Довольно скоро Майкл понял, что его путь не всегда будет таким простым, как до сих пор. Томас бодро шагал по дорожке, и ему даже в голову не приходило, что, возможно, когда-нибудь он окажется на распутье и будет вынужден выбирать направление. К тому же Майклу не давало покоя интуитивное ощущение, что за ним кто-то следит.

И вот теперь он понял, что без проблем не обойдется: вдалеке отчетливо виднелась развилка. Ему придется выбирать, какой дорогой идти. Майкл остановился и пожал плечами, растерянно глядя туда, где дорога разделялась надвое.

«Это что еще такое? — подумал он. — Откуда мне знать дорогу в этой чужой стране цветных домов и ангелов?» Человек не ждал ответа; поскольку вопрос был риторическим, к тому же он не задавал его вслух. Однако ему стало беспокойно. Затем Майкл вспомнил о карте.

Он присел на траву у дороги. Карта лежала в рюкзаке вместе с хлебом. Как только он снял рюкзак с плеча, чтобы достать карту, в нос шибанул отвратительный запах, едва не сваливший Майкла с ног. «Что это там протухло?» — вслух спросил Майкл, обращаясь к самому себе.

Смрад был настолько сильным, что Майклу даже не хотелось видеть, в чем причина. Запах имел явно органическое происхождение, и Майкл догадался, что он исходит от хлеба. Так и оказалось.

Майкл аккуратно достал из рюкзака карту, обращаясь с ней, как с драгоценным даром, и надеясь, что смрад не повредил этому священному, хотя, похоже, и бесполезному предмету. Карта была цела, однако с хлебом дела обстояли иначе. Майкл вытряхнул содержимое рюкзака на землю и непроизвольно поморщился.

На земле лежали сгнившие остатки булочек и хлеба — казалось, они пролежали несколько месяцев в духоте и сырости тропического леса. Полуразложившиеся куски были черны от плесени, и Майкл в первый и последний раз увидел в этой удивительной стране живность — тысячи червей и личинок. Они копошились, словно город в час пик! Майкл отбросил рюкзак в сторону и вскочил на ноги. «Хлеб не падаль! — подумал он. — Это не мертвая плоть! Как такое возможно? Кроме того, я ушел из дома всего несколько часов назад! Даже мясо не испортилось 6ы так быстро. Что происходит?»

Зажав пальцами нос, Майкл склонился и стал разглядывать то, что осталось от хлеба. Черная копошащаяся масса разлагалась прямо на глазах. Он наблюдал, как мелкие мерзкие твари доели остатки отвратительного распадающегося месива, — а затем сожрали друг друга! Майкл с отвращением отвернулся от жуткого зрелища, и тут его внимание привлекло какое-то движение позади.

«Да, там что-то есть!» Он, несомненно, видел, как зеленая смутная тень метнулась в сторону кустов, стараясь скрыться от его взгляда. По спине Майкла пробежали мурашки. Он интуитивно почувствовал, что возвращаться и выяснять, что это такое, опасно, поэтому остался на месте. Развилка на дороге? Какая-то тварь, очевидно, преследующая его? Что творится в этом священном месте? И что случилось с хлебом?

Он снова обратил свой ошеломленный взор к отвратительной куче у обочины и с изумлением обнаружил, что видит перед собой только кучку пыли! Ни червей, ни хлеба, ни смрада. Хлеб вернулся к своему истоку, и теперь пыль разлеталась под легким ветерком, чтобы окончательно смешаться с землей.

Что все это значит? Ангел предупреждал его не брать с собой пищи, но Майкл не думал, что это распространяется даже на хлеб в дорогу! Возможно, предметы, находящиеся в домах, имеют особую структуру и в дороге скоро разлагаются? Он тревожно посмотрел на карту и осторожно взял ее двумя пальцами, опасаясь, что на ней случайно остались черви. Карта была целой и совершенно чистой — в точности такой же, какой Майкл положил ее в рюкзак. Он ничего не понимал. Карта лежала рядом с гниющей пищей, однако на ней не осталось никаких следов. Тогда Майкл поднял отброшенный в сторону рюкзак и нерешительно понюхал его. От ужасного смрада, который минуту назад едва не вывернул его наизнанку, не осталось и следа. Томас не представлял, как такое могло произойти, но извлек из этих событий важный урок: никогда больше не выносить пищу из домов, которые ему придется посетить на этом пути.

Тут Майкл снова заметил позади движение! Им овладела тревога. Нужно пошевеливаться! Майкл был в отчаянии. Он развернул карту в надежде, что она подскажет, куда свернуть на развилке. На карте была снова обозначена красная точка «ТЫ ЗДЕСЬ» плюс изображение окружающего ландшафта — и больше ничего. Бесполезная бумажка не показывала даже саму развилку!

— А, чтоб тебя! — выкрикнул Майкл. Брань казалась совершенно неуместной в этой стране, но все же в ней хоть как-то отразилось разочарование Майкла.

— Ну и карту ты дал мне, Синий!

И снова человек различил позади себя движение. Оно приближается? Почему Майкл его не видит? Как ему удается так быстро скрываться? Что это такое? В мозгу Майкла включился сигнал тревоги, он быстро встал на ноги и спешно пошел вперед, оглядываясь на каждом шагу. Призрачная тень больше не попадалась ему на глаза. Откуда она знает, когда Майкл собирается обернуться? Человек постоянно ускорял шаг, пока не перешел на спортивную ходьбу. Преследующая его сущность не отставала. Майкл еще ни разу не ходил так быстро в этой удивительной стране, и очень скоро преодолел полкилометра, отделявшие его от развилки. Ему было страшно.

Он остановился на распутье, тяжело дыша от быстрой ходьбы и от страха. У Майкла не возникло никаких догадок относительно того, куда свернуть, и сейчас он пребывал в полнейшей растерянности. Он стоял на развилке, охваченный паникой. Обратив взгляд к облакам, Майкл отчаянно крикнул:

— Синий! Куда идти?

На самом деле Томас не рассчитывал услышать ответ, поэтому тихий голос, звучавший, казалось, прямо у него в голове, немало удивил его.

— Воспользуйся картой, Майкл. Быстро!

Хотя Майкл смотрел на карту всего несколько минут назад, ему было некогда подвергать этот совет сомнению или логическому анализу. Он быстро развернул свиток. Красная точка ТЫ ЗДЕСЬ находилась там же, где и прежде. Она ни на миллиметр не сдвинулась с центра карты. Но что это? Майкл приблизил; свиток к глазам. На пергамент со лба капал пот.

Красная точка находилась у самого разветвления дороги! Как и обещал ангел, карта оказалась текущей — ведь в данный момент времени Майкл действительно стоял именно на развилке. И на развилке карты была стрелка, указывающая вправо!

Майкл не колебался ни секунды. Складывая карту, он повернул направо и быстро двинулся по взбегающей на небольшой пригорок дороге. Он снова то и дело оглядывался, чувствуя, что преследователь идет за ним буквально по пятам. Таясь за кустами и камнями, зеленая сущность неотступно следовала за Майклом и ускоряла шаг вместе с ним. Поднявшись на пригорок, человек облегченно вздохнул. Вдали виднелся очередной дом! Он понял, что спасен. Под пристальным взглядом злобных глаз Майкл еще немного ускорил шаг и теперь уже просто бежал вниз по дорожке к дому, где его ждала защита, кров и пища.

Темная злая сущность, преследовавшая человека, была вне себя от ярости! Замешкайся Майкл чуть дольше на развилке, и ОНО бы его схватило! Кипя от злости из-за упущенной возможности, ОНО устроилось высоко в ветвях дерева неподалеку от ярко-оранжевого дома, куда только что вошел Майкл Томас. На этот раз гадкому чудищу предстояло долгое ожидание. Однако ЕГО это не пугало.

* * *

Внутри оранжевого дома, возле самых дверей, путника уже ждал ангел. Майкл еще не пришел в себя, когда Оранжевый, — как уже про себя окрестил его гость, — обратился к нему со словами:

— Приветствую тебя, Майкл Томас с Чистым Намерением! Мы ждали тебя.

— И я тебя приветствую! — ответил Майкл, переводя дух. Хотелось надеяться, что голос не выдает облегчения, которое он испытал, войдя в дом. Майкл дрожал. Он еле сдерживался, чтобы не обнять огромную оранжевую сущность, стоявшую перед ним. Он был очень рад, что снова оказался в безопасности.

— Иди за мной, — сказал оранжевый исполин и пошел вглубь ДОМА ДАРОВ И ИНСТРУМЕНТОВ». Майкл проверил, закрыл ли он за собой дверь, и пошел вслед за ангелом, все еще дрожа и отдуваясь после пережитого несколько секунд назад. Человеку было страшно, и его ум был переполнен вопросами об этой удивительной стране, полной контрастов и неожиданностей.

Как и прежние ангелы, Оранжевый излучал величие. Майкл снова был изумлен размерами сущности и излучаемой ею добротой. Майкл чувствовал, что этот ангел, как и предыдущие, встретил его радушием и любовью. «Они все словно сделаны из одного теста», — подумал человек.

— На самом деле мы принадлежим к одной семье, — сказал ангел.

Майкл ужаснулся тому, как быстро он забыл об особенностях общения с этими духовными существами.

— Извини, — только и смог выдавить из себя Майкл. Оранжевый остановился и обернулся к нему. Он взглянул на чело века с Недоумением. Майкл смотрел ему прямо в лицо.

— Извини? — ангел сделал паузу. — За то, что ты сделал мне комплимент? За то, что напомнил о моем величии? За то, что ощутил нашу любовь? За то, что ты интересуешься, кто мы такие? — ангел улыбнулся. — К нам приходит много гостей, Майкл Томас. Из всех, кто до сих пор входил в оранжевый дом, ты задал наименьшее число вопросов.

— Еще не вечер, — ответил Майкл со вздохом. Он хотел расспросить ангела об ужасных переживаниях в последние минуты пути. Что за сущность гналась за ним? Ангел почувствовал, что у человека возникли эти вопросы.

— Я не могу рассказать тебе обо всем этом, Майкл, — сказал ангел.

— Не можешь или не хочешь? — спросил человек почтительно. Он понимал, что это риторический вопрос, поэтому сразу продолжил. — Я знаю, что ты знаешь.

Майкл немного поразмыслил и решил обрушить на ангела шквал вопросов и попытаться прижать его к стенке.

— Когда ты мне об этом расскажешь? — выпалил он.

— Ты знаешь больше, чем я, — парировал ангел.

— Как это возможно?

— Здесь не все так, как кажется.

— Будет ли оно ждать меня на выходе?

— Да.

— Оно отсюда родом? Это чудище выглядит неуместно в духовном царстве.

— Оно вправе находиться тут — так же, как и ты.

— Оно может причинить мне вред?

— Да.

— От него можно защититься?

— Да.

— Ты мне поможешь?

— Именно для этого я здесь.

Майкл прекратил допрос. Ангел молча стоял перед ним.

Ответы Оранжевого убедили Майкла, что тот знает все. Он немного расслабился. «Если он все знает, значит, смогу узнать и я, — сказал себе человек. — Наберусь терпения. Несомненно, со временем мне откроется больше. Видимо, так уж здесь заведено». Он вспомнил, насколько бесполезной казалась ему карта всего лишь час назад и как она спасла его в минуту опасности.

— Бог, знаешь ли, очень текущ, — заметил ангел, едва сдерживая смех. Он снова настроился на мысли Майкла. Оранжевая сущность развернулась и направилась вглубь дома. Томас пошел следом.

— Я начинаю к этому привыкать, — заметил Майкл. — Ты получаешь то, что тебе необходимо, в тот самый миг, когда это необходимо, правильно?

— Что-то вроде этого, — ответил Оранжевый. — Люди обладают низкими вибрациями и живут в линейной системе временны х координат, — очевидно, этот ангел тоже был учителем. — Но у ангелов система координат другая.

— Как же воспринимаешь время ТЫ? — спросил Майкл.

Они проходили через какой-то склад. Склад? Этот дом, как и предыдущий, изнутри был огромным. Майкл с изумлением озирал комнаты с потолками в 15 метров высотой. Вдоль стен рядами громоздились ящики.

— Для нас нет ни прошлого, ни будущего, — ответил ангел. — Вы ощущаете время как движение по прямой, а мы как вращение по часовой стрелке, а мотор, обеспечивающий это движение, покоится в центре. Мы всегда можем обозреть весь свой путь, поскольку он лежит под нами, а мы, таким образом, постоянно находимся в точке «сейчас» своего времени. Наше движение всегда происходит вокруг известного центра. А человек движется по прямой и только вперед, поэтому вы никогда не можете в полной мере ощутить настоящее. Человек оглядывается назад и видит, где он был, смотрит вперед и видит, куда направляется. Вам недоступно существование в режиме БЫТИЯ. Вы знаете только существование в режиме ДЕЛАНИЯ. Это характерно для низких вибраций и уместно в вашем измерении.

— Иллюстрацией может служить ваша карта, — сказал Майкл, вспомнив, что красная точка ТЫ ЗДЕСЬ всегда остается в центре, а события этой новой реальности как бы входят в окружающее эту точку пространство и выходят из него. «Это полная противоположность человеческой карте», — подумал Майкл.

— Правильно! — сказал Оранжевый, не замедляя шага. — В вашей системе координат карта неизменна, а человек движется относительно нее. Так происходит потому, что вы воспринимаете время и пространство как константу, а человека как переменную. При переходе к нашим вибрациям и системе координат человек становится константой, а карта — или реальность, — переменной величиной.

Майкл понял, что ему нужно хорошенько все это обдумать. Новая информация привела его в замешательство и в то же время была каким-то образом знакома. Опыт, обретенный им на развилке по пути к оранжевому дому, помог по достоинству оценить эту духовную карту, несмотря на то что она не соответствовала его устоявшимся представлениям. Он знал, что в следующий раз, увидев впереди развилку, не будет беспокоиться, пока не подойдет к ней вплотную, — и только тогда воспользуется картой.

Как и Синий, Оранжевый вел Майкла в комнаты для отдыха и приема пищи через множество богато украшенных залов. Однако вместо ячеек с надписями здесь были ящики. И опять-таки, каждый ящик был подписан этим загадочным шрифтом. Майкл совершенно справедливо предположил, что где-то тут должен быть также ящик с его именем, и скоро ему его покажут;

— Вот твои покои, — сказал ангел. — Завтра начнем занятия. Столовая слева. Ванная комната справа. Твой обед уже готов, — объявив все это, Оранжевый вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.

Майкл уставился на закрытую дверь. «Пусть ты ангел, но твои манеры оставляют желать лучшего, — подумал Майкл, обескураженный тем, что Оранжевый не попрощался. — Видимо, не следует ожидать от них полного понимания человеческой природы».

Как и накануне, Майкл плотно поужинал. Он жадно поглощал изысканные деликатесы, любуясь искусно сделанной деревянной посудой. Ему было неловко оставлять мытье посуды на кого-то другого, но затем он вспомнил, как не любит это занятие. Он знал, что, хотя он их и не видит, кроме ангела, тут должны быть и другие сущности, которые заботятся о подобных вещах. «Странное сочетание, — размышлял Майкл. — Ангельское жилище, где обслуживают также и носителей низких человеческих вибраций».

Майкл задумался о здешней канализационной системе, и тут его осенила удивительная мысль: он уже два дня не ходил в туалет! Здесь просто НЕ БЫЛО туалета! Ванная была, и больше ничего. Он осознал, что не испытывал «большой и малой нужды» с тех самых пор, как вошел в ворота! Что-то странное произошло с его телом в этой дивной стране. Он вовсе не тосковал по испражнениям… но все это очень странно.

* * *

Утром Майкл почувствовал необыкновенный прилив сил. Он позавтракал в одиночестве свежими фруктами и хлебом, смакуя каждый кусочек этой чудесной пищи. В этот раз Майкл обращал особое внимание на вкус блюд и осознал, что в нем есть что-то необычное. Нужно будет расспросить об этом Оранжевого.

— Все дело в нашей системе временных координат, — весело произнес Оранжевый, с порога комнаты. Ангел только что пришел и услышал мысли Майкла. — Эта пища не может существовать в условиях низших вибраций. В ней содержатся некоторые духовные составляющие, общие для всех измерений. Поэтому здесь нет человеческих испражнений, Майкл, и по этой же причине наши продукты не подлежат хранению. Эта пища вне прошлого и будущего. Она создается за несколько минут до трапезы и начинает интенсивно разлагаться, если вынести ее отсюда.

— В этом я убедился, — сказал Майкл, вспомнив, с каким ужасом он наблюдал мерзостную гниль на дороге, когда шел к оранжевому дому.

Они вышли из жилых комнат, и ангел отвел Майкла на большую, хорошо освещенную арену. Там было несколько открытых ящиков и оранжевых скамеек для людей. А также нечто похожее на алтарь, курильница с благовонием и несколько свертков странного вида.

— Добро пожаловать в Дом Даров и Инструментов, Майкл Томас с Чистым Намерением, — сказал ангел, повернувшись к человеку лицом. — Присаживайся, пожалуйста. Ты проведешь здесь много времени.

Это было начало долгого учебного процесса. Вслед за обучением начался еще более долгий период практических занятий и экзаменов. Все это было направлено на то, чтобы научить Майкла пользоваться дарами и инструментами новых духовных вибраций. Майкл провел в оранжевом доме более трех недель.

— Ты постепенно повышаешь свои вибрации, Майкл Томас, — то и дело повторял Оранжевый. — Вот обещанные тебе дары и инструменты, которые призваны помочь тебе выполнить эту задачу. Они принадлежат тебе по праву, ибо ты выказал намерение. Нельзя войти в следующий дом, пока не узнаешь, как все они работают. И совершенно невозможно попасть домой, не овладев ими в совершенстве.

Майкл занимался прилежно. Он понимал, что это подготовка к возвращению домой, и помнил, что его с самого начала предупреждали о необходимости обучения. Оранжевый преподнес Майклу множество даров. Некоторые из них явно были сделаны из великолепных кристаллов. В ходе особых церемоний и при помощи намерения они были магическим образом помещены в тело Майкла, чтобы подкреплять его духовную силу. Каждый дар сопровождался подробными объяснениями, и всякий раз Майклу давалось некоторое время на то, чтобы усвоить новую информацию. Затем он должен был сам объяснить Оранжевому смысл и предназначение нового дара. Это было непросто, поскольку в ходе таких экзаменов Майклу приходилось говорить о совершенно новых для него концепциях и использовать незнакомые прежде слова.

Оранжевый рассказывал о том, что человек приходит на планету с определенными качествами, которые непосредственно связаны с иными сферами бытия — с прошлыми жизнями, Майклу что-то рассказывали об этом прежде, но он был совершенно не готов услышать такое от ангела! Об этом мог бы говорить какой-нибудь длинноволосый индийский гуру, — но ангел? Оранжевый объяснил, что прошлые жизни — это «сырье» человеческой природы, поскольку уроки, полученные нами в прошлых воплощениях, влияют на жизнь нынешнюю. Эти уроки называются «кармой», а еще их называют «памятованием» или «опытом». Карма способствует обучению людей, а также определенным образом помогает всей планете. Так все и работает — из жизни в жизнь. Оранжевый сказал Майклу, что для обретения новых вибраций тому необходимо избавиться от некоторых старых качеств, в том числе от кармических уроков, с которыми он родился. Им нет места на пути домой — точно так же как пище нет места на дороге, в чем уже убедился Майкл.

Майкл сразу же представил себя как груду гниющего мяса на обочине — разлагающийся труп человека, который плохо слушал учителя. И решил учиться еще прилежнее, чтобы не попасть в такую ситуацию. Фу!

Оранжевый прочел мысли Майкла. Он громко расхохотался и заразил своим дивным весельем Майкла. Майкл изумился тому, какие близкие отношения сложились у него с Оранжевым. Он — прекрасный учитель. И еще он отличный товарищ — даже несмотря на то, что никогда не здоровается и не прощается.

Он научил Майкла придавать мыслям форму, наделяя их энергией. «Таким образом ты сможешь контролировать свою реальность, — говорил Оранжевый. — Используй свое внутреннее духовное чувство и знание, чтобы поместить себя в те ситуации, которых ты заслуживаешь и которые ты задумал». Майкл не имел ни малейшего представления, что это значит, но он делал так, как ему говорили, и, видимо, сдал все экзамены. В его существо был внедрен дар духовного могущества, или со-творчества, — а также дар очищения от всех кармических атрибутов, доставшихся ему из прошлых воплощений. Обретение каждого дара сопровождалось особой церемонией и произнесением вслух определенных слов. И еще, очевидно, каждый дар превращался из физического объекта в духовный, после того как интегрировался в тело Майкла под руководством и опекой великого оранжевого ангела.

Майкл чувствовал себя так, словно учится для принятия какого-то высокого духовного сана! Каждый раз, сдавая экзамены Оранжевому, Майкл чувствовал, как ангел смотрит прямо ему в сердце! Оранжевый был очень внимательным и, несомненно, читал мысли Майкла, когда тот давал обеты и высказывал свое намерение принять тот или иной духовный дар для имплантации в свой центр духовной энергии. Вначале Майкл испытывал некоторую неловкость, но затем понял, что ангел делает это для того, чтобы проверить, насколько искренни те слова, которые Майкл произносил вслух. Если бы слова Майкла были пусты, ангел сразу увидел бы это и не позволил двигаться дальше.

В течение двух недель все маленькие свертки были распечатаны. Ангел объяснил предназначение содержащихся в них даров, интегрировал их в духовный центр Майкла и провел соответствующие испытания и экзамены. Одно из испытаний было особенно трудным. Майкл боялся замкнутых пространств. Он не знал почему, но с самого детства испытывал панический ужас, если вдруг оказывался заперт в какой-нибудь тесной каморке. В качестве одного из даров Оранжевый помог Майклу избавиться и от этой фобии. Майкл высказал намерение и провел соответствующую церемонию. Оранжевый объяснил, что боязнь замкнутых пространств представляет собой КАРМИЧЕСКИЙ ГРУЗ, и освобождение от него равнозначно освобождению от множества переживаний из прошлых жизней, которые Майкл принес в свое нынешнее земное существование.

Несколько дней спустя во время урока Оранжевый открыл большой ящик. Но он ничего не достал оттуда, а вместо этого с огромной любовью предложил Майклу войти внутрь! Оранжевый закрыл крышку, и сидящего на корточках Майкла окутала кромешная тьма. Человек слышал зловещие удары молотка, приколачивающего крышку гвоздями. Затем тьма дополнилась тишиной.

Он отчетливо слышал свое дыхание. Сидеть скорчившись было очень неудобно. Майкл слышал даже биение собственного сердца. Оранжевый ничего не объяснил. Да объяснения и не требовались. Это очередной экзамен, и схитрить тут невозможно.

Секунд десять сердце Майкла бешено колотилось, помня о былой проблеме. Затем, когда все его тело должно было превратиться в судорожный комок панического ужаса, страх перед замкнутым пространством совершенно растаял, и человек расслабился. Майкл с огромной радостью осознал, что принял этот дар в полной мере — и, хотя тело вначале отреагировало по-старому, новый дух успокоил его. Майкл тихонечко спел себе под нос пару песенок и наконец задремал. Удовлетворенный результатами испытания ангел открыл ящик и выпустил Майкла приблизительно час спустя.

— Ты необычный человек, Майкл Томас с Чистым Намерением, — сказал Оранжевый, широко улыбаясь. Майкл отчетливо видел гордость в глазах ангела. — Далеко не всем это удается так хорошо.

В тот раз Майкл впервые по-настоящему осознал, что есть и другие люди, попросившие указать им путь домой. Этот факт уже несколько раз всплывал в разговорах с ангелами, но до сих пор Майкл не особо задумывался об этом. Потом он много думал об этом по ночам, а между тем Оранжевый закончил передачу даров и начал работу с инструментами. Он перешел к этому этапу на третьей неделе обучения.

— В пути тебе потребуются три инструмента, — сказал Оранжевый многозначительно. Затем он подошел к большому ящику и открыл его. Всякий раз, когда Оранжевый разворачивал сверток или открывал ящик, Майкл нетерпеливо ерзал на своей оранжевой скамье. Ему не терпелось увидеть очередной магический предмет, который должен увеличить его духовное осознание, знание или силу. Майкл никогда не знал заранее, что собирается дать ему Оранжевый.

Ангел стоял к человеку спиной, поэтому Майкл не видел, что он достает из ящика. Наконец Оранжевый повернулся к ученику, чтобы вручить первый инструмент, и в его руках блеснул продолговатый серебристый предмет. НЕТ! Не может быть! Оранжевый держал в руках огромный меч!

— Узри меч истины, — сказал оранжевый ангел, вручая оружие Майклу Томасу. Если в руках у ангела меч казался большим, то в руках у Майкла он выглядел просто огромным. Он был невероятно тяжелым и громоздким. Майкл просто не верил в реальность происходящего.

— Это же настоящий меч! — воскликнул он.

— Такой же настоящий, как и остальные дары, — заметил Оранжевый. — Но это первый из трех даров, которые ты будешь носить не внутри себя, а снаружи, на своем теле, проходя через следующие четыре дома.

Некоторое время Майкл разглядывал меч, восхищаясь его красотой. На нем была выгравирована надпись ангельским шрифтом — видимо, имя Майкла. Кроме того, лезвие украшали затейливые узоры — и каждый из них имел глубокое духовное значение. Большая рукоять увенчана ярким камнем кобальтового цвета. Прекрасный меч — и очень острый к тому же.

— Попробуй взмахнуть им, — сказал ангел, отступив на шаг.

Майкл подчинился. Казалось, меч движется сам по себе! Майкл не ожидал, что оружие окажется настолько своенравным, и не удержался на ногах! Чувствуя себя глупым и неуклюжим, Майкл поднялся и собрался попробовать еще раз, но Оранжевый жестом остановил его.

— Подожди, может быть, вот это поможет тебе, — ангел вернулся к ящику и достал из него что-то еще. И опять извлеченный из ящика предмет ярко блеснул серебром. Это был огромный щит! Майкл с сомнением покачал головой. К чему это все? Очень странно. Духовные дары? Смертоносное оружие? Меня что, готовят к прошлой жизни при дворе короля Артура?

— Все не так, как кажется, Майкл Томас с Чистым Намерением, — стоя перед растерянным учеником со щитом в руках, Оранжевый ответил на его мысли. — А ну-ка примерь вот это.

Оранжевый научил Майкла продевать руку в крепление щита и объяснил, как использовать щит в качестве противовеса, чтобы, орудуя мечом, не валиться с ног: очень полезный навык.

— Майкл, — сказал ангел, — этот щит есть знание Духа. Пребывая в равновесии с истиной, он дает тебе колоссальное могущество! Тьма не может существовать там, где есть знание. Никакие тайны не могут существовать при свете, и истина, открытая с использованием знаний, рождает этот свет. Истина и знание — величайшее из существующих сочетаний. Их нужно использовать вместе.

— Это все или в ящике есть что-то еще? — в шутку спросил Майкл, покачиваясь под весом своих обновок.

— Спрашиваешь! — под взглядом ошеломленного ученика Оранжевый опять направился к ящику и извлек оттуда еще один серебристый предмет, — еще крупнее, чем предыдущие.

— Узри доспехи! — воскликнул ангел. Вся эта ситуация явно забавляла его. Глядя на выражение лица Майкла, он едва сдерживал смех.

— Я ничего не понимаю! — Майкл удрученно уселся на скамью. — Как я смогу таскать это все на себе?

— Придется потренироваться, — парировал Оранжевый. — Дай-ка я тебе покажу.

Оранжевый взял у Майкла щит с мечом и отложил их в сторону. Затем помог ученику надеть тяжелые, богато украшенные доспехи. Железный костюм облегал тело, словно влитой, благодаря безупречной подгонке каждой части! Застегнув все защелки на доспехах, Оранжевый надел на Майкла пояс с ножнами для меча. Затем показал, как пристегивать щит на специальную защелку на спине, чтобы он не мешал в пути. Закончив облачение, Оранжевый на шаг отступил от ученика.

— Майкл Томас с Чистым Намерением, теперь у тебя есть три инструмента, с помощью которых ты сможешь перейти к новым вибрациям. У тебя есть меч истины, щит знания и, наконец, доспехи Духа. Другое название этих доспехов — «покров Божий». Они представляют мудрость, необходимую для правильного использования двух других инструментов. С завтрашнего дня начнутся твои тренировки в качестве воина света. В этих трех инструментах великая сила. Никогда не используй их по отдельности.

Оранжевый принял у Майкла оружие и отвел его в комнату, где тот умылся, поел и лег спать. Майкл лежал в кровати и размышлял обо всех несообразностях, которые виделись ему в этой удивительной стране. Так он и заснул, обуреваемый противоречивыми мыслями.

Утром Майкл снова был в зале обучения. В течение следующих нескольких дней Оранжевый учил его искусству обращения с древним оружием. Прежде всего Майкл научился держать равновесие. Ангел заставлял его бегать вверх-вниз по ступенькам в полном боевом облачении — с мечом и щитом наготове. Затем он обучил его правильно падать и быстро вставать, используя щит в качестве противовеса. В ходе занятий Майкл обнаружил, что оружие никогда не пачкается, на нем не появляются вмятины и царапины.

Он бегал со своими инструментами, ходил, вертелся на месте — Оранжевый обучал его чему угодно, кроме искусства битвы. Понемногу Майкл научился держать равновесие. Скоро Майкл заметил одну странную вещь. Снимая вечером свое тяжелое боевое облачение, он не испытывал облегчения. Вместо этого он чувствовал себя слабым и беззащитным, а также слишком легким!

Много дней прошло, прежде чем Оранжевый приступил к заключительному этапу, когда Майкл должен был научиться использовать меч истины. Майкл ожидал, что Оранжевый уподобится самурайскому наставнику и станет учить его искусству битвы. Но произошло нечто совершенно иное.

— Настало время научить тебя пользоваться оружием, Майкл Томас, — сказал Оранжевый. — Обнажи свой меч.

Эффектным жестом на зависть любому рыцарю древности Майкл легко извлек из ножен огромный тяжелый меч. Ангел одобрительно кивнул.

— А теперь подними его к Богу.

Майкл сделал, как было велено.

— Прежде чем высказать свою истину, Майкл Томас, почувствуй свой меч.

Майкл не имел ни малейшего представления о том, что имеет в виду Оранжевый. Почувствовать меч? Он же у него в руках. Как можно его не чувствовать?

— Майкл Томас с Чистым Намерением, — настойчиво сказал Оранжевый, — держа меч высоко над головой, выскажи свою истину. Любишь ли ты Бога?

Майкл начал понемногу понимать. Опять этот вопрос! Но только на сей раз он держит в руке тяжелое духовное оружие, обращенное к небесам. И, похоже, ему положено произнести речь. Майкл дал свой уже ставший стандартным ответ:

— Да, Оранжевый. Как ты можешь сам увидеть в моем сердце…

Изумленный, Майкл прервался на полуслове. Меч начал вибрировать! Он почти пел, посылая тепло своих могучих вибраций через руку в сердце. Щит загудел в ответ — Майкл был в этом уверен. А доспехи нагрелись! Инструменты, к которым он так привык, что почти сросся с ними, каким-то образом ожили под действием его намерения! Майкла охватило ощущение силы слияния с этими священными предметами. Тут он вспомнил, что произносит речь.

— …я безмерно люблю Бога!

Майкл держал меч высоко над головой и отчетливо ЧУВСТВОВАЛ, как оружие вибрирует его искренним намерением. Он чувствовал, как наливается силой. Он чувствовал, что к нему пришло просветление. Он чувствовал, что может стоять так хоть целый час, держа тяжелое вибрирующее оружие наготове, исполненный намерения прийти ДОМОЙ, где ему и надлежит быть. Он ЧУВСТВОВАЛ, как все три дара вибрируют и поют ноту фа, резонирующую в его сердце. Слезы потекли по щекам Майкла, когда он почувствовал и увидел, насколько уместна и своевременна эта церемония. Три инструмента слились с его биологическим организмом. Они сливались с Духом Майкла, — и катализатором этой церемонии было его искреннее намерение! Так вот в чем смысл меча, щита и доспехов? Это метафора. А что же еще? Эта догадка пошла на пользу Майклу, ибо подняла его на новый уровень веры и осознания.

Тот вечер Оранжевый и Майкл Томас провели в беседах, исполненных немыслимой любви. Майкл знал, что скоро придется уходить. Ангел так и не научил Майкла сражаться, а человек понял почему: потому что это оружие символическое. Майкл расспрашивал Оранжевого о доме и о пути. Он снова и снова интересовался, зачем нужны земные орудия войны здесь, в священной духовной стране. Оранжевый искусно увиливал от ответа, за исключением тех случаев, когда Майклу позволено было знать ответ, — да и тогда отвечал весьма уклончиво.

— Оранжевый, на Земле из тебя получился бы прекрасный политик, — сказал Майкл в шутку.

— Чем заслужил я такое оскорбление? — пошутил ангел в ответ.

— Просто я чувствую, что между нами много общего, — Майкл с изумлением осознал, что теперь говорит совершенно серьезно. Он действительно не хотел покидать своего учителя.

— Можешь больше ничего не говорить, Майкл Томас с Чистым Намерением. Я поделюсь с тобой одним ангельским секретом, — Оранжевый захотел сказать Майклу что-то особенное, пару слов лично от себя. Он склонился к человеку, чтобы их глаза оказались на одном уровне, и проговорил. — Ты и я — мы принадлежим к одной семье. Мы не прощаемся потому, что никогда не расстаемся. Я всегда рядом с тобой, всегда готов помочь. Ты и сам увидишь… а теперь тебе пора идти спать.

Откровение Оранжевого произвело огромное впечатление на Майкла. Одна семья? Как это может быть? Затем Майкл почувствовал себя немного неловко, поскольку понял, что Оранжевый услышал его мысли в первый вечер, когда Майкл сетовал, что ангелы никогда не прощаются. Какой прекрасный ответ! Какое дивное откровение! Какая глубокая мысль! Они никогда со мной не расстаются?

Он вспомнил тот случай, когда три недели назад он пришел на развилку. Тогда Синий каким-то образом подсказал ему, как пользоваться картой. Майкл тогда совершенно отчетливо услышал голос Синего у себя в голове.

— Ты знаешь Синего? — вдруг спросил Майкл.

— Как самого себя, — был ответ Оранжевого.

Ничего не ответив, Майкл отправился в спальню, к которой очень привязался за все это время. Хотя никто не говорил Майклу о том, что пора уходить, он вдруг обнаружил, что складывает в сумки свои вещи, о которых почти совсем забыл за три недели, — он готовился утром продолжить путь. Майкл снова перебрал свои немногочисленные сокровища — книги и фотографии — и вздохнул, вспоминая свою земную жизнь. Почему-то теперь ему стало казаться, что все эти вещи тут неуместны.

Наутро печальный Майкл Томас вышел из дверей оранжевого дома. После завтрака Оранжевый безмолвно провел его к выходу. Однако на этот раз у человека было больше поклажи, чем прежде: рюкзак с картой, громыхающее на ходу оружие и две сумки с книгами и фотографиями.

— Майкл, ты уверен, что хочешь взять с собой в путешествие все эти вещи? — спросил Оранжевый. — Без них тебе было бы лучше.

— Это все мои земные пожитки, — ответил Майкл, — они мне нужны.

— Зачем?

Майкл уже задумывался над этим вопросом, но о том, чтобы оставить сумки, не могло быть и речи.

— На память о прожитой жизни и в знак уважения к близким, — сказал человек.

— И для того, чтобы не утратить связь со старыми привычками, да, Майкл?

Майкла эта беседа начала раздражать. Ангел снова обратился к нему:

— Почему бы тебе не оставить сумки у меня, Майкл? Я тебя люблю и сохраню их в целости и сохранности. Ты всегда сможешь вернуться за ними, если захочешь.

— Нет! — Майкл больше не хотел говорить о своих сумках. Это его пожитки, и он будет держать их при себе, пока это возможно. В этой странной стране ему нужно какое-то напоминание о том, кто он такой.

Ангел кивнул. Майкл умел настоять на своем. Он заметил, что все ангелы уважали выбор человека и никогда не оспаривали его право принимать окончательное решение.

Тем утром Майкл Томас и не пытался попрощаться с Оранжевым. Стоя на крыльце лицом к ангелу, с которым он провел несколько недель, Майкл вспомнил вчерашний разговор о прощании.

— Вскоре увидимся, — сказал Майкл, сам не веря этому.

Оранжевый просто ушел в дом и закрыл за собой дверь. «И все же я не понимаю, почему они так себя ведут, — подумал Майкл. — Никакого логического завершения встречи: отгородился дверью, и все».

Майкл пошел по дорожке в ту сторону, где еще не был. Почти все силы уходили на неудобную и тяжелую поклажу. Теперь к двум сумкам и рюкзаку добавились еще меч, щит и латы, и это уже было слишком. Майкл сетовал на то, что приходится таскать за собой все эти символы Новой Эры, которые оказались такими тяжелыми! «Что за глупость, — думал Майкл. — Должно быть, я выгляжу крайне нелепо. Неужели все это оружие действительно так необходимо? Я ведь никогда не применю его в битве. Я даже не умею им пользоваться! Оранжевый меня этому и не учил. Все равно эти предметы нужны только для импозантности и для церемоний… не достаточно ли было бы просто принять и почтить их?»

Поглощенный попытками справиться с новой и старой ношей, Майкл совсем забыл о проблемах, с которыми он столкнулся на пути к оранжевому дому. Он забыл, что на дороге его поджидает нечто. Майкл неуклюже грохотал прочь от дома, цепляясь за собственное вооружение и путаясь в сумках, а из ветвей дерева на него смотрела зловещая зеленая тварь. Чудище изучало человека с пристальным интересом. Нет больше старого Майкла. Его место занял Майкл, обладающий оружием и силой! Теперь справиться с ним будет не так легко. Потребуется новая стратегия, — нужно искать возможности нанести мгновенный сокрушительный удар. Со временем такая возможность представится, а пока нужно просто следовать за Майклом, ожидая своего часа. Оказавшись вне поля зрения человека, ОНО сразу же продолжило преследование. Зеленая тварь неотступно следовала за Майклом Томасом с Чистым Намерением. ОНО было уверено, что этот человек никогда не достигнет цели своего путешествия-двери с надписью «Дом».