История вашего будущего

Ковалев Сергей Викторович

 

Сергей Ковалев

История вашего будущего

В книге известного российского психолога и психотерапевта, автора оригинальной системы и направления прикладной психологии — интегрального нейропрограммирования — рассказывается о влиянии прошлых (детских) проблем на будущее взрослого человека, а также о том, как можно, избавившись от своего и чужого прошлого, сделать собственную жизнь эффективной и счастливой. Для психологов, психотерапевтов, коучей, врачей, педагогов и воспитателей, а также для всех, кто хочет стать и быть благополучным во всех отношениях.

Содержание:

Вместо предисловия, или О том, зачем вам эта книга

Вместо введения, или Совсем немного необходимой теории и практики

Основные положение ВВН , Карты реальности ,

Дилемма Ж. Лакана, Зависимости и созависимости,

Благополучие человека, Программы жизнедеятельности,

Проблема и запрос, Результат и эффект

Вместо теоретических рассуждений, или Нечто важное и даже интересное по поводу нашего детства

Концепция контуров человеческого бессознательного Т. Лири,

Стадии развития ребёнка по 3. Фрейду, Теория смены стадий возрастного развития Э. Эриксона,

Стадии развития по Л. Выготскому

Часть I. Психотерапия личной истории

Глава 1. Освобождение от ига прошлого

1.1. Ресурсирование собственной жизни

1.2. Устранение неэкологичных решений

1.3. Психотерапия критических инцидентов

Глава 2. Будущее, которое мы выбираем

2.1. Создание иного грядущего

2.2. Выбор на линии времени

2.3. Позитивация будущего

Часть II. Свои и чужие судьбы

Глава 1. Психотерапия сценариев жизнедеятельности

1.1. Паттерны сценарного процесса

1.2. Метакарты и банальные сценарии

1.3. Расширение личного сценария

Глава 2. Синдром предков

2.1. Созависимость с чужим прошлым

2.2. Проклятие семейной лояльности

2.3. Возвращение семейного проклятия

Вместо послесловия

 

Вместо предисловия,  или О том, зачем вам эта книга

В таком уже безумно далёком от нас 1898 году отставной капитан и малоизвестный тогда автор по имени Морган Робинсон опубликовал роман «Тщетность, или Гибель Титана», который вполне можно было бы отнести к научной фантастике. Ибо в нём описывалось, как построенный в Ирландии огромный четырёхтрубный (одна труба — фальшивая — для симметрии) пароход, названный «Титаном», отправился в своё первое плавание к берегам Америки, столкнулся с айсбергом и утонул, унося с собой на дно более тысячи человеческих жизней.

Публикация романа прошла особо никем не замеченной. Однако, когда в 1912 году произошла самая, пожалуй, известная морская катастрофа всех времён и народов — гибель «Титаника», — «Тщетность» как бы подняли с полки, стряхнули пыль со страниц, и все были просто потрясены количеством совершенно невозможных совпадений в описании не только судьбы, но даже размеров «Титана» и «Титаника»...

Вплоть до настоящего времени роман Моргана Робинсона считается величайшим предвидением и точнейшим предсказанием в истории человечества. А ведь их — пророчеств и предсказаний — было ох как много. Ибо человек всегда и везде стремился познать будущее. Узнать, что именно ожидает его в туманном грядущем. Дабы оказаться Там-и-Тогда во всеоружии и быть полностью готовым к тому, что случится...

Не думаю, что именно вы, дорогой мой читатель, являетесь этаким исключением из общего правила. И тоже хотели бы хоть одним глазком подсмотреть в Завтра, чтобы убедиться, что оно будет лучше, чем вчера, или, по крайней мере, не хуже... А иначе как объяснить повальное увлечение составлением и чтением гороскопов, а также более серьёзные (и куда более дорогие) попытки узнать о будущем у всяческих колдунов и гадалок.

Так вот, ничего из этого вам на самом деле не надо (я имею в виду гороскопы и экстрасенсорные бдения). Потому что история вашего будущего давно уже написана. Вашим прошлым, а точнее, тем, что с ним сделали вы, ваша жизнь и ваши родители (а также прочие значимые другие). И всё в вашей жизни уже как бы даже предопределено — причём далеко не самым лучшим образом. А свобода, которая и поныне считается главным достижением демократии, для каждого из нас в отдельности (да и для общества в целом) абсолютно иллюзорна. Потому что якобы свободная ваша жизнь жёстко и целенаправленно задаётся бессознательными по сути (а значит, очень трудно изменяемыми) картами вашей реальности и программами вашей же жизнедеятельности. Делающими недоступным всё, что не находится в их пределах.

Эта книга — об освобождении от диктата внутренней несвободы на фоне декларации свободы внешней (как заметил однажды один известный социолог, «ни один человек не способен обрести вовне большей свободы, чем та, которой он обладает внутри»). Об избавлении от предопределённости вашего будущего прошлым психотравматическим опытом, до сих пор заставляющим вас дуть на воду, единожды обжегшись молоком. От тоскливой и ужасно неэкологичной заданно-сти вашего же грядущего, где курс точно ведёт к опасности (морской термин), но свернуть нет ни сил, ни возможностей. От железной обусловленности всей вашей жизнедеятельности как бы уже утверждённым сценарием — неосознанным жизненным планом, заведомо делающим нас неблагополучными. И даже от психогенетических проблем

так называемого Синдрома Предков: настойчивого повторения ограничений, неудач, поражений и глупостей, когда-то давным-давно совершённых вашими прародителями и прародственниками...

 

Вместо введения,  или Совсем немного необходимой теории и практики

Эх, как бы разошёлся я здесь, если бы у меня было время и желание написать нечто неудобоваримо-научное — что-то вроде классической монографии. Ибо тогда-то я обстоятельно, со вкусом, с чувством, с толком, с расстановкой описал бы сначала психоаналитические воззрения по поводу влияния ранних детских впечатлений (в основном — травматических) на всю последующую жизнь человека. Потом с удовольствием потоптался бы на основных положениях транзактного анализа, особенно на теориях родительского программирования, сценарных процессов и личностных сценариев. Далее со сдержанным благоговением упомянул бы о трудах и мыслях отцов (и матерей)-основателей психогенетической психологии и психотерапии, вполне даже доказавших, что мы, увы, ну никак несвободны от Синдрома Предков наших пра-пра-прадедушек и бабушек. После слегка критически, но, в общем-то доброжелательно, прошёлся бы по нейролингвистическому программированию с его методами изменения личной истории и реимпринтирования. А завершил бы свой краткий (страниц, эдак, на двести...) теоретический обзор описанием имеющих к данной теме отношение базовых установок теории и практики семейных, системных и структурных расстановок. После чего опубликовал бы сию книгу (скорее всего, — за свой счёт), раздал бы все экземпляры коллегам, друзьям и знакомым (а больше она, скорее всего, никому была бы не нужна), и стал с нетерпением ждать положительных отзывов и позитивных откликов. Которые, увы, так и не последовали бы, потому как опус мой никто бы и не прочитал...

К счастью, я давно уже научился писать книги, которые читают и даже перечитывают. И потому здесь, так сказать, в слегка теоретическом предисловии, позволю себе начать с некой метафоры.

Представьте себя, едущего по многополосной дороге под названием Жизнь, причём за тем, что в этой самой жизни и является главным: за собственным счастьем и благополучием. Скорость вашего продвижения к этой столь желанной цели определяется совершенством автомобиля, на котором вы едете. А вот количество обретаемого и получаемого в пути благополучия от этого даже как-то и не зависит. Потому что целиком и полностью задаётся полосой, по которой вы едете. И с которой, увы, не можете свернуть, хотя рядом видите бесчисленное количество других полос этой самой Дороги Жизни. На каждой из которых, например, справа (по удалению от вас) возможности для получения этого благополучия возрастают ну прям-таки в геометрической прогрессии. Справедливости ради следует заметить, что слева всё обстоит наоборот: чем дальше от вас, тем хуже...

И может быть даже, что вы в результате понимаете простую, но воистину судьбоносную истину: не той полосой вы едете по Жизни. Потому что, выбирая её, руководствовались неверной картой. И надо бы перейти на другую полосу или даже дорогу, да вот беда: полосы эти отделены друг от друга непреодолимыми бетонными барьерами. И всё, что вам остаётся, так это только два варианта.

Первый — съехать с дороги и вернуться обратно. В тот самый момент, когда вы выбрали неверную полосу движения. И всё перерешать и изменить, дабы избрать иную, куда как более гарантирующую благополучие, Дорогу Жизни.

И второй — ехать дальше. В надежде, что где-то там, в будущем, вам удастся перестроиться. Поменяв нынешнюю малоблагополучную полосу движения на что-то более приемлемое.

Однако при всём при том вы отчётливо понимаете, что и для первого, и для второго варианта вам нужны другие карты. Прошлого — дабы не свернуть опять куда не надо. И будущего — чтобы не пропустить стремительно открывшийся съезд к новым возможностям. Карты, которые вам точно и срочно нужно заполучить взамен тех, которые присутствуют. И, присутствуя, уже завели вас не туда, поимев по самое не могу...

А теперь вернемся в, так сказать, реальность. Где я объясню вышеописанное уже более научно с позиции созданной мною так называемой восточной версии нейропрограммирования: представленный ныне только один (второй по счёту, т.е. не очень высокий) из четырёх уровней вот уже тридцать лет разрабатываемой мною же новой области практической психологии — так называемого интегрального нейропрограммирования человеческой жизни.

В основу этой давно уже официально признанной модальности психотерапии были положены следующие, ныне уже почти расхожие, но когда-то ох какие новые положения (ну очень кратко):

1.    Главной целью человеческой жизни является обретение благополучия.

2.    Благополучие любого человека проявляется и реализуется за счёт:

—    эффективности;

—    и счастливости.

3.    Эффективность же любого человека определяется его совершенством. А вот счастливость — удачливостью как способностью достигать желаемых целей в кратчайшие сроки (и оказываться в нужное время в нужном месте).

4.    В свою очередь, совершенство человека определяется качеством программ его жизнедеятельности, в то время как удачливость — адекватностью присущих ему карт реальности: представлений о себе, других, мире и Боге.

5.    Именно карты человека образуют вторичную реальность его жизни — более реальную, чем даже первичная, поскольку наши представления о себе, других, мире и Боге имеют характер самоисполняющихся пророчеств и самореализующихся предсказаний.

6.    Функциональной основой всего этого выступает так называемый закон воплощения, согласно которому мы способны воплотить (да что там воплотить — просто увидеть!) в своей жизнедеятельности только то, что присутствует в нашем Сознании.

7.    Программы вторичны по отношению к картам и, соответственно, обеспечивают реализацию только того, что отвечает соответствующим картам.

8.    В связи с этим, в процессе нашего обучения и воспитания мы можем действительно усвоить и принять только те программы, которые адекватны отвечающим за них картам.

9.    И карты, и программы являются в высшей степени бессознательными (и даже просто неосознаваемыми) образованиями, не поддающимися изменениям на сознательном уровне.

Чтобы вы поняли всё как бы более прочувствованно и полно, объясню вопрос о картах на примере их, так сказать, мегаварианта. А именно — базовых представлений человека: о себе и о других (метакарты мира и Бога мы здесь пока рассматривать не будем).

Дело в том, что ещё до рождения у любого ребёнка складываются некие исходные представления, впоследствии задающие всё его отношение к жизни в широком смысле этого слова (да и саму по себе эту жизнь). Представления о том, насколько благополучен он сам и насколько благополучны другие (а ещё и насколько благополучен мир, в котором ему предстоит жить, а также и Некто у кто его создал...). У подавляющего большинства детей к моменту рождения четыре этих метакарты соответствуют идеальному варианту «всё о'кей»: я, другие, мир и Бог (к редким исключениям относятся те, кого хотели убить ещё в утробе матери, сделав аборт, или те, вынашивание которых происходило с выраженными патологиями). Однако далее травма рождения (крайне неприятный и плохо организованный процесс), родительское программирование и воздействие значимых других приводит к тому, что вышеупомянутые метакарты пришедшего в этот мир человека меняются, а после как бы фиксируются.

О тех немногих, которые сумели в буквально нечеловеческих условиях сохранить метакарту «я благополучен — другие благополучны» ничего писать не будем: во-первых, ни в каком таком создании благополучия (правда — базового) они особо не нуждаются, а, во-вторых, таковых действительно просто мало — ну очень-очень мало...

Что же касается тех, кому не повезло, то прежде всего (и, возможно, чаще всего), в силу ряда обстоятельств они принимают в качестве основной метакарты принцип «я неблагополучен — другие благополучны». Возникает это как из-за беспомощности ребёнка, его целиком и полностью зависимой позиции во время и после родов, так и вследствие более поздней его заброшенности родителями и значимыми другими. Однако, как бы не «генерировалась» эта самая метакарта, рано или поздно многочисленные наши обиды и унижения находят своё выражение в ощущении беспомощности и ненужности себя («я неблагополучен») при полном или относительном признании благополучия определяющих его жизнь и управляющих ею всесильных Взрослых («другие благополучны»).

Бывает (но реже, значительно реже), что человек принимает другую метакарту: «я благополучен — другие неблагополучны». Обычно происходит это в силу двух причин. Либо подчеркивания превосходства ребёнка над прочими и остальными — когда он растёт в атмосфере всепрощения, почитания себя, но принижения и подавления других. Либо, наоборот, при постоянных унижениях, угрожающих его здоровью (как психическому, так и физическому), а то и самой жизни, когда для того, чтобы преодолеть свою приниженность и беспомощность, а то и просто выжить, ребёнок как бы «опускает» мучителей, признавая их неадекватность, и возвышает себя, любым образом оправдывая собственную адекватность и, возможно, исключительность.

Наконец, ещё реже, но всё же бывает, что человек принимает ещё одну — самую безнадежную — метакарту: «я неблагополучен — другие неблагополучны». Метакарту отчаяния и опустошающего душу бессилия, когда всё, что остаётся, так это только «тонуть» дальше, опускаясь на самое дно, и обречённо ждать, когда же всё это, наконец, кончится...

Наверное, вам понятно, что ни одна из трёх вышеперечисленных метакарт не может считаться подлинно благополучной в самом широком смысле этого слова. Ибо люди, живущие с метакартой «я неблагополучен — другие благополучны», во все века и времена и даже в самых что ни на есть благоприятных условиях живут тяжело и грустно, не претендуют на успех и результат, отказываются от инициативы и ответственности, недостаточно уверены в себе, низко оценивают свои жизнь и деятельность, а также просто часто, но как-то вяло, болеют (и психически, точнее, психологически, и физически). Те, которые «бытийствуют» с метакартой «я благополучен — другие неблагополучны», наоборот, постоянно демонстрируют надменное превосходство, чванливость и самодовольство; подавляют и принижают других, используя их в качестве только лишь инструмента для достижения собственных целей; борются со всеми и вся, терроризируя близких; устраивают бесконечные разборки и обнаруживают врагов даже там, где их и в помине не было. Ну а те, которые буквально (и только лишь) существуют с установкой «я неблагополучен — другие неблагополучны», чаще всего проводят свою жизнь в домах для хронических больных, наркологических, психиатрических и соматических стационарах, местах лишения свободы и даже просто в бомжатниках. И либо кончают с собой сами, либо бессмысленно и обречённо ждут этого конца, не имея ни сил, ни ресурсов на жизнь и даже не ожидая никакой помощи...

Кстати, а знаете почему ещё наше детство такое страшное, а его последствия столь чудовищные? Да потому, что сама по себе социализация ставит нас перед буквально неразрешимой дилеммой. Французский психоаналитик Ж. Лакан образно, но точно определил эту ситуацию метафорой «кошелёк или жизнь». Если ребёнок выбирает кошелёк — отдав взамен жизнь, т.е. отказавшись от воплощения собственных сокровенных желаний, — то он получает вполне респектабельную и одобряемую жизнь. В которой, тем не менее, может не оказаться места для него самого. И этакий «премированный субъект» (выражение Ж. Лакана) будет покорно выполнять волю значимых других: сначала родителей, потом учителей, а после и вовсе начальников, получая за это всяческие (не слишком большие) преференции. Но жить ему придётся с вечной неудовлетворённостью и пониманием того, что главное для себя — личное и сокровенное — он так и не смог достичь и воплотить...

Если же он отринет этот самый глубоко «деиндивидуализирующий кошелёк», выбрав взамен жизнь, она-то как раз (в обществе) и не заладится, и сокровенные его желания (в подавляющем большинстве случаев, хотя, к счастью, не всегда) всё равно останутся неудовлетворёнными. Ибо «...человек один не может ни черта» (Э. Хемингуэй), а удовлетворение даже сохранённых в неприкосновенности желаний, целей и «мечт» зависит как раз от Значимых Других, представляющих общество и его институты. Каковые в отместку за строптивость постараются (ещё как!) оставить вас с носом. Вот и приходится ребёнку сначала обречённо метаться между молотом и наковальней, а позже, ставши взрослым, лавировать между Сциллой и Харибдой, да так, чтобы и волки (Значимые Другие) были сыты, и овцы (собственные желания) оставались целы...

А можно сказать и нечто большее. То, что мы до сих пор чудовищно зависимы от нашего детства. И от обусловивших его папы и мамы, а также иных Значимых Других. Да так, что, не устранив эту зависимость, всегда и везде будем жить по их указке. А вот для того, чтобы стать действительно независимыми, просто обязаны эту самую созависимость снять. Но не абы как, а с пониманием. Не только, так сказать, психотехнологическим, но ещё и с теоретико-методологическим. Для чего вначале обратимся к психологии зависимостей в их, так сказать, психотерапевтической ипостаси.

Дело в том, что, как психотерапевт Европейского и Всемирного регистра, я в своё время — и даже охотно и радостно! — подписался под так называемой Страсбургской конвенцией. Согласно которой любой патологический симптом есть форма и способ адаптации человека к окружающему миру, а также условиям и обстоятельствам его (человека, а не мира) жизнедеятельности. Именно и только так современная психотерапия и холистическая (целостная) медицина сейчас (а вообще-то и ныне, и присно, и во веки веков) рассматривает как душевную, так и физическую болезнь и болезненность. Как весьма неудачный, чреватый негативными последствиями, но путь адаптации. То есть (возвращаясь к проблематике этой книги) человек пьёт, переедает, колется (зависимость) или с упорством маньяка изображает перезрелого «сыночка» (созависимость) не потому, что он порочен или безумен, а потому, что иначе так и не смог (пока!) адаптироваться. К себе. К другим. К миру. И к Богу. И только лишь адаптировав его иным, более, как говорят психотерапевты, экологичным способом, можно убрать способ неэкологичный. Душевную или даже физическую болезнь и болезненность в целом. А также патологическую привязанность к чему-то (зависимость) или кому-то (созависимость).

Пожалуйста, как следует обдумайте вышенаписанное и поймите. Во-первых, то, что никакими запретами, кодированиями и отворотами вы никогда не решите проблему зависимости. Потому как то, из-за чего она возникла, — дезадаптация данного субъекта в определённой области его жизнедеятельности — сохранится. И вы либо сделаете его ипохондриком или депрессантом, например, если просто откажете в объекте зависимости или созависимости. Либо подтолкнёте к поиску другого способа адаптации, например, наркотического взамен алкогольного или аморального взамен строгой родительской любви.

Во-вторых, то, что в буквальном смысле этого слова адаптировав человека к патогенным условиям и обстоятельствам его жизни, вы (только тогда!) и создадите условия для решения проблемы его патологической адаптации. Но не решите её, пока не уберёте бессознательные механизмы запуска и реализации этого самого способа. Ибо только в начале мы чему-либо учимся, сознательно выполняя некие действия. Сознательно водим машину, переключая скорости, газуя или тормозя, — и это хорошо. Или сознательно же закупая, разливая и выпивая, например, спиртное — и это уже плохо. А после усвоения этого «чего-либо» его включение и реализация осуществляются целиком и полностью бессознательно. И мы уже бессознательно водим машину, что хорошо, ибо освобождает наше сознание для чего-то разумного, доброго и вечного. И также бессознательно пьём и безобразничаем, что, безусловно, плохо, так как от этого-то разумного, доброго и вечного любая наша зависимость нас как раз и уводит.

Подчеркну: любая, пусть даже такая невинная, как неистовая любовь к мороженому. Дело в том, что много-много лет назад некий Сиддхартха, более известный под именем Гаутама Будда, сформулировал так называемые четыре благородные истины, которые из-за неверного перевода у нас никто толком не понимает:

1.    Жизнь есть страдание.

2.    Страдания создают зависимости (курсив мой — С. К.).

3.    Единственный способ убрать страдание — это убрать все эти зависимости.

4.    В принципе это возможно.

Я намеренно упростил благороднейшие буддийские истины, не погрешив против их смысла. Ибо то, что на русский язык крайне неудачно переводят как «желание» (отчего получается, что, чтобы быть счастливым, надо ничего не желать — и истинно счастливыми у нас являются только покойники...), в оригинале звучит как «жажда», «привязанность», «страсть», т.е. зависимость. Как определить или отличить желание от зависимости? Да очень просто. Вы можете, например, любить пресловутое мороженое. И даже наслаждаться им, наедаясь досыта или до отвала. Но если вы при одной мысли о том, что лишитесь означенного лакомства, становитесь несчастным, у вас не желание, а именно зависимость! А если следовать логике Гаутамы Будды (уж поверьте, что ей действительно стоит следовать, дабы добиться освобождения от страданий...), личностный рост и развитие человека требует от него обязательной независимости от любых зависимостей.

Теперь о неких не вполне общепринятых, но вполне логичных истинах по поводу вышеупомянутого по жизни и её благополучию. В таком конспективном варианте всё это можно объяснить так. В восточной версии нейропрограммирования означенное благополучие (как главная цель всей ВВН) всегда рассматривалось (впрочем, и сейчас рассматривается), во-первых, структурно. Как синтез эффективности и счастливости. Каковые задаются совершенством и удачливостью. Которые, в свою очередь, определяются вашими программами (жизнедеятельности) и картами (реальности). Поскольку, если программа примитивная, то совершенство и вытекающая из него эффективность будут ну никак не лучше. А если карта не того масштаба, неточная, глупая или вообще не та (ведь некоторые до сих пор по пусть дикому, но капитализму бродят с картами пусть развитого, но социализма — это как по Москве ходить с картой Санкт-Петербурга...), на получение желаемого и нахождение искомого можно даже и не надеяться...

Во-вторых, благополучие человека презентировалось (и презенти-руется) в восточной версии нейропрограммирования как бы уровнево. Где я, следуя идеям ещё трансактного анализа Э. Берна, поделил всех людей на благополучников (победителей), середняков (ни проигрывающих, ни выигрывающих, а иногда даже как бы и не участвующих в игре), и неблагополучников (проигрывающих). Как бы хакеров, юзеров и лузеров в компьютерной игре под названием Жизнь (рис. 1)...

Деление это оказалось несколько грубоватое, и поэтому каждый из этих уровней был подразделён ещё на три подуровня (рис. 2).

При этом обнаружилось, что всё это (я про благополучие и его уровни) можно (и нужно) рассматривать не только, так сказать, в целом, но и по отдельным его (благополучия) аспектам. Здоровья. Взаимоотношений. Любви/секса. Работы. И материального благосостояния. Всего того, что я — ещё во времена оны — представил в виде так называемой «Звезды благополучия» (рис. 3).

Ну а если вышеизложенное вам всё ещё непонятно, разберём пресловутые совершенство и удачливость более подробно.

Вообще-то, если вы внимательно вчитывались в предшествующий текст, то уже, наверное, поняли, что совершенство и есть некий динамический аспект человеческого опыта, целиком и полностью основывающийся на программах жизнедеятельности. Так, например, вы, стараясь быть более совершенным, и оттого более эффективным (а значит, и благополучным), тратите массу сил на приобретение дополнительных программ типа работы на компьютере, английского или пресловутого MBA. Однако все эти программы строятся на незыблемом фундаменте ваших карт реальности, каковые определяют сначала вашу удачливость, а потом уже и счастливость. И ежели карта изначально плоха, построенная на ней программа никогда не будет хорошей.

Пожалуй, с учётом как бы сквозной темы этой книги, настала пора объяснить, что же это такое — карты реальности. Представьте себе двух близнецов, которые, едва научившись ходить, решили познакомиться с таким «фрагментом реальности», как собаки. Поскольку знакомство это у них было действительно первым, никаких карт по поводу означенных животных оба не имели. В силу каких-то обстоятельств они пошли знакомиться с собаками (точнее, с тем их славным представителем, который жил во дворе) в разное время. И первый близнец пришлёпал к ней тогда, когда собака эта пребывала в глубокой эйфории по поводу только что съеденного сытного обеда, потому охотно подставила свое розовое пузо и даже просто позволила с собой поиграть. В результате в разделе «Собака» в картах этого близнеца практически навсегда оказалось записано «милые, добрые, ласковые и пушистые».

Второму малышу не повезло — он подошёл к собаке в тот момент, когда она либо догрызала особо вкусную кость, либо просто была чем-то недовольна. Отчего зарычала, а то и загавкала на ребёнка, и даже попыталась его укусить. Как результат, в системе его карт в разделе «Собаки» появилась (опять-таки, практически навсегда!) запись «страшные, злые, рычащие и кусающиеся».

Надеюсь, вам теперь ясно, что просто собак теперь не будет ни у первого, ни у второго из близнецов (как нет просто реальности ни у кого из живущих на этом свете людей, кроме разве что Просветлённых). И что первый спокойно и непринуждённо будет общаться и взаимодействовать даже с мастифами и питбулями, тогда как второй будет десятой дорогой обходить той-терьеров и болонок. И, что характерно, первого из этих близнецов эти самые мастифы и питбули просто не тронут. Тогда как второго будут облаивать и болонки, и той-терьеры. Причём не только потому, что собаки нутром, точнее, собственным бессознательным чуют то, как к ним относятся, и соответственно и реагируют. А более оттого, что Реальность вообще зеркальна по отношению к нашим картам, и если в них есть нечто плохое относительно себя, других и мира, это самое плохое в себе, этих самых других и в том же мире непременно и отыщется, и откроется — как, впрочем, и наоборот (это я про хорошее).

Именно поэтому одной из базовых посылок всё той же восточной версии нейропрограммирования выступает положение, согласно которому качество жизни человека ничуть не лучше качества его карту потому как наши представления (карты) о себе, других и мире носят характер самореализующихся пророчеств и самооправдываю-щихся предсказаний.

Хотите более конкретно? Да пожалуйста! Самый простой способ узнать пусть и поверхностные, но всё же карты человека по какой-то теме, это спросить: «По каким таким правилам ты живёшь относительно <...>?». Так вот, взяв, например, тему денег, не могли бы вы ответить, по каким правилам вы живёте относительно этого «предмета»? «От трудов праведных не наживёшь палат каменных»? Ну, тогда вы точно будете жить в коммуналке. А если чисто случайно обретёте пресловутые каменные палаты, то изведёте себя мыслями о том, что, скорее всего, нажили их неправедным образом. И в итоге либо просто зас..., простите, загадите (в отместку) означенные палаты, либо уничтожите, сдуру отдав (передав) кому-то другому или даже совсем глупо — посредством пожара...

Ну вот, собственно, и почти всё, что вам надлежит знать, дабы с помощью этой книги сделать себя куда как более эффективным и счастливым. «Почти» только потому, что вам осталось понять и принять совсем немногое. То, что ваша жизнь, увы, целиком и полностью обусловлена (это надо принять). И то, что обусловлена она как раз картами, которые вы получили на длинной жизненной дороге (это следует понять). Самостоятельно. От родителей. От так называемых значимых других. И даже от ваших порой ну очень далёких предков. Каковые (карты реальности), причудливо переплетаясь и взаимодействуя между собой (а также взаимосоотносясь с программами жизнедеятельности), создают ещё и некий сценарий. Всей вашей жизни и отдельных её ипостасей. То, что и как вы будете в ней делать. В целом. И в областях здоровья, взаимоотношений, любви/секса, работы и материального благополучия, а также прочих неупомянутых.

Всё. Хватит теории. Перейдём к практике. К реальным возможностям повышения вашего благополучия за счёт избавления от проклятия обусловливания. Каковые станут возможными и реальными тогда (и только тогда), когда вы определите две абсолютно необходимые для любых изменений вещи. Проблему (что вы имеете). И запрос (что вы хотите вместо того, что имеете).

Сделать это можно двумя способами: простым и сложным (на самом деле способов масса, но буде довольно значительную их часть я описал в других своих книгах, здесь ограничимся двумя). При использовании первого — простого — способа вы (сначала) просто определите некий балл своего благополучия. В целом (общем). И в частности (по здоровью, взаимоотношениям, любви/сексу, работе и материальному благосостоянию). После чего, сравнив его с нижепредложенной (рис. 4) схемой, определяете, в какую такую категорию по уровню благополучия вы, так сказать, влезли или вляпались (это и будет вашей первичной проблемой, а точнее, проблемами)... А далее, выйдя из затяжной или не очень депрессии, попробуйте честно, без самоутверж-дающих закидонов (так называемой сверхкомпенсации) обдумать, какие такие баллы благополучия вы хотели бы иметь. И в какие такие категории попасть. Что станет уже вашим запросом, который, правда, далее надо будет как бы конкретизировать. Например, за счёт вопроса: «Как вы узнаете (что стали здоровы, богаты и т. п.)?..»

А вот при использовании второго, более сложного и, так сказать, психотерапевтического способа, вы уже письменно и довольно пространно отвечаете на следующие четыре вопроса: «Имею и хочу иметь», «Имею, но не хочу иметь», «Не имею, но хочу иметь» и «Не имею и не хочу иметь». Каковые в результате образуют некую четырёхклеточную матрицу — логический квадрат небезызвестного Декарта (рис. 5).