Мастера пейзажа

Дятлева Галина Витальевна

Русская пейзажная живопись

 

 

Семен Федорович Щедрин

(1745–1804)

Семен Федорович Щедрин по праву считается родоначальником русской пейзажной живописи. Он был первым пейзажистом, выпущенным Академией художеств, и, кроме того, стал первым руководителем пейзажного класса. У Щедрина учились многие известные мастера пейзажа.

Семен Федорович Щедрин родился в семье солдата Преображенского полка. Отец будущего художника мечтал о том, чтобы его сын получил художественное образование, и сумел устроить шестнадцатилетнего Семена в Академию художеств. Учился он сначала в гравировальном, а затем в скульптурном классе, но вскоре проявил большие художественные способности и был переведен в класс живописи на ландшафтное отделение. В 1767 году Щедрин успешно выполнил программную композицию «Поле с протекающим ручьем» и получил за нее золотую медаль. Вскоре вместе со скульптором Ф. Гордеевым, гравером И. Мерцаловым и архитектором А. Ивановым он отправился совершенствовать мастерство за границу, в Париж.

В Париже Щедрин познакомился с известным французским просветителем Д. Дидро, который определил молодого художника к итальянскому баталисту и пейзажисту Ф. Дж. Казанове. В доме Казановы Семен Щедрин жил, а в его мастерской учился, делая копии с картин известных мастеров.

В Париже Щедрин посещал картинные галереи и выставки Салонов, где познакомился с творчеством К. Ж. Верне и модного в то время пейзажиста Г. Робера.

За границей русский живописец не только копировал чужие произведения, но и работал самостоятельно. Он много рисовал с натуры, изображая деревья, горы, животных. К сожалению, картины, написанные с этих рисунков, не сохранились.

В сентябре 1769 года вместе с другими пенсионерами Академии художеств Щедрин из Парижа отправился в Рим, где познакомился со знаменитыми памятниками античности. Срок творческой командировки закончился в 1772 году, но Семен Федорович пробыл в Италии (уже на собственные средства) до 1776 года. Все это время он рисовал с натуры древние памятники, а затем создавал по этим зарисовкам картины. До нас дошло лишь несколько итальянских рисунков Щедрина и четыре работы, выполненные акварелью и сепией. Пейзажи с фигурами девушек, пастухов, погонщиков восхищают реалистичностью и свежестью восприятия («Альбано», 1770, Третьяковская галерея, Москва; «Пинии», 1771; «Руины», 1772; «Водопад в Тиволи», 1773, все — в Русском музее, Санкт-Петербург).

Вернувшись из-за границы, Щедрин получил должность преподавателя Академии художеств. Вскоре ему предложили написать виды парков и дворцов в Царском Селе.

В 1779 году за программный пейзаж «Полдень» (Русский музей, Санкт-Петербург) Семен Федорович получил звание академика. И хотя это традиционный ландшафт с фигурами погонщиков и животных, написанный в духе классицизма, в нем можно узнать ту реальную местность, где художник работал над натурными зарисовками, — окрестности озера Неми недалеко от Рима. Картина построена по принципам академического искусства. Ее композиция с четким центром строго распланирована, что придает пейзажу величественный и торжественный вид. Изображение природы отмечено глубоким поэтическим чувством. Глядя на полотно, понимаешь, что художник внимательно изучал натуру — настолько тщательно выписана листва деревьев и озерная гладь с плывущей лодкой.

Картине предшествовал эскиз, который практически полностью вошел в композицию. При создании полотна художник усилил черты декоративности: пушистее стала листва на деревьях, а ветви изогнулись в причудливом орнаменте.

Пейзажи, посвященные яркой и эффектной итальянской природе, получались у Щедрина очень красивыми и поэтичными. Виды Царского Села вышли статичными и безжизненными. Чтобы передать прелесть скромной северной природы России, ему нужно было тщательно изучить ее. И Щедрин принялся за работу. С течением времени его пейзажи зазвучали по-новому. Ярким примером возросшего мастерства и глубокого проникновения в мир русской природы стало полотно «Вид в окрестностях Петербурга» (1780-е, Третьяковская галерея, Москва). На картине — простой сельский вид с рекой. По ее берегам возвышаются деревья с густыми кронами. На первом плане — женщина с ребенком, далее, у самой реки, стадо пьет воду. На втором плане изображена деревня. Щедрин показал типичную для живописи этого времени сельскую идиллию: возле крестьянских изб юноши и девушки водят хороводы, недалеко от них расположился пастух со своим стадом.

С. Ф. Щедрин. «Вид на Гатчинский дворец с Серебряного озера», 1789, Третьяковская галерея, Москва

Но, несмотря на всю условность в изображении сцен с человеческими фигурами и некоторых пейзажных деталей (величественные постройки барской усадьбы на заднем плане и горные вершины на горизонте), картина написана с задушевным и искренним чувством.

С большим мастерством Щедрин изображал в своих пейзажных композициях животных. Стада мирно пасущихся овец или коров должны были придать картинам убедительность и естественность. В этом смысле показателен «Пейзаж с животными» (1796, Третьяковская галерея, Москва). Композиционный строй картины не отличается глубокой проработанностью, но ее живопись вызывает огромное восхищение. Пейзаж написан в голубовато-зеленой гамме, на первом плане выделяются пятна коричневых оттенков. Благодаря изысканным цветовым градациям, тончайшим лессировкам и легкости мазка изображение кажется удивительно воздушным. Интерес к многослойному письму, ярко выразившийся в «Пейзаже с животными», проявился еще в 1782 году, когда Щедрин начал заниматься реставрацией картин и принял участие в реставрации эрмитажной коллекции.

Хотя многие работы Щедрина показывают его увлечение крестьянской темой, положение придворного художника обязывало Семена Федоровича создавать в основном виды дворцовых парков. Большинство его картин воспевают приукрашенную природу и роскошную архитектуру Гатчины, Павловска, петергофского Монплезира.

Полны мечтательности и поэтического чувства небольшие полотна с изображением фонтанов в Петергофе. Очень красива картина «Фонтан «Ева» в Петергофе» (начало 1790-х, Павловский дворец-музей). Художник изобразил уголок парка с белым фонтаном, сверкающим в солнечных лучах на фоне зеленой листвы деревьев. От картины веет покоем и тишиной, которую не нарушают прогуливающиеся возле фонтана кавалеры и дамы. Восхитительна цветовая гамма: нежная голубизна деревьев на дальнем плане, фиолетовые пятна садовых павильонов, разноцветные одежды отдыхающих. Декоративная арка в виде тонкоствольных деревьев на первом плане служит своеобразным переходом от узорной рамы, в которую заключена картина, к живописному изображению.

Мечтательный образ природы предстает на картинах, посвященных Павловску и Гатчине («Вид на Гатчинский дворец с Серебряного озера», 1789, Третьяковская галерея, Москва). В этих созданных руками человека парках все выглядит пленительным и поэтичным: плавные изгибы реки, легкие мостики, извилистые тропинки и освещенные ярким солнцем зеленые лужайки. Сквозь узорную листву деревьев видны дворцы, галереи, беседки и другие изящные парковые постройки. Природу парков Щедрин показывает по-прежнему условно. Деревья на его картинах — это не конкретные ясени или липы, а деревья вообще.

По традициям классицистической живописи художник изображает глубину с помощью планов и вытягивает пропорции фигур. В то же время он умело пользуется световоздушными средствами при передаче пространства. Игра света на деревьях и поверхности воды говорит о той тщательности, с которой мастер изучал натуру.

Со временем черты классического пейзажа усиливаются в живописи Щедрина. По строгим академическим канонам выстроены многие композиции 1790-х годов, изображающие Гатчинский дворец («Вид на Гатчинский дворец с Длинного острова», 1796, Третьяковская галерея, Москва).

Один из лучших пейзажей зрелого Щедрина — «Терраса Монплезира» (1800, Большой Екатерининский дворец, Пушкин). Деревья и дворец в этой картине становятся кулисами, а на центральное место выходит изображение широкого водного пространства с отражающимся в нем солнцем.

Сочетание видового и декоративного начал особенно ясно заметно в поздних работах Щедрина («Вид на Каменноостровский дворец через Большую Невку со стороны Строгановской набережной», 1803; «Вид на Большую Невку и дачу Строганова», 1804, оба в Русском музее — Санкт-Петербург). Помимо парковых пейзажей, в 1790-х годах Щедрин создавал морские виды с кораблями русского военного флота.

С. Ф. Щедрин. «Вид на Каменноостровский дворец через Большую Невку со стороны Строгановской набережной», 1803, Русский музей, Санкт-Петербург

К сожалению, они не дошли до нас. Сохранилась лишь гравюра К. В. Ческого, выполненная с картины Щедрина «Вид эскадры при Буюкдере в 1798 году».

Важное место в творчестве художника занимали монументально-декоративные работы. Для Михайловского замка в 1799–1801 годах Щедрин выполнил по заказу Павла I ряд панно с изображением парков, фонтанов и архитектурных ансамблей («Каменный мост в Гатчине у площади Коннетабля», Третьяковская галерея, Москва; «Крепость Бип в Павловске при лунном свете»; «Итальянские фонтаны в Петергофе»).

 

Федор Михайлович Матвеев

(1758–1826)

Сильной стороной искусства Федора Матвеева был рисунок. Его линии уверенны и динамичны, что делает зарисовки реалистичными и очень близкими к натуре. А вот колорит давался художнику гораздо хуже. Выразительность цвета мало волновала живописца, воспринимавшего его лишь как простую раскраску предметов. Вероятно, Матвеев слишком буквально воспринимал утверждение классицистов: «Живопись только означает цвет вещей, а всю его существенную оныя силу делает рисование…».

Федор Михайлович Матвеев был сыном солдата Измайловского полка. В шестилетнем возрасте его определили в Воспитательное училище Академии художеств. Чтобы хоть как-то возмещать затраты на воспитанников, академия продавала их работы на специально организованных аукционах.

В 1776 году три картины восемнадцатилетнего Матвеева (копии с натюрмортов и пейзажей известных художников) были проданы за 164 рубля — весьма значительную по тем временам сумму.

В этом же году Матвеев был направлен на обучение к итальянскому мастеру театральных декораций. Под его руководством молодой художник занимался в течение нескольких месяцев. Наставником Матвеева в Академии художеств был Семен Щедрин, в 1776 году назначенный руководителем пейзажного класса.

В 1778 году за выполненный по академической программе пейзаж Матвеев получил золотую медаль, дававшую ему право на продолжение обучения за границей. В следующем году художник отправился в Рим. В итальянской столице он много рисовал с натуры, изучал памятники античности и картины известных мастеров. Особенно большое впечатление произвел на Матвеева Н. Пуссен. Многие римские работы молодого пейзажиста выполнены в стиле этого знаменитого живописца.

С целью изучения натуры Федор Михайлович часто покидал Рим и отправлялся в другие места. Он побывал в Неаполе, рисовал памятники старины в Салерно, Поцоли, Помпеях. Излюбленными темами молодого живописца стали водопады, горы, античные постройки.

Сохранилось немного работ, созданных Матвеевым в Италии. Среди них «Вид в Тиволи» (1782, Русский музей, Санкт-Петербург), посланный в Академию художеств в качестве отчета о его творческой деятельности.

После окончания срока своей командировки Матвеев остался в Италии. Ему не хотелось покидать эти красивые места, к тому же у художника были долги, и он надеялся заработать денег и вернуть их кредиторам (академия выделяла на содержание своих пенсионеров не слишком значительные суммы).

В 1783 году в качестве домашнего художника богатого вельможи Матвеев побывал с П. Н. Трубецким во Флоренции. В следующем году вместе с А. А. Вяземским он совершил более длительное путешествие, посетив Флоренцию, Болонью, Феррару, Венецию, Падую, Верону, Мантую, Модену, Парму, Милан и Турин. Затем путешественники поехали в Швейцарию. Здесь Федор Михайлович выполнял заказы князя Н. Б. Юсупова.

Заработать достаточно Матвееву не удалось. В 1789 году он написал в академию письмо, в котором просил выслать ему денег для возвращения на родину. Эта просьба не была удовлетворена, и художник остался в Италии. Его долги уплатил Юсупов.

В 1795 году Матвеев, мечтая вернуться на родину, вновь обратился в академию с просьбой о помощи, но получил отказ. Да и ехать в Россию было уже сложно: в апреле 1796 года армия Наполеона вторглась в Италию.

В 1805 году художник отправил в Петербург одну из своих картин и получил за нее звание академика. Позднее, в 1819 году, академия назначила ему пожизненную пенсию. Но вернуться в Россию ему так и не довелось.

Живя в Италии, Матвеев очень быстро освоил основы классицистической живописи. Его увлекали пейзажи Клода Лоррена. В духе гаваней Лоррена исполнен ряд морских видов русского мастера («Пейзаж с морем», Третьяковская галерея, Москва).

В своих работах Матвеев трактует итальянскую природу как нечто величественное, даже суровое. В этих пейзажах нет мечтательности и нежного очарования, свойственного югу. Художник четко выстраивает планы и упорядочивает все детали на полотне («Вид в Пестуме, Третьяковская галерея, Москва).

Сюжет картин Матвеева раскрывается постепенно в каждом из планов его пейзажей. Такова картина «Вид в окрестностях Неаполя» (1806, Русский музей, Санкт-Петербург). Все детали переднего плана расположены в строгой симметрии. Роль кулис справа играет скала с вырубленными в ней ступенями, а слева — античная руина между деревьями. Далее зритель видит Неаполитанский залив и город, горную гряду на горизонте. В шахматном порядке чередуются кулисы второго и третьего планов. Все детали подчинены строгой симметрии.

Матвеев очень тщательно выписывает листья на деревьях, что делает возможным определить породу дерева. Колорит картины выдает его стремление придать цветам локальный характер.

Уравновешенная и ясная композиция характерна для полотна «Вид на Лаго-Маджоре» (1808, Русский музей, Санкт-Петербург). Изображение горных вершин, обрамляющих альпийское озеро, выполнено с почти скульптурной пластичностью, характерной для живописи классицистов.

Ф. М. Матвеев. «Вид на Лаго-Маджоре», 1808, Русский музей, Санкт-Петербург

Ф. М. Матвеев. «Вид Рима. Колизей», 1816, Третьяковская галерея, Москва

Многие картины Матвеева отражают его интерес к передаче световоздушной среды. Среди них известный пейзаж «Вид Сицилии. Горы» (1811), в котором очертания горных вершин и всех предметов, находящихся на дальних планах, теряют свою четкость в нежной воздушной дымке.

С течением времени художник отказался от передачи атмосферы, растворяющей контуры предметов. Теперь ему важно показать материальность окружающего мира — воды, деревьев, архитектурных памятников. В картине «Вид Рима. Колизей» (1816, Третьяковская галерея, Москва) Матвеев с детальной точностью выписывает развалины амфитеатра, арку Константина, деревья на переднем плане. Искусственное освещение помогает подчеркнуть вещественность изображения.

Палитра мастера отличается простотой и устойчивостью. Вне зависимости от освещения художник использует для окрашивания деревьев и трав всего два или три оттенка, руины на его картинах почти одного и того же коричневого тона, стены домов — сероватые, а крыши — коричневато-розовые.

Ф. М. Матвеев. «Вид Больсенского озера в Италии», 1819, Русский музей, Санкт-Петербург

Романтические веяния, проявившиеся в искусстве в первой четверти XIX столетия, не обошли стороной и Матвеева. Его пейзажи, по-прежнему выполненные по традиционной схеме, стали более лиричными и эмоциональными («Водопад Кадута делле Марморе на реке Велино близ города Терни в Италии», 1818–1819; «Водопад Иматра в Финляндии», 1818–1819; «Вид Больсенского озера в Италии», 1819, все — в Русском музее, Санкт-Петербург; «Озеро Альбано», 1823).

Матвеев создавал не только натурные пейзажи.

Нередко на его полотнах появлялись руины античных городов, рожденных воображением художника. Иногда он создавал картины в духе Н. Пуссена, изображая на них триумфальное шествие римского полководца или аркадскую идиллию. Но и в таких произведениях Матвеев стремился к тщательной детализации.

 

Федор Яковлевич Алексеев

(1753/1755–1824)

Очарованный необыкновенной красотой Венеции, Федор Алексеев забывал посылать отчеты о проделанной работе в Петербург, в Академию художеств. Учился он у Джузеппе Моретти. Однажды Алексеев выполнил тот же вид, что и Моретти, и выставил его на площади Св. Марка рядом с картиной своего учителя. Итальянские зрители были восхищены пейзажем русского живописца и не обращали внимания на лишенную поэтичности, безжизненную и сухую картину Моретти. Пейзаж Алексеева был куплен итальянским ценителем искусства, а его автор оставил Моретти и перешел к другому наставнику.

Основоположник русского городского пейзажа Федор Яковлевич Алексеев родился в семье отставного солдата Якова Алексеева, занимавшего должность сторожа Петербургской академии художеств. В возрасте тринадцати лет способный к рисованию мальчик был принят в Академию художеств и зачислен в класс плодов и цветов. На пятом году обучения талантливого юношу по настоянию ректора академии, известного художника А. П. Лосенко, перевели в класс пейзажной живописи.

В 1773 году за программную композицию на заданную тему Алексеев получил золотую медаль и был направлен на стажировку в Италию. Так он оказался в Венеции. Этот город, наполненный пением, музыкой, шумными карнавалами, театрализованными представлениями, празднествами по случаю приема иностранных гостей, покорил сына простого русского солдата.

Наставником Алексеева был ученик Каналетто, Джузеппе Моретти, художник весьма посредственный. Через некоторое время молодой живописец перешел от него к Пьетро Гаспари, но и его методы обучения не удовлетворили Федора Яковлевича. Без разрешения маркиза Маруцци, официального представителя Академии художеств в Венеции, художник попытался уехать в Рим, но потерпел неудачу. Маруцци отправлял жалобы на своего подопечного в Петербург, и в 1777 году Алексеева отправили домой, в Россию. Но, несмотря на столь неудачный опыт обучения, жизнь в Венеции оказала огромное влияние на формирование молодого художника, который самостоятельно копировал работы знаменитых мастеров венецианской ведуты — А. Каналетто, Ф. Гварди, Б. Беллотто.

Сохранилось лишь три картины, написанные Алексеевым в Италии. Это «Морской вид» (1775, частное собрание), «Вид на набережную Скьявони» (частное собрание) и «Итальянский вид» (Третьяковская галерея, Москва). Доподлинно известно, что в Неаполе художнику побывать не довелось, поэтому изображение города и Везувия написано, скорее всего, по старой гравюре. Алексеев стремился работать над пейзажами, но руководство Академии художеств, познакомившись с донесениями Маруцци, встретило художника неласково. Ему не дали программы на звание академика и направили служить в дирекцию императорских театров, в мастерскую по созданию декораций. Спустя какое-то время Алексеев стал выполнять обязанности живописца при театральном училище.

Ф. Я. Алексеев. «Вид Дворцовой набережной от Петропавловской крепости», 1794, Третьяковская галерея, Москва

Кроме того, по заказу Кабинета Екатерины II он делал для Эрмитажа копии с картин А. Каналетто, Ф. Гварди и Б. Беллотто. Эта работа помогала ему совершенствовать собственное мастерство, но все же художник мечтал создавать свои картины. Его надеждам суждено было сбыться лишь через шестнадцать лет после окончания итальянской командировки.

В 1793 году по заказу князя Н. Б. Юсупова, бывшего в то время директором императорских театров, Алексеев написал картину «Вид Петропавловской крепости и Дворцовой набережной» (Музей-усадьба Архангельское). Полотно получилось настолько удачным, что почти мгновенно изменило судьбу художника. Спустя год за копию с пейзажа Каналетто, созданную еще в Венеции, Алексеев получил долгожданное звание назначенного, а всего через несколько месяцев стал академиком за композицию «Вид города Санкт-Петербурга по Неве-реке». Вероятно, за опального художника вступился его заказчик, князь Юсупов.

Одна из лучших работ Алексеева этого времени — поэтический пейзаж «Вид Дворцовой набережной от Петропавловской крепости» (1794, Третьяковская галерея, Москва). На полотне изображена самая красивая часть Петербурга — набережная, идущая от Мраморного дворца к летнему саду. На первом плане высится Екатерининский бастион Петропавловской крепости, далее — спокойная водная гладь Невы. На стенах зданий, решетке Летнего сада, зеленовато-голубой воде лежат солнечные блики. Веет весенней прохладой от реки и голубого неба, по которому разметались облака. Праздничное настроение вносят в изображение лодки, плывущие по реке, и фигуры горожан, прогуливающихся или занятых своими делами.

Ф. Я. Алексеев. «Вид на Михайловский замок в Петербурге», Третьяковская галерея, Москва

Ф. Я. Алексеев. «Красная площадь в Москве», 1801, Третьяковская галерея, Москва

Алексеев стремится точно передать местность, но это не лишает картину эмоционального настроя. Светлый образ «Северной Венеции», как любовно называли свой город петербуржцы, предстает перед глазами зрителя и наполняет душу ясностью и спокойствием.

Чудесные виды Петербурга принесли художнику славу. Вскоре он получил заказ Академии художеств на создание серии картин, изображающих южные города, в которых побывала Екатерина II при посещении Крыма.

На юге Алексеев с увлечением рисовал архитектуру городов, выстроенных среди степей. Он сделал здесь чудесные акварели («Городская площадь в Херсоне», Третьяковская галерея, Москва), по которым уже в Петербурге написал картины. К 1797–1800-м годам относятся виды Херсона, Николаева, Полтавы, Бахчисарая («Вид города Николаева», 1799, Третьяковская галерея, Москва). Эти пейзажи отражают стремление мастера передать материальную сущность архитектурных построек. Более плотным и густым становится мазок, изменяется и цветовая гамма, тяготеющая к золотисто-коричневым оттенкам.

Вернувшись в столицу, Алексеев продолжил работу над видами Петербурга. В это время появилась чудесная акварель «Вид на Михайловский замок в Петербурге» (Третьяковская галерея, Москва). Написанная нежными и легкими красками, она передает живое очарование города. По этой акварели была написана картина с таким же названием, но в ней художнику не удалось сохранить свежесть и непосредственность впечатления, присущие акварельному пейзажу.

Вскоре Алексеев получил от Академии художеств указание отправиться в Москву, а затем в другие города с целью создания живописных видов. Осенью 1800 года вместе с помощниками — двумя молодыми художниками — он отправился в путь.

Москва вызвала восхищение мастера. Он начал работать над картиной «Красная площадь в Москве» (Третьяковская галерея, Москва) и вскоре написал для нее первый акварельный эскиз. Картину Алексеев завершил в 1801 году.

«Красная площадь в Москве» — одна из самых многолюдных композиций художника. Москва предстает на полотне как древний город и в то же время современный торговый и деловой центр. На площади автор разместил сто пятьдесят человеческих фигур, изобразил множество повозок, карет, лошадей и собак. Торговцы зазывают покупателей из лавок и развалов, мимо них проходят солдаты, разносчики, няньки с детьми, праздные дамы и кавалеры. На переднем плане — крестный ход. Чтобы охватить как можно большее пространство площади, Алексеев поднимает линию горизонта, тем самым уменьшая небо, которое играет не столь важную роль, как архитектурные сооружения. Территорию площади ограничивают величественные старинные сооружения: Кремлевская стена со Спасской башней, здания торговых рядов, нарядный и торжественный собор Василия Блаженного. Справа и слева от него видно Замоскворечье с куполами храмов.

В Москве Алексеев пробыл всего полтора года. За это время он успел написать лишь две картины. Вернувшись в Петербург, он продолжал писать московские виды (материала для них у художника было достаточно). Полотна с видами Москвы, в которых главное место отводилось старинным архитектурным сооружениям, охотно раскупались публикой. Причиной тому было не только мастерство художника, но и огромный интерес к русской истории, охвативший общество в начале XIX века.

В своих композициях Алексеев воссоздает истинный облик Кремля с Успенским собором, Грановитой палатой, Красным крыльцом, колокольней Ивана Великого, Филаретовской звонницей. Художника интересует не только древность, но и современная жизнь. Его пейзажи оживлены многочисленными сценами, в которых участвуют военные, кучера и лакеи, ожидающие у карет своих хозяев, выходящих из храмов после окончания церковной службы («Соборная площадь в Московском Кремле», «Вид на Воскресенские и Никольские ворота от Тверской улицы в Москве», «Боярская площадка», все — в Третьяковской галерее, Москва).

Картину «Вид на Воскресенские и Никольские ворота от Тверской улицы в Москве» Алексеев написал во время второго посещения Москвы. В 1810 году вместе с молодым художником-пейзажистом Максимом Воробьевым он отправился в путешествие по русским городам. Через Москву они поехали в Орел и Воронеж. Поездку пришлось прервать из-за начавшейся войны с Наполеоном.

Ф. Я. Алексеев. «Вид на Воскресенские и Никольские ворота от Тверской улицы в Москве», Третьяковская галерея, Москва

Ф. Я. Алексеев. «Вид на Биржу и Адмиралтейство от Петропавловской крепости», 1810, Третьяковская галерея, Москва

Картины, посвященные Москве и Петербургу, принесли художнику огромную популярность. В 1801 году два московских вида работы Алексеева были поднесены императору Александру I, который удостоил мастера «высочайшим благоволением». Кроме того, живописец получил 1000 рублей денег. В 1809 году большой пейзаж «Вид Кремля и Каменного моста» был продан за 2800 рублей в Англию.

Слава художника еще больше возросла после войны 1812 года, когда Москва для всего русского народа стала символом героической России. Поэт К. Н. Батюшков писал об одной из картин Алексеева: «Какие воспоминания для московского жителя! Рассматривая живопись, я погрузился в сладостные мечтания и готов был воскликнуть почти то же, что Эней у Гелена в долинах Хаонейских, где все чудесным образом напоминало изгнаннику его священную Трою, рощи, луга и источники родины незабвенной; я готов был сказать моим товарищам: «Что матушки Москвы и краше, и милее?».

Полотно «Вид на Воскресенские и Никольские ворота от Тверской улицы в Москве», пожалуй, лучшая работа московского цикла Алексеева. Художник показал архитектурный ансамбль XVI–XVII веков до того, как он был перестроен после пожара 1812 года. До наших дней в первоначальном виде дошла только Кремлевская стена с Никольскими воротами и здание Сената.

На картине Алексеева — Воскресенские ворота, выстроенные еще в 1534–1538 годах. От ворот к Арсенальной башне тянутся древние руины Китайгородской стены. Над воротами вознесена светлица и каменная палата с двумя шатрами. Отсюда царь вместе со своей семьей мог наблюдать торжественные въезды на площадь иностранных послов со свитами. В центре между проездами ворот — Иверская часовня. Справа высится построенное еще при Петре I здание Главной аптеки, которое венчает трехъярусная башня. C 1755 года здесь располагался университет. Его основателем являлся М. В. Ломоносов. Через Неглинку был перекинут мост к Воскресенским воротам. Он простоял вплоть до 1817 года. Возле моста на реке видна плотина, с помощью которой вращались колеса Монетного двора, выстроенного в 1732 году. Картина написана в традициях классицистической живописи. Композиционным центром являются Воскресенские ворота и здание Главной аптеки. Пространство ограничено Кремлевской стеной, Монетным двором и рекой Неглинкой. Художник направляет взгляд зрителя в глубину, к Красной площади, которая видна сквозь арки ворот. Вызывает восхищение колорит пейзажа. Противопоставление холодных голубых тонов неба и теплых золотисто-коричневых оттенков старинных зданий создает ощущение солнечного дня. Яркий свет, падающий на Кремлевскую стену, Монетный двор, Воскресенские ворота, помогает подчеркнуть величественную красоту прекрасной архитектуры древнего русского города.

Художник восхищался Москвой, но более всего он любил Петербург, где жил постоянно, покидая его только ради путешествий по другим городам. Петербургу Алексеев посвятил множество своих работ.

На многих из них можно увидеть Стрелку Васильевского острова. Перестраивавшаяся на глазах художника, она стала одним из красивейших мест Петербурга.

Художник трижды писал «Вид на Биржу и Адмиралтейство от Петропавловской крепости». Картина 1810 года, хранящаяся в Третьяковской галерее, показывает Биржу, построенную архитектором Жаном Тома де Томоном, именно такой, какой она была еще до достройки. В центре полотна — Новая Биржа, Стрелка Васильевского острова. На дальнем берегу можно видеть Адмиралтейство, созданное архитектором А. Д. Захаровым, купола храма Исаакия Далмацкого. Как и в московских видах, пейзаж населен фигурами людей — мастеровых, лодочников, плотовщиков. В полотнах, выполненных мастером в 1800-х годах, более четко передано пространство. Звучнее становятся краски, плотнее и гуще живописная фактура.

С течением времени в живописи Алексеева появились романтические черты. Особенно ярко это показывает чудесный пейзаж «Вид Английской набережной» (Русский музей, Санкт-Петербург), изображающий парусные суда на переднем плане и набережную с домами на дальнем. Чувствуется, что теперь для художника главное — не передача материальности окружающего мира, скрупулезное и тщательное изображение деталей, а эмоциональный настрой, делающий его живопись свободной и необыкновенно выразительной.

И в пожилом возрасте Алексеев продолжал работать. Он писал картины и преподавал в Академии художеств, где до самых последних дней своей жизни оставался руководителем пейзажного класса. Среди его учеников — знаменитый живописец М. Воробьев.

К концу жизни Алексеев полностью ослеп. Умер замечательный русский живописец в ноябре 1824 года, оставив свою семью в глубокой нужде.

 

Максим Никифорович Воробьев

(1787–1855)

В 1817 году Максим Воробьев отправился в Москву для выполнения поручения великого князя Николая Павловича. Художник должен был запечатлеть на холсте пышные церемонии, связанные с бракосочетанием великого князя. Но сам Воробьев в отчете пишет об этом задании как о работе над созданием видов Москвы «с изображением некоторых торжественных военных и гражданских церемоний».

Русский художник Максим Никифорович Воробьев родился в Пскове в семье солдата. Вскоре после рождения сына Воробьев-старший переехал в Петербург и стал вахтером в Академии художеств. По его просьбе в 1798 году одиннадцатилетний Максим стал воспитанником академии.

Учился Воробьев успешно. В 1806, а затем в 1807 году он был награжден за свои работы серебряной медалью. Сначала юноша занимался в архитектурном классе, но вскоре был переведен в пейзажный. Наставником Максима стал знаменитый живописец Ф. Алексеев.

В 1809 году за программную композицию, изображавшую церковь Казанской Божьей матери и окрестностей, художник получил Большую золотую медаль. Медаль давала ему право на поездку за границу, но политическая ситуация в Европе (вторжение Наполеона в Италию) помешала этому путешествию. Воробьев остался работать при Академии художеств под руководством Ф. Алексеева.

По поручению академии Воробьев вместе с Алексеевым отправился по российским городам с целью написания их видов. Он побывал в Орле, Воронеже, Москве. К сожалению, рисунки, созданные в Москве перед самым захватом ее наполеоновскими войсками, не сохранились. Но эти зарисовки легли в основу картины «Вид Московского Кремля со стороны Устьинского моста» (1815, Третьяковская галерея, Москва).

От поездок по российским городам осталась серия акварелей и рисунков, написанных в 1812 году в имении Л. Н. Львова Никольском близ Торжка («Ветряная мельница», 1812, Третьяковская галерея, Москва). Во всех этих работах чувствуется влияние Семена Щедрина и Федора Алексеева.

Некоторые исследователи предполагают, что в 1813 году Воробьев в качестве художника при Главной квартире русской армии сопровождал войска в их походах в Германию и Францию. Но ни одной работы, подтверждающей его пребывание там, не сохранилось.

В 1814 году в личной жизни мастера произошли изменения: он сочетался браком с сестрой архитектора С. Л. Шустова, Клеопатрой. В этом же году Воробьеву предложили выполнить на звание академика картину «Торжественное молебствие, совершенное русским духовенством в Париже на площади Людовика XV в присутствии союзных войск, также при стечении многочисленного народа». С заданием художник успешно справился всего за пять месяцев. Местонахождение этого полотна в настоящее время неизвестно, но представление о нем нам дает ее гравированный фрагмент.

В 1815 году Воробьев стал ассистентом Ф. Алексеева, преподававшего перспективу в живописном классе Академии художеств. После смерти Алексеева в 1824 году он занял его место.