Принцесса Страны Грёз

Земцов Андрей

Сказочные приключения молодого человека – обычного на Земле, но воспитанного, как принца; превращающегося в настоящего Принца, наделенного удивительными способностями, в мире Дикого Поля…

 

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения правообладателя.

© А. Земцов, 2016

© Издательство «Написано пером», 2016

 

* * *

Жил-был прекрасный Принц, который родился не в королевском замке, а в обычной городской квартире. Его родители трудились, создавая уют, спокойствие и радость в доме. Они следили за тем, чтобы у Принца было всё необходимое для роста и развития.

Вдоль стен квартиры стояли шкафы с книгами. Принц очень любил книги. Когда он был маленьким, Королева-бабушка – она тогда жила с ними – читала Принцу сказки. И даже когда он сам научился читать, то всё равно продолжал просить об этом Королеву-бабушку ведь тогда в сказках происходили чудеса: он сам вдруг оказывался тем Принцем, который спасал людей и животных, сражаясь со злобными чудовищами.

Но однажды Королева-бабушка исчезла. Королева-мать сказала, что она ушла в страну Великого Покоя. «Эта страна, – сказала она, – находится не на Земле, а на той Звезде, которая первой загорается на небосклоне вечером. Оттуда Королева-бабушка смотрит на тебя сквозь призму облаков».

Принц не понимал, почему она ушла так далеко, а родители не могли этого объяснить. Пришлось искать ответы в книгах. Он делал обычные дела: учился в школе, играл, купался в речке, – и продолжал читать.

Особенно Принцу нравились истории о неизведанных мирах, жителях далеких планет и галактик. И вот с ним стали происходить необычные вещи. Впервые это случилось, когда ему исполнилось двадцать два года.

«Принцесса Страны Грёз»

Так было написано на обложке книги, которую Принц нашёл среди подарков на день рождения. Он открыл книгу и… оказался в незнакомом месте, где яркое солнце нещадно палило землю.

Принц огляделся и обнаружил себя посреди дороги, вымощенной булыжными камнями. Он провёл ногой по булыжникам и не почувствовал неровности, так искусно были подогнаны камни. Его взгляд скользнул влево и не обнаружил ничего примечательного: кусты, небольшие деревца и серая, выжженная солнцем трава. Вид справа был не лучше: сплошные заросли колючего кустарника. Позади и впереди дорога шла наверх и скрывалась за большими деревьями.

«Идём вперёд», – решил Принц и зашагал к подъёму длиной метров пятьдесят.

«Ого!» – воскликнул Принц, как только преодолел последние метры и оказался наверху. За холмом расстилалась долина, посреди которой стоял величественный средневековый замок из сверкающего на солнце черного камня. Крепостную стену окружал широкий ров с водой, и через него был перекинут мост.

– Все удивляются, – раздался голос справа. Принц повернул голову и увидел говорившего. За деревьями, недалеко от дороги, бил источник, ручей от которого убегал вниз вдоль тропы. У ручья на огромном камне сидел большой человек, сам похожий на глыбу.

– Монс, – представился незнакомец и даже не спросил у Принца имени. – Тоже в замок? Наниматься к рыцарю Мизу? – Принц непроизвольно кивнул. – Тогда идём вместе. Не дрейфь, возьмут! Ты за меня держись, Молчун… И старайся не говорить.

Они вместе зашагали к замку. Принц еле поспевал за Монсом. Тот по дороге болтал без умолку и вводил Принца в курс происходящих событий: принцессе исполнилось восемнадцать лет, и король Годарт объявил турнир для женихов, который состоится через неделю, но рыцарь Миз почему-то созывает своих сторонников сегодня.

– Нужно войти в замок до темноты, пока опущен мост и открыты ворота, – сам прервал свой рассказ Монс, – а темно будет через полчаса. Давай поторопимся.

После этих слов он зашагал так, что Принцу пришлось бежать за ним. Зато, как только они оказались внутри, за их спиной заскрипели увесистые цепи подъёмного моста, опустилась решётка защиты и захлопнулись тяжёлые ворота. На площади перед дворцом вспыхнули десятки факелов. Принц не сразу заметил внезапное наступление темноты.

Изнутри замок выглядел ещё грандиознее. Чёрный, отполированный до блеска камень отражал пламя факелов. Казалось, будто свет лился со всех сторон.

– Надо сразу брать быка за рога. Идём к начальнику стражи, – сказал Монс и ткнул пальцами в какие-то места в совершенно гладкой стене. Открылся проём, и спутник жестом пригласил Принца пройти вместе с ним внутрь. Проход так же внезапно исчез за их спинами, как и появился, стоило обоим переступить порог.

Пока они спускались куда-то вниз, Монс объяснил Принцу, как открыть любую дверь в этом замке. Как оказалось, отец Монса, мастер Лабс, устроил в замке все хитроумные запоры и ловушки, а Монс с детских лет помогал отцу, так что для него тут не существовало секретов и запертых дверей.

«Почему он всё это рассказывает мне, незнакомому человеку?» – подумал Принц и уже собирался об этом спросить, как Монс шепнул ему на ухо:

– Меньше думай. Здесь мысли отражаются от стен, и кто умеет, тот понимает. Я умею. А тебе помогать мне бабушка велела.

Принц ничего не понял про бабушку, но размышлять не стал. Тем временем они вошли в огромный зал, освещенный двумя факелами, света которых хватало с лихвой. Слева и справа от входа начинались скамьи с расположившимися на них юношами. На вид им было от пятнадцати до двадцати лет, и все они усердно чистили оружие.

– Пажи и оруженосцы, – шепнул Монс. – Оружие готовят. Видать, завтра что-то будет.

Со всех сторон раздавались негромкие приветствия и восторженные возгласы. Принц подумал, что Монса здесь знают и уважают.

Монс поймал мысль и зарделся от удовольствия. Пока они шли через зал, на другом его конце какой-то человек поймал мысль, чего они хотят, нырнул в проем, тут же появился, открыл широкую дверь в комнату и произнёс: «Вас велено впустить».

Монс, а за ним и Принц вошли в зал чуть меньше предыдущего. За широким столом, заваленным нетронутой едой, сидело несколько человек в боевых доспехах. Все были со шрамами и другими увечьями.

– Что, Монс, папаша Лабс отправил тебя на подвиги? – спросил мрачного вида человек с чёрной повязкой на левом глазу и шрамом, идущим вверх и вниз от повязки.

– Да, сеньор Миз! – ответил несколько оробевший Монс.

«Миз?» – подумал Принц и тут же ощутил на себе всепроникающий взгляд одноглазого.

– А это кто?

– Молчун. Мой оруженосец.

Принц старался ни о чём не думать и просто разглядывал помещение, хотя смотреть было совершенно не на что. Кроме стола с горой еды, людей и факелов во всех углах в комнате ничего не было.

– Хорошо! Ты вовремя. Завтра выступаем. Поесть и переночевать где, найдёте сами, – произнёс одноглазый и перевёл взгляд на сидящих с ним людей, показывая таким образом, что разговор окончен.

Монс легонько коснулся плеча Принца, который отрешённо смотрел в сторону, и они вышли тем же путем, что и вошли.

– Нам повезло, Молчун, – сказал Монс, когда они вернулись на площадь. – Сам рыцарь Миз оказался в «чистилище». Идём перекусывать и устраиваться на ночь.

* * *

А в подвале за столом со снедью продолжился разговор, прерванный появлением Принца и Монса.

– Итак, вас здесь шестеро, кому я могу доверять, и завтра вы это ещё раз докажете на деле. Вэндер! – обратился рыцарь к одному из сидящих – рослому малому, единственному из присутствующих, не имеющему шрамов и увечий. – Ты наши глаза и уши в королевском замке. Расскажи всё, что ты узнал за два месяца, как мы внедрили тебя в гвардию короля.

– Дальше входных ворот и площади перед дворцом нас не пускали. Но, по словам королевского конюха, злобного, на всех обиженного типа, которого я частенько угощаю вином, он недавно привозил мастера Лаоса чинить замки в королевских покоях. С тех пор, как умер королевский мастер Гройс, его ученик Лабс считается первым мастером королевства, а Монс всегда ему помогает.

– М-да, – задумался Миз, – мастер Лабс против короля не пойдет. Да и сын, боюсь, такой же. Но, думаю, мы сможем перехитрить Монса, и он откроет нам все двери в королевском замке. – Было видно, что Миз придумал какую-то хитрость. – А что ты слышал о маге Элеонусе?

– А, этот старик с пронзительным взглядом? Я видел его пару раз. Конюх говорит, что он может превращать людей в животных. Хорошо, что они завтра с королём отправляются осматривать место проведения турнира и, как говорил конюх, их не будет три дня.

– Плохо! – зарычал рыцарь Миз, злобно сверкнув своим единственным глазом. – Лучше бы прихлопнуть всех одним махом, в замке. Хотя… – он повернулся к двум воинам, сидящим слева, за Вэндером. – Мерз! Протис! Вы устроите им засаду на первом повороте дороги в Дремучем лесу и уничтожите мага и короля. Возьмите для них мои серебряные стрелы.

– Начальник стражи Лютверг, – Миз взглянул на сидящего рядом с ним по правую руку, – охраняет замок в наше отсутствие. Заветное слово «серебряная стрела». Бандес и Прозл!

Два самых искалеченных «красавца» вскинули головы, ожидая приказа.

– Вас учить не надо. Уничтожьте всех людей в королевском замке, кроме тех, кто будет в покоях принцессы. Ими займёмся мы с Монсом. Хотя он об этом ещё не знает. Завтра принцесса, корона и королевство должны стать моими! Ха-ха-ха!

Все молчали, и лишь в неосвещённом уголке комнаты удовлетворённо пискнула маленькая мышка, скрываясь в норке, благо, кошек в замке не было – Миз признавал только злых собак и резвых лошадей.

* * *

Монсу опять снилась бабушка. Ему не посчастливилось встретиться с ней, когда она была жива, зато, сколько он себя помнит, бабушка приходила к нему во сне и наставляла его. Монс всегда знал, что если приснилась она, то в его жизни произойдёт что-то важное и надо во всём следовать её наставлениям.

В предыдущем сне от бабушки поступило указание идти к рыцарю Мизу, по дороге дождаться у родника юного Принца (и называть его непременно «Молчун»), привести его в замок и во всём ему помогать.

На этот раз бабушка велела делать, что скажет рыцарь Миз, но всеми силами оберегать кошек в покоях принцессы.

Монс любил бабушкины появления во сне. Он не всегда понимал, о чём она говорила, но выполнял её указания в точности, и тогда всё получалось великолепно. Поэтому с первыми лучами солнца, когда его позвал к себе рыцарь Миз, он бодро шагнул в его покои.

Вид «жилища» рыцаря превзошёл самые смелые ожидания Монса: в огромном зале находилось только два предмета – кровать под балдахином чёрного цвета и сверкающий серебряный трон. Миз в доспехах стоял возле трона.

– Монс! Как мне донесли ночью, король отправился осматривать сооружения для рыцарского турнира, – загадочно молвил Миз, – а бесславный рыцарь Балд завладел его замком. Мы должны освободить принцессу и замок. Ты сможешь открыть двери дворца?

– Да! – ответил Монс, умело посылая клубок запутанных мыслей. (Он сразу понял назначение комнаты и отсутствие вещей). – Я открою все двери во дворце.

– Хорошо.

Рыцарь расценил клубок мыслей, как переживание за судьбу принцессы и королевства, и продолжил:

– Сейчас же отправляйся в Дикое Поле и подбери коней себе и оруженосцу. Поторопись. После обеда выступаем.

Монс зашёл за Принцем, который уже ждал его с большим блюдом из кухни. От запечённой индейки, лежавшей на блюде, веяло теплом печи и ароматом пряных трав. После трапезы Принц удивился про себя, с какой лёгкостью они с Монсом одолели эту гору мяса, оставив лишь небольшую кучку костей.

– Сегодня у нас будет много дел, а их лучше делать на сытый желудок, – ответил Монс, прочитав его мысли. – Идём в Дикое Поле подбирать себе коней.

Монс не стал ничего пояснять про Дикое Поле, а Принц решил не расспрашивать. Только когда они вышли за ворота замка, он обратил внимание на внезапное воодушевление Монса и спросил:

– Что за песню ты мысленно поёшь?

– О! – в свою очередь удивился Монс. – Ты тоже обладаешь даром чтения мыслей? Хотя, да, ты же Принц, а этим даром владеют те, в чьих жилах течёт королевская кровь. Среди далёких предков рыцаря Миза есть особы королевской крови. Но он постепенно теряет этот дар. Поэтому в его замке сделаны приспособления для чтения мыслей, и он всеми способами пытается завладеть принцессой и короной.

– Нет! – воскликнул Монс, прочитав следующую мысль Принца. – Я думаю, мы здесь не для того, чтобы помочь осуществить коварные планы Миза. Скорее, чтобы помешать. Кстати, Миз не может читать мысли животных, а мы можем. Надо только с любовью смотреть прямо в глаза животному. Рыцарь не любит их, и его боятся даже лошади и собаки.

Монс опять вернулся к своим мыслям о доме и об отце.

– И всё же, что за песня?

– Это песня моего отца.

Лишь луч коснётся ближних гор — Скиталец на ногах. За дальний лес стремится взор Сквозь тьму густых дубрав. Куда спешит? Куда идет? То знает только он. Что за плечами он несёт? Скрывает балахон. Он много дней уже в пути. И цель его близка. Осталось темный лес пройти. Вдруг слышит звон клинка. На помощь поспешил храбрец, Кому, не зная сам. В бою со злом старик-отец Свою семью спасал. Пришёл на выручку храбрец. Разбойников прогнал. Но седовласый удалец Под дубом умирал. Ему старик сказал, моля: – Прими, ты в жёны дочь. Нас со старухою земля Ждёт покрывалом в ночь. Ко мне старуху поднеси. Мы с нею тут умрём. Здесь песню древнюю любви Мы молча допоём. Бедняжка ранена в живот Разбойничьей стрелой Едва до ночи доживёт — Пусть полежит со мной. Сплелись в пожатье две руки, Глухую унимая боль. Как две волны одной реки, Ушли в печальную юдоль. И странник больше не спешит, Свой сбросил балахон. На нём кольчуга, меч блестит, Но девой он сражён. Мечтал в турнирах побеждать, Принцессу полюбить. Но не пришлось сражений ждать По сердцу приз добыть. С кем ни случилась бы беда, На выручку спеши. Чем наградить навек тебя, Создатель Сам решит.

Монс закончил петь, но Принц был так очарован песней, что несколько минут не мог думать больше ни о чём. Из этого состояния его вывел голос Монса, тоже некоторое время молчавшего:

– Моя мама очень любит эту песню, – произнёс он с нежностью в голосе, – и всегда плачет, вспоминая своих погибших от рук разбойников родителей. Она хранит серебряную стрелу, которой была убита её мать. Когда-нибудь мы узнаем, чьих это рук дело, и я накажу убийцу, – закончил он грозно.

– Ты знаешь все дороги и тропинки в этих местах? Ты так уверенно идёшь!

– Да, я бывал здесь. Но даже если ты не знаешь, где находится какое-то место, спроси у птиц и зверей, и они укажут.

Принц недоверчиво усмехнулся про себя (что не укрылось от Монса), а затем мысленно спросил дорогу. Пролетавшая мимо пичуга уселась на ближайший кустарник и ответила частыми кивками в сторону, в которую они направлялись. Удивлённый Принц так же мысленно поблагодарил её. Довольная птаха вспорхнула и продолжила свой путь. Монс удовлетворённо рассмеялся.

Принц тоже повеселел и окончательно утвердился в мысли, что Монс послан ему свыше как самый надёжный друг.

Весело болтая, они прошли через небольшой лес, который тянулся, насколько хватало глаз, в обе стороны.

– Этот лес огораживает Дикое Поле от мира, – пояснил Монс, отодвигая в сторону целый кустарник в непроходимых сплетениях растений. Пропустив Принца, он потянул кустарник на место. – Вот оно, Дикое Поле…

Принц обомлел от восхищения. Они стояли будто на краю огромной чаши, покрытой растительностью всех форм, цветов и размеров. Противоположный край чаши исчезал за горизонтом.

– Это часть Эдема. – Монс удержал Принца, собравшегося было спускаться вниз. – Людям запрещено ступать на это поле. Те, кто спустились, возвратились безумными и вскоре погибли.

– Но как же мы возьмём себе коней?

– Просто представь его себе и назови по имени.

Принц сразу же вообразил чистокровного арабского скакуна по имени Ветерок, с ним часто были связаны его мечты. И… о, чудо! Рассекая грудью растительность, будто из тумана примчался и встал перед ним тонконогий белоснежный красавец. Принц взглянул в его глаза и прочитал: «Я ждал тебя».

Принц обнял его, погладил гриву и обернулся к Монсу, чтобы представить ему своего нового друга. Рядом с Монсом стоял великолепный огненно-рыжий конь.

– Восторг – так зовут моего коня, – Монс похлопал по медно-золотистой шее. – Мы с ним дружим много лет. Сегодня настал момент нашего воссоединения. Только смерть одного из нас может разлучить меня и его. Тебя с Ветерком – тоже. Теперь не надо идти за ним: где бы ты ни находился, точно так же позови его, и он появится. Идём к мастеру Пруту. Здесь недалеко. У него уже готовы для нас сёдла и уздечки. – Монс опять открыл проход в живой изгороди, пропуская Принца и четвероногих друзей, после чего вернул куст на прежнее место. Растения тут же переплелись.

Пройдя лес, Принц оглянулся: деревья стояли плотной стеной; тропинка исчезла в густой траве. Но он был ещё больше удивлён видом, который открывался перед ними. Это было совсем не то место, где они вошли. Там были перелески и луга, а здесь – небольшое озеро с каёмкой из невысокого камыша; берёзовая роща на пригорке за озером и приземистые строения под сенью берёз за оградой из деревянных досок.

У Принца возникло много вопросов к Монсу, но тот пристально вглядывался в группу всадников на другой стороне озера, направляющихся от строений к лесу.

– Мерз и Протис. Они были с Мизом в «чистилище». Говорят, эти двое выполняют самые гнусные приказы рыцаря. По жестокости с ними могут сравниться только Прозл и Бандес, – пояснил Монс. – Что, накопились вопросы? Коротко отвечаю: наш мир расположен вокруг Дикого Поля. Лес, ограждающий его, называется Зелёная Стена. Из Стены можно попасть в любое место нашего мира или куда мысленно пожелаешь, для этого не обязательно заходить за Изгородь.

– А зачем тогда лошади, если всё так близко от Дикого Поля?

– Да нет, не всё. Королевский замок, например. Давным-давно он стоял в двух милях от Зелёной Стены и часто подвергался внезапным нападениям. Маг Элеонус, придворный волшебник, искривил пространство так, что теперь, чтобы попасть в замок короля, нужно скакать в противоположном от Дикого Поля направлении, к центру королевства. Хотя есть пути и от Дикого Поля, но они известны только магу и избранным его ученикам.

– Откуда тебе всё это известно?

– Я десять лет обучаюсь в школе мага Элеонуса. Сейчас готовлюсь получить степень Помощника мага. Но это пока – тайна, – шепнул Монс, так как они уже входили в широкий проём дощатого забора.

Их встретил, радушно улыбаясь, мастер Пруг. Это был приземистый, широкогрудый здоровяк в кожаном фартуке поверх рубахи, заправленной в штаны. На вид ему было не более пятидесяти лет.

– Какие красавцы! – сказал Пруг, осматривая коней. – Они достойны носить на себе королевских особ. У меня есть для них превосходные сёдла и уздечки.

Мастер скрылся за воротами мастерской. Монс в задумчивости осматривался вокруг. Он был здесь впервые, но почему-то всё вокруг казалось ему знакомым. Только Принц прочитал его мысли, как Монс вдруг запел:

Над озером плывут, клубясь, туманы. В просветах отражается луна. Сквозь облаков волнистые поляны К берёзкам тянет лучики она. В неярком свете боль воспоминаний Терзает сердце хищною рукой: Стареющий отец за руку с мамой Своей малютки берегут покой. Уже куются бранные доспехи, Отлита смертоносная стрела. И поздняя супружества утеха Красою средь берёзок расцвела. Разбойничья нога качнула стремя. Порхает королевский голубок. В Дремучий лес затягивает время Дорог и судеб спутанный клубок. Берёзовой слезой тоска струится. Туманом поднимается в рассвет. В окошках чудятся опять родные лица. Хранящие бессмертия секрет.

Из проёма мастерской на Монса умилённо глядел мастер Пруг.

– Значит, ты сын малышки Дарины, – промолвил тот, когда Монс закончил петь. – Я был тогда учеником мастера Греля. Мы с ней часто играли вместе на озере, в роще, здесь во дворе. В тот злополучный день, когда королевский голубок принёс приглашение к королю, мы так были рады за нашу малышку Дарину. А в ту ночь, когда сюда постучал рыцарь с печальной Дариной на руках, радость покинула этот дом. – Он приладил сёдла и уздечки, продолжая говорить. – А королевский голубок живёт здесь все эти годы, вздрагивая при появлении нового человека. Вот он.

Мастер Пруг вынес клетку со старым, дрожащим голубем. Монс заглянул ему в глаза и прочитал: «В тот день я побывал в когтях сокола. Чёрный человек освободил меня, прочитал записку и отпустил. Чёрный человек был сегодня здесь. Он дал мне зёрнышко». Птица легла на полик клетки, закрыла глаза и навеки затихла.

– Умер голубок! – удивился Пруг. – А ещё недавно он порхал по клетке, уклоняясь от рук Мерза. Наверное, он чувствовал, что Мерз был сокольничим рыцаря Миза. А сокол – первый враг голубей.

– А почему у Мерза нет сокола сейчас? – спросил Монс.

– Тут всё покрыто мраком. Примерно в то же время, как погибли твои дед и бабушка, случились неприятности у Мерза. Одни говорят, что он, раненый во время какой-то заварушки, возвращаясь весь в крови, подвергся нападению собственного сокола, почуявшего кровь и вырвавшегося каким-то образом из клетки. Другие говорят, что сокола приказал натравить на него рыцарь Миз, потому что он не выполнил какой-то его приказ. Как бы то ни было, Мерз одолел сокола и задушил его, но отметины и раны остались на нём навсегда. И даже если бы он захотел иметь нового сокола, Дикое Поле не даст ему его. Таков Закон Дикого Поля: оно даёт нам всё, что пожелаем, но если мы это уничтожим, Поле нам этого не заменит. Вот если бы ещё Дикое Поле учитывало виновность в гибели, то эти чудовища, которые служат рыцарю Мизу, коней больше не получили бы. Только я и Поле знаем, сколько они погубили их.

– Мы тоже служим рыцарю.

– Берегитесь его. У вас не разбойничьи сердца – это я вижу по вашим коням. Рыцарь Миз – коварный враг всему чистому, хотя до поры, до времени использует всех.

Рассказывая всё это, мастер Пруг делал своё дело. И скоро на конях друзей сверкали поистине королевские обновы, а сами кони приплясывали, всхрапывали, поднимались на дыбы, всем видом показывая свою готовность.

– Как, говоришь, тебя зовут?

– Монс.

– Так вот знай, Монс, что мастер Пруг был как сын у твоих бабушки и деда. Крошка Дарина появилась у них уже под старость. Здесь был и есть их дом, а значит и твой. Удачи вам. Привет маме! – голос мастера задрожал, и он, отвернувшись, махнул рукой в знак прощания.

– Мы ещё встретимся, отец! – Монс легко запрыгнул в седло, и, казалось, две родственные души воссоединились в стихии движения.

Принц тоже был уже на коне и наслаждался новыми ощущениями. Им с Монсом, как и их четвероногим друзьям, не терпелось предаться захватывающей силе движения. Монс и следом Принц помчались в сторону Зелёной стены.

– Когда будем в Диком Поле, подумай о доспехах и оружии! – прокричал Монс.

Принц ожидал, что его спутник остановится при въезде в Дикое Поле, чтобы проехать за изгородь, но дорога была открыта, и они на полном скаку спустились в Поле.

Лишь только Принц подумал о доспехах и оружии, как почувствовал тяжесть металла на себе. Ветерок получил кожаную защиту с металлическими пластинами на ней. Монс и его Восторг обзавелись более тяжёлыми с виду вооружением и доспехами.

Принц успел заметить, что дорога была очень похожа на ту, по которой он пришёл в замок. Когда они поднялись из Поля, у Принца не осталось сомнений: перед ними сверкал величественный чёрный замок, а справа, огибая огромный валун, журчал родник.

Монс скакал без остановки. Принц не отставал. Он лишь попробовал длинный меч, появившийся у него в Поле: владеть им было легко и удобно. Принц занимался в секции фехтования на саблях и знал толк в оружии.

Друзья доскакали до замка, когда из его ворот по подъёмному мосту выехала кавалькада всадников с рыцарем Мизом во главе. Принца и, похоже, Монса, восхитил вид сверкающих на солнце доспехов и оружия.

Рыцарь указал им место в строю, которое они и заняли. Кавалькада рысью пустилась в сторону, противоположную Дикому Полю.

* * *

Дорога до королевского замка заняла несколько часов. Принц и Монс развлекались, читая мысли попутчиков и посылая друг другу мысленные комментарии. Принц несколько раз прыснул от смеха, прикидываясь, что чихнул. Так весело было узнавать некоторые мысли оруженосцев о своих рыцарях.

Мысли Миза были сосредоточены на Дремучем лесе, Мерзе и Протисе. Иногда он позволял себе помечтать о короне и принцессе. Но о принцессе он думал в плане того, как быстро он её отравит или уморит голодом, посадив в потайное место в подвале.

Другие его мысли были такими же жестокими, так что Принц мысленно спросил об этом Монса. Тот послал успокаивающую мысль, и Принц больше не прислушивался к рыцарю, как, впрочем, и к Бандесу и Прозлу. Эти двое думали только об убийствах.

Дорога пролегала по лугам и мелкому подлеску. Принц заметил, что почему-то не встречаются поля. Монс мысленно ответил: «Нам всё даёт Дикое Поле».

Часа через четыре скачки на горизонте, во всю его ширину, возник большой лес. Чем ближе он становился, тем величественнее выглядел.

Принц ощутил беспокойство о короле в мыслях Монса, который думал о какой-то подлости Мерза и Протиса. Оруженосцы также забеспокоились. «Дремучий лес», – слышалось в их мыслях.

Дорога была накатанная, хотя сразу за обочиной начинались почти не проходимые заросли, уходящие в темноту. Огромные и маленькие деревья стояли так плотно, что лучи солнца не достигали земли, но путь просматривался хорошо – деревья не нависали над дорогой.

За первым поворотом рыцарь Миз велел остановиться и ждать, а сам с Бандесом и Прозлом проскакал метров сто к месту, где из темноты леса к ним вышли Мерз и Протис. Слов не было слышно, но мысли рыцаря Миза красноречиво говорили обо всём:

«Идиоты! Никого не было, только стадо буйволов. Какие у нас буйволы? Маг Элеонус перехитрил нас. Остаётесь здесь. Уничтожите всех, кто будет двигаться в сторону замка. Всех людей, животных и птиц, которые не произнесут заветное слово «серебряная стрела». Если король и маг останутся живы, я скормлю вас моим собакам!».

Мерз и Протис исчезли в темноте. Миз махнул, чтобы продолжали движение. Принц почувствовал мощный ликующий посыл Монса:

«Маг Элеонус всё знает и принял меры. Можем смело нападать на замок».

Через несколько минут лёгкой рыси дорожный просвет впереди стал увеличиваться, и внезапно, без каких-либо переходов в мелкую растительность или кустарники, лес закончился. Перед взорами всадников, метрах в двухстах от Леса, за цветущим разнотравьем лугом, возникло огромное озеро. Примерно в километре, прямо посреди озера, стоял величественный семибашенный замок. Через озеро к замку тянулась неширокая прямая дорога с полукруглыми карманами по бокам через каждые метров сто. В лучах заходящего солнца сверкающие башни замка, озеро и дорога выглядели сказочно.

Подъёмный мост был опущен, но не было заметно какого-нибудь движения ни на подъезде к замку, ни в открытых настежь воротах. В мыслях рыцаря возникло беспокойство. Всадники молча стояли на выезде из Дремучего Леса и ждали команды к атаке. Со стороны замка не слышалось ни одного звука. Уже начинало смеркаться, но мост оставался опущенным, и в замке не зажёгся ни один факел.

Так прошло ещё несколько минут. Рыцарь принял решение двигаться к замку. Кавалькада во главе с рыцарем Мизом галопом понеслась по дороге через озеро. Перед самыми воротами откуда-то с радостным лаем, виляя хвостом, выскочил большой рыжий пёс, бросившись под ноги рыцарского коня.

Миз злобно хлестнул пса нагайкой по морде, выбив ему левый глаз. Пёс жалобно заскулил и помчался прочь от замка, по пути уворачиваясь от мечей Бандеса и Прозла. Миновав их, оставляя дорожку из капель крови, пёс припустил так, как будто за ним гнались.

Больше каких признаков жизни в замке не было.

– Бандес, проверь хозяйственные постройки. Прозл – людскую и правое крыло, там нет дверей и запоров. Мы с Монсом в покои короля и принцессы. Монс, открывай! – распоряжался Миз.

Все спешились, и кони исчезли в темноте, а люди бросились выполнять приказ рыцаря.

Монс открыл вход в королевские покои, пажи зажгли факелы, и толпа во главе с рыцарем Мизом бросилась в поисках людей по пустым гулким залам, освещая все закоулки и тёмные углы. Но замок будто вымер. Рыцарь в ярости крошил мечом попадающуюся на его пути мебель.

В покоях принцессы их ожидала та же картина: всё было на своих местах, но люди отсутствовали. Рыцарь утомлённо опустился на стул у будуара принцессы и вдруг начал безостановочно чихать.

– Проклятые кошки! – Монс с Принцем скорее прочитали это в мыслях Миза, чем поняли вылетающие вместе с чиханьем фразы. – Уничтожить её!

Миз выскочил из покоев принцессы, но чихание продолжилось и в другом крыле замка, куда он убежал. Рыцарь чихал так громко, что его было слышно по всему замку.

Монс с Принцем заглянули под кровать. Там сидели, дрожа от страха и боясь даже мяукнуть, две красивые разномастные кошечки. Мысленно они умоляли спасти их.

Монс вспомнил наказ бабушки во сне: всеми силами оберегать кошек в покоях принцессы. Принц прочитал его мысли:

– Их надо увезти отсюда. Но куда?

– В дом моего отца, – подумав немного, сказал Монс. – Только там они будут в безопасности. Но нам не удастся исчезнуть вдвоём, а если исчезну я, тебя сразу убьют.

– Я позабочусь о кошечках, – твёрдо сказал Принц. – Ты выведешь нас незаметно?

– Да. Идём!

Принц взял кошечек в руки и спрятал под накидкой. Обе его руки были заняты, и в случае опасности ему нечем было защищаться. Однако Монс вывел его потайными путями за ворота замка.

– Я приду на помощь, когда будет трудно, – уверенно сказал Монс. – Разузнаю о дальнейших планах рыцаря и исчезну отсюда. Береги кошечек. На въезде в Дремучий Лес подумай о дороге, по которой ты хотел бы проехать через Лес, чтобы миновать засаду.

Последние слова Монс, почему-то, прошептал на ухо. Они говорили негромко, но весь их разговор слышал притаившийся у ворот оруженосец Миза. Он не любил Монса, завидовал ему и искал повод выслужиться перед рыцарем. Его час настал.

Монс стоял у ворот, пока Принц не отдалился от замка на сотню метров и, позвав коня, не вскочил на него и не помчался в сторону Дремучего Леса.

Монс пошёл в правое крыло замка, где находился рыцарь Миз. Рыцарю стало немного легче. Он перестал чихать, но его опухшие глаза были налиты кровью:

– Кошку уничтожили?

Рыцарь не знал, что их было две.

– Да, – ответил Монс.

– Устраивайтесь на ночлег в этом крыле замка, – приказал рыцарь.

«На глазах и без запоров», – прочитал его мысль Монс, но, равнодушно пожав плечами, отправился спать в дальнюю башню этого крыла. Из неё вёл потайной ход прямиком к главным воротам. Монс устроился на лежанке и через минуту спал здоровым, но чутким сном.

А в это время подлый оруженосец со всеми подробностями изложил рыцарю Мизу разговор Монса и Принца, а также всё, что произошло у ворот.

– Будешь наблюдать за Монсом, – велел Миз оруженосцу-доносчику. – Узнай, где он устроился, и не спускай с него глаз. Как тебя зовут?

– Садль, монсеньор.

– Молодец, Садль! Ты получишь награду, когда… иди, потом.

Рыцарь думал о том, почему Монс отправил своего оруженосца с кошками ночью, одного, к себе домой.

– Может быть, какие-нибудь ценные кошки? – закончил он мысли вслух.

– Я в конюшне убил собаку, – зевая и устраиваясь на ночлег в дальнем углу комнаты, пробубнил Бандес. – Глядь, а это – человек. Конюх, наверное.

Рыцарь подскочил к Бандесу и разъярённо зашипел:

– Идиот! И ты только сейчас об этом говоришь?! – Миз схватился за голову. – Меня окружают тупоголовые идиоты!

Сонное состояние Бандеса как рукой сняло. Он вскочил и схватил меч:

– Кого надо убить, сеньор? Я что-то не то сделал?

– Ты всё правильно сделал, – рыцарь начал успокаиваться и анализировать ситуацию. – Одна из кошек – принцесса. Монс узнал об этом и отправил кошек со своим оруженосцем к себе домой. Если оруженосца не задержали два кретина в Дремучем Лесу, он уже на полпути до моего замка. Мы его уже не догоним. Тем более, он на прекрасном арабском скакуне. Теперь Монс… – Миз задумчиво шагал по залу. В свете факелов грозно сверкал его единственный глаз. – Монс остался, чтобы помешать нам и выведать планы. С ним надо кончать. От него больше нет пользы.

– Пойду убью Монса! – вскинулся Бандес.

– Позже, на рассвете, когда он будет глубоко спать, – чётко и твёрдо говорил рыцарь Миз. Было видно, что он принял решение. – На рассвете Бандес убьёт Монса, и мы двинемся в гости к папаше Лабсу. Всем отдыхать до рассвета!

Зашуршали травяные матрацы и подушки. Погасли факелы. В этой какофонии звуков никто не услышал шагов маленькой мышки, юркнувшей в норку, которая вела в башню, где спал Монс…

* * *

Принц быстро доскакал до Дремучего Леса. На въезде в Лес он вспомнил слова Монса о дороге и подумал: «Хорошо было бы проехать через Лес по неширокой аллее, освещенной электрическими фонарями, со скамейками по бокам, как в парке».

Кошечки завозились под полой накидки. Принц поудобнее подвязал накидку в виде гамака и устроил в ней кошек.

Когда он поднял глаза, то увидел впереди слева свет. Он осторожно приблизился к источнику света. Рядом с дорогой, за деревьями, виднелась неширокая аллея, освещенная электрическими фонарями, со скамейками по бокам. Принц не раздумывая повернул коня в сторону аллеи. (С первой минуты пребывания здесь он решил довериться провидению).

Ветерок резво помчал его со спутницами, мирно спящими в накидке, по мягкой грунтовой дороге. Аллея была очень ровной. Насколько хватало глаз, на ней не было видно ни животных, ни людей, ни птиц. И всё же Принц с облегчением вздохнул, только когда густые деревья расступились. Хотя фонари остались позади, дорога была хорошо видна в лунном свете.

Принц ещё раз заглянул под накидку. Кошечки были разных пород: одна – рыжая персидская, другая – русская голубая.

Принц немного разбирался в породах кошек. Там, дома, у них жил рыжий перс по кличке Стёпа, у соседей – русская голубая, а у одного из друзей – очень редкая, Сингапура. Он всегда засматривался на русскую голубую. Ему нравились эти зеленоглазые красавицы, к тому же здесь кошка этой породы доверчиво прижималась к его груди и даже лизнула пальцы в ответ на его ласки.

Конечно, Принц любил и персов. Но в отличие от русской голубой персидская слегка напрягалась при его прикосновении.

Принц заботливо поправил накидку и погрузился в мысли о том, что с ним произошло с тех пор, как он открыл страницы подаренной книги. Прошлой ночью он уснул, едва коснувшись подстилки. Да и сейчас не стал бы долго размышлять, но в седле, на скачущем коне, трудно уснуть…

* * *

Монса разбудил мышиный писк. Он сразу понял, что это не простая мышь, если она не боится человека. Взяв её на руку, Монс подошёл к бойнице башни, где в лунном свете можно было увидеть мышиные глазки и прочитать её мысли.

Мышь, оказавшаяся заколдованным начальником королевской стражи Броном, поведала Монсу обо всём, что произошло после того, как он отправился спать. Также Брон просил взять с собой его и полтора десятка стражников, превращённых в мышей магом Элеонусом.

– Хорошо, собирай свою мышиную гвардию, – улыбнулся Монс, – а я пока устрою ловушку Бандесу.

Незадолго до рассвета прибежала последняя мышка из стражи Брона, оставленная следить за Бандесом.

«Идут», – поведала она Монсу.

Монс привёл в действие какой-то механизм, после чего в углу на подстилке из соломы стала подниматься и опускаться его накидка под аккомпанемент негромкого храпа.

Мыши уже забрались в дорожную сумку, и он, открыв проём потайного хода, смело шагнул в темноту на лестницу. Через минуту Монс вышел из открывшегося вблизи ворот замка прохода по другую сторону стены. Его верный конь тут же вынырнул из мрака. Монс устроился в седле и исчез в густом предрассветном тумане.

Не успел он проскакать до середины моста, как услышал громкий рёв Бандеса и понял, что ловушка сработала. Его замысел заключался в том, что если ударить по коробочке, расположенной под накидкой, сработает система механизмов, и дверь с окном будут закрыты тяжёлыми решётками, открыть которые сможет только человек, знающий секреты замка.

«Нейтрализован один из самых жестоких и грозных противников. Суматоха в замке продлится несколько минут. Успею доскакать до укрытия», – подумал Монс, удаляясь в сторону Дремучего Леса…

* * *

Перед рассветом рыцарь Миз тронул Бандеса за плечо:

– Возьми с собой этого… Садля и убей Монса! – беззвучно прошептал он.

Через минуту Бандес и Садль крадучись удалились вглубь замка. Рыцарь прикрыл глаза, наслаждаясь предрассветной тишиной. Внезапно раздался звериный рёв Бандеса. Рыцарь вздрогнул всем телом, замер на мгновение, а затем вскочил, как ужаленный, и помчался в башню, где спал Монс. Туда же устремились все его слуги.

Столпившиеся в тесном коридоре, они расступились перед рыцарем, открывая загороженный кованой решёткой вход в комнатку. По другую сторону решётки в бессильной злобе метался по комнатке Бандес. Он уже сломал свой меч, пытаясь разрубить решётки на двери и на окнах. Увидя Миза, Бандес остановился посреди комнатки и растерянно, с мольбой во взгляде, смотрел на рыцаря. В дальнем углу комнатки испуганно скулил оруженосец Садль. Кроме них в башне никого не было. По комнате были разбросаны клочья ткани.

– Навались на решётку! – скомандовал Миз.

Оруженосцы во главе с Прозлом бросились вперёд. Несколько минут они безрезультатно пытались поднять решётку, которая даже не шевелилась. Бандес первым осознал всю тщетность их усилий. Он сел посреди комнаты и сжал голову руками. Его плечи сотрясались от беззвучных рыданий. Рыцарь Миз приблизился к решётке.

– Прощай, Бандес! Ты верно служил мне в течение многих лет. Оставляю тебя на милость короля. Хотя по закону вторжение в королевское жилище карается смертью – тебе отрубят голову. – В углу взвыл Садль. – Тебе тоже, Садль, – медленно проговорил Миз. Он поднял руку вверх, призывая к вниманию: – По коням! Догнать и убить Монса!

Через минуту все уже были в сёдлах. Немного уменьшившееся войско рыцаря Миза бросилось в погоню за Монсом. Из бойницы одной из башен отрешённо глядели им вслед Бандес и Садль.

* * *

Монс въехал в Дремучий Лес и подумал о пути, которым поехал Принц с кошками. Слева от дороги тут же открылся проход на неширокую аллею с фонарями и скамейками.

«Молодец, Принц! Теперь я спокоен за него и принцессу. Вряд ли что-то помешает им добраться до Дикого Поля, а затем и до моего дома. Но какой сюрприз ждёт его в Поле! И ещё один у нас дома, где я уже буду встречать его», – весело подумал Монс.

Проскакав по аллее до середины Дремучего Леса, Монс остановился и, подойдя к определённому кусту на обочине, отодвинул его в сторону, открыв проход в Дикое Поле.

Если бы его видел кто-то кроме Элеонуса и десятка других посвящённых, он подумал бы, что сходит с ума и у него галлюцинации. Но это было реальностью, и Монс был один, не считая четвероногого друга. Они прошли за Изгородь, и Монс закрыл проход. Он положил свою дорожную сумку на край косогора, и из неё дружно посыпались мыши. На земле они тут же стали превращаться в гвардейцев короля.

Из глубины Поля появились их кони в полной сбруе. Начальник Брон построил стражников, и все они вслед за Монсом выехали из Дикого Поля в направлении дома мастера Лабса. На расстоянии около полукилометра от Поля Монс оставил стражников дожидаться принцессу, которая должна была вскоре появиться, и сопровождать её в дом его отца. Сам же он помчался к дому, чтобы предупредить близких о надвигающейся опасности и сделать необходимые приготовления.

* * *

Принц скакал уже несколько часов. Ему хотелось сойти с коня и отдохнуть, но в то же время он понимал, что пока не доберётся до дома Монса, ему и его пушистым подругам повсюду угрожает опасность. Он находится в незнакомой стране на незнакомой планете. (Этот вывод он сделал, когда взглянул на ночное небо: в вышине двигались целых три светила, подобных земной Луне; они медленно перемещались в разных направлениях, и не было видно ни одной звезды). Рядом не было Монса, поддерживающего его своей уверенностью и знаниями. Но у него было задание: довезти кошек до дома Монса, а за последние сутки Принц привык во всём доверять новому другу.

Три ночных светила достаточно хорошо освещали окрестности, и было неплохо видно предметы на полкилометра вокруг. На пустынной дороге никто не встречался. Светила подошли к краю небосвода в разных местах и резко упали за горизонт. На несколько мгновений наступила полная темнота.

Вдруг, как вспышка молнии, блеснул луч восходящего солнца, осветив зловеще сверкнувший замок из чёрного камня. Он засиял всеми гранями, отражая этот первый луч. По спине Принца пробежали мурашки. Ему показалось, что он увидел, как осязаемо взвилась вверх и разбежалась в стороны темнота, издав при этом зловещий звук.

Что-то всё же прозвучало в тишине, иначе, отчего так резко дёрнулись спящие под накидкой кошечки? Они выставили наружу свои мордочки и напряжённо стали всматриваться в сторону замка. Принц прижал их обеих одной рукой к груди, а другой стал попеременно ласково гладить. Только когда замок рыцаря Миза скрылся из вида, кошечки успокоились и снова устроились под накидкой.

Вскоре впереди показалась Зелёная Стена, и Принц подумал: «Нужно ли мне заезжать на Дикое Поле, или я могу сразу из Стены попасть в дом Монса?». Из-под накидки вынырнула рыжая мордашка и своими жёлтыми большими глазками уставилась Принцу в глаза. Он услышал в голове: «Нам надоело быть кошками, пусти нас за Изгородь!».

Принцу некогда было удивляться: Ветерок уже остановился в трёх шагах от Изгороди. Принц отодвинул зелёный куст в сторону, и только он собрался шагнуть в Поле, как из-за его спины, со злобным ворчаньем, выскочил большой рыжий пёс. Принц чуть отступил от проёма (так неожиданно было появление этого пса), и тот не раздумывая прошмыгнул в Поле.

Принц узнал его: «Пёс из королевского дворца, избитый Мизом и слугами. Столько пробежал! Зачем ему нужно было попасть в Поле?». Он так бы и стоял в раздумье, но кошки вдруг выпрыгнули из-под его накидки и помчались в Поле. Принц поспешил за ними.

* * *

Монс въехал в ворота родного двора и лихо остановил коня. Сегодня он впервые прискакал домой на коне и знал, что домашние издалека заметили приближающегося всадника. Первыми из дверей выскочили сёстры-двойняшки Софи и Жени:

– Монс! Монс! Это твой конь? Ты похож на принца…, на рыцаря… А как его зовут? А ты дашь нам прокатиться? Он похож на папиного Луча! Ты останешься дома? – восторженно и весело защебетали девчонки.

Монс подхватил их обеих одной рукой пониже спины и усадил в седло. Восторг, гарцуя, прошёлся по двору. Девчонки визжали от счастья. Затем Монс спустил их на землю, спешился и отпустил коня, который в мгновение ока исчез. Девочки легко запрыгнули Монсу на руки, и он понёс их к дому.

Брат очень любил своих сестрёнок. Они были младше его на девять лет, и в отсутствие родителей (что случалось очень часто) он был их нянькой.

На крыльце стоял отец, мастер Лабс. Он вышел сразу же вслед за девочками и со скрытой радостью и гордостью наблюдал за происходящим во дворе.

– Папа, а где мама? – спросил Монс.

– Она в Поле. Сегодня ночью там большая активность, и мама как Страж Чистоты следит за тем, что может представлять угрозу безопасности королевства. А ты почему вернулся? Ты уже выполнил свою миссию? Или случилось что-то непредвиденное? – с ноткой беспокойства в голосе спросил мастер Лабс.

– Пожалуй, миссию свою я уже выполнил. Но случилось кое-что непредвиденное, и теперь моя миссия – здесь, – спокойно ответил Монс и вкратце рассказал обо всём, что с ним произошло с того момента, как он покинул дом, до этой самой минуты.

– А Принц, наверное, заносчивый красавец? А у него красивый конь? А он привезёт кошек к нам? – забросали Монса вопросами двойняшки.

Всё это время Монс держал девочек на руках. Теперь он поставил их на крыльцо перед собой.

– Боюсь, что кошечки скоро превратятся в принцессу Вендис и её кузину – принцессу Лию, а перед их красотой не устоит ни один принц.

– Здорово! Принцессы будут жить у нас! – девчонки с лёгкостью уступили Принца соперницам.

– Думаю, сынок, мы не зря потрудились, создавая нашу крепость, – озабоченно проговорил мастер Лабс. – Сегодня будет возможность увидеть результаты наших трудов в боевых условиях. Время у нас есть, но лучше всё же заняться нашими укреплениями.

– А мы подготовим гостям комнаты! – крикнули двойняшки и исчезли в дверях «хижины», а Монс с мастером Лабсом принялись за дело.

* * *

Принц забежал за Изгородь и остановился, как вкопанный. Ему навстречу из Поля выходили две прекрасные девушки, одетые в средневековые длинные платья, облегающие их стройные фигуры. У обеих за плечами висели луки. Наверное, у Принца было очень смешное выражение лица: девушки, глядя на него, широко улыбались.

– Что, в образе кошек мы тебе больше понравились? А в принцессу Лию в образе русской голубой ты, наверное, влюбился? – рассмеялась высокая светловолосая красавица.

– Принцесса Вендис, не забывай, что молодой человек рисковал своею жизнью, спасая нас от рыцаря Миза, хоть и не знал, кого он спасает, – выступила на его защиту невысокая темноволосая девушка.

– Что ты, Лия! Я ему очень благодарна. Сейчас я готова его расцеловать…

Но тут сбоку раздался громкий треск. Принц и девушки резко повернулись в сторону звука. У целившегося в них одноглазого детины в форме королевского стражника (как отметили принцессы) лук развалился на несколько частей. Детина недоумённо посмотрел одним своим глазом на негодное оружие, злобно – в их сторону, глянул вглубь Поля, бросил обломки и исчез в зарослях Стены.

Принц и девушки тоже всмотрелись в Поле и увидели идущую к ним миниатюрную женщину, одетую в жёлтую куртку с зелёным кругом на груди.

– Дарина! Страж Чистоты! – воскликнула принцесса Вендис. – Ты спасла нас!

– Я просто сломала его лук. Здесь, в Поле, невозможно попасть в кого-либо. – Мать Монса, похожая на взрослую девочку с хвостиком на затылке, лёгкими шагами приблизилась к ним. – Это сейчас не так важно.

– А что важно, Дарина? – лицо принцессы Вендис стало серьёзным. – Ты чем-то очень озабочена?

– Отряд рыцаря Миза, преодолев Дремучий Лес, движется сюда.

– А как же Монс? – хором воскликнули Принц и две принцессы.

– Монс давно дома, – лицо матери озарилось теплом.

– Кто бы сомневался! Дары Поля – от матери, да к тому же лучший ученик мага Элеонуса, – в голосе принцессы Вендис прозвучала нотка восхищения.

– Меня беспокоит другое. Ночью через Поле в замок рыцаря Миза прошёл отряд человек сорок, – лицо Дарины опять стало серьёзным. – Если они объединятся, нам туго придётся.

– Надо быстрее предупредить мастера Лабса с Монсом, – принцесса Лия взяла Принца за руку и произнесла: – Идёмте!

В своей жизни Принц не был избалован вниманием противоположного пола, даже наоборот. Рука Лии, оказавшаяся в его руке, теплом захлестнула его сердце. Он боялся, что Лия опомнится и отдёрнет её, но она, взглянув на него, слегка смутилась, а руку не убрала.

За Стеной их ждали кони. Арабский скакун Лии был как две капли воды похож на Ветерка Принца. Только его звали Посейдон. Лошади Дарины и принцессы Вендис были похожи на коня Монса, как отметил Принц. Он помог Лие подняться в седло и с неохотой отпустил её руку.

Метров через четыреста, за сотню метров до небольшого леска, они увидели маленький отряд, выступающий из зарослей им навстречу. Принц и принцессы насторожились, но Дарина успокоила их:

– Это Ваша стража, принцесса Вендис.

Когда они поравнялись, всадники бряцанием оружия поприветствовали королевскую особу. Брон, начальник королевской стражи, снял шлем в знак приветствия и, разделив отряд на две части, которые заняли позиции впереди и позади, встал во главе колонны. Весь образовавшийся отряд рысью помчался вперёд.

По дороге Брон рассказал обо всём, что произошло после исчезновения оруженосца Монса с принцессами.

– Да, Бандесу не позавидуешь. – рассмеялась принцесса Вендис. – Монс – мастер устраивать ловушки. Кстати, Дарина, это ваша крепость возвышается впереди?

Они выехали на взгорье. Дальше дорога шла вниз около полукилометра, затем метров двести проходила по насыпной плотине между заболоченных, заросших густым камышом берегов озера, с трёх сторон окаймляющего крепость, примыкающую к скале. По обеим сторонам крепости в озеро низвергались мощные лавины водопадов, образуя по пути миллионы брызг, радугой обрамляющих скалу и крепость.

Все были зачарованы открывшимся пейзажем. Даже Дарина с восхищением смотрела на изменившийся вид их «хижины». Она видела, как мастер Лабс и Монс в течение многих лет что-то проектировали, копали землю вокруг «хижины», изготавливали механизмы и собирали конструкции из камня. Всё это теперь было поднято с помощью механизмов и образовало мощную крепостную стену. Место конструкций заполнила вода, создав дополнительную защиту.

Дарина впервые лицезрела всю конструкцию в сборе. Она собралась ответить на вопрос принцессы, когда со стороны Дикого Поля раздался звук, похожий на треск, и сверкнула красная вспышка. Дарина резко развернула свою лошадь и прокричала:

– Мне нужно возвратиться в Дикое Поле!

– Но ты не можешь возвратиться туда одна! – в голосе принцессы Вендис слышалось сильное беспокойство. – Тот стражник, целившийся в нас, возможно, где-то недалеко. Мы проводим тебя.

– Я провожу Дарину! – воскликнул Принц. – К чему возвращаться всем? Принцессам необходим отдых. Я сумею постоять за нас, я не плохой фехтовальщик.

Принцесса Вендис ещё раз с недоверием оглядела Принца, но ничего не сказала, заметив твёрдую решимость в его взгляде. Конец спору положила Дарина, взглянув на Принца и коротко бросив: «Едем!».

Они с места пустили коней в галоп. Дарина скакала вперёд, не оглядываясь. Принц, как привязанный, шёл на полкорпуса коня сзади. За несколько минут они одолели расстояние километров шесть до Поля, после чего спешились и отпустили коней. Возле Зелёной Стены Дарина остановилась.

– Тебе лучше подождать меня здесь. В Поле мне не угрожает опасность, а для тебя долгое пребывание там может оказаться губительным. И хотя Поле почему-то считает тебя «своим» человеком, сейчас не время проводить эксперименты.

Принц спорить не стал и, когда Дарина исчезла за Стеной, вышел из леса. Он сошёл с дороги и устроился в густой траве под сенью отдельно стоящего дерева. Странно, но после того, как он вышел из Поля, последствия бессонной ночи как рукой сняло. Принц предался анализу последних событий, самым сладостным из которых была встреча с принцессой Лией. С первого взгляда ему понравилось в ней всё: фигура, походка, манера говорить и даже молчать. Все девушки, с которыми он когда-либо общался в своей жизни, не шли ни в какое сравнение с ней.

* * *

Вэндер (а это именно он целился в Принца в Поле), освободившийся от собачьего облика, потерявший левый глаз, во всём винил мага Элеонуса, короля и всех, кто им служил. Поэтому, увидев оруженосца Монса с принцессами, не задумываясь решил убить его.

Ему помешала женщина из Поля. Теперь и она стала его врагом. Вэндер спрятался за Изгородью и стал ждать.

Как только четвёрка, покинув Поле, отправилась вглубь страны, подгоняемый яростью, он побежал за ними, прячась за кустами на обочине. Вэндер видел их встречу со стражей короля, но не повернул назад, а продолжил преследовать своих врагов.

Отряд вскоре остановился. Они что-то увидели впереди. Вэндер решил подобраться поближе, но тут над Полем что-то громыхнуло и засверкало. Затем два его ненавистных врага отделились от других и помчались назад, к Полю. Они проскакали в трёх шагах от него. «Если бы был лук!». Вэндер в ярости растоптал ненужный теперь колчан со стрелами.

«Да, но теперь их всего двое. Я дождусь их у Поля и убью». И он побежал назад, уже не скрываясь, так как всадники исчезли вдали. Вэндер добежал до Поля и стал искать место, чтобы устроить засаду. Он направился к одиноко стоящему дереву и вдруг застыл от неожиданности: ему навстречу из травы поднялся его враг, оруженосец Монса.

Несколько секунд длилось обоюдное замешательство. Наконец, лицо Вэндера исказила злобная гримаса, он выхватил меч и он с диким воплем бросился на Принца. Принц отступил чуть в сторону и отразил удар. Последовало новое нападение – Принц вновь отступил.

Видя, что противник хорошо владеет мечом, Вэндер стал наносить удары один за другим, размахивая мечом, словно мельница. Пару раз меч зацепил тело Принца, разрубив кожаные доспехи. Вид крови ещё больше возбудил Вэндера. Принц не нападал. Он только отбивал атаки, но видя, что долго не продержится, стал поражать конечности Вэндера.

Принц никогда не убивал. На соревнованиях была лишь имитация удара. Но Вэндер с нарастающим неистовством наносил один удар за другим. Казалось, его только подхлёстывала рваная рана на его левой ноге и повисшая без движения правая рука. Перехватив меч в левую руку, он продолжал яростно рубить противника. Ещё несколько сильных ударов достигли цели.

Видя, что начинает слабеть, Принц отразил очередной удар, сделал резкий выпад и проткнул Вэндеру горло. Хлынула кровь. От её вида и полученных ран в голове Принца зашумело. Прежде, чем потерять сознание, он выкрикнул: «Дарина!!!».

* * *

В центральной точке Поля собрались девять Стражей Чистоты Поля – по одному от каждого королевства: от Заполья – Левен, от Междулесья – Рунт, от Окраины – Сулей, от Подполья – Гроз, от Королевства Семи Озёр – Пелея, от Заозёрья – Халд, от Пригорья – Крок, от Подгорья – Кион и от Приполья – Дарина.

Они часто встречались друг с другом, решая мелкие проблемы, но в полном составе собирались крайне редко при чрезвычайных обстоятельствах.

Совершив необходимый приветственный ритуал, Стражи замолкли, ожидая объяснений собравшего их. Гроз поднял руку вверх:

– Это я вызвал вас сюда, – он немного помолчал, собираясь с мыслями, – так как произошло что-то непредвиденное и необъяснимое. Вы знаете, что наше королевство ввиду его изолированного местоположения в Дикополье принимает для исправления тех, кто неоднократно нарушает законы ваших королевств. С недавних пор у нас пребывает земной человек, Физик, как он себя называет. Он построил какую-то «лабораторию», где проводит какие-то «опыты». Это доставляло нам много хлопот, но не наносило вреда ни королевству, ни окружающим, ни Полю. Это то, за чем мы призваны следить. Но сегодня ночью была пробита защита Поля, и около сорока самых отъявленных негодяев прорвались, предположительно, в Приполье.

Гроз взглянул на Дарину. Она молча кивнула, ожидая услышать до конца его пояснения. Гроз продолжил:

– Проход через Поле был прожжён каким-то неизвестным нам инструментом, что говорит об участии в этом Физика. А то, что Поле было сжато – говорит об участии в этом мага.

Стражи дружно ахнули: «Мага?».

– Кто этот изменник-маг? – спросила Дарина.

– Предположительно, маг Омелиус. Магам разрешено посещение изолированных у нас в Подполье. С Физиком в последнее время общался только Омелиус, маг Окраины.

– Наместники не хотят расставаться с властью, – задумчиво промолвил Сулей. – С тех пор, как королева Люсис, от чьего имени правит наместник Грой, и король Годарт договорились о помолвке, трон под Гроем зашатался. Скоро взрослая дочь короля Годарта, принцесса Вендис, обретёт мужа и вступит во владение Окраиной, а королева Люсис – мать принцессы Лии, сможет, наконец-то, войти в замок Годарта как хозяйка. Тогда Грой останется не у дел. Маг Омелиус – старый доверчивый добряк. Думаю, это Грой обманом использовал мага в своих целях. Как мне стало известно, наместник Грой пытался, заручившись поддержкой рыцарей и вассалов Окраины, выступить против короля Годарта, но его никто не поддержал. Теперь он нашёл другой способ. Но почему они в Приполье? Ведь король Годарт сейчас в Окраине!

– Они охотятся за принцессой Вендис, которая с принцессой Лией оставалась в королевском замке. Рыцарь Миз напал на королевский замок. Но маг Элеонус, предвидя это, превратил девушек в кошек, а юный оруженосец привёз их в наш дом, – пояснила Дарина и, останавливая пустые разговоры о грозящей опасности, предложила выработать план совместных действий. – Если, конечно, все готовы нам помочь? – Она выразительно взглянула на Сулея.

Сулей укоризненно покачал головой:

– Дары Стражей – от Поля. Только глупец захочет их потерять. – Он сразу же вызвался оказывать любую помощь: – Я отыщу мага Омелиуса и поговорю с ним.

– Маг Подполья Крузус введёт в курс дела магов, – бросил Гроз. – Я его уже проинформировал. Король Прайдэр организовал отряд для поимки преступников. Чтобы не принять отряд за преступников, которые могут выступить под каким угодно знаменем, у отряда оно – белое…

Тут раздался крик о помощи: «Дарина!!!». Стражи Чистоты уже через миг были у границы Приполья, а через несколько секунд Принц был внесён в Поле. Минуту спустя он открыл глаза и, увидев множество Стражей Чистоты вокруг себя, вскочил на ноги.

– Вот оруженосец, который доставил принцесс в наш дом. Затем он сопровождал меня сюда и, как видим, победил в схватке с серьёзным противником, – представила его Дарина. – А это – Стражи Чистоты от каждого королевства нашего мира.

– Пелея, – выступила вперёд красавица-блондинка с голубыми глазами, – я из Королевства Семи Озёр. Ты, наверное, Принц? Случайно, не нашего ли королевства? Твою маму зовут королева Лана? Твоя бабушка была королева Евгения?

– Да, бабушку звали Евгения, но маму зовут Светлана.

Принц утонул в голубых глазах Пелеи и подумал: «Эти глаза, наверное, два из семи озёр их королевства». Его мысли прозвучали всё равно, что вслух. Стражи рассмеялись. Глаза-озёра Пелеи полыхнули голубыми искрами.

– Значит, ты принц Рей?

– Вовсе нет! Меня зовут Андрей.

– Это там, на Земле, тебя зовут Андрей, – улыбнулась белозубой улыбкой Пелея и многозначительно обратилась к Дарине: – А ты тоже не знала?

– Нет. Мы впервые встретились только час назад. Представляю, как весть о принце Рее встревожит наместника Бизела.

– Принц Рей, – лицо голубоглазой красавицы приняло очень озабоченное выражение, – ни один из живущих в Дикополье не был удостоен возможности встретиться со всеми девятью Стражами Чистоты Поля. Это добрый знак. Тебе предстоит пройти много трудных испытаний вместе с жителями Приполья, но Дикое Поле не просто так послало тебя именно туда. Ты совершишь много славных дел и, вместе с родными и друзьями, будешь спасителем мира и спокойствия Дикополья, – закончила пророчество Пелея.

Лицо Дарины озарила лучистая улыбка. Пелея обладала даром пророчества, и её предсказания всегда сбывались. Но для их исполнения предстояло приложить очень много усилий.

– Как я понимаю, мы можем рассчитывать только на помощь короля Прайдера. В остальных королевствах правят наместники. Поэтому я прошу Стражей не допустить помощи наместнику Грою со стороны других наместников. – Дарина обвела взглядом всех Стражей и остановилась на Грозе. – Будем ждать ваш отряд. Прощайте.

Со всех сторон послышались пожелания удачи. Пелея подошла к Принцу:

– До встречи, принц Рей! Тебя ждёт много славных дел. Само Дикое Поле благоволит к тебе. Обычные люди уже через минуту пребывания в Поле начинают страдать от галлюцинаций и сходят с ума от видений. Ты обладаешь многими дарами. Храни их в чистоте и используй на добрые дела.

Дарина взяла Принца за руку и они оказались на краю Поля, у Стены. За Изгородью их ждали кони. Принц почувствовал тяжесть доспехов на теле: они были не кожаные, как раньше, а металлические. На голове появился шлем, достаточно лёгкий для металла.

По пути он попросил Дарину рассказать об устроении Дикополья.

– Наш мир – не планета во Вселенной, а точка в какой-то материи. Ты, наверное, заметил одно дневное и три ночных светила. Все королевства, а их девять, расположены вокруг Дикого Поля и не имеют границ между собой, но маги – Служители Поля, обладающие многими его дарами, сжимая пространство, могут открыть проходы как внутри королевств, так и между ними. Маги помогают королям и наместникам управлять своими подданными. Маги проводят и организуют обучение и выявление даров мастерства. Они регулируют численность мастеров в королевствах. Девять Стражей Чистоты Поля следят за использованием ресурсов Поля и контролируют появление неизвестных вещей и людей, выявляя их потенциальную опасность. Практически всё, что мы получаем у Поля, вырабатывается, добывается, перерабатывается и изготавливается мастерами королевств. Рыцари по своему выбору могут в перерывах между турнирами быть мастерами или обучать своих подданных как боевым искусствам, так и общим знаниям. Магов тоже девять, но они могут обучать и подготавливать помощников.

Всё это Дарина прокричала на скаку. Уже на спуске к дому, когда они пустили коней лёгкой рысью, Дарина поведала Принцу о положении дел в их королевстве:

– В начале прошлого года, за несколько дней до совершеннолетия принцессы Вендис, ушла на Землю королева Ксандра, бросив в Поле серебряную стрелу.

– Что значит «ушла, бросив в Поле серебряную стрелу»?

– Значит, что она освобождает всех от обязательств по отношению к ней и сама освобождается от обязательств в отношениях с другими; что она навсегда покидает Дикополье и не будет иметь претензий на наследство. Надо сказать, Ксандра сразу после рождения Вендис месяцами пропадала на Земле, оставив малышку на попечении нянек и придворных дам. На Земле у неё своё дело. Она модельер-дизайнер одежды, а здесь ей было очень скучно. – Дарина взглянула на Принца. – Может быть, тебе не нужны такие подробности?

– Нет-нет! Пожалуйста, продолжай!

– Король Годарт очень переживал, а когда Ксандра решила освободить его, он воспрянул духом и помолодел. Те, в чьих жилах течёт королевская кровь, могут перемещаться на Землю и обратно. Король Годарт разыскал на Земле королеву Люсис, ставшую к тому времени вдовой, и после нескольких встреч они договорились о помолвке. Но Люсис не может войти в замок короля, пока там находится совершеннолетняя Вендис. Они договорились с Люсис, что её королевство – Окраина, отходит Вендис, а она получает Приполье. Король Годарт построил замок для принцессы Вендис и её избранника, которого она определит после Рыцарского Турнира. Люсис не может войти в королевский замок, но её дочь – принцесса Лия уже живёт там, привыкая к королевской жизни. Остальное тебе известно.

Принц и Дарина уже проезжали по подъёмному мосту, опущенному при их приближении, и не было времени для вопросов, которые роились в голове Принца.

* * *

Рыцарь Миз, удручённый провалом своей операции, подгоняемый желанием отомстить перехитрившему его Монсу, был подобен разъярённому зверю.

После того, как на повороте дороги в Дремучем Лесу, где шайка Мерза и Протиса устроила засаду, рухнули последние надежды рыцаря на быстрый захват принцессы Вендис или Монса, Миз не говорил с подданными, а рычал на них. Он гнал коня, жестоко вонзал шпоры в его бока, вымещая зло на ни в чём не повинном животном. Его отряд, вдвое выросший за счет присоединения ставшей бесполезной засады, едва поспевал за рыцарем.

После полуторачасовой бешеной скачки немного успокоившийся рыцарь Миз перевёл коня на лёгкую рысь. Отряд, растянувшийся на полкилометра, вновь сомкнул свои ряды. К замку они приблизились стройной колонной.

При их приближении ворота замка распахнулись, и опустился мост через ров. Начальник стражи Лютверг встретил рыцаря у ворот:

– В замке мой брат, наместник Грой. С ним около сорока головорезов, сбежавших из Подполья. Я разместил их в «чистилище», мой господин.

На лице рыцаря отразилось легкое беспокойство, но он всецело доверял Лютвергу, жизнь которого полностью зависела от рыцаря Миза. Только шестеро приближённых Миза знают тайну:

«Это случилось двадцать шесть лет назад, накануне свадьбы принцессы Ксандры и принца Годарта, победителя королевского рыцарского турнира. Миз также участвовал в этом турнире и был повержен копьем Годарта. Но в своем поражении он винил Стража Чистоты Лею, мать Дарины, которая не позволила использовать запрещённые правилами приспособления.

Его сокольничий Мерз перехватил королевского голубя с приглашением мастера Греля, его жены Леи и дочери Дарины на свадьбу. Рыцарь Миз посчитал это хорошей возможностью отомстить за своё поражение и обзавестись юной женой, хоть и не королевской крови.

Вшестером они отправились на дело, предполагая быструю и лёгкую победу над двумя женщинами и стариком. Но Мерз, тайно влюблённый в Дарину, в последний момент отказался стрелять в старика. Возникла заминка, старик сумел укрыться от стрел и затем в сражении нанёс страшную рану рыцарю, который уже не видел окончания битвы и того, как юный рыцарь, пришедший на помощь старику, разогнал разбойников, лишившихся своего предводителя.

Лютверг вернулся ночью, нашёл тяжелораненого рыцаря и отвёз его в Поле, которое залечило его раны, оставив шрамы на лице. Была еще одна рана, о которой не знал никто – меч старика ударил его в пах. С тех пор он потерял всякий интерес к женщинам.

Лютверг, убивший Стража Чистоты Поля, должен был быть уничтожен Полем, но он обрёк себя на пожизненное заточение за стенами замка рыцаря Миза, не имея возможности выйти за ворота замка под угрозой смерти.

Мерз вернулся к хозяину. Рыцарь ранил его мечом и напустил на него сокола. Израненный Мерз задушил сокола, залечил раны в Диком Поле и вновь вернулся к хозяину, верно служа ему в дальнейшем. Прозл, Бандес и Протис тоже были наказаны Мизом, но дали ему клятву верности и с тех пор не раз выполняли его самые мерзкие приказы».

Рыцарь не задавал вопросы Лютвергу о планах наместника Гроя – «чистилище» откроет ему все самые потаённые замыслы. Миз пошёл туда не тем путём, который знаком нам по посещению Монса и Принца, а другим, потайным ходом, проходя по которому он остановился у ниши в стене большой комнаты, где в прошлый раз находились оруженосцы и пажи рыцаря.

Теперь здесь разместилось около сорока бежавших из Подполья преступников. Конструкция ниши позволяла читать стекающиеся сюда мысли находившихся в комнате людей. Ничего опасного для себя в их мыслях рыцарь не услышал. Все они были заняты азартными играми и желанием завладеть имуществом друг друга.

Вдруг его внимание сосредоточилось на одном человеке, отличавшемся от остальных и по внешнему виду, и по поведению. Он сидел почти под нишей, и рыцарь поначалу его не заметил. Но вдруг в сплетении пустых и алчных мыслей Миз уловил презрение к этим людям и даже высокомерие.

Рыцарь внимательно оглядел все закоулки и только тогда заметил отдельно сидящего человека с кудрявыми чёрными волосами и большой относительно плеч головой. Мысли этого человека были о том, что близок час, когда он своим аппаратом уничтожит сначала врагов, а затем наместника Гроя и какого-то рыцаря (Миз понял, что это о нём) и будет безраздельно властвовать над этим миром. Затем черноволосый погрузился в сладостные мечты и фантазии о жизни всесильного властителя.

Рыцарь Миз посчитал, что узнал достаточно, и отправился дальше по потайному ходу, который привёл его к другой комнате поменьше, где в тот момент находился Грой. Миз не стал подслушивать мысли наместника, а неожиданно вошёл в комнату. Грой дремал, сидя за столом и положив голову на руки.

Услышав шорох одежды рыцаря, наместник вскочил со скамьи и схватился за меч, висевший на поясе, но увидев рыцаря, лязгнул мечом и слегка кивнул в знак приветствия. Миз читал в его мыслях смешанную с жалостью благосклонность хотя и не короля, но правителя. Это было для него оскорбительно. Рыцарь не желал пользоваться чьим-либо покровительством, но он и вида не подал, а решил подыграть наместнику:

– Рад приветствовать в моём замке столь высокую особу. Позвольте узнать, чем могу Вам служить?

– Я послал своему брату Лютвергу письмо, где высказал свою обеспокоенность по поводу наместничества. Он ответил, что мы с тобой могли бы найти общий язык и совместно добиться каждый своих целей.

– Каковы ваши цели, господин наместник?

– Меня вполне устраивало правление Окраиной.

– А чтобы ничего не изменилось, король Годарт не должен взять в жёны королеву Люсис? Но чем это поможет исполнению моих планов?

– Нужно уничтожить не только короля Годарта, но и его наследницу. Как я понимаю, ваш план провалился?

– Да, чёрт возьми! Но принцесса Вендис находится в доме Лабса. Это не королевский замок, а хижина под горой, которую мы снесем одним наскоком.

– Но потом вам придётся сражаться с королём Годартом и магом Элеонусом и, возможно, с десятком других вассалов короля. Вы обладаете силой или оружием против них?

– Нет. Но ваши сорок головорезов и мой отряд не устоят против войска короля.

– Эти сорок – мясо, прикрытие для одного со страшным и непобедимым оружием. Благодаря этому оружию я сумел вывести их из Подполья.

– Это тот, с большой кудрявой головой?

– Да, это Физик с Земли. Не знаю, чем он занимается, но у него есть очень опасная штука, а мне он обязан свободой.

– А он не обратит это оружие потом против нас?

– Возле него постоянно находится верный мне человек.

После этого выяснения позиций друг друга Миз проникся доверием к наместнику и предложил Грою вместе пообедать. За щедрой трапезой рыцарь рассказал подробности неудачного похода против короля Годарта. Услышав о заточении Бандеса и о том, что Миз сожалеет о потере верного слуги, Грой обещал освободить того с помощью Физика. За обедом они договорились вместе двинуться к дому мастера Лабса, взяв с собою и Физика, чтобы исключить какие-либо неожиданности. Выступить они решили через час.

* * *

За воротами «крепости», созданной Монсом и мастером Лабсом, навстречу Принцу и Дарине выбежало всё семейство мастера и обе принцессы.

Принцессы, возможно, и не выбежали бы, но их буквально тащили за руки две девочки-подростка, которые не отпускали их рук с момента появления принцесс. Впрочем, принцессы и не сопротивлялись.

Из старой, слегка покосившейся хижины, примыкающей к скале между двух водопадов, вышел мастер Лабс и, взглянув на обнимающегося с Монсом юношу в доспехах, замер от изумления. Это был его племянник Андрей, живущий на Земле.

Тех нескольких мгновений, когда Принц утопал в объятиях Монса, хватило мастеру, чтобы прийти в себя.

– Анди! – Так он ласково называл племянника при встречах на Земле. – Во время нашей последней встречи ты мечтал познакомиться с братом и сёстрами?

Настало время изумляться высвободившемуся из объятий Монса Принцу:

– Дядя Слава? – только и смог вымолвить он.

В не меньшем изумлении пребывали и остальные присутствующие, за исключением Дарины, которая всё поняла ещё в Поле после слов пророчицы Пелеи, и расположившихся в сторонке гвардейцев, которые совсем ничего не понимали.

– Они перед тобой: твой брат Монс и сёстры Софи и Жени, – после тёплых объятий и всеобщего замешательства произнёс мастер Лабс. – А это мой племянник Анди.

– Рей – наследный принц Королевства Семи Озёр! – добавила Дарина.

Вновь последовали объятия и поздравления. Двойняшки безоговорочно установили права опеки над кузеном, буквально сдувая пылинки с новых доспехов Принца.

Он и сам только теперь смог оглядеть себя с ног до головы и восхититься прочностью и лёгкостью металла. Особенно всех поразил круглый щит с огромным, величиной с гусиное яйцо, алмазом в центре.

Принцу пришлось поведать о том, почему у него новые доспехи. Все восхищались героизмом Принца. Он ещё больше вырос в их глазах после слов Монса:

– Тебе, кузен, удалось победить моего самого сильного соперника по турнирам и лучшего фехтовальщика королевства!

Принцесса Вендис с уважением глядела на Принца, а принцесса Лия старалась скрыть свое восхищение, но так как все умели читать мысли друг друга, даже от девчонок не утаился голос зарождающейся любви.

Дарина предложила пройти в дом и обсудить, как она выразилась, «некоторые насущные вопросы». Только тут они вспомнили о грозящей опасности. Пока все проходили в «хижину», Принц осмотрел «крепостные» стены со множеством огромных подъемных механизмов и поразился той работе, которую пришлось проделать его дяде и брату. Но больше всего он изумился, когда переступил порог ветхого строения. Бутафорская «хижина» скрывала вход в замок в скале, устроенный и оснащенный всеми земными средствами: вода, освещение и канализация.

Они вошли в огромный зал со столом и скамьями вокруг него. Дарина пригласила гостей к столу. (Позже Принц узнал, что в замке, помимо этого зала и двух подсобных помещений на этом уровне, есть ещё три спальни и два подсобных помещения на верхнем уровне и восемь помещений, включая пять спален, на нижнем). Было решено, что на «совете» должны присутствовать все, включая девочек. Также был приглашён начальник королевской стражи Брон.

* * *

Дарина вкратце рассказала о том, что узнала на совете Стражей Чистоты Поля, а также о той помощи, которую окажут другие королевства.

– Реально мы можем рассчитывать только на помощь отряда короля Прайдера, но и они выдвинутся к нам только после прохождения отряда противника через поле, – подвела итог Дарина, – а до их прихода нам придётся противостоять негодяям своими силами.

– Гвардейцы короля готовы биться до последней капли крови, защищая принцесс, – громыхнув доспехами, поднялся Брон. – Каждый гвардеец стоит не менее трёх врагов.

– Мы не сомневаемся в доблести гвардии короля, командир Брон, – задумчиво произнёс мастер Лабс, – мы даже могли бы и без помощи отряда из Подполья сразиться на равных с мятежниками, тем более, находясь в надежном укрытии. Но меня очень беспокоит Физик и его оружие. Если оно действительно поразило Поле, и этот Физик станет использовать его против нас, мы практически обречены. У нас нет защиты от его лучей.

– А что если отразить его зеркалом? – предложила Софи.

Она сидела на краю, куда падал луч электрического факела, отражённый алмазом щита Принца. Девочка достала «обязательную» принадлежность всех красавиц – маленькое зеркальце в металлической оправе – и поднесла её к лучу. Стеклянная поверхность зеркала вдруг стрельнула десятками мелких осколков, разлетевшихся по полу.

Все вздрогнули от неожиданности, а через минуту рассмеялись.

– Софи! – Дарина укоризненно посмотрела на дочь.

– Зеркалом отразить не получится, – улыбнулась принцесса Вендис.

– Софи! Наш маленький гений! – воскликнул мастер Лабс и, вскочив с места, помчался к дочери. Он поднял на руки готовую расплакаться из-за испорченного зеркала дочь и стал кружить её по залу. – Именно, отразить! Именно, отразить! Именно, отразить!

Сидящие за столом в недоумении смотрели на мастера и Софи.

– Алмаз! – воскликнул мастер Лабс, нежно опуская дочь на пол и продолжая ее обнимать. – Он отражает все лучи. Этот алмаз – уникальный! Поле предвидело наши проблемы! Посмотрите, какая у него огранка: сферическая часть в углублении щита – идеальный отражатель, грани по бокам собирают весь рассеянный свет, а небольшая верхняя грань фокусирует луч на всём протяжении.

Мастер принёс несколько листков бумаги и стал аккуратно, чтобы не обжечься самому, подносить их к лучу на разных расстояниях от щита. Все они тут же вспыхивали и догорали уже на полу. За столом возникло радостное возбуждение от того, что найден способ защиты от опасного оружия.

– Значит, Принц сумеет защититься? – спросила Жени.

– Он ещё и поразит стреляющего отражённым лучом! – воскликнул Монс.

– А если Физик выстрелит в маму или папу?

За столом наступило неловкое молчание. Улыбки исчезли с лиц, уступив место хмурой озабоченности.

– Или нужно создать оружие на основе алмаза, что практически невозможно, или заставить Физика стрелять именно в щит, направляя при этом на него отражённый луч, что также практически невозможно, – вновь впал в задумчивое уныние Лабс.

– А как же наш девиз, дядя! – Принц указал на щит, где горели ярким огнём ранее незаметные слова «Нет ничего невозможного». – Если есть условия, при которых мы можем победить, мы должны их создать.

– Мы можем выдать сверкающий щит за оружие! – воскликнул Монс. – Негодяи не станут дожидаться темноты, уверенные в легкой победе, значит солнце будет у них за спиной. Останется только его сфокусировать.

– Но этот луч ничего не уничтожит, – промолвила Дарина.

– Мы и говорим, что «выдать за оружие», – пояснил Монс. – Физик, не разобравшись, выстрелит из своего «оружия». Дальше надо только навести луч, отраженный от щита. Здесь нужно обладать большим хладнокровием, тем более что надо подставить свое тело под стрелы. Я смогу это сделать.

– Думаю, у меня это лучше получится, а вы будете меня защищать, стреляя из луков, – ласково, но безоговорочно произнёс мастер Лабс.

– Я тоже тренировал своё хладнокровие, – твёрдо сказал Принц, – и у меня нет лука, тем более что я им не владею пока. А если я буду размахивать мечом на стене, это не принесёт пользы. И, наконец, Дикое Поле мне доверило щит с алмазом.

– Хорошо, племянник! – положил конец спору мастер и добавил: – Насколько я помню из физики, в те несколько мгновений, пока он будет прицеливаться по лучу разогрева, тебе нужно будет успеть навести отражение этого луча. Он будет инфракрасный. У меня есть очки с необходимыми линзами. Наденешь их.

Монс принёс очки с инфракрасными линзами. Быстро распределили обязанности. Было решено, что двойняшки, не имеющие луков, будут находиться ближе к стене, где легче укрыться от стрел. Их хотели оставить за толстыми стенами, но видя огромное беспокойство за близких в их глазах, поняли, что они не усидят в «хижине», и безопаснее всего им будет находиться внизу, у крепостной стены.

Принцесса Лия осталась с девочками. Хотя у неё и был лук, но стрелять из него она только начала учиться. Зато в случае ранения кого-либо она могла оказать помощь.

Монс предложил защитить Принца от стрел лёгкими щитами, которые тут же были найдены в подсобках мастера Лабса. Прикрытый с трех сторон щитами, прикрепленными к его доспехам, Принц расположился в выступе над воротами, примеряясь в условиях узких бойниц.

Слева от него расположились Дарина и мастер Лабс, справа – Монс и принцесса Вендис. Принц отметил, как мастерски управляются с луком Дарина и Вендис, спокойно и сосредоточенно подготавливая свои позиции к стрельбе.

Гвардейцы Брона, разделившись, заняли фланги. В ту же минуту со стороны Поля полыхнуло зарево.

– Они прошли Поле! – крикнула Дарина. – Дежурный Страж предупреждает.

– Всем укрыться за стенами и наблюдать! Будем действовать по обстоятельствам! – отдал последние распоряжения мастер Лабс. – А ты, племянник, прикрой алмаз до поры, до времени.

Принц внезапно поймал мысли, в которых звучало сильное беспокойство за него. Он огляделся в поисках источника и внизу, под стеной, увидел принцессу Лию, с тревогой глядевшую на него. Принц послал ей ласковый взгляд и твёрдую уверенность, что всё будет хорошо.

* * *

За три часа до захода солнца из ворот Чёрного замка выползла, подобно змее, мрачная кавалькада всадников числом около семидесяти. Во главе скакали наместник Грой с рыцарем Мизом, чьё настроение резко переменилось, когда он увидел свой немногочисленный отряд в сравнении с сорока головорезами Гроя. Он начал понимать, что наместник будет использовать его, пока ему это выгодно, и легко разделается с ним, когда власть будет в его руках.

По уверенности во всех движениях Гроя Миз понял, что тот своего не упустит. Он начал осознавать, что всё произошедшее час назад в его замке было хорошей игрой коварного властителя, привыкшего скрывать не только мысли, но и эмоции.

Рыцаря утешало только одно обстоятельство, что ещё перед выходом из замка он дал задание Прозлу войти в доверие к Физику. Миз долго инструктировал его по этому поводу, прорабатывая различные варианты, суть которых сводилась к двум исходам: первый – научиться пользоваться оружием Физика и завладеть им, убив последнего; второй (худший) – убить Физика и уничтожить оружие.

В отличие от своего друга Бандеса, подобного безжалостной машине для убийств, Прозл был вероломным, пронырливым и изощренным исполнителем самых гнусных замыслов рыцаря. Краем глаза рыцарь видел, что Прозл времени не терял: обучал Физика приемам владения мечом. Грою не нравилось это сближение, но вида он не подал. Рыцарь заметил, что возле Прозла и Физика появились ещё два обезьяноподобных великана в дополнение к тому, который был рядом с Физиком ещё в замке. Но Миз не беспокоился за Прозла, который мог легко справиться с пятью-шестью противниками.

Весь недолгий путь до Поля Миз пытался найти выход из сложившейся ситуации. Он всегда полагался на превосходство ума либо силы, и, если ситуация складывалась не в его пользу, рыцарь мог отбросить амбиции и гордость и спасаться бегством или сдаваться на милость победителя.

Вот и теперь он стал искать способ незаметно исчезнуть. Он пошептался с Мерзом и Протисом, изложив им новый план: по его знаку – поднятой вверх руке – все его люди должны тихо исчезнуть в ближайшем укрытии. Это было незамедлительно передано по цепочке и все, исключая Прозла, для отмены задания которого был особый знак, стали ждать поднятой вверх руки рыцаря.

Пока происходила эта едва заметная мышиная возня, отряд преодолел Поле и вышел на пригорок, с которого открывался вид на «жилище» мастера Лабса. Впрочем, «жилища» не было видно за огромными крепостными стенами.

– Думаю, без меня вы вряд ли справились бы с теми, кто находится за этим укреплением, – с издёвкой в голосе проговорил наместник Грой, – но не огорчайтесь – Физик снесёт эти стены за несколько секунд.

– Это и есть та неожиданность, которую мы предусматривали? – иронично парировал Миз. – Остальное, надеюсь, увидим.

После нескольких минут замешательства, связанного с видом «жилища», отряд продолжил движение.

* * *

Когда нападавшие приблизились на расстояние полёта стрелы, мастер Лабс велел Монсу указать своим соратникам безопасное расстояние. Монс выстрелил из лука. Стрела с красной ленточкой воткнулась в землю перед всадниками. Отряд остановился.

Мастер Лабс, внимательно вглядывавшийся во вражеские лица, вдруг промолвил:

– Похоже, я знаком с Физиком, но, боюсь, это нам не только не поможет, но скорее повредит. Всё же, стоит поговорить.

Он поднялся между зубцами бойниц и крикнул:

– Бор! Так ты и есть тот самый Физик?

– Славян? – с изумлением в голосе ответил Физик. – Ты снова стоишь на моём пути? Говорили, что ты подался за границу. Я не надеялся больше тебя увидеть.

– Нет, Бор, я давно живу здесь, сразу после окончания института. Тут мой дом, жена, дети и друзья. А ты как сюда попал? Я слышал, что твои дела пошли в гору там, на Земле.

– Да, после того, как меня выгнали из института и закрыли на пять лет благодаря твоему пособничеству, я мечтал о нашей встрече.

– Хватит болтать, Физик! – не выдержал наместник Грой. – Уничтожь эту стену!

– Молчать, баклан, когда я разговариваю! – взвизгнул Физик. – Я сам решу, кого и когда надо уничтожить!

– Что?!

Глаза наместника Гроя налились кровью. Он указал на Физика и прохрипел: «Проучить его!». Несколько человек бросилось на Физика, но словно натолкнулись на какую-то стену и отлетели назад. Так повторялось несколько раз. Некоторые пытались стрелять из лука, но стрелы натыкались на невидимое препятствие, ломались и падали в полутора метрах от Физика.

Со стены это зрелище выглядело весьма забавно: Физик спокойно стоял посереди мечущейся вокруг него толпы, ломающей мечи и стрелы обо что-то невидимое. В этой суматохе один из всадников поднял вверх руку, спешился, отпустил коня и исчез в зарослях камыша. Его примеру последовала почти половина отряда. Остальные, ничего не замечая, продолжали безуспешные попытки пробить защиту Физика.

Наконец, видя всю бессмысленность этих попыток, наместник Грой велел прекратить нападения. В бессильной злобе глядя на аппарат в руках Физика, Грой спросил:

– Ты теперь уничтожишь нас?

– Конечно, нет! Я и дальше буду помогать тебе, наместник. Мне не нужна твоя Окраина. Мне нужна вся ваша планета. Если не будешь дурить и покоришься мне, то сможешь иметь немалый кусок пирога.

– Я подумаю.

– Подумай, пока я разберусь со своим старым «другом», – указал Физик на «крепость». Затем он крикнул мастеру Лабсу: – Ну, что, Славян, видел мою силу?

– Да, впечатляет!

– А вместе вот с этим, – поднял он вверх замысловатую трубу, – я получу власть над всеми вами.

– И, что там у тебя, Бор?

– У тебя будет возможность увидеть эту штуковину в действии. Твоя жена не рассказала тебе, как я дал жару их Полю?

– Боюсь, Бор, ты снова выбрал не ту дорогу.

– А это с какого бугра посмотреть. Там, на Земле, вы мне тоже так говорили, но пришёл наш час – власть в стране пришла в руки «братвы». Я же после пяти лет «зоны» стал не последним человеком среди «братков».

– Как же ты попал сюда, да ещё и с грозным оружием?

– Ха-ха! Расскажу, мне вы уже никак не помешаете. Вышли мы с «братвой» на одного физика-самоучку, который за миллион «зелёных» предлагал свои изобретения: вот эту лазерную пушку и индивидуальную электромагнитную защиту. Мне как «выпускнику» первого курса физико-технического института доверили проконтролировать техническую часть дела. Я надел «солидный прикид», кольцо с «брюликами», которое за день до этого «вымутил» у одной модельерши, за «крышу» над её бизнесом (и тут узнал, что это была ваша бывшая королева). Во время испытаний приборов вдруг захотелось оказаться на другой планете с этими вот штуками. Ну, колечко меня и перенесло, а само тут же исчезло – срок вышел, видать. Так здесь и оказался. «Стражи» ваши меня в Подполье отправили на промывку мозгов, а вещички отобрать не догадались. Я больше года приглядывался, а тут этот «лох» подвернулся с мужичком посерьёзней, хоть и Емелей зовут.

– Маг Омелиус?

– Во-во! Этому захотелось Верховным магом стать. Ну, и посох ему в руки. Он мне помог, я – ему.

– Здесь другой мир. Дикое Поле может кому-либо позволить «похулиганить», но оно не потерпит действий против себя, Бор.

– Ладно, хватит попусту балаболить. – Физик стал готовить «трубу» к работе. – Признай, Славян, что сегодня мой день.

– Анди, приготовься, – негромко произнес мастер Лабс, а затем крикнул Физику: – Бор, у нас тоже есть оружие против тебя!

В это время сверкнул отраженный луч солнца, направленный Принцем на Физика. Тот вначале испуганно отпрянул, но затем нервно рассмеялся.

– Ты хотел напугать меня солнечным «зайчиком», Славян? Смотри, что сделает мой аппарат с твоей «стекляшкой»!

Физик навёл луч прицеливания на щит Принца. Принц твёрдо и без спешки отразил луч обратно на «пушку». Сверкнула яркая вспышка, и на месте Физика остался лишь едкий клуб дыма, который быстро развеялся. Несколько минут длилось всеобщее оцепенение. Прервал его громкий и властный голос короля Прайдера, появления отряда которого не заметили даже на «стене»:

– Предупреждаю, у кого в руках окажется оружие, будет убит!

Его слова подкрепляла спускающаяся вслед за ним лавина могучих всадников. Деморализованные остатки отряда наместника Гроя, включая его самого, и не думали сражаться. Они побросали оружие и с унылой покорностью ожидали своей участи.

* * *

Пока за воротами «крепости» силами отряда из Подполья проводилась подготовка к сопровождению преступников, мастер Лабс пригласил в свою «хижину» короля Прайдера и мага Крузуса. Гости не скрывали своего удивления по поводу открывшегося им вида комнат великолепного замка, достойного принимать королевских особ.

Король Подполья, несмотря на грозный вид, оказался очень вежливым и образованным человеком. Он легко общался как с принцессами, так и со своими подданными. Король покорил Жени и Софи: видя беспокойство на их лицах, он приобнял обеих девочек за плечи и похвалил за мужество.

Принц впервые встречался с правителем королевства и был слегка взволнован, но его врождённая вежливость и королевское воспитание позволили ему достойно преодолеть волнение. Король Прайдер, узнав, кто перед ним, не стал демонстрировать своё превосходство. Их разговор был нейтрально-вежливым. Прайдер поинтересовался, как давно Принц здесь и почему инкогнито. Принц ответил, что следует указаниям Провидения, на что король сказал: «Здесь это, наверное, самый разумный выбор».

– Буду рад встретиться с вами снова, принц Рей, когда вы вступите во владение королевством. Я думаю, что у вас будут вопросы ко мне. С удовольствием на них отвечу.

– Я не забуду вашего предложения.

Пока Принц беседовал с королём Прайдером, маг Крузус поведал горестную весть:

– Маг Омелиус убил Стража Чистоты Поля Сулея.

Все присутствующие женщины ахнули. Мастер Лабс угрюмо покачал головой:

– Убить Стража Поля – подписать себе смертный приговор. Маг Омелиус должен был знать это лучше других. На что же он надеется?

– Он всё поставил на Физика, – печально произнёс Крузус.

– Что теперь с ним будет? – спросила принцесса Вендис.

– Если бы он был обычным человеком, то Дикое Поле определило бы его судьбу, – сказал маг и обеспокоенно продолжил, – но Омелиус – маг. Он сам управляет Полем и практически неуязвим. Только против двух магов вместе он не устоит. Да… Много бед может натворить эта неуправляемая сила. Все маги уже оповещены и ищут Омелиуса. Я присоединюсь к ним, как только сопровожу преступников.

Дарина, терзаемая какой-то мыслью, решилась спросить мага Крузуса:

– Были ли у Сулея найдены ключи от Подземелья Призраков, которыми он владел согласно своей очереди? Три месяца назад я передала их ему.

Маг Крузус поспешно удалился из «хижины» во двор и уже через минуту возвратился ещё более встревоженным:

– Ключи пропали. Дарина, расскажи нам, что представляет собой Подземелье Призраков и какая угроза может нам исходить оттуда?

Дарина выпила стакан воды, чтобы успокоиться и собраться с мыслями. Она кратко изложила предысторию создания Подземелья и его структуру:

– Из поколения в поколение Стражами Чистоты Поля передаётся предание, что в центре Поля когда-то существовало Святилище Королей, где происходил обряд их посвящения. Там же они встречались и решали вопросы управления королевствами. Магов тогда не было – короли сами управляли Полем. Только Стражи следили за правильностью использования ресурсов Поля. Короли имели возможность перемещаться на Землю, а королевы оставались дома, подчас неделями ожидая правителей. Поле исправило этот недостаток: с некоторых пор и королевы стали посещать Землю. В отсутствие королей королевы могли решать некоторые вопросы управления королевствами. Но когда и королевы стали посещать Землю, тогдашний король Междулесья Бадл придумал создавать на время своего отсутствия призрака-двойника, наделяя его определёнными способностями и качествами. Другие короли последовали примеру Бадла. Уничтожить короля-призрака мог только сам король. Когда началась Великая Опустошительная война, короли создали двойников-воинов и вместе с семействами переместились на Землю. Война длилась много десятков лет. Сменилось несколько поколений королевских семейств. В королевствах Дикополья остались только небольшие горстки людей, скрывающихся от рыскающих по планете королей-призраков. Между собой призраки сражаться не могли – в схватке их силы были равны, поэтому они истребляли все живое. И тогда вмешался Великий Свет. На планету был послан Рыцарь Луча, могущественный воин Света. Он собрал королей-призраков, под Святилищем устроил для них подземелье из девяти пещер – по числу призраков – и замуровал все входы в пещеры. Ключи от входа в подземелье – их два – передал Стражам Чистоты Поля, которые владеют ими по очереди каждый в течение года. Рыцарь Луча утвердил не только Стражей, но и магов. Когда соберутся девять Королей и будут посвящены, девять Стражей откроют Подземелье и освободят королей-призраков.

Дарина рассказала всё, что знала. Она устало опустилась на скамью. Но у мага Крузуса были ещё вопросы к ней:

– Стражи когда-нибудь открывали Подземелье?

– Да. Ежегодно при передаче ключей мы открываем Подземелье.

– И что там внизу?

– Большой зал с девятью металлическими дверями.

– А те двери имеют какие-нибудь запоры?

– Нет. На них есть только какие-то фигурные углубления, похожие на регалии королевской власти.

Маг ненадолго задумался. Присутствующие, не издавшие ни звука во время рассказа Дарины, теперь и вовсе затаили дыхание. Крузус, как и все маги, обладал огромной проницательностью и логическим мышлением. Он резко поднялся и произнёс:

– Маг Омелиус во всём положился на Физика. Главная его цель – освобождение королей-призраков для уничтожения неугодных и полного захвата власти. Но он не ожидал, что грозное оружие будет так легко уничтожено, иначе не отпустил бы Физика от себя. Омелиусу были нужны ключи от Подземелья, чтобы им с Физиком не помешали вскрывать замурованные двери. Я думаю, он не знает о гибели Физика. Ночью Омелиус будет разыскивать Физика здесь, в Приполье. Нам рано расслабляться и успокаиваться. У нас есть время отдохнуть и приготовиться к новым испытаниям. Я ненадолго покину вас, чтобы сопроводить преступников, и незаметно вернусь. А вы пока встречайте других магов. Их здесь будет много сегодня.

На лице мага Крузуса больше не осталось и следа тревоги и неуверенности. Его движения и слова стали быстрыми и резкими. Это передалось всем присутствующим. И даже когда маг Крузус и король Прайдер исчезли в лучах заходящего солнца, надежда и уверенность не покинула обитателей «хижины».

* * *

Маг Омелиус уже знал о гибели Физика. Когда отряд короля Прайдера, конвоировавший бывшее войско наместника Гроя, выходил из ворот «крепости», Омелиус коршуном кружил высоко в небе. Он появился незадолго до прибытия отряда Прайдера и собирался помочь Физику.

Омелиус видел всё, что там произошло, и с тех пор бессмысленно кружился над «крепостью». Маг действительно поставил на Физика всё. Ледяная волна далёкого прошлого сковала движения Омелиуса. Он вновь ощутил дикий страх далёких веков:

«Вот он, ещё не ставший мужчиной юнец, с отцом, матерью и двумя старшими братьями скрывается от королей-призраков. Уже около десяти лет длится война между всеми королевствами. Истреблены и разогнаны королевские отряды. Произошло беспощадное сражение между королями-призраками, показавшее их неуязвимость друг для друга.

Настоящие короли давно покинули планету и обосновались на недоступной для их подданных Земле. Жители королевств перестали воевать между собой и скрывались от непобедимых королей-призраков, которые объединились в стаю жестоких убийц. Это произошло после нескольких удачных нападений обычных смертных на них. В одном случае, в Подгорье, короля-призрака заманили в пещеру-ловушку и завалили приготовленными огромными камнями. Но он так верещал, что услышали другие Призраки и освободили его. В другом случае, в Королевстве Семи Озёр, где жили исконные рыбаки, короля-призрака удалось опутать сетями, а затем заковать в железные оковы и утопить. Но и здесь люди не додумались чем-то залепить рот Призрака, и он, выплёвывая струи воды высоко над поверхностью, также сумел привлечь внимание других королей-призраков, которые его и освободили.

Первая встреча Омла (таково было его имя до посвящения в маги) с королями-призраками произошла в Приполье, хотя война шла уже более десятка лет. Их группа, постоянно передвигаясь и выставляя во все стороны дозоры, много лет уходила от встреч с призраками. Короли-призраки также меньше стали гоняться за людьми, организовывая засады. Небольшая когда-то группа людей обросла одиночками и маленькими отрядами со всех концов планеты, и её численность превышала тысячу человек. Омл заматерел, обзавёлся подругой, которая вместе с остальными женщинами группы собирала растительную пищу, пока мужчины стояли в дозорах.

В тот раз они набрели на огромное поле дикой пшеницы. Это была большая удача, но они не забывали об осторожности. Прежде, чем выйти из лесных укрытий, отправили дозоры на другой конец поля, к темнеющему вдали лесу. В одном из дозоров оказался Омл и его брат Лим. Их старший брат Див с напарником двигались метров за двести позади них. Выйдя на другую сторону леса, Омл и Лим подали сигнал, что заняли позицию. Другой дозор должен сразу же занять позицию на деревьях за их спинами. Сигнал передали по цепочке. Когда такие сигналы пришли со всех сторон, на поле вышли сборщики.

Братья не впервые состояли в дозоре, и всегда всё происходило одинаково: два-три часа «дрёмы», затем обратные сигналы и возвращение. На этот раз поле было настолько «богатым», что сборщикам пришлось работать более шести часов. Омл и Лим отлично укрылись в зарослях мелкого кустарника и наблюдали за горизонтом. Сигнала всё не было, картина была однообразная, и Омл заснул. По-видимому, заснул и Лим.

Разбудил Омла душераздирающий вопль Лима. Омл оцепенел от страха, ожидая своей участи. Раздались сигналы предупреждения дозоров, и тяжелые шаги удалились в сторону поля. Омл в страхе пролежал всю ночь, не пошевельнувшись и не разомкнув глаз. Только наутро, когда лучи солнца коснулись земли, он открыл глаза, вскочил и побежал, не разбирая дороги. Там, в луже крови, остались лежать части тела его брата Лима…

Омл несколько лет провёл в скитаниях в одиночестве, затем с небольшой группой. Во время немногочисленных встреч с королями-призраками он в ужасе забивался в ближайшее укрытие и часами пережидал. В Окраине Омл встретил Рыцаря Луча и стал вертеться у него перед глазами, и не зря: Рыцарь включил его в группу учеников магии. Там он снова повстречался с Дивом. Брат чудом остался жив в тот раз и успел предупредить сборщиков, большая половина которых успела скрыться. О других их родных они больше не слышали никогда.

Лучший ученик Рыцаря Луча Див стал магом Окраины Дивусом, а Омл – его вторым помощником Омлусом. Недолго тогда Дивус владел магическим кольцом. Через неделю после отбытия Рыцаря Луча Омлус заманил брата и его первого помощника Палвуса в пещеру, скрытую от взоров густым кустарником. В ней Омл скрывался последние годы от королей-призраков. Больше никто с тех пор не видел мага и его помощника: пещера надёжно укрыла тайну братоубийства.

Регалии мага и новое имя – Омелиус – затмили угрызения совести. Пещера ещё четырежды с тех пор служила могилой для доверчивых магов, чей иммунитет становился собственностью Омелиуса. Но ни одна живая душа не могла предположить, что в этом добродушном долгожителе таится коварный убийца, замысливший стать могучим властителем».

Сегодня Омелиус был близок к цели. Четыре дополнительных иммунитета охраняли его от силы восьми магов. Но его силы не хватало, чтобы поразить мага, разве что застав его врасплох, что он до этого и делал, отрубая палец с кольцом силы.

Ему были нужны короли-призраки. Какая глупость – отпустить от себя Физика! Теперь магам известна его сущность, а у него нет ни грозного оружия, ни воинов-призраков. И хотя он неуязвим, ему нечем ответить. Остаётся скрыться снова на долгие годы и ждать момента. А наступит ли он?

* * *

После ухода отряда короля Прайдера и мага Крузуса в «хижине» царило радостное оживление. Наконец-то люди могли в полной мере осознать и обсудить то, что сделал Принц. Ему было очень важно это признание близких. Но особенно радостно было прочитать чувство гордости за него в глазах и в нескрываемых мыслях принцессы Лии.

Все радостно-возбуждённо загалдели. Дарина уткнулась лицом в грудь мастера Лабса. Её плечи сотрясали беззвучные рыдания. На глазах принцесс, чьё воспитание принуждало к сдержанности чувств, блестели крупные капли слёз. Они заговорили о каких-то давно забытых случаях из детства.

Монс с Принцем подняли вверх правые руки и громко хлопнули в ладони друг друга.

– Мы сделали это, Принц Рей!

– Мы сделали это, Монс!

Софи и Жени с визгом бросились на шею кузену, а затем с громкими криками принялись скакать по залу. Никто никого не останавливал, ведь всем необходимо было выплеснуть эмоции и снять нервное напряжение, которое сковало их чувства в преддверии пережитой опасности.

– Монс, отнеси этот ненужный больше хлам в кладовую. – Мастер Лабс указал на щиты, которыми обвязывали Принца.

– Принц, идём со мной, посмотришь наши «запасы».

Монс сгрёб в охапку все лежащие в углу вещи, ещё не так давно служившие средством защиты. Они с Принцем поднялись по искусно вырубленным в скале ступеням на третий уровень. За дощатой дверцей находилось большое помещение с электрическим освещением, как и во всей «хижине». Десятки ламп освещали ряды полок с аккуратно расставленными предметами, инструментами и механизмами, предназначения многих из которых Принц не понимал.

Они прошли вглубь «кладовой», где Монс повесил щиты на предназначенные для них места рядом со шкафом. Там же висели замысловато плетёные кольчуги и лежали другие части рыцарских доспехов. Принц с интересом стал рассматривать мечи, шпаги, рапиры, сабли и кинжалы, лежащие на отдельно стоящей полке.

– Это коллекция отца. Здесь только одна находка… вот эта, – указал Монс на поблёскивающий гранями меч, рукоять которого украшали рубин и рисунок, похожий на иероглиф. – Остальное отец сделал сам.

Принц живо заинтересовался мечом. Иероглиф на рукояти был такой же, как и на его оружии. Но на рукояти меча Принца блестел алмаз. К тому же, этот меч появился у Принца вместе со щитом и новыми доспехами, и ему пока ни разу не приходилось доставать клинок из ножен.

Внезапно Монс преобразился, несколько напугав Принца. Каким-то неестественным, механическим голосом он произнёс:

– Вечером, накануне Королевского Турнира, ты должен прийти сюда, взять этот меч с рубином в рукояти и отнести его в Заозерье.

Произнеся это, Монс снова стал прежним и продолжил как ни в чем не бывало показывать Принцу оружие и инструменты. И тут внизу, откуда до этого хорошо были слышны разговоры и возгласы, всё стихло, на какое-то время, а затем раздался крик, и снова наступила звенящая тишина.

Монс и Принц бросились вниз по лестнице. Зал оказался совершенно пуст. Во дворе, поначалу также выглядевшем пустым, в том углу, где расположились под большим навесом гвардейцы короля, Монс нашёл пару дюжин земляных жаб. Это была королевская стража Брона. Они рассказали Монсу о маге, заколдовавшем их, и о других магах, которые погнались за напавшим на них волшебником к Дикому Полю.

Монс быстро, но тщательно собрал всех жаб в сумку, при этом успев рассказать всё, что узнал, Принцу. Они оседлали своих коней и помчались к Полю.

* * *

Маг Омелиус решил наказать этих «жалких людишек», из-за которых рухнули все его планы. Незаметно спустившись с небес во двор «крепости», он сменил обличье ворона на муравья и пробрался в большой зал, где собрались обитатели «хижины» и царило всеобщее оживление. Омелиус неожиданно возник перед ними в своём человеческом облике.

Из всех присутствующих только одна женщина в форме Стража Чистоты Поля была знакома ему. Узнав мага, она попыталась закричать, но он одним движением руки превратил всех в земляных червей. Маг заметил, что не хватало двух молодых мужчин, но на их поиски не было времени. «Сами придут ко мне», – решил Омелиус и с «червями» в бумажном пакетике покинул «хижину».

В углу двора, под навесом, расположились на отдых гвардейцы короля. Их не удивило и не встревожило появление мага. Омелиус превратил их в земляных жаб и, намереваясь растоптать, направился к навесу, как вдруг во дворе появились маги. Их было шестеро. Преодолевая их колдовство благодаря иммунитету убитых им магов, Омелиус помчался в сторону Дикого Поля.

Шестеро магов продолжили преследование, безуспешно пытаясь сковать его. Метров за двести до Зелёной Стены на пути Омелиуса встали ещё два мага. Теперь силы были равны. Он не мог двигаться, но и они ничего не могли сделать с ним.

Омелиус дал магам возможность почувствовать их бессилие, а затем произнёс:

– Коллеги, я хорошо подготовился к этой встрече. Вы бессильны что-либо сделать со мной.

– Омелиус, на что ты надеешься? – воскликнул Крузус. – Ты остался один. Что может помочь тебе?

– Вот это.

Омелиус достал из кармана небольшой бумажный пакетик.

– Здесь шесть земляных червей. Слышишь, Элеонус? Это твои подопечные. Среди них две принцессы. Я просто раздавлю их.

В этот момент прискакали Монс с Принцем. Спешившись, они бросились к Омелиусу, окружённому магами, сходу определив, кто из них злодей. Маги остановили их криками:

– Стойте! У него в руках ваши близкие и принцессы! – крикнул Элеонус.

– А, вот и два недостающих червя для моей коллекции, – продолжил злорадствовать Омелиус.

Это был не тот старичок-добрячок, которого однажды Монс встретил в школе Элеонуса. Тогда он прятал свой колючий взгляд за добродушной улыбкой и стариковским кряхтением. Перед ним теперь стоял властный и жестокий злодей, упивающийся своим мнимым могуществом.

Омелиус попытался превратить Монса и Принца. Заклятие, посланое в Монса, было отражено им.

– О! Юноша постиг некоторые тайны магии! Похвально, похвально. А, защитишь ли, ты, друга?

Омелиус послал очень сильный заряд в Принца, который легко пробил защиту, выставленную Монсом. Но и это заклятье не сработало. Отразившись от Принца, словно окруженного невидимой стеной, заклятье вернулось и больно ударило мага-злодея.

Это сбило спесь с Омелиуса, но не повлияло на его намерения. Напротив, он решил действовать еще жесточе.

– Итак, вы пропускаете меня и не преследуете. А чтобы ускорить ваше решение, я сделаю так, – произнёс он и превратил червей в небольших рыб, которые затрепыхались в его руках. – Через пару минут они заснут. Решайтесь!

Принц всеми клетками своего тела почувствовал страдания ставших близкими ему людей. Он выхватил меч и ринулся на врага.

– Я уничтожу тебя, злодей!

Маги оцепенели, ожидая непоправимого.

Омелиус с усмешкой взглянул на Принца, готовясь отразить нападение и как можно больнее поразить «юнца». В последний момент он взглянул на меч и дико закричал от страха, съеживаясь и закрываясь рукой с магическим кольцом. На мече были три глубокие зазубрины.

За долю секунды мысли злодея пронзило далёкое воспоминание, услышанное всеми присутствующими:

«…Посвящение первых магов после Опустошения…

Могущественный Рыцарь Луча вручает девять колец…

– …Помните! Вы обладатели великой силы защиты Истины и Света… опора властителей, но не властители… Этот меч принадлежал злобному королю-призраку, который трижды бросался на меня. Он закалён в озерах крови ваших братьев… Запомните эти три зазубрины… Дикое Поле сокроет его… Когда он явится миру вновь, то будет не орудием жестокого убийства, а карающим мечом правосудия и справедливости, превышающим силу ваших колец…»

Принц ударил злодея и отсёк ему руку с магическим кольцом. Омелиус бросил бьющихся в конвульсиях рыбок на землю и, завывая от боли, прижав обрубок руки к груди, ожидал смертельного удара. В ту же секунду Монс подхватил отрубленную конечность, сдернул кольцо магии и… все оказались в Диком Поле. Даже маги не успели что-либо предпринять.

Минуту спустя всё было восстановлено, и все собрались на склоне чаши. Принц немного задержался в Поле. В тот день дежурила Страж Чистоты Пелея. Она остановила его:

– Постой, Принц Рей! Ты опять спас Дикополье.

– Н…

– Я всё знаю.

– Ваше Дикое Поле почему-то выбрало меня.

– Тебе нужно увидеть своё королевство.

– Но как же мои родные, друзья?

– Принцессы под охраной гвардейцев и мага Элеонуса отправляются в Окраину, где их ожидает король Годарт. Туда же отправится и вновь посвящённый маг Монсус. И там же ты встретишься через три дня на королевском турнире с мастером Лабсом, Дариной и девочками.

– Я пойду, попрощаюсь.

– Иди. Прежде, чем выйдешь с Поля, обернись и помаши мне рукой.

– Хорошо.

Принц поспешил к ожидавшим его друзьям.

* * *

На склоне «чаши» Принца перехватили маги и отозвали его в сторону.

– Здесь все девять магов Дикополья. Крузуса ты знаешь. Я маг Приполья, Элеонус. Это маг Заполья, Гардус.

– Я Сколус, Междулесье.

– Пореус, Королевство Семи Озер.

– Лектус, Заозерье.

– Маг Вентус, Пригорье.

– Я из Подгорья, Дантус.

– Девятый… был Омелиус, – продолжил Элеонус. – Мы обсудили сегодняшнее положение и приняли решение просить тебя, Владельца меча Правосудия, посвящённого Диким Полем, низложить преступника-мага и посвятить нового.

Принц не ожидал такого поворота событий, но он не видел и тени насмешки в глазах магов. Наоборот, в их глазах и мыслях читалось уважение и доверие.

Маги окружили кольцом Омелиуса, стоящего на коленях. Принц вошёл в круг и обнажил меч. Поле регенерировало руку мага, и он больше не страдал от боли, но в его затравленном взгляде читались растерянность и страх.

Принцу стало жаль его. «Прожить столько долгих лет, чтобы так вот закончить. Да и жил ли он?».

Как только Принц коснулся мечом головы Омелиуса, нужные слова сами полились из его уст:

– Властью, данной мне Рыцарем Луча, силой меча Правосудия я досрочно низлагаю с тебя полномочия мага и лишаю всех магических способностей. Отныне имя твоё – Омл.

Старик упал на землю и завыл. Откуда-то появились три стражника короля Прайдера и увели бывшего мага. Элеонус пригласил Монса в круг, где тот опустился на одно колено. Принц торжественно возложил меч на его голову и произнёс:

– Властью, данной мне Рыцарем Луча, силой меча Правосудия я посвящаю тебя в маги со всеми полномочиями и силой кольца Окраины и нарекаю тебя именем Монсус.

После поздравлений маги исчезли. Остались Монсус и Элеонус. Учитель давал последние наставления своему ученику. Принц попрощался с принцессами и вышел проводить мастера Лабса и его семью.

Вдруг он вспомнил о просьбе Пелеи махнуть ей рукой. Дарина услышала его мысли и успокоила:

– У нас с тобой еще есть дело в Поле. Ну, девчонки, пока!

– Может быть, мы их проводим? Люди рыцаря Миза могут бродить в округе.

– Нет, они все прошли через Поле.

– Мама, мы подождем тебя здесь.

– Хорошо. Я скоро вернусь.

* * *

Моментально стемнело. Луны ещё не взошли, и на доли секунды Принц потерял ориентацию в кромешной тьме, но тут полился мягкий свет из проёма в Зелёной Стене. Это Дарина открыла проход для них.

Над Полем не было тьмы. Всё было освещено тем же мягким и ровным светом. Никаких теней и тёмных закоулков. Принцу показалось, что свет исходит от всех предметов, от Дарины и даже от него самого.

Дарина взяла его за руку, и в то же мгновение они оказались на ровной площадке, окружённой величественными развалинами. Здесь уже собрались все Стражи Чистоты Поля. Среди них был юноша, одетый в обычную одежду. В руках он нервно теребил куртку с эмблемой Стража Чистоты Поля. Стражи окружили юношу и посвятили его в Стражи Чистоты Поля. Затем в круг пригласили Принца, и Дарина вручила новому Стражу ключи от Подземелья, похищенные у Сулея преступником-магом Омелиусом:

– Ратай, сын Сулея! Прими ключи от Подземелья, в котором заковано зло нашего мира. Настало время открыть двери и получить новое пророчество.

Сразу после этих слов невдалеке от круга Стражей осветилась широкая лестница, ведущая метров на пять вниз. Дарина и Ратай спустились на площадку перед дверью. Дарина взяла у Ратая ключ побольше второго и, вставив в большее отверстие, повернула по часовой стрелке. Она указала Ратаю на второе отверстие.

Ратай вставил второй ключ в отверстие поменьше и также повернул по часовой стрелке. За дверью что-то щёлкнуло, и она со скрежетом отворилась. Дарина пригласила всех войти, первой шагнув в помещение за дверью.

В большом подземном зале, тоже освещённом мягким, льющимся со всех сторон светом, лежал огромный валун с выбитыми на нём иероглифами. В верхней его части, около небольшой прорези, бросался в глаза выбитый рисунок этого валуна с воткнутым в него наполовину мечом.

Принц взглянул на Пелею: «Правильно ли, я понял?». Пелея молча кивнула головой. Принц при полном молчании Стражей вынул меч из ножен и вставил его в валун, как было показано на рисунке. Валун завибрировал и стал видоизменяться. На нём появились новые слова, прорези и рисунки под ними. Из стен помещения зазвучал негромкий, но чёткий голос:

– Вы слышите это, значит, исполнилось первое пророчество, и Дикополье наполнилось жителями, а опустошительное зло находится в заточении; и в мир пришёл Воин Луча – Принц Света, через которого свершится второе пророчество. Девять мечей Силы в этом камне положат конец Разрушению и откроют путь Созиданию. Девять жезлов Власти в этих дверях, – при этих словах в стенах зала замерцали кованые двери с небольшими углублениями, – положат конец Жестокости, Злобе и Раздору и откроют границы Единения. Девять магических колец положат конец Невежеству и Тьме и откроют путь Прогрессу и Просвещению.

Голос затих. Валун больше не вибрировал. Ещё несколько минут Принц и Стражи Чистоты Поля молча стояли вокруг камня.

Принц первым нарушил тишину. Он вынул из камня меч и вложил его в ножны.

– Это пророчество для принца Рея, но мы тоже являемся каким-то важным звеном, если это открыто нам, – произнесла Пелея. Она положила руку на вершину камня. – Я предлагаю принести клятву верности принцу Рею, Воину Луча.

Стражи без колебаний последовали примеру Пелеи. Принц положил свою руку сверху.

Когда Пелея произносила торжественные слова клятвы, Принц почувствовал, как через его правую руку всё тело наполнилось удвоенной силой и энергией. Набатом прозвучало в подземелье: «Клянёмся! Клянёмся! Клянёмся!».

Их общее чувство точно выразил Гроз:

– До сегодняшнего дня мы были просто Стражами Чистоты Поля. Отныне мы – Братство Стражей Чистоты Поля.

* * *

Выйдя из подземелья, Стражи заторопились по своим королевствам. Принц собрался перемещаться с Дариной, но его рукой завладела Пелея. Он только успел крикнуть Дарине «До встречи!» и тут же оказался на другом конце Поля.

– Но, почему надо идти в Семиозерье именно сейчас, ночью, Пелея?

– Наместник Бизел стал очень подозрительным в последнее время и везде имеет своих шпионов. Мой брат Лукор ждёт тебя на недоступном берегу озера. На лодке он переправит тебя в рыбацкое поселение. Извини, Дарине нужно бежать: она подменяет меня в Поле.

Пелея подошла к Изгороди, отодвинула куст и негромко крикнула в темноту:

– Лукор, ты здесь?

– Да.

– Принимай гостя, – сказала она и, слегка подтолкнув Принца, закрыла проход.

Принц оказался на высоком косогоре. Внизу перед ним расстилалось блестевшее в лунных лучах озеро. У берега стояла лодка, в которой сидел человек.

– Спускайся по тропинке вниз, – по-прежнему негромко сказал человек ломающимся голосом юноши.

Лукор оказался семнадцатилетним парнем. Даже в неярком свете лун виделось его сходство с сестрой. При рукопожатии Принц отметил, что у него большие, не по-детски жилистые руки, привычные к тяжёлой работе.

– Набрось капюшон на голову, – произнёс юноша свои единственные за весь путь слова.

Принц тоже не стал докучать ему разговорами, а полностью погрузился в воспоминания и раздумья: «Принц Света, Воин Луча! Это было сказано обо мне. Интересно, почему я? Сначала Дикое Поле дало мне Монса. Да-да, именно дало Монса!».

Принца отвлёк от мыслей громкий всплеск, вероятно, большой рыбы. Лодка плавно скользила по ровной глади озера. Лукор уверенно грёб веслами, оставляя на воде следы-завихрения. Принц снова ушёл в свои мысли.

«Да, насыщенный был денёк! Вечерние события затмили бой с этим… Вэндером. Я убил человека! Но если тогда это казалось сном, видением, то после встречи с дядей, реальным родным человеком, всё обрело вид происходящего в действительности в каком-то неведомом мире, где мне принадлежит одна из главных, если не самая главная роль. Безусловно, очень могущественное Дикое Поле наделяет меня атрибутами своего могущества. После Монса – щит с алмазом против земного Физика и его грозного оружия. Потом меч Силы, превышающий силы магических колец…».

Принц только дошёл до самого приятного в своих мыслях – принцессы Лии. Но тут мысли Лукора вклинились в его сознание. В них криком прозвучало беспокойство о судьбе Пелеи. Вот, что услышал Принц: «Пелея, Стражница Поля, заботится о безопасности королевства и этого толстого борова Бизела, который хочет сделать ее сто тридцать седьмой своей женой. Братьев услал в другую сторону королевства. Её возлюбленный Баят лишён возможности завоевать руку любимой на турнире, да и жив ли он. А она смеётся: "Всё будет хорошо, братец!". А откуда хорошо? Завтра мне с этим «важным гостем» (фу, красавчик мягкотелый) отправляться в Графское Межозерье. Кто ее здесь защитит?».

«Да, – задумался Принц, – у Пелеи тоже полно проблем. По ней этого не заметно. Для чего же я здесь? Как мне ей помочь? Что ещё за Графское Межозерье?».

Лодка уткнулась в берег под небольшими деревьями, нависшими над водой. Лукор ловко привязал её к корням дерева.

– Идём! – кивнул Лукор в сторону приземистых строений на взгорье. – Можешь снять капюшон. Здесь шпионов нет, все свои.

Принц всю свою недолгую жизнь прожил в городе, в просторной квартире со всеми удобствами. Он не представлял, что можно жить в тесном душном сараеподобном помещении с парой маленьких окошек в каждой комнате. Именно таким Принц увидел при свете лун дом Пелеи.

Его уложили спать в крошечной, но очень уютной комнатке Стражницы Чистоты. Только здесь, готовясь ко сну, он рассмотрел одежду, в которую облачило его Поле. На нём оказалась грубая кожаная куртка, изрядно потёртая, и плохого покроя кожаные, не раз штопаные штаны. На ногах плотно сидели изношенные кожаные сапоги. Меч Силы скрывал широкий брезентовый плащ с капюшоном.

Сбросив это старье, Принц обнаружил чистое и мягкое нижнее белье.

«Придётся пожить в шкуре рыбака», – подумал Принц, перед тем как залезть под тёплое одеяло и мгновенно уснуть.

* * *

Рано утром Принца разбудили крики домашних животных и птиц, которые, как оказалось, жили за тонкой стеной в пристройке. На него резко хлынул поток человеческих голосов и мыслей. По их заботам Принц догадался, что это были жители поселка – простые рыбаки, их жёны и взрослые дети.

Принц немного полежал, прислушиваясь к событиям за окошком, но скоро ему наскучили не совсем понятные для него хозяйственные заботы. Он поднялся с постели, натянул на себя кожаные лохмотья и вышел на приземистое крыльцо.

Люди на улице были заняты своими делами, и никто, казалось, не обратил внимания на праздно потягивающегося юношу на крыльце, но со всех сторон потекли мысли о нём:

«Что это за бездельник на крыльце Дегаловой избы?».

«Не шпион ли наместника?».

«Какой красавчик! Может жених Пелеи?».

«Кто это с мечом? Не стражник ли Бизела?».

«Видать, кто-то из друзей Лукора заночевал?».

Принц спустился с косогора к озеру, в котором отражался огромный розовый диск восходящего солнца. Умывшись бодрящей озёрной водой, он стал любоваться прекрасным пейзажем. Над озером клубился лёгкими облаками туман, скрывая очертания противоположного берега, который угадывался по виднеющимся из тумана деревьям. Слева и справа от Принца берег, к которому всюду были приткнуты лодки всех размеров, скрывался за косогорами.

Принц заинтересовался конструкцией лодок. Они все были похожи одна на другую, отличаясь размерами, и сплетены из материала, похожего на тростник. Днище лежащей на берегу перед ним лодки было покрыто серым материалом, похожим на резину.

– Каучук, – сказал неслышно подошедший Лукор, – меняем на вяленую рыбу в Графском Межозерье. Я за сестрой. («Пойди, заждалась уже. Красавчик с мечом. А драться-то приходилось ли?»). Вернусь, позавтракаем – и к Графьям.

Лукор уплыл. Принц ещё несколько минут посидел на перевернутой вверх дном лодке и вернулся в избу, где слегка изможденная непосильным трудом Мизея, мать Пелеи и Лукора, хлопотала у большой разогретой печи. Вчера вечером, при первом знакомстве, она назвала его «сынок» и была очень приветлива. Вот и теперь она радостно защебетала, лишь только он вошёл.

За те минут сорок ожидания Лукора и Пелеи, Мизея рассказала Принцу о своем муже и детях:

– Дегал был голубоглазым красавцем. (Дар Поля и внешность Пелеи от него). К тому же, он был Страж Чистоты Поля. Все девчонки близлежащих рыбацких посёлков заглядывались на него. Я была невысокого роста, не из красавиц, а он выбрал меня… Каждый год у нас рождались дети – сыновья Гудил, Сумол, Коноп, Гутал, Офес и Драмон. Четыре года «отдыха» – и опять родила. На этот раз девочку. Пелея всюду с отцом бегала, а он в ней души не чаял. Лукор появился через пять лет после Пелеи. Она стала ему нянькой и мамкой. Особенно после гибели отца.

Как погиб, спрашиваешь? Людей защищал. Наместник Буфал, тогдашний правитель, отец Бизела, нынешнего нашего правителя, принёс для дитяти из Дикого Поля чудище водное. Когда Буфал у Поля брал чудище, дежурный Страж и не подозревал, что из безобидного существа вырастет ужасное чудовище, которое убьёт не один десяток человек. Оно росло вместе с Бизелом и к его двадцатидвухлетию превратилось в злобного зверя, живущего в воде, а на земле убивающего. Стали пропадать слуги во дворце, и никто не подумал бы на чудище, да оно самого наместника в пруд, для чудища же построенный правителем, на глазах Бизела утянуло. На руку всё это было Бизелу – власть к нему перешла. А страшилище маг сковал и по приказу Бизела в наше, Глубокое озеро запустил. Стали с того времени рыбаки пропадать. А никто ж ничего и не знал, лишь мой Дегал догадался, откуда вражина появилась. Мог его маг Пореус изжить, но он всё по приказу правителя делает, а тому и радость – народ в страхе держать. Невмоготу Глубоковским рыбакам жить стало: каждый день пропадал человек. И тогда Дегал собою пожертвовал, зная, что за убийство Стража Поле уничтожит чудовище. Страшилище исчезло, и моего Дегала больше нет на земле.

Всю семью нашу изничтожить хочет, злыдень. Сынов старших разбросал по всему Семиозерью: Гудила – на Большое озеро отослал; Сумола – на Дивное; Конопа – на Жемчужное; Гутала – на Богатое; Офеса – на Привольное; Драмона – на Ключевое. На всех семи озерах теперь сыны мои. Некому защитить нас. К Пелейке злодей подбирается. По всему Семиозерью понастроил дворцов, где расселил сто тридцать шесть жён своих. Говорят, сто тридцать седьмой дворец уже готов.

Услышав рассказ старой женщины, Принц гневно сжал рукоять меча, готовый уничтожить ставшего ему ненавистным похотливого наместника.

«Ведь это моё королевство и мой народ, страдающие под гнётом тирана. Красавицу Пелею, Стража Чистоты Поля, чистейшую душу – сто тридцать седьмой женой! Я ему брюхо вспорю!».

Принц представил наместника толстым, огромным, безобразным. Он не ошибался. Бизел на самом деле так и выглядел. Нескончаемые пиры и безграничная власть превратили его в жестокого, самовлюбленного сластолюбца, расчищающего путь к утехам всеми средствами.

* * *

В один миг хижина осветилась сиянием голубых глаз Пелеи. Она впорхнула в дом, поцеловала мать и озорно улыбнулась Принцу, почувствовав в его мыслях нежную заботу о ней.

– Мама, наверное, рассказала всё о нашей семье? – предположила Пелея и на минуту скрылась в своей каморке.

Принц восхищённо смотрел на появившуюся из дверей комнатки красавицу. Он видел её только в форме Стража. Сейчас на ней было домотканое серое платье и яркая шаль. Принц не скрывал своего восхищения. Пелея слегка смутилась и, проходя мимо Принца, еле слышно шепнула:

– Вспомни о Лие.

Принц тоже смутился и начал мысленно оправдываться. Пелея подошла к нему вплотную, заглянула в глаза и мысленно сказала:

«Ты мне тоже очень нравишься, но у тебя есть Лия, а у меня – Баят. Решай, что будем делать?».

«Будь моей сестрой!» – после короткого раздумья ответил Принц мысленно.

– Я счастлива иметь такого брата! – вслух воскликнула Пелея.

Им обоим были слышны мысли ничего не понимающей матери. Они переглянулись и рассмеялись.

После сытного завтрака, состоящего из молока и домашней выпечки, Лукор, Принц и Пелея загрузили в две лодки мешки с вяленой рыбой и отправились в Межозерье.

Одной лодкой управлял Лукор, довольный тем, что Пелея пошла с ними. Другой, на которой плыл и Принц, управляла Пелея. Она попросила Лукора называть Принца братом.

– Пелея, а почему мы везём это на обмен, а не возьмём всё, что нужно у Поля? – спросил Принц.

– Нам строго запрещено ходить и брать что-либо у Поля.

– Даже тебе?

– Мне тем более! Наместник и маг Пореус строго следят за этим через своих шпионов. Что-то мы производим сами, что-то вымениваем в Графском Межозерье, а без чего-то обходимся.

– Люди из Графского Межозерья тоже не могут брать у Поля?

– Графское Межозерье – независимая часть нашего королевства. Десять лет назад, когда Бизел насильно взял в жёны дочь графа Волье, честного рыцаря, все вельможи, правившие между озёрами, восстали, но противостоять силе мага, который поддерживает наместника, они не могли. Однако у них было больше половины населения. Пока наместник решался что-то предпринять, они построили стену вокруг Межозерья и основали республику в королевстве. Граф Волье руководит их графским парламентом. У них нет выхода к Полю. Они не нападают на воинов наместника, а защищаются. В Межозерье нет рыбы, но есть соль и растут каучуковые деревья – то, что нужно рыбакам, которым с радостью открывают дверь.

– Да, – задумчиво произнёс Принц, – натворил дел наместник Бизел.

– Полю тоже не нравится всё это, вот оно тебя и пригласило.

* * *

Лодки мягко коснулись песчаного берега, окаймлённого густыми зарослями, сквозь которые ничего не было видно.

«Там может скрываться всё, что угодно. Хорошее место для засады и внезапного нападения» – подумал Принц.

«Ты, боишься? – одним взглядом спросила Пелея. – Я слышала, что ты бесстрашный воин». Её прекрасные голубые глаза излучали спокойствие и уверенность в нём.

Вероятно, со стороны их немой разговор выглядел больше похожим на нежности двух влюблённых, потому что они услышали укоряющие мысли Лукора, неодобрительно глядевшего на них. Принц собрался было объясниться с Лукором, но тут раздался треск кустарника, и на берег выскочило полтора десятка вооружённых людей. Нападающие хотя и окружили их, но мечей не обнажили. Принц, который схватился за рукоять меча под плащом, тоже не стал вынимать оружия, но руку на эфесе оставил.

Вперёд вышел высокий, крепкого телосложения человек со злобным взглядом, который подчёркивали глубокие шрамы на лице.

– Что, Пелея, воркуешь с новым голубком взамен сбежавшего к графьям Баята? – произнёс он низким неприятным голосом. – Наместнику Бизелу это не понравится.

– Не думала, что следить за мной он пошлёт отряд во главе с рыцарем Брозом, – парировала Пелея. – К тому же, я не давала наместнику никаких обещаний. Мы идем в Межозерье. Пропустите нас!

– У нас другие планы относительно тебя, – рыцарь Броз привык, чтобы его боялись, и не терпел насмешек. Спокойный и насмешливый тон девушки вывел его из себя. – Ты уже завтра станешь женой Бизела.

– Но в мои планы это совсем не входит. Вы не имеете права задерживать Стража Чистоты Поля…

– Имеем! – грубо оборвал Броз Пелею. – Это в Диком Поле ты Страж, а здесь – обычная девка.

– Не смей обижать мою сестру, – выступил вперёд Лукор, – и убери своих головорезов с нашей дороги.

– Не хочу омрачать завтрашнее торжество кровью твоего брата, Пелея, – гневно бросил рыцарь Броз, – но твои родственники на торжество не приглашены.

Он внезапно выхватил меч и плашмя ударил Лукора по голове. Юноша вскрикнул и упал на землю. Пелея бросилась к нему.

Принц выхватил меч из ножен, бросился на обидчика и сходу отрубил Брозу руку с мечом. Рыцарь взвыл от боли, но прорычал:

– Убейте его!

Два воина подхватили рыцаря Броза и увели из круга. Остальные бросились на Принца.

Бой был коротким: меч Принца, казалось, сам выбирал положения для отражения атак и нападения на противников. Скорее всего, так оно и было, потому что Принц временами ловил себя на том, что пытается удержать рвущийся в бой меч. Десяток врагов лежали бездыханными на берегу, а оставшиеся уносили главаря и свои ноги.

Пелея, оттащившая брата к озеру подальше от сражающихся, сделала ему несколько примочек, и он пришёл в себя, но был ещё очень слаб. После того как Принц привёл в порядок одежду, смыв кровь врагов, а Пелея вернула брата в чувство, они перегрузили мешки с рыбой в тарантас, запряжённый мощным гнедым конём, появившимся ниоткуда.

– Это моё личное средство передвижения, дар Поля, – пояснила Пелея относительно коня, – и дальше нам лучше двигаться на нем.

– Может, всё же, вернёмся в Дикое Поле? Оно быстро восстановит твоего брата.

– Нет, он не нарушит запрет входить в Поле. Да и до Межозерья мы доберёмся быстрее, а там – лекарь Мазей.

Усадив Лукора, они сами взобрались на тарантас. Пелея тронула коня. Что-то замелькало перед глазами, в ушах засвистело. На несколько мгновений Принца прижало к мешкам с рыбой. А потом всё стихло.

* * *

Они стояли у высокой, метров пять, крепостной стены с тяжелыми коваными воротами.

– Ты же говорила, что они ничего не берут у Поля, – указал Принц на искусную ковку ворот.

– Верно, не берут. В Межозерье живут великие мастера: кузнецы, каменщики, плотники и другие умельцы, даже лекари.

Тут, ворота распахнулись, и они въехали в волшебный мир, созданный человеческими руками, без применения магии: величавые резные орнаменты торговых и постоялых дворов, подчёркнутые коваными узорами ворот и калиток и сверкающими на солнце широкими стеклянными окнами.

Принц подумал, что он попал опять на Землю. Пока Пелея с лекарем занимались Лукором, он обошёл этот, как он понял, небольшой торговый городок на окраине.

«Интересно, – подумал он, – в центре Межозерья тоже так или лучше, чем здесь?».

Появилась Пелея и помахала ему рукой, призывая к тарантасу. После ранения брата она выглядела озабоченной и серьёзной. Теперь же она заметно повеселела.

– Лукор останется у лекаря. Пришлось ему мешок рыбы оставить в уплату за услуги. – Пелея вновь увязала мешки. – А мы поедем в столицу. Там выгоднее обмен, чем здесь. Мешок и оправдаем. Как там живут заодно поглядим.

Сели в тарантас. Вновь свист, мелькание. Несколько мгновений – и они у ворот огромного города-крепости.

– Вот он, Вольеун! – воскликнула Пелея восхищённо. – Здесь мой жених, Баят. Ему пришлось бежать от преследования наместника из-за меня, – закончила она печально.

– Мы найдём его здесь, – ободрил её Принц.

– Как его найдёшь в таком большом и людном городе?

– Будем спрашивать у людей.

Рынок расположился невдалеке от ворот. Туда стекались повозки со всех концов Межозерья. Пелея оказалась прирождённой торговкой. Она быстро и очень выгодно обменяла мешки с рыбой на соль, каучук, ткань и кухонную утварь, трижды отправляя тарантас к озеру.

За это время Принц расспросил местных поваров, экономок и домохозяек и выяснил, что беглый рыбак по имени Баят поселился в доме прислуги графа Волье. Его учат военным наукам, которые, по словам прислуги, хорошо ему даются, и ищут в нём «задатки мастерства» (по разговорам хозяев). Так же легко Принц узнал дорогу к дому прислуги графа Волье.

Пелея отправила последний тарантас. Они с Принцем уже выходили с рынка, когда Пелея внезапно остановилась, взволнованная чем-то, и крикнула человеку на проезжавшей мимо телеге:

– Су мол!

Человек взглянул на неё, узнал и спрыгнул с телеги.

– Пелейка, сестрёнка, откуда ты взялась в этом городе?

Брат и сестра обнялись. Более часа Пелея рассказывала о том, что произошло с их семьёй после того, как Сумола переселили на Дивное озеро вслед за Гудилом, отправленным на Большое озеро. Она также рассказала о том, что произошло с ними сегодня. Ранение Лукора возмутило Сумола, но рассказ о том, что друг Пелеи – рыцарь отрубил руку Брозу, успокоил его.

– Правая рука наместника Бизела теперь сам без правой руки, – усмехнулся Сумол. – Броз со своей шайкой терроризирует всех рыбаков. Они разрешили мне ехать сюда с условием, что я расскажу им всё, что увижу и услышу. – Он ударил огромным кулаком по сиденью: – Но я им ничего не расскажу!

– Наоборот, ты должен всё им рассказать о нашей встрече, о моём попутчике герое-рыцаре и о том, что Лукора с нами не было. Это защитит Лукора.

– Хорошо. Но они что-то замышляют против Межозерья. Маг Пореус тоже шпионит в Межозерье. Я видел его с графом Волье.

– Брат, скоро грядут большие перемены в королевстве, – тихо, но уверенно сказала Сумолу на прощание Пелея. – Мы скоро увидимся.

* * *

Дом прислуги был таким же огромным зданием из тёмно-зеленого камня, добываемого в Межозерье, как и хозяйский особняк. Только окна у прислуги были намного меньше. Массивные колонны и арки украшали оба здания. Строения были обнесены кованым забором. Всё это напомнило Принцу о земных североевропейских городах.

Впервые за три дня пребывания в этом мире, где произошло столько удивительных событий, в которых он играл, зачастую, ведущую роль, Принц вспомнил о своих родителях, оставшихся на Земле.

«Что если они меня уже ищут? – пронзила его внезапная мысль. – Наверняка мама уже обзвонила всех друзей и знакомых. Она, вероятно, уже подключила государственные службы. С мамой ведь может что-нибудь случиться! Кошмар! А я не могу даже маленькое послание передать».

Пелея услышала его тревожные мысли.

– Я обладаю некоторыми пророческими способностями и могу обратиться к Дикому Полю относительно тебя, – предложила она. – Если мы не узнаем принцип действия перехода, то хотя бы будем знать планы Поля.

– А что для этого нужно?

– Что-то, что есть у тебя от Дикого Поля.

– У меня есть одежда, обувь. На Земле сыщики дают собаке-ищейке понюхать какую-то часть одежды или обуви, и она по запаху находит преступника.

– Искать нам тебя не надо, а от твоей рыбацкой одежды исходит далеко не цветочный аромат, – рассмеялась Пелея и, видя смущение Принца, успокоила его: – Я в этом аромате родилась и выросла. Давай не будем трогать одежду. Нужна вещь, используемая не для временных нужд, а для глобальной цели.

– Может быть, меч?

– Да, меч – это то, что нам нужно!

Принц вынул меч из ножен и держал его на вытянутых руках перед собой. Пелея положила свои ладони сверху на меч и ладони Принца. Внезапно, Принц почувствовал мощную связь, сковавшую их руки и меч. Ему показалось, что какая-то сила спеленала их и куда-то понесла, сопровождая движение нереальными звуками. Он закрыл глаза и тут же открыл их, потому что все стихло и остановилось.

Принц ожидал, что Пелея станет хриплым механическим голосом вещать пророчества относительно его действий. Но всё оказалось совсем не так. Границы пространства, в котором они оказались, тонули в молочной белизне. Глазу не за что было зацепиться. Фигура Пелеи выделялась в этой белоснежной безбрежности лишь лёгкой игрой светотени. Единственным цветовым пятном было её лицо. Себя Принц не видел, а только ощущал. Лицо Пелеи было знакомым, но в то же время каким-то чужим, безжизненным, не выражающим никаких эмоций.

– Да, верно. Пелея – это только оболочка, чтобы тебе было легче понимать Меня и не мучиться вопросами относительно Моей сущности.

– Кто или, может быть, что Ты? – спросил Принц.

– Дикое Поле, – механически улыбнулась «Пелея». – Так Меня называют испокон веков. Но тебя всё же интересует Моя сущность. Для этого надо вернуться к Началу, когда Элохим поведал всем духовным детям о Плане Счастья, согласно которому все должны были пройти испытания на Земле с целью обретения физического и духовного опыта. Иисус Христос был избран указать путь к Счастью испытуемым, чья духовная память была стёрта. Они должны были сами избрать этот путь. Люцифер, чья гордыня побуждала его к возмущению и мятежу потому, что был избран не он, восстал против Элохима. Треть духов стала на его сторону. Люцифер стал Сатаной – Искусителем. Он и духи, поддержавшие его, были изгнаны. Эти духи нужны были Люциферу как свидетели его величия, но они не нужны были изгнанному и униженному Сатане. Его целью стало противостояние Христу. Он мог действовать в мире людей, на Земле. Духи, последовавшие за ним, этими возможностями не обладали, и Сатана бросил их. Элохим – Творец отверг их, но Он ещё и Любовь, Милосердие, Истина, Свет. Ты знаешь на примере света, что это волны, движущиеся в поле. Я – Свет и Истина, Любовь и Забота. Я – Поле, а Дикое потому, что непознанное.

– Ты Бог?

– Я часть Элохима.

– Кто создал этот мир, и где этот мир находится?

– Человеческий ум способен всё воспринимать в сравнении. Здесь не с чем сравнить. Земная наука ещё не подошла и близко к этим знаниям. Этот мир – одно целое с Землёй, но они разделены мною, Полем, чтобы не пересекаться. Здесь получают земные тела и проходят свои испытания те духи, которые последовали за Люцифером. У них нет полной свободы выбора – только возможность получить тело и свою участь.

– Я тоже из их числа?

– Да. И твои корни ведут к королям Дикополья, которым была дана возможность делать правильный выбор и управлять подданными. В твоих венах течёт кровь всех девяти королей. Ты изначально был избран исправить ошибки и преступления твоих предков. Я покажу тебе кое-что. Мы переместимся во времени на много веков назад. Ты должен это видеть.

Принц ожидал, что перемещение во времени будет сопровождаться звуковыми и зрительными эффектами. Вопреки его ожиданиям, всё произошло мгновенно, как будто в комнате включили свет, а вернее – цвет. Пелея исчезла. Принц оказался в большом круглом зале, обрамлённом витиеватыми колоннами, со стенами из причудливо переплетённых растений. Крыша также состояла из растительности, образующей необыкновенные узоры.

Пол зала был украшен величественным орнаментом из разноцветных, хорошо подогнанных плит. Принц уже видел такой рисунок на полу. Это было Святилище в центре Поля. Но здесь оно было во всей своей первозданной красоте: в центре зала по кругу стояли девять тронов. Вход в Подземелье отсутствовал.

Внезапно зал ожил: на тронах появились надменные и чопорные властители с разнообразными коронами на головах и жезлами власти в руках. Их одежды были расшиты золотыми украшениями и драгоценными камнями, у каждого – свои цвета и сочетания. На их руках сверкали кольца и перстни с теми же камнями и украшениями, что и на одежде и жезлах.

– Великие! – вдруг произнёс и поднял жезл с огромным чёрным жемчугом одетый в пурпурные одежды, расшитые золотом и черным жемчугом. – Я, король Заполья Мефис, имею, что сказать вам!

– Король Пригорья Горд готов выслушать тебя, Мефис! – поднял жезл с огромным рубином красавец во всем чёрном с золотом слева от Мефиса.

– Король Подгорья През слушает! – поднял платиновый жезл грузный великан в одежде с преобладанием узоров коричневого и салатного цвета слева от Горда.

По-видимому, это был строго заведённый порядок или ритуал, потому что далее короли по очереди, слева направо, поднимали жезлы, представлялись и выражали готовность слушать Мефиса. Следующим был властитель с крупными чертами лица, одетый в одежды с преобладанием зелёного и сапфиров лазоревого цвета:

– Король Междулесья Бадл желает услышать тебя!

– Король Приполья Нуд слушает тебя, Мефис! – поднял жезл с изумрудом правитель, одетый в бежевые тона.

– Король Окраины Сат выслушает тебя, король Мефис!

Толстяк, едва уместивший свое грузное тело на огромном троне, одетый в жёлто-голубые одежды, поднял жезл с крупным красно-белым сардониксом.

– Король Парс из Подполья готов слушать!

Злобного вида, худощавый и, видимо, очень высокий человек в серо-зелёных одеждах поднял жезл с оливково-зелёным александритом.

– Правитель Королевства Семи Озёр Блуд слушает тебя!

Единственный блондин среди королей, одетый в синие с золотом одежды, поднял жезл с огромным алмазом.

– Я, король Серк из Заозерья, также выслушаю тебя, Мефис!

Последний король, сидящий по правую руку от Мефиса, в серо-зелёных одеждах, расшитых белым жемчугом, поднял жезл с огромной белой жемчужиной, обрамлённой в платину.

– Великие! – произнёс снова Мефис, с трудом скрывая нетерпение, чтобы поделиться чем-то очень важным. Правила Святилища нарушать было нельзя, но теперь он был готов выплеснуть всё, что занимало его помыслы в последнее время: – Хозяин нашёл меня во время последнего пребывания на Земле. Мы долго говорили с Ним. Он не сдался и продолжает борьбу с Богом там, на Земле. И не без успеха. Фактически, Он Правитель мира. Хотя Он не имеет тела, это не очень мешает Хозяину. Ему нужны, как Он сказал, «свои» люди на тронах земных стран, чтобы править, развращать этих ничтожных людишек, которые отвергли Его на небесах. Хозяин готов простить нас и принять. Что думаете вы, слуги какого-то Поля?

– Здесь мы короли, – поднял жезл Парс, – а то, что ты нам здесь обещал, пока что одни слова.

– Верно! – колыхнул Сат своим жирным телом. – Нас и здесь неплохо кормят. Но если Хозяин позовёт на земное царство, я готов всё это бросить.

– Надо бы встретиться с Хозяином, – взмахнул жезлом Парс, – чтобы обсудить все условия.

Остальные короли поддержали Парса. Было решено, что Мефис увидится с Люцифером и договорится о совместной встрече с королями.

Небольшое затемнение – и снова та же картина. Принц не сразу понял, что случилось, и лишь немного приглядевшись к королям, понял, что несколько изменились их одеяния и выражения лиц. Теперь нетерпение виделось на лицах всех восьми королей, а на лице Мефиса читалось торжество. Принц догадался, что это уже следующая встреча. Весь ритуал был снова соблюден. Короли по очереди выражали готовность выслушать Мефиса, признавая за ним лидерство.

– Итак, мы с вами обсудили с Хозяином все условия переселения на Землю. – Мефис торжественно поднял жезл и продолжил: – Теперь мы должны обсудить, что нам делать с нашими, вернее, данными нам Полем королевствами.

– Всё, что можно было бы взять с собой, будет дано нам на Земле в избытке, – блеснул огромным изумрудом на жезле король Приполья Нуд. – Жаль оставлять наши королевские регалии тем, кто будет здесь править после нас.

– Давайте напоследок используем волшебство, которого, к сожалению, не будет на Земле, – произнёс Горд, поглаживая кроваво-красный рубин, – и спрячем наши жезлы в самых укромных уголках королевств. Точно также мы поступим и с кольцами волшебства.

– С кольцами это не пройдёт, – вскинул жезл из платины През, – ведь они нам даны свыше для управления Полем. Думаю, их у нас заберут. А насчёт жезлов я согласен.

– Меня больше волнуют наши подданные, – молвил король Блуд и потрогал свой алмаз. – Поле сделает из них послушных Ему праведников. Необходимо истребить их.

– Для этого нужна война, – произнёс Серк негромко, – но мы не можем возглавить воюющих, а без нас они быстро договорятся о мире.

– Уходя на Землю, – воскликнул король Бадл, – я оставлял править созданного мной двойника. Серьёзные вопросы решать он не мог, но что касается порядка и дисциплины, это у него хорошо получалось. Давайте создадим своих двойников-воинов. Сделаем их непобедимыми и дадим им королевские мечи.

– Перед уходом на Землю давайте бросим в Поле серебряные стрелы, – злобно прорычал Парс, – в знак того, что мы убиваем его и нам от него больше ничего не нужно.

– На том и порешили! – закончил Мефис королевский совет.

Картина опять переменилась: исчезло Святилище с королями, исчез цвет, и Принц снова оказался наедине с Полем в лице Пелеи. Она негромко заговорила:

– Наш план – дать духам, отвергнувшим свободу выбора, возможность пожить в телах. Короли, которым было дано больше, пытались помешать исполнению плана. Они сделали много зла на Земле, будучи в телах, и продолжают творить зло там, являясь ныне ангелами Сатаны. Мы сохранили их праведное потомство в Дикополье и на Земле. Твоя миссия – исполнение пророчества. Я восстановлю Святилище, и ты будешь посвящать в нём королей. Для этого нужны жезлы власти. Найти их и увидеть можешь только ты как истинный наследник королевства. Мы больше не будем использовать Пелею для связи. Отныне при необходимости ты сможешь силою мысли перемещаться в любую точку любого королевства и Поля, а также в Святилище, и получать от меня необходимую информацию. Слушай своё сердце и разум. И действуй!

– Что касается Времени, – продолжила с механической улыбкой «Пелея», – я повелеваю им. Твои родители увидят тебя в то же мгновение, в которое пожелают. Сейчас ты читаешь книгу. Твоя мама позовёт тебя обедать, но здесь уже пройдет неделя. За это время произойдет много событий.

Внезапно, Принц стал ощущать свое тело. Он почувствовал тепло рук Пелеи. Они вместе открыли глаза.

– Что, не получилось? – спросила Пелея, убирая руки с меча.

– Всё получилось как надо, – ответил Принц и убрал меч под накидку. – Ты хорошо себя чувствуешь?

– Да, Поле очищает и лечит. Мне сейчас очень легко и весело, – звонко засмеялась Пелея. – Скоро я встречусь с Баятом. Он тебе понравится!

* * *

Но в Вольеуне Баята не было со вчерашнего дня. Граф Волье, узнав о любви Баята и Пелеи и о том, что Бизел хочет сделать Пелею своей женой, тайно отправил Баята в замок своего друга, графа Бонда. Сегодня у графа Волье была назначена встреча с магом Пореусом, поэтому вопрос о Баяте мог внести разногласия в их отношения с Бизелом, чьим посланцем был маг.

Принца и Пелею пропустили к графу Волье, который принял их в большом зале, где не было никакой мебели, и разговаривать приходилось стоя. Принц заметил одиноко затаившуюся на окне муху.

– Скоро здесь появится маг Пореус, – сразу перешёл к делу граф, – и мне бы очень хотелось пообщаться со Стражем Чистоты Поля и её братом (Принц понял, что это о нём), но из-за недостатка времени я только могу сказать, где находится Баят. Он у моего друга графа Бонда. Я не хочу конфликтов с наместником, поэтому спрятал Баята. Он великолепный воин и не даст себя в обиду, а это может послужить поводом для войны в Семиозерье.

Муха направилась к двери. Принц чётко, чтобы все слышали, произнёс:

– Маг Пореус теперь знает, где находится Баят.

Раздался лёгкий щелчок, и у двери возник маг Пореус. Пелея и граф были немного потрясены его внезапным появлением. Принц повелительно продолжил:

– Наместнику же не нужно этого знать. До этого дня магу удавалось отстраниться от решения конфликтных дел наместника. Отныне ему необходимо быть ещё осторожнее и решать только хозяйственные дела, чтобы не вступать в противоборство с Полем. – Принц слегка отодвинул накидку, чтобы меч был виден только магу. – Пусть какое-то время всё идёт своим чередом. Скоро наступит время, когда всё это разрешится.

Изменившийся в лице маг, какой-то робкий и покорный теперь, пробормотал что-то невнятное, извинился и исчез.

Ничего не понимающий граф Волье взглянул на величественно-одухотворённое лицо Пелеи в надежде услышать от неё объяснение произошедшего, но она только кивнула на Принца.

– Кто ты, молодой воин, – высокопарно воскликнул граф, – что тебе так послушен маг?

– Я наследный принц Семиозерья. – Принц решил, что пока графу Волье достаточно знать только это. – Вам я тоже скажу: пусть какое-то время всё идёт своим чередом. Теперь с вашего разрешения мы бы хотели посетить замок графа Бонда.

– Великолепно! И так как меня больше не держат «государственные» дела, я хочу присоединиться к вам. До замка Бонда час пути. Мы вдоволь наговоримся.

* * *

Принц не заметил, как пролетело время за беседой в дороге. Граф Волье был великолепным рассказчиком. К концу пути у Принца было чувство, что он исходил Межозерье вдоль и поперёк. Они проезжали мимо каучуковой рощи, где видели, как работают сборщики. Дорога пролегала мимо высохшего солёного озера, откуда им навстречу тянулись телеги, загруженные солью. У подножия горы над дорогой нависали зелёные скалы. Невдалеке дымились трубы металлургического завода. Принц видел разнообразную растительность, покрывающую бескрайние поля, в которых порой работали люди. Граф сопровождал комментариями всё, что попадалось на пути, особенно если в качестве главных созидателей оказывались простые люди. Когда карета графа ненадолго остановилась возле придорожной кузницы, хозяин – детина огромного роста – дружески обнял графа, стараясь не испачкать его. Но особенно поразила Принца сцена их прибытия в замок графа Гонда под приветственные крики каждого встречного: из бокового входа в замок выбежал толстяк в несуразном колпаке и бросился обнимать графа, как старого знакомого, расспрашивая о его здоровье и надолго ли он прибыл. По тому, как приветствовал его граф Волье, Принц решил, что это сам граф Гонд. Впоследствии оказалось, что это был повар.

Пелея ничего этого не видела. Как только она устроилась на мягком сиденье кареты графа, сразу уснула безмятежным детским сном. Принцу, сидящему рядом, приходилось незаметно придерживать плечом ее прекрасную головку. Но стоило карете остановиться в замке Гонда, Пелея выпорхнула из неё вслед за графом Волье и стала пристально вглядываться в многочисленных обитателей, появляющихся отовсюду. Всё же вспомнив о Принце, она обернулась, протянула руку и потащила его прочь от кареты, ласково улыбаясь.

Это было первое, что увидел её возлюбленный, появившийся вслед за высоким стройным брюнетом лет тридцати. По тому, как почтительно расступились придворные, Принц понял, что это и есть граф Гонд. Графы дружески обнялись и, забыв обо всём на свете, двинулись внутрь помещения. В это время руку Принца, за которую его тащила из кареты Пелея, пронзило током, а спустя мгновение сама Пелея уже была в объятиях высокого, широкогрудого парня, недружелюбно взглянувшего на Принца.

Ещё в замке графа Волье Принца переодели в домотканую одежду, а рыбацкую накидку из кожи сменил плащ графа (правда, Принц сам выбрал неброский и без герба). Он выглядел не как простолюдин, но и на короля явно не тянул.

Принц хотел пойти побродить по замку, как вдруг из дверей выскочил смущённый граф Волье. В легко прочитанных мыслях тот ругал себя, так что Принцу стало смешно и немного жалко этого добродушного человека, и он опередил его извинения, тихо шепнув графу:

– Представьте меня графу Гонду как рыцаря Рея из Приполья.

Пелея услышала его мысли и, подойдя, представила его своему жениху:

– Это мой друг и защитник, рыцарь Рей из Приполья. Он великолепно владеет мечом. А это, – она ласково взглянула на возлюбленного, – мой жених Баят. Я хочу, чтобы вы стали друзьями.

Принц, искренне улыбаясь, пожал большую крепкую руку бывшего рыбака. Баят был на голову выше и одного с ним возраста, но между ними сразу установилась незримая связь старшего с младшим, хотя в мыслях Баята звучало желание испробовать силу Принца из-за лёгкого чувства ревности. Пелея уловила мысли Баята и беззвучно попросила Принца быть снисходительным. Всё это заняло не больше минуты, а ещё через мгновение Принц был представлен Гонду как рыцарь Рей.

Принц, узнав, что граф Гонд устроил в своем замке Школу Воинов, предложил испытать некоторых лучших учеников.

– Думаю, это будет полезно всем, – произнёс граф Гонд и мысленно добавил: «Некоторые из моих ребят могут потрепать этого самоуверенного рыцаря. С виду он не великан».

– Рыцарь Рей, Вы не будете против, если сначала я испытаю Вас? – вдруг заявил граф Гонд.

– Почту за честь!

Баят тоже обрадовался возможности определить первенство между ними. Он вызвался быть следующим после графа Гонда.

Приготовления к турниру не заняли много времени. Только Принц, подозревая, что его меч может обеспечить ему многократное превосходство, попросил выделить ему другой, из коллекции графа, под предлогом, что меч Принца длиннее. Но тут граф Волье предложил своё проверенное оружие, которое Принц с достоинством принял, а своё завернул в плащ и отдал Пелее, которая с женой графа Гонда – очень красивой брюнеткой – и многочисленными обитателями замка устроилась на трибуне учебной арены.

Передавая свой меч Пелее, Принц заметил, что Баят, стоявший в полном облачении среди учеников Школы Воинов, был готов броситься на него. Поэтому Принц сопроводил передачу меча словами:

– Сестра, сохрани мой боевой меч.

От Пелеи также не укрылся порыв Баята, и кровь прилила к её голове. Но слова Принца и ответ Пелеи усмирили все страсти и возвысили его в глазах всех присутствующих, включая Баята:

– Брат! Твоя возлюбленная далеко отсюда, и я готова вдохновлять тебя на поединок. Назвавшись мне братом, ты спас меня от рук рыцаря Броза, лишив его правой руки. Ты сильный воин, поэтому в поединке с моим возлюбленным я буду на его стороне, брат!

Принц припал на колено напротив Пелеи и на мгновение склонил голову.

Граф Гонд также получил благословение своей прекрасной жены, которая была уверена в лёгкой победе мужа. В мыслях графа эту уверенность пошатнули слова Пелеи о рыцаре Брозе.

Стали оговаривать условия поединка. Граф Волье объявил, что граф Гонд в случае поражения передаст рыцарю Рею свой меч и доспехи. Он спросил у Принца, готов ли он в случае поражения отдать свой меч.

– Нет. Меч не мой. Но я передам графу в случае его победы это кольцо.

Сняв перчатку, он показал непонятно даже для него откуда-то взявшийся вместе с его доспехами золотой перстень с алмазом величиной с глазной зрачок человека. Граф Гонд согласился, потому что его жена и сидящие на трибунах выразили бурную радость.

Соперники разошлись на несколько шагов в разные стороны и, по взмаху платка графа Волье, устремились друг к другу. Граф не стал медлить и с ходу обрушил на соперника град яростных ударов, которые, впрочем, натыкались на грамотную защиту Принца. К тому же, последний заметил, что несмотря на отсутствие его меча он имеет преимущества, данные ему Полем, и главное – это время. Движения его соперника в глазах Принца были медленными настолько, что он мог трижды поменять позу для отражения удара и, если бы захотел, мог обездвижить его.

Принц решил поработать на зрителей, отражая удары и подчеркивая их эффектными позами. Ещё одно преимущество от Поля: ему не надо было думать о действиях. Всё происходило автоматически. Конечно, там на Земле (или тут?), Принц кое-что отработал до автоматизма, но то был мизер. К тому же, лучший поединщик Межозерья имел и применял против него свои неотразимые (для других) выпады, которые Принц отражал не задумываясь.

Принц понимал, что граф начинает задыхаться, и скоро должна была снизиться эффектность ударов и красота поединка. Поэтому, как только представился случай, Принц ударил графа по левой ноге, которая подкосилась так, что граф оказался перед ним преклонённым на одно колено, а меч графа оказался в руках Принца.

Зрители одновременно ахнули и оцепенели, но ещё больше их ошеломило то, что последовало за этим.

Принц возложил оба меча на плечи коленопреклонённого графа и торжественно произнес:

– Я, Принц Рей, наследный принц Королевства Семи Озёр, посвящаю тебя, графа Гонда, бесстрашного и умелого воина, рыцарем этой части и в будущем всего Королевства. – Принц вернул графу его меч, помог подняться с колен и протянул правую руку без перчатки. – Поздравляю, рыцарь Гонд!

Трибуны ожили. Раздались крики приветствия наследному принцу Рею и новопосвящённому рыцарю Гонду. Принц взглянул на не пришедшую в себя графиню Гонд. Она просто желала победы мужа и завоевания кольца для неё. Другой исход её не радовал, потому что не укладывался в её прелестной головке. Принц снял перстень с пальца и вручил его рыцарю Гонду.

Присутствующие осознали бессмысленность соперничества с Принцем, и потому он предложил провести турнир между учениками Школы Воинов. Призом было вновь появившееся у Принца золотое кольцо с семью небольшими алмазами по золотому полю.

В турнире не было равных Баяту. Он победил всех своих соперников, показывая не только силу мощь и отвагу но и мудрое владение мечом и телом.

* * *

Во время последовавшего за турниром обеда Принц решил провести небольшой эксперимент. Он внезапно ощутил необходимость встречи с магом Пореусом. Принц решил испытать не только свою способность перемещения силой мысли, но и то, как это отразится на времени. Пелея услышала его мысли и без слов спросила: «Это дары Поля?»…

Принц уже стоял в одной из двух центральных башен замка наместника Королевства Семи Озёр, которую со времени постройки занимал маг Пореус. Маг сидел в глубокой задумчивости, погрузившись в далёкие воспоминания:

«Как давно это было… Исчезновение мага Клеуса, посвящённого рукой Рыцаря Света. Появление королевы Сианы, пришедшей с Земли. Посвящение, меня, Пора, как меня тогда звали, в должность королевского мага. Королевская свадьба Сианы и Брога – принца Пригорья. Назначение наместника Блена. Вновь уход на Землю короля и королевы. Затем ещё шестнадцать наместников, чередою сменявших друг друга. У каждого были свои качества, хорошие и плохие. Каждый наместник впитывал в себя худшие черты своего предшественника, развивая их и приобретая новые. Казалось, что Буфал – воплощение всего худшего, что может быть, но Бизел превзошёл отца неуёмной похотливой страстью к женщинам. Постоянно приходится строить дворцы для его новых жён. Уже возведён сто тридцать седьмой. А что с детьми делает, изверг: новорождённых девочек повивалка Фурга сразу убивает; сыновей с четырёх лет отбирает у своих жен и отправляет в замок в ущелье Лиам на "воспитание" или, как он сам выражается, "естественный отбор", где кучка старших, должно быть, вершит всё мыслимое и немыслимое зло над младшими. По его замыслу должен выжить и остаться один – достойный правитель; ведь всех своих братьев Бизел уничтожил ещё при отце. Мне уже давно запрещено появляться в ущелье из-за моих "либеральных взглядов", как выразился Бизел в ответ на мои увещевания и просьбы позаботиться о детях. Может быть, там уже остался один, самый "достойный".

Страна надвое разделена. Тут Бизел и не предполагает, что это моих рук дело: обучение мастеров и лекарей; устройство под руководством Поля каучуковой рощи; помощь в открытии залежей полезных ископаемых и обучение их использованию. А сотни видов зверей и птиц, которыми я населил Межозерье.

Всё делалось под руководством Поля. Единственно, о Пелее – Страже Чистоты Поля – мне заботиться запрещено, как в свое время о её отце Дегале. Здесь у Поля свои цели. А вдруг Пелея погибнет, как её отец! Ведь озлобленный рыцарь Броз, лишившись правой руки, поклялся отомстить обидчику и "притащить за волосы", как он обещал сегодня Бизелу, Пелею в построенный мною для сто тридцать седьмой жены Бизела дворец, куда он и отправился, чтобы надругаться над невинным созданием, достойным лучшей участи. Из-за запрета Поля я не могу даже предупредить ее…».

Посчитав, что узнал достаточно, Принц тихонько покашлял, на что маг молниеносно вскочил и обернулся, готовый защищаться:

– Принц? Но как? Впрочем, о чём я говорю. Вы всё слышали. Спасите Пелею! Отряд головорезов рыцаря Броза ожидает её в засаде у выхода из Межозерья. Там будет лучник с серебряной стрелой на случай, если Поле встанет на защиту Пелеи. Нам о многом надо поговорить, но не сейчас, когда в опасности люди.

– Да, в опасности всё королевство. Наместник созрел в своих беззакониях! – грозно воскликнул Принц. – Я ухожу, но мы скоро встретимся, чтобы обсудить наши действия…

– Это ужасно! – внезапно воскликнула Пелея.

Принц взглянул на неё из-за разделявшего их за столом Баята и понял, что она слышала все его мысли и, через него, все мысли мага Пореуса.

«Это ужасно! – сказала Пелея мысленно. – Какие мерзости творит наместник Бизел!». А вслух продолжила для испуганных её возгласом сотрапезников:

– Это ужасно, но мне необходимо покинуть это гостеприимное место.

Обедающие облегчённо рассмеялись. Граф Волье выразил желание задержаться у рыцаря Бонда, когда узнал, что Пелея, Принц и Баят (вместе они решили, что Баяту следует быть рядом с Пелеей) не нуждаются больше в транспортном средстве графа. Принц заручился поддержкой графа Волье, который обещал проинформировать о нём всех вельмож Межозерья, а рыцарь Бонд горячо обещал быть его опорой в восстановлении трона. Графиня Бонд была на небесах от счастья, выставляя напоказ руку с великолепным бриллиантом на пальце.

* * *

Тарантас Пелеи мигом доставил их до того окраинного городка, где они оставили Лукора. За воротами жилища лекаря Мазея они увидели самого Лукора, сооружающего для детворы лекаря огромные качели с изящной подвешенной лодкой. Работа как раз подошла к концу: брат Пелеи рассадил детвору по скамеечкам в лодке и стал мощно раскачивать. Поднялся радостный шум и визг детей…

Лукор не терял времени зря. Он не только построил детям качели, но и научился у лекаря Мазея изготавливать мази из некоторых трав и минералов. В их рыбачьем посёлке считалось, что врачевание – удел женщин. Мужчины должны были постигать рыбацкое ремесло. С тех пор, как два года назад их знахарка Ведея покинула этот мир, им самим приходилось разыскивать травы и снадобья. Мальчишкой Лукор целыми днями бродил с Ведеей, тёткой его отца Дегала, по озёрным зарослям, помогая выискивать нужные компоненты лекарств. Это даром не прошло. После смерти Ведеи глубоковские жители всё чаще стали обращаться к нему для излечения своих недугов. Лукор по-юношески конфузился, стесняясь «старушечьего» дела, но помогал обращавшимся.

Встреча с лекарем Мазеем перевернула все детские понятия Лукора. Он обратился к Пелее с просьбой вернуться к Мазею для обучения после того, как они съездят домой.

– Я уже договорился с лекарем, и он даже не против, чтобы я сейчас же остался у него. Но я должен отвезти тебя на Глубоковский.

– Братец! Я очень рада твоей договорённости с лекарем Мазеем. Тебе не нужно отвозить меня домой, ведь сюда ты без моей помощи будешь долго добираться. Тем более, меня есть кому сопроводить и защитить, – улыбнулась Пелея, указывая на входящих во двор Баята и Принца. – Оставайся и учись, сколько тебе надо.

– Баят! – воскликнул Лукор, бросаясь в объятья жениха Пелеи. – Ты стал таким… мужественным.

– Брат, – радостно принял его в свои объятия Баят, – вот ты действительно возмужал и повзрослел.

Дошла очередь и до Принца. Он увидел, как сильно Лукор любит свою сестру. Тот по-братски обнял Принца, испытывая благодарность за защиту Пелеи:

– Прости брат, – тихо произнёс он, – я поначалу не доверял тебе. Но ты великий воин.

Ещё несколько дней назад такая похвала от юного человека вознесла бы его на вершину блаженного самодовольства. Но сегодня, в свете той миссии, которая была возложена на него Полем, Принц мог только радоваться обретению в лице Лукора не просто друга, но и брата.

* * *

Пока все были заняты обсуждением пребывания Баята в Межозерье, Принц, не привлекая внимания, стал раскачивать детей на качелях, что позволило ему незаметно переместиться на то место, где они попали в засаду. Как Принц и предполагал, рыцарь Броз не стал искать новое место. Здесь оставались лодки, на которых приплыла Пелея со спутниками. Сюда, по мнению рыцаря, они и должны вернуться.

Отряд рыцаря, значительно увеличившийся со времени первой засады, изменился и качественно. Если в первый раз с ним были слуги из его замка, злобные, жестокие, но не лучшие воины наместника, то сейчас под командованием Броза находились все, на кого опирался в своих грязных делах наместник Бизел. Сюда были отправлены трое из четверых самых безжалостных «воспитателей» замка в закрытом ущелье Лиам. Головорезы, привыкшие выполнять различные поручения, подобные этому, не торопясь готовили ловушки в виде ям и сетей перед лежавшими на берегу лодками. Сами нападающие были распределены поровну по обеим сторонам прибрежной пустоши.

Принца от глаз головорезов Броза скрывал одинокий густой куст позади зарослей, с трёх сторон обрамляющих поле будущего неравного боя. Позади себя Принц заприметил огромное дерево.

Внезапно Принц уловил какой-то странный свист. Молниеносно развернувшись всем телом, он инстинктивно поймал предмет, летящий в него. Это была серебряная стрела, выпущенная со стороны дерева. Не раздумывая, Принц бросился к дереву. За то время, пока он преодолел метров семьдесят, отделявших его от врага, в него были пущены ещё две смертоносные стрелы. Первая, от которой Принц закрылся щитом, пробила защиту и вонзилась в ветку кустарника. Следующая стрела была отражена мечом, силу которого она преодолеть не смогла.

Следом ему навстречу с дерева спрыгнул мускулистый полуобнажённый человек с мечом. Это был четвёртый «воспитатель» замка ущелья Лиам, мерзкий убийца, не раз выполнявший самые гнусные приказы наместника. На этот раз он был послан убить серебряными стрелами мужчин, сопровождавших Пелею. Но об этом задании не знал даже рыцарь Броз.

Принц не стал затягивать бой. Легко отразив выпад врага, он снёс его голову с плеч мечом возмездия и тут же перенёсся назад, продолжив как ни в чём не бывало раскачивать качели. Но всплеск его эмоций, несущих смерть, услышала Пелея, оставшаяся наедине с возлюбленным. (Лукор поспешил с новостью о том, что он остаётся, в кабинет лекаря Мазея).

Переменившаяся в лице Пелея бросилась к Принцу. Ничего не понимающий Баят пустился вслед за ней.

«Что? Что произошло?» – выкриком прозвучал в голове у Принца вопрос. Затем появилась она сама с женихом. «Я услышала, будто кого-то убили!».

Принц, Баят и Пелея отошли от детей в другой угол двора, где Пелея без сил опустилась на скамейку. Принц подробно описал всё, что видел и что произошло. Пришлось немного объяснять Баяту о необыкновенных дарах Поля Принцу и некоторых дарах Пелее.

– Мы можем переместиться в Глубоковское, минуя врагов, – говорил Принц и задумчиво вертел в руке пойманную серебряную стрелу, – но это не решит проблему а усугубит её. Они могут напасть на посёлок.

– Броз не отступится от своих замыслов, – решительно произнес Баят. – Я кое-что знаю о нём. Однажды, проиграв на рыцарском турнире, он два месяца ждал возможности отомстить обидчику. В конце концов, он убил рыцаря Цуга из Пригорья, нанеся удар в спину. Из Пригорья, где находится родовой замок Брозов, он бежал, опасаясь мести Цугов. Понятно, что наместник с радостью принял убийцу. Мы должны уничтожить злодеев. Те, кто нас поджидает, не склонны щадить.

– Всё же Пелее не стоит появляться перед злодеями. Но и в посёлке её может поджидать опасность, – ответил Принц, продолжая вращать пальцами серебряную стрелу.

Неожиданно он бросил её на землю и мечом легко разрубил пополам, что сделать обычным клинком было невозможно.

– Мне сподручнее одному сразиться с врагами, – подытожил Принц. – Баят, в посёлке будь внимателен. Сразу расспроси о том, кто в гостях, неважно, свой или чужой.

– Но как ты один против стольких врагов? – еле слышно прошептала Пелея. Её голубые глаза, полные тревоги за Принца, напоминали бушующее море. – И как мы узнаем, если что-то случится?

– Всё будет хорошо со мной. А вот вам может лучше переждать здесь?

– Этим мы спровоцируем наместника напасть на Межозерье, а они ещё не готовы вступить в бой, – ответила на это Пелея и умилённо посмотрела на веселящихся детей.

Принц блеснул появившимися на нём доспехами и внезапно исчез, сказав напоследок только: «Попрощайтесь за меня!».

* * *

Принц всё же решил сначала проверить рыбацкий посёлок. Неожиданное появление рыцаря в сверкающих доспехах привело рыбаков в замешательство. Впрочем, длилось оно всего несколько секунд, а затем они похватали вёсла и дружно двинулись на него. Принц в знак мира поднял обе руки и крикнул:

– Я друг Пелеи. Она в опасности. Наместник Бизел пытается насильно взять её в жёны. Скоро она и ваш бывший рыбак, её возлюбленный Баят, появятся здесь. Нет ли кого чужого в посёлке?

Рыбаки остановились, видя, что рыцарь не поднял оружия против них, но вёсел не опустили. Из переднего ряда к нему обратился, по-видимому, старший:

– Это ты ночевал ныне в Дегаловой хате?

Принц удивился, что слух о нём дошёл и до рыбаков, которые ещё до рассвета были на воде. Он твёрдо ответил:

– Да, я.

– Вы с Пелеей и Лукором на двух лодках ушли в Межозерье за товаром?

– Да.

– А где же Пелейка с Лукором?

– Лукор остался у лекаря Мазея. Пелея нашла в Межозерье Баята, и скоро они приедут, – Принц заговорил с ними простым понятным языком. – Так вот, мне надо дальше, по делам спешить, а вы уж тут приглядите, чтобы их никто не обидел.

– Ну вот, с этого и надо было начинать. Это он у Мизеи был, – опустил весло старший. За ним последовали другие. – Мы не очень-то привычные к вашим волшебным штукам, – примирительно обратился он к Принцу, – а своих в обиду не дадим. Так что поспешай, мил человек, по своим делам. Еська, Фолька! – крикнул он рыбакам, после чего вперёд вышли два подростка. – Пробегите-ка по Глубоковским – чужих пошукайте. Мигом! И ко мне.

Рыбаки стали возвращаться к прерванной работе. А Принц, видя, что на него перестали обращать внимание, переместился к месту засады. Он знал, что Пелея слышала его переговоры с рыбаками, но он не хотел, чтобы она слышала то, что будет происходить с ним далее.

* * *

Принц понимал, что врагов очень много для одного: могут просто опутать сетями или булами (связанными между собой двухметровой веревкой продырявленными булыжниками), которые он видел у некоторых негодяев. Рассчитывать на одну только силу меча и небольшое замедление времени было неразумно. Надо было в полной мере использовать дар перемещения в пространстве и во времени. Поэтому он немного потренировался с пользой для себя. Он появился в различных местах за спинами врагов и осмотрелся, нет ли ещё каких-либо сюрпризов от Броза и особенно от Бизела.

Принц начал с дерева, где лежало обезглавленное тело лучника. На песке остался только его след, ведущий к дереву. Принц подумал: «Этот полностью рассчитывал на себя и шума не поднял. Он просчитался. Как и те, кто ждут нас в засаде».

Перемещения и наблюдения показали, что Броз и наместник посчитали предпринятые меры достаточными. Тогда Принц пошёл в атаку. Решив оставить рыцаря напоследок, он сначала возник перед ним, ведь именно Броз должен дать команду своим головорезам. Рыцарь развеял мизерные надежды на своё благородство. Принца представлял, что Броз увидит перед собой обидчика и бросится на него. Вместо этого рыцарь смертельно побледнел при появлении Принца и закричал истошным голосом, скрываясь за спинами слуг: «Убейте его!».

В какофонии раздавшихся вслед за этим звуков Принц различил свист запущенных в его сторону булов.

Переместившись на десяток шагов в сторону берега, Принц успел заметить, что несколько злодеев упало с опутанными ногами. Замешкавшаяся было, толпа бросилась к нему. Принц отступил дальше к лодкам. Обескураженные нападающие продолжили гнаться за ним, пока пятеро не упали в ямы с заостренными кольями, подготовленными самими бандитами. По бокам сработали сети, опутав еще троих.

Использовав их ловушки, Принц стал перемещаться в другую от озера сторону, уводя врагов к кустам. Он с шумом пробрался через кусты, чтобы злодеи последовали за ним. Здесь пришло время достать меч правосудия, и шестеро бандитов остались лежать за кустами.

Принц переместился ещё дальше от берега, чтобы увидеть, как много врагов преследует его. Из кустов медленно стали появляться его противники, пытаясь окружить его. Принц заметил, что их было более трех десятков. В течение следующих минут, а может и часов (он утратил чувство времени), Принц продолжал выдёргивать врагов и уничтожать их поодиночке.

В конце концов, Принц увлёк за собой оставшихся шестерых злодеев к месту начала сражения, чтобы дать финальный бой.

Когда последние головорезы были повержены, Принц бросился разыскивать рыцаря Броза. Он осмотрел все места, где происходили стычки со злодеями, но рыцаря среди них не нашёл. Наконец он заметил, что на берегу нет лодок. На песке валялись только спутанные и изрезанные сети.

Кровь ударила в голову Принца от волнения за Пелею и Баята. «Сколько времени прошло? Успею ли я на помощь?». Он никак не мог сосредоточиться, чтобы переместиться. Лишь несколько минут спустя, немного успокоившись, готовый к самому худшему Принц оказался на берегу озера в рыбачьем поселке Глубоковский.

* * *

Пелея и Баят, обескураженные внезапным решением и исчезновением Принца, стояли во дворе лекаря, вопросительно глядя в глаза друг другу.

Неожиданно взгляд Пелеи переменился. Баят заметил, что она как будто ушла в свои мысли. Так оно и было: Пелея услышала мысли Принца, отражающие его встречу с глубоковскими рыбаками. Затем мысленная связь прервалась.

Пелея не стала объяснять всё Баяту, оставив это на потом. Она понимала, что разговор будет долгим, и вместо этого ласково заглянула в глаза любимого человека и мягко, но решительно сказала:

– Нам тоже пора.

Прощание с Лукором, лекарем Мазеем и его домочадцами и выезд за стену заняли много времени. Лишь минут тридцать спустя тарантас стоял за воротами родной избы.

– Пойду, узнаю у соседей, нет ли кого чужого в посёлке, – сказал Баят, подходя к калитке, – пока ты обнимешь мать.

Не успел он сделать и двух шагов, как услышал крик Пелеи. Баят молнией возвратился назад, где его взору предстала ужасная картина: рыцарь Броз с двумя головорезами уносили опутанную веревками Пелею.

При виде Баята Броз крикнул негодяям, чтобы доставили Пелею Бизелу.

– А у меня ещё будут здесь дела, – приглушённо добавил он. – Я расправлюсь с этим юнцом и подожду здесь того, который там, на берегу, если его там не прикончат.

Баят хотел броситься за Пелеей, но на его пути стоял злобный рыцарь. Хоть он и лишился правой руки, Баят знал, что левой рукой Броз владеет мечом не хуже правой. К обрубку был приделан крюк, за который был зацеплен щит.

Баят бесстрашно устремился на врага, который собирался расправиться с ним одним хорошо подготовленным ударом. Поэтому Брозу пришлось поначалу небрежно обороняться. Он получил несколько чувствительных ударов, пробивших его доспехи, и, наконец, понял, что перед ним уже не тот рыбак, который с неохотой, злобно сверкая глазами, но всё же выполнял его приказы, когда рыцарь бывал в поселке, чтобы отобрать половину улова для двора наместника. Теперь на рыцаря был направлен решительный, твёрдый взгляд воина.

Тень страха на мгновение мелькнула в глазах жестокого рыцаря. Это увидел Баят и нанёс смертельный удар мечом в грудь противника. Но это был первый враг, убитый Баятом, жестокий, до последней минуты всеми силами цепляющийся за жизнь воин. Собрав всю свою злобу в один последний рывок, умирающий рыцарь нанёс свой неожиданный удар и пронзил правый бок юноши.

* * *

На берегу толпились рыбаки, с которыми Принц встречался не так давно. Приблизившись, он увидел, что они стоят вокруг распростёртого на земле тела подростка и склонившегося над ним старшего из рыбаков.

Принц быстро подошёл к мальчику.

– Ничто, наверное, не поможет ему, – едва сдерживая рыдания, произнёс старший, показывая на огромную рану в груди, из которой хлестала кровь. – Мы лишь на пяток минут отлучились с берега, чтоб улов разнести по домам…

Принц просунул руки под спину и голову мальчика, и они переместились в Поле. Исцеление произошло мгновенно: кровь перестала течь из раны, которая начала затягиваться на глазах; щёки подростка окрасил румянец. Принц вернулся назад. Всё произошло в мгновение ока.

– Фолька, вот он и Еська, – продолжал свой рассказ старший, – обежав посёлок, на берегу караулить остались. Вдруг Еська бежит: «Чужие! Чужие! Там, на берегу!». Мы бегом сюда. А тут – Фолька лежит… и вон тот – не ушёл, гад!

Принц глянул, куда указал рыбак, и увидел человека, лежащего на земле с проломленным черепом.

В это время мальчик открыл глаза и, порываясь встать, быстро заговорил:

– Быстрее! Трое дальше поплыли. Один остался лодки дырявить. Я побежал предупредить, он за мной гнался.

Мальчик обессиленно затих и уснул.

– Сынок! Очнись! Ты жив? – старший подхватил его на руки из рук Принца.

– С ним всё будет хорошо.

Принц бережно передал мальчика отцу и бросился бежать к избе Пелеи, забыв, что может перемещаться. За ним последовали все рыбаки, кроме старшего. Тот понёс сына домой.

Принц вбежал во двор и увидел Броза, лежащего посреди двора, и Баята, привалившегося к забору с торчащим мечом в боку. Вместе с рыбаками осмотрели весь дом и постройки – Пелеи нигде не было. В погребе нашли связанную Мезею. Она была жива, но придя в чувство, только и смогла сказать: «Вбежали трое. Больше ничего не помню».

Со двора крикнули:

– Баят живой ещё! Стонет!

Принц выбежал из избы, где с Мезеей остались заботливые соседки, набежавшие со всего поселка. Баят снова еле слышно застонал и пошевелился. Принц, как до этого мальчика, взял Баята на руки и переместился в Дикое Поле.

* * *

На этот раз рядом с ними мгновенно появился дежурный Страж Чистоты Поля.

– Халд, из Заозерья! – представился он, понимая, что Принц вряд ли запомнил его после единственной встречи.

После того как Поле сделало своё дело и к Баяту вернулись силы, Халд рассказал им, что через Поле прошли трое семиозерских. Кто и куда? Ему определить было невозможно. Дальнейшее пребывание в Поле грозило Баяту неприятностями. Принц, не зная, куда утащили Пелею, решил довериться интуиции.

«Конечно! Как я мог забыть!». Принц мысленно осуждал себя и по-настоящему стукнул себя кулаком по лбу.

– Вспомнил! – пояснил он Баяту. – Маг Пореус говорил, что наместник Бизел будет ждать Пелею во дворце, построенном для неё – сто тридцать седьмой жены. Мы должны успеть.

Принц схватил Баята за плечи и переместился с ним во вновь построенный прекрасный замок из светло-голубого камня с позолоченными решётками на окнах и куполами на трёх башнях.

– Вот она, золотая клетка для моей Пел ей! – гневно воскликнул Баят. – Ну, погоди, жирный боров!

Он бросился к ближайшей двери, которая оказалась незапертой. За ней орудовали пятеро поваров.

Принц поспешил за ним. Вдвоём они, припугнув поваров, чтобы те не поднимали панику, поспешили в башню. Там наместник Бизел дожидался, когда приведут доставленную двумя негодяями (в награду они были удостоены чести пировать с ним) Пелею. Она была передана двум его старым жёнам, не раз помогавшим губить юных дев.

Надо было видеть лицо наместника, когда в зале у стола, за которым он сидел, появились два грозных воина. Сидевшие поодаль за столом поменьше двое злодеев бросились на них. Принц выдвинулся вперёд и преградил им путь. Только дважды блеснул меч, и головы негодяев покатились ему под ноги.

Наместник завизжал, как свинья, и бросился к дверям приготовленной для него и Пелеи комнаты с огромной кроватью посередине. Он безуспешно пытался залезть под кровать, затем вскочил, бросился к широкому окну и вывалился наружу.

Оказавшиеся единственными (кроме старух-жён) слугами в замке, повара быстро убрали трупы двух негодяев и навели порядок.

Принц удержал Баята, который порывался спасать Пелею. Прочитав мысли наместника о ней, Принц решил разыграть душещипательную сцену. Когда старухи втащили упирающуюся Пелею в зал, где за столом сидели Принц с Баятом, произошла немая сцена, длившаяся не больше минуты, после чего старухи бесшумно исчезли, а Пелея бросилась к Принцу и Баяту, громко плача и отвешивая им полновесные пощечины и тумаки.

* * *

Пока Баят успокаивал Пелею, выплеснувшую на них свои чувства от всего пережитого за последний час, Принц успел побывать в доме Мезеи. Там он не только успокоил встревоженную мать, но и сообщил рыбакам радостную весть: «Наместника Бизела больше нет! Грядут большие перемены!».

Затем он вновь оказался в центральном замке в башне мага Пореуса, который его уже ждал. Принц не стал допытываться у мага, как он получает информацию, но всё, что происходило сегодня, было до мельчайших подробностей известно магу. Они обсудили вопросы, касающиеся их взаимоотношений. Остальное решено было обговорить в замке Пелеи, как они решили называть этот вновь построенный и так и не осквернённый Бизелом дворец.

Уже начинало смеркаться, когда Принц переместился к друзьям. Через несколько минут к ним присоединился и маг, успевший позаботиться о слугах для этого замка.

– Разрешите объявить вам волю Дикого Поля относительно Королевства Семи Озёр, – торжественно начал маг Пореус. – Посоветовавшись с ныне действующей королевой Ланой, предлагаем: до вступления на престол наследного принца Рея назначить правящий триумвират…

– Это ваши проделки, маг Пореус? – воскликнул неожиданно появившийся граф Волье.

После нескольких минут, ушедших на приветствие графа, маг вновь зачитал начало и провозгласил:

– Страж Чистоты Поля Пелея – ответственная за использование ресурсов Поля; маг Пореус – экономические вопросы; граф Волье – общее политическое руководство. Помощником графа Волье по озёрной части королевства назначить Баята, которого Принцу в ближайшее время необходимо посвятить в рыцари. Временный триумвират подготавливает королевство к обретению короля. Формальное отречение королевы Ланы в пользу принца Рея будет оглашено перед его коронацией.

– Ура! У нас скоро будет король! – полушёпотом воскликнула Пелея. Она по-девчоночьи бросилась к Принцу и поцеловала его в щёку, мысленно добавив: «Как, брата!».

После взаимных поздравлений и посвящения Баята в рыцари состоялось первое расширенное совещание триумвирата. Были поставлены первоочередные задачи и решены насущные вопросы.

Перед тем как далеко за полночь уйти в приготовленную для него слугами комнату, граф задал всё время мучивший его вопрос:

– Теперь я могу увидеть свою дочь?

– Это было тайной Бизела, которую он запретил мне открыть вам, – голос мага прозвучал сочувствующе сокрушенно, – но ваша дочь не перенесла разлуки с сыном, которого в четырёхлетнем возрасте отняли у неё.

Голова графа Волье поникла от горестных мыслей, но внезапно он выпрямился и с надеждой в голосе спросил мага:

– А внук жив?

– Не хочу Вас ни обнадёживать, ни огорчать. Все дети наместника отправлялись в замок ущелья Лиам, куда доступ мне был запрещён.

– Кстати, – прервал этот тяжёлый для графа и мага разговор Принц, – завтра в первую очередь займёмся этим замком. Сейчас уже поздно.

* * *

Оставшись один, Принц переместился в Святилище Королей. У него было много вопросов к Полю.

Святилище вновь приобрело свой прежний вид. Но были видны и значительные перемены: мрачным пятном темнел вход в подземелье, расположенный сразу за пустыми тронами; свет лился только на тронную часть зала.

Принц оказался сидящим на одном из тронов. Перед ним стоял Страж Поля Халд, которого он уже встречал сегодня.

– Привыкай говорить с подданными, сидя на троне, – чётким механическим голосом произнёс Халд. – Да, я – Поле в образе дежурного Стража. Или тебе будет удобнее облик красавицы Пелеи?

Поле видело его тайные помыслы.

– Нет, нет! – быстро сказал Принц.

– Если хочешь, она будет твоей второй женой, после принцессы Лии.

– А как же Баят?

– Он мог не выжить уже вчера. С ним может что-нибудь случиться сегодня.

– Нет! – решительно воскликнул Принц. – В твоих силах сделать меня верным одной единственной моей избраннице!

– Хорошо, – проговорило Поле устами Халда, окончательно закрывая этот вопрос. – Ты понимаешь наше с королевой Ланой решение не сразу короновать тебя?

– Да. У меня ещё много дел помимо управления королевством и…

– Верно! Но ещё твоим подданным нужны радость и ожидание перемен к лучшему. Есть много сюрпризов, которые я преподнесу твоим подданным. Например, дочь графа Волье и её сын…

– Они живы?

– Да, и утром вы узнаете обо всём. Вас многое поразит в ущелье Лиам. Кстати, это родовой замок короля Блуда. Там при помощи волшебства сокрыт золотой жезл с алмазом, который способен явить миру только ты один. Нет больше никого в Дикополье, в ком есть капля крови короля Блуда, но с такими же полномочиями, как у тебя.

– А на Земле?

– Есть твой отец.

– Почему правит королевством моя мать?

– Это я для моих мудрых целей соединило их и передало королевство твоей маме. Я даю тебе ещё один дар, который понадобится вскоре: силой мысли ты будешь управлять светом.

* * *

На рассвете все гости замка были уже на ногах. Слуги и повара, поднявшись задолго до восхода солнца, приготовили им поистине королевский завтрак. Пелея, успевшая обежать и рассмотреть комнаты дворца, была поражена его великолепием. За завтраком она спросила:

– Маг Пореус, кому будет принадлежать этот замок?

– Это решит Принц.

– Верно! – воскликнул Принц. – Вчера, посвящая в рыцари, я сделал немаловажное упущение: не объявил о даровании этого замка.

Принц поднялся из-за стола и провозгласил:

– Отныне этот замок со всеми его слугами принадлежит рыцарю Баяту!

Гости и слуги, собравшиеся в зале, хором прокричали:

– Слава Принцу Рею!

Особенно это обрадовало Пелею. Принц услышал радостные мысли и увидел в её голубых глазах бесконечную благодарность. Баят не мог поверить во всё, что произошло с ним ночью, когда Принц посвятил его, и в то, что происходило сейчас. Он смотрел на Пелею и радовался с ней вместе.

Когда все немного успокоились, и завтрак продолжился, граф опять обратился к магу:

– Как умерла моя дочь?

– Я не знаю, как, и умерла ли она, но со слов наместника и слуг я знаю, что разум её помутился, и она исчезла в Диком Поле, – произнёс маг.

Граф вновь опустил плечи и голову.

– Не печальтесь прежде времени, граф, – вступил в разговор Принц. – Ваша дочь и её сын живы.

Все, включая мага, с изумлением посмотрели на Принца, а граф Волье выпрямился всем телом и с мольбой в голосе обратился к нему:

– Скажите, Принц, Вы что-то знаете о них?

– Я сказал то, что знаю, – твёрдо ответил Принц. – В ущелье Лиам мы найдём их.

* * *

Для поездки в ущелье Пелея предложила свой тарантас. Никто не стал возражать, так как всем не терпелось поскорее увидеть это таинственное место. На сборы ушло всего несколько минут. Через минуту они оказались в ущелье.

Перед путниками, выпрыгнувшими из тарантаса в высокую, выше их роста, густую траву, лежало нагромождение огромных камней между двумя неприступными скалами.

– Под нашими ногами, – указал вниз маг Пореус, – старая королевская дорога. Трава растёт с обеих сторон, но сквозь брусчатку не прорастает.

Принц и Баят разрубили крепко сцепившиеся растения и откинули их в сторону. Открылась ровная и гладкая поверхность дороги, уходившей куда-то под завал.

– Этим путём не пользовались со времён короля Блуда, – продолжил рассказывать маг, – но есть и другой проход. Однако там больше времени уйдёт на прохождение ловушек и капканов. Мы быстрее расчистим здесь.

Стоило ему закончить говорить, как стали происходить странные и непостижимые для спутников мага вещи. Камни пришли в движение под действием незримой силы и начали перемещаться с места на место, закатываться друг на друга и вскоре образовали проход между скалами, достаточный для проезда двух карет одновременно.

За поворотом дороги, огибающей скалу слева, открылась большая площадь перед увитым огромными лианами замком с мрачно чернеющими глазницами-окнами многочисленных башен. Стояла мёртвая тишина. Гулкое эхо шагов людей звучало набатом.

Парадный вход был завален всем тем, что только могло находиться в замке: картинами, статуями, доспехами, предметами мебели, кухонной утварью и одеждой. Несколько минут ушло у мага, чтобы разобрать этот завал и вернуть на место массивную резную дверь. На свои места по бокам лестницы взгромоздились статуи львов.

Просторный когда-то зал, входом в который оказалась дыра оконного проёма, напоминал берлогу для четверых медведей: в разных углах из тряпья, растений и шкур были устроены четыре лежбища.

– Здесь, – указал маг на лежанки, – жили «воспитатели», уничтоженные Принцем вчера, а там, – он ткнул в темноту за лестницей, ведущей наверх, – вход в подвал.

Принц осветил лестницу и весь зал. Широкая лестница, раздваиваясь посередине, вела вдоль стен на следующий уровень, скрывающийся в густой растительности, которая нависала над залом. Местами огромные ветви, явно обрубленные, доходили до пола, образуя естественные стены для «берлог». Вдоль зала к лестнице вела просека – так можно было назвать этот вырубленный неширокий проход.

Ещё несколько минут потребовалось магу, чтобы очистить зал от растительности, проросшей через окна, двери и даже дымовые трубы.

Пока маг Пореус очищал замок от многовекового запустения и приводил его в приличествующий вид, Принц, Пелея, Баят и граф Волье продвинулись к лестнице, где мрачно зиял проём. Ступени вниз отсутствовали. Мощная решётка с мелкой ячейкой закрывала этот проём.

– Здесь что, держали преступников? – спросила Пелея.

– Нет, здесь наместник держал своих сыновей, – не прекращая работать, ответил маг. – Для него они были страшнее преступников.

– Как! Но ведь это чудовищно! – воскликнул граф Волье.

– Я так и сказал Бизелу, когда он предложил мне построить что-то подобное, – прокричал маг откуда-то из глубины замка. – А когда он нашёл этот заброшенный замок, то запретил мне бывать здесь.

– Надо спуститься вниз! – Граф стал яростно дергать неподвижную решетку. – Там могут быть живые дети!

– Теперь мы займёмся подвалом, друзья, – пробормотал маг, закончив очистку наземной части замка. – Будьте осторожны, ведь наместник собирался «вырастить из своих сынов всепожирающее чудовище», как он не раз говорил.

Маг убрал решётку и восстановил лестницу. Принц осветил спуск. Друг за другом все спустились вниз по лестнице и оказались в довольно обширном помещении с тремя дверными проемами в разных стенах.

Так как освещением заведовал Принц, он обратился к магу:

– С какой двери начнём?

– Давайте обследовать по очереди, слева направо, – предложила Пелея.

Все согласились. За стеной разлилось мягкое свечение. Исследователи, внимательно вслушивавшиеся в мрачную тишину, не уловили даже малейшего движения.

Внезапно трое – Принц, Пелея и маг Пореус – насторожились. Только они могли слышать мысли и уловили какой-то всплеск эмоций, возможно, даже радости.

Маг молнией ринулся в помещение. За ним поспешили остальные.

– Здесь нет ни единой живой души, – констатировал маг то, что они увидели. – Совершенно пусто.

При достаточно ярком свете они обследовали все углы этого небольшого помещения.

– Судя по крючьям в стенах и потолке и стеллажу во всю стену, это когда-то была кладовая. – Принц провёл рукой по полке, стирая вековую пыль. – Сюда самое малое лет сто не ступала нога человека.

– Идёмте в следующее помещение, – нетерпеливо предложил граф, – ведь должны же они где-то быть!

Все понимали причину нетерпения графа Волье. Они вернулись в коридорчик, откуда прошли в центральный проем. Здесь повсюду на полу валялись остатки еды и детские игрушки. Но никаких следов пребывания человека.

– Когда я всё восстанавливал, то заметил дыру в полу, закрытую ветвями одного из лежаков, – сказал Пореус. – Видимо, один из «воспитателей» бросал вниз еду и игрушки. Мы никогда не узнаем этого. Может быть, кто-то из злодеев проявлял сострадание к детям.

Между тем, здесь тоже не было заметно, чтобы кто-то заходил сюда или брал куски, разбросанные по полу.

Сама комната была когда-то мастерской по ремонту доспехов и вооружения: справа, вдоль стены, стоял крепкий стол-верстак; у стены напротив висели доспехи. Далее была ещё одна дверь, за которой на полу и на полках громоздились горы предметов вооружения и защиты: копья, мечи, шлемы, щиты, кольчуги; на стенах висели луки и колчаны со стрелами.

Надежда покинула графа Волье. Он спросил, ни к кому не обращаясь:

– Почему же они не брали эту пищу?

– Потому что страх сильнее голода, – промолвила Пелея и пояснила: – Скудный свет из дыры освещал доспехи на стене. Они ужасали до смерти напуганных детей.

– Видимо, их спускали вниз в правой части, – продолжил её мысль Баят. – Отсюда через проём виден «чёрный рыцарь» – так выглядят доспехи. Дети боялись идти в эту сторону. Здесь, – он указал на правый дверной проем, – мы найдём ответы на все наши вопросы.

Принц осветил последнюю часть подвала, оказавшуюся самой объёмной. Дюжину комнат различных размеров и назначений удалось обследовать в течение следующего часа. В них были видны некоторые приметы, указывающие на недолгое пребывание детей, но ни их самих, ни их останков (о чём путники боялись даже думать) в подвале не оказалось.

В винном погребе, ступени в который вели ещё глубже вниз, маг обследовал не только закоулки, но и содержимое огромных бочек. В них было прекрасно сохранившееся и улучшившееся за много веков вино. В верхних комнатах подвала были найдены кувшины с этим вином, из которых пили не так давно. Множество детских следов на полу вселило надежду в графа. Но здесь были и следы взрослого человека в кожаной обуви.

– Может быть, кто-то спас их? – озвучила общую робкую мысль Пелея, когда они вновь вышли к лестнице. – Маг Пореус, Вы могли бы восстановить всё в том виде, как это было до нас?

– Попробую.

Маг привёл в движение лестничные ступени, которые образовали бесформенную груду. Вернулась на место массивная решётка. Снизу к ней на верёвке был подвязан небольшой деревянный короб. Теперь они рассмотрели в решётке едва заметный люк, пролезть в который взрослому человеку не представлялось возможным.

– Теперь понятно, как дети попадали сюда. – Пелея подошла к стене, которую ранее закрывали ступени. – Здесь ход в стене! – вдруг крикнула она.

Ступени лежали так, что прикрывали отверстие в стене со всех сторон, кроме одной. Люди легко протиснулись в отверстие, за которым был коридор в человеческий рост, уходящий далеко вперед. Ход вывел их в очень густой лес, где свет почти не проникал сквозь растительность. Принц соорудил подобие фонаря из камня, подобранного по дороге, поместив его в свой шлем. Они медленно продвигались по растительному лабиринту, ориентируясь по многочисленным следам.

Внезапно маг Пореус насторожился, попросив спутников замолчать и остановиться. Он уловил движение живого существа, которое приближалось, идя к ним навстречу. Вскоре из-за густой растительной стены вынырнула тёмная фигура немолодого человека с коробом за плечами.

Баят и Принц отрезали незнакомцу путь для отступления, но тот так опешил при виде людей, что несколько минут стоял в оцепенении. Спустя какое-то время у незнакомца стали появляться мысли о каком-то существе, которое неверно проинформировало его. «Это вовсе не новый малыш, – прозвучало в голове незнакомца. – Кто же эти люди? Чего мне от них ждать?».

– Мы ищем детей, которых жестокий правитель бросал в подвал, – первым нарушил долгое молчание маг.

В голове незнакомца зародилось сомнение. Он спросил:

– Король Блуд уничтожает маленьких мальчиков?

– Короля давно нет. Правили королевством наместники…

– Значит, верно говорила Тила, – прервал незнакомец мага, – наместник Бизел – жирное чудовище… Вы его люди?

– Тила – моя дочь! – вскрикнул граф Волье и схватил незнакомца за руку. – Она жива?

– Мы уничтожили это чудовище – наместника Бизела, – заявил Баят. – Жив ли кто-то из детей?

– Все живы, – незнакомец проникся доверием к графу, у которого слёзы струились из глаз. – Тила жива, и дети живы.

Граф воспрянул духом. Он вцепился в плечо незнакомца:

– Добрый человек! Отведи меня к моей дочери!

* * *

По дороге Керд – так он представился – рассказал о том, что впервые их предупредила о малыше в подвале летучая мышь. С тех пор она прилетала всякий раз, как спускали корзину с мальчиком. На этот раз мышь ошиблась.

Более часа продолжался их поход. Керд быстро и уверенно продвигался во тьме лабиринта. Когда Принц предложил освещать для него путь, Керд сказал:

– Мои глаза теперь лучше видят во тьме, чем при свете.

Следовавшие за Кердом люди пытались не отстать от него. Принцу всю дорогу приходилось высоко держать фонарь, выхватывавший из темноты небольшой отрезок пути. Благо что на пути следования им под ноги не попадались камни, которые громоздились по бокам прохода.

Когда дорога стала казаться им бесконечно долгой, Керд раздвинул полог из тонких густых ветвей и вывел их на обширную поляну, если это можно было так назвать. Густые ветви, создающие полумрак, сплетались на высоте десяти-пятнадцати метров над землёй. Скудный свет проникал откуда-то сбоку, ниже растительного свода.

Как только вслед за Кердом на поляну вышли «чужие», на ней произошло скоротечное движение. Путникам, чьи глаза ещё не привыкли к полумраку, показалось, что множество теней бесшумно скользнуло по поляне и исчезло по её сторонам.

Граф Волье бросился вперёд, к центру поляны, призывая сорвавшимся от волнения голосом дочь:

– Тила! Тила, дочь моя!

– Отец!

С криком неимоверной радости из-за ветвей на поляну выбежала очень молодая женщина, одетая в длинную юбку и кофту из грубого домотканого материала растительного происхождения. За ней с криком «Мама! Мама!» бежал мальчик лет восьми-девяти, поразительно похожий на графа.

Когда разомкнулись радостные объятия, женщина стала успокаивать мальчика:

– Не бойся, Волий! Это твой дедушка. Люди, которые с ним, не причинят нам зла и не отнимут тебя у меня…

* * *

После долгожданной встречи граф ни на минуту не отпускал руки дочери, боясь снова её потерять. Тила рассказала, что с ней произошло после того, как её похитили из родного поместья:

– Злодеи привезли меня в замок, похожий на тюрьму. Здесь меня уже поджидал этот жирный боров, наместник Бизел. Я была полна решимости бороться с ним, но две его жены повалили меня на кровать и держали мои руки. Так он надругался надо мной.

Сначала я хотела убить себя и искала эту возможность. Но через неделю почувствовала, что со мной что-то не так. Я поняла, что должна стать матерью. Тогда я все свои усилия направила на то, чтобы защититься от дальнейших посягательств Бизела. После нескольких неудачных попыток он отступился. Говорили, завёл новую жену.

Хотя я жила, как в тюрьме, я больше не покорялась наместнику. Повивалка Фурга приняла роды. Я более менее спокойно растила своего сына. Повивалка, которой я доверяла, предала меня. Когда я в очередной раз впустила её взглянуть на мальчика, которому исполнилось четыре года, она открыла дверь двум злодеям. Меня вытащили из замка и привязали к дереву напротив крыльца. Я видела, как злодеи уносили до смерти напуганного, кричащего малыша. Я зубами перегрызла веревки и побежала в том направлении, куда исчезли похитители.

Долго я блуждала по посёлкам и замкам, разыскивая своего мальчика. Во всех семи озёрах видела я свое отражение. Я превратилась в грязную, оборванную старуху, от которой люди шарахались в стороны. Никто не мог сказать мне, где мой сын, пока я не встретила повивалку Фургу. Я не задушила её только потому, что в этот момент рожала женщина, которой нужна была её помощь. Всё же она рассказала мне, что всех мальчиков наместника увозят в ущелье Лиам.

Преступив через все запреты наместника, я бросилась в Дикое Поле. Оно и вывело меня к Источнику молодости, где меня нашла Миза, жена Керда… Мой сын оказался здесь. Источник вернул мне молодость, а сын – желание продолжать жить.

Тила закончила свой рассказ. Вместе с сыном они взяли седого графа под руки и увели куда-то с поляны.

Теперь, на поляне находилось более сотни человек. Во время рассказа Тилы из своих укрытий по одному или парами стали появляться молодые люди и дети всех возрастов, начиная лет с пяти. Все они, готовые скрыться при первой опасности, настороженно разглядывали пришельцев, сидящих на поваленных деревьях вдоль края поляны.

– Кто они? – спросил маг Пореус Керда, указывая на толпу вокруг них.

– Мальчики – из подвала королевского замка, – ответил Керд, – а девочки – наши с Мизой дочери. Мальчиков пятьдесят семь, а девочек пятьдесят пять пока. Миза! – крикнул он в толпу. – Выходи, поприветствуй гостей!

Из-за спин детей появилась довольно молодая женщина с большим животом, приятно улыбаясь. Она встала у мужа за спиной, положив руки ему на плечи.

– Как вы оказались в ущелье, куда нет прохода из мира? – спросила Пелея и, вспомнив о Тиле, поправилась: – Почти нет.

– Я был дворником у короля Блуда. Много лет служил в замке. Мётлы сам изготавливал. Добротные мётлы были. А тут, как на грех, рассыпалась у меня метла на глазах у самого короля. Наутро вызвал он меня в замок, сам провёл в подвал, где вручил «образцовую» метлу и со словами «Иди в ущелье Лиам и сделай три такие же метлы» провёл меня через подземный ход до выхода. Тут как раз Миза возвращалась от Источника, откуда по приказу королевы воду несла.

Надо сказать, Блуд был до всех служанок охоч. Мало кто ему перечить мог, а Миза – отказала. Вот и была наказана по наущению короля. Встретил он её – и в сторону: «Теперь будешь покорна?». А она ему: «Жених у меня есть, молодой конюх». Рассвирепел тут король Блуд, отобрал кувшин с водой: «Сам королеве отдам! А ты за непокорность оставайся в ущелье со стариком. Он тебе мужем будет!».

К тому времени у меня весь интерес до женщин давно уж прошёл. Веду с собой красотку, а сам, как и Блуд, думаю: «Эх, увянет красота и ласки мужской не испытает». Недолго горевать пришлось. Сделал своё дело Источник. Начала меня моя Мизонька детишками радовать. Одними девоньками, правда. Стал я по образцу мётла мастерить, поди, тыща в куще лежит, но таких – так и не получилось. Дворник я всё же, а не мастеровой.

Ходил я изредка до замка замурованным входом полюбоваться. Всё надеялся, что смилостивится король и откроет вход. Однажды из норки под стеной мышь летучая выпорхнула, меня напугав своим верещаньем. Стал я стену ковырять в этом месте. Дыру и расковырял. Залез, а там всё по-другому – тюрьма могильная. Слышу, дитя жалобно так, безнадёжно скулит. Мальчонка долго, видать, просидел в подвале. Одичал уже, пока мышь нору сквозь стену пробила. Выходили мы его с Мизой. Наша третья дочь нынче за ним замужем. Трое деток у них уже своих.

С тех пор мышь прилетает – я бегу в замок. Пятьдесят семь пацанов добыл. Шестерых уже на дочках поженили. Остальные подрастут – поженим. Нынче вот промашка вышла. Думал, что за пятьдесят восьмым иду…

– Нет! – гневно воскликнула Пелея. – Больше детей не будет! Чудовище наместник Бизел мёртв.

– Как вы даёте детям имена? – спросил Баят.

– Мальчики сами сказали нам свои имена. Только первый забыл. Мы его Первяком и называем. А, девочек зовем: Перва, Втора, Трета, Чета, Пятиа, Шеста, Сема, Boca, Дева и Деса; следующим десяти добавили «-на». Например, Пятина. Ну а дальше «-ма», «-ра», «-та», «-да» и «-ка». Вон Первима, то бишь двадцать первая, на руках Пятику держит, – указал Керд на девочку-подростка с малышкой на руках. – Ну а Шестика скоро родится.

Баят стал расспрашивать Керда о том, где они спят, что едят и вообще чем занимаются. Керд поднялся с бревна и пригласил самим посмотреть на их быт. Баят, Пелея, Принц и маг поспешили за хозяином, который откинул полог из ветвей, закрывающих проход, и завёл их в большое помещение, ограниченное стенами и потолком из растительности.

Лёгкие растительные перегородки делили комнату на небольшие кельи, расположенные вдоль стен. Их было около пятидесяти. В каждой келье стояла кровать, над которой свисали подобия вешалок с женской одеждой. В открытых деревянных шкафчиках возле кроватей лежало множество каких-то инструментов и приспособлений. Всю центральную часть комнаты занимал длинный стол со скамьями по бокам. Во главе стола стоял красивый резной стул.

– Это комната девочек, – с нежностью в голосе произнёс Керд, – я редко здесь бываю. Если только что-то надо подправить из мебели. Тут Мизонька с девочками ткут, прядут, шьют и вяжут… Пойдёмте дальше.

– Там, – указал Керд на другую сторону поляны, – «дома» шести семей наших детей. Крайний – Миры и Первы.

– А разве не Первяк – муж Первы? – немного удивилась Пелея.

– Нет, – грустно проговорил Керд, – Первяк долго приходил в себя. Только Трета смогла немного отогреть его сердце… Тут – наше с Мизой жилище и много ещё чего, – показал он на густой полог над входом, проходя мимо. Через метров двадцать он остановился и откинул «дверь», приглашая войти. – Это комната мальчиков. Здесь командую я.

Комната почти ничем не отличалась от той, в которой жили девочки: такой же стол и кельи с одеждой над кроватями, такие же шкафчики с мелким инструментом. Но во всех простенках между кельями висели железные топоры, молотки и даже пилы.

– Откуда эти инструменты? – удивлённо спросил маг Пореус.

– Кое-что я нашёл в подвалах замка, – с гордостью ответил Керд. – Большую же часть – там, где находил еду.

Он направился к выходу.

– Теперь идёмте, я покажу свою вотчину!

Керд повёл их назад ко входу между комнатами мальчиков и девочек. За пологом открылся узкий коридорчик, уходящий далеко вглубь. Керд показал комнатку, в которой стояли широкая кровать с резными спинками и маленькая детская кроватка рядом. В стене у изголовья и рядом с детской кроваткой были устроены три ниши в виде шкафов, в которых виднелись предметы гардероба: отдельно женского, мужского и, по-видимому, детского – для младенца.

– Здесь проводим время отдыха мы с Мизой, – описал Керд круг рукой, – и такие же комнаты есть у других семейных пар.

– Судя по тому, что семейных пар уже семь, – лукаво улыбнулась Пелея, – детские комнаты скоро не смогут вместить новых деток. Или у каждой пары свои детские комнаты?

– Нет, – ответил Керд, – все дети живут вместе. Но пока младенцы будут жить в люльках, до рождения следующего мы соорудим местечко и для них в комнатах… Это моя мастерская, где я пытался изготовить мётлы для короля Блуда, – пригласил хозяин в дверь напротив.

Они вошли в помещение, стены которого до потолка были завалены мётлами. Стол и лавка возле него указывали на то, что здесь давно уже не работали. У стола стояла укрытая какой-то тёмной тканью метла, которая была воткнута в землю.

– Золотая? – спросил Принц, увидев блеснувшую в свете фонаря ручку.

– Королевская! – ответил Керд. Он хотел что-то добавить, но тут из дальнего конца коридора послышался треск и мерцающее свечение.

– Это место рядом с Источником, где мы берём пишу, – на бегу пояснил Керд. – Такое уже случалось однажды. Тогда мы нашли Тилу… А где она? Тила! – позвал он громко.

– Мы здесь, Керд! – послышалось сзади. – Мы были в моей комнате с отцом. Что случилось?

Маг первым выбежал из полутёмного коридора на естественную площадку, которую с трёх сторон огораживала, как и всё здесь, растительность, упирающаяся в гладкую отвесную стену, идущую вверх, насколько видел глаз. Полусферический потолок над площадкой заканчивался, около метра не доходя стены. Через этот просвет лился яркий свет.

Справа, переполняя каменную чашу метра три в диаметре, вытекал из скалы тонкий ручеёк. Слева огромная, отполированная до блеска ровная каменная плита с уклоном к входу упиралась поднятым краем в стену, которая озарялась яркими вспышками, сопровождавшимися треском.

– Здесь – выход в Дикое Поле, – констатировал маг Пореус. – Оно вызывает Стража.

– Нельзя дотрагиваться до камня у плиты! – испуганно крикнул Керд. – Здесь мы находим пишу. Когда я однажды дотронулся, меня отбросило далеко от стены.

Пелея подошла к камню.

– Поле зовёт меня, – сказала она и на глазах у присутствующих исчезла в стене.

Через секунду Пелея появилась снова. Её лицо выражало крайнее удивление.

– Настало время моего дежурства. Здесь время течёт по-другому. Мы здесь не более часа, а прошли уже сутки, – быстро проговорила она и, прежде чем окончательно исчезнуть, попросила мага: – Позаботьтесь о Баяте.

– Теперь понятно, почему Керд говорит о короле Блуде, – задумчиво проговорил маг. – Непонятно, как стыкуются по возрасту сыновья Бизела и дочери Керда.

– Я прошу Вас, маг Пореус, никогда больше не называть этих мальчиков сыновьями чудовища! – чётко и громко произнесла Тила, а затем добавила спокойным и доброжелательным голосом: – Что касается возраста, разгадка кроется вот в этом источнике.

Тила набрала кувшин и протянула его магу. Пореус сделал несколько глотков и весело рассмеялся:

– Обычная вода, а сколько радости, – сказал он, передавая кувшин графу. – Пейте, граф Волье, у нас много дел впереди.

Граф решительно взмахнул рукой:

– Не отравит же меня собственная дочь!

Кувшин дошёл до Принца. Он с наслаждением утолил внезапно возникшую жажду и, передавая кувшин Баяту, весело пошутил:

– Смотри, помолодеешь так, что Пелея станет тебе мамой!

– Ничего, – ответил Баят, отхлебнув добрую половину воды, – мы и её омолодим, чтобы намиловаться перед свадьбой.

Все развеселились. Даже Керд и Миза, нерешительно прокравшаяся к ним, принялись весело обсуждать мгновенные изменения в облике мага и графа: разгладились морщины и горестные складки, а волосы приобрели естественный цвет. Граф теперь выглядел, как белокурый молодой рыцарь с лихо подкрученными усами и приятной кучерявой бородкой.

Маг разогнул старческую спину и казался статным воином, рвущимся в бой. Он первым заговорил о судьбе обитателей ущелья Лиам:

– Сейчас мы открыли только вход в замок. Пока стоит решётка на спуске в подвал, сюда не попадёт ни один человек. Отсюда тоже не выйти. Дорогу со стороны Поля найти очень трудно. Принц Рей, – наконец представил маг Принца, – скоро взойдёт на трон и будет решать, как использовать замок и ущелье. В королевстве произойдут позитивные изменения, которые коснуться и ваших жизней…

Керд и Миза, не дослушав, бросились на колени к ногам Принца.

– Умоляем, – плача произнесла Миза, – мы много дней прожили тут. Здесь родились и живут наши дети. Им не нужно изменений. Мы погибнем!

– Встаньте! – испуганно воскликнул Принц. – Мы не будем ничего менять без вашего желания. Но почему вы погибнете?

– Миза, не плачь. Молодой король не допустит нашей гибели, – ласково утешал жену Керд.

– Мы с Кердом видим, как в темноте, так и при свете. – Миза повернула заплаканное лицо к Принцу. – А наши дети видят только в темноте, включая мальчиков.

– Мой внук тоже не видит? – с лица графа исчезла весёлость.

– Нет, нет, папа! Я часами просиживала с ним здесь, у источника, где всегда много света! – закричала Тила.

– Значит, можно излечить детей? – воскликнул маг.

– Мальчиков – возможно, – серьёзно проговорила Тила, – а девочки за много, очень много, боюсь даже сказать, за сколько лет невосполнимо утратили такую способность.

– Дети счастливы. Все их мечты и помыслы связаны с мраком ущелья, – немного успокоившись, проговорила Миза. – Не надо нарушать их спокойствие. Мы всегда будем рады видеть вас всех. Пусть король определит, какую пользу мы сможем ему приносить. Девочки умеют ткать, шить и вязать. Мальчики – работают с деревом. Мы готовы служить нашему королю там, где можем и как умеем. Оставьте наш мирок без изменений.

– Мы пробыли здесь очень долго, – сказал маг. – Я могу всех отправить в Межозерье, включая Тилу с мальчиком.

– Я ещё задержусь здесь ненадолго, – ответил Принц магу и добавил: – Здесь мы ничего менять не будем. Перекройте все входы из замка с той стороны.

* * *

После того, как исчезли в Поле граф Волье с дочерью Тилой и её сыном, Баят и маг Пореус, всё внимание обитателей ущелья сосредоточилось на Принце. Когда детвора узнала, что перед ними будущий король (о чём им сразу же по возвращении на поляну сообщил Керд), поднялся невообразимый шум. Керд много рассказывал детям о всемогущем короле, поэтому им хотелось увидеть его могущество в действии. Как и маленькие дети, взрослые тоже просили его сделать чудо.

Принц воспользовался своим даром перемещения, попробовав заодно, действует ли он здесь, в ущелье. Он мгновенно исчез и тут же появился на другом конце поляны. Когда ошеломлённые дети бросились к нему, он снова оказался сидящим рядом с Кердом на бревне. Дети затихли и не приближались больше к нему, а Керд встал и отошёл от него на несколько шагов.

Принц поднялся с бревна и попросил Керда припомнить последние дни в замке Блуда:

– Куда король отлучался в последние дни?

– Всю последнюю неделю король Блуд просидел в замке, посылая с поручениями своих придворных, – ответил Керд. – Я хорошо помню, как жаловались посыльные, что он «загонял их». Лишь раз он вышел на крыльцо, когда у меня метла и сломалась.

Принц напоследок ещё раз пообещал не причинять им вред и переместился в замок. Оказавшись снова в фойе замка напротив лестницы из голубоватого с золотом камня, Принц приложил немалые усилия, чтобы осветить все закоулки. Видя величие и красоту замка, восстановленного магом Пореусом, Принц почувствовал желание разделить с кем-то радостные чувства созерцания прекрасного. В его голове возникла авантюрная мысль, которую он тут же осуществил…

* * *

Принцесса Вендис в эти последние перед королевским турниром дни жила мыслями о предстоящем событии. Маг Элеонус оставил дела Приполья на Монсуса и только и делал, что исполнял многочисленные причуды Вендис по подготовке нарядов для следующих друг за другом турниров, коронации и бала.

Лия, в отличие от гиперактивной Вендис любившая побыть одна, была вынуждена поддерживать бешеный ритм, чтобы не обидеть подругу. Она позволила Вендис спланировать и её платья и украшения для предстоящих мероприятий. Они целыми днями разучивали различные танцевальные движения.

За день до турнира маг Элеонус решил порепетировать коронацию принцессы Вендис. Принцесса Лия не скрывала радости от возможности самой распорядиться своим временем. Утром она дольше, чем обычно, провалялась в постели. Лия часто думала о Принце, когда ложилась спать после напряжённого дня. Её мысли о нём быстро переходили в сны, где реальность пережитых моментов смешивалась со сказочными сюжетами снов.

В этот день у неё в голове пронеслись все возможные варианты их с Принцем взаимоотношений. И когда в мечтах стали появляться другие молодые люди, она решительно мотнула головой и отогнала не связанные с Принцем видения прочь.

«Я, просто, хочу увидеть его», – сказала она вслух, зная, что её никто не услышит.

Лия быстро оделась без помощи служанок, которые с восторгом наблюдали за репетицией коронации Вендис, ведь это была их единственная возможность увидеть подобное действо. Присев на мягкий диванчик, Лия стала раздумывать о том, как бы позавтракать в одиночестве, не встречаясь ни со слугами, ни с вельможами.

Раздался лёгкий стук в дверь, прервавший её размышления. Лия открыла дверь своей комнаты и, едва не вскрикнув, отступила назад: перед дверью стоял весело улыбающийся Принц.

– Принцесса Лия, – торжественно и в то же время с мольбой в голосе произнёс Принц, – я приглашаю тебя осмотреть вместе со мной один королевский замок.

Видя, что она сомневается в соответствии его просьбы этикету, он добавил:

– Обещаю, что всё будет пристойно.

– Хорошо, Принц, идём! – сказала Лия и протянула ему левую руку.

– Мне нужны обе твои руки.

Принц взял правой рукой протянутую руку Лии и выставил свою левую. Принцесса, не раздумывая больше, вложила свою правую ладонь в его ладонь.

* * *

Принц Рей и принцесса Лия оказались в ярко освещённом фойе замка в ущелье Лиам. Несколько секунд Принц стоял, держа её нежные ладошки в своих руках. Забыв, что Лия может читать мысли, он ощутил желание обнять это прекрасное нежное тело.

Принц почувствовал, как Лия целиком доверилась ему, но вспомнил об обещании и отпустил её правую руку, продолжая держать левую.

– Это замок первого короля Королевства Семи Озёр Блуда, – описал Принц круг левой рукой. – Здесь никто не жил с тех давних пор. Маг Пореус очистил и восстановил его в первозданном виде. Я ещё не видел здесь ничего. Хотел с тобой пройтись по нему. У тебя будут какие-нибудь пожелания? – произнёс он торжественно и высокопарно.

– Я хочу есть, – немного подумав, тихо произнесла Лия.

Принц стал лихорадочно соображать, каким образом они могут позавтракать. На ум приходило только то, что надо вызвать мага.

– Давай для начала, – сказала Лия, – найдём королевскую столовую Блуда. Она, по-видимому, за той дверью, справа от лестницы. – Лия трижды смешно втянула носиком воздух и добавила: – Я чувствую оттуда умопомрачительный запах еды.

Принц незаметно принюхался, приближаясь с Лией к двери, но ничего не почувствовал. Каково же было его изумление, когда за дверью в огромной светлой комнате увидел стол, великолепно сервированный блюдами привычной земной кухни.

Два стула стояли в разных концах стола. Справа, у стены, приветливо поклонившись им, стояли четверо слуг с салфетками, переброшенными через левую руку. Одеты они были в белые костюмы и белые фартуки поверх.

Принц уже привык к таким сказочным сюрпризам. Единственно, сейчас он не мог понять, кто это сделал – Дикое Поле или маг Пореус. Но, видя радость Лии по поводу романтического обеда, Принц принял все заслуги на свой счёт.

Они около часа наслаждались королевским приемом великолепно приготовленной для них пищи, которую подавали безмолвные слуги. Особенно поразил Принца и восхитил Лию огромный торт из мороженого, принесённый четырьмя слугами, который занял больше половины стола. Это была разноцветная карта Королевства Семи Озёр, которая в точности повторяла все изгибы береговых линий и естественный цвет озёр, состоящих из различных фруктовых и ягодных сиропов. Ягоды и фрукты образовывали многочисленные рыбацкие поселения и небольшие замки. По тому, что Графское Межозерье, отделённое стеной из шоколада, не было украшено чем-либо, а представляло большую чистую площадь из белого мороженого, Принц понял, что это работа мага Пореуса.

За столом они с Лией не разговаривали, но их мысленное общение продолжалось в течение всего обеда. Они прислушивались к восторгам, которые не скрывали друг от друга. Разглядывая торт, Лия мысленно спросила у Принца:

«А где мы сейчас находимся?»

Он внимательно обследовал карту взглядом. Казалось, что этого места не было среди пестроты мелких замков. Вспомнив, что замок находится в ущелье, Принц стал пристальней рассматривать несколько возвышений из орехово-шоколадной смеси всех цветов и оттенков. Одно из возвышений, находящееся между двумя озёрами у края торта, было закрыто сверху зелёной кремовой помадкой.

«Думаю, под той зелёной помадкой», – глазами указал Принц на предполагаемое место.

Лия выбрала эту часть мороженого и попросила полить его ежевичным сиропом из самого большого озера. Когда она вскрыла помадку над возвышением, внутри перед залитым золотистой карамелью пространством оказался миниатюрный замок серовато-зелёного цвета с множеством сияющих башен.

«Жаль уничтожать такую красоту», – мысленно рассмеялась Лия, откусывая ползамка.

Принц выбрал для себя одну из оставшихся возвышенностей, добавив немного шоколадной крошки из межозерской стены и малинового сиропа из самого маленького озера.

* * *

Несмотря на то, что всё внимание Принца было сосредоточено на Лие, он заметил, что вторые двустворчатые резные двери с прекрасными витражами, изображавшими сцены королевской жизни, были приоткрыты. За ними порой происходило какое-то движение.

– Посмотрим, что там? – спросил Принц Лию после завершения королевской трапезы.

Она легко согласилась, и один из слуг распахнул перед ними двери, за которыми открывался величественный парковый ансамбль.

Когда они вышли на открытую террасу с резным ограждением и лестницами из серовато-зелёного камня, к ним приблизились два молодых человека. Поклонившись, один из них попросил разрешения представиться.

– Я первый помощник мага Пореуса Лен, – назвался он с позволения Принца. – Второй помощник мага Дист, – представил он другого юношу. – Если вам интересно, это мы по просьбе мага Пореуса приготовили для вас обед. Затем мы занимались наведением порядка здесь, в королевском парке. Через несколько секунд мы закончим.

Принц и Лия поблагодарили их за прекрасный обед. Довольные молодые люди удалились, оставив их одних, а через мгновение ввысь взметнулись струи нескольких десятков фонтанов на многоярусных террасах королевского парка.

Лия сбежала с балкона по лестнице вниз, к клумбам с яркими цветами, обрамлённым ровно подстриженными бордюрами из кустарников. Как прекрасный мотылёк, она закружилась в танце вокруг цветов. Принц наблюдал за ней, едва сдерживаясь, чтобы, как мальчишка, не устремиться вслед за принцессой по дорожкам парка.

Внезапно Лия остановилась, немного смущённая своим детским поведением, и тихо проговорила:

– Мне здесь легко и уютно. – А затем она задорно добавила, указывая на ближайшую башню замка: – Давай посмотрим на эту красоту с той башни.

Поднявшись на балкон, принцесса без смущения вложила свою тёплую нежную ладошку в руку Принца, который повёл её по многочисленным лестницам вверх. Он шёл так, как будто давно знал дорогу в башню.

Одолев последний крутой подъем, они оказались в круглой комнате с единственным окном, выходившим на парк. Оттуда открывался завораживающий вид на архитектурный шедевр. Симметрично расположенные элементы образовывали удивительную картину. Лия чуть не выпрыгивала из окна, показывая Принцу на многоцветье террас парка со сбегающими вниз лестницами. Фонтаны создавали оживающую картину сочетания природы и искусства.

Пока Лия зачарованно разглядывала удивительный парк, Принц обратил внимание на его внешние границы. С обеих сторон замок примыкал к отвесным скалам, которые круто уходили вверх и не заканчивались на видимой глазу высоте. Полукругом они обрамляли ущелье. Парк вместе с балконной террасой представлял собой эллипс, дальнюю дугу которого ограничивала зелёная стена из зарослей, возвышающаяся над башнями замка, при том, что террасы опускались метров на пятьдесят вниз.

«Вот почему к жителям ущелья не попадает свет», – подумал Принц.

«Какой свет? Каким жителям ущелья?» – тут же спросила Лия.

«Это я о своём. Когда-нибудь ты услышишь эту историю и увидишь их сама».

– Такая красота, что хочется показать её другим! – восхищённо воскликнула Лия. – Как хорошо, что ты позвал меня сюда. Вендис сейчас, наверное, в тронном зале, всё ещё репетирует коронацию.

– Да, да… Наверное, в тронном зале… – задумчиво ответил Принц, думая о том, где может быть спрятан королевский жезл. Он медленно проговорил: – Когда ты будешь королевой всего этого…

Лия повернулась всем телом в его сторону и застыла, глядя нежным взглядом на Принца. Он будто очнулся от своих раздумий и внимательно посмотрел на принцессу:

– Я, что-то не то сказал?

– Нет, нет! Идём, посмотрим тронный зал короля… э-э, Блуда, – вспомнила Лия имя владельца замка. – Ты что-то ищешь в замке? Может быть, я могу тебе помочь?

– Да, здесь спрятан жезл, символ королевской власти. Он скрыт при помощи волшебства, и увидеть его могу лишь я один как прямой потомок короля Блуда.

– Идём! – решительно взяла его за руку принцесса и потянула вниз по лестнице.

Они спустились в огромный коридор на втором ярусе, куда выходила раздвоенная лестница из холла. Когда Принц целенаправленно вёл Лию на башню, они не заметили того, как много здесь дверей. Двери располагались с трёх сторон, чередуясь с арочными проёмами входов в башни, которых было шесть. По два входа в башни слева и справа чередовались с тремя дверьми с каждой стороны. Налево и направо от входа в седьмую башню, из которой они спустились, находились ещё две двери. Лишь на противоположном конце обширного коридора оказались два входа в башни и ни одной двери в помещение. Там, в стенах, располагались три громадных окна, дающих освещение всему коридору.

– Как мы найдём вход в тронный зал? – немного растерявшись, произнесла Лия. – Раз, два, три… восемь одинаково величественных дверей. Будем открывать каждую?

– Нам нужна средняя дверь справа от нас, м уверенно ответил Принц и увлёк Лию за собой.

Они вошли в холл с витражами, изображавшими короля Блуда. Из них лился мягкий свет, которого было достаточно для освещения.

– Вот этот жезл ты должен отыскать? – спросила принцесса, указывая на картину, где король сидел на троне, держа регалии королевской власти в руках.

– Да.

– А вот там король Блуд стоит с жезлом? – указала она на другой витраж со стоящим королем.

Принц распахнул ещё одну дверь.

Тронный зал поражал воображение почти так же, как парк. Но в отличие от многоцветья парка в зале присутствовали только два цвета: синий и золотой. Сочетанием множества оттенков этих двух цветов здесь была создана картина величия и красоты. Кроме двух тронов из белого золота, стоящих на пьедестале высотой в человеческий рост, никакой другой мебели там не было. Более двух десятков ступеней с обеих сторон зала вели к тронам.

– Присядем? – предложил Принц, указывая на пьедестал.

– А это не будет выглядеть кощунством по отношению к прошлым правителям королевства?

– Думаю, что нет, поскольку они сами отказались от всего этого. А нынешняя правительница – моя мать, королева Лана, отреклась от трона в мою пользу, о чём будет оглашено при моей коронации.

Принц повлёк её за собой на пьедестал по лестнице слева. Обойдя оба трона сзади для того, чтобы осмотреть их тыльную сторону, Принц галантно поклонился и полушутя предложил:

– Прошу на трон, моя королева!

Лия, подыгрывая ему, но готовая в любой момент расхохотаться, чинно уселась на трон поменьше. Принц торжественно занял больший трон справа.

В этот момент двери распахнулись, и в зале появился маг. Наверное, картина была впечатляющей, потому что Пореус замер на несколько мгновений в почтительной позе, хотя намеревался сразу сообщить чрезвычайно важную новость.

– Ваше величество! Простите, Ваше высочество, – приходя в себя от потрясения, вызванного этой сценой, поправился маг, – на нас напали!

– Кто? Зачем? – одновременно вскакивая с мест, воскликнули хором Принц и Лия.

– Отряд из Заозерья. Человек сто пятьдесят, с тремя рыцарями во главе. Они захватывают рыбацкие поселения и замки, оставляя там своих правителей. Уже пять озёр в их власти. Теперь они движутся к Глубокому и Ключевому озёрам. Бывшие слуги наместника Бизела вливаются в их отряд. Поэтому, оставляя часть своих людей в замках и поселениях, они не теряют своих сил.

– Лия, – нежно взглянул Принц на девушку, – я перенесу тебя в замок Вендис.

Он взял обе её руки в свои, и они исчезли. Впрочем, через секунду Принц вновь стоял перед магом.

– Каковы будут Ваши действия, – спросил он у мага.

– Мои помощники, Лен и Дист, сейчас собирают отряд в Межозерье, где мы можем рассчитывать на помощь графа Волье и рыцаря Гонда. Уже несколько других рыцарей присоединилось к отряду, узнав от Баята и графа Волье о смерти наместника. Но… нужна Ваша помощь.

– Я готов сражаться! – воскликнул Принц и вытащил меч.

– Нет, нет, Принц! – запротестовал маг. – Сражаться будут ваши подданные: отряд графа Волье – против отряда из Заозерья, я – против мага Лектуса, который обеспечивает продвижение захватчиков.

– Что должен сделать я?

– У противника большое преимущество во времени. Отряд прошёл через Поле еще позавчера, во время дежурства их Стража Халда. Мои помощники занимались расчисткой этого замка, а перед этим – перестройкой замка Пелеи. Только несколько минут назад в Межозерье примчался Гудил, брат Пелеи. Он и рассказал о нападении…

– И всё же, что требуется от меня? – нетерпеливо перебил мага Принц.

– Перебросить наших воинов к месту сражения с захватчиками.

– Понимаю, – произнёс Принц, исчезая.

* * *

– Вот молодёжь! Перебил, не дослушал, – пробурчал маг. – Где враг? Где наши? Где устроить сражение?

Несколько мгновений продолжал он сокрушаться. Затем махнул рукой:

– У меня своих дел полно.

Как и предполагал маг Пореус, чтобы ускорить продвижение, маг Лектус превращал воинов в птиц. Только этим объяснялся быстрый захват огромной территории. Если бы он стал использовать Поле для переходов, это заметили бы Стражи, тем более, сегодня в Поле Пелея.

– Вот они! – воскликнул маг Пореус, увидев стаю ворон на подлёте к озеру Ключевому. – Будем сажать!

Его нападение было столь неожиданным, что маг Лектус, мгновенно среагировавший на него, не смог защитить всю стаю: с десяток птиц камнем упали на землю. Остальные сели, превращаясь в воинов. Краем глаза, уже отражая натиск Лектуса, Пореус видел, что несколько врагов приземлились на одиноко стоящий тополь. Ломая ветки, они с криками попадали вниз.

Дальнейшее маг Пореус наблюдать не мог, поскольку Лектус набросился на него сам. Чтобы защититься от ударов и когтей превратившегося в сокола мага, Пореус превратился в беркута.

Главную свою задачу маг Королевства Семи Озёр выполнил: отвлёк вражеского мага, остановил продвижение захватчиков и вывел из строя более десятка воинов. Поняв, что Лектус не имеет поддержки со стороны другого мага, Пореус напустил на него своих помощников, которые уже завершили подготовку отряда в Межозерье. Два сокола набросились на Лектуса, которому пришлось спасаться бегством.

* * *

Эту картину Принц наблюдал, появившись в рощице на пути следования врага. Именно сюда он решил перебросить защитников.

Пока захватчики приходили в себя после нападения мага, Принц переместился в Межозерье, где собралось около трёхсот воинов, составляющих три равные группы.

Одну группу возглавлял рыцарь Баят. Она была создана из людей графа Волье и двух других графов. С радостью встреченный Принц велел воинам этой группы взяться за руки, чтобы образовать круг. Когда они исполнили это, Принц замкнул круг и, через мгновение, отряд оказался в роще, преграждая путь противнику.

Захватчики, лишённые поддержки своего мага, недолго пребывали в замешательстве. Лёгкость, с которой им удалось пройти по незащищённому королевству, придавала им уверенности. Значительно меньший по численности отряд Баята, выскочивший из рощи, лишь на мгновение остановил их порыв. Вновь послышалась команда одного из рыцарей, и захватчики ринулись в бой.

Принц горел желанием с мечом встретить противника, но его ждали ещё два отряда, готовые сразиться.

Вторую группу под командованием рыцаря Гонда он переместил на левый от Баята фланг. Минутой позже на правом фланге возник отряд графа Леза – ещё одного друга графа Волье. С громкими криками воины последнего отряда бросились на врага, который яростно сражался против двух групп. Баят бился с двумя рыцарями одновременно, и ему бы пришлось туго, если бы Лез не отвлёк на себя одного.

Надо сказать, что появление третьего отряда полностью деморализовало противника. Захватчики в страхе стали бросать оружие и падать на землю, прося о пощаде. Двое из трёх рыцарей были обезоружены и связаны. Третий продолжал яростно обороняться, размахивая во все стороны мечом. Неизвестно, как долго бы это продолжалось, если бы непонятно откуда появившийся маг Пореус не набросил на рыцаря сеть.

Принц, подчиняясь какому-то незнакомому доселе чувству властителя, неподвижно наблюдал за происходящим, хотя ещё несколько минут назад готов был в одиночку броситься на врага.

* * *

Принц, задумчиво опустив голову, стоял среди магов на том же склоне Дикого Поля, где несколько дней назад был им низложен маг Омелиус. Сразу же после сражения захваченные в плен рыцари и их воины были отправлены в Подполье, чтобы ожидать своей дальнейшей участи.

В отличие от воинов-захватчиков, чья судьба будет решаться после турниров, судьбу мага Лектуса было нужно определить незамедлительно.

Уже были заслушаны показания первого помощника мага Сонда, поведавшего, каким образом был нейтрализован Страж Поля Халд. Из его слов следовало, что маг Лектус не участвовал в этом, но всё произошло по сценарию его детской шалости, когда, будучи учеником мага Кредуса, Лект уводил Халда с Поля, используя образ умершей жены стража, чтобы взять сладости в Поле. Теперь это жестокое по отношению к Халду действие было повторено.

К тому же, со слов Сонда, наместник Заозерья Ликет не поддерживал нападение отряда рыцаря Груна на Семиозерье. Сонд рассказал, что Грун решил напасть на озёрную часть королевства после того, как прибежала из Семиозерья его тётка, жена наместника Бизела. С ней была одна из жён наместника. Она рыдала и рвала на себе одежду, умоляя рыцаря Груна защитить их и наказать рыбака Баята за убийство наместника.

Из показаний Сонда выходило, что наместник Ликет в последний момент узнал о планах рыцаря Груна и двух рыцарей-соседей, присоединившихся к нему.

Лектус даже не пытался отвести от себя эти серьёзные обвинения. Решение магов всех королевств Дикополья было безоговорочно: Лектуса низложить, Сонда – посвятить в маги.

Принц видел реакцию Лектуса на слова Сонда. Это было похоже на реакцию человека, махнувшего на всё рукой и смирившегося с несправедливостью. Принц не мог слышать мысли мага (это было место, где полностью отсутствовало влияние Поля), но в те моменты, когда их взгляды встречались, он видел в глазах Лектуса что-то, чего не должны знать даже маги.

– Принц, – нарушил затянувшееся молчание маг Пореус, – давайте закончим разбирательство.

– Хорошо, – высоко поднял голову Принц. Его взгляд выражал твердость и решительность. – Готовы ли Вы, Лектус, продолжать деятельность в качестве мага?

– Да, Принц! – твёрдо ответил маг, не раздумывая.

– Вот моё решение: маг Лектус остаётся магом Заозерья; Сонда, совершившего преступление в отношении Стража Чистоты Поля Халда, отправить в Подполье, где он будет ожидать дальнейшего разбирательства.

Ошеломлённые его решением маги несколько мгновений стояли молча, не поднимая опущенных голов. Нарушил унылое молчание Монсус:

– Принц, твоё решение вызвано желанием показать своё превосходство над магами?

– Нет, брат, – мягко ответил Принц, – я пока не могу объяснить своё решение, но вызвано оно чувством справедливости.

* * *

– Принц, Вы не желаете познакомиться со старшим братом Пелеи? – спросил маг Пореус, когда они остались наедине. – Это тот рыбак, который сообщил нам о нападении. Я не могу понять, как ему удалось незаметно для мага Лектуса добраться до Межозерья.

Мгновения спустя Принц и маг уже были в замке графа Волье. Их встречал сам хозяин. Это был совсем не тот обременённый множеством забот старик, который принимал их с Пелеей всего пару дней назад. Теперь перед ними находился подтянутый, улыбающийся мужчина со слегка тронутыми сединой висками. Такая же седина проскальзывала в его коротко стриженой бородке и лихо подкрученных усах.

Рядом с графом стоял мальчик, очень похожий на графа. При ярком освещении схожесть проявлялась ещё больше.

– Мы с Волькой теперь друг от друга ни на шаг, – будто извиняясь, произнёс граф после приветствия.

– А как Тила? – спросил Принц.

– О, Принц, – умилённо воскликнул граф, – Вы не знали её десять лет назад! Она была великой непоседой. Теперь она как будто стремится наверстать упущенное время. Сегодня они с Пелеей организуют мастериц-рукодельниц королевства. Пелея сейчас занята встречей со старшим братом, поэтому Тила себе места не находит от вынужденного безделья. Хотите, позову её?

Граф распорядился, чтобы молодой графине передали, что здесь её желают видеть Принц и маг Пореус. За несколько минут ожидания они успели рассказать графу о сражении с захватчиками. Графа интересовало, много ли пострадавших среди воинов, сплошь его подданных и друзей. Маг Пореус успокоил его: все раненые находятся под опекой лекаря Мазея, их несколько десятков, и все – из отряда Баята, первым принявшего удар врага; два человека убиты.

Узнав имена убитых, граф очень сокрушался о них. Принц опять отметил про себя, что граф лично знает своих слуг. Один из убитых был сыном дворника, а второй – возчик камня, прибывший из рудника и попросившийся с отрядом.

Распахнулись двери, и в зал буквально вбежала девушка-подросток в явно не подходящем ей платье с длинным шлейфом, за который скорее держались два мальчика-пажа.

– Принц, – ещё от двери прокричала Тила, – Вы не можете отказать нам с Пелеей в посещении жителей ущелья Лиам! Миза – великая умелица. Её мастерство должно быть передано всем женщинам королевства… Что вы смеётесь? – Наверное, только их улыбающиеся лица смогли остановить её воинственный задор. – Не смейте надо мной смеяться!

– Графиня Волье, – воскликнул Принц, галантно раскланиваясь и продолжая при этом улыбаться, – мы рады приветствовать Вас в Вашем замке.

Тила, обезоруженная этими словами, сделала элегантный реверанс. В её больших тёмных глазах, искрившихся решимостью, на короткий миг появилась тень смущения.

– Я, конечно, не буду препятствовать вашему общению с Мизой и Кердом, – опередил Принц новую вспышку чувств Тилы. – Маг Пореус сопроводит вас с Пелеей и заодно захватит воды из Источника для раненых воинов.

– В таком случае я переоденусь для посещения ущелья и попытаюсь «оторвать» Пелею от её старшего брата Гудила, с которым она не виделась много лет, – с этими словами Тила вновь элегантно поклонилась и, задрав кверху свой маленький носик, величественно прошествовала к двери, сопровождаемая пажами.

– Вот девчонка! – нарочито сердитым голосом проговорил граф Волье, в глазах которого просматривалась безмерная любовь к дочери. – Вы простите её за эти штучки.

– Что Вы, граф! – воскликнул Принц, с детских лет принимающий чужую боль, как свою. – Это удивительно, что пройдя совсем недавно через такие невзгоды и испытания, она остаётся ребёнком, искрящимся радостью и добротой.

* * *

Маг Пореус и Тила «оторвали» Пелею от Гудила. Перед этим Пелея, обрадованная ещё одной встречей с Принцем, представила ему своего старшего брата.

– Это Гудил. Он был вторым мужчиной после отца, носившим меня на руках, – смеясь, проговорила она. – А это… – она мысленно спросила Принца, как его представить, и, получив ответ, закончила: – …принц Рей, о котором я тебе рассказывала.

– Спасибо, Принц, – искренне пожал ему руку Гудил без смущения и робости, – наш отец научил нас во все трудные моменты жизни верить, что помощь придет через людей, когда сам спешишь помочь.

После того как исчезли Пелея и Тила, сопровождаемые магом, граф Волье оставил Принца наедине с Гудилом.

– Как произошло нападение, Гудил?

– Было раннее утро, и мы, рыбаки, были в лодках на озере. Рыбы в этот раз было очень много, и мы немного припозднились. Когда причаливали к берегу, удивились, что нас никто не выходит встречать. Обычно весь посёлок на берегу. Потом поняли, когда нас окружили со всех сторон вооружённые люди. Нас связали и бросили в сарай.

– Когда вы на озеро выходили, в посёлке не было никого чужого?

– Нет. Вокруг всё было тихо и спокойно.

– Может быть, произошло что-нибудь необычное, ну, скажем, пролетела стая птиц?

– Точно! Мы ещё удивились: перед рассветом пронеслась над нами стая ворон.

– Понятно. А как тебе удалось вырваться из рук врагов?

– Тут тоже что-то непонятное получилось: заглянул в сарай их волшебник, во-во, маг, и стал выпускать тех, кто соглашался подчиниться новым хозяевам, мол, ваш наместник убит. Все согласились, кроме меня. Старший я у рыбаков. Думал тогда, что лучше умереть, чем жить под чужеземцем. Так я магу этому и сказал. Ну, он меня и превратил во что-то мелкое, видать, раздавить хотел. Я дожидаться не стал – юркнул в нору мышиную и помчался, что было сил. Скоро опять облик мой ко мне вернулся, и я побежал в Межозерье…

Гудил продолжал рассказывать о своём дальнейшем пути, но Принц уже слушал его вполуха, кивая головой и продолжая размышлять о поступке мага Лектуса.

– Хорошо, – прервал он Гудила, – поговорим с ним потом.

– С кем? С графом Лезом?

– Почему с Лезом?

– Ну, я же о нём рассказываю, что добрался до замка Леза. Он меня отправил в Вольеун на лошадях, потом и сам с отрядом подоспел…

– Спасибо, Гудил.

Принц обнял его и перенёс в родной посёлок. Внезапно в сердце Принца возникло ощущение, что его миссия в королевстве закончена. Разве что поискать жезл власти, но это пока не к спеху. Маг, Пелея, Баят, граф Волье – те, кому под силу решать насущные дела Королевства Семи Озёр. Им ещё предстоит много потрудиться, чтобы объединить его будущие владения.

Мысли Принца были уже там, в новом замке будущей королевы Вендис. Он вдруг понял, что не может больше ни минуты оставаться вдали от Лии. Перехватив мчащегося по делам королевства мага Пореуса, он сообщил ему, где будет, и попросил организовать участие семиозерцев в Королевском Турнире.

– Кто будет представлять наше королевство? – спросил маг.

– Правящий триумвират. Я буду на Турнире инкогнито.

– До встречи, Ваше Высочество.

– Увидимся, маг Пореус.

* * *

В новом замке Окраины после бурных дней подготовки к турниру царил относительный покой. Изредка пробегал кто-нибудь из слуг, чтобы внести последние штрихи в украшение предстоящего праздника. Недавно побывавший здесь Принц с удивлением взирал на элементы прекрасного внутреннего декора фойе замка. Ничего этого он не заметил при первом посещении. Хотя сейчас, как и в первый раз, все его мысли и желания были обращены к принцессе Лие, он не стал перемещаться в то место, где она находилась, а решил осмотреть жилище будущей королевы Окраины.

Принц отметил про себя, что в его голове, как и в случае с замком короля Блуда, в нужный момент возникает чёткая схема всего строения. В дополнение к этому, он стал видеть образы людей, находящихся в том или ином помещении и за пределами замка на небольшом удалении.

Так, сейчас он видел, что принцесса Лия и принцесса Вендис поднимаются по ступеням на одну из башен замка, а на втором уровне, где располагаются королевские спальни, в одном из помещений находятся два мага – Элеонус и Монсус. Они почувствовали его появление и ожидали, когда он поднимется к ним.

Принц также ощутил необходимость встретиться с магами. Он переместился к ним.

– Наконец-то, брат, мы можем спокойно пообщаться, не решая какие-либо проблемы, – сказал Монсус, обнимая Принца. – Впрочем, есть одно небольшое дельце…

– Да, да, – иронично проговорил маг Элеонус, посмеиваясь в серебристую бороду, – совсем маленькое дельце – завоевать принцессу Вендис и стать королём Окраины.

– Правда, Монс? – Принц бросился в объятия брата, забыв от радости, что имя его теперь Монсус. – Ты легко завоюешь принцессу Вендис!

– О том и речь, что легко – при помощи магического кольца, – промолвил озабоченно Элеонус.

– Но он и без кольца не имеет равных! – воскликнул Принц.

– Однако, кольцо может стать прецедентом и внести раздор в отношения Монсуса с другими претендентами, если он победит. А он, несомненно, победит, – сказал маг. – Кольцо во время турнира должно быть у Вас, Принц.

– Нет, – начиная понимать всю серьёзность «маленького дельца», произнёс Принц, – Монсус – мой брат. Кольцо в моих руках ещё больший прецедент.

– Видишь, Монсус, какие проблемы возникают, когда маг влюбляется в принцессу? – смеясь, сказал Элеонус.

– А что, если… – задумался Принц. – Как много претендентов будут добиваться руки Вендис и из каких королевств? Вы уже знаете это?

– Рыцари королевской крови: Гузар из Пригорья, Рикол, сын короля Прайдера из Подполья, и наместник Заозерья Ликет, – перечислил Монсус.

– Откуда в Дикополье столько королевских отпрысков? – спросил Принц. – Ведь древние короли со своими семействами давно покинули этот мир, переселившись на Землю.

– Да, это так. Но остались плоды их многочисленных внебрачных связей, – ответил маг Элеонус. – Мы, маги, проверяли родословия претендентов. Все они, включая Монсуса, королевской крови.

– Все претенденты из разных королевств… – опять задумался Принц, – значит, во время боя…

– …Монсуса с претендентом какого-либо королевства будем отдавать кольцо Монсуса магу соперника! – подхватил мысль Принца маг Элеонус. – Ну, вот мы и решили это «маленькое дельце»!

* * *

Маги остались решать неисчислимые экономические дела, а Принц поспешил в башню к принцессам, куда был отправлен слуга с докладом, чтобы не поставить девушек в неловкое положение. Принц возник в башне, едва слуга сделал шаг за дверь. Это было неожиданно для принцесс, которые, глянув друг на друга, рассмеялись.

– Мы видели, как внезапно появляются маги, – проговорила принцесса Вендис, – но у тебя это получается намного быстрее и эффектнее.

– Простите, если я напугал вас, – немного сконфузился Принц. – Я очень торопился к вам, – пробормотал он.

– Идите к окну, – позвала его принцесса Вендис, – отсюда открывается удивительный вид на окрестности замка.

Принц взглянул на Лию, которая с нежностью смотрела на него. Их взгляды встретились, и Принц увидел в её глазах отголоски тревоги за него.

– Мы беспокоились за Вас, Принц, и за Семиозерье, – сказала принцесса Вендис, услышавшая мысли Лии, – места себе не находили, пока не вернулся маг Элеонус с хорошими вестями. Кстати, Принц, почему вы пожалели мага Лектуса? Ведь все маги постановили низложить его.

– Ну, раз вы в курсе, то я и сам не знаю, почему. Там, в Заозерье, не всё так просто. Думаю, маг Лектус не тот враг Семиозерью, каковым его хотел представить помощник Сонд. А стоит за всем этим кто-то, обладающий не меньшей силой. Мне во всём этом ещё предстоит разобраться.

– Смотрите, – воскликнула Вендис, – вон как раз заозерские заселяются!

Принц подошёл к окну. Внизу он увидел подобие земного стадиона с трибунами для зрителей с одной стороны. С трёх других его окружали восемь замков правителей королевств Дикополья в уменьшенном виде. Среди них Принц узнал семиозерский дворец графа Волье. Именно он представлял на Турнире их королевство. Принцу вдруг захотелось, чтобы это был замок из ущелья Лиам…

– А вот и первый претендент на руку и сердце принцессы Вендис, молодой правитель Заозерья Ликет, – прервала Лия размышления Принца, которые он научился скрывать.

– Второй, – едва слышно проговорила Вендис. – Монсус первый.

– Монсус будет бороться за твою руку? – обрадованно воскликнула Лия. – Как я рада за тебя, Вендис!

Она обняла и поцеловала порозовевшую Вендис в щёку. Принц в это время напряжённо всматривался в происходящее внизу.

– Что Вас там так заинтересовало, Принц? – спросила Вендис, заметившая его пристальный взгляд. – Всего лишь юнец, растерявшийся от того, что оказался в незнакомом ему месте: всё осматривает, двигается медленно и неуверенно…

– «Медленно и неуверенно», – задумчиво произнёс Принц. Затем, будто очнувшись, недоумённо спросил у Вендис: – Почему медленно и неуверенно?

– Потому что юноша, по-видимому, впервые вышел в мир, – улыбнулась Вендис.

– Да, действительно, этот Ликет вышагивает как-то медленно и неуверенно, как слепой, – высказала своё мнение о претенденте от Заозерья Лия и добавила: – Если он и сражается в таком же темпе, Монсусу он не соперник.

Принц удивленно переводил взгляд с одной принцессы на другую, ожидая, что они рассмеются своей шутке. Однако те потеряли всякий интерес к вновь прибывшему и сосредоточили своё внимание на его окружении, обсуждая их одежды и беготню вокруг правителя.

«Странно, – подумал Принц, поставив тщательную защиту своих мыслей, – неужели принцессы не видят молниеносные перемещения Ликета во всех направлениях? Единственно, все его движения начинаются и заканчиваются в одной точке. Если это вижу только я один… Монсус не обладает таким даром. Это ведь может представлять огромную угрозу для Монсуса! Как я могу ему помочь?».

Последние мысли были настолько эмоциональными, что не остались не замеченными принцессами.

– Принц, – встревоженно воскликнула принцесса Вендис, – какая опасность угрожает Монсу? Что Вы такое увидели там внизу, чего мы не видим?

Принц быстро осмотрелся.

– Ширина этой комнаты позволяет показать вам кое-что, – произнёс Принц.

Он стал совершать те же движения, что и Ликет. Принцессы смотрели на него, не понимая, что он хочет им показать.

– Очень похоже на заозерского правителя, – произнесла принцесса Вендис, – но в чём здесь угроза Монсусу?

Принц стал ненадолго задерживаться в точках, чтобы глаза принцесс заметили его перемещения. Вендис побледнела, прижала руки к щекам и еле слышно проговорила:

– Теперь я понимаю: он – «мерцающий».

Пришла очередь Принца смотреть на Вендис в ожидании дальнейших разъяснений. Лия тоже ничего не знала о «мерцающих».

– «Мерцающие» – народ, живущий в лесах между Заозерьем и Залесьем, – пояснила Вендис. – Их особенность состоит в том, что они, быстро перемещаясь между деревьями, бывают почти невидимы.

Принцесса Вендис решительно отняла руки от лица и встала со словами:

– Маг Элеонус должен об этом узнать. Монсус тоже.

* * *

Даже маг Элеонус был изумлён словами Принца и принцесс. Он примчался на зов от замка Ликета, где ему пришлось встречать и размещать делегацию Заозерья в приготовленном для них замке. Это должен был делать Монсус, но на время его участия в Турнире маг Элеонус выполнял его некоторые обязанности.

– Я обратил внимание на медлительность и угловатость его движений, но не мог и подумать, что мои глаза видят только то, что он хочет мне показать. А ведь я должен был догадаться, – сокрушался маг Элеонус. – Мне приходилось встречаться с «мерцающими». Это от меня о них услышала Вендис. Да, движения Ликета настолько быстры, что их невозможно уловить обычными глазами, но мои магические способности… Я обязан был понять!

Внезапно распахнулись двери зала, в котором они находились.

– Король Годарт! – раздался голос герольда.

В зал величественно вошёл грузноватый, среднего роста человек. Все, включая магов, поклонились правителю.

– Вендис, дочь моя, – негромко сказал король, – может быть, нам отменить Королевский Турнир? Вы здесь с претендентом на вашу руку – Там, – король Годарт указал рукой в сторону входа и повысил голос, – прибывают представители королевств, которых никто не встречает. У нас какие-то проблемы, маг Элеонус?

– Простите, отец, – негромко произнесла Вендис. – Здесь только наши друзья – маги и Принц…

– Принц?! – король Годарт всем телом повернулся в его сторону. – Наслышаны о твоих подвигах. А за принцесс от меня особая благодарность.

Он раскинул свои большие руки и обнял Принца. Краем глаза Принц заметил, как друг за другом из комнаты исчезли маги и принцессы.

Наконец, король разомкнул свои объятья, и Принц смог произнести что-либо соответствующее этой ситуации. Но король Годарт уже шагал к двери, из которой только что появился. Это несколько обескуражило Принца, но он тут же забыл о короле, потому что увидел своим неестественным зрением, что к воротам одинокой, но, благодаря огромной скале, к которой она примыкала, не потерявшейся даже среди величественных замков наместников и королей, «хижине» мастера Лабса прибыло всё его дружное семейство.

Монсус уже подхватил Софи и Жени на руки и шагал к крыльцу. Там он аккуратно поставил на ноги слегка смущённых девчушек. Из окон соседних строений за ними наблюдали несколько десятков пар глаз, но Монсуса это нисколько не беспокоило. Он быстро вернулся к воротам, где точно так же, как и сестёр, подхватил с облучка кабриолета, которым она правила, свою мать Дарину и бережно отнес её на крыльцо. Наверное, он сделал бы то же самое и с мастером Лабсом, но тот не стал дожидаться и спрыгнул со своего коня с лукавой улыбкой.

Принц приостановился на крыльце королевского замка, не желая нарушить семейную идиллию. Однако сёстры, первыми увидевшие его, а за ними и Дарина с Лабсом, стали звать его в «хижину», где уже был накрыт стол для семейного ужина.

* * *

– А кто нам ужин приготовил? – спросил Принц, когда стол с десятком сытных благоухающих блюд из мяса, круп, картофеля и овощей подвергся значительному опустошению. – Вы же полдня в дороге находились, а тут всё свежеприготовленное было.

– Ты понимаешь, племянник, – нарочито серьёзным тоном произнёс мастер Лабс, бросив ласковый взгляд на Дарину, – если уж еду, приготовленную Дариной с раннего утра, можно переместить вместе со всей нашей домашней утварью, одеждой и всем прочим, находящимся в «хижине», то чем мы хуже этих жареных цыплят, что нас заставили несколько часов трястись по дорогам двух королевств? Ну, а если говорить серьёзно, то Полем перемещается только всё неживое. Но, – продолжил мастер, заметив попытку Принца оспорить это и привести собственный пример, – всё в этом мире управляется Полем. Монсус знает об этом лучше нас всех. А, Монсус?

Это обращение застало мага врасплох. Он не смог сразу переключиться со своих тщательно скрываемых мыслей на разговор брата с отцом, выдав тем самым свою озабоченность по поводу боя с Ликетом.

– Сын, – встревоженно воскликнула Дарина, – я никогда не видела тебя таким растерянным! С юных лет ты твердо знал, как надо настроиться на сражение. Почему сейчас ты так расстроен? Неужели есть на то действительно серьёзная причина?

Монсус молча опустил голову. Он уже мысленно прокрутил в голове все возможные варианты боя с «мерцающим», и теперь его горькие думы были обращены к неизбежной потере любимой Вендис, жизнь без которой теряла в его глазах всякий смысл.

Эти теперь уже нескрываемые мысли прозвучали как раскаты грома под сводами «хижины». Видя, что родные Монсуса начали предаваться панике от таких посылов, не понимая причины их возникновения, Принц осознал, что должен хотя бы прояснить ситуацию. Он громко и отчётливо произнес:

– Ликет – «мерцающий»!

На Дарину и девочек это произвело ужасающее впечатление. Они были наслышаны об этих «невидимках», чьи корни уходят в те времена, когда люди и Поле искали возможности спасения от королей-призраков. Лесной народ Заозерья научился быстро и неуловимо для обычного глаза перемещаться от дерева к дереву, прячась за ними. Это не спасало их при непосредственном столкновении с королями-призраками, но давало возможность избежать больших потерь. С тех пор «мерцающие» обособленно жили в глухих лесах Дальнего Заозерья, не вступая ни в какие контакты с обычными людьми.

– Правитель Заозерья, наместник Ликет, принц королевской крови – «мерцающий»? – ошеломлённо произнесла Дарина. – Не понимаю, как это могло укрыться от магов?

– Он совсем недавно стал наместником, – пояснил молчавший до того мастер Лабс. – После смерти наместника Травела старая королева Глоя, живущая на Земле, вынуждена была посетить Дикополье, чтобы назначить наместника из числа победителей турнира. Ликет оказался абсолютным победителем. Маги, присутствовавшие на том турнире, ничего необычного в действиях претендента не заметили. – Мастер Лабс поднялся и зашагал по комнате, размышляя вслух: – То, что он «мерцающий», не является противозаконным, и никто его не лишит за это права участия в Королевском Турнире. Всё остальное у него в полном порядке. Эх, у нас только несколько часов! Нам бы несколько дней для подготовки…

– Есть какая-то возможность противостоять «мерцающему»? – поднял голову Монсус. В его глазах затеплилась надежда.

– Да, – коротко произнёс мастер Лабс, остановившись перед сыном.

Готовые расплакаться Софи и Жени бросились к отцу:

– Папа, мы всё сделаем, что от нас нужно, чтобы помочь Монсусу!

В другое время это желание девочек пожертвовать всем для счастья старшего брата было бы оценено по достоинству, но сейчас они удостоились только признательности во взглядах.

– Пришло время воспользоваться талисманом Поля, – торжественно произнёс мастер Лабс. – Мы с Монсусом отправимся к старому учителю Лину, в Заозерье. Очень давно он обучал меня боевым искусствам, в том числе сражению с «мерцающими».

– Девочки, – не менее торжественно обратилась к сёстрам Дарина, – принесите сюда шкатулку с бабушкиными драгоценностями.

Шкатулка была больше похожа на средних размеров сундук. Софи и Жени с трудом втащили её в зал. Монсус поспешил им на помощь и с лёгкостью водрузил сундучок на стол. Дарина легонько прикоснулась к нескольким местам на крышке сундучка. Послышались мелодичные звуки, и крышка медленно сдвинулась в сторону.

Сундучок был полон украшений из золота и драгоценных камней. Браслеты, диадемы и тиары переплетались с нитями жемчужных ожерелий и золотыми цепочками различной толщины и плетения.

– Мама, – воскликнула Жени, – почему ты никогда не показывала нам эти украшения?

– Мы думали, что сундучок пустой, – добавила Софи, – и просто стоит для красоты в вашей спальне.

– Я тоже впервые вижу содержимое этого ларца, – сказал Монсус. – Откуда у тебя, мама, такое богатство?

– Эти сокровища, – грустно промолвила Дарина, – копились здесь много веков. Они могли бы поведать о судьбах многих моих прародительниц, но только о двух из них дошли предания из древних веков. Не знаю, есть ли у нас сейчас время на эти истории, – на этих словах Дарина вопросительно глянула на мастера Лабса.

– Нам с Монсусом понадобится всего несколько мгновений, – ответил мастер, – чтобы при помощи Амулета Желания перенестись на пару недель назад в прошлое и, проделав всё необходимое, вернуться домой. Думаю, вы даже глазом моргнуть не успеете. Рассказывай, Даринушка.

Когда все быстро расселись вокруг стола с сундучком, зазвучал негромкий голос Дарины:

«В те далёкие времена, когда Припольем правил король Нуд, участились случаи набегов разбойников со стороны Пригорья. Они похищали женщин, мужчин и детей. Детей и женщин продавали в рабство вглубь Пригорья, а мужчин превращали в таких же разбойников, заставляя нападать на своих соплеменников. Тех, кто отказывался, попросту убивали.

Это продолжалось не один год. Жители королевства много раз жаловались королю Нуду. Наконец, он решил обратиться к королю Горду, чтобы тот немного обуздал своих подданных. На это Горд только посмеялся над слабостью Нуда. Надо сказать, правитель Пригорья был хорошо осведомлён о ситуации с нападениями на Приполье. Именно он тайно организовал эту разбойничью шайку во главе с князем Гайдой.

Король Нуд разозлился на соседа-короля после того, как вплотную занялся этим вопросом и узнал всю правду о тайном заговоре. Сделать это было не сложно, потому что короли в то время были одновременно и магами. Объявлять войну соседнему королевству король Нуд не стал, но с разбойниками и князем Гайдой было задумано покончить раз и навсегда.

Князь Гайда души не чаял в дочери одной из своих многочисленных наложниц (кстати, украденной из Пригорья). Имя наложницы затерялось, и неизвестно, что с ней случилось. Князь Гайда ни на шаг не отпускал её дочь от себя. Зурина – так звали девочку – с детских лет научилась пользоваться безграничной любовью князя, который задаривал её нарядами и драгоценностями.

Король Нуд решил использовать Зурину для того, чтобы заманить разбойников в приготовленную для них западню: девочка была похищена, и следы её похитителей вели в замок графа Арпака, который находился недалеко от границ королевств. Сама девочка была тайно отправлена в замок короля Нуда, а в окрестностях замка Арпака затаились сотни лучников.

Обезумевший князь Гайда собрал всех способных сражаться подданных и ринулся к замку графа Арпака. Отряд Гайды был вооружён мечами, кинжалами, пиками и топорами. Лучники Нуда дождались, пока разбойники вышли на поляну перед замком. Это была не битва, а побоище. Сотни поверженных врагов остались лежать перед замком Арпака. Раненых добивали мечами и пиками. Князь Гайда был убит в числе первых.

Зурина стала жить во дворце короля Нуда и не почувствовала особых перемен. Её воспитывали вместе с королевскими детьми. Однако с годами её красота стала привлекать внимание короля. Но сердце Зурины воспылало любовью к молодому глашатаю короля по имени Ниал.

Однажды, перед семнадцатым днём рождения Зурины, король Нуд объявил ей, что завтра, в день её рождения, Зурина станет наложницей короля. Влюблённые решили бежать. Зурина прихватила с собой только сундучок с драгоценностями…»

– Мама, – воскликнула Софи, – это её сундучок?

– Да, это её сундучок и её драгоценности. Я продолжу:

«…Король Нуд, узнав о побеге Зурины и Ниала, отправил по их следам своих самых верных слуг, приказав без Зурины не возвращаться. Несколько дней влюблённым удавалось скрываться от преследователей, но в один из дней королевские слуги окружили их на склоне Дикого Поля. Открытой была только дорожка в Поле, но это была верная смерть. С другой стороны их ждало нечто худшее: бесчестие, позор и, может быть, гибель.

Беглецы выбрали смерть в Диком Поле. Но Поле пощадило молодых людей. Оно вывело их в Пригорье, в заброшенный лагерь разбойников князя Гайды.

Если бы их поисками занялся сам король-маг, он рано или поздно разыскал бы беглецов. Но он довольствовался докладом слуг о том, что Зурина и глашатай исчезли в Диком Поле и обрекли себя на верную смерть. Король Нуд не мог знать, что Поле впервые наделило обычных смертных иммунитетом. Это не раз в дальнейшем спасало жизнь им и их потомству.

Как раз в это время произошёл большой Заговор королей, которые решили уйти на Землю и уничтожить Дикополье, истребив всех его жителей. Для воплощения этого замысла были созданы чудовищные монстры-убийцы, вобравшие всё худшее от своих хозяев и лишённые каких-либо чувств, кроме злобы и жажды уничтожения. Короли-призраки получили от своих создателей-магов кольца власти над Диким Полем. Они стали бессмертны и непобедимы. Много веков шли поиски и уничтожение обитателей нашего мира.

Дикое Поле не могло противиться действию магических колец, но Оно спасло от истребления много людей…»

– Сегодня мы видим многих потомков людей, которые были наделены иммунитетом Поля, – завершила свой рассказ Дарина.

– Мама, а что стало с Зуриной? – спросила Жени.

– Устное предание, которое я вам пересказала, передавалось из поколения в поколение. В нём больше нет упоминания о Зурине, – ответила Дарина и добавила: – В другом предании, о происхождении Амулета Желания, есть несколько слов о нашей прародительнице.

– Мама, расскажи нам скорее! – подпрыгнула на скамье Софи от нетерпения услышать занимательный рассказ.

Дарина улыбнулась дочери, вспомнив, что ей самой когда-то так же не терпелось услышать от мамы предания о своих предках. Она взглянула на мастера Лабса и, встретив его одобрительный взгляд, начала рассказывать ещё одно предание:

«Шли последние годы Великого Опустошения. На практически безлюдных землях Дикополья шло уже открытое противостояние Дикого Поля и жестоких безжалостных убийц – королей-призраков. Поле было неспособно уничтожить призраков или как-то повлиять на них, но Оно стало использовать все свои возможности, чтобы защитить оставшихся жителей. На местах разрушенных призраками убежищ при помощи Дикого Поля возникли новые. Появились люди, способные незаметно для глаз перемещаться от дерева к дереву…»

– «Мерцающие», – угрюмо заметил Монсус, – обладатели древнего дара Поля.

– Ничего, сын, – подбодрил его мастер Лабс, – Поле не может дать кому-либо дар, не придумав противовеса.

«…Сотни людей подобно первой обладательнице иммунитета Зурине устремлялись в Дикое Поле в поисках смерти или защиты. Все они получали помощь и способность долгого пребывания в Поле. Обычные люди, вдохновлённые Диким Полем, устраивали ловушки и западни для королей-призраков. Уничтожить призрака было невозможно, но вывести его из строя на какое-то время порой значило спасти чью-то жизнь.

А самое главное, Поле обратилось к Создателю с мольбой о помощи в борьбе с разрушителями плана милосердия, и в Дикополье спешил Посланник Света – Рыцарь Луча.

Зурине и Ниалу Дикое Поле даровало долгую и достаточно спокойную жизнь. К тому времени в заброшенном лагере разбойников обосновалось несколько десятков обитателей. Они все попали сюда различными путями, стараясь укрыться от королей-убийц. Не раз Дикое Поле, заметив приближение рыскающих по всем уголкам Дикополья королей-призраков, спасало жителей лагеря, перемещая их в недоступные места, а лагерь стараниями Поля превращался в покрытую пыльным налётом времени груду развалин.

Какой бы долгой ни была их жизнь, пришло время Зурине и Ниалу уйти путём всех смертных. Иммунитет Поля передался их дочери Зале. Так получилось, возможно, по воле Поля, что в их потомстве рождалась единственная дочь, которой иммунитет и передавался. Поэтому ко времени прихода Рыцаря Луча дар Дикого Поля перешёл к правнучке Зурины и Ниала, смуглой красавице Стине.

Стина была не только красивой, но и умной, бесстрашной и воинственной девушкой. Она придумала план, как заманить в западню короля-призрака Горда. Призраки с давних времён стаей рыскали по всему Дикополью в поисках жертв, но иногда они на некоторое время разбегались по вотчинам. Пребывание в родовом замке короля-призрака Горда всегда сопровождалось душераздирающими воплями, звериным рёвом и диким хохотом. Никто не мог объяснить причину этого. Тогда Стина предположила, что таким образом король-призрак пытается привлечь внимание потенциальной жертвы, зорко вглядываясь в опустошённые окрестности. Догнать человека для неутомимого убийцы было не сложно.

В дальнейшем оказалось, что Стина была права, построив свой замысел на этом предположении. Суть плана Стины заключалась в том, чтобы заманить Призрака в одну из пещер и завалить её вход камнями.

Для этого был выбран сквозной проход через гору, которым пользовался ещё предводитель разбойников князь Гайда. Это был самый короткий путь для него к замку Горда. К тому же, этот проход изначально был создан королём-магом как ловушка: от центра в сторону обеих выходов был приличный уклон, а в расширениях перед выходами располагались два идеально круглых камня огромного размера и тяжести, которые при прохождении приходилось огибать с любой стороны. Зная секрет, их легко можно было сдвинуть и закупорить выходы изнутри. Этот секрет, открытый ещё маленькой Зурине князем Гайдой, передавался из поколения в поколение, как и шкатулка с драгоценностями.

Существовал ещё один секрет. В центре прохода над головой располагалось отверстие вертикальной шахты, уходящей далеко вверх. Зная, где находится выход шахты, можно было увидеть огромную воронку с отверстием около метра в диаметре, вокруг которой на склонах лежали глыбы. Эти камни также легко приводились в движение, полностью засыпая проход.

Главной задачей для поселенцев было заманить короля-призрака Горда в проход и закупорить его там.

Чтобы не рисковать всеми, были выбраны, помимо Стины, трое смельчаков. Самые опасные роли взяли на себя Стина и Шарг.

Шарг должен был привлечь внимание короля-призрака, появившись на входе в проход, подпустить убийцу на опредёленное расстояние и, пробежав по проходу, выскочить с другой стороны, где старый Долт, наученный секрету, закроет выход. (Надо сказать, что до тех пор ни одному человеку, появившемуся в поле зрения призрака, не удавалось выжить).

Стине же необходимо было, затаившись у входа, не выдать себя ни вздохом, ни шорохом. Призраки не обладали обонянием и не различали вкус, но у них были идеальный слух и острое зрение. Как только король-призрак скроется в проходе, Стине надо было закрыть валуном выход и подать сигнал.

Четвёртый смельчак, Палей, услышав два сигнала снизу, обязан был привести в движение камни в воронке и засыпать проход.

Изучив за много лет периодичность появления в замке короля-призрака Горда, которая составляла примерно полгода, решили не откладывать дело в долгий ящик. Ещё были слышны вопли покидающего замок призрака, а участники уже спешили занять свои позиции. Много дней они проводили у прохода, тренируясь и выверяя каждое движение. Для Стины было приготовлено едва заметное глазу укрытие, в котором она проводила долгие часы.

Это происходило изо дня в день, пока не раздались первые жуткие звуки возвращающегося Короля-Призрака.

Надо отметить, что у Стины и Шарга во время совместных тренировок возникли глубокие взаимные чувства, которые выражались только в обоюдно скрываемых нежных взглядах. Они не могли обременить друг друга даже мыслями о чём-то другом, кроме задания.

Как и было заранее решено, операцию начали после того, как король-призрак Горд вошёл в замок и промелькнул в окнах одной из ближних башен.

Едва Шарг, изображая любопытного глупца, следящего за монстром, крадучись вышел из прохода к краю склона, жуткие звуки стихли. Призрак выпрыгнул из ворот замка и помчался в сторону пещеры. Шарг деланно взмахнул руками и бросился в проем. Более двух минут, необходимых Шаргу для преодоления пятисотметрового проёма, прошло прежде, чем появился монстр.

Стина невольно облегчённо вздохнула, что не осталось без внимания короля-призрака. Напряжённо вслушиваясь и вглядываясь, он сделал шаг в её сторону. Стина замерла…

Спасла её летучая мышь, явно посланная Диким Полем, потому что никакой живности в мрачном Дикополье не оставалось, кроме как в Поле. Мышь выпорхнула из чёрного проема и, слепо задев крыльями короля-призрака, упала, разрубленная его мечом.

Задерживаться дольше Король-Призрак не стал – он ринулся в проём. Едва он исчез за камнем, как раздался сигнал с другой стороны. Прозвучи он чуть раньше, монстр мог не войти в проход, а обогнуть гору поверху. Стина бросилась к выходу и закупорила его. Она громко крикнула и услышала грохот падающих с большой высоты камней. Это Палей привёл в действие механизм воронки. С королём-призраком было покончено. Стина бросилась бежать по склону на другую сторону, преодолевая нагромождения камней, и не заметила, как прошмыгнула по узкой тропинке над пропастью. На середине пути задыхающуюся от быстрой ходьбы, вот-вот готовую упасть девушку подхватили крепкие руки Шарга…

Спустя несколько дней по Дикополью разнеслись слухи о Рыцаре Луча и о его победе над королями-призраками. Следом за слухами появился Он – прекрасный юноша в блистающих доспехах, на белом коне и с серебряным мечом в руке. Одним своим видом Рыцарь Луча покорил сердца всех женщин Дикополья, сумевших избежать участи истребления. Всех, кроме Стины. Да, он был идеален во всём, но для неё другие меркли в сравнении с её Шаргом. Даже Рыцарь Луча на своём белом коне.

Рыцарь же, напротив, когда услышал историю с захватом короля-призрака Горда и увидел воинственную смуглолицую красотку, организовавшую этот захват, воспылал к ней любовью. Несколько раз в дальнейшем он безуспешно умолял её отдать ему свое сердце. Стина оставалась верна своему Шаргу, обычному юноше, грязному и оборванному на тот момент, которому были нужны её забота и помощь.

Рыцарь Луча, устраивая дела Дикополья, организуя управление королевствами и Полем, не забывал о Стине. Она стала первым Стражем Чистоты Поля от Приполья по своему родословию, хотя вся её жизнь до этого прошла в Пригорье.

Через много дней после того, как Рыцарь Луча закончил свои дела в Дикополье, он вновь встретился со Стиной. Она показалась ему ещё прекрасней, хотя и находилась на последнем месяце беременности. Рыцарь Луча в который раз предложил Стине отправиться с ним в мир Вечной Радости и Блаженства. И Стина снова подтвердила свою непоколебимую верность любимому. Тогда, в знак своей безответной любви, Рыцарь Луча дал ей медальон с просьбой надеть его, чтобы исполнить любое своё желание. Он ещё надеялся, что Стина когда-нибудь усомниться в своем муже и захочет увидеть его…».

– Теперь мы видим, что ни Стина, ни последующие владельцы не использовали медальон, – закончила свой рассказ Дарина.

Все молчали, заворожённые мягким журчанием голоса рассказчицы. Первым пришёл в себя Монсус:

– Мама, может быть, ты покажешь нам этот медальон?

Дарина просунула руку под выдвинутую выпуклую крышку ларчика и на что-то нажала там. Раздался лёгкий щелчок, верхняя часть крышки откинулась, и открылась неглубокая полость. Все дружно поднялись со скамеек и заглянули в новое отделение ларца: на донышке сверкала первозданной чистотой массивная цепочка с кулоном в виде символа Дикого Поля – зелёного круга в жёлтом овале.

– Может быть, амулет уже потерял свою силу? – промолвила Софи.

– Сейчас мы это и проверим.

С этими словами мастер Лабс взял амулет в руки и, подойдя к Монсусу, надел внезапно удлинившуюся цепь на себя и на сына. Оба мгновенно исчезли.

– Вот вояки! – первой опомнилась Дарина. – Даже мечи забыли!

– Меч! – внезапно всполошился Принц, вспомнив преображение Монса в кладовке несколько дней назад. – Я должен принести им меч! – выкрикнул он, бросаясь вверх по лестнице в кладовую, захватив при этом и меч мастера Лабса.

Через несколько мгновений все трое, опоясанные цепью медальона, предстали перед изумлёнными девочками и Дариной.

– Что, что-то не получилось? – испуганно спросила Дарина.

– Здравствуй, родная! – воскликнул мастер Лабс. – Целых две недели я не видел тебя.

– Что с тобой? – Дарина подошла к нему, пристально вглядываясь в глаза. – Вы ведь только что были здесь.

– Ах, да! – рассмеялся мастер Лабс. – Это всё сюрпризы путешествия во времени. Мы с Монсусом отправились на две недели в прошлое, в Заозерье. Три дня назад принц Анди принёс нам мечи. И вот мы снова дома.

– Подожди, Лабс, – остановила его Дарина, – давай опять сядем за стол, и вы обстоятельно всё нам расскажете.

– Мама, – сказал Монсус, – папа вам всё подробно расскажет, а я пока выйду на воздух и пройдусь по территории турнирного поля.

Все, за исключением Монсуса, вновь сели за стол, со стоящим на нём сундучком. Только для одних это было спустя несколько мгновений, для Принца – несколько дней, а для мастера Лабса – через две недели.

Вот что рассказал мастер Лабс:

«Начнём с того, что Амулет Желания перенёс нас с Монсусом на две недели в прошлое. Как и планировали, мы оказались в горной местности Заозерья, где проживал мастер Лин – древний хранитель Искусств Боя. С юных лет мастер Лин увлёкся различными видами и способами сражений. Он по нескольку лет проживал в различных местах Дикополья, славящихся своими особенностями ведения боя, и изучал их.

К сорока годам мастер Лин достиг совершенства в сражениях с одиночными соперниками и с группой до двух, трёх и даже пяти десятков хорошо обученных воинов.

Достигнув вершин мастерства, мастер Лин поселился в пещере горы Спасения на границе Заозерья и Пригорья. В эти труднодоступные места стали пробираться десятки жаждущих познания своих боевых возможностей молодых людей. Среди них были не только юноши, но и девушки. Теперь там большое поселение хранителей.

Мало что изменилось там с тех пор, как ещё юношей задолго до встречи с Даринушкой я побывал в тех местах с целью постижения воинского искусства. Мастер Лин не отказывал ни одному человеку, который приходил к нему, ведь чтобы попасть в посёлок хранителей, надо было преодолеть множество для многих непреодолимых трудностей. Горные потоки, камнепады и узенькие тропинки над краем пропасти – только малая часть опасности.

Закончив обучать меня боевым приёмам, мастер Лин на прощание дал мне совет не использовать эти знания безрассудно, а лучше стать мастером в мирном ремесле.

Когда мастер Лин испытал Монсуса в поединке с одним соперником и с группой, он был поражён его силой и реакцией.

– Не могу предположить, – сказал мастер, – чему я могу научить этого воина?

Тогда мы объяснили мастеру Лину, что Монсусу вскоре предстоит сражение с «мерцающим». Мастер подобрал для Монсуса партнёров из числа «мерцающих», которые также есть в поселении. Больше недели продолжались тренировки, пока Монсус не научился побеждать группу «мерцающих».

Я же часами мог наслаждаться беседами с мастером Лином. Его интересовало всё, хотя, живя, казалось бы, в такой недоступной глуши, он не вникает в дела мира. На самом деле, его познания о жизни Дикополья оказались гораздо обширнее моих, особенно в сфере военных происшествий и приключений.

Мастер Лин попросил меня рассказать о том, каким образом я расчистил проход – ловушку Стины…».

– Папа, – вместе воскликнули Софи и Жени, – почему ты нам об этом не рассказал?

– Ну, во-первых, потому что о Стине вы узнали только… недавно, – ответил мастер, – а во-вторых, всё происходит в своё время. Я продолжу:

«…После решения этой технической загадки за мной закрепилось звание мастера.

Когда Даринушка рассказала мне предание о Стине и её ловушке, мне как технарю – человеку, увлечённому техникой, – не терпелось узнать, как это всё действовало. Но со смертью последних обладателей секрета и последующей затем заброшенностью этих мест – никто больше не захотел жить в логове призрака – знания об устройстве ловушки и способе её очистки были утрачены.

Как только мне представилась возможность, я тут же отправился к заброшенному поселению разбойников, а затем и беглецов в Пригорье. Если бы не помощь мага Вентуса, я бы не смог попасть в это место. В дальнейшем помощь мага не один раз открывала возможность продолжения исследований.

Я сразу предположил, что если есть механизмы управления ловушкой, то должен быть и механизм очищения. Для однократного закупоривания входа было бы достаточно какой-нибудь подпорки для камней, которую необходимо просто убрать. Однако, в предании говорилось о рычагах…».

– Ну, мастер Лабс оседлал своего конька, – ласково прервала мужа Дарина. – Он хочет рассказать нам в мельчайших подробностях не только принцип работы ловушки, но и принципы исследовательской работы. Дорогой, перед тобой не специалисты.

– Хорошо, хорошо! – ответил мастер Дарине. – Постараюсь попроще:

«Осмотрев местность у выходов, мы нашли два одинаковых грота под ними, из которых вполне могли падать камни. Оставалось найти механизмы управления.

Много раз пришлось перемещаться от одного входа к другому (огромная благодарность магу) и, в конце концов, мы нашли два одинаковых места на каменных стенах. Это были каменные выпуклости, которые легко перемещались вверх и вниз. Поначалу ничего не происходило, но когда я установил их в среднюю точку и сдвинул вправо, под нами раздался грохот падающих камней. Так мы очистили обе половины. Как только мы возвратили выпуклости в верхнюю точку, входы были открыты.

Идя через проход впервые после Шарга и Стины, маг Вентус отыскал меч короля-призрака Горда и подарил его мне.

Когда мастер Лин услышал о мече, ему очень захотелось взглянуть на него. Мы были не вправе отказать в просьбе Лину, и Монсус хотел отправиться за ним, воспользовавшись Амулетом Желания, но тот вдруг начал мерцать. Всё, что получилось у Монсуса, это послать Принцу фразу через самого себя, чтобы тот принёс нам меч в Заозерье к учителю Лину. А медальон перестал светиться, лишившись своей силы. Тут же появился Принц, захвативший и мой меч.

Когда мы испробовали меч короля Горда, оказалось, что он сам отражает удары любого оружия, даже стрелы. Мы теперь спокойны за Монсуса.

Сегодня Принц перенёс нас сюда, опутав цепочкой медальона, что, впрочем, думаю, мало чем помогло. Амулет Желания был заряжен на одно перемещение Стины к Рыцарю Луча. Всё же, мы благодарны и за эту услугу…

– Так вы могли не вернуться? – всполошилась Дарина.

– Нет, нет, – успокоил её мастер Лабс, – я думаю, принц Анди нашёл бы нас.

Он ласково посмотрел на Принца. Тот не успел ответить: в комнату ворвался сильно взволнованный Монсус.

– Я не слышу Ликета. Меч короля Горда видит его, а я не слышу.

– Сынок, я ничего не понимаю! – воскликнула Дарина. – Зачем тебе слышать Ликета?

– Мама, вся моя сила в сражении с «мерцающими» построена на том, что я слышу их мысли о дальнейших действиях и за счёт реакции опережаю их. Я не слышал мысли принца Анди и не мог с ним сражаться. Я бессилен перед Ликетом. Сейчас на турнирном поле он мерцал вокруг меня. Меч рвался из ножен, но я ничего не слышал.

Все удрученно молчали. Первым нарушил тишину мастер Лабс:

– Есть очень хорошая земная пословица: «Утро вечера мудренее». Время позднее, давайте спать.

* * *

После бессонной, хоть и быстротечной ночи в ущелье Лиам эта ночь для Принца должна была стать прекрасной. Однако, ужасная тревога за брата, которому, казалось, он ничем не мог помочь, наложила отпечаток на сон Принца. Поэтому по пробуждении он никак не мог понять, во сне или наяву происходило его общение с Диким Полем.

Принц попытался соотнести сон с реальностью и пришёл к выводу, что Поле контактировало с ним…

Вечером, едва Принц очутился в мягкой постели в уютной комнате, отведённой ему Дариной, волны невесомости окутали его тело. Такое Принц ощущал только в Поле. Размылись и исчезли очертания предметов комнаты. Всё заволокло молочно-белым туманом.

Внезапно возникло лицо Дарины и заговорило с ним:

– Принц, ты хочешь помочь своему брату Монсусу?

– Конечно, Дарина! Я готов отдать ему все способности, которыми наделило меня Дикое Поле.

– Тебе ничего не придётся отдавать, потому что всё, чем я тебя наделяю, служит для претворения моих планов.

– Тогда как я смогу помочь Монсусу, Дари… э-э-э?

– Называй меня Дариной. Сегодня мне так проще с тобой общаться.

– Что я должен сделать?

– У тебя на шее остался Амулет Желания, которому ты не дал совсем угаснуть.

– Я совсем забыл про него, – промолвил Принц, нащупывая на своей груди медальон.

– Не надо оправдываться, ты снял Амулет. Это по моей воле он вновь оказался на тебе. Утром ты наденешь его на Монсуса, наделив его на время частью твоих возможностей.

– Благодарю тебя! Это будет справедливо в отношении Монсуса.

– И это не противоречит моим планам. Что касается тебя, это последняя наша встреча. Время твоего пребывания в Дикополье заканчивается.

– Я не смогу увидеть Турнир и торжества?

– Во всём этом ты будешь принимать активное участие. Я буду помогать тебе вершить справедливость, пока ты опять не возвратишься домой. Это случится завтра вечером. Лия тоже возвращается в земной мир.

При этом известии Принц почувствовал, что сердце готово выпрыгнуть из груди. Он с надеждой в голосе спросил:

– И я смогу встретиться с ней там?

– Я помогу тебе чуть-чуть, но в остальном всё зависит от тебя… Вернёмся к моим планам. Ты не забыл слова пророчества, услышанного тобой и Братством Стражей Чистоты Поля? Там изложены мои стратегические планы на будущее Дикополья. Тебе отведена, пожалуй, самая важная роль в их исполнении. Ты готов к этому?

– Я полюбил Дикополье. Здесь мои верные друзья и мои родные. Я всем сердцем готов помогать им. Но достоин ли я Твоей великой милости?

– Хранить своё достоинство сможешь только ты. Я даю тебе этот перстень с символом Поля, который при желании попасть в Дикополье трансформируется в медальон. Думаю, мы расстанемся ненадолго.

…В доме уже слышались звуки пробуждения. Выделялись голоса девочек и Дарины.

Принц полюбовался перстнем, погладил Амулет Желания и вскочил с постели. Он чувствовал себя великолепно отдохнувшим и вдохновлённым.

* * *

– Кузен, кузен! – бросились девочки к Принцу с вопросами, только увидев его: – Этот Ликет такой непобедимый? Что, Монсус не справится с ним?

– Всё будет хорошо! – достаточно громко, чтобы его услышал Монсус, воскликнул Принц.

– У мамы тоже такие же чувства. Правда, мама? – перекинулись девочки на мать.

– Да. Почему-то я не испытываю никакой тревоги после сна, хотя ложилась с тяжёлым сердцем, – ответила Дарина.

– У меня тоже, как ни странно, предчувствие, что всё будет как надо, – сказал мастер Лабс, входя с улицы. Он услышал слова Дарины. – Что у нас Монсус не спускается?

– Странно, – на лестнице, потягиваясь, появился Монсус. – Что-то я сегодня разоспался.

– Это всё влияние Поля. Оно было здесь этой ночью, – тихо промолвил Принц.

Вопросительные взгляды всех присутствующих вмиг обратились на него.

– Поле осеняло наш сон. Оно общалось со мной и оставило талисман для Монсуса. Вот, – открыл Принц ладонь, на которой заблестел Амулет Желания.

– Странно, я точно помню, – растерянно произнесла Дарина, – что перед сном убрала ларец с драгоценностями Зурины. Амулет я положила на место.

– Может быть, Поле дало Принцу другой, похожий медальон? – предположила одна из девочек.

– Нет, Софи. – Принц уже различал по некоторым признакам сестёр. – Поле сказало, что это тот же амулет, но Оно зарядило его для Монсуса.

– А какое оно, это Поле? – спросила Жени.

– Красивое, как ваша мама, – ответил Принц.

– Ты, наверное, шутишь, Принц, – сказала Дарина, слегка покраснев.

– Нет, нисколько, – заверил её Принц. – Поле принимает облик любого человека. Вчера это была ты, Дарина, вернее – твой образ.

– Как интересно! – воскликнула Жени. – А что ещё делало Поле? Какой красивый перстень у тебя, кузен. Он тоже от Поля?

– Да, это подарок Поля для меня, – ответил Принц, – тоже своего рода амулет. Возможно, когда-нибудь я расскажу вам о Поле побольше. Сейчас мне самому не терпится проверить действие амулета.

Принц подошёл к Монсусу и надел ему на шею медальон Рыцаря Луча, обновлённый Диким Полем.

– Ну, как? – первым озвучил немой вопрос всех присутствующих мастер Лабс. – Что ты чувствуешь? Хоть что-нибудь произошло?

– По-моему, ничего не изменилось. – Монсус пожал плечами. – Может, Амулет будет действовать там, на турнире?

– А что если он там не поможет? – усомнился мастер Лабс. – Хотелось бы быть полностью уверенным.

Внезапно Принц исчез из комнаты, а Монсус стал быстро вращаться вокруг оси, выкрикивая:

– Кузен, что ты бегаешь вокруг меня?

Монсус остановился, как только Принц появился вновь.

– Нет, вы видели? – радостно-возбуждённым голосом воскликнул Принц.

– Мы видели, как вертелся Монсус, – с трудом проговорила Дарина, – а ты исчез.

– Ты что, мама! – Монсус непонимающе оглядел родных. – Принц никуда не исчезал. Он бегал вокруг меня.

– Вы поняли? – по-прежнему возбуждённо обратился к ним Принц. – Он видел меня, а вы – нет. Он будет видеть Ликета!

Все радостно загалдели и стали обнимать друг друга. Неизвестно, как долго бы это продолжалось, если бы не раздались мощные звуки турнирных труб, которые все, кроме мастера Лабса, слышали впервые.

* * *

Спустя некоторое время, когда были сказаны слова напутствий для Монсуса, и он вышел из «хижины», полностью экипированный для первого поединка, мастер Лабс пригласил Дарину, Софи, Жени и Принца следовать за ним.

Поднявшись по лестнице в уже знакомую нам кладовую, мастер Лабс подошёл к шкафу с кольчугами и рыцарскими доспехами и сунул руку в небольшое углубление в стене. Внезапно с лёгким жужжанием, похожим на работу электрического двигателя, шкаф повернулся, открывая нишу со ступенями, ведущими куда-то наверх.

– Это выход в небольшой грот, из которого мы будем наблюдать поединки, – сказал мастер.

Он первым ступил на каменные ступени, освещённые мягким электрическим светом. Пройдя десяток ступеней, все оказались на вместительной площадке, откуда уходили в разные стороны три сводчатых коридора.

– Нам прямо, – произнёс мастер Лабс.

– А куда ведут два других? – спросила Дарина.

Она, как и все, впервые была здесь.

– Эти два – проходы под рекой, – ответил мастер, – имеют выходы в горных расщелинах по берегам реки… Мы на месте, – сказал он, толкнув лёгкую дверь.

Грот оказался прекрасно обустроенной лоджией. Площадка, выступающая метра на два дальше стен, открывала широкий обзор не только турнирного поля, но и всех соседних замков. Край площадки был огорожен искусственной металлической решёткой, закрывающий весь проём до выступающего вровень с площадкой козырька. Несколько мягких кресел образовывали полукруг вокруг столика с напитками, фруктами и сладостями, немного похожими на земные.

Мастер Лабс опустил решётку до уровня стола, чем привлёк внимание уже устроившихся зрителей. Принц заметил взгляды в их сторону из окна возле королевского балкона, где томились принцессы, ожидавшие выхода короля Годарта. Подойдя к ограждению, Принц помахал Монсусу, который находился прямо под ними. Затем, повернувшись в сторону окон принцесс, он слегка поклонился.

В ответ из глубины комнаты, видимое только ему, произошло лёгкое колебание белого платка в самой прекрасной на свете руке. Сердце Принца наполнилось теплом и радостью. Он уже был готов совершить бесшабашный скачок к принцессам, но его остановил голос мастера Лабса:

– Анд и, давай присядем вот здесь, – указал он на места, с которых лучше всего был виден королевский замок. – Мне нужно поговорить с тобой.

– Да, дядя, – смутился Принц, как будто его поймали на крамольных мыслях.

– Племянник! – немного торжественно начал мастер, когда они уселись в кресла, а Дарина с девочками встали у парапета, выискивая взглядом знакомых и посылая им знаки внимания. – Сегодня ночью ты получил от Поля портал-амулет, в то время как я его был лишён…

– Так это произошло из-за меня?

– Нет, нет, – поспешно остановил его мастер, – Дикое Поле открыло мне сегодня ночью всю полноту Своего мироздания. Я знаю, где находится Дикополье относительно Земли. Враг же всего человечества, который не может сюда попасть, узнав о моей осведомлённости, приложил бы все усилия, чтобы вырвать эту тайну у меня. Не подумай, что я боюсь за себя. Нет, это ответственность за всё Дикополье. Есть и ещё одна причина – Физик.

– Но, ведь, он погиб!

– Да, здесь он распался на мелкие частицы, но там, на Земле, продолжает жить, потому что для перенесения сюда у человека берётся одна стволовая клетка, которая наращивается Полем. Но когда человек умирает на Земле, он исчезает из Дикополья, как бы лишившись своей основы.

– Дядя, но ведь твоя основа на Земле?

– Уже нет. Поле переместило мою основу сюда так же, как в древности основу королей на Землю. Правда, с королями-призраками немного сложней: они бессмертны, потому что здесь осталась регенерационная часть их основ, как телесной, так и духовной (самой злобной и жестокой её части). Кстати, твоя бабушка оставила часть своей духовной основы в Дикополье. Думаю, в будущем ты в этом убедишься.

– Мама, когда бабушка умерла, говорила, что она переселилась на самую яркую звезду земного небосвода, – задумчиво проговорил Принц. – Наверное, там мы сейчас и находимся?

– Нет, всё гораздо ближе. Твоя мама не посвящена в тайну Поля. Впрочем, об этом лучше не говорить. Тем более там, на Земле. Слишком большую силу и власть имеет там Сатана. Поэтому, когда ты вернёшься к себе домой, то услышишь о несчастном случае со мной. Помни, погибла неважная часть моей земной оболочки. Твои родители знают истину. Вот обо всём об этом я должен был тебя предупредить, чтобы не было лишних вопросов и разговоров на Земле.

– Хорошо. Я понял, дядя.

– Да, но у нас есть целый день для общения. То, что мы пытались сделать в Заозерье, где, казалось бы, было много времени, а поговорить нам так и не удалось… Давай, сыпь свои вопросы! Отвечу на все, но только так, чтобы не навредить тебе на Земле. Меня ведь тоже Поле пригласило для больших дел. Двадцать пять лет назад, после окончания университета, я горел желанием усовершенствовать весь мир. Даже когда Дикое Поле впервые привело меня в свой мир, я посчитал это какой-то игрой или приключением. Два года я провёл в селении учителя Лина, готовясь к турнирам. Даринку встретил, когда шёл на подобный сегодняшнему королевский турнир. Представляешь, я, наверное, мог бы стать победителем. Тогда не Годарт был бы мужем Ксандры. Кто знает, может она не сбежала бы на Землю. А может, мы вдвоём покинули бы Дикополье. – Мастер Лабс отмахнулся, будто прогоняя саму мысль. – Я не король и не жалею им быть, хотя во мне, как и в твоих маме и бабушке, течёт кровь восьми королей…

– Принц, папа, – громко воскликнула Жени, – выход короля Годарта.

Они и сами поняли это по взревевшим трубам и восхищённым возгласам снизу. Мастер с Принцем встали, приветствуя правителя и принцесс.

Теперь Принц мог не таясь любоваться принцессой Лией. От его взгляда ускользнули великолепные наряды принцессы Вендис и короля Годарта в бежевых тонах Приполья, украшенные россыпями изумрудов. Принц с нежностью глядел на жёлто-голубое одеяние принцессы Лии. На её голове сверкала платиновая корона с огромным красно-белым камнем. Принцесса Лия поймала восхищённый взгляд Принца, и её щёки зарделись лёгким румянцем скорее удовольствия, чем смущения.

Резко смолкли турнирные трубы, и король Годарт без лишних речей объявил:

– Распорядителем и главным судьёй турнира назначается маг Элеонус!

Речь мага была достаточно продолжительной. Он объяснил, почему не маг Монсус судит Турнир. Затем он призвал участников к уважению соперника и к честности, объяснив при этом, как будет нейтрализоваться действие магического кольца Монсуса. Покончив с объяснениями, маг предложил глашатаю представить присутствующих правителей и претендентов.

Тут Принц обратил внимание на то, что в руках глашатая появился большой бумажный свиток. Пока зачитывались имена и титулы, Принц удивлённо спросил у дяди:

– А что, в Дикополье есть письменность?

– Да, здесь всё новое идёт от королей, которые поручают магам обучать грамоте нужных людей. Конечно же, я не мог не научить своих домашних, хотя Монсус и без того обучался у мага Элеонуса.

– Может быть, тут и библиотеки тоже есть? – спросил Принц.

– Разве что свитков с указами, – ответил мастер Лабс, – но у нас здесь, в «хижине», неплохая библиотека в несколько тысяч томов.

– Есть книги о Дикополье? – с надеждой спросил Принц.

– Нет, к сожалению, только земные, – ответил мастер.

Внезапно, Принц уловил смысл слов глашатая, который представлял руководителей Семиозерья. Принц с неохотой оторвал свой взгляд от королевского балкона, чтобы увидеть семиозерцев. Ему даже пришлось встать и подойти к ограждению, откуда он мог видеть замок графа Волье. Его тут же заметила Пелея, радостной улыбкой приветствуя будущего правителя. Другие также стали махать ему.

– Дядя, – негромко спросил Принц, видя праздничные одежды семиозерцев, но не в тонах королевства, – почему они не одеты в синее с золотом?

– Это не цвета королевства, – опередила мужа Дарина, – а королевские цвета. Они молодцы. А вот наместники возомнили себя королями, – указала она на наместников Заполья, Междулесья и Подгорья, ярко выделявшихся на фоне своих придворных.

Глашатай продолжал представлять наиболее важных гостей. Принца заинтересовал наместник Пригорья Урт: худощавый, высокий человек со свирепым выражением лица, подчёркнутым глубоким шрамом поперёк лба.

– Дядя, – вновь обратился Принц к мастеру Лабсу, – наместник Пригорья Урт больше похож на разбойника, чем правителя.

– Да, Анди, наместникам приходится много сражаться, – иронично заметил мастер, – и иногда – со своими подданными, а зачастую, чтобы утвердиться, с другими наместниками.

– Из-за чего наместники сражаются между собой?

– В основном из-за земли и её плодов. Также из-за даров Поля и людей.

– А что из себя представляют дары Поля?

– Всё, что угодно. Красивое оружие, например, украшения, домашние животные и многое другое.

– Разве нельзя всё это взять у Поля?

– Мы подошли к главному вопросу мироустройства Дикополья и твоей будущей роли во всём этом. – Мастер Лабс выпрямился в кресле, показывая своим видом важность того, что будет сказано. – Я тоже посвящён в смысл известного тебе пророчества. Его глубинная суть в том, что всё новое в Дикополье приходит через магическую сущность королей. Жестокое предательство древних королей на долгие века повергло Поле в замешательство, говоря простым языком. Практически, были разрушены все планы и надежды. Думаю, Дикое Поле само не раз помышляло о полном истреблении обитателей своего мира. Только видя громадное жизнелюбие простых дикопольцев, Поле предпринимало поначалу вялые, а затем всё более активные попытки помочь им. У Поля возник новый план и засветилась новая надежда.

– И от меня зависит исполнение нового плана Поля? – спросил Принц.

– Ты ключевая фигура этого плана. – Мастер Лабс подпрыгнул в своем кресле. – Когда короли-призраки истребляли человечество, Дикое Поле следило за событиями на Земле и за судьбами королей-предателей. За долгие века без вмешательства и побуждения со стороны Поля были созданы условия для исполнения замысла: в результате смешения королевских кровей появился Принц Света, потомок всех девяти Королей.

– Это – я? – немного робея, спросил Принц.

– Да, Анди Рэй, Принц Света, Воин Луча! – торжественно произнес мастер.

– Грандиозно! – воскликнула Дарина. Она и притихшие девочки давно вслушивались в разговор мужчин.

– Братец, – умоляюще промолвила Софи, – Вы же не возгордитесь своим величием и не отвергнете своих родных?

– Глупышка! Конечно, нет! – смутился Принц. – Я сам ещё не до конца осознаю, что мне предстоит сделать.

– Говоря о крови, Поле подразумевает какой-то генетический код в твоём организме, являющийся ключом к управлению всеми процессами в королевствах, – добавил мастер Лабс. – Кстати, девочки, сын или дочь одной из вас, рождённые в браке с Риколом, принцем Подполья, могут быть такими же, как и Анди, носителями кода.

– Рикол? – прошептала Софи, а затем вскочила с криком: – Ой, смотрите! Их как раз представляют! – И еле слышно добавила: – Какой он красавчик…

Все вновь обратили взгляды на турнирное поле. Принц впервые за всё время посмотрел на крайний слева замок, представляющий из себя правильный куб из серого мрамора. На террасе восседали король Прайдер и уже не юная, но очень привлекательная женщина. Рядом стоял юноша в доспехах.

– Анди, – загадочно обратился к нему мастер, – думаю, ты впервые в жизни видишь королеву Камилу, твою родную тетю.

Это сообщение оглушило Принца. Он стал пристально всматриваться в лицо королевы Камилы, во всех его чертах находя сходство со своим отцом Алексом. Его пристальные взгляды не ускользнули от внимания королевы Камилы. Она, по-видимому, тоже заметила его схожесть с родным образом.

* * *

Для Камилы увидеть Принца было сравнимо с ударом молнии: в нескольких десятках метров от неё сидел её брат Алекс, ничуть не изменившийся с тех пор, как более двадцати лет назад ушёл в поисках своего счастья под видом странствующего рыцаря.

Камила несколько раз всматривалась в юношу, взмахивала рукой, пытаясь отогнать наваждение, которое не исчезало. На какое-то время волна воспоминаний захлестнула ее:

«Брат и сестра, близнецы. Он на несколько минут старше, но верховодила всегда она. Дралась с мальчишками, защищая его. Наедине позволяла ему быть её рыцарем… Прекрасные годы учёбы у мага Крузуса… Королевский рыцарский турнир. Красавец-победитель, ставший её мужем и королём Прайдером… Другой Королевский рыцарский турнир – за руку принцессы Ксандры… Алекс без пяти минут победитель… На Семиозерском балконе появляется принцесса Лана, прибывшая с Земли погостить… Алекс дарит победу Годарту… Исчезновение из Дикополья…»

Королеву Камилу осенила догадка: «Нашёл свою принцессу Лану. Это их сын».

– Дорогой, кто этот юноша там, на балконе Дарины и Лабса? – обратилась она к мужу, чтобы подтвердить свою догадку.

– Это их племянник, Семиозерский принц. Он пока здесь инкогнито.

– Думаю, что это и мой племянник, сын моего брата Алекса.

– Да-а-а-а? То-то мне при нашей встрече с ним показалось, что я его уже знаю.

Видя, что Принц опять смотрит на неё, королева Камила радостно улыбнулась и помахала рукой. Принц понял, что она знает, кто он. Он также весело улыбнулся и замахал тёте в ответ.

* * *

– Всего несколько дней назад я мог только мечтать о брате или сестре, – сказал Принц и обвёл взглядом сидящих с ним рядом родных, подаривших ему несколько минут почтительной тишины, – а сегодня у меня есть две сестры и два брата!

Софи и Жени при этих словах бросились обнимать его, разделяя с Принцем эту радость.

– Притом, два твоих брата будут сражаться друг с другом за руку принцессы Вендис, – вернула молодежь к действительности Дарина.

– А праздновать победу будет только один, – добавил мастер Лабс.

– И это будет наш Монсус! – хором пропели девчонки.

– Мы на это надеемся, – тактично сказал мастер, – но что по этому поводу думают трое других претендентов?

– Нас из солидарности с Принцем волнует мнение одного из трёх, – подхватила шутливый настрой мужа Дарина. – Кстати, он не сводит глаз с нашего балкона. А кое-кто тайком пытается оказать ему знаки внимания. И это не Принц.

Казалось, что покраснели даже красивые каштановые волосы Софи.

– Может быть ты думаешь, что это я подаю какие-то знаки Риколу? – нарочито негодующе произнёс мастер Лабс.

– А что будет, если один из претендентов увидит кого-то на трибуне, влюбится и не захочет бороться за руку принцессы? – включился Принц в шутливую игру по спасению Софи из неловкой ситуации.

– Говорили, был такой прецедент. – Мастер Лабс неловко поерзал на стуле. – Твой отец, Алекс, во время королевского турнира влюбился в твою мать, принцессу Лану. По закону он обязан был продолжить борьбу за руку принцессы Ксандры и в случае победы жениться на ней. В противном случае – изгнание на Землю. Алекс выбрал изгнание. Ему повезло, что Лана не захотела жить в Дикополье.

– Думаю, мама не могла поступить иначе, – промолвил задумчиво Принц.

Тем временем на турнирном поле закончились все представления, был разыгран жребий для определения пар и видов оружия и прозвучал сигнал к началу первой схватки на мечах между Монсусом и Гузаром.

* * *

Монсус неспешно вышел на середину арены, где его уже поджидал соперник, стремительно выбежавший на поле сразу после сигнала.

Гузар был высок и худощав, что подчеркивали и доспехи, плотно облегающие тело. Его плавные, немного завораживающие движения сменялись резкими уклонами, скачками и выпадами.

Монсус конечно же не рассчитывал на лёгкую победу. Он слышал о боевом мастерстве рыцаря Гузара и о его необычной технике, которая позволила ему выйти победителем из всех своих поединков. Но где-то глубоко внутри Монсус был твёрдо уверен, что одолеет соперника.

Несколько первых минут сражения показали сильные стороны защиты претендентов: удары были отражены (в случае с Монсусом) или прошли мимо цели (в отношении Гузара).

Монсус понимал, что рассчитывать измотать противника или подловить на неловком движении он не мог. По-видимому, именно такую тактику выбрал его соперник. У Гузара было гораздо больше шансов на то, чтобы довести Монсуса до изнеможения.

Монсус решил не затягивать поединок. Он, хотя и отличался большой выносливостью, не стал терять силы в затяжном бою. Основой его мастерства была великолепно отточенная техника выполнения приёмов. Руки Монсуса будто сами наносили удары. Ответные действия Гузара были чуть более медленными.

Первая же, после разведывательных обменов выпадами, молниеносная серия ударов Монсуса принесла ему успех: на правом плече Гузара был срезан вместе с кожей кусок металлического доспеха. Вторая серия ударов Монсуса, последовавшая сразу вслед за первой, нанесла ещё больший урон сопернику. Левая нога Гузара окрасилась в цвет его крови. После третьей серии оглушённого ударом плашмя по голове Гузара унесли его оруженосцы в сопровождении мага Пригорья Вентуса.

С трибун зазвучали приветственные крики первому победителю. Больше всех радовались на двух балконах: сдержанно – на королевском, открыто – на балконе «хижины». Конечно, все понимали, что это радость промежуточной победы и что впереди не менее трудные, а для остальных зрителей – увлекательные поединки.

* * *

Только после объявления следующих претендентов смолкли крики по поводу победы Монсуса. На поле началась следующая битва. Рикол, несмотря на свой очень юный возраст, великолепно владел мечом. В его ударах не было такой мощи, как у Монсуса, но большая часть выпадов срезала части доспехов или одежды противника.

Наверное, эта техника принесла бы ему успех, но не в случае с Ликетом, «мерцание» которого позволяло ему выбирать оптимальные позы. Для всех зрителей, за исключением Монсуса и Принца, это выглядело как умелая защита. Они видели, что Ликет играл с Риколом и пытался пробить его защиту, чтобы поразить жизненно важные органы. Принц понимал, что надо предотвратить готовящееся убийство его вновь обретённого брата, но колебался. И только глянув на побледневшую, вот-вот готовую упасть без чувств Софи, Принц решился. Он молниеносно пролетел между соперниками, отбив в сторону руку Ликета, что позволило Риколу нанести чувствительный удар. Затем, Принц, оказавшись позади Ликета, грозно прошептал тому на ухо:

– Если ты сделаешь ему какую-либо гадость, я обрублю тебе все торчащие конечности.

Ликет начал озираться по сторонам в поисках источника, за что поплатился, получив несколько резаных ран от Рикола. Принц к тому времени уже сидел на своем месте. Его выпад был настолько стремителен, что даже Монсус ничего не заметил. В бессильной злобе Ликет стал поливать ударами юношу, однако, не нарушая правил турнира.

Вскоре Рикол был повержен. Обессиленый, он с поникшей головой припал на правое колено, опираясь на меч. Ликет опустил свой меч острием на шею юноши и гордо повернулся к трибунам, наслаждаясь сиюминутным триумфом и будто прося зрителей решить судьбу соперника.

Зрители приняли его игру и стали скандировать:

«Милость! Милость!»

Триумфатор грациозно убрал меч и поднял руки вверх. Трибуны взорвались приветствием победителя. Принца в этом эпизоде поразили две вещи. Во-первых, он заметил, как много народу наблюдает за турниром. Люди толпились во всех проходах между замками и на двух специальных трибунах. Во-вторых, Ликет перестал мерцать. Он неподвижно стоял над Риколом, а затем так же без мерцания удалился с поля. Принц поделился своим наблюдением с мастером Лабсом. Тот успокоил его, сказав, что некоторые «мерцающие» умеют задерживать мерцание.

В это время маг Элеонус объявил часовой перерыв. Король Годарт и принцессы вошли в замок. Принцу очень хотелось последовать за ними, но появившийся под балконом юный паж передал ему устное приглашение королевы Камилы и короля Прайдера в их замок.

* * *

Замок правителя Подполья внешним видом напоминал мавзолей коммунистического вождя: массивное прямоугольное строение из гладко отёсанных огромных глыб серого мрамора, которое немного красила терраса, примыкающая к противоположной входу стене. Принца поразило обилие света, льющегося со всех сторон в этом мрачном с виду здании без единого окна.

Король Прайдер и королева Камила приняли его в небольшом зале с троном и двумя скамьями по бокам на возвышении, занимающем треть помещения. Ниже стояли ещё две длинные скамьи с проходом между ними к центру возвышения. Половина зала перед скамьями была пуста.

«Очень похоже на зал суда», – подумал Принц.

– Это и есть зал судебных разбирательств, – прочитала его мысли королева Камила.

Они с королём Прайдером, облачённые в массивные шлемы, появились из двери позади трона.

– Извини, что мы в этих головных уборах, – вновь произнесла королева, изучающе разглядывая Принца, – но мы не привыкли долго обходиться без них. Мы даже спим в них.

Ни королева, ни Принц, ни король Прайдер не могли преодолеть какую-то неловкость ситуации. Всё исправил внезапно ворвавшийся Рикол, который ещё не полностью оправился от поражения в поединке.

– Мне сказали, что у меня есть брат! – выкрикнул Рикол, бросаясь в объятия Принца. – Ты точно мой брат? Ты сын дяди Алекса, ушедшего ради своей любви на Землю? – Рикол отстранился на длину вытянутой руки, разглядывая Принца, а затем снова прижался к его груди со словами: – Брат! Ты, наверное, видел, как я проиграл, и презираешь меня за это.

– Что ты, брат! – воскликнул Принц. – Ты сражался с сильным и коварным соперником и выглядел очень достойно. К тому же, – негромко добавил Принц, – Вендис – не твоя королева.

– Точно, брат, – еле слышно прошептал Рикол, – здесь я увидел девушку своей мечты!

– Мы отговаривали его от участия в турнире, – вмешалась королева Камила, подойдя сбоку к братьям и нежно обнимая их.

– Мой отец всегда говорил: «Обрести уверенность и силу можно только в противоборстве с силой, превышающей твою, но есть риск потерять уверенность и силу. Всё зависит от твоего отношения к поражению», – произнёс Принц.

– Да, в этом был весь Алекс, – радостно сказала королева, – извлекать уроки из любой ситуации. Он называл это самоанализом сознания для самосовершенствования.

– Верно, тётя, – сказал Принц, – только теперь он говорит «для самоусовершенствования».

– Вам, молодым, совершенствоваться во всём, – подал свой голос король Прайдер, до этого молча наблюдавший за встречей родственников, – а нам, старикам, остаётся только в чём-то усовершенствоваться. Итак, молодой человек, твой отец изволит счастливо проживать на Земле?

– Да. Вернее, я так думал, пока не попал сюда, в Дикополье, – ответил Принц, будто что-то припоминая. – Теперь я понимаю, почему он часто повторяет: «Скучно живём – подраться не с кем!». И он очень скучает по вам, тётя. Когда мама говорит ему что-нибудь обидное, он отвечает: «Ками бы так не сказала». А если его обижали другие, он говорит: «Там не было Ками».

Внезапно Принц почувствовал через объятия сильные сотрясания со стороны тети. Её чувства по отношению к брату, копившиеся более двух десятилетий, вырвались наружу. Король Прайдер практически унёс жену из зала, но даже сквозь толщу стен слышались ее безудержные рыдания.

Принц, оставшийся наедине с Риколом, чувствовал себя виноватым в произошедшем, но появившийся вновь король Прайдер успокоил его:

– Камила очень часто плакала от тоски по утраченному навек, как она полагала, брату. Эти рыдания – от радости обретения. Всё же, думаю, она не скоро сможет успокоиться. Не обижайся на нас. Я тоже должен быть рядом с нею.

– Родители, наверное, не смогут смотреть продолжение турнира, – воскликнул Рикол, когда король удалился. – Может быть ты, Анд и… Можно я так буду называть тебя?

– Конечно, Рик!

– Может быть ты останешься со мной на нашей террасе?

– Давай лучше я поговорю с дядей, мастером Лабсом, насчёт тебя.

Рикол просто задохнулся от этого предложения. Единственное, что он мог сделать, это кивнуть головой в знак согласия.

Не успели чувства полностью выразиться на лице Рикола, как Принц, получивший разрешение от мастера, ввёл его в двери «хижины». Появление Рикола было неожиданным не только для Софи, онемевшей от изумления, но и Жени с Дариной.

* * *

Принц всё-таки воспользовался теми мгновениями, когда внимание обитателей «хижины» переключилось на Рикола, чтобы переместиться в замок короля Годарта. Принцессы, находившиеся в неведении относительно последних приготовлений Монсуса к поединку со своим главным соперником, набросились на Принца с вопросами.

Он вкратце рассказал обо всём, что произошло после их последней встречи. Принц видел, как рассеивается тень беспокойства на лице принцессы Вендис.

– Спасибо, Принц, – совершенно спокойным тоном произнесла принцесса Вендис, – Вы снова спасли меня от смерти.

– Принцесса, я не думаю, что Ликет пытается завладеть вашей рукой, чтобы убить вас, – попытался Принц перевести разговор на шутливую волну.

– Возможно, этот «мерцающий» и стал бы для меня хорошим мужем, – сказала на это Вендис, – но я не хотела бы закончить, как моя мать. Вы ведь знаете только то, что королева Ксандра ушла на Землю из-за любимого дела. Это версия для всех. И только мне одной известна истинная причина её ухода: неугасимая любовь к своему избраннику, который должен был победить на турнире, но, очарованный мимолётной встречей с особой, которую привело в наш мир Поле, он отдал победу и руку моему отцу, королю Годарту. Но он не отдал ему её сердце. Маме было трудно решиться на такой уход, но она ушла, исполнив необходимый долг передо мной и отцом.

– Там, на Земле, она нашла своего возлюбленного? – тревожно спросил Принц.

– Думаю, да, – ответила принцесса Вендис. – Я её не спрашивала об этом. Да и не о том речь. Главное, я теперь знаю, что Поле, помогая Монсусу, благословляет мой выбор.

Возможно, Принц и открыл бы принцессам, что это его отец избранник королевы Ксандры, но в этот момент взревели трубы, приглашая всех на решающий поединок. Принц лишь успел на несколько мгновений прикоснуться губами к открытой чуть ниже локтя части правой руки принцессы Лии. В его мыслях открыто зазвучало, что это последняя их встреча здесь, в Дикополье.

Глаза принцессы Лии наполнились тревогой и тоской. В них замер немой вопрос: «Ты разыщешь меня там, на Земле?».

– Да, – эхом прозвучал ответ исчезающего Принца.

* * *

Оставив Рикола на попечении девочек и Дарины, Принц и мастер Лабс продолжили разговор, прерванный час назад. Пока на турнирном поле проходил ряд формальных, но достаточно увлекательных мероприятий, завладевших всеобщим вниманием, Принц задал дяде главный вопрос, который занимал все его помыслы: «Можно ли там, на Земле, найти человека из Дикополья?». Это касалось не только его и принцессы Лии, но и бывшей королевы Ксандры и отца Принца.

– Если не знаешь земного имени и фамилии человека, то невозможно найти его, – ответил ему мастер Лабс. – Во-первых, потому что на Земле много разных стран. Язык, на котором мы говорим в Дикополье, не является нашим земным языком. Он сразу же закладывается в наше сознание Полем, и его не надо учить, как на Земле, где все страны разъединены языковым барьером. Во-вторых, дикопольские короли и королевы, принцы и принцессы, проживающие на Земле, не кричат о своём происхождении. В отличие от земных королевских особ они не отмечены ни в одной из земных книг. Обычно дальше семейного круга информация о родословии не распространяется в целях безопасности. Короли-прародители очень печально закончили земной путь, не оставив ни малейшего доброго следа в земной истории. Только Поле отслеживает жизнь королевского потомства на Земле, но Оно делится этой информацией исключительно для пользы Дикополья.

Пока мастер говорил, на турнирном поле был объявлен поединок между Монсусом и Ликетом. Принц, погружённый в свои мысли, не слышал того, что начиналось на арене. Мастер Лабс призвал его вернуться к действительности и разделить их переживания за Монсуса.

* * *

Ничего не подозревавший о медальоне, лишившем его превосходства над Монсусом, Ликет всё же решил проверить реакцию противника на свои способности. Он «померцал» в разные стороны перед глазами соперника. Монсус даже взглядом не повёл во время этих действий, заставив поволноваться Принца. Но, как только началось сражение, первые действия Монсуса обескуражили Ликета и успокоили Принца.

Поединок, как его видел Принц, не представлял ничего интересного: искусный мастер в лице Монсуса против воина средней руки в лице Ликета. Другие зрители, наблюдавшие за поединком, увидели яркое зрелище в исполнении обоих бойцов, которые с быстротой молнии метались по полю во всех направлениях. Сверкание и звон их мечей непрерывной мелодией звука и света сопровождали немыслимой скорости движения.

Внезапно всё стихло.

Наверное, столько же времени, сколько длился бой, над турнирным полем стояла мёртвая тишина.

В центре арены, наступив левой ногой на грудь поверженного соперника и касаясь мечом в его горла, величаво стоял Монсус, намеренно продлевая мгновения позора Ликета. Так он мстил за недавнее унижение Рикола. Наконец, маг Элеонус первым вышел из гипнотического состояния и объявил Монсуса победителем сражения на мечах.

Трибуны огласил рёв ликующей толпы. Принц слышал такое однажды во время футбольного матча на земном стадионе. До него постепенно стал доходить смысл последних слов мага Элеонуса.

– Дядя, а что, разве Монсус не победитель Королевского турнира? – спросил Принц у мастера Лабса.

– Монсус – победитель в первой дисциплине. Теперь претендентам предстоит померяться силой в стрельбе из лука и, напоследок, во владении копьём, – ответил ему мастер.

– Но почему именно перед этими поединками был такой ажиотаж, как будто всё зависит только от них, а о других испытаниях и речи не было? – продолжал недоумевать Принц.

– В этом мире многое зависит от снисходительности Поля. Теперь мы знаем, что Оно благоволит Монсусу! – высокопарно произнёс мастер Лабс. – К тому же, Монсус великолепно владеет копьем и луком.

* * *

На турнирном поле установили четыре мишени. Четверо претендентов выстроились на линии, которую маг Элеонус прочертил на земле. Маг объявил, что каждый участник использует по три стрелы, но в зачёт идёт один лучший результат. Затем он обозначил расстояние, с которого было решено начать: сто двадцать шагов. Это вызвало лёгкое волнение на трибунах.

Принц, не имевший каких-либо познаний в искусстве стрельбы, вопросительно взглянул на мастера.

– Это очень большая дистанция для обычного стрелка, – пояснил Лабс и добавил: – Но для соискателей руки принцессы Вендис вполне нормальная.

Первые же выстрелы показали расстановку сил. Стрелы Монсуса и Ликета вонзились в сердцевины их мишеней. Принц видел, что Ликет усиливал движение стрелы вибрацией тела. В мишени Гузара две стрелы оказались далеко от центра, но одна всё-таки поразила заветный кружок. Риколу, можно сказать, сильно повезло, потому что только третья стрела попала в нужное место на мишени.

Следующая дистанция в сто сорок шагов оказалась не по силам ни Риколу, ни Гузару. Даже Ликет поразил центр лишь двумя стрелами.

Сто шестьдесят и сто восемьдесят шагов не выявили победителя.

Хотя Монсус, не прилагая чрезмерных усилий, укладывал стрелу за стрелой в зачётную точку. Ликет каждый раз умудрялся единственной стрелой уцепиться за следующую дистанцию.

Двести шагов стали непреодолимыми для Ликета, который на последней стреле решил применить хитрость – продлить своё колебание вперёд за черту. Но маг Элеонус, прочерчивая линию, натянул вдоль нее тонкую невидимую нить. Стрела вместе с луком и Ликетом уткнулись в землю недалеко от позиции стрелков.

Трибуны огласились хохотом и презрительными криками в отношении Ликета. К его счастью, Монсус закончил стрельбу, вонзив стрелы в цель. Зрители разразились приветственными криками триумфатору, позабыв о Ликете.

Принц вместе с Дариной и сёстрами принялись скакать, выражая свою радость.

– Мы знали, что Монсус – лучший жених для Вендис! – прокричала Софи.

– Да, Монсус лучший! – хором поддержали её родные.

Даже мастер Лабс, не принимавший участия в их диких плясках, вскинул руку, приветствуя Монсуса знаком победы.

– Дядя, – воскликнул Принц, – уже всем ясно, что Монсус самый достойный! Зачем нужно третье испытание?

– Только абсолютный победитель получает руку принцессы! – прокричал ему мастер. – Если победителей больше, всё решит слепой жребий.

* * *

Менее получаса понадобилось магу Элеонусу, чтобы превратить стрельбище в арену для рыцарских поединков на коне с копьём. Вдоль всего стадиона при помощи двух рядов толстых канатов был выстроен проход шириной в три шага. Два помощника мага опробовали место будущего сражения, проскакав на конях навстречу друг другу. Когда они, едва не задев друг друга, миновали точку встречи, все поняли, что увернуться в этом узком коридоре ни у кого не получится.

Принц понимал, что это идея мага Элеонуса сделать такой узкий проход, чтобы нейтрализовать мерцание Ликета. Ему ведь не было известно о даре Монсуса. Глядя на все приготовления, Принц задавался вопросом: «Почему в начале турнир проходил неспешно, даже с перерывом, а теперь маг Элеонус как будто торопится завершить состязания?».

Ответом на его вопрос прозвучали слова Софи:

– Наверное, они бы и втроём не смогли выбить Монсуса из седла. Интересно, о чём будет свадебная песня принцессы Вендис?

– Принцесса будет петь песню? – спросил Принц.

– Не просто песню, а гимн возрождённого королевства, который она должна была сочинить! – воскликнул мастер Лабс. – Сегодня впервые спустя многие-многие годы может произойти грандиозное событие! Но не будем забегать вперед.

Из всего сказанного Принц понял, что вопрос о победителе практически решён. Теперь все ожидают чего-то другого, поэтому и торопятся завершить испытания.

Тем временем на поле появились Гузар и Монсус, которым надлежало открывать третий вид состязаний. Оба, облачённые в сверкающие на солнце доспехи, гарцевали на прекрасных конях. Их трудно было сравнивать друг с другом, так как они находились в разных концах поля, отличались посадкой на коне и манерой движения. Но вид каждого внушал уважение и восхищение.

Маг Элеонус огласил условия поединков: до двух побед. Победа присуждается всаднику, оставшемуся в седле после столкновения, но выбивать соперника можно только копьем.

Прозвучал сигнал, и соперники ринулись навстречу друг другу. Казалось, Гузар слился с конём в одно целое. Только древко копья, упёртое в седло, выступало слева от головы коня. Монсус при всём желании не смог бы укрыться за конским телом. Он представлял собой мощный снаряд, способный снести любое препятствие на пути.

Только Принц успел подумать о том, что Монсусу, защищённому только щитом, трудно будет столкнуть Гузара с коня, да ещё и копьем в левой руке, как Монсус подцепил соперника, вынес его из седла и легко отмахнулся щитом от его копья.

Несколько минут потребовалось соперникам, чтобы привести себя, коней и амуницию в порядок.

Вновь прозвучал сигнал мага и кони помчали противников навстречу друг другу. Всё выглядело так же, как и в первый раз, за исключением положения копий, которые теперь находились в правых руках всадников. Гузару это не дало ни малейшего преимущества: он вновь рухнул на землю, выбитый из седла.

Публика снова громко приветствовала Монсуса, который подъехал к балкону, где сидела его семья и Принц. Это дало возможность Принцу рассмотреть копье Монсуса, где вместо острия на древко был насажен плотный, по-видимому, каучуковый шар величиной с кулак.

А на арене начиналась новая баталия между двумя другими претендентами на руку принцессы Вендис. Рикол и Ликет, закованные в доспехи, пожалуй, ничем не отличались друг от друга. Только большой своеобразный шлем Рикола, такой же, как у всех представителей Подполья, позволял различать соперников. Надо сказать, что кони у них были одной породы и расцветки.

По сигналу мага всадники неуловимыми движениями пустили коней вскачь. Принц видел, как Ликет, как в замедленной съёмке, отбивает щитом копьё Рикола и ударяет его своим копьем в плечо. Удар был несильный, потому что мгновения, затраченные Ликетом на собственную защиту, гасили энергию его разгона. Однако этого тычка было достаточно, чтобы выбить Рикола из седла.

Принц понимал, что шансов у Рикола поразить копьём Ликета не было. Главное, чтобы он активно нападал на соперника, не позволяя ему использовать всю энергию удара. И это у Рикола отлично получилось. Он, конечно, проиграл, но сохранил честь и здоровье, за которое Принц очень беспокоился.

Снова в финальной схватке сошлись два непримиримых соперника. Что же на этот раз мог приготовить этот непредсказуемый, озлобленный неудачник? Он, видимо, уже подозревал о даре Монсуса, хотя тот пользовался им очень аккуратно, а в стрельбе из лука не использовал вовсе.

Пока Принц размышлял над этим, раздался трубный звук. Трибуны замерли, а всадники пришли в движение. То, что произошло следом и как это видели зрители, описала ахнувшая Дарина:

– Оба промахнулись.

Совсем другую картину наблюдал Принц. Он видел, как во время сближения всадники несколько раз поменяли сторону атаки: Монсус мгновенно реагировал на все мерцания Ликета. В конце концов, Монсус копьём подбросил Ликета в воздух, но тот не упал на землю, а переместился в свое седло, за спину Монсуса. Ничего этого зрители не видели, а потому маг Элеонус объявил ничью.

– А что если здесь не будет выявлен победитель? – тихо спросил Принц у мастера Лабса.

– В корзине для жеребьёвки будет три имени Монсуса и одно – Ликета, – нервно ответил тот.

Монсус, зная о жребии, не собирался ни с кем делить победу. Следующие две попытки доказали его намерения. Теперь, выбивая соперника из седла, он придавливал изворотливого противника к земле так, что на его доспехах образовались две большие вмятины.

* * *

Рикол под предлогом того, что хочет поздравить родных победителя, снова появился на балкончике и выбрал место поближе к Софи. Её смущение не позволяло в полной мере предаться тому дикому веселью остальных обитателей «хижины», включая Принца и мастера Лабса, который освободился, наконец, от многодневного напряжения, вызванного беспокойством за сына.

И тут среди всеобщего восторга и ликования раздался голос принцессы Вендис. Высоким красивым голосом она запела свою свадебную песню:

Восславим величие нашей державы, Бессмертие славы её сыновей, И в мирное время, и в подвигах бранных Хранящих покой рек, лесов и полей…

К Вендис присоединился Монсус и взял её за руку. Его мощный баритон слился с высоким сопрано принцессы. Над замершими трибунами зазвучало:

…Да здравствуют мир и вселенские знания, Дающие мудрость во все времена. Отбросим покровы всех тайн мироздания, Бессмертием впишем в гранит имена. Воспойте, дубравы, красу первозданную Средь равных под солнцем такую одну Для блага народов, отцами нам данную, Всеми любимую нашу страну. Отныне открыты пути для свершений. Стряхните остатки разорванных пут. Используя опыт былых поколений, Возвысим наш вольный и радостный труд. Приветствуем смелость во всех начинаньях Задор и дерзание юных сердец, Стремление к свету и жажду познанья, Чтоб каждый был собственной жизни творец. Да здравствуют женщины – жёны и матери, Символы вечной земной красоты. Слава героям, борцам, созидателям. Да сбудутся смелые наши мечты!

Принц ожидал услышать в песне невесты что-нибудь нежное, тоску или, наоборот, радость; хвалу победителю или прощание с девичеством. То, что он услышал, действительно было гимном возрождающегося королевства.

Трибуны по достоинству оценили происходящее. Если до этого они возносили хвалу победителю, то теперь зрители восхваляли новых правителей Окраины, которые в своём гимне обозначили программу развития королевства. Даже представители других королевств с ликованием славили эту новую пару, дуэтом провозгласившую общность своих целей.

Одно немаловажное изменение произошло и в облике окрестностей турнирного поля. Вместо исчезнувшего сразу по окончании поединка заозерского дворца наместника Ликета возник уже знакомый Принцу припольский замок короля Годарта. Сам король Годарт водрузил корону короля Окраины на голову Монсуса и отправился через уже убранное поле стадиона в свой замок.

Принцесса Лия исчезла с королевского балкончика, и Принц никак не мог отследить её даже своим неестественным зрением. Ему стало ужасно скучно на этом торжестве, где у всех было свое место, своя цель и свои роли.

Забывшие о нём обитатели «хижины» с Риколом, опекающим юную Софи, умчались в замок новой королевы Вендис и короля Монсуса, чтобы вместе отпраздновать их обручение.

Принц отодвинулся вглубь грота «хижины» и наблюдал за продолжением праздника. К тому времени солнце на мгновение зависло над горизонтом, готовое покинуть небосвод. Этого мгновения хватило магу Элеонусу с помощниками всё волшебным образом изменить.

Над полем стадиона появилась огромная крыша, под сводами которой ярко зажглись электрические осветительные приборы. А на поле оркестр с инструментами, похожими на земные, заиграл красивую неземную музыку. Громким голосом маг Элеонус объявил первый танец новобрачных.

Принц, сидя в глубине грота, машинально снял перстень с изображением символа Поля и вновь надел его.

* * *

– Сынок, ты совсем зачитался, – сказала заглянувшая в его комнату мама. – Идём обедать. Отец уже за столом.

Принц повёл рукой, отгоняя наваждение и пытаясь понять, что реально, а что – нет. Новое приглашение, прозвучавшее из столовой, внесло ясность в вопрос с его местоположением. Однако в мыслях всё громче звучал вопрос: «Всё, что было со мной в Дикополье, мне приснилось?». Подтверждением тому была книга, открытая на первой странице. «А жаль, – подумал Принц, – там я был таким героем, и там была принцесса Лия».

Принц, проходя по коридору в столовую, заглянул в зеркало, поправил прическу (как всегда, не расчёской, лежавшей на туалетном столике под зеркалом, а пальцами правой руки) и замер с поднятой рукой – на его безымянном пальце блестело кольцо с символом Поля…

– Значит, это был не сон? – спросил Принц, закончив свой рассказ о пребывании в Дикополье.

– Нет, Анди, – глубокомысленно произнёс отец, – то, что ты рассказал о том мире, во многом подтверждается фактами из нашей жизни. Бедняжка Ками. Она так переживала мой уход.

– Теперь понятно, – промолвила королева-мать, – зачем надо было магу Пореусу спешно посещать Землю, чтобы посоветоваться со мной о передаче власти тебе, Андрей. Я давно не посещаю Дикополье, и все свои полномочия по управлению Семиозерьем передала наместнику с правами наследования. Я же не думала, что они натворят таких мерзостей.

– Дикопольем правит Поле, дорогая, – сказал отец, – а ты формально считаешься королевой, потому что не можешь даже посещать свои владения. Нет никакой твоей вины в том, что там происходит.

– Верно, Алекс, – ответила королева-мать со вздохом, – моя мама передала мне свой титул по наследству. Единственное, что мы могли сделать – воспитать тебя, сын, как принца.

– Но ведь вы никогда не говорили ни о Дикополье, ни о Королевстве Семи Озёр, ни о Подполье!

– Сын, – ответил отец, – для меня Подполье и всё Дикополье было утрачено с тех пор, как я обрёл твою маму. Надо было устраивать новую жизнь в новых реалиях, а не витать в облаках воспоминаний.

– А я всего раз посетила Дикополье, – с виноватой улыбкой сказала королева-мать, – и то это было Приполье, где проходил Королевский Турнир, на который нас пригласила, как ты думаешь, кто? Принцесса Ксандра!

– Значит, ты отбила у неё папу?

– Ну, не совсем так. Вернее, совсем не так: моя бабушка со стороны папы и бабушка Ксандры – родные сёстры. Они обе были наследницами Приполья. Чтобы не делить королевство на части, моя бабушка Мария ушла жить на Землю, а Мира – так звали бабушку Ксандры – унаследовала Приполье. Дедушка Саня, мой отец, и его двоюродная сестра Евда продолжали дружбу. Отец Ксандры умер, когда ей был всего год, а тётя не захотела больше замуж. Ксандра часто гостила у нас на Земле, а когда твой дядя Вячеслав стал учиться в столице, она перестала бывать у нас, но бывала у него. Когда Ксандра достигла совершеннолетия, был устроен Турнир. Наверное, у Ксандры были какие-то чувства к Славе. Она пригласила на Турнир нас с мамой и до самого последнего мгновения перед объявлением соискателей её руки ждала появления Славы, – задумчиво подперев голову правой рукой и прикрыв глаза, медленно произносила королева-мать. Затем она встрепенулась и добавила: – Поначалу из пяти претендентов ей ни один не понравился. Больше всех ей внушал отвращение рыцарь Годарт, который чуть ли не на наш балкон был готов влезть, чтобы удостоиться её взгляда. Кстати, это я обратила внимание Ксандры на статного принца из Подполья.

При этих словах, отец попытался незаметно втянуть в себя небольшое брюшко.

– На его голове был весьма оригинальный шлем, скрывающий взгляд, – смеясь, продолжила свой рассказ мама, – но его лицо было постоянно повернуто в нашу сторону. Мы с принцессой Ксандрой сидели рядом. Я и не думала, что он на меня смотрит. Когда Алекс после победы в первом…

– Дисциплине, – подсказал ей отец.

– …победы в первой дисциплине снял свой шлем, – с любовью и благодарностью взглянув на мужа, сказала королева-мать, – мне стало одновременно жарко, душно и зябко. А тут ещё принцесса Ксандра обратила своё внимание на него: «Ха! Миленький!». Дальше всё было, как в тумане. А когда объявляли победителя, я была в полуобморочном состоянии.

– Если ты, папа, выиграл первую дисциплину, то должен был быть жребий? – спросил Принц.

– Верно. Так оно и было. Только, я победил дважды. Не мог же я позволить какому-то глупому самовлюбленному гордецу вышибить меня из седла, – саркастично произнёс отец. – Если бы он не придрался к титулу на записке, которую вынула из кубка принцесса Ксандра, может быть, всё бы обошлось и со мной. Хотя, вряд ли. Поле не терпит обманов.

– А какой титул был написан на записке? – спросил Принц.

– В том-то и дело, что никакого, – нарочито возмущённо сказал отец. – Я не подумал, вписывая его имя в записки, что он станет перечислять все свои регалии. Маг достал из кубка все записки. На одной из них значилось: «Рыцарь королевской крови Годарт». Так всё открылось. Но я ни о чём не жалею.

– Но ведь принцесса Ксандра влюбилась в тебя! – воскликнул Принц. – Она же могла оспорить результат?

– Принцессе Ксандре было всё равно, – сказала королева-мать. – Она всё это сделала назло своему возлюбленному, который «обманул её», как она тогда сказала.

– Значит, она всегда любила дядю Славу? – задумчиво проговорил Принц.

– Ты сказал, сын, что Ксандра покинула Дикополье? – спросил отец.

– Да. Её дочь, принцесса Вендис, открыла истинную причину ухода на Землю: обрести счастье с любимым мужчиной.

– Ай-ай-ай, – всплеснула руками королева-мать. – Что же теперь будет?

В это время в коридоре зазвенел звонок.

– Вам телеграмма. Распишитесь в получении, – раздался приглушённый голос почтальона за дверью.

Это было известие о смерти дяди Славы.

* * *

Пять скорбных дней тянулись целую вечность. Принц, как и его родители, знал, что дядя Слава жив. Он сразу же, как только была прочитана телеграмма, рассказал им о переносе основы дяди в Дикополье. Тем более, что была и ещё одна причина – любовь Ксандры. Возможно, это была самая главная проблема.

На похоронах Принц впервые увидел мать Вендис. Траурный наряд только подчёркивал её красоту и, что особенно поразило Принца, её молодость. Немного подумав, он нашёл объяснение этому: «Наверное, её земная оболочка используется не так долго, и время не наложило свой след на её лицо». Глядя на то, как она исподлобья, украдкой поглядывала на мужчин, участвовавших в похоронных мероприятиях, Принц подумал, что смерть «возлюбленного» не разбила ей сердце.

– Представляешь, Светлана, – таинственным голосом произнесла Ксандра, обращаясь к маме после приличествующих случаю объятий, – меня преследует череда смертей здесь, на Земле. Сначала мой муж Серж Депре. Кстати, меня зовут Александра Депре.

– Ты была замужем? – удивилась мама.

– Что тут удивительного? – обиженно проговорила она. – Я свободный человек. К тому же, мне нужна была опора хотя бы на первое время. Он был очень стар. Мы прожили в браке всего год и одиннадцать месяцев.

– А сколько ты, Саша, находишься здесь? – спросила мама.

– Почти два года. Да, я сразу же вышла замуж! – почти выкрикнула Александра, чем обратила на себя внимание окружающих.

– Я нисколько не осуждаю тебя, – полушёпотом успокаивающе произнесла мама. – Как давно умер твой муж?

– Две недели назад. – Александра кончиком носового платка промокнула глаза. – А два дня назад в реке выловили ещё одного моего знакомого, Бориса. Ты его не знаешь. Он со Славой когда-то вместе учился, и они что-то там не поладили друг с другом. Могила их примирит…

Принц, давно прислушивающийся к разговору мамы с Александрой, мысленно сопоставил утопленника с Физиком и понял, что это один и тот же человек.

О Дикополье женщины не говорили. А земная жизнь Александры Принца не интересовала, поэтому он передвинулся поближе к отцу, который разговаривал с коллегой покойного дяди. Из их разговора Принц уловил, что близких друзей у дяди не было.

После похорон маме как единственной ближайшей родственнице усопшего вручили ключи от его квартиры. Александра напросилась идти в жилище дяди вместе с ними.

* * *

Дядя Слава заранее подготовился к уходу с Земли: квартира была убрана. Ни одного личного предмета на столике и полках. Большой закрытый ящик, стоявший на полу, был надписан чёрным фломастером: «Моей сестре Светлане и её семье».

Мама не хотела открывать его, но Александре очень хотелось увидеть вещи, которые дядя завещал родным, и ящик пришлось открыть.

– Такое ощущение, – произнесла Александра, – что Слава знал о дне своей смерти.

– В последнее время он работал над какими-то секретными разработками. Достаточно опасными, – немного слукавила мама, выдавливая из себя скупую слезу. – В недавний свой приезд к нам Славик намекал на то, что может произойти трагедия. Как видим, он всё предчувствовал.

Ящик был открыт, и взору присутствующих предстали три альбома, десяток книг, метеостанция-часы, сконструированные лично дядей, и несколько предметов холодного оружия. Принца, естественно, заинтересовало оружие. Здесь были представлены образцы как спортивных сабель, шпаг и рапир (дядя увлекался фехтованием без специализации на каком-либо виде оружия), так и несколько боевых мечей и кинжалов.

Альбомы отличались тем, что один был для марок, а второй – для фотографий. Третий альбом содержал карандашные рисунки. Александра перелистала фотоальбом в поисках изображения дяди, но его фотографий там не было. Разочарованная этим, она полистала альбом с рисунками, который её тоже не впечатлил. Её взгляд остановился только на последней странице, и она неожиданно продекламировала:

В свете танцующих лун Замок старинный стоит. Древнюю тайну хранит В свете танцующих лун…

– Ни одной фотографии на память, – грустно добавила Александра. – Был человек – и нет человека. Ничего от него не осталось.

– Если хочешь, можешь взять этот альбом с рисунками, – стала утешать её мама.

Александра вновь повертела в руках альбом и сунула его в руки Принца:

– Нет, прощайте. Пойду устраивать свою жизнь.

* * *

Оказавшись в своей комнате дома после пятидневного отсутствия, Принц схватил книгу, подаренную дядей. Он надеялся, что там появились новые страницы. Так оно и оказалось, но это было то, что происходило с ними в эти дни. Информации о том, о чём он ни на минуту не переставал думать после возвращения на Землю, в книге не было. Вопросы, как и где искать принцессу Лию, сводили его с ума. В придачу к бессоннице он потерял аппетит.

Принц почувствовал пока молчаливое беспокойство во взгляде мамы, поэтому за завтраком заставил себя съесть бутерброд и с трудом выпить бокал любимого сока из черешни, который мама готовила сама.

Было тёплое весеннее утро, когда улицы города только что освободились от зимнего убранства, но дожди ещё не смыли серый налет унылости, а зелень только начинала пробиваться через примятую снежным покровом землю. Под предлогом посещения школьного друга Принц вышел из дома, чтобы не оставаться в четырёх стенах своей комнаты наедине с безрадостными мыслями. Он шёл по улицам города, не выбирая направления и не вглядываясь в названия этих улиц.

Наконец, после получаса ходьбы по петляющим закоулкам Принц остановился перед металлическим забором, окружавшим детское учреждение с игровыми площадками. К Принцу вернулась способность осмысливать свои действия, но прежде чем начать осознавать ситуацию, он взглянул на вывеску над входом в здание, расположенное в десятке метров от забора. Надпись гласила:

ДОШКОЛЬНОЕ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ «СТРАНА ГРЁЗ»

Принц вновь потерял способность ясно мыслить. Он вошёл в калитку и, подойдя к двери здания, несколько раз подёргал ручку. Убедившись, что дверь не открывается, Принц двинулся в обход строения.

Он уже подходил ко второй двери, оказавшейся основной, на противоположной стороне здания, когда она распахнулась, выплёскивая гомонящую ватагу детишек. Вслед за ними выпорхнула ОНА – ПРИНЦЕССА СТРАНЫ ГРЁЗ…

Содержание