Когда за поворотом дороги открылась знакомая долина, Майкл притормозил и заглушил мотор. В первых лучах утреннего солнца сквозь стелющийся над лугами туман серебрилась лента реки, виднелся вдали молчаливый дом, а еще дальше – ферма. День обещал быть теплым. Майкл закурил, окидывая знакомый пейзаж безучастным взглядом туриста. Много лет это место было его любимым, но сегодня он здесь в последний раз. Все дела улажены. Осталось сделать некоторые распоряжения, попрощаться со всеми и заказать билет.

Он еще не решил, куда направится. Поначалу хотел бросить все и ехать в Италию, за Джулией, но, поразмыслив, передумал. Если он кинется к ее ногам, она лишь посмеется над его унижением.

Поэтому Майкл все эти дни вел себя так, словно подводил итог прожитой жизни. Он встретился с сэром Уильямом, и тот подтвердил: Левенс-холл переходит к Майклу, да, собственно, уже сегодня можно брать бразды правления в свои руки. Сам дядюшка намеревался провести, как он выразился, «остаток дней своих» в Швейцарии. А может быть, в Италии, словом, на берегу какого-нибудь красивого озера в Альпах. Майкл подозревал, что «остаток» может растянуться лет эдак на пятнадцать—двадцать. К тому же от некоторых альпийских курортов до Венеции рукой подать…

Потом пришлось улаживать дела с Эйшем-хаусом. Бросать имение на произвол судьбы Майклу совсем не хотелось, и с помощью Николь и знакомых адвокатов ему удалось навязать Брайану управление усадьбой. В отличие от своей сестры, уже предвкушавшей развеселые вечеринки в новом доме, тот принял этот крест без всякого восторга, но Майкл знал, что при всей своей внешней безалаберности Брайан не выпустит штурвал из рук.

Оставшиеся дни ушли на переговоры с деловыми партнерами в Южном полушарии.

Майкл докурил сигарету и на мгновение закрыл глаза. Если бы еще неделю назад кто-нибудь сказал ему, что все сложится именно так, он бы только рассмеялся. Уехать из Англии, оставить Эйшем-хаус… Немыслимо. Но он знал, что не сможет жить тут как прежде. Если бы можно было вернуться на несколько дней назад, когда здесь была Джулия… Но ее нет. И никогда больше не будет. Если такая женщина уходит, то навсегда… Майкл горько усмехнулся. Глупец. Как будто можно сбежать от самого себя в Аргентину или Новую Зеландию. Он включил двигатель и не спеша поехал к дому.

В нем было тихо и пусто. Последние дни здесь никто не жил, и Майкла встретил лишь неподвижный воздух пустых комнат. Казалось, аромат духов Джулии еще витает здесь. Майкл постоял на пороге. Сквозь шторы просвечивало солнце. Он подошел к окну и раздвинул их. Туман над долиной почти рассеялся, и все тонуло в оранжевом свете утра.

Какой-то смутно знакомый звук заставил его обернуться. Нет, никого. В холле было почти совсем светло. Старинная мебель словно светилась, тихо плыли в солнечных лучах пылинки. Тикали старинные часы с маятником. Интересно, кто их завел? Обычно это делала миссис Робертс, но в последние дни и ее здесь не было: накануне своего отъезда Майкл уговорил экономку уйти в отпуск. Наверное, она все-таки наведывается сюда проверить, все ли в порядке, подумал Майкл.

Солнечный луч добрался до стола, и на его полированной поверхности что-то ярко блеснуло. Майкл вздрогнул. Кольцо. То самое, что он подарил Джулии. Майкл потер глаза – не творит ли с ним бессонная ночь злую шутку? Нет, никакого наваждения. Он нерешительно взял в руки футляр. Да, это то самое кольцо. Джулия вернула его! Конечно, именно так она и должна была поступить – в соответствии со своими принципами и воспитанием. Если она не сделала этого сразу, то лишь потому, что в горячке выяснения отношений совершенно забыла об этом. Но как кольцо попало сюда?..

Майкл пересек холл и, подняв глаза, увидел, что дверь в спальню Джулии приоткрыта. Он стремительно взбежал по лестнице и ворвался в комнату. В постели, слегка прикрытая тонкой простыней, сладко спала Джулия. Что-то, промурлыкав во сне, она повернулась на бок, простыня почти совсем сползла, обнажив ее спину.

Майкл почувствовал, что сейчас мог бы получить гран-при на вселенском конкурсе «Мистер Дурак». Немного подумав, он отключил телефон и на цыпочках спустился в кухню. Ему определенно нужен был крепкий кофе.

Включив кофеварку, он устроился в старинном кресле у окна. За стеклом нежно шелестел сад. Майкл смотрел на резные панели кухонных шкафов, поблескивающую в солнечном свете медную посуду, терракотовые плиты пола…

Он плывет вместе с Джулией в гондоле по зеленоватой воде венецианских каналов. Фасады старинных дворцов всеми красками горят на солнце. Джулия протягивает руку и касается его лба…

Теплая ладонь легла ему на лоб, и Майкл проснулся.

– Дорогой, я приехала к тебе. Насовсем. Это тебе не снится. Я здесь.

Майкл открыл глаза. Перед ним стояла Джулия.

– Да проснись же!

– Если это сон, то я не хочу просыпаться.

Она засмеялась и нетерпеливо встряхнула волосами.

– Да нет же. Я здесь. Я пришла. Я люблю тебя, Майкл.

– Скажи это еще раз, тогда я поверю. – Он вскочил и обнял ее.

– Люблю, люблю, люблю… – повторила она, глядя ему в глаза. – Ну вот, теперь веришь?

Майкл кивнул, и Джулия удовлетворенно воскликнула:

– Наконец-то! Знаешь, я собираюсь прогуляться по горам. Хочу подняться на Хеллвеллин. Не составишь ли мне компанию?

– Ты читаешь мои мысли. Но сначала… – Он взял ее руку. – Чего-то тут не хватает?

Джулия, улыбаясь, медленно разжала кулачок другой руки. На ладони ярко сверкнул сапфир.

– Может, этого? – лукаво спросила она.

– Да. – Майкл надел кольцо на ее палец. – Тебе не кажется, что так значительно лучше?