Генерал стоял у окна, созерцая привычную картину: мерное движение машин по площади, аккуратные притягательные витрины Центрального Детского Мира, сам вход в него, такой сегодня красивый и блистающий, даже слишком – отпугивающий простой люд! Недаром совсем мало посетителей входит туда – сделали из бывшего когда-то народным магазина музей, где редкие посетители глазеют на чудесные детские вещички, доступные лишь избранным. Хотя народ там всегда есть, и ведь покупают наверняка! – Вам почта, генерал! – адъютант вернул его мысли в кабинет. – Ну что там еще у них? – беззлобно подумал, не дадут спокойно пожить, все время чего-нибудь случается. И начинается обычно с таких вот невинных «вам почта». Вскрыл досье и углубился в бумаги. Попытка террористического акта, захват заложников – все это, конечно, интересно для них там, в Греции, но причем здесь мы? Ах, вот оно в чем дело – предполагаемый выход на террориста №5 из спецсписка. Да к тому ж один из то ли заложников, то ли подручных террористов – наша гражданка, Наталья Дубова. В связи с этим предлагали сотрудничество. Поднял трубку: – Витя, зайди.

Полковник Виктор Палыч был матерым спецом, просто созданным решать головоломные задачи. Это дело как раз для него и его ребят, у них свой счет к номеру пятому. К тому же после прошлого тяжелого задания обещал подкинуть в следующий раз что-нибудь европейского, надоело ребятам, понимаешь, из джунглей в снега окунаться, захотели курортного. – Передаю тебе этот пакет, проработай и доложи. Пары часов, думаю, хватит! Загорелый поджарый полковник взял пакет, прищёлкнув каблуками: – Так точно, генерал! – Прекрати паясничать, иди работай, – отправил его.

Через два часа слушал Виктора и его ребят. Самый молодой, в очках, из новой плеяды умных и обученных, вставил в проигрыватель кассету и начал доклад, комментируя происходящее на экране: – Телепроект «Здоровье в борьбе» стартовал двадцатого апреля в Греции. Набрали более двухсот желающих участвовать. На первом этапе была жесткая борьба за выход в финал. Все это могли видеть зрители на платном канале о здоровье. Рейтинг канала возрос геометрически, глядя на такую популярность, программу закупили и другие каналы. Помните, как у нас первую программу «За стеклом» вся страна смотрела, хоть и ругались на нее. И здесь то же. Организаторы сами не ожидали, похоже, такого успеха. Еще и поэтому такой резонанс вызвало случившееся там ЧП. Участвовала и наша гражданка Н.Д., непонятно каким образом попав туда, ведь в Россию они не делали рекламу и не набирали контингент, данный факт заставляет думать, что она, возможно, пособница террористов. Вот она – вполне ничего смотрится, кстати! Правда, немного толстовата, да растрепана и неуклюжа, на мой вкус. – Без идиотских комментариев, молодой человек! – оборвал его Виктор. – Женщина как женщина, нечего обижать. Смотри, как яблоки крутит, попробуй повторить! – Продолжаю, – веселился очкарик. – Свой выход в основную сетку проекта она заработала этим подъемом в гору, было там такое испытание. Вот смотрите, эти кадры много крутили у них – стучит по столу, пить хочет, а это, по-видимому, ее подружка – водой одаривает. Здесь они исчезли с виду – полезли вверх по бездорожью. А вот самое эффектное – наша бежит, а те за нею, и наша всех сделала! Ура русским женщинам! – Не похожа она на террористку, – задумчиво протянул генерал. В молчании досмотрели краткую подборку материалов. – Как это у женщин получается – из бабы Яги в ничего-себе женщину за месяц обратитьс?. – продолжал очкарик. – Здесь только самое интересное, если надо, достану подробности.

Он вынул кассету и выжидающе посмотрел на остальных. – Ты просмотри сам, увидишь что дельное – доложишь. Где она была, когда всех захватили? Что за выходка с бутылками? – Ну это понятно, – насупился молодой. – Ей надо было сообщить о бомбе. Если б не она, бомба бы сработала и похоронила многих. Наверное, затаилась где-нибудь и услышала случайно разговоры террористов. – Ну конечно, так ей и сказали. Никто не знал, а она узнала. Случайно. А может, ее специально направили террористы, чтоб отвлечь внимание: взрывать и не думали, целью было украсть богатых заложников. – Может и так. Разберемся! – Виктор кивнул белобрысому крепышу. – Теперь ты, Олег, доложи. – Данная мадам родом из Таллина, закончила ЛГУ, физик по специальности, по распределению попала во Фрянино, где и проживала до сих пор. Замужем, двое детей, работает на оборонном предприятии, где делают ракеты. Здесь ничего перспективного для нас, все чисто, – предупредил вопрос генерала, аж взвившегося при словах «ракеты». Жила тихо, детей хороших вырастила, ни в чем не была замечена. По работе характеризуется положительно, грамотный ведущий инженер теоретического отдела. Где она провела два месяца, никто не знает – на работе сказали, что в отпуске, а муж утверждает, что уехала отдыхать в пансионат от работы, потом выиграла круиз вокруг Европы, где сейчас и пребывает. Видимо, она от всех скрыла, куда уехала. – Это тоже не в ее пользу, – Виктор покачал головой. – Навязали дамочку на нашу голову. Итак, что имеем. Первое – предотвращен взрыв. Три бомбы обезврежены, причем получается, что благодаря этой даме и своевременному звонку их человека смогли найти все бомбы. Опоздай на час, взрыв был бы неминуем, за ним обвал и черт знает что еще. Кстати, и мобильник подкинула она. Непонятно здесь, или это такие наши женщины умницы, или она играет в обойме с террористами, или кто-то один из террористов направил ее, испугавшись в последний момент. Второе – трое охранников и по совместительству киношных бандитов убито, похищено шестеро игроков. Из них пятеро весьма небедных людей и наша гражданка, явно не богатая, а скорее наоборот. С родственниками всех пятерых связались террористы и требуют выкуп. Богатые и влиятельные люди из четырех стран мира обеспокоены и давят на свои правительства. Пока счета их заблокированы, но придется, похоже, уступить требованиям. Это их дело, впрочем, здесь нас не спрашивают. И третье – по некоторым сведениям, в районе Греции сейчас находится террорист №5, наш знакомый Пятый, – на экране возник портрет интеллигентного неприметного мужчины. – Наши коллеги подозревают, что это его рук дело. Зная, что с этим ублюдком у нас свои счеты и мы не успокоимся, пока не достанем его, нам предложили сотрудничество. В любой момент нас могут пригласить участвовать в захвате. – Да уж, куда они без Вас, – поддакнул генерал.- Продолжайте копать дальше. Само собой, готовность номер один для группы захвата. Все свободны.

– Оль, переведи мне, здесь какое-то странное письмо пришло по Итернету, – попросил лейтенант у молоденького с хвостиком старлея. Сегодня было их очередное дежурство, непыльная работка – сиди себе на телефоне, отслеживай приходящие в контору звонки да читай почту. Ольга перевела вслух – и они посмотрели друг на друга. Что в этот раз – очередной бред сумасшедшей? В 90 % случаев так и бывало. Но чем черт не шутит, лучше перебдеть, чем недобдеть – и с молчаливого согласия Ольги лейтенант провел работу по установке местонахождения автора. Результат впечатлил, и быстро распечатав необходимое, он направил рапорт наверх.

Виктор Палыч вчитался в принесенный только что рапорт. Неужели повезло на этот раз? Или опять игра противника? И, сделав пару звонков, поспешил к генералу. – Допустим, все это правда. Ваши действия? – потер виски уставший генерал. – Немедленно выслать на тот остров нашего человека, разыскать ее и все выяснить, показать фото Пятого и его помощников. Пробить наш контингент по Греции на предмет установления личностей русских. Чем черт не шутит, вдруг Пятый там? – А если это ловушка? – Непохоже. Ее почтовый ящик, откуда пришло письмо, был уничтожен уже через час. Мы чудом успели вообще засечь его – хорошо сработали операторы по входу. Да и что мы теряем, если все это неправда? – Кого планируешь послать? – Есть одна мысль, но нужна ваша помощь.

Борька тоскливо сидел на лекции, конспектируя вслед за нудным полковником. Тоска! За окном лето начинается, а они здесь дожевывают эту бредовую криптографию. Скорее бы уж экзамены, в самом деле, потом краткий практикум – и каникулы! Прошлые годы пришлось «отдыхать» на сборах, где их гоняли, как щенков, наконец-то в этот раз родная Академия ФСБ даст им отдохнуть, как нормальным людям. – Алехин! – Борька аж подскочил, так задумался, что пропустил момент появления адъютанта. – Вас требует к себе Ректор! Строевым шагом он вышел из класса, провожаемый сочувствующими взглядами друзей. – - Что это? Как это? Почему я? – метались мысли. Еле поспевая за молчаливым и недоступным адъютантом, Борька пытался понять, в чем провинился. Неужели засекли последний выход на гражданку? – Курсант Алехин прибыл! – звонкий голос разорвал покой кабинета Ректора. – Вам желает задать вопросы генерал ФСБ, курсант, будьте добры, ответьте вот по этому телефону, – и Ректор передал трубку Борьке. – Курсант Алехин у телефона! – громко бросил в трубку. – Борис, вам знакома такая Дубова Наталья? – услышал мягкий отеческий голос в трубке. Растерялся сначала, не мог понять, о чем его спросили. Дубова, что-то знакомое… Ну конечно! – Я знаю Дубову Яну, мы с ней учились в одном классе с первого по третий и с десятого по одиннадцатый! – отрапортовал четко. – А вот Наталью что-то не припоминаю. – Посмотрите внимательно на фото, которое вам сейчас покажут на экране.

Борька перевел взгляд на дисплей компьютера, расположенный здесь же, на столе. – Это же мать Яны! – Вы уверены, курсант? – Так точно! – А она тебя знает? – Конечно, мы в одном доме живем к тому же. – Ты уверен, что мать Яны узнает тебя в любом месте и любой одежде? – Да. Как и я ее. – Благодарю, курсант, это все.

Борька растерянно передал трубку Ректору. Во что вляпались Дубовы, что ими заинтересовались на таком уровне? Ну Янка ладно, такая непоседа, во все влипающая, хоть и отличница, но такая растяпа, а вот ее строгая благообразная мамаша то причем?

Ректор между тем продолжал разговор с невидимым генералом – в основном поддакивал. Наконец положил трубку и обратился к Борьке, но уже не как начальник, а как равный, офицер к офицеру. – Возникла необходимость Вашего присутствия на одном задании. Это не учебное, Борис, задание, а настоящее боевое. Подумайте и решите, согласны ли Вы участвовать, можете отказаться, как курсант. Если согласны, то через минуту будете в машине, Вас отвезут к генералу. Он введет в курс происходящего. – Конечно согласен! – чуть не задохнулся от счастья курсант. Вот оно, дело, ради этого и поступал сюда, и мучился с этой нудной учебой! – Зачтем вам это задание как практику, если справитесь, конечно, – подбодрил Ректор. – Не запятнайте честь нашей Академии, курсант! Удачи!

Так Борька оказался втянут в тот клубок событий.

В полдень выползла из дома – кости поразмять да сорвать винограду, напитать наши мозги. Когда потянулась за веткой, услышала вдруг тихое «тетя Наташа!». Мое тело среагировало мгновенно – я шлепнулась в колючие кусты. Тут ветки раздвинулись и показалась краснощекая, молодая и чем-то мне знакомая физиономия. Вгляделась внимательнее – Борька! Парень из нашего дома, с Янкой в одном классе учился! Ой, он же в Академию ФСБ поступил! Неужели это от них? Борька помог мне подняться, непрерывно извиняясь, что напугал. – Мы получили Ваше письмо. Меня прислали для связи с Вами. – Ну обрадовал! – Как ты меня нашел? – Проследил за мальчишкой, он прямо вокруг моей гостиницы вчера кружил. Я тут всю ночь за домом слежу, наконец на вас вышел, – говорит, а сам довольный донельзя. – Ладно, пошли в дом, познакомлю кое с кем. – Нет, нельзя! Я приду вечером, и не один – многозначительно добавил он.

Это хорошо, собирается неплохая компания. Борис мне всегда нравился, хороший без выкидонов парень, звезд с неба не хватал, но всегда упорно учился, сам решал задачи, не списывал, я таких уважаю. К тому ж был самым сильным, ловким и быстрым из их класса. По негласному рейтингу среди моей физмат молодежи его Академия была на третьем месте, после МГУ и Физтеха. Поступить туда, на факультеты, связанные с информатикой-математикой-физикой, было престижно и непросто – там кроме всего прочего требовалось недюжинное здоровье и крепкое спортивное тело.

К вечеру Борька привел белобрысого крепкого парня, представившегося Олегом, с виду совсем молодого, но глаза… Как у много пережившего и знающего то, чего другим лучше не знать. Хоть он и был намного моложе меня, но сразу было ясно, кто лучше разбирается в жизни. Поговорив с нами, показал фотки. Джон признал мужика, привезшего их на яхту, я подтвердила. Потом долго вглядывалась в оставшиеся и, наконец, указала на две из них: – Вот этот тогда сидел в пункте управления. Но он молчал, я еще подумала, что это шестерка. А вот этот, с рыбьими глазами, меня допрашивал, я так поняла, что он их главарь.

Что тут произошло с Олегом! Он честно пытался сдержать свои эмоции, но не смог до конца – я ощутила бешеную радость настигшего добычу льва! – Это Пятый, террорист, на его счету сотни невинных жизней, – сказал мне, показывая на шестерку. А тот его помощник, они давно уже повязаны одной веревочкой. – Глаза его горели ненавистью, руки сжались в кулаки. – Мы здесь для того, чтобы найти их и обезвредить. – А сколько вас, если не секрет? – Достаточно. – Его взгляд пронзил меня насквозь, как будто я выпытываю государственные секреты. Мне стало неуютно и обидно. – Подумаешь, тайна какая. Сами ко мне прибежали, не звала, – разобиделась окончательно.

Везде вот такое отношение, как что серьезное – нас в сторону. Тут меня осенило: – Между прочим, он меня знает, и я могла б помочь вам найти его. – Черт меня дернул произнести эти слова! Молчала бы в тряпочку, как всегда по жизни, ну куда меня понесло! Но меня действительно понесло, и язык произнес то, о чем я и не думала. – Можно сделать так, что полиция меня найдет. Тогда ваш террорист наверняка захочет встретиться со мной. Вам останется только проследить, куда меня отведут. Будут вам и заложники, и пятые, два в одном флаконе.

Олег посмотрел на меня очень странным взглядом: – Не надо со мной так шутить. На его счету мой лучший друг с семьей. Девочка и мальчик, двойняшки, двух лет. Пока я жив, я буду искать, пока не уничтожу эту тварь. Не я, так мои друзья. Нас много.

Я аж задрожала от его слов. И тихо и без выражения подтвердила: – А я не шучу. Я согласна.

Теперь во все глаза странным взглядом на меня смотрели уже двое – Олег и Джон. Впервые в жизни я почувствовала себя героем, патриотом, кем там еще – плохо соображала уже от своей смелости. Ну что ж, пора и мне заплатить по счетам, сделать что-то полезное не только для себя и своей семьи. Считала всегда, пусть другие, а не я. Теперь пришел мой черед. Вот так вдруг решилась не знамо на что. И все благодаря тем двойняшкам, я не могу спокойно воспринимать такие вещи. И Олег мне не просто понравился, а очень… – не в смысле как мужчина, а как человек. Таких, настоящих мужчин, я еще не встречала. С первого взгляда пленил. – А почему он должен вами заинтересоваться, а не уничтожить сразу? – резонный вопрос белобрысого не застал меня врасплох. Я уже думала подсознательно на эту тему. – Вы лично читали мое письмо в ФСБ? – Да. – Я отправила его в два адреса, к вам в том числе. Первый – организаторов – наверняка был под их контролем, как я подозреваю теперь. Но перед тем, как отправить письмо вам, я довольно долго искала ваш адрес, и потом снова перечитала и отредактировала текст. Добавила слова «русские», в первых двух экземплярах его не было. К тому же там была фраза что-то типа «он предложил свою программу как стать во главе группировки» – это я по ошибке и невнимательности написала: имела в виду во главе своей маленькой группы, а вышло, что в шефы метит! В вашем варианте эту фразу я стерла. Еще в письме ничего не сказано, где именно я подслушивала, то есть и с этой стороны чисто, нельзя понять о ком речь. Наверняка вашему Пятому интересно, кто были те двое, явные предатели его дела, я б на его месте лично меня допросила. – Хорошо. Доложу командиру. Пусть сам решает, он у нас умный.

Ночью нас с Джоном перебросили вглубь острова, подальше от человеческого жилья. Передвигалась я еще с трудом. Больно спине было встать и начать движение, потом она постепенно разминалась и болела меньше. Это было мне знакомо. Потребуется месяц, чтобы прийти в норму, а пока – осторожное перемещение и заматывание в шерсть – мой проверенный способ лечения. Перед уходом простилась с семьей, меня приютившей. На глазах даже слезы поблескивали, когда прощались, и у них, и у меня. Никаких денег с них, конечно же, не взяла, мы предпочли остаться друзьями. Обменялись с Демисом именами наших ящиков, еще не существующих, решили завести новые, как только спокойно сможем сидеть в Интернете. Он обещал сообщить, поступит или нет.

Почти час перед сном беседовали с Виктором, командиром. Мужик моих лет, вроде, а реализовался в жизни по-настоящему, не то что я. И как сохранился – в какой великолепной физической форме! Впрочем, все ребята были как на подбор – я имею в виду их спортивную подготовку. По росту и весу как раз разные, а вот ощущение силы и уверенности исходило от них всех схожее, примерно такое же, но гораздо слабее, чувствовалось недавно и от «солдафонок». Мне даже немного стыдно за себя – серьезные люди пришли решать государственные проблемы, а мои рецепторы восприятия зациклились на их внешних данных и каких-то глубинных ощущениях силы! Я стала воспринимать действительность как-то отстраненно, прямо как в кино. Сказать, что мне понравился командир – неправильно, я слишком мелка и незначительна, чтоб такие люди вообще замечали меня, и просто невозможно было вообразить, что я, дикая и забитая Наталья, общаюсь с Ним на равных и могу иметь право на то, чтоб он мне нравился или нет! Все происходящее было сюрреалистическим сном!

Как только взошло солнце, со мной начали «работать». Командир провел предварительную научную беседу и передал меня Олегу – «для тренировки». И все оставшееся время (полдня «всего-то»!) я, кроме умственных усилий по запоминанию информации, должна была, как придурочная, услышав определенный звук, плюхаться на землю с одновременным откатом «к стенке, в угол, в общем, в более безопасное место», причем успеть за секунду вдохнуть воздух и не дышать после этого минуты две – пока мне не сунут маску под нос, и не только не дышать, но и не видеть и не слышать, сильно зажмурив глаза и заткнув уши. Это называлось «выжить при атаке с использованием таблетки» – светошумовой гранаты, начиненной каким-то газом вдобавок. Тренировки давались мне ой как нелегко ввиду моей спины. И именно ввиду ее меня еще больше мучили – «разрабатывали». Убедили, что я должна замереть после падения и ни в коем случае не подавать никаких признаков жизни, если не хочу быть убитой, они сами меня найдут.

Заинтересовал меня как специалиста (хоть и громко сказано, но все же) предполагаемый способ связи со мной. Поскольку всякая радио- или еще какая подобная связь была не возможна (сразу обнаружат) в меня вмонтировали приборчики новейшего поколения, обеспечивавшие устойчивую связь на близком расстоянии посредством похожих на звуковые волн. Если меня перевозят морем – пользоваться первым, морским, имитирующим дельфина, если машиной – вторым, под птицу, а вот в подвале – третьим, под мышь. Самый дальнодействующий сигнал – воздушный, до 20 км, а мышиный работает до 500 метров, зато увереннее преодолевает стены. Очень оригинально, никогда о таком не слыхала. Все приборчики представляли собой малюсенькие шарики, которые вкатили шприцом мне в руку, так что видно их не было, да и на ощупь едва заметны. Большим пальцем я должна была тереть себе между пальцами и таким способом слать сообщения, используя обычную азбуку Морзе – это если будет что интересного сообщить. А просто, для отслеживания, можно и без Морзе. Хорошо, в детстве я знала ее, сейчас только освежила знания. Впрочем, вряд ли она понадобится, вполне можно обойтись десятком основных сигналов – типа «внимание», «все нормально», «на помощь» и, конечно, пришлось вбить в голову и спец-сигналы – как только обнаружу заложников или выйду непосредственно на главарей, – при этом в идеале наши должны ворваться туда с газосветошумовой гранатой. На мой вопрос «А что, нельзя выбрать место получше, чем между пальцами?» получила ответ в виде вопроса «а если тебя свяжут и привяжут?», после чего старалась больше на эту тему не думать.

Предусмотрен был и вариант, что меня увезут на самолете, для этого по прибытии на место должна была использовать четвертый приборчик, он подавал сигнал на спутник, но включаться надо было очень осторожно, поскольку его легко засечь и тем самым раскрыть себя.

Напоследок я продемонстрировала, как овладела связью – передала несколько сообщений. И воочию увидела, как их принимает и запоминает небольшой прибор – приемник. Запомнила силу нажатий, необходимых для появления сигнала на нем. Очень интересно! Специально для меня принесли и отработанный шарик, сплюснувшийся в блин – чтобы я на ощупь правильно определяла, когда прибор отработает свой срок.

В полдень меня познакомили с «легендой» и ее живым носителем. Где только его откопали! Бывший моряк, похоже, небритый и неопрятный, худой, невысокий, явно не трезвенник, весь пропахший рыбой, для меня по имени Хэн. Не знаю, как его нашли и почему он решил нам помогать, мне было не до этого – это была уже не моя забота. Я только видела, что все вокруг вертелось под мое внедрение, люди профессионалы и знали, что делали.

Виктор подробно и нудно почти час (!) разжевывал нам все нюансы «легенды», которая получилась довольно складной и разумной – я не заметила в ней ни одного пятнышка. Ранним утром Хэн наткнулся на меня километрах в трех от берега во время рыбалки, втащил в моторку, еле откачал, я день была без сознания, он ухаживал за мной по мере сил. Почему сразу не отвез в больницу – не хотел лишних проблем, и так не в ладах с законом, вдруг не выживет его спасенная, да и вообще – он спас для себя, а не для других. Понравилась я ему. На следующий день, как только оклемалась, сразу спросила: – Где полиция?

Хэн испугался, я заметила его испуг и решила схитрить: объяснила, что в отеле у меня осталось немного денег, и я хотела бы отблагодарить спасителя. Он поверил и отвез меня в курортную зону, мы договорились, что я ему принесу сразу деньги в определенное место (подробно описали какое). Но он оказался не таким доверчивым дурачком, как я рассчитывала, и проследил за мной. Вместо того, чтобы идти в гостиницу за деньгами, я просидела полчаса в кафе (он решил, что там у меня открытый кредит и я отъедалась), а потом вдруг быстро пошла в противоположную от него сторону к поселку. В безлюдном месте (Хэн покажет по дороге) он нагнал меня и устроил разборку. В ярости от обмана «случайно» толкнул меня сильно, и я покатилась вниз в овраг. Опомнившись, полез за мной – я лежала без сознания, он перетащил меня в свою машину и отвез к себе, спрятал в подвале. Теперь испугался уже всерьез, и тем более никому ничего не сказал. Когда я пришла в себя, то поняла, что повредила спину. Не могла двигаться, к тому же меня заперли. И вот сегодня в магазине он увидел листовку, понял, что я – опасная соседка и одновременно золотая жила для него. И решился сдать меня и получить обещанные деньги.

На этом месте командир замолчал, поднял руку и изобразил ею какую-то фигуру – мужчинам понятную, а мне нет – пытался, наверное, заставить нас особо внимательно отнестись к следующим своим словам. В полиции сначала Хэн не должен был рассказывать о моем побеге, а придерживаться нулевого варианта: спас, мол, с неделю назад, выхаживал сам меня, что тут такого? И только когда на него сильно насядут, должен был «расколоться». А получив деньги, немедленно исчезнуть с острова на какое-то время.

Мы с Хэном повторили «легенду», уточнив кое-что по ходу дела, после чего я оделась в прежние свои шмотки, грязные и рваные – их специально потрепали в том овраге, и выслушала последние деловые напутствия. – Еще не поздно от всего отказаться, скажи только слово! – Виктор внимательно смотрел на меня. Зря это он. Я только уверилась в своем стремлении им помочь. Почту за честь, как говорится – от души, без понтов. Но рассыпаться в словесных уверениях перед ним не стала, даже говорить не захотела на эту тему – просто внутри меня жило новое чувство, еще не испытанное ни разу в жизни, и мне это было очень важно, интересно и дорого. Только махнула на него рукой, скорчив зверское выражение лица, и пошла укладываться в машину моего «спасителя». Никто со мной не попрощался – плохая примета, видать. По-деловому закидали тряпками в замухрыжном пикапе без дверей, и уже через час Хэн тайком вводил меня в свою нищую хижину. Показал все, оборудовал мою лежанку в подвале, выставил лекарства, запер и – ушел сдавать в полицию. А я, чтоб не думать и не бояться, заставила себя уснуть.