Темнота. Вокруг была кромешная тьма. Ивану хотелось сказать: "Земля, земля! Пять минут — полёт нормальный", но было некому. В какой-то момент ему уже надоело падать. Но слово "падать" здесь не совсем подходило, скорее он парил словно лист подхваченный ветром. Тем не менее, приземление было весьма ощутимым. Земля не слишком ласково приняла своего питомца. При вынужденной посадке что-то подозрительно хрустнуло, и Иван грешным делом испугался за свои рога, но беглый осмотр точнее ощуп показал, что положение хоть и незавидное, но стабильное и особых повреждений нет.

— Маша, — тихо позвал Иван. — Ты где? С тобой всё в порядке?

— Нет, — раздался знакомый голос совсем рядом. — Отползи с моей ноги, дурак!

— А я — то думаю, на чём это я так удобно сижу…

— Ты не думай, ты слазь! Больно же!

— Да тебе не так надо всыпать за твоё поведение.

— Что тебе не нравиться?

— Да всё!

— Так напиши в газету "Гудок" тебя там выслушают.

— Не хами. И так из-за тебя вляпались.

— Да, ну! По-моему шёл ты сюда совсем не из-за меня, и в дупло лезть не за желудями собирался. Так что нечего на меня стрелки переводить. Я сама по себе ты сам по себе. И, чур, за мной не идти.

— А вот уж дудки. Ты за мной следила теперь моя очередь.

— Ах, ты!! — Маша задохнулась от возмущения.

— Как ты груба! — улыбнулся парень.

И тут на голову Ивана свалился рюкзак, отправленный вдогонку заботливым Потапычем, на какой-то момент Ванюша выпал из реальности, а когда пришёл в себя, то оказался в полном одиночестве — Маша куда-то таинственным образом исчезла.

Иван для приличия повалялся, изображая мыслительную деятельность, но, как назло, голова после жаркой встречи с рюкзаком думать отказывалась. Вскоре Иван почувствовал, что слева от него тянет прохладой, и решил двигаться в том направлении. Слепо шаря впереди себя руками, он наткнулся на что-то шершавое, похожее на кору дерева. Прислушавшись, Иван услышал лёгкий шелест и ощутил слабый порыв ветра. Иван решил попробовать двигаться, придерживаясь обретённой опоры, но случайно потерял центр тяжести и всем телом облокотился на стену, которая в свою очередь поддалась и неожиданно отъехала в сторону. По глазам больно ударил свет, заставляя зажмуриться и закрыть заслезившиеся очи рукавом. Проморгавшись и вытерев выступившие слезы, Ваня, наконец, приобрел возможность более менее безболезненно взглянуть на свет божий и оценить окружающую обстановку. Увиденное заставило Ивана сначала открыть рот от удивления, а затем глупо заулыбаться.

На поляне творился форменный произвол. Матёрый серый волк затравленно жался к чахлой сосёнке, а на него угрожающе надвигались весьма враждебно настроенные зайцы.

— Слышь, ты, чепушила, — пискнул видимо самый главный, но не самый крупный из пушистых агрессоров, — Это что за непонятки, а? На тебе должок висит ещё с прошлого месяца. А ты и ухом не ведёшь. А проценты капают, часики тикают. Ты что забыл, волчья морда, кому жизнью обязан. Тебе память может освежить? В глаза смотреть, я тебя спрашиваю! — волк кивнул головой, старательно закрывая морду лапами.

— Эй, а вы ничего не попутали, пацаны! — давясь от смеха, произнёс Иван, его почему-то совершенно не удивило то, что звери разговаривают. Странным было только бандюковатое поведение обычно таких мирных зайчат. — Пятнадцать на одного — это беспредел.

— Топал бы ты отсюда дядя, пока и тебя на счётчик не поставили, — не оборачиваясь, пропищал всё тот же заячий лидер.

— А вот это уже хамство, — угрожающе сказал Иван и швырнул в самую гущу пушистиков свой многострадальный рюкзак.

— Атас! Ребята, Валим! — разнеслось над поляной, и зайцы мигом кинулись врассыпную. Впереди, как и положено, задавал стрекача недавний оратор, лидер во всём должен быть первым!

Иван весело поулюлюкал им в след и обернулся получше рассмотреть своё убежище. Оказалось, что его темница была на самом деле чем-то вроде норы, расположенной под тем же самым дубом, в дупло которого так необдуманно занырнул парень. Осмотревшись, Иван пришёл к выводу, что дерево точно то же самое, а вот полянка-то совсем другая. Затем, вспомнив, что где-то рядом находиться какой никакой (скорее никакой), но всё-таки хищник Иван поднял с земли палку потяжелее. Всё это время волк внимательно за ним наблюдал.

— Ах ты волчара позорный! И не стыдно тебе? — обратился к нему Иван. — Тебя ж мелочь какая-то щемит, а ты? Хищник называется.

— Так-то оно так. Да я то что, — грустно рыкнул волк и отвернулся, — так получилось. Самому перед собой стыдно. Так что можешь не стараться и так тошно.

— Стесняюсь спросить, а кто это был?

— Мафия.

— Однако… знаешь, я мафиози как-то по-другому представлял.

— Я тоже.

— Ты же эту мелочь мог просто порвать, да так что полетели бы клочки по закоулочкам! Или я встретил первого в мире волка-вегетарианца или нет… может ты пацифист? Ну, не хочется мне верить, что ты ВОЛК каких-то зайчишек испугался.

— Хочешь, верь, хочешь не верь — дело твоё, только нечего обзываешься да ещё словами непонятными!

— Я не обзываюсь, — успокоил зверя Иван и пояснил, — вегетарианцы — это те, кто добровольно отказался от употребления мяса, а пацифисты — за мир во всём мире и против насилия. Ну, так что я угадал?

— Нет. Я так понимаю и те и другие сделали свой выбор осознанно, а я… — волк горестно всхлипнул, — меня…

— Успокойся серый, — Иван подошёл к волу и стал успокаивающе гладить по голове, — давай, расскажи мне всё по порядку — глядишь, и тебе станет легче, и может, вдвоём придумаем, как беде твоей помочь.

— Да что тут рассказывать, — взволнованно начал хищник, — зимой дело было, в январе. Помню, день был солнечный, снежный. Настроение было приподнятое. Вот и решил я на охоту пойти. Эх! Дичь всю как будто предупредил кто, полдня по лесу пробегал и всё впустую. Решил домой возвращаться, как говориться ни солона хлебавши. И тут гляжу, полёвка мимо меня прошмыгнула. Ну, думаю, какая никакая, а добыча, уже с охоты не с пустыми лапами… Метнулся я за ней, а она от меня…я за ней, она от меня. Так и кружили по лесу, пока она под одну из сосенок не нырнула. Я в горячке за ней, а там капкан. Вот передней лапой я в него аккурат и угодил по самое не хочу. Пока от боли отошёл, смотрю — охотник тут как тут, будто из сугроба выскочил. Бежит ко мне, радостный такой, с ружьём на перевес. Подбежал ко мне и ну прикладом охаживать, да приговаривать: "Эх, жаль порох весь отсырел, такой трофей пропадает". Наверное, до смерти забил бы меня, гад, да только я отключился. А когда пришёл в себя смотрю: охотник весь в крови в сторонке без сознания валяется и вокруг зайцев видимо, не видимо. Вышел один из них вперёд, самый главный, наверное, и говорит: "Мы тебя от верной смерти спасли, а теперь ты послужишь нам верой и правдой. Будешь нас защищать от хищников и каждый месяц приносить на указанное место сетку капусты и сетку моркови". Я, конечно, возмутился, мол, не велика ли честь. А тот заяц так нагло заявляет: "Ну, как хочешь. Только знай, милок, уже сегодня весь лес будет в курсе о том, как тебя, сына вожака стаи, зайцы от охотника спасли, в то время как ты плакал, звал мамочку и просил о пощаде". Я закричал, дескать, не было такого, а они мне: "Чем докажешь?".

— И что? Ты согласился? — возмутился Иван. — Это же пожизненное добровольное рабство.

— А что мне оставалось делать? Ты не понимаешь — я сын вожака стаи. Я просто не мог допустить такого позора. Пойми, всю жизнь я нахожусь в тени отца, всю жизнь мне приходится доказывать, что я достоин своего великого родителя, а тут такое. Если бы эти ушастые аферюги распустили бы такие слухи — всё, конец. От меня отвернулись бы все, а я и так не особо в чести. И на охоту эту дуратскую, по правде сказать, я поплёлся только что бы доказать, что и я чего-то стою.

— Но чем твоё положение сейчас лучше? Ты понимаешь, что угодил в ловушку? Ты же у них сейчас на крючке. И чем дальше, тем сильнее ты будешь запутываться в собственной лжи. Вот сейчас, например, они же тебя среди бела дня прессовали, никого не стесняясь.

— Имеют право, — обречённо сказал волк и понуро повесил голову.

— Какое право? Что ты такое говоришь?

— Да задолжал я им и капусту и морковь с того самого января. Я ж им супостатам сразу сказал, мол, где же я вам зимой овощи добуду — не сезон. А они мне, что это твои проблемы ты их и решай. Вот и получилось, что должен я им как земля крестьянину, а отдавать нечем.

— Запутанное дельце. Даже и не знаю чем тебе помочь, — протянул Иван.

— А ты возьми меня с собой. Не могу я больше терпеть этот заячий произвол, да и расплатиться мне с ними не чем, а если ославят на весь лес, так меня свои же с позором из лесу изгонят, если не хуже. А так я вроде как сам ушёл, по собственному желанию.

— Я конечно не против, да и вдвоём веселее, но… есть тут одна загвоздочка: я не знаю, куда мне надо идти.

— А зачем идти знаешь?

— Конечно.

— Ну, тогда это не проблема. Главное иметь цель, а дорогу всегда можно найти. Так что давай конкретизируй свои задачи, а я, как сторожила здешних мест, предложу тебе возможный маршрут.

— Задача у меня одна — вернуть себе человеческий облик. Рога мои наколдованные я думаю, ты давно заметил.

— Заметил, только подумал, что тебе жена их наставила, а уточнять не стал из скромности.

— Нет, я не женат, у меня даже девушки нет, так что твоя версия не верна. Вот… но самое страшное что рога это так цветочки, у меня ещё и копыта имеются. И если ничего не сделать я полностью превращусь в козла.

— Да, — сочувственно протянул волк, — а я-то думал, что это у меня крупные неприятности…Ох беда, беда, огорчение.

— Не кисни. У меня есть шанс стать человеком, только для этого мне надо добыть мёртвую и живую воду.

— Так сразу бы и сказал. В этом я тебе помогу.

— Вот и отлично, токмо кроме этой основной, задачи есть у меня ещё одна, задача не задача, проблема не проблема, скорее головная боль. Когда шёл я сюда, увязалась за мной девчонка, сущий репей, а сейчас исчезла в неизвестном направлении. Так вот боюсь я как бы не влипла она в какую историю с таким характером.

— Это что? Ты беспокоишься про ту оторву с косой в пятнистых штанах?

— Ты её видел?

— Конечно, видел, такое не заметить трудно. У нас девки так не ходют. Мало того, что в мужской одёже, так и прёт же, как танк, ни скромности во взгляде, ни кротости.

— Что есть, то есть.

— Она в сторону деревни пошла. Нам кстати тоже туда.

— А тебе в деревню можно? Там же люди и как я понимаю охотники.

— Но я же с тобой буду. Скажем, что ты меня в младенчестве подобрал и выкормил, а я стал тебе верным другом.

— Как собака?

— Нет, лучше.

— Тогда пошли. Как там, в сказке говориться: "И оседлал Иван серого волка, и понёс его тот лесами дремучими, болотами непроходимыми…". Кстати меня Иван зовут, а тебя как называть мой мохнатый друг.

— Север.

— Как же мне тебя оседлать? Я вообще-то и на лошади не очень ездить умею, а на волках мне и вовсе не приходилось.

— Ты что серьёзно? — волк удивленно уставился на Ивана, — я конечно крупный волк, но не до такой же степени…ты мои возможности не переоценивай. Я конечно метров пять тебя протащу, а вот дальше уже тебе меня нести придется. Тебе оно надо? Я же волк, а не ездовая собака. Разве что суму твою чудную могу осилить, давай её сюда.

— Нет, уж лучше я сам, — сказал Иван, взваливая свои сокровища на плечо, и добавил. — В путь, мой лохматый друг.

*****

Яга, пыхтя, ввалилась в прихожую. Она с трудом тащила какую-то коробку. Несмотря на жуткую усталость, было видно, что она весьма довольна собой.

— Ну и что это за хлам ты притащила, — вопросительно вскинул усы кот.

— Что надо, — отмахнулась ведьма, — много будешь знать, плохо будешь спать.

— А если по существу вопроса?

— А если в глаз?

Кот обиженно отвернулся и, гордо задрав хвост, удалился вон, зализывать душевные раны. Только вот любопытство буквально через пять минут, точно за уши, притащило кота обратно, безжалостно бросив ластиться к ногам хозяйки.

— Ягинюшка, ты так хорошо сегодня выглядишь. Мур-р-р-р. Эти чёрные круги под глазами так сочетаются с цветом волос. Мур-р-р-р.

— Ой, лиса! — улыбнулась Яга. — Можешь ведь когда захочешь, а только всё равно ход для тебя сюда закрыт.

— Это ещё почему? — возмутился кот.

— Сам знаешь. А если забыл, то я тебе напомню. Кто испортил хрустальный шар? А? Он стоил как десять котов, таких как ты, только породистых! — кот оскорблённо засопел, но Яга продолжила. — Да ещё и не признался ж. Мне в мастерской так краснеть пришлось. Я думала, что сквозь землю со стыда провалюсь. Как вспомню, что мастер при всех посетителях сказал: "Гражданочка, нет, ну, я понимаю спиритические там сеансы, колдовство, магия, но зачем вам на несчастный шар мочиться приспичило? Это выше моего понимания", так собственными руками удавить тебя готова.

— Это не я, — истошно заорал Василий.

— А кто? Я?

— Природа! — обреченно выкрикнул кот и, отбежав подальше, добавил. — Пусть все знают, что я здесь хозяин!

— Ах, ты ж поскудник! — взвизгнула Яга. — Я думала у тебя старческое недержание, а ты территорию метить вздумал!

— А что! Я хозяин в этом доме или место пустое?

— Слышь, хозяин — всё хана тебе. Я тебе покажу. Завтра же поедим к ветеринару.

— Зачем это? — насторожился кот.

— Тебя кастрировать.

— Ни за что! Лучше смерть! — заверещал кот. — Мужики погибают, но не сдаются!!! — и забился под кровать.

Яга удовлетворённо хихикнула, её маленькая месть была осуществлена. Потом она деловито вернулась к коробке и стала распаковывать приобретённое чудо техники. Яга извлекла из коробки массивный кристалл по граням которого бегали радужные змейки, подставку под него, кроме того в коробке оказался клубок кабелей неясного назначения, три разъёма под еврорезетку и инструкция по эксплуатации на китайском языке. Женщина промудохалась со своим приобретением битый час, но не смогла вдохнуть в него жизнь, как не подстёгивало её к творчеству ехидное хихиканье, раздававшееся из-под кровати. В конце концов, Яге ничего не оставалось делать, как понурив голову подойти к убежищу кота и осторожно позвать

— Вася, а Вася — а-а, — ответило молчанье. — Василий, хватит придуриваться, отзовись, — но абонент был временно не доступен.

Яга не на шутку испугалась, а что если с усатым прохиндеем что-нибудь случилось. Она наклонилась и затаив дыхание глянула под кровать, а после облегчённо выдохнула, кот преспокойно спал, не подозревая о волнениях хозяйки. Успокоившись, Яга мстительно сверкнула глазами и пошла на кухню за веником. Когда же она вернулась с оружием возмездия, кота под кроватью не было. Внимательно осмотрев комнату, она обнаружила стервеца на шкафу.

— Ах ты, симулянт несчастный, а ну слезай оттуда!

— Ни за что!

— Ты думаешь, я тебя там не достану? — возмутилась Яга, потрясая бесполезным веником. — У меня ещё швабра есть!

— Да ну? Что же ты ей ни разу не воспользовалась на моей памяти?

— Повода не было!! Спускайся, я последний раз говорю!

— Только если пообещаешь мне депутатскую неприкосновенность.

— То есть?

— Живем, как и раньше, если я накосячу мы делаем вид, что ничего не произошло или обходимся устным замечанием. И никаких врачей и посягательств на святое.

— Ладно. Спускайся. Я принимаю твои условия, но с маленькой поправкой, — кот, который уже начал спуск насторожился и вернулся в исходную позицию, — ты поможешь мне запустить этот чёртов кристалл. Я уже голову сломала, что не так, а там ещё и инструкция на китайском. Вась, ты же вроде в языках силён, помоги а.

— Вот сразу бы так, — буркнул кот и мигом оказался в низу. Он подошел к инструкции и углубился в чтение, потом усмехнулся и сказал. — Дорогая это инструкция к эксплуатации пароварки и к кристаллу она не имеет никакого отношения. Покажи — ка мне родная сам кристалл, очень уж посмотреть хочется.

Исследовав покупку Яги кот резюмировал:

— Красивая штучка, нервы успокаивает, а если в розетку включить вместо настольной лампы можно использовать. Жалко только что к магии не имеет никакого отношения. Где ты эту прелесть приобрела?

— В магазине "Мелочи для дома".

— Понятно. Хорошо хоть не в ларьке "Фрукты-овощи". Давай посмотрим хоть что на коробке написано.

Яга с надеждой бросилась к коробке и оторвала этикетку. После, с победным кличем вернулась и протянула её коту.

— Вот чёрным по белому написано "Магический кристалл". Я сейчас им устрою, пусть меняют недоброкачественный товар!

Кот мученически закатил глаза и сказал:

— Ты всегда была такой невнимательной здесь написано: Лампа настольная артикул 5678-00 "Волшебный кристалл". Это просто стилизованная лампа. А ты как обычно просто не дочитала.

Вася хотел сказать что-то ещё, но не успел. С диким визгом Яга ухватила несчастный кристалл-лампу и швырнула в открытое окно.

— Это ты зря, — заметил кот, — хорошая была вещь. В хозяйстве пригодилась бы.

— Когда это кончится? — Яга в изнеможении плюхнулась на стул. — Почему именно сейчас, когда так важно следить за тем, как идёт операция, у нас ничего не получается. Просто рок какой-то. Иван уже наверное в заветном лесу, а мы не в зуб нагой.

Кот подошел к огорчённой женщине и ласково потёрся о её ноги и утешительно проговорил:

— Не огорчайся. Может ну их эти хрустальные шары и магические кристаллы? Купим плазму и удобно и современно, всё равно ж ты Ваню через спутник пасёшь. Пошли-ка, лучше чайку липового с баранками попьём.

— Ох, ты мой вселенский утешитель, — Яга ласково потрепала кота за ухо, — только ты знаешь как меня успокоить.

— Ну, так двести лет уж как вместе.

— А с твоей стороны не тактично напоминать даме о её возрасте.

— А то ты сама свой возраст не знаешь. Короче, я жду тебя и свою порцию сливок на кухне. Кто последний тот вонючка, — пропел Василий и скоренько потрусил на кухню.

*****

Около часа Иван и его волк были уже в пути, а окончание леса ничто не предвещало.

— А откуда ты знаешь, где в деревне источники с живой и мёртвой водой находятся? — спросил Иван.

— А я не говорил что они в деревне. Просто нам туда надо зайти, чтобы снарядится в дорогу, путь-то неблизкий.

— Стесняюсь спросить, а насколько далёкий путь нам предстоит?

— Как сказать, — неопределённо тряхнул головой волк, — до деревни ещё часа три шустрым бегом, а потом, уже смотря куда в первую очередь отправимся.

— В смысле? — не понял Иван. — У нас что ещё и варианты есть?

— Варианты есть всегда, — философски заметил Север.

— Значит так. Давай от общих фраз перейдем к фактам. А если короче, то давай выкладывай всё что знаешь о живой и мёртвой воде.

Волк сосредоточенно засопел. По его морде было видно, какому насилию в данный момент подвергается старушка-память. Наконец, собравшись с мыслями, Север произнёс:

— Вода мёртвая — умертвляет, вода живая — оживляет.

— Знаешь, я как-то и без тебя об этом догадался. Давай по существу: где находится, куда идти и т. д. и т. п.

— Ага, по существу значит. Ну, слушай. Вода живая находиться в селе Большие Светики. Источник в полном владении Елены Прекрасной, которая выдаёт её на личные нужды в обмен на услуги разного характера, а так же меняет на злато, серебро, каменья драгоценные. Вода мёртвая находится в местечке Малое Дуделкино. Источник числиться за Василисой Премудрой, которая в свою очередь обменивает воду на артефакты, знания, редкие экземпляры книг, но и от услуг то же не отказывается.

— Всё так просто?

— Ну не сказал бы. Ты ещё попробуй их задания выполнить, у этих дамочек фантазия-то буйная. А в том, что придётся нам к ним на службу идти, я не сомневаюсь, так как на господина с полными карманами золота и серебра ты, при всём уважении, не похож.

— А ты смекалистый зверь, как я погляжу.

— Есть не много, сам понимаешь среди волков жить…

— Ладно, вернёмся к основной теме разговора. Вот ты как считаешь, куда надо идти в первую очередь?

— Конечно к Елене Прекрасной. Светики и ближе и с Еленой договориться как-то попроще. Да и мне очень уж на красоту неземную посмотреть хочется: такая она как про неё бают или ещё лучше.

— А что с Василисой всё так запущено. Я, по крайней мере, всегда считал, что она должна быть очень доброй и умной девушкой.

— Не знаю с чего ты это взял. Но кое в чём ты прав — доброты у неё ни на грош, а вот ума хоть отбавляй.

Когда путники, наконец, вышли из леса, дело уже шло к вечеру. Они остановились на опушке последний раз обговорить легенду и уточнить порядок действий. Иван с восторгом рассматривал вид, открывшийся им с пригорка. Перед ними величаво раскинулся широкий луг, на котором паслись довольные жизнью бурёнки, мальчик пастух нагло дремал в стогу сена, чуть дальше играло золотом поле пшеницы, а у самого горизонта виднелись крыши изб, и над всем этим парило яркое восхитительно голубое небо с "медалью" солнцем за заслуги перед отечеством. Всё вокруг дышало таким покоем и уютом, что на какое-то время Ваня даже забыл, зачем они здесь находиться, но бдительный Север быстро вернул товарища с небес на грешную землю.

— Последний раз повторяю. Мы путники, идём к Елене Прекрасной на службу наниматься. Ты прослышал о её неземной красе и потерял покой, решил во чтобы то не стало увидеть её хоть одним глазком. Я твой верный…волкопёс. Ты меня подобрал в лесу в младенчестве, когда мою мать убили охотники и с пальца выкормил. Тебе надо раздобыть харчей на три дня, оружие от разбойников отбиваться и самое главное узнать дорогу поточнее.

— А на что я всё это приобрету, у меня же денег ваших нет?

— Выменяешь на что-нибудь, в крайнем случае, отработаешь.

— Да уж, надеюсь, как-нибудь выкручусь.

Закончив последние приготовления, Иван и его волк, наконец, спустились с пригорка и зашагали к деревне. Как ни странно никто на них не обращал особого внимания и с расспросами не доставал. Они спокойно зашли в деревню и пошли искать избу старосты, на которую им сразу указали почтенные матроны, сидевшие на скамье под одной из хат. Когда Иван подошёл к солидной избе с крепким забором, он понял, что староста видимо человек степенный и основательный. Парень постучал в калитку, искусно украшенную резьбой, и стал ждать ответа. Калитка распахнулась, на пороге стоял коренастый мужчина лет сорока со шрамом на виске и улыбался.

— Здравствуй человек хороший, — было начал он.

И тут Иван почуял, что с Севером твориться что-то неладное. Шерсть на волке встала дыбом, его глаза налились кровью и он, злобно рыча, кинулся на оцепеневшего человека. На долю секунды Иван опередил взбешённое дикое животное и оттолкнул мужчину вглубь двора, подставив себя под удар. Волк словно пушинку подмял парня под себя, но Иван вцепился в его шкуру и они, словно любовники в порыве страсти, стали кататься по двору старосты, который с ужасом наблюдал за происходящим. Север визжал и выл, пытаясь освободиться от объятий Ивана, но бывший десантник ни на минуту не ослабил хватку. Наконец, староста отошел и метнулся к бочке с водой, зачерпнул ведро и плеснул на дерущихся. Эффект был поражающий. Волк сразу как-то обмяк и сник.

— Пусти, — глухо выдохнул он Ивану прямо в лицо, — пусти, я тебе говорю. Это он! Это из-за него мои мученья.

— Отпущу, если перестанешь на людей кидаться и спокойно объяснишь что с тобой.

— Это он, тот самый охотник, из-за которого я попал в рабство к зайцам. Я думал, что они убили его, а он, он…живёхонек! Ещё и улыбается.

— Успокойся, мы что-нибудь придумаем, чуть попозже, — прошептал Иван на ухо волку, затем выпрямился и обратился к хозяину дома, — Просим прощения за своё такое грубое вторжение на ваше подворье. Сам не знаю, что с моим псом случилось, наверно блоха за интимное место укусила, — на этих словах волк нервно дёрнулся, но тут же получил успокаивающий пинок и грозный взгляд от Ивана. — Я его накажу, не беспокойтесь. А вообще-то Сева собака мирная и зайца не обидит, можете у них спросить.

— Не лги! — перебил его староста. — Узнаю я твоего "пёсика", имел несчастье встретить, — он поднял руку и указал на шрам, — его работа, будь он не ладен.

— Сам виноват! — прорычал, оскалившись, Север.

— Виноват, не спорю, — согласился мужчина. — Только как говориться: кто старое помянет — тому глаз вон. Я тебе шкуру попортил, но и мне досталось. Давай считать, что мы квиты, а в счёт моральной компенсации с меня обед.

Волк немного для порядку подумал и под натиском Ваниного сапога наступившего ему на хвост, согласился.

— Меня зовут Мартын, — произнёс мужчина, — я здешний староста, но видимо вы это уже и сами знаете.

— Я Иван, просто Иван, странствую по свету, а это мой волк Север, как я понимаю, в представлении он тоже не нуждается.

— Как же, наслышан о тебе, наслышан. Только о волке там упомянуть забыли.

— Как наслышан? — удивился Иван. — И от кого коль не секрет?

— Да от одной девицы наглой неподобающе одетой.

— А она здесь?

— Здесь, здесь. В чулане её закрыли, чтоб поостыла немного да старших уважать научилась. Нет, ну где это видано, чтобы девка средь бела дня в мужском платье ходила. Так она ж ещё и грубить в ответ на сделанное замечание начала, сопротивляться вздумала, еле её трое здоровых мужиков скрутило. И то каждому из низ на баранки досталось.

— Вот и пусть посидит над своим поведением подумает, — мстительно ухмыльнулся Иван, — если вам конечно не в тягость.

— Какая тягость, таких надо учить. А кем она тебе приходиться.

— Сестра, — не моргнув глазом соврал Иван. — Сам видишь, от рук отбилась, родителей и слышать не хочет. Вот увязалась за мной, точно репей, придется теперь с собой брать.

— Так может, прикажешь всё-таки выпустить её что ли?

— Нет! Пущай она пока под замком побудет…охолонёт немного, и глядишь ума — разума наберётся.

— Так тому и быть. Что ж милости прошу. Проходите, гости дорогие в дом, — сказал Мартын, — откушаете со мной. Как говориться, чем богаты, тем и рады.

Не заставляя себя уговаривать, Иван и Север следом за хозяином поднялись на резное крыльцо и вошли в дом. Изба не обманула ожиданий Ивана. Внутри она оказалась ещё краше, чем снаружи. Вышитые занавески и скатерти, резная массивная мебель, все прекрасно подобрано и ничего лишнего. Даже бросив белый взгляд можно было понять, что живут здесь люди далеко не бедные, но меру роскоши знающие. Староста кликнул чернавку и отдал приказ накрыть стол для гостей в гостиной. Затем с гордостью показал дом, наслаждаясь восторженной реакцией Ивана. Когда обойдя хоромы, они наконец-то вынырнули в гостиной, там уже всё было готово. Стол просто ломился от изобилия блюд, немилосердно манивших своими ароматами.

— У нас как говориться, что есть в печи всё на стол мечи, — сказал Мартын и широким жестом пригласил гостей за стол, — усаживайтесь да не стесняйтесь.

Голодного Ивана долго упрашивать не пришлось, а Север просто наглядно продемонстрировал, что значит волчий аппетит. На какое-то время в гостиной установилась тишина, прерываемая лишь чавканьем, хрустом и бульканьем. Когда голод был немного утолён, гости всё же вспомнили о приличии. Иван с виноватой улыбкой повернулся к хозяину дома, который с нескрываемым удовольствием наблюдал за гостями.

— Прошу простить, просто с утра маковой росинке во рту не было, — виновато начал оправдываться парень, — а тут всё такое вкусное.

— Да, ладно, Ваня. Что я не понимаю что ли. Может по рюмашке за знакомство, — с надеждой предложил Мартын.

— Не откажусь, — согласился Иван.

— Маланья, — кликнул староста служанку, — попроси у хозяйки по случаю прибытия гостей сливовой наливки, да гляди самой лучшей, — а когда она спешно побежала выполнять задание, обратился к Ивану, — вот видишь как оно получается — женился я, хозяйством оброс, в деревне вес имею, а выпить в собственном доме когда захочется не могу, потому как все запасы спиртного у моей хозяюшки. Пробовал неучтённое в дом пронести, так у неё словно нюх на это дело — везде отыщет, а потом ещё ходит, дуется да к себе не допускает. Так что так и живём по сухому закону.

— Бывает, — согласился Иван, помолчал и задал мучавший его вопрос. — Знаешь, Мартын, не обижайся, но ты как-то не сильно похож на охотника.

— Так ведь не охотник я. А после встречи в лесу с твоим дружком к ружью и вовсе ни разу не притронулся, вообще завязал я с этим.

— Что так? Может совесть проснулась? — съязвил волк.

— А чего ты заводишься? Мы же договорились, что квиты.

— Тебе легко говорить, а мне что с зайцами делать? — возмутился Север.

— С какими зайцами? — не понял Мартын.

— С теми, что тебя завалили.

— Что за бред! Не было такого. Зайцы в принципе были, но потом разбежались. Да и причём они здесь?

— А то ты не знаешь? Что-то с памятью твоей стало? — не унимался Север.

— Так, брек, — оборвал его Иван. — Я вижу у нас тут какие-то несостыковочки нарисовались. Давайте мирно всё выясним. Версию Севера я знаю, поэтому Мартын расскажи, как всё произошло по твоей версии.

— Я тогда только перебрался в эти места. Предложили мне подзаработать, причём деньги не малые. Требовалось от меня раздобыть сорок живых зайцев. Зачем? А шут его ведает. Мне так нужны были деньги, что я лишних вопросов не задавал. Вот только предупредить меня забыли, что здесь по одну сторону обычны лес, а по другую заветный, в котором живут звери разумом наделённые по-человечьи разговаривающие на которых охотиться грех. Придумал я механизм, что бы ловить зверьё не причиняя ему вреда и попёрся в лес, при чём по незнанию именно в заветный. В тот день я за несколько часов практически выполнил заказ, всех пойманных пушистиков я сажал в специально подготовленный фанерный короб. Мне оставалось поймать ещё пару зайцев, но тут, как назло, провалился я в сугроб, причём основательно. Вылез, смотрю, волк, матёрый такой в мою ловушку угодил. Вскинул ружьё своё, прицелился, а его переклинило, не стреляет, и хоть ты тресни. Ну, думаю, всё хана мне. Отступать не куда, думаю, сейчас вырвется зверь и загрызет, вот я на него и кинулся, стал прикладом охаживать. Сам ору, себя значит, подбадриваю, вижу, слабеть мой соперник стал и тут я наверно ему куда-то больно уж сильно заехал. Он как бешеный на меня кинулся, да так что я аж отлетел. Упал я головой на сугроб, а то не сугроб оказался, а пенёк снегом припорошенный. От такого удара я мигом отключился, а когда пришёл в себя, никого рядом не было. Обрадовался я, что жив остался, легкими ранами отделался и решил, что всё больше на зверей охотиться не буду. Вот только заказ выполню, людям же слово дал и предоплату взял. Побрёл я значит к своему коробу зайцами набитому. Думаю не страшно, что двух не хватает, придумаю что-нибудь. Подошел, а в коробе дыра и не одного зайца. Так ни с чем, раненный в деревню тогда и вернулся, довольный, что хоть жив остался.

— А зайцы? — ошалело спросил волк.

— Говорю же — разбежались.

Повисла пауза. Волк недоумённо смотрел то на Мартына, то на Ивана, Мартын то же в замешательстве переводил взгляд с одного на другого, и только Иван сначала загадочно улыбался, а после и вовсе начал ржать, как конь из третьей бригады.

— Вот это махинаторы, — сквозь выступившие от смеха слезы, выдавил он. — Вот это я называю жульничество высокого полёта. Так развести! Ну, Дают! Ох, Сева, ЛОХнесское ты моё чудовище, тебя обули, обманули, провели, да ещё и на счетчик поставили.

— В смысле? — не понял Север.

— До тебя не дошло? Никакие зайцы тебе не помогали. Ты сам, в исступлении, когда не помнил себя от боли, по-научному в состоянии аффекта, кинулся на Мартына. Правильно я говорю, — староста кивнул. — А зайцы прибежали потом, когда вы оба валялись без сознания. Причём все они сбежали от вышеупомянутого Мартына, который отлавливал их на заказ.

— Так они мне наврали? — не мог поверить волк.

— Три меха и коробочку, — подтвердил Иван. — Нет, ну, надо же! Вот это мошенники высшей категории! Когда вернёмся, обязательно самолично отнесу им по сетке моркови и капусты.

— Чур я в доле, — поддержал его староста, который понял комичность ситуации и тоже начал смеяться.

— Так я им ничего не должен? — наконец дошло до Севера.

— Конечно, нет! — Иван хлопнул зверя по спине. — Это они тебе должны. Не отвлеки ты нашего горе-охотника не видать бы им побега, как своих ушей.

— Убью, — тихо сказал волк и решительно направился к выходу.

— Стой, — крикнул ему в след Иван, — ты пока что у меня на службе, а я тебе увольнительную не давал. Сам подумай, скоро ночь на дворе, где ты их искать будешь. Утро вечера мудренее. Торжественно обещаю завтра придумать коварный план мести. Никто не уйдёт от возмездия.

Волк в нерешительности застыл у двери, почесал лапой за ухом и, в конце концов, вернулся к недоеденному свиному окороку.

В дверь тихо постучали, и в комнату вошла Маланья. В её руках был поднос, на котором красовалась бутылочка с наливкой и музыкально побрякивали две стопочки.

— Давай, Маланья, быстрей её сюда, — сказал Мартын с нетерпением потирая руки.

— Хозяйка просила передать, чтобы вы не увлекались.

— Да, ладно Малаша, мы же по чуть-чуть, так для аппетиту.

— Дело ваше, но Наталья Маркеловна, когда шла к себе, скалку прихватила.

— Ох, уж эти бабы! — не выдержал староста. — Иди уже, а то ты нас от серьёзного разговора отвлекаешь.

— Ну-ну, смотрите только, чтобы головушка не болела после таких разговоров. Хозяйка ведь похмелиться не даст, — хмыкнула девка и удалилась.

— Вот же заноза, — буркнул Мартын, разливая наливку по запотевшим рюмашкам. — Ну что? За знакомство! — предложил он и протянул стопку Ивану, затем мигом опрокинул содержимое своей рюмки в рот, закашлялся и блаженно улыбнулся. — Эх, хорошо пошла.

Ивану в данный момент было не до Мартына. После того как он выпил злополучную наливку ему сделалось нехорошо. Казалось глаза съехались в кучу от боли, кроме того казалось, что кто-то с чудовищной силой тянет его за волосы. Он в отчаянии ухватился руками за голову и тут же в страхе их отдёрнул, потому что его рога двигались.

— А-а-а-а-а, Север у меня рога шевелятся, — в панике завопил он.

— Они не шевелятся, они растут, — спокойно заметил волк. — Ты, между прочим сам говорил, что тебя же предупреждали — не пей. А ты как маленький.

Иван собрался с духом и прикоснулся к рогам, действительно они подросли сантиметра на три. Пораженный этим фактом Ваня печально отставил от себя стопку подальше и тихо сказал:

— Извини, Мартын, я — пас, — и только тут парень обратил внимание, что староста сидит как громом поражённый с широко открытыми глазами.

Вдруг Мартын молниеносно протянул руку к бутылке, налил себе не в рюмку, а в стакан и мигом опрокинул наливку в видимо сильно пересохшее горло, шумно выдохнул и произнёс:

— Ну а теперь, мужики, рассказывайте, что это было.

Иван кратко, не вдаваясь в подробности, описал сложившуюся ситуацию, старательно избегая упоминания конкретных имён и мест. Мартын внимательно слушал, не перебивая, по его лицу было видно, что он очень переживает, наверно даже больше чем сам Иван.

— И что же? Теперь ни капли? — сочувственно спросил староста.

— Да хрен с ней, с этой выпивкой. Я же в козла превращаюсь, ты, что не заметил?

— Заметить то заметил, но я грешным делом-то решил, что твоя супружница погуливает. А что? У нас тут такое бывает, как говорится прелюбодеям бой.

— В смысле? Уточни, — попросил Иван.

— Народ раньше и сам измены не одобрял, а после одной истории, будто высшие силы неверных жён и мужей метить стали.

— И что ж у вас тут произошло такое. Уж не Содом ли с Гоморрой вперемешку.

— Опять ты слова какие-то непонятные талдычишь. Здесь всё было ясно и понятно.

Случилось это лет двести назад. Жила в чаще леса колдунья Яга.

— Это которая баба? — уточнил Иван.

— Ну, не дед же. Говорят, первая красавица на всё наше царство- государство была, женихи за ней табунами бегали. А она вроде б ко всем с улыбкой да с приветом, да близко к себе не подпускала, так в девках и ходила. Только однажды посватался к ней могущественный колдун, Кощеем звали. Она сначала ни в какую, но и Кощей не лыком шит, умел впечатление произвести да, и колдовал отменно. Так что хотела Яга того или нет, а случилась меж ними значит любовь. Ходят слуги, что колдун таки её приворожил, вроде как зельем приворотным опоил, но кто тебе правду скажет.

— Это да, — согласился Иван.

— Я себе ещё плесну? А то что-то в горле пересохло, — несмело спросил рассказчик, и с одобрительного кивка гостей уверенно потянулся к бутылке, — Точно не будешь? — уточнил он у Ивана, тот отрицательно замахал головой, тогда Мартын перевёл взгляд на волка, — Может тогда хоть ты компанию составишь, а то что я один, как пьянь подзаборная?

Если бы волк мог, то покрутил бы лапой у виска, но так как он был выше этого, то обошелся выразительным взглядом по поводу умственных способностей хозяина дома.

— А что я? — смутился от немого укора Мартын. — Я ж от всей души.

— Ты от всей души лучше не отвлекайся, — передразнил его волк, — очень уж узнать хочется чем дело закончилось.

— На чем это я остановился? — сам у себя спросил хмелеющий на глазах Мартын, — Ах, да! Так вот. Дело уже к свадьбе шло, Кощей в своей невесте души не чаял (хотя и поговаривают, что гад был последний, но как говориться любви злодеи все покорны). Не знаю, что там точно вышло, но пришлось Кощею срочно по делам уехать. Не хотел он невесту без присмотра оставлять, да пришлось. Вернулся он через пол года, а тут здрасте-мордасти баба Настя где прилечь, свято место пусто не бывает. Короче застукал он её с полюбовником, который оказался (кто бы мог подумать) её собственным домовым Василием. Кощей осерчал и сначала хотел убить обоих, но потом решил отомстить более изощренно. Ягу он лишил её красоты, превратив в безобразную старуху, а домового превратил в чёрного кота, мол, живите смотрите друг на друга, а вместе вам не быть.

— И что с того? Тоже мне, отомстил…ты же сам говоришь, что Яга была колдуньей, что ей стоило себя и любимого расколдовать?

— Теоретически-то да, а вот практически… Кощей-то не дурак, он изгнал её из заветного леса, в котором она силы черпала, без права на возвращение. А порвав связь с лесом, лишил возможности колдовать. Может быть, и сейчас она томиться где-то в ссылке вместе со своим учёным котом и строит планы мести это уж никому не известно. Если честно, то я даже не могу сказать, правда это или ложь, но только говорят, что именно после этих событий у тех, кто прелюбодействует сами собой конфузы с внешностью случаться стали.

— Поучительная история, — подытожил Иван. — Вот только я никак в толк не возьму, почему у вас животные есть разумные, а есть обычные? Это что у одних есть порочащие страницы в биографии, а у других нет что ли?

— Да нет! Ты не понял. Наказание распространяется только на людей. А звери говорящие и лес заветный, который волшебный, это именно то место где колдунья Яга жила, её так сказать наследие, привет неблагодарным потомкам, — сказал Мартын и зевнул шире приклада. — Нет, братцы вы как хотите, а я спать. Насчёт комнат ваших я давно распорядился, — затем он встал и пошатываясь направился к выходу, опрокинув по дороге стул, на котором сидел, у двери Мартын тряхнул головой, расправил широкие плечи и уже никто не мог бы утверждать что этот человек изрядно выпимши, на удивлённые взгляды гостей он усмехнулся. — Опыт, а что делать, хозяюшка моя сильно строгая и скалкой владеет в совершенстве.

Иван и Север остались одни, посовещались и решили тоже идти спать, отложив планёрку на утро.

*****

Утро было светлым и радостным. Иван бодро встал с огромной кровати и потянулся. Первый раз он спал так сладко и не мог понять, толи это природа так действует толи перина на лебяжьем пуху. Оставив эту дилемму не решённой, он поспешил спуститься вниз во двор для водных процедур. Там его уже ждали волк и Мартын. Довольное лицо хозяина украшал приличный бланш переливавшийся при свете дня всеми цветами радуги.

— Утро доброе, — поприветствовал Иван присутствующих. — А что это Мартын с тобой случилось? Пол медленно поднимался и больно бил по лицу?

— Да нет! — хохотнул староста, — это супружница моя приложилась.

— А как же хвалёный опыт?

— Опыт опытом, так ведь и она ж со мной не первый день живёт, на мелочи меня поймала, когда я воду не из графина, а из вазы с цветами попил. Вы не подумайте, она меня не из-за выпивки так приласкала, а за то, что я ей соврать пытался.

— Знаешь, я убеждённый холостяк и, глядя на тебя, убеждаюсь, что мой выбор верен.

— Мужики может, хватит трепаться, — вставил своё слово волк, — мы должны были отправиться в дорогу ещё на рассвете. Ваня, мы отстаём от утверждённого графика.

— Да, ладно, успеется.

— А напомните-ка мне, куда вы так спешите, а тоя того, запамятовал.

— К Елене Прекрасной.

— Ах, да-да, припоминаю, — Мартын глянул на Ивана с нескрываемой завистью, — Бог в помощь. А она вам ой как понадобиться.

— Что всё так запущено? Или ты просто нам завидуешь?

— И то и другое. С одной сторону конечно охота на красу неземную посмотреть, а с другой, говорят никто из тех, кто к Елене в работники нанимался, нормальным не вернулся.

— А что с ними случилось? — насторожился Иван.

— Ну, как сказать…очумелые они какие-то, будто их поднять подняли, а вот разбудить забыли. Есть ещё одно странное обстоятельство, на женщин они даже не глядят, будто бабы не кровь с молоком, а так пустое место.

— Дела…правду говорят значит, что красота страшная сила, а только деваться нам некуда, — сказал Иван и добавил, — танкисты знают только слово "ВПЕРЁД!" назад ни шагу. Спасибо, Мартын, за хлеб соль, за крышу над головой, за слово доброе, да только почивать нам здесь с тобой не досуг, пора в дорогу отправляться.

— Ой-ли, — хитро прищурился староста, — а ты, Ванюша, часом ничего не забыл?

— Нет. А что не так? — не понял Иван.

Повисла неловкая пауза, Мартын с надеждой смотрел на Ивана, но тот только пожимал плечами. Тогда староста поднялся и отправился в сторону хозяйственных пристроек, там постоял, почесал затылок, кликнул уже известную всей честной компании Маланью, отдал её какое-то приказанье и, как только девка рванула обратно в дом, вернулся к своим гостям.

— Сейчас я тебе память-то подновлю, — усмехнулся мужик и многообещающе подмигнул, — а то ишь ты чего удумал. Сам к Елене под крылышко, а мне расхлебывай? Нет уж, нам чужого не надо, так что получите — распишитесь. Прошу заметить в целости и сохранности.

Мартына веселило то, что Иван с волком никак не могли взять в толк, о чём же это он. Поэтому староста всячески нагнетал обстановку подколками и смешками. Только когда хозяин дома хлопнул опешившего Ивана по плечу и указал на странную группу людей, двигавшуюся от пристроек в их направлении, до парня дошло, что же всё-таки здесь происходит.

От большого сарая под конвоем из трёх человек вели зелёную от злости Машу, замыкала процессию все та же Маланья с метлой наголо. Маша была явно не в духе, не способствовал хорошему настроению и тот факт, что её руки крепко накрепко были связаны за спиной. Девушку подвели к Ивану.

— Предатель, — прошипела она и отвернулась.

— Забыл про сестренку-то, а ещё брат называется, — вставила своих пять копеек Маланья, — хотя с таким характером как у этой девицы это не удивительно. Только уж вы Ванюша в следующий раз, уж если сильно допечёт, её где-нибудь в лесу дремучем оставьте, а то негоже такую пакость людям делать. Мы же вам ничего плохого не сделали.

— Не брат он мне, — зло сплюнула Маша.

— Не слушайте её, это она обиделась на меня, — сказал Иван и подошёл к Маше поближе, — сестрица, давай не будем ссориться, — с нажимом произнес он и заговорщицки подмигнул, — зачем выносить ссор из избы.

— Отойди от меня, предатель. Видали мы таких братьев. Люди, опомнитесь! Мы вообще не родственники, — продолжила упираться Маша.

— Нет. Ну, ты глянь на неё. От родного брата из-за ерунды отказывается, — возмутилась Малаша. — У нас бы за такое поведение ей бы давно показали, где раки зимуют.

— А и то правда! Так уж и быть оставь-ка нам сестрицу свою на воспитание, — весело блеснул глазами Мартын. — К твоему возвращению, как шёлковая будет, если вернешься, конечно, а не вернёшься, замуж выдадим.

— А вас это не затруднит, — с надеждой спросил Иван, надеясь таким образом на время избавиться от неожиданно объявившегося балласта.

— Чулан свободен, работы в поле валом — нам лишние руки в хозяйстве за радость.

— Ни за что, — взвилась Маша, — я не скотина в сарае жить и на хозяев пахать.

— А тебя не спрашивают. Если брат решит тебя на воспитание оставить, так тому и быть. Не хочешь спать в сарае, хорошо, будешь спать на улице. А любовь к труду, говорят, очень хорошо вожжи прививают.

Маша запнулась, как-то сникла и обратилась к Ивану:

— Ладно, братик, уговорил я иду с тобой.

— А вот поздно, я тебя не беру. Тут из тебя обещают человека сделать, а Мартыну я как себе верю.

— Ванюша, миленький не оставляй меня здесь, — взмолилась Маша, вся её спесь куда-то пропала и она стала напоминать маленькую девочку упрашивающую родителей взять её с собой, — я больше не буду, я стану тебя слушаться. Ну, пожалуйста!!! Не оставляй меня здесь.

— Поздно, — сказал Иван и на какую-то долю секунды засомневался, правильно ли он поступает, но отмёл сомнения крепкой мужской рукой и повторил, — поздно. На обратном пути я за тобой зайду. Мартын, я тебе доверяю самое дорогое, цени оказанное мной великое доверие. Постарайся шкуру не сильно портить.

— Будет сделано в наилучшем виде, не изволь волноваться, — согласился Мартын и обратился к почётному караулу, — отведите девку на кухню и покормите, а потом нагрузите работой, чтобы всякая дурь в голову не лезла.

Маша упиралась и ругалась так грязно, что у местного населения уши пылали аки маки. Кроме того Ивану была обещана скорая неминуемая и очень жестокая расправа. Единственным, кто безучастно наблюдал за сольным выступлением девушки, оказался Мартын. Он внимательно слушал и улыбался в наиболее красочных местах, а потом просто сказал:

— Маланья, наша гостья, видимо, не голодна, так что можешь её не кормить, а вот работку подбери для неё такую же грязную, как её язык.

Эффект был потрясающий, Маша тут же замолчала. И только её взгляд продолжал красноречивее любых слов обещать всем немалые неприятности.

Машу всё-таки увели, а Иван, Мартын и волк отправились в дом. Наскоро позавтракав, Иван и его верный волк стали собираться в дорогу, поблагодарили старосту за всё и немедля отправились в путь.

Погода выдалась на диво прекрасная. Солнце нежно поглаживала проснувшуюся землю, которая словно затаив дыхание наблюдала за одинокими путниками, выдавая себя только лёгкими порывами дыханья-ветра. Уже через несколько часов пути Иван потребовал привал для детального анализа припасов выданных хозяйственной Маланьей и заодно для летучей планерки по разбору сложившейся ситуации. Как раз вскоре им подвернулась подходящая для привала полянка, на которой они и разбили временный лагерь. Не успел Иван извлечь из своего рюкзака кусок сала и рыбный пирог, как на полянку с диким визгом выбежала чумазая как чёрт Маша. Она выхватила у опешившего парня пирог и уселась напротив. Девушка в считанные секунды расправилась с сим кулинарным шедевром, отряхнула руки от крошек и с самым невинным выражением чумазого лица уставилась на Ивана.

— Ну? — поняв, что пауза затягивается, спросила Маша.

— Что ну? — отозвался, наконец пришедший в себя Иван.

— А вы часом не родственнички? — подытожил волк.

— Куда мы идём? — уже в наглую спросила девушка.

— Мы с Севером идём к Елене Прекрасной, а вот куда идешь ты, деточка, так это только Богу известно, — сказал Ваня.

— Мне кажется, что ты преувеличиваешь его возможности, — заметил Север.

— Ой, а кто это тут такой умный нарисовался? — вспыхнула Маша, а затем задумчиво добавила. — Кстати у меня дома шуба волчья, так на ней воротник обновить требуется, ты, серенький, по цвету как раз подходишь. Ещё вопросы есть?

Волк сразу захлопнул пасть и пересел к Ивану поближе, как говориться от греха подальше.

— Вопросов нет, — ответил за него Иван. — Перекусила, так давай, как говориться "В добрый путь".

— Я никуда без вас не пойду.

— Хорошо, тогда уйдём мы, а ты оставайся.

— Я всё равно пойду за вами.

— А ты морские узлы развязывать умеешь? — ни к селу, ни к городу поинтересовался Иван.

— Нет… — удивлённо протянула Маша.

— Тогда вряд ли ты будешь нас преследовать, — буркнул Иван, деловито доставая из рюкзака моток верёвки, — эх, хороша верёвка, но для тебя Маша, заметь, мне ничего не жалко.

— Ну, Ваня, ну, пожалуйста! Ну, возьми меня, — Иван так многозначительно поднял бровь, что Маша покраснела как раки и суетливо пояснила, — с собой.

— Ваня, не надо, — застонал волк, — я хвостом и тем, что под ним чую, намучаемся мы с этой непутью.

— Серенький, для твоего здоровья лучше не лезть туда, куда собака нос не сунет, — начала было Маша, но опомнилась и поменяв тон на приторно сладкий продолжила, — А вообще-то может быть ты и прав, но я очень люблю животных и на тебя не в обиде, а на счет шубы я пошутила и вообще я очень хорошо готовлю.

Иван с улыбкой наблюдал, как Маша, хотя и безрезультатно, пытается подлизаться к волку. На какой-то момент даже сердце парня дрогнуло, но Север в этом вопросе оказался кремень и жёстко гнул свою политику, основанную на том, что таким, как Маша не место в тесных рядах путешественников. Поняв, что волка проще задушить, чем с ним договориться, девушка снова вспомнила о существование Ивана.

— Ваня, миленький, возьми меня с собой я буду послушной, — затараторила она, — хочешь, я рюкзак нести буду, готовить для вас, стирать? Или хочешь, я молчать буду?

— Нет, Маша, надо было раньше думать! Когда в дупло сигала. На что ты вообще рассчитывала? На доброго глупого дядю, который всё тебе на подносе принесёт со словами " Сделайте милость, Марья Батьковна, уважьте, не побрезгуйте. Спасибо, что зашли на огонёк"! Так сама видишь, нету здесь таких, поэтому можешь со спокойной душой возвращаться домой к маме.

Выслушав эту тираду Маша последний раз глянула на Ивана и, не заметив в нем ни капельки сочувствия и даже намёка на него, без объявления войны пустила в ход самое мощное оружие — она разрыдалась горько и безнадёжно. Её расчет оказался верным, Иван, как и большинство мужчин, не мог без содрогания сердца смотреть на плачущую девушку, даже такую вредную. В итоге для предотвращения повторного всемирного потопа Ивану пришлось пойти на мировую и разрешить Маше идти с ними, причём без каких-либо условий. Кроме того ему пришлось обнять её и ласково гладить по голове пока всхлипы и причитания на тему "я никудышная никому не нужная" не прекратились, сменившись обиженным сопением и довольным хлюпаньем. Волк молча сидел в сторонке, время от времени вздыхая, ему уже давно стало понятно, что так просто от этой аферистки они не отделаются.

— Может, всё-таки перекусим, — предложил Север.

— Я не против, — моментально отозвалась Маша и плотоядно уставилась на рюкзак, в котором таилась еда. — Есть охота, аж переночевать негде! Это же вы барствовали, плюшками со старостой баловались, а меня эти сволочи ни вчера, ни сегодня не покормили, а это шок для молодого растущего организма.

— Кушай, кушай деточка, поправляйся, — поддел её Иван в надежде спасти хоть какую-то часть провизии, но видимо мысли о стройности фигуры были от Маши так же далеки, как надежды Ивана спокойно обсудить с напарником план действий.

— Можно не скромный вопрос? — подал голос Волк.

— Валяй, кстати, забыла тебе представится, я Маса, — прошамкала набитым ртом девушка и протянула руку.

— Север, — ответил волк, помедлил и из чувства самосохранения всё-таки подал Маше лапу.

— Ну, это знаешь как-то чересчур официально, я же не требую, чтобы вы меня звали Марья Алексеевна, так что буду тебя звать Сева. И красиво и по-домашнему.

Волк просто потерял дар речи от такой наглости.

— Так что ты узнать-то хотел, Сева? — уточнила девушка.

— Мартын и его домашние, они того?…

— Чего того? — не поняла Маша.

— Они живы?

— А что с ними? — встревожилась барышня.

— Ну как что? Ты здесь, а они тебя на перевоспитание приняли, — пояснил Сева.

— А ты в этом смысле. Не волнуйтесь, сбежала я. При чем свалила тихо мирно без жертв среди мирного и не очень мирного населения. Хотя пакость за столь "радушный" прием я напоследок им сделала.

— А можно узнать, что ты учудила, так для общего развития? — спросил Иван.

— Точнее чтобы знать, что нас ждёт, — подытожил волк.

— Ну, скажем так, я развернула партизанскую войну там, куда меня определили на исправительные, по их словам, работы. А самым почётным и воспитательным, по их мнению, для меня было очистка свинарника. К нему подходишь, уже глаза режет, а они меня впихнули внутрь, изверги. Но они не поняли с кем связались — теперь добротный слой навоза покрывает не только весь двор, но и часть строений, а так как меня отказались кормить, пришлось сделать диверсионную вылазку на кухню.

— И? — заинтересованно протянул Иван.

— И теперь у них компот с добавлением натуральных очисток, щи с вареньем, а жаркое с повышенным содержанием перца и соли.

— Ну, ты, мать, и жестока!

— А нечего было меня голодом морить и обзываться. Я молчу про то, что некоторые ещё и руки распускать пытались.

— И как у этих несчастных со здоровьем? — уточнил Север.

— Не жалуются.

— Да ты что? — усомнился волк.

— Потому что не могут, — высказал свою догадку Иван.

— Ага, — скромно кивнула Маша, — у одного челюсть сломана, а у другого зубов не хватает.

— Давайте все-таки обсудим положение наших дел, — сменил Север неприятную тему.

— А что тут обсуждать. Доберёмся до места, заявимся к Елене, там всё видно и будет. Всё равно информации у нас мизер, а играть в угадайки не мой профиль, — заявил Иван.

— Давай хоть обязанности распределим, кто за что отвечает, — предложил волк.

— Зачем это ещё? Ты что забыл? У нас вон волонтёр объявился, который добровольно взял на себя все хозяйственные хлопоты.

Волк вплотную приблизился к Ивану, опасливо оглянулся на Машу, и прошептал:

— Ваня, а ты уверен, что оно того стоит. Если она так с Мартыном, то чем мы лучше. Я вообще боюсь, как бы она нам слабительного в еду не подмешала, если ей что-нибудь в нашем поведении не понравится.

Иван только отмахнулся и ещё раз посмотрел на девушку, которая словно сама скромность сидела на том же месте, ни словом ни звуком не выдавая своего присутствия. Интуиция подсказывала, что внешность чаще всего обманчива, но, как говориться, деваться с подводной лодки было некуда. Остальное время на привале прошло в тишине. Маша отвернулась и о чём-то усиленно думала, а Иван и Сева обмениваясь многозначительными взглядами, доедали то, что не успела уничтожить девушка. После трапезы Иван аккуратно собрал вещи в рюкзак и подтолкнул его в сторону Маши. Встал и неторопливо побрёл в лес.

— Эй, ты куда? — услышал он удивлённый крик девушки.

— Как куда? В путь-дорогу, к Елене Прекрасной. Ты что забыла?

— А рюкзак?

— А рюкзак понесешь ты, или уже забыла, что обещала всё за нас делать, окружить комфортом и уютом.

Удивление в глазах Маши сменилось возмущением, а потом, фыркнув что-то вроде "Ну и мужик нынче пошёл, а что вы хотите плохая экология" не моргнув глазом, взвалила сию нелёгкую ношу на свои хрупкие плечи и независимо проследовала за Иваном.

****

Яга вошла в комнату и обалдела от представшей пред её светлые очи картины. На столе стоял только что принесённый ею из ремонта хрустальный шар, перед ним сидел весьма загадочный кот. На его мордочке было две явно лишних вещи: загадочная улыбка и смешные очки с разноцветными стёклами.

— Ты что сдурел? — уперев руки в бока, грозно уточнила колдунья.

— Что тебе от меня надо? — простонал застигнутый врасплох кот.

— Ты зачем, гад, мои очки испортил да на свою морду наглую напялил?

— Тю…темнота некультурная это ж я 3D делаю.

— Какое 3D, пакостник? Ты ж в жизни, кроме гадости, ничего толкового сделать не можешь.

— Давай не будем переходить на личности. Ничто и никто не испортит мне сейчас настроение, а ты тёмная женщина приготовься увидеть торжество науки. Что стоишь столбом? Давай запускай шар, я готов погрузиться в наш мир с головой.

— По-моему ты уже головой погрузился только не туда куда надо. Пойду-ка проверю запасы валерьянки.

— Иди-иди, только время зря потеряешь — не пил я! — завопил возмущенный кот. — Хочешь хукну?

— Нет уж, спасибо. Освободи моё место, время сеанса близиться.

— Дудки, просто так я не уйду.

— Вася, ты забыл, что у тебя не та весовая категория, чтобы спорить со мной?

— Яга ну пожалуйста!!!! Плиз-з-з! Позволь мне хоть виртуально побыть на Родине, истосковался я.

— Ты думаешь, мне легко? Ну да ладно сиди, хоть десять очков напяль, только не нуди.

Кот облегченно вздохнул и довольный своей маленькой победой подвинулся, давая ведьме удобно усесться на кресле. Сделав пару лёгких пассов Яга активизировала магический шар. Шар защелкал, подпрыгнул на месте и, где-то в глубине его, появилось изображение. Иван, волк и Маша весело переругиваясь, топали по тропинке.

— Опять она, вот же огонь-девка. Слышь, Вась, — кот не ответил, только огорчённо засопел. — Вася, ты чего? Ты что действительно попал благодаря очкам в наш лес? — всплеснула руками Яга.

— Нет, — тихо ответил кот, и скупая кошачья слеза скатилась по грустной мордочке, а после смачно плюхнулась на стол. — Никуда я не попал.

— А как же твои чудо-очки?

— Не работают! — в отчаянии воскликнул кот, затем задумался и уже спокойно добавил. — Наверно есть какая-то недоработка, хотя по телевизору они выглядели именно так. Может надо какие-то волшебные слова сказать типа сим-солобим или сяськи-маляськи?

— Вася, не майся дурью! Если всё пойдет по плану, то мы скоро сможем вернуться домой!

— А я хочу сейчас!

— Иди к себе в комнату и хоти сколько тебе угодно, а теперь не мешай мне работать!

— Тоже мне работница и крестьянка. У меня может быть крах надежд. Может быть, у меня нет больше цели в жизни.

— Хватит молоть чепуху, балабол. Пока ты рвешь в отчаянии шерсть на спине и посыпаешь голову пеплом, мне в голову пришла отличная идея. Раз Маша каким-то образом втёрлась в доверие к Ивану, почему бы нам этим не воспользоваться. Ведь на самом деле я не знаю, как избавить Ваню от его козлиных прелестей, не я чары наложила не мне их и снимать, а вот с Машей всё намного проще. Я же тебе говорила, что её проблема надуманна, так что мне и делать ничего не придется. Просто сделаю умное лицо и отправлю её на перекрёсток в полнолунье, а потом дам выпить "заговорённой воды" из-под крана. И всё, мы в расчете.

— Я всегда знал, что ты коварна, — влюблённо промурлыкал кот, — но я пока не понял, к чему ты ведёшь.

— Как к чему мой глупыш? — довольная Яга потёрла в нетерпении руки. — Маша в заветном лесу. Так?

— Так, — согласился кот.

— Мы ей дали заданье принести воду. Так?

— Так.

— Вот пусть именно она водицу и принесёт, а Ивана пусть оставит в лесу. Этому сказочному персонажу там как раз самое место.

— План хорош. Вот только как ты заставишь Машу так поступить. Она конечно не подарок, но до такой подлости не додумается ведь, по сути, она хорошая и добрая девочка.

— А мы тут на что? Безусловно, сама она на это не пойдет, но ведь её можно грамотно подтолкнуть к этому, запутать, обмануть, наконец. Сделать видимость, что это Иван хочет её кинуть и использовать для осуществления своих планов.

— Хорошо придумано, вот только как ты это сделаешь?

— А ты ещё не догадался? Во сне конечно! Я приснюсь Маше и внушу ей, что Ваня её обманывает, а потом оставлю инструкции как себя, если что вести.

— Приснишься? — не поверил кот.

— А то! Васюша, ты что забыл? Я же телепат.

— Ну, то, что нервы другим телепать ты любишь я и раньше знал, а вот, что во сны к добропорядочным гражданам вламываться умеешь это для меня сюрприз.

— Должна ж быть в женщине какая-то загадка.

Яга ещё раз внимательно посмотрела на изображение транслируемое шаром, затем усмехнулась и шутливо щёлкнула пальцами по лицу девушки.

— До ночи Маша. Думаю, она не будет для тебя спокойной.