Темп взяли высокий, так как нужно было успеть как можно больше пройти, пока окончательно не стемнело. И так дорога уже еле просматривается. Потом уже с помощью ПНВ дальше пойдём — мы с Катраном с помощью ПНВ пойдём, а Тихий и Корнет и так ночью отлично видят без всяких приблуд.

Уже после полуночи добрались до стоянки муров. Ползком подобрались к ним и осмотрелись: как и говорил Корнет, блиндированный грузовик и два внедорожника. Движения никакого и сквозь забранные решеткой стекла внедорожников тоже никого не видно.

Как подбирались ещё, запустил «радар», но вокруг кроме как в машинах, никого больше не было. Насчитал там двадцать два человека: в переделанном гражданском внедорожнике трое ночует; пятеро в армейском; в грузовике — в кабине один и в кузове тринадцать. Если верить Катрану, то на оправку выводили восемь женщин и двоих мужиков. Но мужиков мы выпотрошенными нашли, в кустах валяются — когда вокруг лазили, округу обследовали, так и нашли их. Пират нашёл. Теперь полностью были уверены, что это именно муры.

Так что предварительно получается четырнадцать муров и восемь женщин. Если они ещё кого не завалили и тело где–нибудь под другими кустами лежит остывает.

Посовещавшись, решили сейчас не дёргаться, а с утра при оправке брать их тепленькими. Когда, после напряжённой ночи, самый расслабон с восходом солнца наступает. И у нас кстати тоже: если ночью никто не напал, утром уже не так по сторонам на стоянке смотрим и только при движении дальше опять бдительность повышается. Но у нас простительно: сначала Хельга округу мониторила, теперь мне приходится. И пусть всего пятьдесят метров, но на девяносто процентов уверен, что рядом никого нет.

Обсудили примерный план, как действовать будем и расползлись каждый на свою позицию. Затаились до утра. Благо почти все люди военные, умеем в засадах сидеть и выжидать. И в Катране уверены, так как долгое время уже натаскиваем его, так что затаиться и выжидать он не хуже нас умеет.

Тихо скрипнула дверь грузовика на рассвете и показался первый мур, слегка оглядевшись по сторонам — он поспешил к ближайшим кустам, где, вскоре покряхтывая от удовольствия — зажурчал.

За ним ещё трое показались и как мы и думали по сторонам они не особо пялились. Оправившись, они чуть ли не пинками погнали из кузова женщин для этого же дела, а мы замерли в готовности — ожидая начала операции. Никаких команд не будет, уже всё обговорено и каждый знает, что ему делать при развитии разных ситуаций.

Вот двери внедорожников открылись и оттуда тоже муры повалили, потягиваясь и отвешивая сальные шуточки над женщинами, которые прикрывая друг друга оправлялись чуть в стороне — в кусты их муры не пустили.

Заметил, как трава сама по себе возле армейского внедорожника примялась — Катран бродит, проверяет чтоб внутри никого не оказалось. Но на будущее нужно указать ему, чтоб аккуратней перемещался, хорошо, что сейчас все внимание у муров на женщин направлено.

Вдруг в грузовике что–то громко грохнуло — не получилось у Корнета тихо сработать, — головы резко замолчавших муров синхронно повернулись в ту сторону. И тут же голова стоящего рядом с пленными девчатами мура лопнула от попадания тяжёлой пули, остальные муры также синхронно обернулись на писк женщины, которая от попадания ей на лицо содержимого черепной коробки сначала пискнула тонко, а потом закатив глаза упала там, где стояла. Среди других муров материализовался Корнет во всём своём великолепии, вдобавок ещё и с окровавленными руками и от его радостной улыбки ещё одна из пленных девчат в обморок хлопнулась. Как за ней муры не последовали, я не знаю, но ступор они словили, чем мы с Тихим и воспользовались. Открыли огонь и одного за другим принялись наземь ронять, да Корнет подключился — мощными ударами шеи набок сворачивал. Одного Катран ушатал, когда тот отмер и попытался в армейском внедорожнике укрыться, но место уже оказалось занятым самим Катраном. Привалил и дверцу захлопнул за собой, чтоб другие туда не спешили — выковыривай их потом оттуда.

А дальше у нас муры продвинутые оказались… трое последних. Один вдруг прозрачный стал и Корнет чуть не навернулся, когда его кулак сквозь него пролетел и мур, сопровождаемый пролетающими сквозь него пулями, шустро двинулся в сторону леса. Второй замер истуканом и пули от него просто отскакивали, третий же мерцать принялся и при каждом мерцании на три метра в стороне оказывался.

— Призрак мой! — не скрываясь выскочил из леса и бросился на другую сторону просеки мимо лежащих, стоящих и сидящих в раскорячку женщин с огромными глазами.

Краем глаза ещё успел увидеть, как перед в очередной раз мерцнувшим муром Корнет материализовался и от души приложил его, пока он опять куда не мерцнул.

«Труп. Живые так не падают».

Тихий тоже из леса показался и держал на прицеле замершего изваянием мура в ожидании, когда тот отомрет и бронь с него слетит.

Это все что успел ещё увидеть — врубился в лес и стараясь не терять из виду «призрака» бросился за ним в погоню. Но тут же сбавил скорость: в лесу у него прыти поубавилось и чем дальше мы удалялись от стоянки, тем медленней он двигался. И заметил ещё, что если раньше он дороги не разбирал, просачивался сквозь деревья и кусты, то теперь старается их обходить. Видать, чем больше он сквозь что–то проходит, тем и сил у него больше расходуется.

Последние метры так уже не спеша за ним шёл, держа на прицеле, а тот постоянно оглядывался на меня искаженным от страха и напряжения лицом и крутил головой по сторонам, пытаясь ещё что–то выгадать. Но вот он поднял руки и постепенно обретая плотность замер на месте — увидел, что Корнет рядом со мной материализовался, которого я чуть не пристрелил от неожиданности. Против нас двоих у него уже шансов никаких, так что и не рыпался.

— Не мог предупредить, ведь пристрелить мог!

— Да как–то увлекся, — пожал он плечами, не сводя плотоядного взгляда с мура.

— Что там?

— Порядок. Двоих пленных взяли, того «бронированного» и водителя в кабине. Спрятаться там от нас хотел, — хохотнул он. — Давай родной, руки с оружием над головой держи и на колени медленно опускайся, а не то я тебе их прострелю, чтоб не дергался, — проговорил он уже полностью проявившемуся муру. И в подтверждении своих слов Ремингтон из–за спины достал и резко передернул цевьё досылая патрон в ствол.

Мур не стал дергаться, поднял руки с автоматом высоко над головой и упал на колени. Корнет, только что рядом стоял и вот уже у того за спиной: перехватил автомат свободной рукой и ногой того наземь опрокинул. А там и я подоспел: быстро руки ему за спиной связали и обыскали.

— Если попробуешь снова прозрачным стать, чтоб путы снять, — рыкнул ему на ухо Корнет, рывком поднимая на ноги, — то я тебе руки в локтях оборву, чтоб не баловал. Усёк?

Но тот только сморщился, но ни слова так и не сказал. Толкнули его вперёд — задавая направление и потопали обратно к лагерю.

Там тоже порядок: женщины в стороне столпились и только пискнули при нашем появлении, с Корнета взгляда не сводя. Тихий деловито шмонал трупы, а Катран на стреме стоял, женщин и хорошо связанных пленных контролировал.

Толкнули и «призрака» нашего к ним, рядом уложили.

— Увидишь, что прозрачным стать пытается, сразу вали его, — сказал я ему.

— Не надо валить, я, как и обещал, ему руки поотрываю, — опять рыкнул Корнет, вызвав испуганный писк со стороны женщин.

Женщины. Вот ещё головная боль. Теперь ни о каких военных лагерях и думать нечего, придется в стаб ехать. С другой стороны, и так через пару дней туда собирались, так что планы почти не нарушаются.

— Есть что интересного? — спросил подошедшего Тихого.

— Да ничего такого. «Волк III» — кивнул он на армейский внедорожник — интересная машина. Грузовик, почти копия нашего «Монстрика», но там Корнет грязно сработал — в крови всё, и стены, и потолок.

— Там третий крепкий оказался, — услышал, о чем мы говорим, Корнет. — Если двоих быстро привалил, то этого третьего с первого удара не пробил, а чуть больше сил вложил — его и расплескало.

— Тоже, наверное, с каким развитым даром был, — кивнул на остальных пленников. — Сейчас женщин успокоим, а то вон как на нас смотрят и пойдём побеседуем с ними. Узнаем, откуда они такие прокачанные взялись и какого тут делают.

Вздохнул тяжко и подошёл к насторожившимся при моем приближении женщинам.

— Так девчата, слушаем меня внимательно…

Вечно с этими женщинами проблемы. Как только поняли, что мы вроде как хорошие парни, так сразу попытались вой поднять. Не все, но трое там — пышки такие, так вот они и попытались нам разные претензии непонятно за что предъявлять и непонятно что требовать.

— Затихли все! — материализовался рядом со мной Корнет. Те сразу и затихли, видать чувствуют своими лишними телесами, что такой здоровый парень с такими зубами именно с них и начнет в красную шапочку играть, — смотрели на него как кролик на удава. — Не шуметь. Все разговоры, как в стаб приедем. Сейчас вам нужно знать, что вы в безопасности и что бы и дальше так оставалось, нужно все наши команды выполнять, а не истерики тут устраивать.

«Вот! Вот наш будущий переговорщик! А то я все вежливым стараюсь быть с женщинами, а оно вон как надо».

— Перемещаться можно по всей стоянке, но далеко не уходить, чтоб вас не съели, — улыбнулся он сбледнувшим от этого вида пышкам. — Но самое главное не шуметь. Всем всё понятно?

Но те только закивали как болванчики, не в силах вымолвить ни слова. М-да уж, умеет Корнет внушать!

Окинул ещё раз взглядом женщин и кивнул ему в сторону муров.

— Пойдем, побеседуем.

— Тсс! — поднес он палец к носу и только потом повернулся ко мне и согласно кивнул. — Пошли. Интересно будет послушать, что они тут делали.

Перед тем как приступить к допросу, отозвал в сторону Катрана.

— Идешь к Лисе и грузите в любую машину какую заведёте десяток контейнеров с «Корнетами» и пару пусковых к ним. Доезжаете до узкого места и потом идёте подгоняете туда же наши машины, перегружаете ПТРК в нашего «Мародера». Как сюда приедете, так сразу в путь отправимся, не будем здесь больше задерживаться.

Катран кивнул и перехватив поудобней оружие углубился в лес. Если быстро всё сделают, то часа через четыре–пять уже домой отправимся.

Пока с Катраном разговаривал, Корнет из леса вернулся, — ходил за своим «Шайтаном», которого там оставил. Не было для него тут работы, а вот помешать он мог, когда Корнет сначала в грузовик переместился, а потом и среди муров «танцевать» принялся.

— Не шуметь! — предупредил в последний раз он женщин, на что они испуганно кивнули разом и подхватив пленных скрылись от них за кустами, чтоб ещё больше не нервировать их предстоящим допросом.

— Ну что граждане бандиты, будем разговаривать? — спросил у муров, как усадили их под деревьями недалеко друг от друга.

Один быстро–быстро закивал согласно. Водитель грузовика жидковат оказался, зато «Призрак» и «Бронированный» посмотрели на нас презрительно и отвернулись в сторону.

— Ну что ж, понятно всё с вами. Пытать вас не будем, нам и одного для беседы хватит, а вас мы в стаб отвезём, есть там умельцы, так что всё равно всё расскажете. А потом на обозрение всем выставим, и вы не один месяц подыхать будете в назидание другим. У нас у Бастионовцев к вам много счетов накопилось.

Вот это их пробрало — побледнели и рожи презрительно уже не корчили, но видно, что говорить ещё не хотят.

Принялись с Корнетом и Тихим расспрашивать говорливого, поочерёдно задавая вопросы, отчего он постоянно головой крутил и ещё больше от этого в панику ударялся.

Оказалось, что пятеро центровых с мулами в свободном поиске были. Выискивали разные вкусные места и охотились на матерых тварей, как и те, с кем мы в прошлый раз в этих краях столкнулись. Но толком ничего не нашли, как и поохотиться толком не получилось — нарвались на бедуинов. Хорошо хоть те на легковушках были, и они из пулемёта их стопорнули и в отрыв ушли. После этого решили, чтоб с пустыми руками не возвращаться, в Ачинск заехать, где иммунных набрали и вдобавок троих неосторожных рейдеров прихватили. Одного правда привалили, а вот двух других сюда довезли и тут уже выпотрошили. Пока сюда ехали, ещё одну женщину прихватили, которая с подругой на трассе в машине после перезагрузки очутились. Подруге правда не повезло, не иммунной оказалась.

«Тут ещё вопрос, кому больше не повезло».

Спросили его по поводу Хельги: что слышал о том нападении на конвой.

Точно не знает, но вроде как Гера там работал, и он действительно кого–то там живыми привез.

— Гера по той колонне работал, и он действительно пленных привез, но бабе вашей повезло — сдохла в дороге, — заговорил вдруг «Бронированный». — Остальных внешникам толкнули, они неплохо так за живых платят.

Только челюстью скрипнул, но перебивать мура не стал — понимал, что он специально из себя выводит, чтоб привалили его тут и в стаб не везли. Потому что там он действительно очень тяжело подыхать будет.

Тихий тоже жевалками поиграл, но ничего не сказал, только взгляд у него совсем пустой стал — зря этот мур так о Хельге высказался.

— Что за Гера? Как выглядит? Где часто бывает?

— Гера, от Геракла сокращенно. И выглядит соответственно: черноволосый, накачанный… не просто накачанный, если увидите, то уже ни с кем его не спутаете. Он у Чужого в подчинении ходит, так что где Чужой, там и он в основном. Если конечно в самостоятельные рейды не выбирается.

Забыли про говорливого водилу, который толком ничего не знал и принялись этого расспрашивать. Я даже на память не надеясь, блокнот вытащил и записи делать принялся. Много этот «Бронированный» знал: и по расположению объектов, и по персоналиям. Многих муров описал внешне и их дары расписал, да кто и под кем ходит.

Когда «Бронированного» выпотрошили, и он уже повторяться принялся — «Призрак» неожиданно голос подал, с которого Корнет глаз не спускал, чтоб не вытворил что–нибудь. Так как путы его не удержат, и он в любой момент мог их скинуть в призрачное состояние перейдя. Но под взглядом Корнета не решился дергаться, помнил, что тот ему обещал. А наблюдая, как его сотоварищи на информацию расколись и сам не выдержал:

— Это всё мусор! Что предложишь за действительно стоящую информацию?

— Сдохнешь быстро и без всяких мучений. Устраивает?

— Хорош выбор, — криво усмехнулся он.

— Альтернативу ты знаешь, — безразлично пожал плечами.

Мур думал долго, облизывая пересохшие губы — живчика мы им не давали, а выложились они с дарами по полной. Теперь их неслабо так колбасит, но все просьбы о живчике мы пропускали мимо ушей.

И когда я уже подумал, что он просто время тянет непонятно зачем, заговорил:

— Я знаю где толстопузых внешников выгуливают!

— Продолжай! — заинтересовался я. — Что за толстопузые и чем они интересны?

— Богатые внешники с той стороны, на охоту сюда приезжают. Я знаю где они охотятся.

Помню, о чем–то таком Скиф рассказывал, так что мур вполне может правду говорить. Так что я ему поощряюще кивнул: «Продолжай мол».

— Если их прихватить за вымя, то с них немало ништяков поднять сможете!

По поводу ништяков я сомневался — помнил про чипы.

— Что именно?

— Снаряга у них суперская, как и стволы…

— Которые без чипа в теле не работают, — перебил я его. — Попытка хорошая, но давай что–нибудь другое, что нас заинтересует.

Тихий и Корнет метнули на меня взгляд, но в беседу не встревали, только заинтересовано слушали.

— У этих другие чипы, с оружием не связанные, — торопливо начал говорить мур, увидев, что я разочарованно покачиваю головой. — Это у военных специализированные чипы, с их экипировкой и вообще разного военного назначения вещами связанные. А у толстозадых всё гражданского назначения, и те же стволы сделанные на заказ специально под наш мир. Сам слышал, как они хвалились, и друг у друга брали оружие — пробовали из него стрелять. И эти стволы не хуже военных, а то и лучше, как и вся их экипировка.

— Это как ты умудрился столько информации по ним собрать? Сомневаюсь, что с тобой они разговаривали об этом, да даже не верится, что вас подпустили к ним так близко, чтоб вы рассмотреть столько смогли.

Глаза у него вильнули туда–сюда, но промолчать не решился.

— У них мутанты быстро закончились: замочили они всех и развлечься толком не успели. Вот и заказали мяса им привести… Мы привезли и пока мясо разбегалось, эти друг перед другом хвастались. Ну и мы присмотрели много для себя интересного, особенно когда они нашему старшему дали из своей винтовки пострелять — поощрили его так за дичь хорошую, угодили мы им.

— Как охотятся, тоже смотрели?

— Нет, — мотнул он головой. — Когда они охотятся, там вообще никого не остаётся: не любят такие люди, чтоб свидетели их забав были.

— А если что не так пойдёт, их что, даже не страхуют? — всерьёз удивился.

— Они с собой телохранителей привозят, своих доверенных. А если что–то нужно будет от внешней охраны, то они ракету пускают, так как со связью там проблемы, чернота вокруг её глушит. Вот при ракете к ним кавалерия на помощь и летит, в буквальном смысле.

— Может быть, — сам себе кивнул. Логично всё мур брешет. — Но ты же не всё ещё рассказал, ведь правда? — пристально посмотрел ему в глаза. — Слишком много ты знаешь, чтоб это можно было просто со стороны высмотреть.

Он снова чуть помялся взгляд отводя, но всё же сдался.

— Мы, как на этих богачей посмотрели, да старшой наш из их ружья пострелял… Короче, мы группу внешников привалили. Под стронгов закосили. Но одного, прежде чем завалить — поспрашивали хорошенько. Он и рассказал много интересного.

— А как же чип, который не даёт лишнего им выбалтывать? — Вспомнил, как сам внешника о всяком разном расспрашивал и тот говорил, что сдохнет, если запрещенную тему поднимет.

— Так это не военная тайна, — усмехнулся он, отчего корка на пересохших губах лопнула и вниз кровь по подбородку побежала. — Информация о толстосумах в директиву не вписана и болтал тот о них за милую душу.

Косяк со стороны внешников. Но это похоже побочный заработок какого–нибудь чиновника, поэтому директивы о неразглашении и нет. В этом мире нет, а как в том… кто знает, что им там всем прописывают по возвращении.

— Тихий, живца ему дай, а то сдохнет раньше времени.

Тихий без возражений отстегнул свою флягу.

— Голову задери вверх! — скомандовал он. И под жадными взглядами остальных пленных принялся тому в раскрытый рот живчик вливать.

— Хватит! Напился, давай дальше сказки рассказывай. Что там за оружие такое интересное, что у тебя аж глаза заблестели?

— Ружья на двадцать патронов. И патроны эти, как на пулеметах, которые вояки используют, одного калибра. Ну те что на их джипах у них стоят. Они к этим ружьям подходят и бьют они не слабее. С таким оружием и на матерую элиту выйти можно. Я сам видел, как стены дома насквозь прострелили из такой, а дом тот старой постройки, с толстыми стенами был.

А я вспомнил, как меня из пулемёта внешники причесали и как деревья насквозь пробивались, тоже вспомнил. Да у них даже автоматы стволы насквозь шьют, не то что пулемёты. Если в этих винтовках такие же ускорители стоят, да вдобавок оружие с чипами не связанное… Я чуть не облизнулся, так мне захотелось такое себе заиметь.

— Ты рассказывай, не молчи! Хотели сами этих толстосумов накрыть?

— Хотели, — кивнул тот и метнул взгляд на своих напарников, которые замерли и почти не шевелились, тоже слушая его откровения. — Соблазн большой был. Накрыли бы их и ушли куда подальше, но всё случая не подворачивалось. А недавно меня к ним, — кивнул на других пленников — на усиление перекинули.

— Сколько за раз там таких туристов бывает?

— По–разному. Но чаще всего группами по восемь человек приезжают, охотятся двойками — сам охотник и его телохранитель. Но бывает, что телохранителей и больше. Всё от важности охраняемого зависит.

— На кого обычно охотятся?

— Обычно на лотерейщиков и кусачей, но часто заказывают элиту молодую и на неё охотятся.

Потому–то внешники и летают везде, где такая элита мелькнёт. Бизнес у них. Только вот как они её живую захватывают?

— Ну и бывает, что если быстро мутантов положат, как в тот раз, то простое мясо заказывают, — продолжал он рассказывать. Главное, чтоб резвое было и бегало быстро.

— Как элиту живьём берут, знаешь?

— Не, — отрицательно покачал головой. — Транквилизатор какой мощный есть, наверное. Не знаю, мы не спрашивали про это.

— Ладно, это не столь интересно. Рассказывай, где это место находится, куда этих богачей на охоту вывозят.

— За Мастерской… — и смотрит на меня вопросительно.

На что я кивнул.

— Я знаю где этот стаб находится, продолжай.

— За Мастерской, если строго на восток ехать, через семьдесят километров упрёшься в реку, которая вход в длинный рукав из нормальных кластеров в мертвых землях перекрывает. Там, за этой рекой и до следующей — кластер–прихожая в междуречье находится, куда этих шишек привозят и где их ждут, когда они вернутся. Ну или на помощь оттуда выдвигаются, если тем что нужно.

Я слушал не перебивая. Это получается почти такое же место где я в этом мире появился, только с несколькими входами–выходами. Видать много таких своеобразных заповедников у них там в черноте есть.

— Сначала эту прихожую внешники зачищают, на мостах посты ставят, а мосты там целые загружаются, наводить не надо, но обычно они их подрывают, чтоб твари не разбежались. Так вот, потом туда жилые трейлеры перегоняют и ждут, пока этих богатеев на вертушках туда не доставят. Они прилетают, в этих трейлерах расслабляются, экипируются и на охоту в них же едут. Бывает несколько дней там охотятся, типа в отрыве от цивилизации отдыхают.

— Что в этом рукаве за кластеры?

— Там городок небольшой есть, через него кстати тоже река протекает. Так вот, населения в нём пятнадцать тысяч всего, но грузится он раз в месяц. И дальше деревеньки и поселки небольшие встречаются, где твари на живности отъедаются нормально, только и успевай сафари устраивать.

— Твари оттуда не разбегаются через другие выходы?

— А там некуда им разбегаться. Эта прихожая с мостами, которые подрывают обычно и ещё три выхода из этого рукава. Два из которых рекой перекрыты, а самый дальний грузится постоянно. Да и в округе возле него жилых кластеров нет, и монстрам туда смысла нет ходить.

— И как же вы собирались их глушить? Если сто процентов эти выходы контролируют, когда охоту устраивают.

— Контролируют. Но не сильно напрягаются с этим делом. Вернее, расслабились за столько лет. И если ближайший выход, который недалеко от прихожей находится, они плотно перекрывают, к следующему только иногда вертолеты гоняют, то последний почти не наблюдают, так как там сложно к нему подбираться. Он самый дальний и грузится постоянно, перерыв в два часа между перезагрузками, и вокруг тоже кластеры часто грузятся — перерыв в неделю–две у них. Так что внешники его вообще не наблюдают, мы проверяли. Вернее, один раз только вертолет пригоняли, из тех трех раз, что мы там наблюдали.

— Сколько километров до дальнего прохода от Мастерской будет?

— Почти триста. Чуть больше из–за того, что петлять там много приходится.

— Что по дороге? Как вы туда добирались?

— На моторке. От второго прохода река вдоль мертвых кластеров тянется, совсем немного до крайнего прохода не доходит, в сторону в холмы отворачивает. Там уже пешком…

Не успел он договорить, как Корнет мощным ударом свернул ему шею.

— Какого?! — подскочили мы с Тихим.

Но тот, не обращая на нас внимания опрокинул тело на живот и на руки его кивнул. Руки у него уже были свободные от пут, хорошо, что Корнет не расслаблялся и вовремя просек его намерение.

— Понятно. Зубы заговаривал, а сам пакость какую готовил.

Достал из кобуры ПП‑2000, навинтил глушитель и пристрелил остальных двоих. Хоть и хотел сначала руки–ноги им отрубить и в лесу выбросить, чтоб они там долго подыхали. Но слишком много они услышали, и я не хотел им даже малейшего шанса на спасение давать.

— Что скажете?

— Ехать смотреть нужно и там уже на месте решать, — первым Тихий высказался.

— Если он правду рассказал, то можно за задницу их там неплохо прихватить, — и Корнет за поездку туда.

— Если он правду рассказал и у нас всё получится, то за Хельгу мы железно поквитаемся. По больному их ударим, — дополнил его Тихий.

Я тоже за Хельгу в первую очередь подумал, хоть и трофеи знатные с них будут.

— Значит, как только из Клина вернёмся, начнём это дело планировать.

— А это? — махнул рукой в сторону военного лагеря Тихий. — Будем сразу признаваться или придержим информацию?

— Придержим. Если с этими охотниками у нас всё срастется, то у нас хороший повод внимание от себя отвести будет: вроде как мы совсем в других краях были в это время и никакого отношения к этому делу не имеем.

Ещё хорошо помнил, как за сынка начальника базы внешников на меня охотились и сколько обещали. Так что если у нас всё получится и этих толстопузых привалим, то и за нас не менее белой жемчужины обещать будут, а то и поболее. Лучше заранее подстраховаться.

Тихий с Корнетом только кивнули согласно: тоже понимают какой шум поднимется. Осталось остальных предупредить и особенно с Шутером беседу провести, чтоб не проболтался ненароком. А то Сильвер тот ещё следователь, что в рейде происходило, всё дотошно выспросит.

Когда вернулись на поляну, женщины уже не толпились вместе, а разошлись в разные стороны. Одни в машинах копошились, пытаясь себе одежду вместо своей разорванной подобрать, другие, а именно те три шумные пышки — в стороне стояли, шушукались. А одна в одиночестве под деревом сидела и гладя прибалдевшего у неё на руках Пирата, не сводила взгляда с того места где мы за кустами муров допрашивали. А как только мы показались, сразу поднялась и уверенно направилась к нам.