Картер мучился от бессонницы. Он не мог поверить в собственное открытие. Чтобы хоть как-то успокоиться, он стал рассматривать план гробницы, который набросал, едва вернувшись в штаб-квартиру.

Лестница

Коридор

Сокровищница

Передняя комната

Погребальная камера

Кладовая

Значит, единственная царская гробница, содержимое которой дошло до наших дней почти нетронутым, представляла собой всего-навсего четыре маленькие комнаты! Ее устройство отличалось от других подобных сооружений, хотя внутри имелось все необходимое для вечной жизни, что могло понадобиться покойному в загробном мире, Эта находка должна была помочь ученым лучше понять религию древних египтян и пролить свет на их представления о бессмертии.

Когда солнце взошло, Картер разбудил Каллендера и попросил его провести в гробницу электричество.

Сам он собирался снять оттиски печатей со второй двери, а затем официально ее вскрыть. Лорд Карнарвон фотографировал, дочь ему помогала. Они тоже всю ночь не сомкнули глаз.

В полдень явился подчиненный инспектора Ибрагим.

– Мистер Энгельбах занят, да и я тоже спешу. Если можно, поскорее! – попросил он.

Картер провел его по коридору и показал следы взлома. В гробнице явно побывали воры! Пока граф Карнарвон и леди Эвелина хвалили компетентность Управления, Каллендер вскрывал вторую дверь.

На пороге первой комнаты стояла алебастровая чаша. Картер поднял ее и прочитал надпись: «Да живет твой Каи да пребудет он миллионы лет, о возлюбленный Фивами, чей лик обращен в сторону северного ветра, чьи глаза —источник благоденствия…»

– Последнее приношение покойному. Жена, наверное, поставила эту чашу на порог, покидая гробницу, – тихо произнесла леди Эвелина.

Пол был усыпан щебнем, камышом и черепками. Инспектор осторожно ступил в комнату и с изумлением уставился на сокровища: украшенные трости, колчан со стрелами и составные луки, сосуды, жезлы, трубы, ларцы, кресла и многие другие удивительные вещи. Картер осветил стены и указал инспектору на проем, ведущий в кладовую, тоже до отказа набитую сокровищами, а также обратил внимание на то, что предметы свалены как попало. Явно здесь побывали воры.

– Но почему они ничего не взяли? – удивился инспектор. – Глядите, в этом сундуке с полуоткрытой крышкой лежат завязанные в платок золотые перстни!

– Все ясно, их спугнули! – глубокомысленно заметил граф. – А жрецы потом прибрали, насколько смогли.

Поразмыслив, инспектор согласился. Картер промолчал. Он пришел к выводу, что гробница предназначалась для другого человека, а мумия Тутанхамона оказалась здесь случайно. Поэтому и беспорядок – жрецы спешили. Что побудило их перенести сюда мумию и личные вещи Тутанхамона? Наверное, придворные интриги.

Инспектор наклонился и разворошил рукой камыш у западной стены, на которой виднелись следы взлома.

– Здесь еще комната! – воскликнул он.

– Наверняка, – кивнул граф. – Однако сначала нужно извлечь все из первой.

– Что будете делать? – спросил инспектор, обернувшись к Картеру.

– Работа предстоит огромная! Надо аккуратно провести фотографическую съемку, не подпалив находки магниевой вспышкой, и зафиксировать соотносительное местоположение предметов. Многие из них повреждены! Мистер Каллендер установит у входа в эту комнату решетку, а в коридоре по ночам будет дежурить сторож.

– Отлично! Сотрудники Управления будут являться через день и наблюдать за тем, как продвигается работа. Мы очень законопослушны.

– Мы тоже! – поспешил заверить его граф.

* * *

В Долину начали валом валить туристы, местные жители и ученые. В Луксоре только и разговоров было, что о фантастическом открытии Картера и лорда Карнарвона. Археологи желали немедленно осмотреть гробницу.

Картер всем отказывал. Его не пугали нападки коллег – он уже успел к ним привыкнуть и старался не вступать в полемику.

– Это гробница Харемхеба?! – воскликнул какой-то англичанин.

– В Долине есть гробница Харемхеба, но не здесь.

– А это не тайник? – спросил француз.

– Скорее всего нет.

– Я слышал, будто вы нашли произведения искусства из Месопотамии! – выкрикнул немец.

– Вещи относятся к XVIII династии. Роскошный заупокойный инвентарь.

– Покажите!

– Лорд Карнарвон решил не торопиться. Мы должны отнестись к своей находке с уважением.

– Вы что же, нас не пустите?! – возмутился француз.

– Нет, причем столько, сколько понадобится. А теперь простите, господа! Я наслаждаюсь вашим обществом, но чувство долга велит мне поспешить к Тутанхамону.

* * *

Вечером того же дня граф, его дочь и губернатор встретились за ужином в отеле.

– Египет гордится вами, ваше сиятельство! Картер оказался весьма талантливым археологом! Однако с ним непросто иметь дело. Его коллег это ужасно огорчает, – сказал губернатор.

– Люди очень завистливы.

– Нельзя ли все же ускорить дело? К чему все эти церемонии?

– Вы предлагаете таранить стены, как Бельцони?

– Конечно, нет, однако не будет же ваш Картер извлекать сокровища поштучно?

– Именно! – вмешалась леди Эвелина.

– Но ведь ученый мир ждет публикаций! – воскликнул губернатор.

– Пусть подождет. Этого требует наука! – твердо произнесла девушка.

– Мы не хотим уподобляться археологам, исследовавшим пятьдесят пятую гробницу. Ведь они в спешке так изувечили ее! – пояснил Карнарвон.

– Неужели публике придется ждать целый год?

– Решать не нам – Тутанхамону, – улыбнулась леди Эвелина.

Немного насладившись растерянностью собеседника, граф заявил:

– Будьте покойны, господин губернатор. Вам мы гробницу обязательно покажем.

– Отлично! И когда? – обрадовался тот.

– Скажем, двадцать девятого числа?

– Великолепно!

Граф собирался устраивать прием, не уведомив об этом Управление.

* * *

Новость гремела по всему Египту. Торжественное открытие гробницы должно было стать событием национального масштаба. Граф не давал интервью, и репортерам оставалось только строить домыслы.

Накануне открытия по Луксору поползли слухи о том, что в Долине приземлились три аэроплана, затем, нагруженные сокровищами, улетели в неизвестном направлении.

– Долина – удивительное место, – заявил Картер набежавшим репортерам. – Но здесь нельзя посадить аэроплан. Почва неровная, ямы да кочки!