За калейдоскопом житейских будней и забот незаметен стремительный бег времени, которое так безжалостно укорачивает длинный ряд годов, прибавляя вовсе ненужные морщины. Зато воспоминание сглаживает их, омолаживая лик, делая его светлее, одухотвореннее.

С необычайной яркостью вспоминаю давно и не очень давно прошедшее, живо воскрешаю в памяти подробности множества встреч, лица замечательных людей звучат в ушах, словно это было вчера, их голоса. Иных уж нет, а те далече, сказал поэт, наверное, не без горечи и грусти. Что поделаешь, бессмертен лишь Господь Бог, разлука же, как известно, уносит любовь, и не только ее.

Однажды я спросила Родиона Щедрина: «Что такое счастье?» Он ответил: «Это тепло человеческих встреч». Сказано точно и всеобъемлюще.

Действительно, тем и прекрасно искусство, что за отданное ему душевное горение оно не только одаривает яркими и волнующими минутами творческого удовлетворения, но и помогает открывать в людях неведомые им самим драгоценные тайники, те их черты и особенности, которые обычно дремлют под спудом повседневности. В этом и состоит счастье моей профессии, моей жизни. Счастлива я тем, что пела не только на всех лучших концертных площадках планеты, но и на неказистых подмостках родных новостроек, на палубах больших и малых военных кораблей, на сценах Дворцов и Домов культуры поморов, нефтяников, газовиков, шахтеров, судостроителей, сельских тружеников… Ведь песня — это как объяснение в любви, и я не устаю признаваться в этом чувстве к своему великому народу, надеюсь, не промотавшему своих сил и не отчаявшемуся в своем стремлении возродить мощь России.

Давно-давно я прочла у Сент-Экзюпери, что «единственная настоящая роскошь — это роскошь человеческого общения». Тогда, по молодости, я не задумывалась над смыслом и значением этих слов и лишь годы спустя до конца поняла, как прав оказался французский летчик, одаренный поэт и писатель, одержимый искатель, герой. Он и сегодня может служить примером для всех и каждого своей интеллектуальной деятельностью, моральными качествами. И как близки оказались понимание счастья и роскоши русского композитора и пионера французской авиации.

Мне еще и повезло. На родине и за ее пределами жизнь сталкивала меня и сталкивает поныне с интересными талантливыми людьми, часть которых, можно сказать, — явление, целая эпоха в мировом искусстве. Им также уделено значительное место в книге. В целом же это не биография, не монография и уж тем более не исследование моего или чьего-либо творчества. Это все лишь беглые наблюдения о встречах, общении, о том, что сохранила и несет через годы память. Думаю, что они кого-то заинтересуют, принесут пользу, пригодятся для понимания роли и места человека в жизни, искусстве.

Учла я и многочисленные просьбы моих слушателей написать о своем детстве, юности, о том, какими тернистыми путями шла к песне.

Источников в работе над этой книгой было несколько. Это и мои ранние опубликованные размышления об искусстве, и довольно объемистый архив о творческом пути, заботливо собранный мужем, и газетные и журнальные статьи о деятелях культуры.

Не скрою от Вас, читатель, что всех, о ком я пишу более или менее подробно, я любила и люблю и вполне допускаю, что, рассказывая о них, я в чем-то не совсем беспристрастна. Ну что ж, вольному воля, да и может ли человек вообще быть бесконечно беспристрастным, особенно на крутых поворотах жизни, судьбы? Вряд ли. Да и не в этом суть. Главное не отказываться от своих убеждений, симпатий, друзей, веры.

Архангельское