Утром мы спустились в столовую, притворяясь, что все хорошо. Обсуждали с обитателями дома как кто спал, что за сны снились гостьям на новом месте, не являлись ли суженые-ряженые в ночном бреду. Мало кто замечал наши с подругой взгляды в сторону бабушкиной комнаты. Она не показывалась во время завтрака, а дядя сказал, что приболела. Еще бы! После вчерашней неудачной вечеринки-то! Наверняка потратила больше сил, чем рассчитывала! Как там Александр говорил: "Нам приходится расплачиваться своим здоровьем за каждый перерасход магии!". Меня, впрочем, это только утешало. Не видеть ее, не смотреть в глаза, не читать в них ненависть! Может удастся хоть несколько дней отдохнуть по-человечески.

   Но то было лишь желание, которое не оправдалось, как только наша семья собралась торжественно подняться на самую высокую гору Карпат - Говерлу. Красота природы, почти не запятнанная человеческим желанием загадить окружающий мир - прелесть! Если бы не отвратительное чувство, что за тобой следит каждый камень, то можно было и насладиться. И это не паранойя! Подтверждение не заставило себя долго ждать. Стоило нам с Риммой приблизиться к какому-нибудь обрыву, как ветер поднимался и дул только на нас двоих, подталкивая к краю. Первые семь раз мне хватало сил выставить барьер (тот самый щит, которому научил Саша), закрыть нас от невидимых нападений. Но на восьмой...

   - Ты как? - поинтересовалась моим состоянием подруга, заметив проявившуюся испарину на лбу.

   - Океюшки, - по привычке процедила я, сквозь надолго прилипшую к моему лицу напряженную улыбку, с каждым часом напоминающую оскал. - Сволочи! Всем селом что ли дуют?!

   Ветер резко усилился. Родственники укутались в куртки, сетуя на странную погоду. Им и невдомек было, что причина природного явления сидит у них дома! Пока я мысленно перебирала в памяти все нехорошие слова, надеясь, что ведьмы смогут меня услышать, если я произнесу их даже шепотом. Моя племянница Марийка решила показать нам прорезавшийся в скале "струмочок", и с веселым воплем помчалась прямо на нас. Вот тут старые ведьмы не рассчитали своих сил. Ветер, направленный только на меня и подругу, вынес девочку за край, и она полетела с обрыва, трепыхаясь, как птичка со сломанным крылом. А внизу ей распростерли объятия острые камни и ветки. Отвратительно то, что могучие ведьмы ничегошеньки не собирались делать во имя спасения ребенка. Зато была другая, сильная, молодая и очень обиженная девчонка, которая протянула руку, замедлив ход времени.

   - Римма, твою мать! Держи меня! - сцедила сквозь зубы я, чувствуя, как сознание предательски пытается сбежать.

   Подруга ухватила меня за ногу, когда я рухнула на землю у самого края, пытаясь одновременно сделать три вещи: остановить падение девочки, держать щит против ветра и самой цепляться за край, чтобы не упасть.

   - Марійка, прикрий очі! - попросила девочку я, до того, как она поймет, что больше не падает.

   - Й припини верещати! - дополнила Римма, чьи уши от крика уже в трубочки сворачивались. Благо, что щит закрывал всю эту непостижимую картинку от посторонних, и даже крики ребенка, разносившиеся над всей долиной, моими родственниками услышаны не были. Все они фотографировались сейчас на фоне пейзажей, совершенно не обращая на нас внимания.

   Испуганная до потери сознания племянница мигом перестала орать и послушно закрыла глаза. Воздух под ней буксиром подталкивал тело ребенка наверх, обратно, ко мне. Я смогла ухватить ее за руку. А Римка оттащила нас на площадку.

   - Ну мать! Ты просто маньяк! - похвала от подруги доносилась до меня сквозь какую-то пелену сна. Сознание ушло прочь, и меня накрыло... Привиделась какая-то женщина. Я пыталась отползти, потому что каким-то шестым чувством улавливала ее истинную сущность - ведьма! Но вместо того, чтобы добить меня, она положила руку мне на лоб, улыбнулась и произнесла:

   - Ти маєшь боротися! Завжди є вихід!

   А потом я открыла глаза. Надо мной стояла вся развеселая компания родственников, размышляющих: "Пациент скорее мертв, чем жив?" или в обратном порядке. Я попыталась изобразить "Все оки!", но встать не смогла. Оказалось, что на мне лежала Марийка и отказывалась отпускать мою шею, рыдая и хныкая. Римка в стороне тихо хихикала.

   Так вот, лежу я значит вся такая грязная и перепачканная, будто меня пузом по земле возили, а мои родственники обсуждают "які ці міські слабенькі!". Пусть так и думают! Мне по барабану. Правда, пришлось остаток пути выслушивать насмешки по поводу балованной молодежи и прочего. Зато ветер перестал нас терзать и мучить. И вообще, я чувствовала себя неуязвимой!

   - Ти себе нормально почуваєш? - в сто пятнадцатый раз поинтересовался вуйко - дядя - и вся компания путешественников захихикала, рассматривая мой модный прикид, притрушенный грязью.

   - Голова обертом пішла. Тут так гарно! - попыталась улыбнуться я, а мышцы во всем теле задрожали.

   Короткие каникулы быстро закончились. И этому я была рада гораздо больше, чем самому отпуску вообще! Уже в поезде мы сбросили маски довольных жизнью. И мне пришлось напугать Римму: я просто рухнула на койку и впала в беспамятство. Следующие двое суток провалялась без сознания с температурой - тело сходило с ума. Только сейчас я понимала, что говорила бабушка о растущей магии, которая может убить меня. Сила уже начинала разрывать меня изнутри. Организм перестраивался под новую магическую оболочку. Римма сидела надо мной с мокрым полотенцем в руках, пытаясь хоть как-то облегчить страдания.

   Я вернулась к реальности только на подъезде к родному городу. Это случилось ранним утром. Выйдя из вагона, чокнутая ведьма чуть не бросилась целовать перрон. Но пришла к выводу, что сие как минимум негигиенично! А еще я поняла, где мое место! Здесь все принадлежит мне, и отсюда никто не сможет меня прогнать!

   Первое, что сделала (на эмоциях), позвонила сестре.

   - Алло, Маринка?! - младшая удивилась, поэтому молчала в трубку. - Я тебя обожаю! Ты у меня просто чудо!

   Совершенно офигевшая сестра не знала, что ответить.

   - Ты заболела? - раздался ее охрипший голос.

   - Нет! Просто знай, что дороже тебя у меня есть только четверо людей! Люблю тебя! - и положила трубку, отмахиваясь от злорадного хихиканья подруги сбоку.

   - Ты ее напугала! - констатировала Римма.

   - Ничего! Переживет! - усмехнулась я и задумалась: "А смогу ли выжить я? Надо! Зато, если меня кто и убьет, так это красивый мужчина, а не родная бабка!" - слабое утешение слегка расслабило.

   Дома все было хорошо. Родители совершенно ничего не знали о ведьмах, магах, Гелесте или колдовстве. Так что меня, как и прежде, окружили заботой. Я успокоилась и забыла о волнениях. Кроме одного, эхом звучащего в ушах: "Ти сама помреш й інших погубиш!". Каждый раз я тихонько щипала себя за коленку под столом, чтобы не показать внезапной депрессии маме. Римма все замечала и благоразумно отвлекала родителей, рассказывая байки о нашем приключении, кое-где слегка приукрашивая правду.

   После долгих разговоров, передачи всех приветов и гостинцев у меня созрел коварный план, к осуществлению коего я и приступила, схватив подругу за рукав и потащив к двери.

   - Совсем забыла! У Сашки сегодня день рождения! Мы хотели заехать и поздравить его! Мы ж ему специально по этому поводу подарок привезли! - затараторила я, уже обуваясь в коридоре.

   - Когда ты придешь домой? - поинтересовалась мама, прикидывая, до которого часа ей придется меня караулить, попивая крепкий кофе и выкуривая сигарету за сигаретой. Она в последнее время часто злилась и жаловалась, говоря, что я плохая дочь, не звоню, не думаю о ней, не предупреждаю, что задержусь... Я покорно опускаю голову в таких случаях, соглашаюсь, мол, засранка самая настоящая. Знала бы мама, что мы не просто бродим по улицам, а гоняемся за всякими подозрительными и опасными личностями, рискуя не вернуться домой живыми... Но пусть лучше пьет кофе и считает, что я неблагодарная!

   - Ложись спать! Я, наверное, буду очень поздно! - выкрикнула я и выскочила за дверь. Зная, что ни в какой неожиданный день рождения мама не поверила. Это был просто повод.

   - А Сашка сам-то в курсе, что у него сегодня день рождения? - сощурив глаза, спросила Римма.

   - Пока нет! Но ты ему об этом скажешь! - ухмыльнулась я.

   Перед тем, как посетить нашего друга мага, мы обошли три магазина и купили две бутылочки вина. Со всем этим добром завалились к Сашке. Его мама, увидев нас на пороге, обрадовалась. Мы благоразумно спрятали за спины спиртное. Она загадочно улыбнулась и впустила поздних гостей в квартиру сына. Я даже знаю, чем обусловлена ее эта улыбка! Дело в том, что Тамара Сергеевна была среднестатистической матерью компьютерного гения. И ей, как и всем другим, очень хотелось, чтобы чадо вышло из виртуального мира в реальный, и в итоге подарило внуков. Ну моя, собственно, мечтала почти о том же. А Сашкина сейчас не могла нарадоваться тому, что у сына появились аж две девушки сразу. Глядишь, хоть с одной чего-нибудь да выйдет. Возможно, с Риммой у них и срастется, вот только я согласна на роль друга молодой семьи и не более!

   В общем, Тамара Сергеевна скрылась за дверью соседней квартиры, где проживали родители нашего мага с малявкой-сестричкой. Смешно, но таким вот образом - разделением по двум квартирам - они пытались создать для Сашки видимость свободы. Но разве можно закатить вечеринку, привести девчонок, если за стенкой сидят и все подслушивают?! Я ему не завидовала.

   Маг осмотрел меня с ног до головы. Пригласил пройти. В зале (а по совместительству спальне, рабочем кабинете и т. д.) я замерла на пороге: всюду горели свечи, на полу было расстелено покрывало, на котором в самом центре стоял поднос на ножках с разнообразной закуской, фруктами, бокалами и винчиком. А у кровати еще четыре бутылки красного выглядывали из своего укрытия, ожидая очереди.

   - Ты либо по нам соскучился, - выдавила из себя я, присвистнув, - либо кое-кто не умеет держать язык за зубами и успел тебе позвонить, наябедничать!

   Римма зашаркала ножкой. Хорошо, что понимала свою вину. Я же тем временем нагло прошла вперед, заняла самое удобное место и принялась откупоривать первую бутылку.

   - Саш, когда у тебя день рождения? - на всякий случай уточнила я, решив не томить долго ожидавших "Красненьких подружек".

   - Через месяц! - недоумевая ответил парень, наблюдая, как беспардонная ведьма неумело колдует над бутылкой в попытке ее открыть, рассевшись на полу в позе лотоса. Он подошел ко мне, отобрал неподдающуюся стеклянную партизанку и одним красивым жестом вскрыл подлый предмет, разливая внутренность жертвы по нашим бокалам.

   - Ну, с наступающим! - коварно усмехнулась я, подымая приятно пахнущее вино в предчувствии веселенького вечера в компании друзей.

   С разговором по душам я намеренно медлила, вливая в себя бокал за бокалом. Внутри клокотало спиртное в смеси с моей болью, неуверенностью, ожиданием последствий, ужасом, страхами и еще непонятно какими чувствами. Саша и не настаивал на беседе, ничего не выспрашивал, просто позволял напиться и чуточку разгромить его квартиру - ну свечи вспыхивали пару раз почти до потолка, чего-нибудь поджигалось само по себе. Друг периодически подскакивал, дабы затушить пожар возле меня. И вот часам к 12 ночи меня понесло.

   - А я оказывается должна умереть! Представляешь? - рассматривая красивые отблески свечей в бокале рубинового вина, проговорила я.

   Друзья переглянулись и, будучи более опьяненными, чем я, расхохотались. Может, их развеселило то, что я, произнося каждое слово, икала? Но глядя на их реакцию, глупейшая ухмылка растянулась и на моем лице. Странно, но сквозь туман опьянения даже самые страшные вещи воспринимаются более спокойно. Осознав это, я озвучила следующую мысль.

   - Говорят, я умру, меня сила изнутри раздерет!..

   - Как в "Чужих"! - хихикнула Римма и изобразила эпизод появления зубастого гаденыша.

   - Вот ты меня боишься? - я уставилась на Сашку, он на меня.

   Саша изобразил что-то вроде "Я страшный серый волк, я в поросятах знаю толк..." Римма каталась по полу от смеха, похрюкивая, и мне стало понятно, что одного поросенка мы уже имеем. Наш беспричинный смех перешел в истерический.

   - А теперь серьезно! - собрав силы, я постаралась быть максимально внушительной, что получалось плохо из-за икоты. - Говорят, я не должна была появиться на свет и что принесу кучу страданий...

   - Дина! - остановил меня друг.

   Он не казался пьяным, наоборот - смотрел на меня абсолютно трезвым внимательным взглядом. Так и не скажешь, что выпил он почти две бутылки винчика сам. Под таким взглядом я даже икать перестала.

   - Пусть другие говорят, что угодно! Вселенная решила иначе, и никто не отберет у тебя жизнь! Мы тебя прикроем! - его слова бальзамом пролились на сердце. Я захлюпала носом, чуть не сболтнула по поводу вампира. А потом мой подлый "ик" прервал идиллию, и все снова рассмеялись. Серьезные друзья опять превратились в пьяных, а отличаться от них мне совершено не хотелось. Разлив пятую бутылку по бокалам, я поняла, что больше пить нечего. А Сашка сгонял на кухню и приволок водку. Впервые трезвенница-язвенница, то есть я, попробовала на вкус спирт, нализалась так, что не замечала ничегошеньки: ни странных прикосновений Сашки, передающих тепло, ни его непонятных слов и бормотания... а потом были звездочки. Такие красивые, золотистые... Хотя это, пожалуй, точно были галлюцинации!

   Но все равно мне стало значительно легче.

   Спустя час мы допились до чертиков. Рогатые приходили и умоляли, стоя на коленях, чтобы наша развеселая троица прекратила распевать заклятия. Шурик пообещал исправиться, хотя бы потому, что наш хор умудрился вызвать этих странных существ - а если не дай бог соседи вызовут милицию, потом придется объясняться с правоохранителями, откуда в нашей реальности взялись товарищи из другого мира без прописки и прочих документов.

   Когда начался процесс отправки рогатой мелочи пузатой в их родные леса и Кудыкины горы, я покинула гостеприимный дом друга и побрела домой, стараясь идти ровно по прямой. Перед глазами все расплывалось, я тупо хихикала и, шатаясь, как тонкая осина на ветру (или нет - как моряк на суше), брела по дороге.

   Сосредоточенная на отдавании приказов собственным ногам, я не слышала, что за мной следуют. Преследователю в итоге надоело брести за неадекватной ведьмой. Через мгновение меня остановили, оторвали от земли и попытались размазать по стене.

   - Ай! - промычала я, потирая шишку на затылке после соприкосновения головой с каменной кладкой. - Это вместо: "С приездом тебя, дорогая! Я так скучал!"?

   Обжигающие льдом карие глаза смотрели на меня. Вампир оскалился и зашипел. Я же, разозлившись, почувствовала, как тело превращается в огромный проводник электричества. Ток не собирался исключительно на кончиках пальцев, нынче я напоминала ската. Разряды словно окутывали одеялом. Мощность все набирала оборотов, даже воздух заискрился. Смерть отскочил от меня, пошатнулся, оскалился, разозлился. А мне стало так весело! Дико расхохотавшись, как в диснеевских мультиках злодей, я изобразила страшную колдунью, протягивая руки вперед и стреляя зарядами молний под ноги убийце. Еще больше смеялась, наблюдая, как красавчик пританцовывает, уворачиваясь от "пуль". Его терпение лопнуло на восьмом па и кульбите с переподвывертом. Наверное, обиделся всерьез - не рассчитывал на урок танцев от Дины Вербеной!

   Черные брови сошлись на переносице, глаза под ними злобно сверкнули, и в следующую секунду меня снова обняла каменная кладка стены дома. За такую подлость я шандарахнула по гаду током. Парень даже задымился немного и удивленно оглядел подымающийся от него пар.

   - Сам виноват! - буркнула я, все еще прибывая на волне повышенного настроения нормального пьяного человека. - Может, продолжим потом как-нибудь... Слабачок!

   - Ведьма! - рявкнул он, но предпочел отпустить и держаться поодаль. Ему больше не хотелось чувствовать себя громоотводом в дождливую погоду. Так что дальше вампир повел разговор на приличном расстоянии. Он замер, ноздри его дернулись, улавливая запах.

   - Пьяна! - презрительно сплюнув мне под ноги, фыркнул парень.

   - И что? - возмутилась я, поставив руки в боки, и один раз пульнула молнией.

   - Ненавижу пьяных! - прорычал Смерть.

   - У какие мы! - обиделась я и заключила: "Фифа!"

   Не стерпев оскорблений, он исчез.

   - Ну и ладно! - махнула рукой я вслед пропавшему и снова сосредоточилась на передвижении к дому. Но забыла, в какой он стороне. Огляделась. Задумалась.

   - Так! Куда нам? О! Прямо!

   Целенаправленно добралась до подъезда. Потратила 5 минут, чтобы попасть ключом в замок двери... пока не сообразила, что тыкаю в отверстие собственный ноготь. Когда же, наконец, достала ключ, дверь распахнулась сама собой. На пороге стояла злая мама. Конечно, она не спала - нервно курила на кухне, ожидая возвращения своей загулявшей ведьмочки с шабаша. Увидев мамочку, я глупо заулыбалась, бросилась ей на шею и с ходу призналась в любви, обожании и прочем, прочем. Сердце ее дрогнуло, скандалы и ссору она мудро отложила на утро, когда у меня будет болеть от выпитого голова, и я не смогу дать должного отпора.

   - Помочь раздеться? - заботливо поинтересовалась она.

   Зря! В попытке доказать ей, что справлюсь без помощи - взрослая уже! - я расстегнула джинсы. Они сползли на щиколотки, но вот высунуть из них ноги... как-то не получилось. Я упала. Но во чтобы-то ни стало решила доползти до своей комнаты. Приказывая стенам остановиться и не шататься, я, как на курсах молодого бойца, карабкалась по полу. Мама молча наблюдала за этой картиной.

   Кровать снизу показалась Эверестом. Усилием воли я втащила непослушное тело. А как только голова коснулась подушки, провалилась в безмятежное ничто...