нравится? — Она неожиданно дернула вниз «молнию» курточки и обнажила свою внушительную грудь, с трудом удерживаемую черным кружевным бюстгальтером. Казалось, стоит ей чуть глубже вздохнуть, и нежная материя не выдержит.

Откинув в сторону курточку, она легким движением расстегнула юбчонку, и та эффектно соскользнула на пол. Фигурка была действительно прелестна, и девушка это прекрасно знала: отбросив в сторону розовенькие туфли на высоком каблуке, она, не отрывая глаз от Савелия, медленно принялась раздеваться. Вероятно, она была профессиональной стриптизершей: увидев музыкальный центр, нажала на клавишу — и комнату мгновенно наполнили нежнейшие звуки. Движения ее были мягкими, чувственными, даже чересчур; казалось, она разыгрывает целый спектакль.

Если в первый момент Савелий еще сомневался, особо не желая подобных развлечений, то сейчас он уже еле владел собой. Дыхание его стало тяжелым… Чутко отреагировав на его состояние, девушка поиграла перед ним тонюсенькими трусиками, ноне сняла, словно решила оставить маленькую тайну на потом, подошла к Савелию, сначала чуть-чуть коснулась его губ своими, затем потянулась к его уху и томно шепнула:

— Через секунду я твоя, милый! — Она тотчас направилась в ванную, грациозно виляя своей красивой попкой.

«Как же хороша, бестия!» — мысленно воскликнул Савелий.

Но кто же ее все-таки послал? И вдруг его осенило: Майкл! Только он мог выкинуть такое! Что ж, дают — бери, бьют — беги! Савелий обнажился по пояс, но снять брюки почему-то постеснялся. Потом подошел к бару, достал оттуда бутылку шампанского, несколько бананов и поставил на прикроватный столик.

— Какой ты милый! — услышал он за спиной и обернулся: на этот раз она обмоталась махровым полотенцем, которое скорее подчеркивало ее сексопильность, нежели что-нибудь скрывало. По-кошачьи, словно огромная пума, она приблизилась к Савелию, обняла его за плечи: — Какие плечи! Я просто схожу с ума, — прошептала она и, едва прикасаясь, прошлась по его торсу губами.

— Может, сначала шампанского? — не очень уверенно проговорил Савелий, почему-то смущаясь от ее нежного натиска.

— Да, милый, как скажешь! — Она грациозно подхватила бутылку французского шампанского и протянула Савелию.

Не мудрствуя лукаво, он быстро открыл ее. Громкий хлопок — и пенистое шампанское разлито по фужарам.

— За встречу, милый! — предложила она и почти залпом осушила фужер.

Савелий усмехнулся и чуть-чуть отхлебнул. Девушка уже стояла перед ним на коленях и старалась расстегнуть его брюки. Ее пышные, упругие груди едва касались его колен, но с каждым вздохом это прикосновение становилось все сильнее и сильнее, доставляя Савелию странное волнение и беспокойство. Буквально стащив брюки вместе с трусами, Сьюзен с восхищением заметила:

— О-о! Ты знаешь, ты первый русский парень, с которым я займусь сексом! А русские девушки красивые? — спросила она, нежно перебирая пальчиками.

— Да! — с придыханием ответил Савелий.

— Лучше, чем я? — Она явно кокетничала.

— По-разному… — Он уже почти шептал, а Сьюзен склонялась все ниже и ниже: вскоре дыхание буквально обожгло его плоть.

— Как же хорошо! — Она просто опалила Савелия своими губами.

Замерев на мгновение, словно прислушиваясь и привыкая к новым ощущениям, Сьюзен медленно начала посасывать. Нежно массируя, помогая Савелию левой рукой, правой она прикоснулась к его груди и принялась ласкать то один, то другой сосочек.

Не в силах более сдерживаться, Савелий соскользнул с кресла, подложил свою ногу под ее пухленькие губки и нетерпеливо потянулся к ее попке и стал ласкать пальцем. Томно застонав, Сьюзен ускорила свои ласки, извиваясь от страсти всем телом. Эти страстные ласки продолжались несколько минут, пока неожиданно на ногу Савелия не хлынул горячий поток.

— У-у-у! — в изнеможении простонала она и на секунду выпустила его плоть изо рта. — Что ты со мной делаешь? — томно прошептала Сьюзен и тут же спросила: — Тебе хорошо?

— Да!

— Хочешь как-нибудь по-другому?

— Я хочу, чтобы и тебе было хорошо! — с явным намеком сказал он.

— Но ты никак не кончаешь! Может, сменить позу?

— Попробуй!

Сьюзен тотчас развернулась к нему спиной, встала на колени, обхватила рукой его мощную плоть, легким движением провела по своему влажному лону, потом из нужной позиции резко подалась назад.

— Боже мой! Ты просто чудо какое-то! Чудо! — страстно вскричала она, дергаясь взад и вперед, то и дело приговаривая: — Милый, родной мой! А-а-а! Так меня! Так! Еще! Еще! Еще!!!

На этот раз он наконец дошел до предельного состояния и буквально взорвался стремительным семяизвержением. С остервенением, буквально буравя ее недра, Савелий ускорил ритм, словно желая излиться до последней капли, потом ткнулся так, что девушка неожиданно повалилась вперед.

— А-а-а! — закричал Савелий и удовлетворенно замер, наслаждаясь наступившим вдруг покоем.

Они полежали немного без движения, приходя в себя после любовной бури.

— Ты знаешь, Сергей, я впервые так кончила! — сказала вдруг Сьюзен.

— Как? — не понял Савелий. — Ты хочешь сказать, что первый раз трахалась в попу?

— Конечно же, нет, глупый! Я имела в виду то, что я кончила на твою ногу! — Она повернулась и благодарно коснулась губами ноги, которую только что окропила. — Как здорово!

— Мне тоже было хорошо!

— Правда?

— Конечно! Ты хорошая девочка. — Он хотел добавить еще что-то, но в этот момент зазвонил телефон.

Савелий со вздохом пожал плечами и взял трубку:

— Слушаю!

— Привет, приятель! — услышал он бодрый голос Майкла.

— Привет, Майкл! — странным голосом ответил Савелий.

— Что с тобой, дружок? Или тебе что-то не нравится? — хитро спросил тот.

— И ты мне нравишься, — не поддержал его шутливого тона Савелий. — А еще тебе передает привет мой «крестный»!

— Ты его видел? — с тревогой воскликнул Майкл.

— Да, видел!

— И что?

— И ничего! — сказал Савелий, но не выдержал и рассмеялся. — Да что с тобой? Все в порядке. «Крестный» жив и передает тебе привет! Все хорошо, а ты почему-то нервничаешь!

— Понервничаешь тут! — буркнул полковник. — Тебя уже час разыскивают, а мне приходится прикрывать.

— Кто разыскивает-то? — усмехнулся Савелий, не сомневаясь, что тот просто шутит.

— Кто, кто? Конь в пальто! Вот что, через пять минут я спущусь к тебе, понял? Жди и никуда не уходи!

— Хорошо! — пожал плечами Савелий, совсем позабыв про Сьюзен, но тут же спохватился и воскликнул: — Погоди, Майкл! — Из трубки уже доносились короткие гудки. — У, черт! — Савелий с досады сплюнул и повернулся к девушке: — Все, милая, праздник закончился! Быстро одевайся: сейчас ко мне придут!

— Кто, мужчина? — томно спросила она.

— Сьюзен, мне не до шуток! — серьезно бросил он. — Сколько я тебе должен?

— Нисколько. Мне уже заплатили за весь этот день и ночь!

— Считай, что ты сэкономила. Одевайся быстрее!

— Хорошо! — Девушка была явно расстроена. — Но зачем мне такая экономия? Может, встретимся позднее?

— Отлично! — Савелий сейчас бы согласился на все, лишь бы она оделась и ушла побыстрее. — Запиши номер телефона: там, на аппарате!

— А когда позвонить? — Как ни странно, но оделась она очень быстро и уже записывала телефон прямо на своей руке.

— В любое время, когда меня здесь застанешь!

— Хорошо, милый, я уже ушла! — не желая, чтобы он нервничал, Сьюзен подошла, обняла его и чмокнула в щеку. — Ты просто великолепен, милый мой русич! Спасибо! — Она потерлась о него всем телом, призывно вздрогнула, но тут же отстранилась и пошла к выходу, послав на прощание воздушный поцелуй…