– Как ты? – спрашивает меня Дориан, спустя несколько минут, во время которых было слышно только наше неровное дыхание. Он все еще лежал позади меня, после того как мы рухнули на кушетку.

Я мгновение думаю над ответом, затем улыбаюсь.

– Опустошенная.- Чувствую, как губы Дориана слегка раскрываются у моего уха. – И горячая! – На мне все еще платье-свитер и туфли, моя влажная кожа под тканью начинает чесаться.

Дориан снимает платье мне через голову, и я мгновенно чувствую холод. Мужчина проводит рукой по моему скудному бюстгальтеру.

– Ммм, красиво, – шепчет он над этой романтичной деталью женского гардероба. Целует место бретельки на плече, затем спускает ее в сторону, оставляя другой поцелуй на следе, оставшемся на коже.

Сладко. Нежно. Все сто восемьдесят от Дориана, который просто душил меня, пока жестко трахал сзади. Он – действительно загадка.

– Расскажи мне что-нибудь о себе, – говорю я после долгой минуты молчания. Я действительно очень мало о нем знаю и если мы собираемся постоянно встречаться, возможно, мне следует убедиться, что он не убийца.

– Что ты хочешь узнать? – отвечает Дориан, играя завитком моих волос.

Делаю глубокий вдох. Хорошо, поехали.

– О твоей семье. Какие они?

Дориан сразу же напрягся и выпустил локон моих волос, обмотанный вокруг его пальца. Слышу, как он делает резкий вдох и понимаю, что задела уязвимое место.

– А что о них? – говорит он ровно.

Я разрываюсь. С одной стороны, хочется надавить на него, чтобы узнать побольше, теперь, когда я знаю, что этот предмет разговора очень сильно его волнует.

С другой стороны, хочу забыть, что когда-то вообще спрашивала о его семье и не принимать этого всерьез, чтобы сохранить светлые и обычные воспоминания. Отношусь к этому с мужеством. И сердцем.

– Ты близок с ними? – спрашиваю я робко. С уважением к Дориану прячу свой наглый характер и молюсь, чтобы мое молчание помогло ему расслабиться.

Мужчина делает глубокомысленную паузу, взвешивая свой ответ.

– Был, – бормочет Дориан.

Я слышу в его голосе какой-то намек на эмоции. Он внезапно откашливается, как будто читая мои мысли.

– Мои родители возлагали на меня большие надежды. Я был понятливым и решительным, – натянуто смеется. – Но я был упрям. Взбунтовался и решил не идти по тому пути, который они мне выбрали, так сказать, не хотел входить в семейный бизнес. Будучи старшим сыном, то был ужасный скандал. – Воскрешает память, как будто все происходило десятилетия назад, ностальгия в его голосе находила отклик в его словах. Это воспоминание реально.

– Так понимаю, что они очень старомодны. Что за семейный бизнес? – интересуюсь искренне.

– Политика, – говорит Дориан посмеиваясь. Я заинтригована, что может быть смешного в этом. Должно быть – семейная шутка.

– Итак, ты оказал сопротивление, а они что? Отреклись от тебя?

– Практически так. На несколько лет меня отослали от всего и всех, кого и что я знал, – отвечает Дориан. – С этих пор профессия поменялась. Мы очень серьезно относимся к традициям. Чтобы я смог вернуть себе место их сына, нужно было стать тем, кем они хотят меня видеть. – Его голос полон боли, хотя он старается придать нашему разговору легкость.

Часть меня переживает за Дориана. Неважно, какой путь выберет ребенок, но люди, любящие его больше всего, не должны бросать одного.

Когда сходятся два человека и принимают осознанное решение создать новую жизнь, у них появляется обязательство защищать и любить этого ребенка до самой смерти. Как Александр и Наталия сделали для меня.

Традиция или нет, но Дориан не сделал ничего, чтобы лишиться любви и поддержки своих родителей. В попытке смягчить его отчаянные мысли, поворачиваюсь к нему лицом, позволяя его светлым голубым глазам слиться с моими.

Просто хочу, чтобы в этот момент ему было комфортно. Только хочу убрать его боль. Знать бы как.

Поглаживаю рукой щеку Дориана. Она гладкая с едва пробившейся колючей щетиной, оставляющей небольшое ощущение щекотки на кончиках моих пальцев. Дориан закрывает глаза и так прижимается лицом к моей ладошке, как будто это источник его поддержки.

Он вдыхает запах моей кожи и умиротворенно вздыхает. Непроизвольно разворачивается и признательно оглядывается на меня.

Странно, как я могу утешить его таким простым жестом. Все же не спрашиваю его об этом. Знаю, он нуждается в этом, ему нужно это прикосновение.

– Если бы ты мог, ты сделал бы по-другому? – спрашиваю я, не в силах придумать что-нибудь лучше. Просто хочу, чтобы он продолжал говорить.

Дориан в задумчивости кривит рот. Этот жест очарователен и делает его молодым и жизнерадостным.

– Да. Нет. Не могу сказать. – Затем он смотрит на меня, из его глаз исчезает весь юмор. – Если бы я сделал все по-другому, тебя бы сейчас не было здесь.

– Почему ты говоришь это? – шепчу я. Какая-то холодность в его голосе заставила меня заткнуться.

Дориан закрывает глаза и легонько качает головой. Когда он их открыл, его взгляд больше не был холодным и суровым.

– Я бы не появился здесь. Мы бы не встретились, – просто констатирует он, пожав плечами. Этот мужчина невероятно сложный. В течение этого короткого разговора, у него раз десять сменилось настроение. Трудно не отстать.

– Никогда не знаешь. Мир так тесен, – говорю я оптимистично. Верю, что на все есть своя причина. Если Дориану и мне суждено было здесь встретиться, чтобы разделить этот момент жизни, наши пути рано или поздно бы пересеклись.

– Не так тесен, как ты думаешь, – бормочет он. – Достаточно. Нужно, чтобы ты надела обратно платье, – говорит Дориан, садясь. Тянется за брюками и начинает их натягивать.

Какого черта? Он действительно выгоняет меня как какую-нибудь дешевую шлюху? Мое лицо горит от поднимающейся ярости. Я сажусь прямо, хватаю с пола свое платье-свитер и с обидой, очевидно раздраженная, надеваю его через голову. Подняв глаза, вижу ухмыляющегося Дориана, едва сдерживающегося, чтобы не рассмеяться.

– Что? – холодно огрызаюсь я, вставая лицом к нему.

– Просто удивляюсь, что вошло в тебя. Кроме меня, конечно, – хихикает он, хотя я не разделяю его веселья. – Серьезно, ты что-то имеешь против ужина?

Черт. Меня и мою горячность. Натягиваю платье на бедра, какое-то время избегаю смотреть в его глаза и пытаюсь казаться безучастной.

Вот я, думала, что Дориан выгоняет меня после секса, а он всего лишь хотел поужинать со мной. Глупая. Глупая. Глупая.

– Прости, – бормочу я.

– За что? – насмешливо спрашивает Дориан с чуть заметной улыбкой на губах. Он знает, за что я извиняюсь, но хочет услышать это от меня. Хочет, чтобы я признала свою слабость.

– Я подумала… – робко начала я. Прочищаю горло и распрямляю плечи, смотря прямо в глаза Дориану. – Думала, ты хочешь, чтобы я ушла. Что была всего лишь девушкой на минуту, – говорю я, качая головой, как-будто отказываясь от этой мысли.

– Ну, ты же девушка, верно? – Дориан удивлен моим хохотом и мой инстинкт говорит мне о том, чтобы стереть это самодовольное выражение с его лица. Вместо этого решаю поддразнить его.

– О, это и гораздо больше,- говорю я обольстительно, прикрыв глаза, направляя своего внутреннего сексуального котенка. Дориан инстинктивно облизывает губы, жду, что он повалит меня обратно на кушетку, но вместо этого он хватает мою руку, выводя из номера к лифту.

Звуки живой музыки заманивают нас в Таверну, и нас немедленно встречает доброжелательная хозяйка. Ведя к нашему уютному, интимному столику, она обыденно приветствует Дориана по имени, даже задает ему несколько вопросов об открытии салона. Хммм.

Дориан с ней дружен. Насколько дружен – это вопрос. Быстро отделываюсь от этой мысли, напоминая себе, что я, фактически, не его девушка и не имею права спрашивать об этом.

Когда мы сели, официантка, которую Дориан зовет Тиффани, протягивает меню и с теплой улыбкой покидает нас.

– Как-то без формальностей… кажется, ты довольно небрежно здесь общаешься с персоналом, – хмыкаю я. Дориан с интересом поднимает бровь и понимаю, что мой комментарий вышел гораздо более ехидным, чем хотелось. Кажется, он немного обижен. С улыбкой приободряюсь и решаю сменить тактику. – Должно быть, ты часто тут кушаешь. Еда также хороша здесь, как и музыка? – Оркестр играет плавную джазовую мелодию, распространяя знойное сексуальное чувство.

– Привычка обедать в костюме устаревает, поэтому, когда выпадает шанс насладиться едой, прихожу сюда. Это место более неформальное, чем другие рестораны.

Дерьмо. Я обидела его. Сосредотачиваюсь на меню, избегая зрительного контакта. Надеюсь, что смогу что-нибудь съесть, продолжая попадать впросак.

Несколько минут мы с Дорианом проводим в тишине, изучая меню, хотя мысленно все это время я проклинаю себя. Возможно, он увидит, что я действительно слишком грубая и недоразвитая и бросит меня, пока я окончательно не смутила его.

Из-за этой мысли грудь сжимается от боли, и я все еще с трудом дышу. К тому времени, как возвращается наша официантка за заказом на напитки, начинаю заикаться и оказываюсь совершенно неподготовленной.

– О, привет, э… Я, эм… – начала я.

К счастью, Дориан подхватывает разговор, спасая меня от окончательного позора, заказав вино и газированную воду. К тому времени, как официантка уходит за напитками, я уже сижу вся красная и униженная.

– Спасибо, – бормочу я. Черт. Нужно собраться. Обычно меня не заботит, что кто-то, особенно парень, думает обо мне. Это делает меня слабой и ни капельки не вдохновляет.

– Здесь подают отличный стейк и морепродукты. Хочешь, сделаю заказ за тебя, – спрашивает Дориан, ободряющая улыбка осветила его мягкие глаза. Он знает, что полностью разгадал меня, и теперь еще и жалеет. Ха!

– Пожалуйста, – все, что могу выдавить из себя.

Когда наша официантка возвращается с вином и водой, Дориан поворачивается к ней и заказывает нам еду. Я так поглощена своими противоречивыми чувствами, что с трудом могу понять, что он говорит, к тому же я не сильно голодна.

– Что-то не так? – спрашивает Дориан после нескольких минут напряженного молчания.

– Нет. Да. Не знаю. – Итак, я должна быть откровенной? Да. Чего мне еще терять? – Просто не люблю чувствовать себя такой застенчивой. Ты делаешь меня такой… неловкой. – Делаю внушительный глоток вина, чтобы ослабить тревогу.

– Разве? – он удивлен.

– Не думаю, что специально, – пожимаю плечами я. – Ух, я слишком озабочена. Тем, что ты обо мне думаешь. – Вот. Карты раскрыты. Дориан знает, что моя симпатия выходит далеко за рамки обычного ни к чему не обязывающего секса. Я влюблена. То, чего я точно поклялась не делать. Не могу позволить себе этого.

– Тебя это тревожит? – на его губах играет самодовольная улыбка. Великолепно, он считает от меня смешной.

– Более или менее, – вздыхаю я, и качаю головой.

– Почему это тревожит тебя? – Дориан вопросительно разглядывает меня, как будто я – редкая категория девушки.

– Потому что не привыкла к такому чувству. Ощущаю себя такой… уязвимой, – съеживаюсь я.

– А это плохо? – он кладет свой подбородок на сцепленные руки и пристально смотрит на меня.

– Да, – киваю я. – Особенно, когда у тебя нет большого опыта в… чувствах.

– Как такое возможно? Конечно, ты вела себя открыто с парнями, – говорит он скептически.

– Ты можешь так думать, на самом же деле это не так. Их было несколько, но ничего серьезного.

Реальность полного отсутствия серьезных отношений или стремительного романа обрушивается на меня, и эти жалкие мысли приходится задвинуть в дальний угол, пока они полностью не поглотили меня.

– Ты никогда не влюблялась? – Дориан немного грустно смотрит на меня, именно такой реакции я старалась избежать.

Сложный вопрос. Я была влюблена в Джареда. По крайней мере, думала, что была. Но многое изменилось с тех пор, как я встретила Дориана и узнала, что я метис Темных и Светлых. Я все еще влюблена в Джареда?

– Скажем так: я никогда не была влюблена в того, кто бы любил меня. – Пытаюсь в конце добавить немного бодрости, но понимаю, что Дориан видит меня насквозь. О, великолепно, он действительно думает, что сейчас я ничтожество.

Не успели мы углубиться в обсуждение недостатка у меня опыта отношений, наша официантка возвращается с большой миской моллюсков и мидий в томатном соусе, коктейлем из креветок, возможно, самыми большими из тех, которых я когда-либо видела.

Дориан робко смотрит на меня.

– Не знал, что ты захочешь.

Улыбаюсь и кладу всего по не многу себе на тарелку.

Моллюски и мидии великолепны, хотя я предпочитаю их в соусе из белого вина, как нам подавали в бистро. Креветки жирные, сочные и я щедро макаю их в соус Ремулад. Очевидно, ко мне вернулся аппетит.

– Что скажешь о своей прошлой большой любви? – спрашиваю я, наевшись.

Дориан делает затяжной глоток вина, обдумывая мой вопрос.

– Большой любви? Нет. У меня, правда, не было времени. Просто обычные отношения то тут, то там. Простые, без условий, предлагающихся договоренностей, которые удовлетворяют запросы каждой стороны.

Стиснув зубы, я с усилием сглатываю, подавив самолюбие.

– Допускаю, что я одна из таких договоренностей. – Ничего себе! Не знаю, как этот вечер превратился в такой серьезный, но полагаю, лучше закончить этот разговор.

– А ты хочешь ею быть? – спрашивает Дориан спокойно. Вновь наполняет вином наши бокалы, а затем сам делает глоток. Следую примеру.

– Не знаю. Честно, думала это как раз то, что нужно. Но, как сказала раньше, что-то изменилось в тот день, когда я встретила тебя. Верь чему хочешь, но это правда. Честное слово, я никогда не встречала такого как ты. И у меня чувство, что эта должно было случиться… наши пути должны были пересечься. Я разочарована. Не тобой. Собой. Когда я не с тобой, все эти вопросы и сомнения мучают меня. Но когда мы вместе – чувствую себя легко. Сомнения и страхи исчезают. И даже не помню о них. Разве это имеет значение? – Вино начало давать эффект и я не могу заткнуться, тянусь к бокалу с водой и наполовину опустошаю его.

Действительно надеюсь, что Дориан может расшифровать то, что хочу ему сказать, хотя совсем не уверена, что пытаюсь сказать. До того, как Дориан успевает отреагировать на мою путаную тираду, подходит официантка с нашим заказом; Бифштекс "Нью-Йорк" из нежной говядины, брокколи, приготовленные на пару и фаршированный печеный картофель.

– О боже, Дориан, хочешь, чтобы я поправилась! – восклицаю я, широко раскрыв глаза.

– Уверен, что это последнее, о чем ты беспокоишься. Кроме того, живем всего лишь однажды, верно? – говорит он с дьявольской усмешкой. Он прав. Даже если ты можешь жить вечно.

Бифштекс с перечным соусом тает во рту как кусочек масла. Это сочетание идеально и мясо приготовлено так, как я люблю. Кажется, что Дориан знает меня как свои пять пальцев.

Никто никогда не прислушивался к моим симпатиям и антипатиям, особенно учитывая то, что мы едва знаем друг друга.

– Надеюсь, тебе всё нравится. Не знал, что ты предпочтешь. Может быть, ты хочешь что-нибудь еще? – Дориан странно осторожен и я не могу не винить себя за свое предыдущую проповедь.

– Все великолепно, Дориан. – Вопросительно смотрю на него. – Как ты?

Дориан легонько покусывает верхнюю губу, обдумывая мой вопрос. Он знает, что мой вопрос вовсе не о еде. Внимательно смотрит на меня сквозь длинные ресницы и начинает казаться, что он пытается сбить меня с толку.

Знакомое покалывание медленно ползет к кончикам пальцев. Его тактика работает и я, качая головой, инстинктивно сжимаю бедра. Не буду ни на что отвлекаться, пока Дориан не расскажет мне о своих чувствах.

– Серьезно, Дориан. Я рассказала тебе о том, что чувствую, но как бы это не было трудно понять, мне нужно знать, что мы заодно. – Никогда еще в своей жизни не чувствовала себя такой раздражающей, надоедливой девицей.

Этот разговор утомителен для нас обоих, но мне нужно знать, одинока ли я в этом.

Дориан тяжело вздыхает – он уже изрядно устал от этих вопросов. Такое ощущение, что за прошедшие пять минут мужчина немного постарел.

– Габриэлла, можешь поступать, как хочешь. Хочешь быть со мной – будь. Хочешь оставить эти отношения легкими и непостоянными – пусть будет так. Хочешь, чтобы при случае я бесчувственно трахал тебя – буду рад оказать услугу. – Его слова настолько вульгарные и вызывающие. Чувствую, как щеки покрываются румянцем и я уже полностью влажная. – А сейчас достаточно еды и этого разговора. Хочу десерт. – Дориан встает и задвигает стул. Серьезно смотрит на меня и мое сердце останавливается.

Он такой холодный и опасный. Я должна бы почувствовать страх, но все, о чем могу думать – его взгляд, такой же, как двумя часами ранее, когда он брал меня сзади. От этой мысли мне стало стыдно, но я проигнорировала это чувство. Мне нравится это в Дориане и извиняться не за что.

Он протягивает руку, приглашая. Медленно поднимаюсь на дрожащих ногах и делаю все, что он пожелает, позволяя вывести себя из ресторана.

Последнее слово осталось за Дорианом, хотя будь на его месте другой, я бы не потерпела этого, но в этот момент охотно предоставила ему полный контроль. Он уже полностью управляет моим телом, сам Бог велел разуму последовать примеру тела.

До его апартаментов мы шли в тишине, а когда за нами захлопнулась дверь, я замерла в предвкушении.

Дориан стягивает светло-серый пиджак и бросает его на ручку кушетки. Вспомнив о том, как я стискивала этот самый подлокотник, почти перестаю дышать, а жар между ног становится невыносимым.

Удивительно, как только одно воспоминание может вызвать такую реакцию. Дориан замечает изменение в моем некогда сдержанном поведении и тремя легкими шагами грациозно сокращает расстояние между нами.

Без колебаний берет меня за руку и ведет в спальню. Мы все еще молчим, слова здесь не нужны. Он хочет меня. А я его.

Перед тем, как зайти в черно-золотую комнату, Дориан наклоняется и, схватив за подол платья, одним быстрым движением освобождает меня от одежды. Стою перед ним, раздетая и уязвимая, пока его взгляд скользит по моему полуобнажённому телу.

Дориан дотрагивается до моего прозрачного бюстгальтера. Его прикосновение настолько нежное, как будто я сделана из хрупкого фарфора. Выражение его лица… мучительное: как будто физический контакт причиняет ему боль, но он не может удержаться от этого.

Дориан наслаждается мукой. Балансирует на грани удовольствия и боли, а мне хочется подтолкнуть его к моему удовольствию. Все же, часть меня изголодалась по этой боли.

Эта мысль сводит с ума, даже вызывает тошноту. Как я могу просить Дориана определиться в своих чувствах ко мне, когда сама не могу определиться, чего действительно хочу от всего этого? Все эти мысли всплыли на поверхности после нашего свидания на кушетке.

Чтобы все забыть, просто нужен хороший секс с Дорианом.

Как будто читая мои мысли, Дориан накрывает мои губы своими, руками поглаживая мягкую плоть, через кружевные трусики.

Он сжимает мою попку и поднимает меня достаточно высоко, что я обвиваю ногами его талию. Он уже тверд и я еще сильнее сжимаю ноги вокруг него в приглашении.

Дориан прерывает наш поцелуй, вглядываясь в меня. Его глаза непрестанно что-то ищут, пытаясь найти объяснение во всей этой путанице, причиной которой сегодня вечером я стала.

Я призналась, что у меня есть к нему чувства, но с другой стороны, не хочу любить. Еще одно звено неопределенной сложности, то бишь, меня.

Прежде чем успеваю детально обдумать этот момент, Дориан относит меня к кровати и бережно кладет. Я торопливо сбрасываю ботинки и откидываюсь назад, на локти, наблюдая, как он раздевается передо мной.

Не отрывая от меня взгляда, одну за другой Дориан расстегивает пуговицы хрустящей белой рубашки. Ожидание подобно пытке. Мужчина доходит до молнии на брюках, но колеблется, вместо этого встает на колени в изножье кровати и хватает меня за бедра.

Тянет к краю кровати, пока моё лоно не оказывается на уровне его глаз. Дориан по-прежнему молчит, слышны только звуки моего затрудненного дыхания. Я совсем не вижу Дориана, и неизвестность убивает меня.

Прежде чем успеваю дать волю любопытству и облокотиться на локти, чувствую теплую мягкость губ Дориана на внутренней стороне бедра. Выгнув спину, дрожу от такого неожиданного прикосновения.

Поразительно, как мое тело сразу же реагирует на его прикосновение. Еще ни с кем я не разделяла такого желания. Такое ощущение, что наши тела созданы друг для друга.

Дориан покрывает легкими поцелуями мои бедра, с каждой лаской предвкушение и желание увеличиваются. Его руки находят мои трусики, и Дориан легко тянет их вниз, позволяя им упасть на пол.

Я на грани того, чтобы умолять его продолжать эту пытку, когда язык Дориана прикасается к влажному местечку между моих ног.

Все кружится и, когда мои мучительные стоны наполняют тишину. Я удивляюсь своему бесстыдству, позволяя Дориану делать со мной все, что угодно, пока я извиваюсь и корчусь под его языком.

Чем больше я хочу отстраниться и прикрыться, это невообразимое удовольствие удерживает меня в плену.

Дориан отрывается от меня и перед тем как продолжить с завидным самоконтролем облизывать плоть, вводит внутрь свой палец. Двигает им внутрь и обратно, каждый раз входя чуть глубже, мои крики соответствуют этой интенсивности.

Он увеличивает темп, добавляет второй палец и жадно посасывает мою плоть. Разрядка уже близко, должна быть. Не возможно больше ждать.

Хочу чувствовать его, хочу его внутри себя. Хотя ощущение его языка не поддается описанию, мне нужно, что бы он заполнил меня прямо сейчас. Мои руки тянутся к нему, но схватить его не удается.

В отчаянье дергаю одеяло, и своими порывистыми стонами умоляю Дориана взять меня. Он игнорирует мои просьбы и продолжает сознательно вонзаться и лизать мою плоть.

Я знаю, что он делает. Он дает мне точно то, в чем нуждаюсь, а не то, что я думала, мне хочется. Дориан знает, что я никогда ему полностью не отдамся и делает вид, что его это не заботит.

Моего тела будет достаточно. Я могу его полностью отдать без той части меня, которая хранит сотни секретов, лжи и обмана. Моей темной стороны.

Словно почувствовав, что мои мысли блуждают не в том направлении, Дориан сильнее посасывает мою плоть. Вскрикиваю от наслаждения и возвращаюсь к нему. Я с Дорианом могу взлететь от восторга прямо сейчас.

Я отдалась ему вся полностью в волнах мощнейшего оргазма, хрипло выкрикнув его имя. Моя спина прогибается, отрываясь от кровати, а ноги бесконтрольно дрожат.

Плотно закрыв глаза, чувствую, как Дориан приподнимается, и ложиться рядом со мной на кровать. Совсем не охота открывать глаза и встречаться с ним лицом к лицу, поэтому сосредотачиваюсь на восстановлении дыхания.

Могу только представить о чем он сейчас думает, после того как увидел меня такой незащищенной и уязвимой, но я не в силах закрыться от него. Слишком поздно.

– Прости, – тихо бормочу, через минуту-две открыв глаза. Оперевшись на локоть, Дориан пристально наблюдает за мной. Он удивлен моей суматошной кульминации.

– За что? – улыбается он.

– За… Думаю, за такие волнующие мгновения. – Всматриваюсь в светло-голубую глубину блестящих глаз Дориана. Он такой поразительно великолепный, что рядом с ним все мои мысли вылетают из головы.

– Не стоит. Мне нравится. – Вот это да!

– Тебе? Почему?

– Ты непринужденная. Неопытная. Всегда такая сдержанная, Габриэлла, тебя трудно застать в таком уязвимом состоянии. Это действительно прекрасно. Тебе нужно позволить людям почаще видеть эту твою сторону. – Дориан крутит между пальцами прядь моих волос, а потом подносит ее к губам, нежно целуя. – За исключением оргазма – фыркает он. Смех Дориана заразителен и я присоединяюсь к нему.

– Думаешь, я сдержанная?

– Очень, – он проводит пальцами от корней до кончиков волос. Я заметила, что он часто с ними играет. Кто бы мог подумать, что труднопостижимый Дориан Скотос питает слабость к волосам?

– Так много секретов, малышка, – еле слышно бормочет он. Его голос кажется таким старым, почти древним, в нем едва слышно акцент. Это так грустно, что я не могу подобрать слов, чтобы спросить его об этом.

Внезапно взгляд Дориана останавливается на едва ощутимо шокированном выражении моего лица. Он ухмыляется одним уголком губ, скрывая загадку в своих словах.

Хочется спросить, что он имеет в виду, что он знает о моих секретах? Я была настолько открыта и честна с Дорианом, насколько могла, но это было больше, чем с остальными парнями, кроме Джареда. Как он смог определить это?

– Повернись, – командует Дориан. Нерешительно переворачиваюсь на живот и оборачиваюсь к нему. – Сделаю тебе массаж. Не хочется, чтобы у тебя болела шея. – Он слезает с кровати и идет в спальню, примыкающую к ванной. Несколько минут спустя выходит маленькой с бутылочкой ароматного масла. – Я оседлаю твою спину.

– Нет, – резко возражаю я, когда Дориан встает на колени на кровати. Он сразу же теряется и выпрямляется. Вижу бурю, назревающую в его кристально голубых глазах. – До тех пор, пока ты не разденешься, – добавляю я с хитрой улыбкой.

Дориан мягко выдыхает, и кивает головой, заметно успокоившись. Расстегивает брюки, позволив им упасть на пол, и стоит передо мной в черных боксерах. Я охватываю жадным взглядом его рельефное, мускулистое тело. Его оливковая кожа мерцает под тусклым светом, струящимся с туалетного столика. С озорством облизываю губы.

– А теперь все остальное.

Дориан сбрасывает боксеры и снимает носки. Мои глаза расширяются, по достоинству оценивая его ещё обмякший, но все же внушительных размеров член.

Дориан медленно придвигается к кровати и садится верхом на мои бедра. Я чувствую легкую пульсацию его члена на моей попке и знаю, что он увеличивается от наших прикосновений кожа к коже.

Дориан расстегивает мой бюстгальтер и снимает с плеч бретельки. Затем достает небольшой пузырек и немножко содержимого выдавливает на руки, чуть разогревает в ладонях и нежно хватает меня за плечи.

Я сразу же расслабляюсь под его прикосновениями, и кладу голову на плед, позволяя мужчине массировать и ласкать меня. Я счастлива и издаю тихий стон.

– Оооох, Дориан, у тебя волшебные пальцы, – с наслаждением бормочу я.

Дориан фыркает.

– Даже не представляешь, какие, – говорит он хитро, без сомнения, с улыбкой на лице.

– Ты считаешь, у меня есть секреты, – говорю я, пока пальцы Дориана стирают боль с моей шеи и плеч. Это не вопрос.

– О, знаю, что есть.

– Тоже могу сказать и о тебе. – Дориан знает обо мне больше, чем я о нем. У кого же из нас тут на самом деле есть секреты?

– Я как открытая книга, Габриэлла. Если ты хочешь что-то узнать, все, что тебе нужно – спросить. – Дориан нежно собирает мои волосы в пучок и перекидывает его на другую сторону, чтобы ничего не мешало дотрагиваться до меня.

– Хорошо, – задумчиво отвечаю я. – Твои отношения с Авророй… как далеко они заходят? Не говори, что ничего нет, очевидно, что вас двоих связывает давняя история.

Дориан вздыхает, я уверена, он ожидал этого вопроса рано или поздно.

– Наши семьи много лет ведут совместный бизнес. Мы очень давно знаем друг друга. Хотя Аврора и пыталась много раз, но меня никогда не привлекали длительные серьезные отношения с ней или еще с кем-нибудь. Когда я уезжал, она выслеживала меня, думала, что поможет мне восстановиться. Ее привлекает только роскошь.

Ладно, это логично. Но не уменьшает моё беспокойство о ее попытках завязать дружбу и говорит о том, что Аврора не сдастся. Это понятно. Аврора застолбила участок, а я очень сильно мешаю ей стать нужной Дориану.

– Итак, вы оба из одной страны. И это? – не имею понятия, откуда он. Хорошее начало, Габс.

– На самом деле, мы из Греции.

Ладно, если бы я разрешила Морган поискать данные на Дориана, как она предлагала, сейчас бы я уже знала об этом. А то, что он грек – объясняет его экзотическую внешность, намек на акцент и фамилию.

– Хммм, понятно. Твоя семья богата? Ты упоминал семейный бизнес. Политика, верно?

– Помимо прочего. Ничего интересного, – Дориан двигается вниз по моей лопатке. Низкий рык срывается с моих губ.

– Но ты хочешь получить одобрение своей семьи. Вот почему ты приехал сюда, верно? Чего же ты хочешь достичь в этом маленьком городке? – Салон – это великолепно, но сомневаюсь, что его семья еще занимается косметикой. А Колорадо-Спрингс точно не центр индустриализма.

Какое-то время Дориан размышляет над моим вопросом.

– Я должен овладеть чем-то очень ценным для моего народа. И это что-то здесь. Мы соберем большое количество силы.

– Звучит очень серьезно. И они доверили тебе такую актуальную задачу; должно быть они безгранично тебе доверяют. Особенно такому молодому.

– Я только молод для тебя. Я достаточно опытен. – В голосе Дориана опять послышалась интонация древнего старца. Этот звук был полон печали и паники. Чуть поворачиваю голову, чтобы оценить его реакцию, но он сразу же начинает разминать мою шею.

Что-то внутри меня сочувствовало Дориану и той ситуации, в которой он оказался. Все, чего он хочет от своей семьи – одобрения и любви, мне хочется того же, только хочу я этого от Дориана, хотя никогда не признаюсь в этом.

Чем больше я хочу оставить это все как можно более несерьезным, тем больше я узнаю об этом человеке и все больше хочу его. И не только его тело. Но и сердце. Я не лучше Авроры, я тоже хочу быть его спасителем.

Дориан далеко не беспомощный, но я чувствую печаль внутри него, от которой мне хочется его избавить. Часть его все еще скрыта в тени, часть, которая никогда прежде не восстановится полностью от того, что семья отреклась от него.

Смогу ли я стать той, в ком он будет нуждаться? Откроет ли он мне свою душу, не смотря на то, что я могу никогда ему полностью не открыться?

Есть что-то, что только я смогу сделать для Дориана, а не Аврора. Только я знаю, как его успокоить. Отвожу руку назад и нахожу его твердеющую длину, упирающуюся мне между ягодиц. Нежно сжимаю его, от чего член Дориана сразу же пробуждается.

Слышу, как дыхание Дориана становится неровным и он чуть глубже начинает надавливать на мои плечи.

Я направляю его возбужденный член к своему лону, и Дориан охотно следует за моей рукой.

Я немного раздвигаю ноги, приглашая его внутрь себя, и Дориан проталкивается вперед, погружаясь глубоко в мой тёплый комфорт. Мы одновременно ахнули, оценив всю глубину ощущений от этой новой позы.

Дориан продолжает массажировать мне шею и плечи, медленно входя в меня. Благодарю его нежными стонами и вздохами.

– Больше нет вопросов? – Дориан дышит неровно, наполняя и растягивая меня до предела.

– Нет, Дориан, – бормочу я, хватая ртом воздух. Его присутствие здесь кажется таким правильным. Он должен быть здесь, я должна быть здесь.

Дориан опускается на мою спину, его губы находят мое ухо и он продолжает размеренно двигаться во мне. Схватив меня за руки, поднимает их над головой и прижимает к кровати, еще глубже входя в меня.

Он нежно прикусывает и посасывает мочку моего уха. Ощущение его затрудненного дыхания на шее, жара его тела, слившегося с моим, доводит меня до оргазма.

Мои стоны усиливаются с каждым толчком, и Дориан утоляет мой голод, двигаясь быстрее и сильнее.

Он что-то начинает мне в ухо бормотать так тихо, что я едва могу разобрать слова сквозь шум моего резкого дыхания. Что-то иностранное и предполагаю, говорит он на греческом.

Боже мой! Это невероятно эротично. Дориан продолжает бубнить, теперь уже стремительно вбиваясь в меня. Одной рукой находит мои волосы и дергает так, что моя голова откидывается назад к нему.

Его ворчание становится громче и грубее, как будто он пытается что-то срочное сказать мне, и я чувствую, что его оргазм приближается. Все внутри меня тоже близко к этому и я знаю, что после этого оргазма я точно выдохнусь.

Дориан делает один сильный, глубокий выпад и замирает внутри меня. Он дотрагивается и нажимает на каждую точку наслаждения на моем теле. Долго я этого не вынесу; стенки влагалища сжимаются вокруг его члена, а я взрываюсь, крича от сильнейшего оргазма. Дориан все еще проталкивается глубже, извергаясь в меня, вторя моему оргазму.

***

– Черт! – восклицаю я, лежа на животе. Дориан слез с меня и отдыхает рядом, пытаясь восстановить дыхание.

– Что не так? – выдыхает он, немного тревожно, но по его голосу слышно, что он ленив и пресыщен.

– Дориан, нам действительно надо использовать защиту, – ругаю себя за то, что снова сглупила.

– Я не могу сделать тебя беременной. Если это то, о чем ты беспокоишься, – просто говорит он.

– Не об этом. Но фигня в другом, ты же знаешь, – не могу даже заставить себя сказать про передаваемые половым путем инфекции.

– Верхний ящик прикроватной тумбочки справа. Там лист бумаги с недавними результатами анализа крови. Я знал, что хочу быть с тобой без всяких забот и препятствий. Сделал его на прошлой неделе. Он твой. – Вау, он действительно продумывает каждую мелочь. Не говоря уже о том, что крайне уверен в своих методах соблазнения.

– А как же я?

– Нет причин беспокоиться. Я доверяю тебе. Но если хочешь сделать тест, могу организовать.

– Спасибо, но я сама могу об этом позаботиться. – Мысленно делаю себе пометку сходить к врачу завтра днем после занятий. – Откуда ты знаешь, что мне можно доверять? – говорю я с усмешкой. О, если бы Дориан только знал, как в действительности я ненадежна. Рядом со мной он каждую секунду подвергается опасности. Почему я просто не могу уйти и спасти нас обоих от неминуемых душевных мук и сожалений?

– Хорошо разбираюсь в людях, – говорит Дориан с сексуальной полуулыбкой. Это последнее, что я вижу, перед тем, как сомкнуть свои усталые веки.

***

Я резко просыпаюсь в кромешной тьме. Отчаянно ищу глазами хоть что-то знакомое вокруг. Спальня Дориана. Я одна, а в комнате полнейшая тишина и спокойствие.

Сажусь в кровати и пытаюсь нащупать свои вещи. Ногой задеваю кучку скомканного белья. Рубашка Дориана. Надеваю и укутываюсь в нее, прикрывая обнажённую грудь, прежде чем отправиться на поиски своего неожиданно извернувшегося любовника.

Дориан стоит в помпезных стеклянных дверях, ведущих на огромный балкон. Одетый только в брюки без нижнего белья. Кстати, они не застегнуты и висят на бедрах так, что видно изгиб, ведущий к его крепким, твердым ягодицам.

Он держит в руках хрустальный бокал со светло-коричневой жидкостью. Делает глоток и оперевшись предплечьем против окна, смотрит в темное безмолвие ночи.

Задержав дыхание, и на цыпочках я подкрадываюсь к нему. Не хочу нарушать его уединение, мне любопытно, что заставило его вылезти из теплой постели и моих объятий.

– Тебе следует спать, – громко произносит Дориан. Черт. Я уверена, что шла тихо. Перестаю красться на цыпочках и иду к нему.

– Тебе тоже, – отвечаю тихо, останавливаясь рядом с ним.

Я смотрю в усталые, настороженные глаза Дориана. Даже в темноте они мерцают. Мужчина печально усмехается, безуспешно пытаясь скрыть то, что беспокоит его сегодня ночью. Хочется протянуть ему руку и утешить, но что-то подсказывает, что не стоит этого делать.

– Что ты видишь? – спрашивает Дориан, кивая в сторону окна. Делает еще глоток напитка и предлагает мне бокал. Беру его в руки и делаю маленький глоточек. Крепкая жидкость опаляет горло, горячей лавой спускаясь вниз. Возвращаю бокал Дориану, а он надменно ухмыляется.

Я всматриваюсь в ночь и вижу слабый отблеск озера и очертания высоких качающихся деревьев.

– Ничего. Тьму, – почти шепотом отвечаю я.

– Думаешь, что тьма – это ничего? Многое, больше, чем ты можешь представить, скрыто в темноте. Вот мы здесь стоим, вглядываясь в ничего, как ты говоришь, тем временем наблюдая за жизнью.

– Мужчина тайно встречается с женщиной, не его женой. Говорит ей, что уйдет от жены, но на самом деле даже не собирается этого делать.

– Два молодых человека, работника отеля, исчезли в лесах, чтобы заняться сексом. Никто не знает об их отношениях. Или о том, что они ВИЧ-инфицированы. У обоих есть девушки.

– Ночной охранник крадет ценные вещи у постояльцев гостиницы, когда они долго гуляют по ночам. Он складывает драгоценности и деньги в тайник в доме у бассейна, чтобы можно было забрать их после работы.

– Женщина на балконе шепчется по сотовому телефону, пока ее муж спит. Он верит, что здесь они отдыхают, но она планирует опустошить их счета и сбежать со своим любовником.

– Бизнесмен возвращается в гостиничный номер с проституткой. Он и не подозревает, что его гостья на вечер вовсе не женщина. Он, так или иначе, не обратит внимания. Это не впервые.

Слегка озадаченно смотрю на Дориана.

– Кажется, в темноте скрыто так много секретов и обманов, – тихо замечаю я. Откуда он все это знает? Или это все под влиянием алкоголя?

– Ты бы подумала так. Весь мир думает, что темнота – синоним обмана. Дьявола. Но ещё раз вглядись в нее, – снова кивает головой в сторону ночи.

– Пожилой мужчина и его жена прогуливаются вдоль озера, рука об руку. Они только что отпраздновали пятидесятую годовщину свадьбы в одном из банкетных залов гостиничного комплекса в окружении своих пяти детей и их семей и друзей.

– Молодой человек делает своей давней подружке предложение на мосту. Он уплывает на начальную военную подготовку и хочет жениться на ней, когда вернется. Они встречаются со средней школы.

– Новоиспеченный отец лихорадочно звонит в авиакомпанию после известия о том, что у него неожиданно родился ребенок. Здесь он по делам с очень важными клиентами, но жертвует всем, чтобы быть со своей семьей.

– Другой ночной охранник подозревает, что его коллега со своим другом занимаются кражами, чтобы помочь семье в трудное время. Он ищет его, чтобы предложить вернуть все украденное и помочь встать на ноги.

Дориан посмотрел на меня, оценив ошарашенное выражение на моем лице. Одаривает успокаивающей ухмылкой и поглаживает рукой шею.

– Теперь видишь, Габриэлла. Тьма не всегда то, чем кажется. Сначала она может показаться пугающей, но в действительности ничего страшного. Иногда свет может затмить правду.

Вот теперь он действительно ошарашил меня. Знает ли он, о чем говорит? В уме проскальзывает мысль о том, что Дориан, возможно, может знать обо мне. А если это так, то ему сейчас не очень приятно стоять рядом со мной. Или так, или я бы умерла.

Дориан наклоняется вперед и оставляет глубокий, нежный поцелуй на моих губах, стирая чувства беспокойства и неверия. На вкус его губы как сладкий, крепкий ликер.

– Пошли, нам обоим нужно немного поспать.

Дориан делает последний глоток и берет меня за руку, и ведёт в спальню. Откидывает стеганое одеяло, чтобы я могла лечь в кровать.

Он стягивает брюки, и залезает под одеяло ко мне сзади, полностью обнаженный. Стаскивает с моих плеч белую футболку, и я неловко передвигаюсь, чтобы он полностью мог ее снять.

Затем он кладет мою голову к себе на мощную, гладкую грудь и я уютно устраиваюсь, переплетая свою ногу с его. Это настолько прекрасно, что только в будущем вызовет смущение.

– Ты – нет, Габриэлла, – говорит он вдруг.

– А?

– Ты не одна из тех случайных подружек. Я тоже это чувствую.

Не знаю, что сказать на это. Часть меня в восторге от этого откровения, потому что считаю, что Дориан для меня значит больше, чем короткий роман. Но другая часть меня, логичная, проницательная, страшится его.

Потому как ничего хорошего из этого не выйдет. Я не смогу дать ему больше, чем уже отдала и будет не честно создавать иллюзию посредственной, беззаботной молодой девушки.

Между нами и моим вознесением меньше года. А что потом? Что, если до этого не получится сделать выбор? Его может задеть перекрестным огнем.

Вместо ответа на заявление Дориана, нежно целую его грудь и с трудом пытаюсь заставить себя заснуть под удары его сердца. Я дам ему этот момент. Разрешу себе насладиться его теплом и надежностью. Может быть, это последний кусочек счастья в моей жизни.

Переводчики: janevkuz

Редактор: natali1875