– Как вы съездили в Сан-Диего? Прошла почти неделя, а ты ничего не рассказываешь о поездке. – Таня на секунду отвлеклась от дороги и посмотрела на Анджелу. – Все в порядке?

Анджела наконец-то начала расслабляться, но вопрос Тани вернул напряжение, которое она ощущала с самого возвращения домой.

– Сан-Диего – отличное место, – небрежно ответила она.

Дело было в пятницу, в десятом часу вечера, на улице стемнело, и Анджела почти ничего не видела через стекло, но все равно отвернулась и стала смотреть в окно.

– А вы как сходили в клуб?

– Как обычно. Громкая музыка, полно народу. Мэй танцевала до упаду.

Анджела повернула голову и перехватила в зеркале заднего вида взгляд Тани. Подруга явно не хотела совать нос в чужую жизнь, но ее разбирало любопытство.

– Жаль, что тебя с нами не было, но я тебя понимаю. Надеюсь, у вас с Джошем все хорошо?

Анджела кивнула.

– Да, все отлично.

Джинни, сидевшая на переднем сиденье, оглянулась.

– Отлично, говоришь? Сплюнь, а то сглазишь.

Анджела уставилась в темноту за окном.

– Между прочим, куда мы едем? Я умираю с голоду.

Джинни переглянулась с Таней.

– Уходит от ответа. Это неспроста.

К счастью, Таня ее не поддержала:

– Анджела нам сама расскажет, когда найдет нужным. – Она посмотрела на Анджелу в зеркало заднего вида. – Мы едем в новый ресторан «Нуво Калифорния». Вернее, не совсем новый. Помнишь старую закусочную возле автострады? Когда город разросся, кто-то ее купил и перестроил в ресторанчик в стиле ретро. Говорят, получилось очень здорово и кормят хорошо. – Таня хмыкнула. – Посмотрим, надолго ли их хватит.

Таня с Джинни заговорили о разных ресторанах, а Анджела притихла. На нее словно пахнуло холодом. Она знала старую закусочную, даже слишком хорошо знала.

– Девочка моя, мне нужно идти на работу, – говорила мать каждый вечер, после того как возвращалась с основной работы и обедала с маленькой Анджелой и ее бабушкой, своей матерью.

Закусочная, в которой она подрабатывала по вечерам, в те времена так и называлась: «Остановка у дороги». Иногда мать приносила немного еды домой, это бывало особенно кстати, когда бабушка болела. Когда матери Анджелы было столько лет, сколько Анджеле сейчас, она была уже восемь лет как разведена, одна растила дочь и на ее попечении находилась престарелая мать.

Анджела до сих пор помнила светло-зеленую униформу матери и ее прическу – строгий «конский хвост». Она рассеянно потрогала свои волосы, собранные в такой же хвостик.

Я не похожа на свою мать.

– Эй, ты там не спишь? – спросила Джинни, поворачиваясь к Анджеле. – Может, тебе стоит поделиться с нами тем, что тебя гложет? Иногда это помогает.

– Кажется, я влюбилась в Джоша, и это меня пугает.

В машине стало тихо. Анджела готова была откусить себе язык. Господи, что я наделала?! – ужаснулась она. Что подумают обо мне девочки?

Она еще гадала, как исправить положение, когда Джинни снова повернулась к ней и сочувственно кивнула.

– Я догадывалась. Поверь мне, если ты об этом расскажешь, тебе станет легче.

Таня тоже кивнула.

– Скажи, тебя пугает любовь как таковая или то, что ты полюбила именно Джоша?

Анджела ответила не сразу.

– Я как-то об этом не задумывалась. – Она никогда еще не откровенничала о себе ни с кем, кроме Бетани, и сейчас ей было нелегко говорить. – Когда у нас все начиналось, я думала, это будет ни к чему не обязывающая связь. У меня ведь нет опыта серьезных отношений.

– Значит, дело не в Джоше, а в любви вообще?

Анджела вздохнула.

– Да, пожалуй. А Джош… он только все осложняет.

Джинни повернулась лицом к заднему сиденью.

– Тебя беспокоит его репутация донжуана?

– Нет, не совсем. – Анджела задумалась. С тех пор как они с Джошем заключили пресловутое соглашение, она даже не вспоминала о том, что у него были другие женщины. – Скорее, причина в наших с ним отношениях. У меня такое чувство, что всем управляет он, а я даже не успеваю осмыслить, что происходит. Только я подумаю, что не хочу чего-то делать, как он уже убедил словами, или своим обаянием, или еще как-то – и я делаю то самое, чего делать не собиралась.

Как ни странно, подруги, казалось, ее поняли.

– Сколько времени вы встречаетесь? Месяцев восемь? – спросила Джинни.

Анджела задумалась.

– Меньше, четыре или пять. Неужели прошло так много времени?

Дело плохо, она уже начинает забывать, какой была ее жизнь до встречи с Джошем.

– Неужели? А мне казалось, что больше.

– По-моему, вы подходите друг другу, – вставила Таня. – Он очень хорошо к тебе относится. Может, он и пытается когда-то тебя обольстить или уговорить на что-то, но это, наверное, просто особенность его характера. Он ведь тобой не командует, не заставляет силой сделать так, как ему хочется?

– Нет, конечно!

Анджела даже возмутилась: такое обращение она бы не потерпела.

– А когда ты в конце концов поступаешь так, как он хочет, ты делаешь что-то, что тебе в глубине души кажется неправильным? Или, может, аморальным? Ты чувствуешь, что тебе не следовало этого делать?

Анджела снова задумалась, анализируя свои чувства.

– Пожалуй, нет.

Таня снова закивала.

– Я так и думала, тебя пугает не любовь к Джошу, а любовь вообще. Тебе кажется, что Джош подталкивает тебя к любви, а ты считаешь, что еще к ней не готова.

– Да, наверное.

Анджела закрыла глаза, вспоминая субботу. Как же она запаниковала, когда Джош стал заводить разговор о любви! Только позже она начала задумываться над тем, чем ей может грозить признание Джоша.

– Нет, не так. Дело в том, что Джош не дает мне времени самой принимать решения, пусть даже такие же, какие он за меня принимает. Может быть, я его и люблю… – от одного того, что она произнесла эти слова вслух, у нее вспотели ладони, – но я хочу делать все в свое время. А Джош меня постоянно торопит. Как я могу принять правильное решение, когда меня торопят?

– Ты объяснила это ему? – спросила Джинни.

– Я над этим думала.

– Вот что я тебе скажу, – мягко сказала Таня. – Я обратила внимание, каким взглядом он на тебя смотрит, даже когда ты его не видишь, я слышала, как он с тобой разговаривает, видела, как он себя ведет. Джош явно тебя любит. Может, он нетерпелив и слишком властен, а обаяния у него столько, что хватит на целую толпу женщин, не спорю. Однако не только он имеет над тобой власть, но и ты над ним тоже. Разве не это главное? Тебе пришлось ради него от чего-то отказаться?

– Не знаю, – призналась Анджела. – Мне так не кажется. Думаю, я борюсь за то, чтобы остаться самой собой.

– Сегодня пятница, а ты едешь в ресторан с нами, вместо того чтобы быть с Джошем, – сказала Таня. – Как он к этому отнесся? Он не пытался тебя отговорить, пустив в ход свое обаяние?

– Нет, – ответила Анджела, немного подумав. – Но он, конечно, не обрадовался. Как назло, я всю неделю не могла с ним встретиться. – Анджела улыбнулась. – Думаю, он перегруппировывает силы для новой атаки.

– Он тебя любит, это ясно как Божий день. И ты его тоже, что бы ты ни говорила. Может быть, тебе нужно время обо всем подумать, но притворяться, что ты ничего к нему не чувствуешь, и ждать, пока твой страх пройдет… По-моему, это нечестно. И не только по отношению к нему, но и к тебе самой. Ты заслуживаешь счастья.

Ты заслуживаешь счастья.

Анджела боялась потерять независимость, отказаться от своих планов ради Джоша. Но он всегда был к ней добр, проявлял понимание… и любил ее. Правда, один раз они поссорились, он даже накричал на нее за то, что она не поделилась с ним своими планами. Но такое случается. Мечтать о любви, не омраченной никакими проблемами вообще, об идеальных отношениях без всяких ссор – это просто глупо и нереально. В жизни так не бывает.

Ей нравилось – нет, не так, – она любила проводить с ним время, любила просыпаться рядом с ним, любила слушать, как он рассказывает о работе, о семье, да о чем угодно. Ей нравилось, как он к ней относится.

Я люблю его.

Анджела ждала привычного приступа страха, и он наступил, но страх был куда слабее, чем когда-то. Она улыбнулась и на мгновение даже пожалела, что пообещала подругам пойти в эту пятницу с ними. Пожалуй, решила она, стоит позже позвонить Джошу или заглянуть к нему домой после ресторана.

Может, остановить машину и бежать к Джошу прямо сейчас?

Анджела усмехнулась своим мыслям. Ее хваленая решимость таяла с каждой милей.

Наконец они подъехали к ресторану. На парковке было уже много машин, в том числе и дорогих марок. Рядом с их машиной остановился пикап, из которого вывалилась компания подростков в кожаных куртках.

Девушки вышли из машины и пошли к дверям ресторана. Анджела чуть не подпрыгивала от нетерпения.

Я люблю Джоша, я люблю Джоша! Эта мысль рефреном звучала у нее в голове, бурлила в ее крови. Конечно, она любит Джоша, как она раньше этого не понимала? Ей выпал редкостный шанс – не повторить мамину ошибку, а научиться на ее опыте. Анджела только сейчас осознала, что над ней слишком долго довлел неудачный опыт матери. Джош всегда был к ней добр, пусть настойчив, но все равно добр, у нее не было никаких оснований сравнивать его с бывшим мужем матери, которого у нее язык не поворачивался назвать своим отцом. Сейчас собственные страхи казались ей глупыми.

Девушки протиснулись через толпу к ресторану и услышали от официантки, что им придется ждать не меньше получаса.

Анджела застонала. Джинни засмеялась:

– Что, проголодалась?

– Ужасно.

Анджела не стала уточнять, что ей хочется побыстрее покончить с ужином, чтобы ехать к Джошу.

Таня пристально посмотрела на нее и с улыбкой посоветовала:

– Пока мы ждем, иди позвони ему. На обратном пути я подброшу тебя до его дома.

Анджела сначала удивилась, но потом обняла подругу и засмеялась.

– Иди, иди. Я тебя понимаю, сама через это проходила.

Джинни проводила Анджелу взглядом и с оттенком зависти сказала Тане:

– Надеюсь, я когда-нибудь тоже испытаю такие чувства. – Она усмехнулась. – Тогда надавай мне пощечин.

Пробираясь через толпу, Анджела чувствовала себя счастливой, хотя это казалось ей немного нелепым. Хотя декор ресторана изменился до неузнаваемости, планировка здания осталась прежней, и она ее хорошо помнила. Почти не глядя по сторонам, она шла между столиками, направляясь в коридор, который вел к туалетам и телефонам-автоматам.

– Ах, Джош, ты совсем не изменился!

Анджела остановилась так резко, что мужчина, который шел позади, налетел на нее и чуть было не сбил с ног. Недовольно проворчав что-то, он обогнул ее и пошел дальше, а Анджела замерла как вкопанная.

Прямо перед ней в одной из кабинок сидел Джош. Он улыбался Шелли, той самой разговорчивой сотруднице туристического агентства. В первые несколько секунд Анджела ничего не почувствовала. То, что она видела, казалось ей бессмысленным. Это был Джош. Ее Джош, мужчина, которого она полюбила. И то обстоятельство, что он сидел за столиком с другой женщиной, просто не укладывалось у нее в голове.

Но затем она поняла, что происходит.

Он пришел в ресторан с другой женщиной!

Анджела никогда раньше не испытывала ревности, и сейчас болезненная острота этого чувства поразила ее. Джош оживленно беседовал с Шелли и улыбался той самой улыбкой, какая раньше предназначалась ей самой!

Уж Шелли точно ни за что не откажется от ужина с Джошем ради встречи с подругами! Наверное, поэтому Джош теперь сидит в ресторане с ней, а не ждет дома звонка Анджелы. Похоже, ей не стоит его винить, подумала Анджела. Она только не представляла, что ей будет так больно.

Анджела не знала, сколько времени она так простояла и сколько простояла бы еще, если бы Джош, отведя взгляд от своей спутницы, неожиданно не посмотрел на нее. Встретившись с ошеломленным взглядом Анджелы, он снова перевел взгляд на Шелли и обратно на Анджелу.

Анджела не думала о том, что делает. Она круто развернулась и побежала к выходу.

– Анджела!

Она бежала к выходу, наступая на ноги, расталкивая посетителей ресторана, не обращая внимания на возмущенные возгласы, несущиеся ей вслед. Анджела знала только одно: ей нужно как можно быстрее убраться отсюда, выбраться на свежий воздух. Ей нужно было время подумать, и она не желала выслушивать объяснения Джоша, пока сама толком не разберется в своих чувствах.

Закусочная и до переоборудования была довольно большой, но сейчас Анджеле казалось, что ресторан превосходит размером футбольное поле.

– Анджела, ты куда? – окликнула ее Таня. Анджела даже не оглянулась. Промчавшись мимо подруг, она выскочила в дверь и чуть не скатилась по лестнице на улицу. Ночной воздух приятно холодил щеки, но она и здесь не остановилась. Пробежав мимо толпы подростков, она бросилась через дорогу на неосвещенную сторону улицы. Анджела не желала видеть Джоша. Ей нужно было вернуться домой и все обдумать. Неужели она хочет слишком много – оказаться подальше от мужчины, у которого всему найдется объяснение?

Свет фар ударил в лицо. На миг ослепленная, она остановилась, с трудом переводя дух. Неожиданно для нее ослепивший ее автомобиль замедлил ход и остановился. Анджела приготовилась бежать, но вдруг услышала голос Мэй:

– Анджела, это ты?

Откуда ни возьмись у нее снова взялись силы. Она бросилась к машине и дернула за ручку передней дверцы. Недоумевающая Мэй отперла дверь изнутри, и Анджела проворно залезла на сиденье.

– Отвези меня домой, пожалуйста, – скороговоркой выпалила она, задыхаясь.

– Что случилось?

Анджеле показалось, что из ресторана кто-то выходит.

– Не спрашивай, просто отвези меня!

Мэй нажала на педаль газа, ее мини-фургон с визгом сорвался с места, и через считанные секунды ресторан остался позади. Анджела вздохнула с облегчением, прижалась лбом к холодному оконному стеклу. Ее вдруг стала бить дрожь.

– Я ехала, чтобы присоединиться к вам, и вдруг увидела тебя на улице, – сказала Мэй. – Ты меня напугала. Что случилось?

Анджела немного подумала и призналась с дрожью в голосе:

– Я поняла, что влюбилась в Джоша. А потом все полетело в тартарары.

Джош беспомощно смотрел, как какой-то мини-фургон увозит от него Анджелу. Совсем не так представлял он сегодняшний вечер.

– Эй, мистер, я к тебе обращаюсь!

Парень, которого Джош в погоне за Анджелой нечаянно сбил с ног, вышел за ним на улицу. Вместе с ним были его приятели, и он явно стремился что-то доказать, однако Джош был не в настроении с ним связываться.

– Джош, что случилось?

Он оглянулся и увидел двух подруг Анджелы. Девушки с удивлением наблюдали за происходящим, одновременно высматривая в толпе Анджелу.

– Думаешь, если ты важная шишка, то можешь просто так сбивать людей с ног? Да мне плевать, на кого ты работаешь!

К ним подошел владелец ресторана, явно встревоженный.

– Если вы собираетесь драться, я вызову полицию, – сказал он, нервно разглаживая на себе фартук.

– Где Анджела? – спросила Джинни.

– Я сказал, ты не можешь просто так…

– Извини, – бросил Джош парню, – я не нарочно. Я бежал за своей подружкой. – Он повернулся к Джинни и ответил на ее вопрос. – Анджела уехала в каком-то мини-фургоне.

– Куда она поехала? – спросила Таня.

– Не знаю.

Парень не унимался. Он толкнул Джоша плечом.

– Эй, этого недостаточно. – Он посмотрел на своих дружков. – Если ты бежал за подружкой…

– Джо-ош, – нараспев произнес от дверей другой женский голос. – Все в порядке?

Все повернулись на новый голос. В дверях стояла Шелли в мини-юбке и блузке с очень глубоким декольте. Джош вздохнул, не пытаясь скрыть раздражение.

– А что, разве похоже, что все в порядке? – Обе подруги Анджелы как по команде одновременно уставились на Шелли, и Джош почти услышал, что происходит в их головах. – Это не то, что вы думаете.

– Ах ты, ублюдок! – прошипела Джинни. Таня молчала. По-видимому, она от возмущения потеряла дар речи.

– Подождите…

Не слушая Джоша, девушки с осуждающим видом прошествовали мимо него, сели в машину и уехали.

Джош повернулся к компании юнцов. Теперь он был в самом подходящем настроении, чтобы драться.

– Ну что, кажется, ты хотел выяснить отношения?

Но парень, с интересом наблюдавший за этой сценой, глуповато усмехнулся и покачал головой.

– Нет, я передумал. Похоже, у тебя и так забот хватает. – Он посмотрел на Шелли и ткнул Джоша локтем. – Круто, классная телка!

Джош покачал головой, однако спорить не стал. Если после этого юнец передумал драться – что ж, тем лучше для всех. Кажется, сегодня вечером ему только в этом и повезло.

Он повернулся к владельцу ресторана.

– Вы не могли бы записать наш ужин на мой счет? Я – Джош Монтгомери из «Сладких фантазий». Считайте, что вы уже получили заказ на несколько корпоративных вечеринок нашей компании в течение года.

Хозяин закивал.

– Да-да. конечно, мистер Монтгомери.

Джош повернулся к Шелли. Та все еще улыбалась.

– Извини, Шелли, мне придется отвезти тебя домой.

Она сначала нахмурилась, но потом пожала плечами.

– Ладно, я все понимаю.

В машине Джош молчал, всецело сосредоточившись на дороге. Он хотел побыстрее освободиться от Шелли, чтобы потом ехать к Анджеле и все объяснить, пока инцидент не разросся до катастрофических размеров. Анджела и так уже всю неделю отказывалась с ним встречаться. Зная ее, Джош боялся даже представить последствия сегодняшнего недоразумения.

– Не волнуйся, она все поймет и простит.

Джош забыл, что рядом с ним в машине сидит Шелли.

– Что ты сказала?

– Анджела тебя простит, поверь мне. Когда женщина неравнодушна к мужчине, она предпочитает верить в самое лучшее в нем и не замечать худшего, даже если оно очевидно. – В голосе Шелли послышалась горечь. – Она притворяется, будто не слышит, как он шепотом разговаривает по телефону в ванной, не обращает внимания на то, что он возвращается с дружеской вечеринки с «мальчишками» под утро. Она оправдывает его перед самой собой, и эти оправдания нагромождаются одно на другое, пока в один прекрасный день он не объявляет, что уходит к другой женщине. – Шелли вздохнула. – И тогда она не верит своим ушам.

Джош заерзал на сиденье.

– Я бы никогда не стал обманывать Анджелу.

– Тогда почему ты пригласил на ужин меня?

Он удивленно покосился на Шелли. Та прищурившись смотрела на него. Джош покачал головой.

– Мне жаль, что твой муж оказался мерзавцем, и я понимаю, как тебе было трудно. Я всего лишь пытался вести себя как хороший друг. – Он снова посмотрел на нее и добавил чуть резче: – Но не более того.

Шелли отвернулась к окну. Когда она снова повернула голову, Джош увидел, что она обижена и не на шутку рассержена.

– Хороший друг!

– А ты увидела в моем поведении нечто большее?

– Я над этим не задумывалась, – медленно проговорила Шелли. – Однако в разговоре ты все время упоминал Анджелу: Анджела то, Анджела ее… Я решила, что ты к ней неравнодушен и намекаешь мне, чтобы я ни на что не рассчитывала.

Джош мысленно вздохнул с облегчением, но, как оказалось, преждевременно.

– Но могло быть и другое объяснение: ты чувствуешь себя виноватым за то, что изменяешь ей. Я решила, что к концу вечера разберусь, какой из двух вариантов правильный.

Джош подъехал к дому Шелли и затормозил, но не стал заглушать двигатель.

– Я должен найти Анджелу, – быстро сказал он. – Она очень рассердилась и, наверное, расстроилась.

Несколько секунд Шелли не двигалась, только смотрела на него.

– Кажется, можно не спрашивать, не хочешь ли ты зайти ко мне на чашечку кофе.

Джош отрицательно покачал головой.

– Извини, Шелли, дело не в тебе, а во мне.

Она пожала плечами.

– Что ж, попытаться все же стоило.

Она вышла из машины и пошла к дому.

Джош дождался, пока за ней закроется входная дверь, и только после этого повернул в сторону дома Анджелы и помчался, побивая все рекорды скорости. Свет в доме не горел. Джош позвонил в дверь, потом еще и еще раз – безрезультатно. Тогда он стал стучать в окно, рискуя разбудить соседей. Машина Анджелы стояла снаружи, поэтому Джош не спешил уходить. Лишь позже он вспомнил, что она уезжала из ресторана не на своей машине. Решив, что она задержалась у кого-то из подруг, он сел в машину и стал ждать, наблюдая за домом.

Джош прождал два часа, но Анджела так и не появилась. Еще через час он понял, что ждать бессмысленно. Ему ничего не оставалось, как ехать домой и надеяться, что удастся поговорить с Анджелой завтра.

Прошло три дня, но Джошу так и не удалось встретиться с Анджелой. Он чувствовал, что начинает сходить с ума. Манзанита, конечно, разрослась, но не настолько, чтобы человек мог исчезнуть в ней бесследно.

В понедельник Джош сидел с Адамом в своем домашнем кабинете. Вернее, сидел Адам, а Джош беспокойно расхаживал по комнате.

– Она ведет себя по-детски, – негодовал Джош. Адам молча слушал его, сидя в мягком кресле. – Я ничего плохого не сделал, и если она не хочет меня выслушать, значит, заслуживает того, что ей сейчас приходится переживать. Проклятье! Она раздувает из мухи слона! Если бы она согласилась просто поговорить со мной, выслушать меня, мы бы не оказались в таком идиотском положении! Я бы за пять минут ей все объяснил.

– Ты способен за пять минут объяснить женщине, почему ты пригласил на свидание другую женщину?

Джош метнул на друга свирепый взгляд.

– Ты прекрасно знаешь, что это было никакое не свидание!

– Может, имеет смысл опробовать твое объяснение на мне, – миролюбиво предложил Адам. – Мне кажется, в таком состоянии, как сейчас, ты не способен объясняться с Анджелой. Тебе нужно немного остыть и попытаться взглянуть на ситуацию ее глазами. – Видя, что выражение лица Джоша стало еще более свирепым, Адам поспешил добавить: – Я не говорю, что ты сделал что-то дурное, я лишь имею в виду, что с ней ничего не случится. Когда она будет готова с тобой поговорить, она это сделает.

– Ну да. – Джош устало потер глаза. – И скажет, что между нами все кончено.

Адам фыркнул.

– Джош, ты мой лучший друг, но иногда с тобой просто… гм, скажем так, трудно иметь дело. Ты хочешь, чтобы события развивались по написанному тобой сценарию. Ты составляешь план, и когда возникают трудности, то готов на все, чтобы их преодолеть. Но иногда нужно не бороться с течением, а расслабиться и посмотреть, куда оно тебя вынесет. – Он улыбнулся с невозмутимостью буддийского монаха. – Все образуется.

Однако Джоша его слова не успокоили. Он еле-еле пережил этот уик-энд. Чтобы отвлечься, он часами просиживал над отчетами, обдумывал проблемы запуска в производство новой марки батончика, ходил куда-нибудь с Адамом. Но что бы он ни делал – смотрел ли телевизор, пытался ли работать, – всегда и всюду он видел перед собой лицо Анджелы, боль и потрясение, читавшиеся в ее взгляде за секунду до того, как она повернулась и бросилась бежать.

И вот наступил понедельник. С утра пораньше Джош был возле публичной библиотеки Манзаниты и ждал Анджелу. Она заставила его поволноваться, и он готов был высказать все, что думает по этому поводу. Может, она на него и рассердилась, но могла бы по крайней мере дать знать, что с ней все в порядке! Пусть бы даже накричала на него, но могла хотя бы с ним встретиться.

К библиотеке подъехала машина. Это была не белая «хонда» Анджелы, но Джош узнал водителя и пассажирку – обе девушки были в пятницу в ресторане с Анджелой. Не замечая его, девушки пошли к дверям библиотеки, переговариваясь вполголоса.

– Меня беспокоит Анджела, – сказала Джинни.

– Меня тоже. Ей было бы легче, если бы она не держала все в себе, – ответила ее спутница.

Джош силился расслышать конец предложения, но девушка говорила слишком тихо. В это время она оглянулась и увидела его. Джинни его тоже узнала.

– И тебе хватило наглости явиться сюда! – прошипела Джинни.

Чего-то в этом роде Джош ожидал.

– Мне нужно увидеться с Анджелой. Я не мог найти ее все выходные, вы случайно не знаете, куда она девалась?

– Анджела очень обиделась, – тихо сказала Таня.

Из двоих подруг Таня чуть больше сочувствовала Джошу, Джинни была настроена куда более враждебно.

– Если бы ты думал головой, а не тем, что у тебя в штанах, ей бы сейчас не пришлось страдать!

– Я ей не изменял! – резко возразил Джош, но потом вздохнул поглубже и попытался взять себя в руки. В конце концов, он никому, кроме Анджелы, не обязан ничего объяснять. – Мне нужно с ней поговорить. Вы не знаете, когда она придет на работу?

Девушки переглянулись. Джинни поджала губы, явно не собираясь отвечать.

– Она взяла отпуск на несколько дней, – пояснила Таня, – возможно, на неделю.

– Она неважно себя чувствует, – добавила Джинни. – И не пытайся застать ее дома, ее там нет.

– Где же она тогда? – требовательно спросил Джош.

– С какой стати мы должны тебе помогать? – задиристо спросила Джинни. Подруга тронула ее за руку.

– Джинни, не надо так…

– Он причинил Анджеле боль. – Джинни сердито посмотрела на Таню. – Он с ней играет! Ты же не собираешься просто так…

Таня мягко прервала ее:

– Я не собираюсь ничего делать «просто так», но мне кажется, он тоже переживает.

– Ха! – усмехнулась Джинни. – Скажи уж лучше, его мучает совесть.

Джош стиснул зубы.

– Я просто хочу с ней поговорить.

– Что ж, когда она будет готова с тобой говорить, возможно – повторяю, возможно – она сама с тобой свяжется, – язвительно сказала Джинни и пошла к двери.

Таня виновато посмотрела на Джоша и хотела пойти за подругой, но Джош неуверенно взял ее за руку.

– Ну пожалуйста, помогите. Возможно, я совершил ошибку, но я не хотел причинить ей боль, я никогда намеренно не заставлю ее страдать. Но, если она будет меня избегать, я не понимаю, как это поможет разрешить нашу ситуацию. Я привык работать над проблемами, а не пускать дело на самотек. Я хочу разобраться во всем вместе с Анджелой. – Он умоляюще посмотрел на Таню, не зная, чем еще можно ее убедить. – Я ее люблю, помогите мне, прошу вас.

Таня вздохнула, Джош почувствовал, что она колеблется.

– Джош, я не могу вам сказать, где она. Ей нужно побыть одной. Она сама с вами свяжется.

Таня торопливо вошла в библиотеку.

Джош устало прислонился к машине и нервно взлохматил пятерней волосы. Одно утешение: по крайней мере он знает, что Анджела жива. Он потер лицо. Но сколько ему ждать до тех пор, пока она надумает с ним поговорить? Кто знает, что у нее на уме, до чего она додумается одна. Нет, он не может позволить себе расслабиться и пустить события на самотек. Нужно придумать, как ее найти.

Он заглянул через окно в библиотеку, прищурился, кое-что разглядел и решительно вошел внутрь. Не обращая внимания на грозный взгляд Джинни, сорвал со стены рекламный плакат, надпись на котором гласила:

«Школа фламенко. Занятия в общественном центре по четвергам с семи до девяти».

Анджела любит фламенко, эти курсы – одни из ее любимых, она продолжала на них ходить и после того, как перестала заниматься йогой и закончила курс китайской кулинарии. Она не раз повторяла, что занятия для нее очень важны и она не собирается их бросать. Там он ее и найдет.

– Так, дамы, хорошо… поворот, хлопок, поворот…

Преподавательница фламенко была в длинной, расширяющейся книзу юбке. Ее каблуки отстукивали четкую дробь по деревянному полу танцкласса. Но Анджела слушала ее только вполуха.

С того ужасного вечера в ресторане прошла почти неделя, а она до сих пор не решила, как относиться к тому, что видела.

– Поворот… поворот… хлопок!

Большую часть недели она провела в маленькой гостинице в Напе, которую ей порекомендовала Джинни. Все это время она только и делала, что думала. И вот сегодня, в четверг, она вернулась в Манзаниту – отчасти ради очередного урока фламенко, отчасти потому, что с пятницы в гостинице начинали действовать расценки выходного дня, более высокие, чем в будни.

Как ни странно, Анджела не верила, что Джош ее обманывает. Не верила даже несмотря на то, что видела своими глазами. Может, Джинни назвала бы ее дурочкой, но она считала, что знает Джоша. Он не такой: если бы она ему надоела, он бы давно что-нибудь сказал или сделал и их «соглашение» было бы расторгнуто.

Нет, не так. Он бы с ней порвал, как принято делать, если у тебя с кем-то связь. Джош – человек чести, кроме того Анджела чувствовала, что он ее любит. Проблема заключалась не в том, что он сделал, а в том, как она на это отреагировала. Собственная реакция – вот что больше всего испугало ее.

Она только что поняла, что любит его. Не помня себя от счастья, она парила над землей буквально за секунды до того, как увидела Джоша с другой женщиной. И тут ее поразило осознание того, что на самом деле значит любить кого-то.

Любить Джоша – не означает принять тот факт, что и он ее любит, это означает, что она хочет быть с ним рядом, хочет этого больше всего на свете. Анджелу потрясло то, что первой ее мыслью при виде Джоша, улыбающегося Шелли, было: чем я ему не угодила?

Она покачала головой и сбилась с ритма. Быстро оглядевшись, попыталась подстроиться под остальных танцующих.

Тогда, в ресторане, Анджела пожалела, что пошла с подругами. В те мгновения она отдала бы все на свете за то, чтобы сидеть с Джошем на месте Шелли. Тогда эта мысль перепугала ее до смерти. Она поняла, что не хочет потерять его, не хочет, чтобы он от нее ушел. Она никогда ничего и никого не хотела так сильно, как хотела Джоша Монтгомери. И ее ужаснуло, что ради него она готова была отказаться от чего угодно.

А вдруг я ото всего откажусь, а он все равно от меня уйдет? – подумала Анджела.

Она снова сбилась с ритма и чуть не споткнулась. Потом решила попить воды и, не обращая внимания на вопросительный взгляд преподавательницы, вышла в коридор, где работал фонтанчик. При ходьбе длинная юбка развевалась вокруг ее ног.

Анджела наклонилась над фонтанчиком и сделала несколько больших глотков, чувствуя, как холодная вода брызжет в лицо.

– Тебе очень идет этот костюм.

Она вздрогнула, выпрямилась и быстро вытерла лицо.

– Джош? Что ты здесь делаешь?

Он выглядел непривычно. Вид у него был усталый, под глазами залегли тени, но при всем при том он был по-прежнему неотразим. Анджела немедленно вспомнила, как долгими ночами ворочалась без сна в гостиничной кровати, тоскуя по Джошу, мечтая прижаться к нему, ощутить тепло его тела.

– Я пришел, чтобы увидеться с тобой. Мне нужно с тобой поговорить, я надеялся, что ты все еще ходишь на эти занятия и я найду тебя здесь.

Анджела подумывала бросить школу фламенко, но потом решила, что они помогут ей хотя бы на время отвлечься от мыслей о Джоше. Кроме того, ей не нравилось, что она и так слишком много всего забросила, постоянно думая о нем.

– Я не готова с тобой говорить.

– Я надеялся, что ты уже готова.

Она услышала просящие нотки в его голосе. Джош казался таким несчастным…

– Ну хорошо.

– Пойдем со мной?

Она кивнула, взяла из гардероба куртку и сумочку и пошла рядом с ним к его машине.

Джош выехал со стоянки. Светила луна, на вечерних улицах было пустынно.

– Я хочу отвезти тебя в одно место.

– Не надо везти меня ни в какие особенные места, нам просто нужно поговорить.

– Нет, я хочу тебя отвезти, – возразил Джош. – Я туда еще никого не приглашал.

Анджела вспомнила, что для него всегда была очень важна подходящая обстановка.

– Джош, я согласилась с тобой просто поговорить, в пятницу я очень расстроилась…

– Мы уже приехали.

Голос Джоша звучал как-то странно. Она удивленно покосилась на него. Машина, в которой они ехали, проезжала мимо дома Джоша по грунтовой дороге и подскакивала на кочках. Анджела с опаской посмотрела в окно. Впереди виднелась темная роща.

– Это место, куда я ухожу, когда надо подумать. Чаще всего я приходил сюда в старших классах, когда пытался понять, чем я хочу заняться в жизни.

Анджела стиснула зубы, сдерживая нетерпение.

– Я пытаюсь тебе что-то сказать.

– Я тоже. – Он отстегнул ремень безопасности и повернулся на сиденье лицом к Анджеле. – На прошлой неделе я провел здесь много времени и о многом подумал. Я никогда никого сюда не приводил.

Анджела огляделась. Место было уединенное, со всех сторон закрытое деревьями.

– Даже женщин? – поинтересовалась она и тут же пожалела о своем скептическом замечании.

Джош взял ее за руку и переплел ее пальцы со своими. Его ладонь была теплой. Анджела не пыталась высвободить руку.

– Я знаю, что ты обо мне думаешь. В свое оправдание могу сказать только то, что ужин с Шелли не был романтическим свиданием, Да, я пригласил ее в ресторан, но все время думал только о тебе.

Анджела вырвала руку.

– Слабое оправдание, Джош.

Он вздохнул.

– Нехорошо получилось. Да, я был слегка не в себе. Наверное, пытался сравнять счет, что-то доказать самому себе, сам не знаю толком. Я собой не горжусь.

Напряжение немного отпустило Анджелу, она повернулась к Джошу. Ее радовало уже то, что он по крайней мере честен.

– Кажется, я понимаю.

– Я злился, что ты всю неделю после Сан-Диего меня избегала. Но злился только потому, что мне нужно было сказать тебе нечто важное.

– Я знаю, – прошептала Анджела. – Джош… Я не думала… нет, я действительно подумала, что ты изменяешь мне с Шелли. Во всяком случае, в первый момент подумала.

– Я тебе не изменял.

Анджела кивнула.

– Знаю, позже я сама это поняла. – Она глубоко вздохнула. – Но мне было так больно…

Она не знала, чем все это кончится. Джош протянул к ней руки и привлек ее к себе, но не поцеловал, а просто обнял. Она уткнулась лицом в его плечо, наслаждаясь теплом его сильного тела.

– Дорогая, прости, мне так жаль…

– Я знаю, просто я…

– Анджела, я догадываюсь, что ты боишься мне поверить, но я должен тебе кое-что сказать. – Он отстранил ее от себя, и она посмотрела на него покрасневшими от слез глазами. – Я тебя люблю. Я никогда никого не любил так, как тебя.

Ее сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Ей стало трудно говорить.

– Я тоже… тебя люблю.

Глаза Джоша вспыхнули, как огни на рождественской елке. Он улыбнулся и прижал ее к своей груди. Он был так счастлив, что счастье, казалось, лучами исходило от него во все стороны. Он стал целовать ее волосы, щеки, жадно припал к ее губам. Анджела отвечала ему с не меньшим пылом.

– Я люблю тебя, – снова прошептал он, касаясь губами ее кожи.

– Я тоже тебя люблю.

Анджела вцепилась в его плечи, думая: я тоже тебя люблю – это-то меня и пугает.