Через неделю никаких следов на шее не осталось. У нас с Петиром выходные совпадали и так не часто. Я видела, с каким трудом он верит в придумываемые мной причины, чтобы не встречаться. Если принять во внимание, каким немым разочарованием были наполнены наши ночи, я понимала его сомнения. Через месяц моей работы на раскопках Петир не вернулся из Баэндара. Именно потому, что дома его ждала я. Рассказывая о том, что политики пытаются затянуть конфликт, чтобы мы успели подготовиться, его иллюзия смотрела на меня грустно и виновато. Засыпая в его одинокой постели, я плакала.

Когда он все же осмелился, я заранее знала все, что он спросит и скажет. И от этого было еще больнее. Я продолжала любить его так же, как и прежде. И видела в нем совершенно определенную взаимность. И сжимая зубы от злости, я в полной мере осознавала, что сделал Ройс. Понимала и отводила взгляд.

— Я не знаю и не хочу знать, Дайан… — Говорил Петир, я не смотрела на него. Захотелось сбежать, лишь бы не слышать продолжения. — Ты сама понимаешь, что так не может продолжаться.

Он полусидел на столешнице. Ночь отливала на любимом теле тени, по которым хотелось провести пальцем. Но потом — мы оба знали это — не будет ничего…

— Нет, я все же хочу знать, кто забрал тебя у меня. — Прошептал он и я заплакала. — Ты любила меня как никто. Я видел это… Ты заставила полюбить себя. Мы были одним целым против целого мира слухов и грязи. Я не понимаю, как можно было… разрушить это. Ну что ты ревешь?

Я почувствовала его руки на плечах. Подняла голову.

— Ты два месяца уже ревешь. Тот полукровка, я прав?

— Нет. — Я отрицательно качнула головой, шмыгая носом. — Я люблю тебя по-прежнему.

— Пока ты кричала в моих объятиях, я мог простить даже Императора. Но теперь ты молчишь… Вся молчишь. Молчат твои глаза, губы, руки, тело. И я не могу это изменить. Не могу. Не могу больше так.

— Петир.

— Если бы я был безразличен к тебе, все что ты хочешь сказать, имело бы смысл. Давай не будем обманывать друг друга.

— Дай мне время…

— Время на что?

Я сглотнула, отворачиваясь.

— Если это полукровка, время тебе не поможет…

Я заревела с новой силой. Подхватив в темноте одежду, Петир быстро спустился вниз. Через четверть минуты хлопнула дверь.

После того разговора прошел еще месяц. И я понимала, что разучилась жить без него. Дни крутились все холодающим Зельменем и жаркой пустыней, где мы «искали двери». Искали, находили и открывали, иногда совсем не радуясь этому. Нис смотрела на меня так, что хотелось убежать от ее огромных жалостливых глаз на конопатом лице. Каждую ночь наших смен она слышала мои всхлипы. Дома же я сходила с ума. Он был везде. В каждом отражении — его взгляд, в воздухе — его запах. Я знала, что это тоже пройдет. Но слезы не кончались. И мысли возвращались к нему. И подходя к порталу я сжимала сросшиеся пальцы в кулак, чтобы не выбрать Зальцестер, центральный портал. Я разучилась его не любить. Если бы я только могла все вернуть…

Тогда я жалела о том, что вытащила Ройса из Умена. Никого я не ненавидела так сильно, как полукровку. Он не должен был жить. И не только из-за меня. Из-за всех, кто мог оказаться на моем месте за всю его прошлую и будущую жизнь.

Какая-то старая и забытая Дайан твердила мне: не думай о нем. Не ломай себе жизнь из-за этой мрази. У новой же меня сжимались челюсти и кулаки. А потом глаза наливались слезами, и я снова кричала в мыслях имя Петира. И уже не было вопроса: за что?

Я шла домой от портала, аккуратно ступая в чьи-то следы в снегу. На душе было гадко. Солнце слепило глаза. Попадать каждые три дня из зимы в лето и обратно было не слишком привычно моему организму. Он не понимал что происходит: и я постоянно болела. Хотя, возможно причины были другими…

Хлюпая носом, я наткнулась на кого-то и подняла взгляд.

— Летом ты была бледнее. — Улыбнулся Маранс весело. — Научишь загорать под снежинками?

Я улыбнулась. Когда же мы виделись последний раз — даже, не вспомню. Мия в последнюю встречу рассказывала, что они нашли компромиссное решение в их отношениях. Они разошлись… Но в виду того, что обожали друг друга и не представляли своего существования друг без друга — регулярно виделись. В этих отношениях исчезли все ее истерики. Они стали близки, как никогда. Мия была счастлива, смеясь. Я тоже улыбалась. Если эта игра в «мы не вместе» сгладила все углы в их отношениях, то почему нет?

Если бы я могла научить свое тело лгать…

— Эй, я пошутил. — Хлопнул Маранс меня по плечу. Я вскинула голову. Мысли плавали где-то не здесь. — Проводить тебя?

Я кивнула.

— Так, где ты приобрела этот загар? Кажется, нынче у нас зима…

— Я работаю на раскопках на Сианском побережье.

— Вот как. — Протянул он. — Там же опасно сейчас, не так ли?

— Наверно.

— Зевак не пускают…

Я снова обернулась. Он же архитектор! Для него это как… Что же для меня могло быть так же интересно, как архитектору раскопки древнего города?

— Я могу попробовать. — Улыбнулась я. Маранс не ответил, опустив взгляд. Я мгновенно поняла, о чем он подумал. Откуда он мог знать, что это именно я?

Я смотрела на него, продолжая идти вперед. Мия…

Вряд ли зельменцы могу проассоциировать какую-то живущую рядом девушку с подругой Императора. Миллионы блуждающих слухов продолжали развлекать обывателей, ни на день не охлаждая внимания. Просклоняли и мои синяки с переломами. Причем переломано у меня было намного больше, чем пара пальцев. Просклоняли очень многое, что совсем не было достоянием общественности. Мы определенно и регулярно встречались. И чего только между нами не было. Тьфу!

Только Мия могла рассказывать ему обо мне. Стало неприятно. Я отвернулась.

— Ну, что ты потупился, как мальчик? Разве есть что-то невозможное для подруги Императора?

Маранс выдохнул, как от удара. Все же обернулся, обегая взглядом мое лицо.

— Прости, Дайан. Я не хотел…

— Что не хотел? Разве ты что-то сказал?

— Я подумал.

— Я не псионик, Маранс. Мия — псионик… Я, всего лишь, старая добрая подруга Императора. Я посмотрю, что можно сделать. Удачи.

Подняв руку на прощание, я пошла быстрее. Маранс стоял как вкопанный. Еще с полминуты, пока не скрылась за прохожими, я чувствовала его взгляд в спину.

Вспомнив о нем в следующую смену, я обратилась к руководителю группы. Иногда, делая интонации чуть нагловатыми, я добивалась поблажек для нас с Нис. Правда, она не знала, с чего вдруг нашу пару так «любят». Но руководство знало все, даже то, о чем я сама и не подозревала. Приглашение посетить раскопки обещалось долететь до адресата уже на следующий день. Мгновенно забыв о нем, я пошла работать.

Через неделю я проснулась от мягкой волны, исходящей от иллюзора.

— Дайан, доброе утро. — Улыбнулась иллюзия Анри.

Я кивнула, зевая в ответ. Как же ей удается так свежо выглядеть при ее загрузке?

— Послезавтра в Бежевом зале дворца будет маленький вечер.

— По поводу? — Удивилась я.

— Ксю хочет познакомить Деканов школ с Лавином. Под шумок, обсудить последние сплетни Объединенных земель, соберутся еще несколько глав Гильдий.

— Там будет на повестке что-нибудь повкуснее меня? — Поморщилась я. Анри перевела взгляд на кого-то за иллюзором и покачала головой. — Ну, война на Сиане, например.

Я засмеялась. Ну, хоть, война сможет перебить этот беспрерывный поток!

— Декан просил, чтобы ты присутствовала. — Анри улыбнулась. Она стала спокойнее, если не развязнее, после перевода от Ксю к Андресу. Но, все равно, осталась какой-то общей решательницей всех вопросов. Я завидовала ее собранности и стойкости.

— Он сказал, что если ты не разбавишь своим присутствием их кислые физиономии, то ему тоже нечего там делать.

Я засмеялась в голос. Кивнула. Куда я денусь? Конечно, приду. Попрощавшись, мы отключились. Я подумала о том, что послезавтра у меня будет первый день смены.

Не успев отойти от иллюзора, я обернулась снова. Кларенс сообщил, что послезавтра я свободна. Кивнув, я не проронила ни звука.

Нужно найти что-нибудь надеть…

Смотря в зеркало, я думала о важности выглядеть красиво и свежо на предстоящем вечере. Это была первая неофициальная встреча глав, куда меня пригласили. Могла ли я еще полгода назад предположить, что смогу присутствовать на подобном вечере? Это была честь, несмотря на то, что все население Объединенных земель считает меня подругой Андреса. О том, что я любимица Декана и именно он открыл мне двери к Императору, никто и не вспоминал. Старый Декан отходил на покой, уступая место великолепному Лавину Лирану. Случайность ли, что я стала его проводником в кабинет Декана? Я стала первой весточкой его новой жизни в Школе при Турхеме… Где же гордость? Где радость? Тебе завидуют все, кто только умеет это делать. Им наплевать, что слухи — не правда. Наплевать, что я потеряла любимого из-за мерзкой прихоти полукровки. Наплевать, что в душе моей море боли и грязи… Им всем на все наплевать.

Оставив плащ в комнате с порталом, я вышла. У дверей стояла охрана. Я замерла, как будто врезалась в стену. Через мгновение уже отпустило. Легонько извинившись, мне сделали жест «проходи».

В главном зале без пелены невидимости сидел Ирон. Еще охрана. Я улыбнулась старику, думая о том, где мог бы находиться Бежевый зал. Он кивнул, показывая рукой направление. Обернувшись, я удивленно вскинула брови.

На Дне магии я не видела этой двери. Возможно, ее скрывали портьеры… Пройдя по левой стене Большой залы, я остановилась в широких дверях. Смущенно улыбнулась, оглядывая присутствующих. Похоже, я рановато.

В маленькой зале было тихо и уютно. По стенам, зависнув над головами, мягко светились оранжевые конусы кристаллов. Окованные в металл, они создавали на бежевых стенах изящные узоры тени. В центре — туманная белая осветительная спираль. Высокие кресла у нескольких столиков с вином и закусками. Диваны по периметру залы. На балконе — несколько музыкантов, наигрывающих непритязательные успокаивающие мелодии. Рядом с лестницей у противоположной стены — небольшой столик с едой. Замечательная атмосфера для отдыха после нелегкого трудового дня.

— Дайан, девочка! — Улыбнулся Декан с кресла. Рядом с ним сидел Лавин. Еще пять или шесть человек, сидевших за другим столом, я не знала в лицо. Возможно, это были главы Гильдий. Вряд ли у любой другой вчерашней школьницы была возможность лично увидеть их раньше.

Я улыбнулась, проходя. Поздоровалась с Лавином. Присела рядом с Деканом, приветливо сжимая его пальцы.

— Как раскопки?

Засмеявшись, я покачала головой. Облизнула губы, чтобы не высказать все, что я думаю о смене зима-лето-зима.

— Уже надоело?

— Нет, что вы. — Я хлюпнула носом. — Просто, организм не может привыкнуть к такой частой и резкой смене погоды.

— Сначала Андрес пользовался услугами помощницы Ксю, теперь она пользуется услугами его помощницы… — Намекнул Декан, подмигивая. Я непроизвольно нахмурилась. Я не смогу работать с Ксю. Это значит видеть Петира. Часто бывать в зальцестерской резиденции. Пустыня спасает меня от этого…

— Что у тебя опять случилось? Что с глазками?

— Все хорошо, Декан. Вы позволите навещать вас? Я же не представляю, где вы можете быть кроме как в Школе. — Улыбнулась я, меняя тему.

Лавин наблюдал за мной молча и внимательно. Больше, пока, в этом помещении наблюдать было не за кем. Интересно, что полукровка думал обо мне? Впитал ли и отфильтровал все блуждающие сплетни?

— Я пришлю тебе карту с обозначением. — Засмеялся Декан, облокачиваясь на спинку кресла.

Был ли человек в Объединенных землях, кто не насмехался над моей неспособностью ориентироваться в пространстве? Я отвернула лицо, улыбаясь. В дверях стоял Петир. Ксю уже шла к столику рядом, приветливо улыбаясь. Петир же замер и смотрел на меня. Неужели ему так же больно видеть меня, как и мне его? Обернувшись к Декану, я извинилась и поднялась.

Мы встретились у левой стены, почти у входа, и замерли в метре друг от друга. Я боялась подойти ближе, в груди больно заскребло.

— Как ты? — Спросил он тихо.

Плохо… Я не хочу жить без тебя. Я задыхаюсь от боли и тоски. И я не знаю, что мне делать с этим.

Улыбнувшись, я кивнула.

— Хорошо.

— Хорошо. — Повторил он, как эхо. Это было его слово, пожалуй… Хорошо. — Как на раскопках, не скучно? Мама хочет взять тебя к себе.

— Что же ее удерживает?

Петир отвернулся, опуская взгляд. Я усмехнулась, оборачиваясь к Лавину и Декану.

— Я не смогу, не переживай. — Я подошла ближе. Голос казался слишком высоким и громким в этой комнате. Шмыгнув носом, я чуть улыбнулась. Петир резко обернулся. Нет, я не плачу. Просто насморк… Улыбнувшись еще шире я почувствовала, как начинает дрожать подбородок. Отвернулась, присаживаясь на край дивана. Петир сел рядом.

— Не мучай ни себя, ни меня. Иди куда-нибудь… — Прошептала я, смотря на его сцепленные пальцы рук. Послушавшись, он поднялся, и я закрыла глаза, ловя его запах. Когда же подняла голову, наткнулась на взгляд Лавина. Наклонившись, он налил из графина вина в два бокала. Декан пил чай. Судя по всему, старик уже дремал. Поднявшись, я вернулась к ним. Отглотнула, стараясь не смотреть на Петира. Все же нашла его взглядом. В этот момент он сел, скрывшись за плечом Лавина. Вздохнув, я отпила еще немного.

— Горан, ведь, рассказал? Именно поэтому ты смотришь на меня с такой жалостью? — Спросила я тихо.

Лавин не ответил. Зачем отвечать, если все равно ничего не изменить?

— В истории было много таких случаев?

Отрицательно качнув головой, новый Декан отпил из своего бокала и поставил его на стол.

— При ланитах он бы уже не жил. — Ответил спокойно. Я задержала на нем удивленный взгляд. — Его бы собственный отец… наказал… Никто даже разбираться не стал бы. Кто он?

— Сын Ранцесса и Кларисс.

Лавин выдохнул и откинулся на спинку, будто я выплеснула на него остатки вина. Эмоций на его лице я понять не могла. Он не смотрел больше на меня, лишь в глазах плясало что-то незнакомое.

Когда он поднял взгляд, я замотала головой. Он наклонился ближе, практически нависнув над дремлющим в кресле маленьким Деканом. Взглядом заставил приблизиться.

— Когда речь идет о веках, такие вопросы решаются очень просто. Есть правила, которые не должны нарушаться. Есть воспитание, вбивающее в тебя необходимость их соблюдать. Судя по всему, об этом кроме меня и Горана никто не знает? Не вижу ни одной причины, позволяющей ему жить. Хочешь защищать — защищай. Если до меня дойдет хоть слух, хоть полслуха о выходках с сотую часть этой, его не станет в тот же день.

Я выдохнула, кивая. Я сама его убью, если что-то узнаю. Но со своей ношей разберусь сама…

Откинувшись в кресле, я смотрела, как Лавин наливает в мой бокал вино. Протянула руку, не понимая себя. Почему я его защищаю? Он не достоин ничего кроме презрения, ненависти и…жалости.

Уловив движение и возгласы, я подняла взгляд. В залу зашел Андрес с Анри. За ним зашел Саша с маленькой женщиной, которую однажды я уже видела. За ней — высокая брюнетка, открывшая дверь в их доме. Я улыбнулась.

Андрес приветствовал всех и просил прощения за опоздание. Осмотревшись, я увидела новые лица. Погруженная в переживания по поводу Петира и Ройса я и не заметила новых пришедших. Среди них была и Кларисс. Я инстинктивно поднялась, когда, обегая присутствующих взглядом, Император остановился и на мне. Улыбнувшись спящему Декану, Андрес обернулся к Анри. Она кивнула и пошла мимо нас куда-то за лестницу. Похоже, Андрес таки нашел себе помощницу, понимающую его без слов.

Официальная часть этой неофициальной встречи заняла от силы пять минут. Лишь, по количеству людей я могла догадываться, что Деканов Школ магии здесь было чуть больше десятка. Лавин знакомился с коллегами и Главами гильдий. Декан так и не проснулся, даже когда в зале стало шумно. Анри заботливо накрыла его пледом, подложив под голову подушечку. Старика все любили. Это было видно невооруженным взглядом. Себя я чувствовала частью интерьера. Оставшись одна за столиком старого Декана, я наблюдала за Лавином впереди.

Когда на голое плечо легла ладонь, не понадобилось даже поднимать головы, чтобы понять кто это. Я отвернула лицо, чувствуя, как тонкие пальцы легонько гладят ключицу. На мгновение встретилась с Лавином взглядом. Дернула головой, моля не обращать внимания. Ройс молчал, наверно так же наблюдая за присутствующими. Больше всего я боялась, что он сделал что-то с той Риан и начнет делиться картинками, как обещал.

— Не был я на севере… — Фыркнул полукровка, проводя ладонью по шее. Я вздохнула, успокаиваясь. Ну, не благодарить же мне его за это?

Когда я снова подняла взгляд на людей в зале, Ройс улыбнулся. Я не видела и не слышала… Но поняла это так, как если бы он стоял напротив. На меня смотрел Петир. Пристально, обегая взглядом руку на плече и останавливаясь на глазах. Я опустила взгляд, принимая все его мысли и чувства. Ройс снова провел пальцами по шее и убрал руку, облокотившись на спинку кресла.

— Смотри.

Я подняла взгляд, заранее пугаясь.

— Не делай этого…

— Брось. После двух месяцев с тобой он себя уже и мужиком не считает… А Анри влюбилась в него как только увидела в Зальцестере. Они красивая пара! Разве ты не хочешь ему счастья?

Я положила руки на подлокотники, порываясь встать. Ладонь легла обратно на плечо, опуская в кресло. Закрыв глаза, я отвернулась. Не смутившись ни на секунду, Ройс показывал происходящее от своего зрения. И между Петиром и Анри явно что-то происходило. Сначала взгляды через пол залы. Потом прикосновения.

— Перестань! — Повысила я голос и обернулась.

Ройс улыбнулся, опуская лицо ко мне. Убрал руку, снова облокачиваясь на спинку.

— Обожаю, когда ты злишься…

Я не знала что ответить. Да, я потеряла Петира намного раньше. И да, пусть они великолепная пара. Но без твоего вмешательства! Затылком увидев, как они уходят, я обернулась. Сделала шаг к выходу, но замерла. Ройс смеялся.

— Ну, догони. Будет забавно послушать, что ты скажешь.

Я сглотнула, немея от злости. Ройс облизнул губы, обходя кресло и усаживаясь. Вальяжно закинул ногу на коленку, посмотрел на старого Декана.

— Им хорошо. Что ты злишься?

Стремительно выйдя из залы, я замерла у стены. Ирон все так же сидел недалеко от коридора. Кроме него в Большой зале больше никого не было. В груди сжималось сердце. Хотелось закричать во все горло от злости и беспомощности. Я стояла, ощущая голыми плечами холодный камень стены и глубоко дышала. Возможно, стоит позволить Лавину просто убить его. Всем станет легче…

Захотелось уйти отсюда. Я стояла и дышала, думая о комнате с порталом. В зале смеялись. Слышался голос Андреса у самой двери. Уловив краем глаза движение, я обернулась. Это Саша облокотился о дверной косяк в нескольких метрах от меня. Окинув взглядом Большую залу, он заметил меня.

— Дайан? — Вышел ко мне, удивленный. — Здравствуй… Что-то случилось?

Я отрицательно покачала головой.

— Ты дрожишь вся. Пойдем в зал.

Вздохнув, я кивнула. Саша по-отечески обнял меня за плечи. Мы зашли, останавливаясь в узком кругу Андреса и двух незнакомых мужчин. Мгновенно стало теплее. Наверняка не только Император удерживал комфортную температуру здесь. Улыбнувшись мне, Андрес перевел взгляд на говорившего человека. Ройс мысленно прокомментировал мне, кто есть кто. Я нахмурилась, стараясь закрыться от его мыслей. Через пару минут почувствовала головокружение и осмотрелась. Нашла взглядом Ройса. Он внимательно смотрел на меня. Что тебе надо?

Ройс отрицательно покачал головой и перевел взгляд на кого-то в дальнем углу. Я проследила за его взглядом. В упор, сквозь толпу на меня смотрела та высокая коротко остриженная женщина, что открыла мне когда-то дверь дома Саши. Чувствуя, что теряю сознание, я ухватилась за него.

— Что с тобой? — Обернулся Александр, крепче сжимая руку, которой обнимал.

— Не знаю. Кто это? Кто та женщина?

Проследив за моим взглядом, Саша пожал плечами:

— Анж. Она работает у нас в доме. Друг семьи.

Когда я облокотилась на косяк, как Саша несколькими минутами раньше, меня отпустило. Тряхнув головой, я подняла взгляд к женщине. На прежнем месте ее уже не было. Быстро перебирая ногами, она поднималась по ступенькам лестницы.

— Тебе лучше?

Я кивнула, вздыхая. Что это было? Зачем она это сделала? И что она сделала?

— Пойду, присяду… — Прошептала я, отходя.

Вернулась к столу Декана. Присев напротив Ройса, я прикоснулась ко лбу.

— Что ей от меня было нужно? — Спросила полукровку.

— Скоро узнаешь…

Я удивленно посмотрела на парня, все так же сидящего рядом с Деканом и пьющего вино из моего бокала. Проследив за моим взглядом, он усмехнулся.

— Хватит уже. Лучше съешь что-нибудь.

Не сдержав усмешки, я тряхнула головой. Ты скопище самых диких сочетаний характера…

Через полторы минуты Ройс отставил бокал и вскинул взгляд к выходу. Я обернулась. К нам шел Ирон. Наклонившись ко мне, старик попросил следовать за ним. Кинув удивленный взгляд на полукровку, я поднялась. Старик направился к лестнице. Мы поднялись наверх и прошли незнакомым коридором куда-то вглубь дворца. Открыв одну из дверей, Ирон предложил войти. Я послушалась.

В маленькой уютной комнатке горел камин. Кроме него никакого более освещения не было. Лишь два кресла и столик между ними — вся мебель. В одном из кресел сидела невысокая женщина. Насколько я поняла, она была супругой Александра. У стены, напротив двери стояла та большеглазая псионичка, пробуравившая меня взглядом чуть ли не до потери сознания.

Я замерла, не понимая, зачем могла им понадобиться.

— Как тебя зовут, девочка? — Тихо спросила сидящая в кресле женщина.

— Дайан. — Ответила я, переводя взгляд с одной на другую.

— А твою мать?

Я открыла рот, не понимая даже гипотетической цели этих расспросов.

— Тайрен Иринзор.

Женщина выдохнула, опускаясь на спинку кресла. С минуту смотрела в огонь. Я молча ожидала. В присутствии этих женщин мне становилось страшно даже дышать. Каким-то глубинным чувством я осознавала ее значимость и возможную власть. Обернувшись ко мне, она повела взглядом. Я отступила от двери за второе кресло, но не посмела сесть. Через мгновение дверь распахнулась. Андрес стремительно подошел к матери, тут же оказавшись у ее ног и взяв за руку.

— Что случилось, мам?

Не говоря ни слова, она подняла взгляд ко мне. Андрес обернулся, поднимаясь.

— Познакомься, сынок…

— Мы знакомы.

— Познакомься, Андрес. Это твоя дочь.