Мужчина был лет сорока с лишним, с круглым, гладким одутловатым бледным лицом — лицом служащего. Он часто спотыкался о травяные кочки, и это его ужасно раздражало.

Ребята, сюда топает один сторож-неудачник, — пробормотала Реган, выпрямляясь и хмуро глядя на мужчину. Найденный кусок металла она засунула в карман. — Ну, ладно, — вздохнула она. — Сейчас посмотрим, удастся ли нам запудрить ему мозги.

— Реган… — Джек предостерегающе прорычал: — Осторожней. Сейчас было не время для фирменной дипломатии Реган. Если она попытается сейчас надерзить этому мужчине, их потом ждут большие неприятности. Ведь, в конце концов, они все-таки нарушили правила.

— Вы что, неграмотные? — проревел мужчина, останавливаясь перед ними. — Неужели теперь в школе даже читать перестали учить? Или вам все до лампочки?

— Нас учат пользоваться своим разумом и проявлять инициативу, — осторожно возразила Реган. — Вам известно, что этот заброшенный аэродром может приобрести огромное археологическое значение? Кто дал вам разрешение все тут перепахать до того, как он будет как следует изучен? — Она смерила незнакомца строгим взглядом. — И вообще, кто вы такой?

На мгновение мужчина, казалось, несколько растерялся.

«Кажется, подействовало, — подумала Фрэнки. — Она сейчас нас вытащит».

, Однако незнакомец быстро пришел в себя.

— Кто я такой? — произнес он, весь клокоча от сдерживаемого гнева. — Я сейчас вам скажу, кто я такой. Я директор фирмы «Эковизаж». — Он сверкнул глазами на Реган. — И хотя это не твое дело, девочка, — но у меня уже есть все разрешения и вся документация, которые требуются для того, чтобы начинать тут работы по благоустройству.

— А-а. — Реган ничуть не дрогнула под таким напором. — Тогда ладно. — И она одарила его вежливой улыбкой. — Мы представители археологического кружка при школе Св. Колумба. — Она протянула мужчине руку. — Возможно, вы слышали о нас. Рада познакомиться.

Мужчина смотрел на нее пару секунд. Потом заревел:

— Убирайтесь с моей земли! — Он извлек из внутреннего кармана мобильный телефон. — Или мне придется вызвать полицию?

— Нет, — торопливо вмешался Джек. — Не нужно этого делать. Мы уходим.

Они направились к дороге. Фрэнки чуть ли не насильно тащила Реган за руку.

— Вы, ребята, такие слабаки, — причитала американка. — Он ведь уже был у меня на веревочке.

— Да, Реган, — ответила Фрэнки, качая головой. — Конечно, конечно. Он был на веревочке.

Четверо друзей вернулись в дом Реган. Они собрались вокруг низкого столика из красного дерева в передней гостиной. Реган отыскала где-то в буфете тряпку. Искореженный кусок металла лежал тут же, изъеденный ржавчиной, облепленный комочками сырой земли.

Все четверо смотрели на него.

— Ну? — спросил через некоторое время Том. — И что же это такое?

— Я полагаю, что это кусок от самолета, — задумчиво произнесла Реган. — Кусок от истребителя Глена. — Она вопросительно посмотрела на Джека. Он стоял на коленях возле одного конца стола и, нахмурившись, озабоченно разглядывал неказистую находку. — Ну как, Джек? Ты можешь нам что-нибудь сообщить?

Он сокрушенно покачал головой:

— Нет. Ничего.

— Это просто кусок металла, — заявил Том, пожимая плечами. — И что вы ждете от него? Что он раскроет рот и расскажет вам про себя?

Реган гневно сверкнула на него глазами.

— Я отвечу тебе, — заявила она, — что это та самая вещь, которую Глен хотел, чтобы мы отыскали.

— Да, возможно, — пробормотал Том.

— Нет, дорогой мой, не возможно, — прорычала Реган. — А точно.

Выставив палец, она осторожно толкнула свою находку. От нее отвалился комочек земли. Больше не случилось ничего.

— Можно мне тоже потрогать? — попросила Фрэнки.

— Кушай на здоровье, — великодушно разрешила Реган, сидя на корточках и хмуро разглядывая металлический осколок. — Попробуй, может, ты как-нибудь его оживишь.

Фрэнки подняла находку, которая оказалась тяжелой. Ногтями она соскребла с осколка землю. Под слоем земли ничего не обнаружилось. И она снова положила кусок металла на расстеленную на столике тряпку.

Реган наклонилась и обхватила пальцами металл.

— Глен, давай. Поговори со мной. Я не смогу тебе помочь, если не буду знать, что ты хочешь.

Том вопросительно поглядел на брата. «Неужели она и в самом деле считает, что погибший пилот будет общаться с ней через эту старую железяку?»

Реган изо всех сил старалась почувствовать хоть что-нибудь, хоть какие-нибудь тончайшие волны, исходящие от этого куска металла. Она впилась в него взглядом и сосредоточилась до умопомрачения. Сделай что-нибудь! Что-нибудь сделай, ты, бесполезный кусок ржавого железа!

— Все это пустая трата времени, — заявил Том.

Реган зарычала от отчаяния. Она наклонялась все ниже и ниже над металлической пластинкой. В глазах уже рябило от неимоверных усилий. В голове больно пульсировал какой-то сосудик.

Ничего не происходило.

Она отшатнулась назад с воплем досады и разочарования.

— Ох, ну тогда и черт с тобой! — крикнула она. — Пойду на кухню и налью нам что-нибудь попить.

Она вскочила на ноги и вылетела из гостиной.

— Неплохая мысль, — сказала Фрэнки. — Нечего тут нам сидеть всем разом и смотреть на эту штуку. Мы как наседки суетимся возле нее. — Она взглянула на Джека. Тот пожал плечами. Ей казалось, что если бы этот кусок металла годился на что-то, то он уже проявил бы себя каким — либо образом. А так вся эта затея с находкой — не более чем плод воображения Реган: ей так отчаянно хочется придать какой-то смысл их встрече с призраком Глена Лустока, что она цепляется за любую соломинку.

И они побрели вслед за Реган на кухню. Американка сидела возле окна и потягивала коку — колу из баночки.

— Завтра покатаемся на самолете, — весело напомнил им Том, извлекая из холодильника еще одну баночку. — Вот интересно, какой это будет самолет.

— Дэррил говорил про биплан, — напомнила Фрэнки.

— Это всего лишь означает, что у него два крыла, — фыркнул Том.

— Я надеюсь, что два, ехидно усмехнулась Фрэнки. — На одном крыле мы далеко не улетим, а, Реган?

Реган ничего не сказала.

— Я имел в виду две пары крыльев, — поправился Том.

Фрэнки с преувеличенным изумлением выпучила на него глаза.

— Да что ты говоришь? Неужели?

— Не знаю, как мы выполним наше домашнее задание до конца и именно так, как мы планировали, если больше не сможем попасть на старый аэродром, — уныло произнес Джек. — Эх, жаль, что Дэррил не поторопился с металлоискателем. Теперь уже, похоже, нам не удастся пустить его в дело.

— А мне наплевать на это дурацкое домашнее задание! — внезапно заорала Реган и ушла из кухни.

Том недоуменно смотрел то на брата, то на Фрэнки.

— Она совсем свихнулась, если верит, что этот кусок ржавчины на что-то способен, — пробурчал он. — Кто-то должен ей это сказать.

— Ладно, — согласилась Фрэнки. — Пошли.

Из гостиной внезапно донесся протяжный вопль.

— Ааааииии — охххххх — аххххх — иииииии — яяяяяяя! — Он исходил от Реган, и в нем слышалась смесь шока и удивления, недоверия и восторга.

Ее друзья выскочили из кухни и ворвались в гостиную. Реган стояла, наклонившись над низким столиком и остолбенев: как будто какое-то страшное проклятие обратило ее в камень.

— Что? — встревоженно воскликнула Фрэнки. — Реган? Что случилось?

— Глядите! — заорала американка. — Боже мой! Боже мой! Глядите! — Она ткнула дрожащим пальцем в стол. — Боже мой! Глядите! Глядите!

Кусок металла лежал теперь' не на тряпке. Он оказался на голой столешнице приблизительно в тридцати сантиметрах от своего прежнего места. А на блестящей поверхности стола было процарапано, причем очень глубоко, одно-единственное слово, зловеще смотревшее теперь на них из красного дерева:

ПРЕДАТЕЛЬ.

Ребята отшатнулись от стола. Металлическая штуковина нанесла ужасную, жестокую рану полированной крышке дорогого столика.

Предатель…

— Что я вам говорила? — взвизгнула Реган. Ее лицо стало вдруг пепельно-серым. — Что я вам говорила? Внезапно у нее подкосились ноги, и она опомнилась, когда уже сидела на ковре с отвисшей челюстью и выпученными глазами.

— Предатель? — переспросила Фрэнки. — Что это значит? — Она встревоженно обвела взглядом остальных. — То есть я знаю, конечно же, что значит это слово. Я спрашиваю, что означает его появление здесь?

Джек покачал головой. Какая сила водила этим осколком металла, он не понимал, и ничего не чувствовал.

— Реган? Ты что-нибудь видела? Ты видела, как он двигался?

— Нет, — ответила она. — Я услышала шум, когда входила сюда. Какое-то царапанье. Но осколок совсем не шевелился. — Она подняла голову и посмотрела на Джека. — Ты думаешь, я помешала ему? Может, он собирался нам сообщить что-нибудь еще? Как ты считаешь?

Том все еще не мог заставить себя поверить собственным глазам. Как мог этот кусок ржавого металла подняться с тряпки и нацарапать на крышке стола таинственное слово? Неужели такое возможно?

— Может, если мы выйдем, он нацарапает что-нибудь еще, — сказал он. — Вероятно, это только часть информации.

— Это идея, — заявила Фрэнки. — Реган, как ты считаешь?

— Нет, подождите, — ответила Реган. Она прижала обе руки ко рту и носу и уставилась на крышку стола. С одной стороны, ей было невероятно важно, чтобы Глен сообщил им то, что ему было нужно. С другой стороны, ей было страшно даже вообразить все последствия того, что послание канадского летчика оказалось вырезано на крышке антикварного стола, который обошелся ее предкам в две тысячи долларов на аукционе «Кристи» в Нью-Йорке.

И они никогда не поверят никаким ее объяснениям, даже если она вдруг сойдет с ума и попробует рассказать им все как есть.

— Не здесь, — ответила она через несколько мгновений. — Меня убьют, если столик окажется испорченным еще сильней. Мы возьмем железку с собой наверх. В мою комнату. И побеседуем с пилотом там. — Она неуверенно поднялась на ноги. Они все еще дрожали. — Ну, — спросила она. — Кто хочет отнести осколок наверх?

— Ну, уж нет, — протянул Том. — Я не прикоснусь к нему.

Реган погрызла ноготь.

Все молча смотрели на кусок металла.

— Может, он сам туда поднимется? — пробормотал Том.

— Что? Мы посвистим ему, как собаке, и он побежит за нами? — усмехнулась Реган. — Не думаю.

Фрэнки содрогнулась.

— А что, если… что, если он движется, когда… — Она покачала головой и отступила на шаг. — Нет, этого не может быть.

Джек неуверенно шагнул к столу, взял тряпку за угол и набросил ее на осколок. Потом нагнулся и схватил накрытый металл уже обеими руками. Он поднял его необычайно бережно и осторожно, как поднимают спасенную птичку.

— Ну что же, пошли, — сказал он.

Бросив последний горестный взгляд на буквы, нацарапанные на блестящей крышке стола, Реган тяжело вздохнула и повела ребят наверх, в свою спальню. Том и Фрэнки держались подальше от Джека, как будто он нес бомбу, готовую взорваться в любой момент.

— Куда? — спросил Джек.

— Сюда. — Реган показала на высокий и темный деревянный комод, стоявший у окна. Она сгребла в сторону книги и другие вещи, чтобы освободить пространство.

Джек положил осколок на комод, медленно и осторожно приподнял тряпку. Раздался резкий стук, когда металлический край ударил по древесине. Реган подскочила от напряжения.

— Все в порядке, — сказал Джек. — Без паники. — Он снял тряпку до конца и отошел назад.

Ребята уставились на кусок искореженного металла.

В окно заглядывали лучи вечернего солнца. Осколок отбрасывал лужицу чернильной тени.

— Поговори с нами, Глен, — прошептала Реган.

Время шло.

Очень и очень медленно полоска солнечного света перемещалась по крышке комода.

— Возможно, осколок движется только тогда, когда никто этого не видит, — заметила Фрэнки спустя много-много времени.

— Пожалуй, ты права, — согласился Джек.

Реган кивнула. Они отправились в коридор. Том очень тщательно закрыл за ними дверь. Реган села на пол, подтянув к подбородку колени. Другие последовали ее примеру. Джек поглядел на часы.

— Скоро нам придется идти домой, — произнес он.

— Ох, да неужели вы не можете раз в жизни прийти попозже? — удивилась американка. — Позвоните домой. Скажите, что у вас дела.

— Мы не можем, — вздохнул Том. — Наша бабушка звонит раз в месяц из Испании. Как раз сегодня мы ждем ее звонка. И мы обязаны находиться в это время дома.

— Впрочем, еще полчаса у нас есть, — добавил Джек.

Через пять минут Реган приоткрыла дверь и заглянула в щелку.

— Ну как? Видишь что-нибудь? — прошипела Фрэнки.

— Не-а. — Реган закрыла дверь и снова уселась на пол. — Надеюсь, мы не испортили его тем, что перенесли из гостиной в мою спальню, — сказала она. — Но только этот столик невероятно дорогой. А он нацарапал на нем свое послание.

— Если Глен ждал больше полувека возможности передать свое послание, не думаю, что он сейчас откажется от нее, — произнесла Фрэнки.

В течение следующих тридцати минут Реган пять раз прикладывала глаз к щелке приоткрытой двери ее спальни. Осколок металла так и оставался лежать там, куда положил его Джек.

Совершенно неподвижно.

— Нам все-таки пора отправляться домой, — заявил наконец Джек.

Реган совсем не устраивала перспектива остаться наедине с этим зловещим осколком металла, наделенным сверхъестественной силой. Ей так и казалось, что он пролетит среди ночи через комнату и напишет следующее послание прямо у нее на лбу.

— Знаешь что, — сказала Фрэнки. — Сейчас я позвоню домой и скажу, что останусь у тебя.

Реган ответила ей улыбкой, полной огромного облегчения.

— Как здорово! Давай действуй, Фрэнки. Позвони домой прямо сейчас.

Голова Реган лежала на ее руке, а рука на крышке комода. Девочка сидела сбоку и следила из-под сонных, тяжелеющих век на неподвижный кусок металла. Вечер тянулся и тянулся.

Фрэнки сидела на кровати, скрестив ноги, и рассеянно листала какой-то журнальчик.

Шторы были задернуты. За окном стояла глубокая и тихая ночь. Внизу, на первом этаже, в одной из комнат лежала на диване Дженни Сент-Клэр и смотрела телевизор. Ей было скучно.

Реган протянула затекшую руку и слегка подтолкнула искореженный осколок кончиками пальцев.

— Брось, Реган, — вздохнула Фрэнки. — Трогай не трогай, все равно толку никакого.

Чего только они уже не испробовали: и оставляли свою находку одну, а сами уходили из комнаты, и пытались ее уговорить, и пытались сидеть в комнате, не глядя на обломок. И никакого результата, даже самого незначительного.

Внизу подошло к концу какое-то тупое шоу, и Дженни сползла с дивана. Свой любимый лак для ногтей она забыла в гостиной и отправилась туда на его поиски.

Реган едва не свалилась на пол со стула и поскорей приняла свою прежнюю позу. Горло от волнения сдавило так, что она не могла говорить, а только взволнованно хрипела и тыкала дрожащим пальцем в сторону металлического осколка.

Кусок металла зашевелился.

Он поднялся на один из своих острых углов. Медленно, неуклюже он двигался по крышке комода мелкими рывками.

Скрип. Скрип. Скрип. Скрииип.

Реган заморгала. Фрэнки застыла на месте, не в силах пошевелиться, и только глазами следила за судорожным дерганьем железяки. Жесткое царапанье металла по дереву казалось ей невыносимым, и она стиснула зубы.

Через каждые несколько секунд осколок замирал, словно собираясь с силами, а потом слегка поворачивался вокруг своей оси и продолжал свое неровное движение по гладкой поверхности комода.

Реган дрожала как осиновый лист. Она приподнялась на цыпочках и вся подалась вперед, стараясь разобрать, что написал кусок металла.

Дверь спальни с треском распахнулась.

— Эй ты, идиотка, кретинка, тупица! — завизжала Дженни. Ее щеки ярко пылали от гнева. Головы девочек повернулись на этот внезапный и громкий крик. Кусок металла упал с острого угла набок и затих.

— Что это… типа… за кретинские, тупые игры у вас, а? А? Отвечай, идиотка! Отвечай, тупая дрянь! — ревела Дженни, забыв от ярости про все приличия.

Реган и Фрэнки понадобилось некоторое время, чтобы опомниться и прийти в себя.

— Сама идиотка! — закричала Реган. — Смотри, что ты наделала!

— Не ори на меня! — ревела в ответ Дженни. — Ты совсем свихнулась, да? Крыша у тебя полностью съехала? Или что? Ты всегда была чокнутая, но я никогда и представить себе не могла, до какой степени! Это же… типа… вандализм! — Она перевела дыхание. — Ты испортила тот столик, и, я думаю, ты сама это понимаешь!

Столик! Наконец-то девочки сообразили, из-за чего весь сыр-бор. Должно быть, Дженни увидела поврежденный столик в гостиной. Нечего сказать, более «подходящий» момент трудно было выбрать!

— Это чистая случайность, — заявила Реган. — И тебя никто не просил кипятиться из-за этого.

— Случайность?! — завизжала Дженни. — Ничего себе случайность! Я, типа, все сообщу твоей маме, прямо немедленно!

— Я все исправлю сама! — кричала Реган. — На свои деньги, понятно? А если ты скажешь моим родителям хоть одно словечко, я настучу им, что ты меня не кормишь и не ходишь за продуктами, а еще все время прохлаждаешься в гимнастическом зале, хотя должна присматривать за мной.

Дженни задохнулась от ярости. В какой-то момент девочкам казалось, что она вот-вот прыгнет на Реган и вопьется в нее зубами. Но потом она увидела на крышке комода кусок металла. И оставленные им царапины.

Одним прыжком она пересекла комнату и уставилась на исцарапанную поверхность. Потом испустила бешеный вопль и схватила кусок металла.

— Ты уже окончательно свихнулась! — заорала гувернантка. — Ты… типа… шизофреничка!

Резко повернувшись, она бросилась прочь из комнаты, захлопнув за собой дверь. Ее тяжелые шаги пересекли холл и застучали по ступенькам.

С протестующим криком Реган бросилась к двери. Она распахнула ее и помчалась вслед за Дженни, визжа от злости.

Фрэнки соскочила с кровати и подбежала к комоду.

Путь, который осколок металла проделал по крышке, отчетливо виднелся на деревянной доске: глубокие, неровные царапины белели, как рыбьи кости, на тусклой коричневой полировке.

Девочке потребовалось несколько секунд, чтобы разобраться в переплетении штрихов и неуклюжих закруглений. Впрочем, сами буквы читались довольно отчетливо.

ПОМОГИМНЕОБРЕСТИПОКОЙПОДАЭРОДРОМОМ

После завершающей буквы М следовала еще одна незаконченная линия. Она оборвалась в тот момент, когда в спальню ворвалась яростная Дженни.

Фрэнки погладила начертанные буквы пальцем. Облизала губы. Они страшно пересохли.

— Помоги… мне… — тихо прошептала она, разделяя цепочку из букв на внятные слова, — обрести… покой… под аэродромом…

Помоги мне обрести покой под аэродромом…

Фрэнки встряхнула головой.

Что это может значить?

Что же все-таки это может значить?