Английская лирика первой половины XVII века

Донн Джон

Джонсон Бен

Герберт Эдвард

Кинг Генри

Герберт Джордж

Кэрью Томас

Лавлейс Ричард

Саклинг Джон

Дэвенант Уильям

Геррик Роберт

Воэн Генри

Крэшо Ричард

Каули Авраам

Марвелл Эндрю

Генри Кинг

 

 

СОНЕТ

Молчи. Она прекрасна. Да. Но слышать не хочу О счастье том, что никогда Уже не получу. Поверь, на деле знаю я: Ее сиянье — тьма моя. Не говори, что я с судьбой Шучу себе на горе, Что мне не справиться с собой, Что я раскаюсь вскоре, Но будет поздно. Ведь тогда Забыт я буду навсегда. Меня ты не жалей, Амур, И строго не суди. И зависть погаси, Амур, К огню в моей груди, Где сердце бьется через силу, Став жертвой той, кого любило.

 

ТРАУРНАЯ ЭЛЕГИЯ

Несравненному незабываемому другу Прошу, прими напев печальный Взамен молитвы погребальной И вместо сладостных цветов Венок безрадостных стихов От друга, что скорбит любя И плачет, потеряв тебя. Навек ушла ты в мир иной, Но мысль моя — всегда с тобой. Ты — книга главная моя, В тебя все вглядываюсь я, Хоть слеп почти. Тебя зову И сам от горя не живу. Одна лишь у меня забота Давать своим глазам работу. Им мокрые очки сказали: Едва ползут из-за печали Дни для того, чей дух погас. Одним лишь занят я сейчас: Часы томления считаю И в мире духов обитаю. Так разве странно, что течет Мой век назад, а не вперед?.. С тобой и ночью вместе мы. Ты превратилась в Еву тьмы. А ведь была ты — день (пока Свет не закрыли облака). Мне слезы застилают свет: Ты прожила так мало лет, Как в дне часов. Ты для меня, Как солнце на вершине дня. Но ты не явишься опять, Чтоб мир души моей объять. Ты, как падучая звезда, Упав, погасла навсегда. Любимая, навек с тобой Я разлучен сырой землей. Затменья этого страшней Нет в записях календарей. Тебе позволить я бы мог Уехать на недолгий срок. Ну год, ну десять лет. Но все ж Я знал бы точно — ты придешь. Я пребывал бы в огорченье, Однако вера в возвращенье Твое была бы столь сильна, Что грусть развеяла б она. Но этот срок, он так длинен, Что причинить способен он Лишь боль. Не буду счастлив я, Пока с твоей душой моя Не встретится. И будет это, Когда конца дождемся света И огнь, не знающий предела, Сожжет весь мир, как это тело. Мой малый мир! Но будет час, Когда отступит огнь от нас И души вновь войдут в тела. Тогда воскреснем мы. И мгла Рассеется. И ясным взглядом Увидим мы друг друга рядом В той тихой стороне, где ночь Не сможет тьмой нас заволочь. Пока ж, земля, она твоя. Ты рада, но печален я. Теперь я больше не сумею Уже назвать ее моею. Теперь тебе я отдаю Всю радость светлую мою И верность сердца к той, кого Любил я более всего. С печалью должен я отдать, Что был не в силах удержать. Так будь же доброй с ней всегда И в книгу Страшного суда, Из гроба взятую, впиши Все чудеса ее души. Послушай, нужно, чтоб сумела Ты в судный день вернуть ей тело. За прах ее, за каждый атом Ответить перед Ним должна ты. Ведь лишь на время отдана Тебе, земля, была она. Так затяни же, пелена, Склеп, где лежит моя жена. Пусть, не тревожась, спит она, Хотя постель и холодна! Прощай и жди минуты той, Когда приду я за тобой, Когда нелегкая судьбина Соединит нас воедино В том месте, тихом и пустом, Куда душою я влеком. Ты верь, и я к тебе приду В юдоли слез я встречи жду. Знай, не могу я не прийти, Ведь я давно уже в пути. С той скоростью к тебе стремлюсь, Какую порождает грусть. Да, отдыхал я ночью, но К закату жизни все равно На семь часов я ближе стал, Чем в миг, когда я засыпал. Я вниз спешу день ото дня Мой компас вниз зовет меня. Но я теченью не перечу, Ведь впереди тебя я встречу. Поверь, обидно мне до боли, Что первой ты на вражье поле Пришла и в битве захватила Сию холодную могилу, Хотя по возрасту скорей Мне полагалось быть бы в ней. Но пульса тихое биенье Есть нашей встречи приближенье, И как ни медленно он бьет, Но нас в конце концов сведет. И эта мысль мне как наказ Спокойно ждать свой смертный час. А ты, любимая, прости, Что бремя жизни мне нести Придется до поры, пока С тобой не встречусь на века.

 

SIC VITA

Как звезд падучих яркий свет, Как в небесах орлиный след, Как весен славная пора, Как серебро росы с утра, Как свежий ветер у реки Или как в лужах пузырьки, Жизнь человека, чьи лучи Погаснут, долг отдав ночи, Звезда исчезла. Ветер спал. Роса просохла. След пропал. Осенний день глядит в окно. И человек забыт давно.

 

МОИ ПОЛУНОЧНЫЕ РАЗДУМЬЯ

Скажи, зачем, ты, глупый человек, Продлить стремишься свой короткий век, Когда все то, что видеть ты привык, Твердит тебе о смерти каждый миг? Угасший день, увядший лист любой Кричат: «Глупец! То ж будет и с тобой!» Стук сердца твоего, его биенье Зов погребальный, медленное тленье. Ночь — это склеп, чьи своды чернотой Нависли над землей и над тобой. А слезы неба в полуночный час Всего лишь плач, рыдание о нас.

 

СОЗЕРЦАНИЕ ЦВЕТОВ

Всегда похожим быть на вас, цветы, Хочу, но не могу я. Растете вы невинны и чисты, Чтоб снова лечь в постель земную. Вы знаете, что каждый ваш бутон И каждый ваш листок землей рожден. Вы времени подчинены, а я Весны желаю вечной. Судьба моя боится забытья И стужи бессердечной. Мне хочется, услышав смерти глас, Таким беспечным быть, как вы сейчас. О, научите встретить смертный час Бесстрашно и достойно. Я часто на могилах вижу вас Вы так свежи, спокойны… Скажите, где душистое дыханье Мне взять, чтоб в смерть внести благоуханье?