Вспомогательные исторические дисциплины

Леонтьева Галина Александровна

Шорин Павел Александрович

Кобрин Владимир Борисович

Глава 1. Палеография и археография

 

 

Палеография

 

Палеография — вспомогательная историческая дисциплина, исследующая внешние признаки (приметы) рукописных источников в их историческом развитии. Термин палеография образовался из двух греческих слов: палайос — древний и графо — пишу.

К внешним признакам, изучаемым палеографией, относятся: знаки письменности, особенности их графики, почерк, материал, на котором пишут, орудия письма, украшения рукописей, краски, чернила, водяные знаки, клейма, штемпели, формат, переплет рукописей.

Важнейшими задачами палеографии являются: изучение графики букв, их эволюции, особенностей письма; безошибочное чтение текстов; датировка, т. е. установление времени написания источника; определение места написания документа и его автора; установление подлинности рукописей и выявление подделки. Кроме решения традиционных задач внешней критики источника, благодаря совершенствованию конкретных методик, палеография дает материал для выводов в области социально-экономической, политической и культурной истории.

Палеография тесно связана с эпиграфикой, сфрагистикой, нумизматикой, хронологией, дипломатикой, а также с источниковедением в целом.

Палеографический метод . В его основе лежат наблюдения над совокупностью таких палеографических признаков, как графика букв, материал для письма, украшения, орудия письма и др., и выявление их соответствия друг другу для определенного периода времени.

Уровень экономического и культурного развития любой эпохи накладывает отпечаток на состояние письменности, определяет ее особенности и увязывает между собой внешние признаки рукописей, служащие объектом изучения палеографии. Например, Древней Руси соответствовали документы, написанные уставом на пергамене.

Потребности экономического, политического и культурного развития середины XIV — конца XV в. отразились на состоянии письменности и внешних признаках рукописных источников: медленное уставное письмо в делопроизводстве заменялось более ускоренным типом письма — полууставом, пергамен, как дорогой и дефицитный материал, который был не в состоянии удовлетворить возраставшие нужды делопроизводства, постепенно вытеснялся бумагой. Развитию Русского государства XV–XVII вв. соответствовал более высокий уровень экономики и государственной централизации. В этот период ведущим типом делового письма становится скоропись, а основным материалом для письма — бумага. Такую же эволюцию претерпевают и другие признаки рукописных источников, в том числе и украшения рукописей, особенности которых зависели от внутренних условий культурного развития, интенсивности внешнеполитических связей и взаимовлияния культур.

Таким образом, каждому историческому периоду соответствовала совокупность определенных палеографических признаков. Несоответствие отдельных признаков своей эпохе — свидетельство копии, списка и даже подделки рукописи. Например, фиолетовыми чернилами и стальным пером не могут быть написаны подлинники конца XVIII в., даже если все остальные признаки — тип письма, водяные знаки бумаги — будут соответствовать этому периоду. Источник не может считаться оригиналом, если он датирован XVI в., но при этом написан на гербовой бумаге XVIII в. и стальным пером, которое появилось в России в 30-х гг. XIX в.

Овладение методикой палеографического исследования требует учета совокупности всех палеографических признаков. Следует помнить, что главным принципом палеографии при датировке документов являются наблюдения над более поздними палеографическими приметами. Например, при датировке источника, написанного скорописью конца XVIII в. на бумаге, имеющей штемпель, исследователь будет ориентироваться на более поздний палеографический признак — штемпель, массовое употребление которого началось с 30-х гг. XIX в.

Палеографический анализ источника должен сочетаться с изучением текста, уяснением его смысла, а также с материалом, который дают другие вспомогательные исторические дисциплины.

 

Из истории развития палеографии

Первоначальные приемы, которыми пользуется палеография при анализе внешних признаков рукописей, зародились на Руси, возможно, уже в раннефеодальный период в связи с чисто практическими целями: необходимостью написать и оформить документ, отличить подлинник от подделки. Как отмечал Л.В. Черепнин, в тот период русские писцы в зачаточном виде применяли методы, которые много позже стали рассматриваться в соответствующей научной дисциплине.

В XVI–XVII вв. в области практической палеографии делается шаг вперед: появляются специальные руководства для писцов-рисовальщиков, занимающихся художественным оформлением рукописей, а также азбуки-прописи, в которых даются наиболее типичные варианты графики скорописных букв.

Переход от практической палеографии к палеографии как научной дисциплине связан с развитием русской историографии, выявлением и публикацией исторических источников. Работы В.Н. Татищева, М.В. Ломоносова, Н.И. Новикова поставили на очередь дня вопрос о необходимости развития русской палеографии и наметили в общих чертах пути ее развития. В первой половине XIX в. группой ученых (Е. Болховитинов, К.Ф. Калайдович, А.Х. Востоков, П.М. Строев и др.) была проведена большая работа по собиранию и изучению памятников письменности. Созданные в XIX в. Археографическая комиссия, Общество истории и древностей Российских при Московском университете, Русское археологическое общество внесли ценнейший вклад в дело публикации документов.

Издание источников сопровождалось наблюдениями над начерком букв, материалом для письма, водяными знаками, украшениями и другими палеографическими приметами. В связи с этим появляются первые палеографические описания рукописей (Е. Болховитинов, А.В. Горский, А.Х. Востоков), сборники палеографических снимков (П.И. Иванов, И.П. Сахаров), таблицы водяных знаков (И.П. Лаптев, К.Я. Тромонин), первые обобщенные графические таблицы. Во 2-й половине — последней четверти XIX в. наблюдается переход от собирания и описания отдельных палеографических признаков к обобщающим работам по палеографии. В вышедших во 2-й половине XIX — начале XX в. в трудах И.И. Срезневского, А.И. Соболевского, Е.Ф. Карского, И.А. Шляпкина, В.Н. Щепкина и др. содержался интересный фактический материал и разрабатывались общие приемы палеографического исследования рукописей.

В послереволюционное время основным моментом методологического порядка палеографических исследований явилось все большее проникновение в них историзма. Палеографические выводы помогают не только в решении вопросов внешней критики источников, но и в получении выводов, связанных с социально-экономической, политической и культурной историей страны.

Усовершенствовались старые и появились новые методы и технические приемы (например, используются оптико-фотографические методы для прочтения угасших текстов, бета-радиографический метод для прочтения водяных знаков). Вышли работы, способствующие более углубленному изучению отдельных разделов палеографии: миниатюры, орнамента, бумажных водяных знаков, штемпелей, клейм, графики отдельных типов письма, берестяных грамот.

Глубокий исторический подход был положен в основу работы Л.В. Черепнина «Русская палеография», вышедшей в 1956 г. Эволюция письма и другие внешние признаки письменных источников показывались в ней на фоне исторической периодизации в тесной связи с экономическим, политическим и культурным развитием страны.

Большое значение для овладения навыками чтения палеографических текстов и анализа особенностей их письма имело издание пособий, содержащих образцы рукописной графики.

Хронологические рамки палеографии расширились. Сделаны попытки дать теоретические установки, касающиеся палеографического анализа рукописей 2-й половины XIX — начала XX в. Подчеркнуто особое значение для этого периода палеографических наблюдений над индивидуальным почерком. Выделены признаки документов XX в., которые могут быть объектом изучения палеографии: почерки, материал для письма, машинописные тексты.

 

Возникновение письменности у восточных славян

Славянские алфавиты

Создание восточнославянской письменности связано с процессом образования Русского государства, завершившимся к IX в. Благоприятные условия для развития письменности обусловливались и складыванием древнерусской народности, объединившей все восточнославянские племена и характеризовавшейся наличием единой этнической территории, общего языка и культуры.

Первоначально для выражения простых образов и понятий славянами использовалось рисунчатое письмо — пиктография. При помощи сочетания рисунков изображались предметы и действия. Например, кругом изображалось солнце, волнистой линией — вода, крестом — огонь. Возможность передачи информации с помощью рисунчатого письма очень ограниченна, и его смысл расшифровывался, независимо от передачи, звуковым языком. Со временем рисунчатое письмо было заменено слоговым, а затем звуковым — фонетическим.

Сохранились свидетельства о том, что у славян была письменность до принятия христианства. К таким свидетельствам можно отнести записи византийских и восточных авторов. Черноризец Храбр, оставивший после себя «Сказание о письменах» (IX — начало Х в.), дал характеристику докирилловской письменности у славян. Он указал на два вида письма — «черты» и «резы», которыми славяне «чтеху» и «гадаху» (скорее всего, это было рисунчатое письмо). Кроме того, по свидетельству Храбра, еще до Кирилла славяне пользовались греческими и латинскими буквами («без устроения»), вероятно, поскольку греческое и латинское письмо не могло передать многие звуки славянской речи. Арабский путешественник Ибн Фадлан рассказывал, что был очевидцем похорон «знатного руса», над захоронением которого был насыпан холм. На доске из тополя русы написали имя умершего человека. Знаменитый арабский ученый Аль-Масуди в 956 г. видел храмы (капища) со славянскими надписями ритуального характера. В русских летописях имеются упоминания о составлении специально для «русов» копий договоров Руси с греками и русские тексты самих договоров в летописи. Заслуживает внимания свидетельство из Жития Константина (Кирилла) — составителя славянской азбуки о наличии книжной письменности с «русскими письмены», образцы которой Кирилл видел в Корсуни (Херсонесе) около 860 г.

При всей дискуссионности вопроса о происхождении этой письменности и ее букв учеными высказывается общее мнение о существовании в разных районах, населенных восточными славянами, одного и даже нескольких алфавитов. Ни один из этих — возможно, существовавших — алфавитов не сохранился. А первые из дошедших до нас памятников старославянского языка (конца IX и Х в.) написаны «более поздними» славянскими алфавитами — кириллицей и глаголицей. Обе азбуки почти полностью совпадают по составу, порядку, названию и значению букв, но резко отличаются по их графике. Глаголица характеризуется крючковатостью, замысловатостью. Буквенные изображения кириллицы более четки и просты и характеризуются близостью к греческому уставному письму IX в.

Вопрос о составлении славянских алфавитов связан с именами болгарских миссионеров Кирилла и Мефодия. Кирилл (ок. 827–869), носивший до принятия монашеского сана имя Константин, и его брат Мефодий (ок. 815–885) родились в Солуни — городе, имевшем преимущественно славянское население. В 863 г. братья были направлены византийским императором для проповеди православия в Моравию. Перед отъездом Кирилл создал славянскую азбуку и с помощью Мефодия перевел на славянский язык некоторые богослужебные книги. В науке нет единого мнения о времени составления алфавитов и о том, какой из них принадлежит Кириллу. Одни исследователи считают более ранним алфавит глаголицу, а его автором Кирилла. Другие полагают, что алфавит кириллица создан Кириллом, а глаголица появилась задолго до Кирилла. Существует мнение, что глаголица появилась через несколько десятилетий после создания Кириллом кириллицы как тайнопись в тех районах, где кирилловские книги подверглись особенно жестокому преследованию со стороны католической церкви. Известный лингвист В.А. Истрин высказал мнение, что до введения азбуки, созданной Кириллом, у славян было три типа письма: в виде «черт и резов», «протоглаголического» и «протокирилловского» письма. «Протокирилловское» письмо на разных славянских территориях использовало некоторые греческие, латинские или те и другие буквы. «Протокирилловское» письмо постепенно приспособилось к славянской речи, и с учетом его особенностей Кириллом был составлен алфавит кириллица.

Судьба славянских алфавитов была разной. Сначала оба алфавита существовали параллельно. В дальнейшем алфавит глаголица, как более сложный для написания, был вытеснен у восточных и южных славян кириллицей.

Алфавит кириллица, выдержав испытание временем, лег в основу современных славянских систем письменности: русской, болгарской, сербской и др. Некоторые другие народы в настоящее время также пользуются алфавитом, имеющим в основе кириллицу.

Азбука кириллица

В кирилловской азбуке первоначально насчитывалось 43 буквы, имеющих свои названия:

Старославянский и церковнославянский языки

Старославянский язык был некогда разговорным языком. В древнейшие времена он был понятен во многих славянских странах, хотя определенные различия между языками разных славянских народов существовали с давних пор. Эти местные славянские языковые особенности, связанные с отклонениями от старославянской орфографии, принято называть изводами. Среди изводов необходимо отметить болгарский (среднеболгарский), сербский и русский (древнерусский).

Если старославянский язык был разговорным языком, то церковнославянский — это язык богослужебных книг, богослужения у русских, украинцев, белорусов, болгар, сербов, македонцев. Этот язык сложился в IX в. и был общим для всего славянского православного христианства. Поскольку средневековая культура имела религиозный характер, церковнославянский язык стал языком культуры в целом. Славяне читали на нем Библию, греческих, латинских богословов и учителей монашеской жизни, византийские исторические и научные сочинения.

Возникновение церковнославянского языка связано с именами Кирилла и Мефодия. Они утвердили славянскую письменность, наряду с греческой и латинской. Они не придумали церковнославянский язык, а лишь приспособили славянскую речь (старославянский язык солунского диалекта) к выражению тех понятий и представлений, которые диктовало христианское учение.

Говорить по-старославянски и писать на этом языке — вещи разные. Для того чтобы сделать язык письменным и перевести на него Библию, Евангелие и все богослужение, мало было составить алфавит, нужно было найти слова, которые бы в языке язычников-славян подходили для выражения христианских понятий, дать такое же повествование, как в греческих оригиналах. Церковные понятия христианской веры не имели в языке язычников никакого соответствия. Например, в молитве «Символ веры» есть слова: «Верую… во единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия, Единородного, Иже от Отца рожденного прежде всех век, Света от Света, Бога истинна от Бога истинна, рожденна, несотворенна, единосущна Отцу, Им же вся быша». Мы должны понять, как трудно было в первый раз сказать эти слова по-славянски. У славян слово Господь к богу (т. е. к языческим богам) не прилагалось. Оно означало властителя или владельца. Прилагательного единородный в разговорном старославянском языке вообще не было. Оно было придумано Кириллом и Мефодием по смыслу его перевода с греческого образца. В процессе создания христианской терминологии также было создано слово единосущный. Слово век у славян имело значение временного отрезка, соизмеримого с жизнью одного человека («на мой век хватит»). Поэтому слова прежде всех век для славян-язычников никакого смысла не имели. Все это нужно было продумать, придумать и объяснить язычникам. И первый шаг сделали Кирилл и Мефодий.

Таким образом, церковнославянский язык, созданный Кириллом и Мефодием, был книжным, в отличие от старославянского языка, который был бытовым.

Современный церковнославянский язык, как основу сегодняшнего богослужения, принято называть новоцерковным. Этот термин ввел известный палеославист Вячеслав Францевич Мареш.

 

Внешние признаки рукописных источников древней Руси

В IX в. складывается Древнерусское государство, или Киевская Русь. К Х — XI вв. в Киевской Руси растут города, получают дальнейшее развитие феодальные отношения, утверждается собственное законодательство.

В условиях раннефеодального государства высокого уровня достигает развитие культуры в целом и письменности в частности. Русь создает самобытные произведения — летописи, сказания. Письменность перестает быть привилегией только господствующего класса. Она проникает в среду ремесленников, торговцев, входит в быт простых людей. Свидетельство этому — берестяные грамоты, наиболее ранние из которых относятся к XI в., а также надписи ремесленников на предметах их труда — изделиях из металла, глины, камня, надписи на фресках и иконах, на церковных стенах.

Были в Древней Руси и книжники-профессионалы, которые переписывали книги. Они трудились, в основном, при больших монастырях и княжеских канцеляриях. Их труд требовал особого умения — текст нужно было переписывать без ошибок и правильно. Это было очень важно, поскольку они имели дело не просто с книжками для чтения, а с текстами, слова которых произносились в церкви и были обращены к Богу. Неправильность в таких текстах могла означать неправильность в вере, потому что в представлении людей того времени неправильное слово соответствовало «неправильной» вещи. Например, если сокращенное слово агглъ, произносившееся как ангел, обозначало посланца Бога, то аггелъ, произносившееся как аггел, обозначало посланца сатаны.

К сожалению, время донесло до нас лишь минимальную часть поддающихся датировке рукописных источников древнерусского письма, на основе которых исследователи могут делать выводы об особенностях их палеографических данных. Наиболее ранние рукописные источники относятся ко 2-й половине XI–XII в. Это прежде всего книги «Остромирово Евангелие» (1056–1057), два «Изборника» Святослава (1073, 1076), «Мстиславово Евангелие» (1115), а также актовый материал — грамоту великого киевского князя Мстислава Владимировича Новгородскому Юрьеву монастырю (около 1130 г.).

Названные Евангелия и изборники (сборники статей нравоучительного и богослужебного характера) — великолепные образцы книжного искусства Руси. Они сохранили имена писцов и заказчиков. Написаны уставным текстом на пергамене. Страницы книг богато орнаментированы, имеют иллюстрации (миниатюры). Грамота Мстислава Владимировича — образец актовой письменности Киевской Руси. Поскольку грамота была «жалованной», оформлявшей богатый дар князей Мстислава и его сына Всеволода по случаю освящения храма святого Георгия, она была торжественно украшена: буквы устава были написаны золотом, разведенным на камеди, документ удостоверяла вислая серебряная печать великого князя.

Исключительно важным источником явились и берестяные грамоты, впервые найденные в Новгороде в 1951 г.

Материал для письма . До XIV в. основным материалом для письма был пергамен. Он получил свое название от города Пергама (ныне Бергама), расположенного в Малой Азии, где во II в. до н. э. была усовершенствована технология его изготовления. Он представлял собой особым способом обработанную кожу животных (преимущественно мелкого рогатого скота), причем считалось, что лучшие сорта пергамена получались из кож новорожденных телят, поскольку их кожа была тонкой и не испорченной укусами оводов и слепней. Снятую шкуру животного обрабатывали: счищали острым ножом шерсть и мясо, затем натягивали на раму, выстругивали, золили и обрезали для получения листов. Выделанный пергамен был белого или желтоватого цвета. На Русь пергамен попал через Византию. Первоначально его называли кожами, телятинами. Слово пергамен вошло в употребление в XVII в., проникнув в Россию через польский язык.

Наряду с высококачественными листами пергамена для письма использовались и менее удачные экземпляры. Они имели разрезы, сделанные ножом при начальной обработке и выскабливании кожи (дырявый пергамен), или участки, с которых был плохо удален жир и поэтому они не впитывали чернила, — зализы.

Пергамен был дорогим материалом, и именно его дороговизной объясняется тот факт, что одни и те же листы пергамена могли использоваться два, три и более раз после предварительного соскабливания и смывания ранее написанного на них текста. Рукописи, написанные несколько раз на одном и том же материале, называются палимпсестами (от греческого снова стираю). Для прочтения палимпсестов разработаны разные способы. Наиболее ранний по времени и эффективный сводился к обработке их химическими реактивами. Этот способ был не безвреден для источников и мог привести к их безвозвратной утрате. В настоящее время при прочтении палимпсестов широко используются рентгеноскопия, инфракрасное и ультрафиолетовое просвечивание и фотографирование. Много палимпсестов сохранилось в библиотеках стран Западной Европы. Среди русских рукописей палимпсесты встречаются редко.

Грамота Мстислава Владимировича и его сына Всеволода Новгородскому Юрьеву монастырю. Около 1130 г.

В качестве материала для письма Древняя Русь использовала также бересту. Грамоты из бересты были найдены в ходе археологических раскопок в Новгороде, Пскове, Смоленске, Витебске, Старой Руссе, Москве. Береста — кора берез, менее прочный, но более дешевый, чем пергамен, материал. Она лучше пергамена сохраняется в земле.

Надписи и рисунки на бересте новгородского мальчика Онфима

Первая берестяная грамота была обнаружена 26 июля 1951 г. археологом Ниной Федоровной Акуловой в Неревском раскопе Великого Новгорода, в щели между двумя деревянными плахами уличного настила в культурном слое XIV в. Находка оказалась плотным и грязным свитком бересты, на поверхности которого сквозь грязь просвечивали четкие буквы.

Образцы берестяных грамот, сохранившихся в отрывках и целиком

Конечно, о берестяных грамотах было известно из письменных источников и до этого. Преподобный Иосиф Волоцкий, ученик преподобного Сергия Радонежского, жившего во 2-й половине XIV в., рассказывал о скромном монашеском житии своего учителя: «толику же нищету и нестяжание имеяху, яко в обители Блаженного Сергия и самые книги не на харатиях писаху, но на берестех».

В Сибири в 1715 г. в берестяную книгу, сохранившуюся до наших дней, записывали ясак — дань в пользу Москвы, собираемую с нерусских народов. Этнограф С.В. Максимов видел в середине XIX в. берестяную книгу на реке Мезени у старообрядцев.

Бересту, предназначенную для письма, приготовляли специально: ее варили в воде, чтобы кора стала более эластичной, расслаивали, убирая наиболее грубые слои, обрезали со всех сторон. На бересте надписи нацарапывали на внутренней стороне коры, т. е. на той поверхности бересты, которая всегда оказывалась снаружи, когда берестяной лист сворачивался в свиток.

Чтобы восстановить эластичность такой грамоты, археологи погружают ее в кипяток, затем промывают с помощи кисти, смывая многовековую грязь, затем просушивают полотенцем и зажимают между стекол. После этого грамоту можно читать. Перед публикацией грамот, чтобы их тексты было легко прочесть, их, как правило, дополнительно прорисовывают по контурам видимых букв.

По своему содержанию берестяные грамоты очень разнообразны. Они писались людьми разных социальных уровней. Любой грамотный человек мог нацарапать на бересте записку, распоряжение, донесение, письмо. Береста отражала жизнь человека от первых робких шагов в овладении грамотой до его духовного завещания и извещения о его смерти.

Берестяные грамоты дают обширный материал об экономике, культуре, государственности. Как отмечает В.Л. Янин, текст новгородских берестяных грамот помогает восстановить именной состав и генеалогическую преемственность боярских родов, владельцев многих усадеб, территориально занимавших многие кончанские районы (Новгород в административном отношении делился на концы) с зависимым от них населением, которое поддерживало тот или иной род в политической борьбе, что было особенностью Новгородской боярской республики.

Графика письма . Известны три типа кирилловского письма: устав, полуустав и скоропись, последовательно сменяющие друг друга и отличающиеся графическим характером письма. Пергаменные документы и книги XI–XIV вв. написаны уставом. Отдельные памятники, написанные уставом, встречаются и в более позднее время. Общим каноном уставного письма являлась геометричность графики букв, отсутствие их наклона и расстояний между отдельными словами в строке. Вертикальные части букв стояли перпендикулярно, горизонтальные — параллельно строке. Буквы почти не выходили за линию строки. Лист, написанный уставом, имел справа и слева поля и разлиновывался. Устав использовал знак препинания — точку, употребление которой в строке было произвольным. Точками с двух сторон могли выделяться и буквы-цифры. Между словами иногда употреблялся знак словоотделения — паерок, заменявший знаки еръ и ерь в словах. Уставные тексты знают сокращение слов, которое достигалось путем исключения из слов гласных букв. Сокращались, как правило, слова духовного содержания, часто встречающиеся в тексте. Над сокращенными словами ставился знак титло.

Список слов, которые обычно встречаются под знаком титло:

На протяжении своего развития графика устава не была однородной. Различался устав древнейший и поздний. Источники XI–XII вв. писались древнейшим уставом, который в большей степени, чем поздний устав, соответствовал правилам, принятым для уставного письма.

Исследователи называют наиболее яркие графические особенности некоторых букв, помогающие отличить древнейший устав от устава более позднего и, следовательно, более точно датировать рукопись. Буква И писалась в древнейшем уставе с горизонтальной перекладиной и напоминала современную печатную букву Н. Обе петли буквы В были почти одинаковыми. В буквах  соединительная черта проходила посредине и горизонтально. Верхняя и нижняя половинки буквы Ж были одинаковой величины. Буква Ч имела вид округленной или заостренной чаши, стоящей на ножке: Y. Показателем древности источника являлось использование йотованных юсов с соединительной перекладиной, проходившей посредине: . Буква в XI в. почти всегда умещается в строке, в XII в. — поперечная линия и верхняя часть мачты часто выходят за пределы строки. Буква  (омега) имела в XI в. высокую середину. В XII в. середина стала ниже благодаря разведенным в сторону петлям — . В XI в.  буква (пси) часто была похожей на изображение креста, а в XII в. напоминала изображение лилии — .

Уставом писали рукописные книги и деловые бумаги. Сохраняя в своей основе главные уставные принципы, графика рукописных книг и документов все-таки отличалась в силу функционального назначения этих источников и условий их написания. Книги, предназначенные для чтения и церковной службы, созданные в монастырских книгописных мастерских, были написаны более аккуратно, нежели деловые бумаги, в которых даже в XII в. встречается неровность и скошенность элементов букв, известная небрежность. Этот вывод подтверждается сравнением графики наиболее раннего из дошедших до нас актов «Жалованной грамоты киевского князя Мстислава Владимировича Новгородскому Юрьеву монастырю» (XII в.) и книг того же времени. Именно в деловом письме раньше, чем в книжном, происходили ускорение написания букв и эволюция древнейшего устава к позднему уставу, а в последующее время — к полууставу и скорописи.

Графика берестяных грамот этого периода отличалась от графики букв, написанных на пергамене. Поскольку на бересте буквы не писались, а выдавливались, их графика характеризовалась большой заостренностью, угловатостью, наклоном к строке, выходом сверху и снизу за ее пределы. Этими особенностями графика букв берестяных грамот XI–XII вв. напоминала прототип полуустава и даже ранней скорописи.

Устав XI–XIII веков

Чернила, которыми писались древние русские рукописи, были плотными, густыми, обычно коричневого или бурого оттенка. Они глубоко проникали в пергамен и с трудом размывались, даже при смачивании письма. В основе их приготовления лежала реакция между солями, железистыми и дубильными веществами. Встречались и черные чернила. В этом случае в их состав входила сажа. Чтобы чернила не стекали с пера и были вязкими, в них добавляли камедь — клейкое вещество растительного происхождения.

Для датировки рукописей важен не только анализ цвета чернил, но и их химический состав, характерный для разного времени и, вероятно, для различных рукописных центров.

Кроме чернил, использовались краски, которыми писались заголовки, заглавные буквы и различные украшения. Древние писцы знали киноварь — краску оранжево-красного цвета, охру — краску желтого цвета, черную краску, свинцовые белила, лазурь. В богато украшенных рукописях использовалась золотая краска, приготовляемая из истертого в порошок золота, замешанного на камеди. Это было так называемое твореное золото.

Орудия письма . В качестве орудий письма древние писцы использовали птичьи, преимущественно гусиные, перья. Способ приготовления гусиных перьев был устойчивым и дожил до XIX в. Чтобы размягчить и очистить перо от жира, его втыкали в горячий и влажный песок или золу. Затем с помощью ножа очинивали: делали надрез с двух боков, оставляя небольшой полукруглый желобок, по которому стекали чернила. Для удобства нажима желобок расщепляли.

Судя по сохранившимся рукописным книгам, поскольку пергамен был лощеным материалом для письма, перо по нему скользило. Поэтому для пергамена перо зачинивалось толще, чем для таких же по содержанию и значению книг, писавшихся на более позднем материале — бумаге.

Для написания красками заглавных букв и заголовков пользовались кисточками.

Инструментом для написания берестяных грамот были костяные, металлические и даже деревянные стержни с острием на одном конце, с лопаточкой — на другом и с отверстием для подвешивания такого «писало». Иногда «писало» помещали в кожаный чехол.

Если острым концом «писало» процарапывали тексты на бересте, то лопаточка имела другое предназначение. При первоначальном обучении письму детям давали дощечки, имеющие с четырех сторон невысокий бортик. Донышко дощечки имело штриховые линии. Донышко покрывалось воском, и дети учились писать на таком восковом слое, подобно тому как позже учились писать на грифельных досках. Лопаточкой заглаживалось написанное на доске.

Это было похоже на то, как с грифельной доски стирали бы текст тряпкой. Пособием, с которого ученик списывал буквы, была также дощечка, на которой эти буквы были написаны. Очевидно, после обучения на восковой дощечке ученики переходили к письму на бересте, на которой писать было труднее и за которую нужно было платить деньги, хотя и небольшие.

Украшения рукописей . Некоторые источники, являющиеся предметом палеографического изучения, имеют художественные украшения. Среди таких источников первое место занимают книги. Художественный облик рукописной книги слагался из многих компонентов, начиная от графики букв и кончая окладом. Все компоненты древнерусской книги, как правило, были подчинены внутренней логике целостности ее оформления и восприятия. Отсюда обязательная согласованность и взаимоувязка формата листов, расположения текста, длины строк и межстрочных расстояний, высоты, ширины и графики букв как с отдельными элементами художественных украшений, так и с общим художественным стилем, в котором они были выполнены.

Поскольку эволюция художественных стилей оформления рукописей была тесно связана с развитием других палеографических примет, наблюдения над художественными особенностями могут дать дополнительный материал, способствующий решению проблем датировки, места написания источника и его подлинности.

Основными средствами украшения русских рукописей были орнамент, в стиле которого выполнялись заставки, концовки, инициалы, а также вязь, миниатюры и полевые цветки.

Заставка — это рисунок, который находился над текстом, в начале отдельной главы или страницы. Концовка — рисунок под текстом, в конце главы или рукописи. Иногда роль концовки играл колофон, представляющий собой сведение конечного текста в воронку путем сокращения числа букв справа и слева строки.

Инициалом называлась начальная буква, которая открывала абзац, была по размеру больше остальных строчных букв и отличалась от них красивым оформлением.

Полевой цветок — украшение на поле рукописи в виде цветка или узора.

В основе оформления заставок и инициалов, как правило, лежал единый художественный принцип. Впервые последовательную классификацию художественных стилей и периоды их бытования дал В.Н. Щепкин. Эта классификация принята почти всеми учеными, в том числе и южнославянскими.

Древнейший орнамент русских рукописей — старовизантийский, или древнерусский (иногда его называют геометрическим).

Он держался в рукописях на всем протяжении XI–XII вв. и совпадал по времени с пергаменом и древнейшим уставом. Этот орнамент пришел на Русь с болгарскими книгами в конце Х в., но был видоизменен русскими книжниками в соответствии с национальным вкусом и традициями. Типичные образцы древнерусского (старовизантийского) орнамента, позволяющие наметить его общие черты и особенности, имеются в «Остромировом Евангелии», «Изборнике» Святослава, «Мстиславовом Евангелии» и других книгах.

В основе древнерусского орнамента лежат два мотива: растительный и геометрический. Заставка орнамента очерчена рамой характерной геометрической формы — в виде квадрата, прямоугольника, буквы «П», в виде схемы храма в разрезе. Внутреннюю часть рамы заполняют простейшие геометрические фигуры: прямоугольники, четырехугольники, ромбы, круги, полукружия, в которые врисовываются растительные мотивы: цветы и листья. Непременным мотивом этого орнамента является изображение византийского цветка крин.

Сочетание геометрических и природных мотивов было характерно и для оформления инициалов, которые четки по форме и легко узнаваемы. Часто на полях за пределами заставки рисовались разные звери и птицы, имеющие реалистические изображения (куропатки, зайцы, львы). В простых рукописях орнамент рисовался одной киноварью, в роскошных он был многоцветным, с использованием золота: золотой фон, обводка или написание букв и цветов золотом.

Кроме орнамента, древнейшие рукописи украшались миниатюрами, т. е. иллюстрациями. Простейшими формами миниатюр являются выходные, на фронтисписе. Согласно еще античной традиции, на выходной миниатюре давалось изображение автора, а иногда и заказчика. Так, в «Остромировом Евангелии» перед началом повествования евангелистов Иоанна, Луки, Марка были даны их изображения. На одной из миниатюр «Изборника» Святослава (1073) изображен сам князь Святослав (на первом плане) с женой и сыновьями. Великий князь в платье темно-синего цвета, отороченном красной каймой, в княжеской шапке. Синий плащ князя с золотой каймой застегнут на правом плече яхонтовой застежкой. На ногах князя — сапоги из зеленого сафьяна. Жена Святослава одета в верхнее короткое платье с широкими рукавами и длинное нижнее платье с узкими рукавами. Голову княгини закрывает платок. Шею украшает ожерелье из драгоценных камней. Сыновья князя одеты в меховые шапки и малиновые одежды, отороченные красными каймами и золотыми воротниками.

Изборник Святослава. 1073 г.

Отличительными особенностями древнейших миниатюр являются их статичность, простота изображения и композиции, небольшое количество фигур.

Рукописи XI–XII вв., написанные на пергамене, дошли до нас в виде отдельных листов и книг. Формат, или размер, листов зависел от объема текста и назначения памятника письменности. Книги, как правило, состояли из отдельных тетрадей, переплетенных вместе. Переплет книг делался из деревянных досок, которые обтягивались кожей или тканью. Переплет дорогих книг мог быть окован серебряным или золотым окладом, украшен драгоценными камнями.

Оклад дорогих книг имел в центре средник, а по углам угольники, в рамках которых давались изображения Иисуса Христа, Богородицы, Апостолов.

Так как кожаные листы древних пергаменных книг свертывались в трубочку, да так, что снаружи оказывалась сторона, где раньше на коже была шерсть, пергаменные листы в книгах писались и сшивались таким образом, чтобы «шерстяная» сторона листов не примыкала к «мясной». Но это лишь частично предохраняло книгу от деформации. Более радикальным средством от нее были застежки, плотно стягивающие блок книги и прессующие его досками переплета. По окончании пользования книгой ее необходимо было застегивать. Поэтому на старинных книгах могли быть написаны такие предупреждения: «Аше кои поп или диакон чтет сию книгу, а не застегнет — проклят будет!» Застежки делались из кожи в виде ремешков, имеющих на концах медные петли. Они прибивались к нижней доске. В верхнюю доску вбивались медные стержни. Чтобы застегнуть книгу, чтецы набрасывали петли ремешков на стержни. Богатые рукописи могли иметь резные металлические застежки.

Для предохранения переплета от повреждений на его углах вбивались гвозди с широкими круглыми головками. Иногда эти головки делались в виде узорных блях — жуковин.

Книги в древности ставились на полки не переплетом, а лицевой обложкой переплета к лицу зрителя. Это делалось не только для того, чтобы не испортить переплет, но и в силу функциональных особенностей: изображения на переплете воспринимались как иконы.

Краткие выводы. В основе палеографических выводов о времени, месте составления, авторстве и подлинности источников XI–XII вв. лежат наблюдения за совокупностью палеографических признаков, свойственных данному периоду, и их соответствием друг другу. Древнейший устав как тип письма совпадает с пергаменом как материалом для письма. В книгах им сопутствует древнерусский (старовизантийский) орнамент. Важны наблюдения за чернилами, красками, орудиями письма, переплетом, форматом рукописей.

 

Внешние признаки письменных источников второй трети XII — конца XV в.

Следующий этап, на протяжении которого происходят дальнейшее развитие и качественные изменения в области русской письменности, совпадает с периодом феодальной раздробленности на Руси, начавшимся во 2-й трети XII и продолжавшимся до последней четверти XV в.

Русь распалась на самостоятельные земли-княжества со своими экономическими и политическими центрами, князьями и управленческим аппаратом.

Нашествие монголо-татар на Русь во 2-й четверти XIII в. нанесло непоправимый урон письменности. Во время нашествия и последующих набегов погибло большое количество памятников письменности и людей, руками которых они создавались.

Начавшийся со 2-й половины XIV в. новый подъем русской культуры был вызван развитием внутренних процессов, подготовивших объединение страны и формирование единого Российского государства. Центром объединения русских земель и будущей столицей единого государства стала Москва, которая возглавила борьбу с монголо-татарским игом. Тогда же началось складывание русской (великорусской) народности.

В обстановке борьбы за политическую независимость и объединение страны, развития феодального землевладения и зависимости крестьян возрастала роль актов. Среди них выделяются духовные и договорные грамоты великих и удельных князей, договоры Новгорода с великими князьями, договоры Новгорода, Пскова с немецкими городами, княжеские жалованные грамоты духовным и светским феодалам. Частные акты представлены купчими, вкладными, закладными, рядными, кабальными и другими записями.

Древнейшим из актов этого периода является вкладная грамота Варлаама Хутынского 1192 г. Грамота была составлена новгородским боярином Олексой Михалевичем. Она включала перечень земель, огородов, рыбных, птичьих ловель, а также холопов, пожалованных Олексой (в монашестве — Варлаамом) основанному им Хутынскому монастырю. Текст вкладной написан уставом, чернилами на небольшом куске пергамена. Из княжеских грамот большой интерес в палеографическом отношении представляет жалованная грамота рязанского князя Олега Ивановича монастырю (2-я половина XIV в.). В грамоте подтверждалось право на владение монастырем селом Арестовским, на сбор с него податей и пошлин. Грамота написана уставом на большом листе пергамена и украшена миниатюрами. В верхней части грамоты над текстом изображен с одной стороны Иисус Христос с Божьей Матерью, с другой стороны — Иоанн Предтеча. Ниже, слева от Христа, нарисован апостол Иаков — патрон князя Олега, а справа от Христа — коленопреклоненный, с протянутыми к Христу руками игумен Ольгова монастыря Арсений. Так в художественной форме получил воплощение акт княжеского пожалования монастырю.

Наряду с деловыми документами от XII–XV вв. сохранились книги. Среди них — Русская Правда, древнейший датированный список правовых норм Русского государства IX–XI вв., дошедший до нас в составе Кормчей книги — сборника церковного и гражданского права (1282). Рукопись написана поздним уставом на пергаменных листах, часть которых имеют зашитые прорези (сшивки) и дыры. Среди литературных памятников XII–XV вв. известны служебники и жития, летописные своды, сказания, публицистические произведения. Большой интерес в палеографическом отношении представляют Синодальный список Новгородской летописи (XIII — 2-я половина XIV в.), Лаврентьевский (1377) и Ипатьевский (1-я четверть XV в.) списки летописи, составленные на основе не дошедших до нас общерусских летописных сводов. Датировка Синодального списка Новгородской летописи и Ипатьевского списка летописи сделана по палеографическим приметам: типу письма, материалу для письма, переплету. Наблюдения за типом письма и почерками показали, что переписка текста летописей сделана несколькими писцами.

Поступательное социально-экономическое развитие, усложнение в связи с этим функций письменности привело к ускорению письма и изменению материала для письма.

Материал для письма . Вплоть до XIV в. основным материалом для написания документов и книг был пергамен. Вместе с ним сосуществовал более дешевый материал — береста. В XIV в. в делопроизводстве появилась бумага, которая стала медленно вытеснять пергамен сначала в центре страны, а затем и на ее окраинах.

Наиболее ранними из известных до настоящего времени русских актов, написанных на бумаге, являются жалованная грамота нижегородского князя Василия Давыдовича Ярославскому Спасскому монастырю (написана ранее 1345 г.) и договор московского великого князя Семена Ивановича с братьями (около 1340–1351). Древнейшая книга «Поучения Исаака Сирина», написанная на бумаге, относится к 1381 г.

Но пергамен не сразу уступил место бумаге. На пергамене продолжали писать очень важные документы даже и в XVIII в.

В архиве Петербургского отделения Института истории Российской академии наук сохранилась купчая, написанная в сельской местности на реке Двине в конце XIV — начале XV в. на пергамене, который можно условно назвать сельским, или крестьянским, пергаменом. Фактически он представлял собой кожаный лоскут, с которого с одной стороны сняли мясные волокна, а с другой — шерсть. Он представлял собой кусок кожи неокрашенного полушубка, грубой выделки, был мягким, как ткань. Но на этом лоскуте отчетливо сохранился текст, написанный чернилами, и этот дубленый лоскут отлично удержал привешенную к нему на льняном шнуре тяжелую свинцовую печать! Почему был использован такой материал для письма? Скорее всего не потому, что не было бумаги, а потому, что покупателю земли бумага казалась непрочным, «неавторитетным» материалом.

До XVIII в. бумага была преимущественно привозной. Попытки наладить ее отечественное производство, сделанные в XVI и XVII вв., были малоуспешными. Наиболее ранней по времени (XIV в.) импортной бумагой была итальянская. К концу XIV столетия стала поступать французская бумага, широкое распространение которой на русском рынке относится к XV и XVI вв. С конца XV в. появилась немецкая бумага. Импортная бумага привозилась в Русское государство через Кафу (Феодосию), Сурож (Судак), Ригу, Новгород и Смоленск.

Бумага имеет особенности, которые могут служить показателем ее датировки. Одной из таких особенностей являются водяные знаки. До изобретения машинного способа бумагу делали вручную. Материалом служило пеньковое или льняное тряпье. Основными операциями при изготовлении бумаги были варка, промывка, измельчение тряпичной массы. Размельченную в толчее и отбеленную в извести тряпичную массу выливали в формы, внешне напоминающие противни. Ближе к дну формы располагалась сетка из тонких проволок. В середине правой стороны формы к сетке приваривался проволочный рисунок. Проволочная сетка и проволочный рисунок задерживали жидкую бумажную массу, не давая ей осесть на дно формы.

После того как лишняя вода стекала сквозь сетку, еще мятые и влажные листы прокладывались кусками грубого сукна или войлока и пропускались через пресс для удаления остатков влаги. Затем бумажные листы проклеивали, разглаживали, лощили. Поскольку на проволочной сетке и проволочном рисунке бумага ложилась более тонким слоем, на готовом листе получалось видимое на свет изображение и проволочной сетки, и рисунка — водяные бумажные знаки.

Водяной знак — любая прозрачная линия, фигура, буква (литера), полученная на листе бумаги вследствие истончения бумажной массы в местах ее соприкосновения с выступающими проволочками у дна бумажной формы. В палеографии есть свои термины для обозначения водяных знаков. Водяной знак, оставленный на бумаге проволочной сеткой в виде вертикальной линии, получил название пантюзо, а в виде горизонтальной линии — вержер. Водяной знак бумаги, содержащий полное или частичное сюжетное или буквенное (литерное) изображение, образуемое проволочным рисунком, называется филигранью. Термин филигрань образован из двух латинских слов: filum — нитка, granum — зерно — и подчеркивает тонкость узора. Водяные знаки появились на бумаге европейского производства в XIII в. и продержались до настоящего времени на государственных бумагах и деньгах.

Для каких целей натягивалась проволочная сетка и проволочный рисунок? Если проволочная сетка была необходимым элементом технологии ручного производства бумаги, то проволочный рисунок и его отпечаток на бумаге — филигрань имел иное значение.

Филиграни были одинаково нужны и фабрикантам, и потребителям бумаги. Фабриканты употребляли филиграни для того, чтобы отличить производство своей фабрики от производства конкурирующих фабрик. Индивидуальные малозаметные особенности одной и той же филиграни помогали каждому фабриканту знать мастера, который изготовлял бумагу и был ответствен за ее качество.

Другое назначение филиграней — дать указание потребителям на формат и качество бумаги. Бумага большого, среднего и малого формата иногда выпускалась только с филигранью, свойственной именно этим форматам. В этом случае размер бумажного листа связывался потребителями именно с конкретной филигранью. Бумага высшего сорта могла иметь более сложный рисунок первоначальной филиграни по сравнению с филигранью бумаги низшего сорта той же фабрики.

В быту употребление бумаги с разными водяными знаками приобрело определенный смысл. Например, вдвое оскорбительным было получить письмо недоброжелательного содержания на бумаге с филигранью шут или под дураком, как эту филигрань называли в народе. Любовное письмо старались послать на бумаге с филигранью розовый куст. Морякам было приятно получить письмо с филигранью якорь, кораблик и т. д.

Существует несколько десятков тысяч филиграней. Они различаются по типам. Такое разнообразие объясняется технологией производства бумаги: быстрым снашиванием проволочной сетки и рисунка и их заменой. Исследователь западноевропейских филиграней Ш. Брике отмечал, что, по свидетельству старых фабрикантов ручной эпохи производства бумаги, даже в руках опытных мастеров проволочный рисунок мог служить не более двух лет. К этому времени проволочки изнашивались, смещались, разрывались, и возникала необходимость подновлять рисунок. Поскольку рисунок делался вручную, то даже при возобновлении старого варианта он с абсолютной точностью не повторялся. Это приводило к тому, что полученный на бумаге от такого проволочного рисунка один и тот же тип филиграни насчитывал десятки и сотни вариантных особенностей. Преднамеренное видоизменение филиграни имело в большинстве случаев тенденцию к их усложнению и редко — к упрощению. Некоторые филиграни, однажды появившиеся, могли продолжать свое существование в течение длительного времени и даже переходить на бумагу других стран. Например, филигрань кувшин, появившись в Италии в 1-й четверти XIV в., со 2-й половины XV в. была прочно освоена французскими фабрикантами и использовалась ими еще в конце XVII в., продержавшись, таким образом, около четырех веков.

Водяные знаки польской бумаги

Наиболее распространенными филигранями на импортной бумаге XIV–XV вв. были следующие: на итальянской бумаге (XIV в.) — два круга, пересеченные линией с крестом наверху, кувшинчик, кораблик, секира; в XIV–XV вв. — гусь, три горы с крестом на средней из них. Французской бумаге XV–XVI вв. были свойственны филиграни: дельфин, собака, гербы владельцев мануфактур, кувшинчик (со 2-й половины XV в.). На немецкой бумаге XV–XVI вв. водяными знаками были: голова быка с украшениями, вепрь, орел.

Водяные знаки немецкой бумаги

Водяные знаки итальянской бумаги

Водяные знаки французской бумаги

Как практически пользоваться филигранями для датировки документов? Десятки тысяч филиграней скопировано, систематизировано по видам, датировано и расположено в определенной хронологической последовательности в нескольких работах. Для XIV и XV вв. имеют значение описания бумажных водяных знаков, сделанные в справочниках К.Я. Тромонина, Н.П.Лихачева и Ш. Брике. Если исследователь встречает в архиве не датированный, но имеющий филигрань документ, он может датировать бумагу этого документа путем сопоставления ее филиграни с наиболее близкой по форме датированной филигранью, данной в одном из справочников. Как правило, обнаружить полное совпадение трудно. Поэтому необходимо проводить сравнение филиграни архивного документа не с одной, а с группой наиболее близких по форме филиграней, относящихся к одному и тому же типу. Этот метод помогает датировать бумагу в пределах от 5 до 10 лет. При большом количестве филиграней одного и того же типа следует обращать внимание не столько на эмблематическую часть водяного знака, сколько на его литерное сопровождение, включающее год производства бумаги, имя или инициалы фабриканта и начальные буквы названия фабрики.

Датирующими признаками бумаги служат расстояния между вержерами и пантюзо. Очень широкие расстояния между вержерами — показатель бумаги 2-й половины XIV в. Напротив, наибольшее сближение между пантюзо свидетельствует о прогрессе, улучшении техники производства бумаги. Поэтому при наличии одного и того же водяного знака на двух различных листах бумаги более старой нужно считать ту, которая имеет более редкие вертикальные линии.

При датировке необходимо иметь в виду, что время выхода бумаги с той или иной филигранью и время написания на этой бумаге документа, как правило, не совпадают. Разница зависит от продолжительности времени доставки бумаги потребителю и сроков залежности бумаги в месте ее использования. Выяснение залежности бумаги — одна из задач палеографии. С.А.Клепиков считает, что залежность бумаги для периода с XIII по XIV в. может быть определена в 4,5 года, для XV в. — в 6–7 лет.

Существуют понятия черной и белой даты. Черная дата написана, воспроизведена на материале для письма (бумаге). Белая дата получена в результате обработки бумажного водяного знака (филиграни, вержера, пантюзо) с помощью справочников водяных знаков.

Графика . Древнейший устав был медленным письмом. Ускорение написания привело к некоторому изменению его графики, которая в XIII–XIV вв. может характеризоваться как поздний устав. Буквы позднего устава теряют строгую геометричность начерка, свойственную древнейшему уставу. Они становятся более вытянутыми. В буквах иже, е йотованное, ю увеличивается скос горизонтальных перекладин: И, К, Ю . Постепенно увеличивается нижняя половина букв в, ж, к . У буквы ъ — ять штиль выходит над строкой: . Чашечка буквы ч приобрела форму воронки: . Поздний устав производит впечатление более ускоренного по сравнению с древнейшим уставом. Уйдя с середины XIV в. из делового письма, он сохранился еще в XVI в. в качестве книжного письма.

В деловом письме поздний устав переходит в новый тип письма — полуустав. Полуустав был распространен в деловых бумагах со 2-й половины XIV–XV в. Основные черты полуустава: более мелкое по сравнению с уставом написание букв; появление наклона букв; нарушение геометричности их графики; появление лигатур; частичного разделения фраз на слова, новых приемов сокращения слов; увеличение числа выносных букв.

Ранний полуустав исследователи называют русским полууставом, поскольку он сохраняет известную близость к традициям русского устава XIV в., претерпевшего определенные изменения графики. Отличительными признаками русского полуустава явились начерки букв, помогающие разобраться как в типах письма, так и в датировке полуустава: так называемое Ч расщепом — , которое потеряло ножку, Е якорное — , 3 полукружием с небольшой крышечкой слева — , буква иже с косой перекладиной, как современное И . Трудной и непонятной становится для прочтения буква Ж — , которая часто стала изображаться без некоторых деталей.

В конце XIV— начале XV в. в связи с расширением связей с южнославянскими книжниками, многие из которых были вынуждены эмигрировать в Россию в связи с захватом турками Балканского полуострова, памятники русской письменности претерпевают изменения. Они выразились в проникновении в письменность некоторых графических, орфографических, художественных и частично языковых черт, свойственных болгарским и сербским источникам того времени.

Влияние южнославянского полуустава на русский полуустав выразилось прежде всего в удлинении вертикальных деталей букв. Появилось Т с опущенными до нижней строки крыльями —  (трехногое), Д с удлиненными нижними концами — буквы  с удлиненными слева концами — . Тенденция в удлинении нижних хвостиков букв проявилась и в начерке буквы Ч , которая стала писаться с длинной ножкой справа . Русский и южнославянский полууставные начерки легли в основу полуустава, условно получившего название московский. Вобрав в себя наиболее удобные в графическом отношении полууставные начерки, московский полуустав развил графические, отличающие его черты, в числе которых, в первую очередь, выделяются буквы: В калачиком — , похожая на цифру три, резко выделяющаяся своим размером в строке — .

Кроме графических признаков, отличительной особенностью полуустава от устава является большее разнообразие приемов сокращения. Сокращение достигалось пропуском гласных и согласных не только в словах духовного, но и гражданского содержания. Над сокращенным словом ставилось титло: (деревня), (человек), (месяц) и т. д. Способ сокращения слова — вынос букв, причем выносные буквы также писались под титлом. Способом сокращения было усечение слова до нескольких букв и даже одной (начальной) буквы. Усекались обычно распространенные, всем известные слова, часто повторяемые в тексте: (дёр)(деревня), (пус) (пустошь) и т. д. Усеченные части слов обводились кружком.

В полууставе делаются первые попытки связного написания двух стоящих рядом букв. Полуустав знает более десяти вариантов лигатур типа: (т, р), (т, н),  (п, к),  (н, к), (а, р) и др. В полууставе XV в. появляется запятая, которая была принесена болгарскими книжниками.

На рубеже XIV–XV вв. на базе полуустава развивается новый тип письма — скоропись, которая стала господствующей в деловом письме единого Российского государства. Что касается полуустава, то он стал преимущественно книжным письмом.

Украшения рукописей . Время позднего устава и его эволюции в полууставное письмо совпадает с распространением нового художественного стиля, получившего название тератологического, чудовищного или звериного орнамента. Этот орнамент был распространен в XIII и особенно в XIV в. Книги этого периода, написаны на пергамене. Наибольшее число книг, украшенных орнаментом тератологического стиля, сохранилось в Новгороде и Пскове.

По вопросу о происхождении тератологического орнамента существуют разные мнения. Одни авторы (Ф.И. Буслаев, В.Н. Щепкин) высказывались о заимствовании тератологии от южных славян. Некоторые зарубежные исследователи (венские искусствоведы Иозеф Стржиговский, В. Борн), решая вопрос в духе идеи пангерманизма, утверждали, что Русь восприняла тератологический орнамент из Скандинавии и Северной Германии, что тератологический орнамент Руси был местной ветвью орнамента германо-скандинавского культурного центра. Другие историки искали корни тератологии на Востоке.

Большинство исследователей (А.В. Арциховский, Б.А. Рыбаков, М.К. Каргер и др.), признавая взаимовлияние русской и южнославянской культур, считают развитие русской тератологической орнаментики самобытным явлением, связанным с древнерусским прикладным искусством, деревянной резьбой, предметами художественного ремесла (из металла, серебра), с местными художественными традициями и фольклорными мотивами.

Тератологический орнамент был известен во всех рукописных центрах Руси, но подлинного расцвета он достиг в XIV в. в Новгороде.

Переход к тератологии был постепенным. Уже в XII в. нарушается строгость старовизантийского стиля. Рядом с натуралистическими изображениями животных появляются фантастические звери, о которых нельзя сказать, кто это — птица, собака или лев. На смену растительным и геометрическим мотивам приходят тератологические комбинации животных форм и плетений из ремней и змеиных хвостов.