Литературная Газета 6495 ( № 14 2015)

Литературная Газета Литературка Газета

"Литературная газета" общественно-политический еженедельник Главный редактор "Литературной газеты" Поляков Юрий Михайлович http://www.lgz.ru/

 

Архаисты и бесноваторы

Фото: АМ

Посеявший ветер пожал бурю. Вряд ли широко известный в узких кругах режиссёр Тимофей Кулябин, главно режиссирующий новосибирским театром "Красный факел", в котором директорствует его отец А.П. Кулябин, предполагал, какой общероссийский фурор произведёт его генно-модифицированный «Тангейзер» в печально отныне известной Новосибирской же опере. «Золотая маска» - это, пожалуй, максимум, что могли посулить ему самые сладкие грёзы. Не видать её теперь г-ну Кулябину, как своих ушей, – Владимир Кехман, назначенный директором Новосибирского государственного академического театра оперы и балета вместо проштрафившегося Бориса Мездрича, изъял постановку из репертуара. Но младореформатор Вагнера не внакладе: венец «мученика», непризнанного гения, борца за новые формы, гонимого жестоким режимом, куда слаще бренных златомасочных лавров. Особенно если в комплекте к нему прилагается карт-бланш на постановки в столице.

Спектакли разной, нередко зашкаливающей, степени эпатажности в последние годы появляются на отечественной сцене с завидной регулярностью. Причём не только на априори экспериментальных площадках вроде «Гоголь-центра», Театра Наций и «Практики». Под их напором из названия МХАТ им. Чехова исчезло определение «академический». Комфортно чувствуют они себя и в Большом, всё ещё носящем имя академического.

Провокация как режиссёрский метод едва-едва недотягивает до мейнстрима, и «Тангейзер» в этом мутном потоке не выглядит девятым валом цинизма и непристойности. Потчевали зрителя и маленькими детьми в свежеструганных гробах, и животрепещущей всеми срамными местами обнажёнкой, и садистически реалистичными сценами насилия, и совокуплениями, и перверсиями всяческими. А чуть погодя скандальная постановка без лишнего шума сдавалась в утиль, и наступало относительное затишье. До следующего скандала. Почему же «казус «Тангейзера» превратился в casus belli?

Вопль «Спасай Россию от попов!» – всего лишь эффектный слоган, умело используемый теми, кому позарез нужен развращённый, лишённый моральных ориентиров зритель (слушатель, читатель etc.). Похоже, постмодерн вышел на тропу войны, чтобы остановить собственную агонию. Он прекрасно понимает, что как самостоятельное явление не существует, но паразитирует на достижениях мировой культуры, по крупицам созданной человечеством за минувшие двадцать с лишним веков. Однако пользоваться этим богатством так, чтобы не слышать летящие в спину упрёки в плагиате, можно только при условии смены ракурса с дискурсом. Содрать одежды, испражниться, выматериться, опошлить красоту, переписать классику – этот процесс созидания бесконечен, а вот разрушить можно только до основания. А затем? А затем открывается пустота, которую надо чем-то прикрыть. И она прикрывается замысловатыми конструкциями из перекроенных обрезков шедевров былых эпох и вывернутых наизнанку принципов, до сей поры позволявших человеку не оскотиниться.

Вивисекцию классики адепты постмодерна оправдывают тем, что искусство, как и человечество, стоит на пороге конца времён и нет смысла создавать что-то новое в преддверии всепоглощающего хаоса. А пока он не наступил, есть время вкусить безграничной свободы, надо только смести со своего пути жалких ретроградов, закосневших в насквозь пропитанных духом тоталитаризма традиционных нравственных ценностях. Ведь эта свобода – для тех, для кого надо. Остальным – добро пожаловать в «тангейзер»!

Продолжение темы в рубрике «Театральная площадь»

Теги: искусство , театр

 

108 минут полёта и вечная слава

Юрий Гагарин. Знаете, каким он парнем был! Сборник произведений о Юрии Гагарине / Составитель В. Фомичёв. - М.: Русскiй Мiръ, 2014. – 520 с.: ил. – 4000 экз.

В апреле 1961-го его фамилию узнал весь мир. "Гагарин унёс в космос не сжатый в ненависть кулак, а свою восхитительную божественную улыбку. Эта прекрасная, как серебряный месяц, улыбка осветила Россию, которая устремила свой взор в космическую даль", – отмечает в предисловии адресованного в первую очередь подрастающему поколению сборника Александр Проханов. И хотя книга вышла к 80-летию со дня рождения первого космонавта планеты, которое отмечалось в прошлом году, своей актуальности не потеряла. Три части – «Судьба», «Полёт» и «Слава» – расскажут любителям «Лего» и обладателям новомодных гаджетов о – увы! – недолгой жизни Юрия Алексеевича, которая тем не менее вместила в себя и Великую Отечественную, и учёбу в ремесленном училище, в которое поступить было не так просто – экзамены были сданы на одни пятёрки... Как известно, сначала Юрий Алексеевич стал лётчиком и только затем попал в отряд космонавтов. Приведены отрывки из книги самого Гагарина, воспоминания его родственников и близких, друзей по Звёздному городку. 108 минут полёта и всемирная слава, пережить которую Гагарину было нелегко. Короли, шейхи, кинодивы выстраивались в очередь за автографом. А он находил время для того, чтобы участвовать в открытии бассейна – в костюме Нептуна. И никто об этом не знал. Но резиновая лодка перевернулась, вода смыла краску. И, как написал в сочинении шестиклассник, все смеялись, а Гагарин больше всех... Остались прекрасные стихи – Чуев, Твардовский, Добронравов... Есть, конечно, и песни – как обойтись без пахмутовского цикла «Созвездие Гагарина»? Очень хочется, чтобы потенциальные читатели этой книги – превосходно оформленной и изданной – узнали слова, сказанные сыном Анне Тимофеевне Гагариной: «Спасибо тебе, мама, что ты приучила нас с детства трудиться! Приучила каждое дело делать на «отлично». Это в жизни главное». Книга вышла в серии «Слава России» и выпущена в рамках издательской программы Москвы при финансовой поддержке Департамента средств массовой информации и рекламы города Москвы.

Теги: Юрий Гагарин , Знаете , каким он парнем был

 

Новые города воинской славы

Бой в Гатчине. 1944 год

Президент РФ Владимир Путин подписал указ о присвоении звания города воинской славы городам Старая Русса, Петрозаводск, Грозный, Гатчина и Феодосия. Об этом глава государства сообщил на открытии очередной "Вахты Памяти" в Старой Руссе.

В соответствии с Федеральным законом, подписанным Президентом РФ 9 мая 2006 года, звание «Город воинской славы» присваивается городам, «на территории которых или в непосредственной близости от которых в ходе ожесточённых сражений защитники Отечества проявили мужество, стойкость и массовый героизм, в том числе 12 городам, которым было присвоено звание «Город-Герой».

После нового указа уже более 40 городов РФ носят звание «Город воинской славы».

Феодосия. Вечный огонь (РИА "Новости")

Теги: Великая Отечественная война

 

Доходное толковище

Евротруженики...

Фото: ИТАР-ТАСС

Не так давно польский европарламентарий Януш Корвин-Микке, острый на язык, как многие поляки, назвал Европейский союз, а конкретнее, Европейский парламент, "глупейшим образованием, которое когда-либо существовало в истории". Видимо, для такой оценки у Корвин-Микке есть некоторые основания.

Взять хотя бы последние обсуждения и резолюции Европарламента. Они были посвящены братьям Навальным, противодействию российской пропаганде, расширению санкций на ядерный сектор РФ, поддержке запрета на поставку в Россию «Мистралей», освобождению находящейся под следствием в РФ гражданки Украины Надежды Савченко и даже проекту некоего нового оружейного «ленд-лиза» для Украины.

А если ещё вспомнить не столь давнюю резолюцию португальской социалистки Эдите Эстрелы «Сексуальное и репродуктивное здоровье и права», в соответствии с которой дети должны информироваться, какая это великая радость - трогать свои половые органы, то примерный расклад в головах депутатов виден как на рентгене.

Не так уж важно, что зона общей европейской валюты трещит по швам, что изощрённые потомки Перикла по-прежнему потчуют Брюссель и МВФ липовой статотчётностью, что в результате победы в Греции левых радикалов под угрозой оказалось 300 миллиардов евро, влитых в немощную афинскую экономику, что Европа задыхается от нелегальной (да и легальной) иммиграции, что всё больше беспокойств и треволнений вызывает ширящееся антиисламское движение, что террористы стреляют где попало и кого попало, – всё это пока ещё не дошло до сознания законотворцев.

Хотя, казалось бы, именно свои, европейские проблемы, а вовсе не братья Навальные вместе с Савченко, должны были бы стать их главной заботой.

За это им деньги платят. И очень, надо сказать, приличные. Ежемесячный оклад каждого из более чем 750 членов Европарламента (до вычета налогов и страховых взносов, которые начисляются по весьма щадящей схеме) составляет 8020,53 евро. «Чистыми» остаётся 6250,37 евро. Полагается избраннику также 4299 евро в месяц на содержание бюро, оплату связи, другой коммуникации и т.п. На зарплату сотрудникам – секретарю, персональным ассистентам – заложено до 21209 евро в месяц. Расходы на переезды в бизнес-классе или на личном автомобиле оплачиваются просто по факту. Дополнительно каждый депутат получает суточные – по 304 евро за каждый день тяжких заседаний в Европарламенте. Исходя из этого, его председатель, немецкий социал-демократ Мартин Шульц, может получать по 304 евро все 365 дней в году. Председатель же, по идее, всё время в седле[?]

Когда депутату исполняется 63 года, он вправе претендовать на пенсию в размере 3,5 процента дохода за каждый год работы в парламенте, хотя в целом она не может превышать 70 процентов дохода активного депутата. Переходный период в случае выхода из состава парламента оплачивается в размере предыдущей зарплаты – по месяцу за каждый год работы, всего от шести до 24 месяцев.

Но и это не всё.

Каждому депутату, прибывающему в Брюссель или в Страcбург, кроме оплаты отеля и суточных, а также около 50 евро в день на такси (если случится наездить больше – получай больше) полагается некая сумма «за удалённость», то есть за горестные лишения, вызванные дальней дорогой и пребыванием вдали от малой родины, то есть в новом европейском доме. Сумма за каждую поездку на сессию достигает 600 евро в неделю. В зависимости от того, где у депутата эта самая малая родина. Чем дальше живёшь от Брюсселя, тем, естественно, лучше для парламентария. Поэтому, например, для евроизбранников с греческого Крита или не менее далёких, но и не менее сладких испанских Канарских островов каждое прибытие на заседание Европарламента и убытие с него – это финансовый бальзам на душу депутата. Таким образом, взращённые на морском песочке канарцы и критчане имеют явное преимущество перед бледнолицыми бельгийцами, люксембуржцами или немцами, которые проживают слишком близко к Брюсселю или Страсбургу и которым в результате перепадает гораздо меньше.

А вот европарламентарий, скажем, из Португалии или с Кипра может получить в год дополнительно до 25 000 евро. Ибо на выходные ему положено возвращаться к родному очагу, дабы повидать жену (мужа) и детей и не страдать от соблазнов жизни вдали от них.

Но и это ещё не всё.

Как известно, Европарламент заседает в Брюсселе и Страсбурге. В столице Эльзаса, правда, депутаты работают всего 42 дня в году. Всё остальное время огромный комплекс на берегах Рейна пустует, но поддерживается в рабочем состоянии. Такая раздвоенность обходится налогоплательщикам почти в 215 миллионов евро (то есть 10 процентов всего бюджета ЕП).

Уже давно раздаются голоса разместить парламент в одном месте, а именно – в Брюсселе. Но Франция против: престиж ей не позволяет. Почему бы не остановиться на Страсбурге? Так тут против бельгийцы. При этом парламентская администрация вообще расположена в трёх точках. Сама генеральная дирекция в Брюсселе, а её пять тысяч сотрудников разбросаны по Бельгии, Люксембургу, Испании. Только на сами поездки уходит около 23 миллионов евро. К этому нужно добавить, что в результате перевозки евротружеников и огромного количества документов в атмосферу дополнительно утекает 19 тысяч тонн углекислого газа. Вот где «зелёным» развернуться!..

Вот так они и живут… Туда-сюда, обратно…

Всё тот же Корвин-Микке предложил «перепахать всё это поле и засеять заново». Идея, конечно, плодотворная. Только вот засевать чем? Где взять материал семенной? Разве что нечто американское, генно-модифицированное?

Теги: Евросоюз , политика

 

Зачем человеку права человека?

При любом обострении отношений с Западом наши оппоненты немедленно выволакивают на свет права человека.

Но это ещё что! При советской власти права человека - это вообще было такое штатное портативное устройство, чтобы овиновачивать Советский Союз. Устройство это входило в боекомплект идеологического бойца и было всегда при себе. Чуть что – права человека. За что нас только не виноватили: и за "свободное выражение убеждений", вернее, его отсутствие, и за то, что за границу не выпускали[?] Советская идеологическая машина привычно отбивалась: у вас самих-де безработица, а во Всеобщей декларации прав человека сказано: «Каждый человек имеет право на труд, на свободный выбор работы, на справедливые и благоприятные условия труда и на защиту от безработицы».

Долгим и энергичным повторением наши за­океанские друзья сумели внедрить в головы всем, в том числе и нашим доверчивым гражданам, что права человека – это нечто чрезвычайно важное, ценное. И, что особенно интересно, вовсе не придуманное людьми, а коренящееся в самой природе вещей. Однажды я написала в ЖЖ, что пора бы нам выйти из ВТО, юрисдикции Страсбургского суда по правам человека, а заодно и из самих прав человека. Реакция была такая, словно я предложила диету, состоящую из крови христианских младенцев.

Пропаганда – вещь действенная. Права человека считаются чем-то священным, неким врождённым свойством этого самого человека, дарованным ему от природы или от Бога (опция для тех, кто верует). Поскольку права человека по-прежнему состоят на вооружении у наших друзей «как старое, но грозное оружие», и это оружие будет ещё не раз пускаться в ход, мне хочется напомнить, что это такое и откуда они взялись, права человека. Очень часто понимание того, откуда это взялось и в чьих интересах придумано, развевает священный флёр, которым для многих всё ещё подёрнуты эти самые права.

Прежде всего никаких прав у человека от рождения, от природы, от Бога нет и быть не может. Права он получает только в государстве. Нет государства – и прав никаких нет. Свободный и добродетельный дикарь, «естественный человек», выдуманный «женевским гражданином» Руссо, никаких прав не имел: какие права в лесу? Кто сомневается, может съездить в тайгу или в амазонскую сельву и там покачать права.

А раз право человека мыслимо лишь в государстве, то мы спускаемся с заснеженных вершин морально-религиозных абстракций на скучную юридическую почву. И что же мы видим? На ней любое право кого бы то ни было – это одновременно чья-то обязанность предоставить то, что требуется для реализации этого права. А коли так, любое право легко переформулируется в терминах обязанности. И право человека – тоже.

Человек имеет право на жизнь? Значит, армия, полиция вкупе с ненавидимыми интеллигентами спецслужбами обязаны эту жизнь охранять и защищать, хватать и вязать злодея, который на эту жизнь покушается. Имеет человек право на труд – значит, кто-то должен ему предоставить, так сказать, фронт работ. Если этого другого с его обязанностью нет – и права никакого нет. Более того, обязанность первична, она возникает раньше права.

Переформулировав таким манером все права человека в терминах обязанностей, мы видим уже другую картину: священные права человека – это просто-напросто перечисление обязанностей государств. Ну, некий список пожеланий к позитивному праву государств, подписавших этот документ.

Но тогда зачем нам это надо? В нашем государстве граждане (а также не граждане и лица без гражданства) имеют множество прав. Их имущественные права регулируются гражданским правом, их жизнь и здоровье охраняется уголовным правом; имеют они и широкие политические права, которые покрывают так называемые права человека, часто они гораздо шире их. Права человека не вписываются в нашу правовую систему, да и ни в какую, по правде сказать, тоже не вписываются. Это чисто идеологическая придумка.

Вот и надо прямо сказать: у нас есть политические, гражданские, трудовые и многие иные права, есть права, вытекающие из уголовного права, а прав человека – нет. Но для того, чтобы всё это объявить, надо иметь кураж и чувствовать себя в своём праве. Широта взгляда нужна, исторический и философский кругозор. А у нас вечно жмутся, тушуются, самих себя стесняются – вдруг лохами окажемся? Как же так: наши великие западные учителя для чего-то культивируют эти права человека, а как же мы? Это, простите, колония в смысле знаний и идей. К сожалению, мы остаёмся в этом плане колонией Запада. Религиозное почтение к «правам человека» – лишь одно из многих проявлений этой прискорбной зависимости.

Впрочем, «права человека» пытаются играть роль религиозной основы позитивного права. Хорошо мусульманам: у них есть Коран, на котором основываются все законы. В Средние века в христианских государствах тоже была такая высшая инстанция для законодателя – Священное Писание. А нам, Бога забывшим, на чём основываться? Законодателю требуется такая база и одновременно камертон, по которому настраивать позитивное право.

Вот нам и надо создать такой камертон! Наш, родной. Написать базовый текст, назвать его «Русской правдой», например. Кто мы такие? Откуда мы? Каково наше отношение к жизни, к чему мы стремимся, куда идём, во что веруем. В чём наша нацио­нальная идея. Вот это и будет религиозно-идеологическая основа, на которой должно базироваться правотворчество.

Такого нигде нет? Тем лучше! А у нас – будет. Как знать, может быть, это будет первый шаг к нашему духовному освобождению. А за этим последует и экономическое освобождение. Потому что экономика – это лишь надстройка над религиозным и идеологическим базисом, а вовсе не наоборот, как многие по привычке думают.

А «права человека»… Лучше всех о них в своё время сказала знатная диссидентка и правозащитница В. Новодворская: «Я лично правами человека накушалась досыта. Некогда и мы, и ЦРУ, и США использовали эту идею как таран для уничтожения коммунистического режима и развала СССР. Эта идея отслужила своё, и хватит врать про права человека и про правозащитников».

Истинная правда – хватит.

Теги: Россия , Европа , США , СМИ

 

Они вернутся

Анастасия пережила Николая. Он умер 5 января 1929 года, она - 25 ноября 1935-го. Это случилось на чужбине. Их супружество было удивительным для своего времени. Скоро они найдут упокоение на родине, в Москве.

На днях прошло заседание Межведомственной рабочей группы по организации церемонии переноса из Франции и захоронения в часовне в честь Преображения Господня на Братском воинском кладбище в Москве праха великого князя Николая Николаевича (младшего) и его супруги великой княгини Анастасии Николаевны. Вёл заседание председатель Государственной Думы Сергей Нарышкин. Он отметил, что событие станет особым и для России, и для всего Русского мира, ведь имя великого князя связано со многими значимыми вехами в нашей истории.

Верховный главнокомандующий сухопутными и морскими силами Российской империи в начале Первой мировой, с 23 августа 1915 года до марта 1917-го – наместник царя на Кавказе[?] Он был потомственным офицером, участвовал ещё в Русско-турецкой войне 1877–1878 годов. Долгое время пользовался популярностью в армии. Однако потом получил прозвище Лукавый за чрезмерное честолюбие, жажду власти…

Из песни слов не выкинешь, но эта инициатива – один из символов преемственности поколений и сохранения исторической памяти. Ведь мы хотим видеть свою историю во всей её полноте и не перечёркивать ни худого, ни доброго. Важно и то, что потомки великого князя стремятся передать России сохранившиеся уникальные документы из семейного исторического архива. Они дополнят коллекцию архива царской семьи.

Скоро уточнится дата церемонии перезахоронения

Сергей ВОЛОДИН

Теги: история России

 

Оценивать по делам

•По сути, автор статьи предлагает поворот от дикого капитализма снова к социализму. С укреплением общественных фондов потреб­ления (медицина, образование), с плановым ведением народного хозяйства (план развития страны на перспективу). И так далее. Полагаю, что социально-экономические предпосылки для такого поворота не созрели. "Ельцинизм" ещё долго придётся выдавливать по капле.

Борис-Борис

•Статья М. Антонова серьёзная, автор прекрасно представляет ситуацию с начала развала СССР и до сегодняшнего дня, судит очень здраво. Он прекрасно понимает и положение Путина, и большую опасность для нашей страны. И, самое главное, указывает практические шаги для приведения ситуации в приемлемое состояние. В этой статье видна свежая политическая мысль.

Раевская Р.Л.

 

Фотоглас № 14

Фото: РИА "Новости"

Макет доходного дома XIX века представлен на выставке "История Санкт-Петербурга - Петрограда. 1703–1918" в Петропавловской крепости Санкт-Петербурга. А ещё здесь можно увидеть живописные, графические работы, предметы декоративно-прикладного искусства времён правления Петра Великого и его наследников, а также вещи простых людей. В каждом зале присутствует отдельная тема – от банковского дела, транспорта, одежды до кинематографа.

Фото: РИА "Новости"

К 70-летию Победы в Златоусте выпустят килограммовые монеты с изображением Сталина и Жукова. Продаваться монеты будут парами в комплекте с футляром, который тоже будет произведением искусства.

Фото:

Постановка музыкально-литературного спектакля по поэме поэта, актёра и режиссёра Николая Мельникова «Русский крест» с успехом прошла на сцене Брянской областной филармонии.

Впервые спектакль по поэме «Русский крест» был показан зрителям в 2001-м, в год 45-летия со дня рождения Николая Мельникова. В Год литературы спектакль по благословению митрополита Брянского и Севского Александра восстановлен. Возвращение его на сцену и подготовку концертной программы инициировало Брянское региональное представительство Изборского клуба.

 

Правильное время два раза в сутки

У них – никаких комплексов...

Фото: ИТАР-ТАСС

Вопреки стереотипам, которые устойчиво сохраняются в общественном сознании, ценности патриотизма и либерализма могут быть совместимыми. Так считает доцент кафедры философии МГИМО(У) Николай БИРЮКОВ, с которым встретился корреспондент "ЛГ".

- Николай Иванович, в истории России в разные времена встречались образованные люди, презиравшие свой народ и страну. У вас есть объяснение этому феномену? Каковы его корни?

– Критическая рефлексия – суть философии и главная функция интеллигенции. У части русской интеллигенции это развито до такого уровня экзальтированности, что переходит в собственную противоположность. Сами эти люди свято верят, что они всё ещё часть национального самосознания. Считая себя совестью нации, новые русские западники не в состоянии понять, что это не так. Они отделили себя от объекта своей критики – страны и народа. Как следствие, их критика перестала выполнять конструктивные функции. Наряду с этим они утратили способность критично оценивать собственные взгляды и поступки. На себя потенциала критичности не хватает.

«ЛГ»-досье

Николай Бирюков родился в 1949 году, окончил факультет международных экономических отношений Московского государственного института международных отношений (1972). Кандидат философских наук, доцент. Член Российского философского общества, Российской ассоциации политических наук. Владеет английским, французским, немецким языками. Ведёт лекционные курсы и спецкурсы по следующим дисциплинам: история классической философии, история русской философии, классическая индийская философия, логика, основы философии, политическая философия. Автор ряда монографий и многочисленных статей в научных сборниках, в печати, участник многих исследовательских проектов.

Об этом свидетельствуют контрпродуктивные нападки на то, что составляет предмет гордости большинства соотечественников. Они думают, что отстаивают идеалы демократии. На самом деле с энергией, достойной лучшего применения, препятствуют демократизации, дискредитируя в глазах значительной части народа саму идею демократии. При этом ответственность за постоянные провалы своих усилий возлагают не на себя, а опять-таки на народ, с энтузиазмом выискивая у него «родимые пятна». Ведь на них так удобно списывать собственные неудачи, всё больше упиваясь собственной критичностью.

Новые русские западники перестали выполнять функцию критической рефлексии и по отношению к народу. Они перестали его понимать и, по-видимому, уже не могут смотреть на мир его глазами. Наверное, психологически такая «эволюция» объяснима. Но «объяснима» – не значит «позитивна». В результате псевдокритическая мысль работает не на преодоление национальных болезней, а, можно сказать, на всемерное приближение летального исхода.

– Российские либералы часто призывают к политкорректности. Вместе с тем им самим присуща нетерпимость по отношению к представителям иных взглядов. Они не видят противоречия в своей позиции или не хотят его видеть, считая себя «сверхчеловеками»?

– Как я уже говорил, очень многие наши либералы утратили способность критически относиться к себе. Не мне судить, насколько верно и насколько убедительно описал я динамику процесса, но на выводе готов настаивать. А вывод в том, что люди, не способные критически отнестись к себе, не имеют морального права именоваться совестью нации. Право критиковать что угодно и кого угодно, продолжают веровать они, остаётся за ними, ведь это одно из важнейших демократических прав. Однако прислушиваться к их критике, внимать, открыв рот, оснований больше нет. Конечно, кое-что из того, что либералы озвучивают, справедливо. Но этот факт – того же сорта, что замечание о сломанных часах, которые дважды в сутки показывают правильное время.

А противоречия в своей позиции они действительно не видят. Не потому, что не хотят, а потому, что не могут. Ну не могут люди, утратившие способность к критической рефлексии, терпимо относиться к взглядам, отличающимся от их собственных! Потому и ждать от них этого не стоит. И требовать бессмысленно.

«Сверхчеловеками» они себя называть, наверное, не станут – слишком дискредитирован этот термин. А вот в удовольствии обозвать оппонентов «недочеловеками» себе не отказывают. Велика ли разница, судите сами!

– Российские либералы-оппозиционеры отстаивают всяческие свободы. А различают ли они свободу и вседозволенность?

– Никакие они не борцы за свободу! Помните, у Пушкина в «Цыганах» отец Земфиры с горечью говорит об Алеко: «Ты для себя лишь хочешь воли»? Вот так и наши оппозиционные либералы: свободы-то они требуют, но исключительно для себя. Что же касается свобод для других, они не просто готовы мириться с их отсутствием, а с энтузиазмом инициируют не только ограничения, но и репрессии против инакомыслящих, т.е. мыслящих инако, чем они. Примеров – тьма.

– В Великобритании можно быть оппозиционером и патриотом. У нас же оппозиционность части российского общества доходит до воинствующего антипатриотизма. Каковы причины?

– Как ни странно, ответ на этот вопрос можно найти у Чаадаева. Я говорю «как ни странно», потому что Пётр Яковлевич и сам был не чужд этой «гипероппозиционности» и на причины указывал именно в порядке её, «гипероппозиционности», обоснования. Отсутствие у нас «внутреннего развития» он считал следствием культуры «всецело заимствованной и подражательной». Мы бы сегодня, наверное, сказали – следствием комплекса культурной неполноценности. Англичане, насколько могу судить по их литературе и опыту личного общения, весьма критично относятся и к собственной истории, и к собственным порядкам. Но вот комплексом неполноценности точно не страдают!

– Естественно задать вопрос: откуда берётся комплекс неполноценности у наших просвещённых и зачастую остепенённых интеллектуалов?

– Наши либералы не могут понять (а тем более согласиться), что в своих провалах виноваты сами, вот и валят всё на «рабскую сущность» русской души, «совковость» сооте­чественников и тому подобное! Критично относиться к самому себе и отдавать себе отчёт в собственном несовершенстве – это одно. Более того, по отношению к национальной культуре и национальной традиции – это прямой долг интеллигенции. Но доводить это критическое и критичное отношение до огульного охаивания – совсем другое.

Если такое случается, тем более регулярно, налицо какой-то внутренний изъян у представителей этого течения «отечественной мысли». И заключается он в хорошо известном психологам феномене, когда психический конфликт (а критическое отношение к себе и есть пример такого конфликта) разрешается посредством «расщепления». Весь негатив проецируется на один объект – на русский народ. На его фоне «мы, любимые» предстаём чуть ли не образцом совершенства. Комплекс неполноценности и мания величия идут рука об руку: одно питает и компенсирует другое.

– Выработал ли Запад противоядие против воинствующего антипатриотизма? Если да, то что мешает нам воспользоваться этим лекарством?

– Есть «противоядие», и в нём нет ничего специфически «западного»: мы это тоже умеем. Просто не надо рефлексию до истерики доводить!

– Почему же некоторые доводят?

– По той же причине, по которой не все выходят из подросткового кризиса. Проблема не в том, что такие люди есть, а в их претензии считаться монопольными представителями общественного мнения.

– Как с этим бороться?

– А как вообще борются с монополией? Предложением альтернатив.

– Если сравнить современных российских либералов с западными, что у них общего и каковы отличия?

– Полагаю, та психическая динамика, о которой я говорил, может иметь место и на Западе. Но, насколько можно судить со стороны, на Западе она, что называется, не бросается в глаза. Во всяком случае, как мне представляется, «расщеплением» психики типичный западный либерал не страдает. Ценности, за которые он выступает, продукт более или менее органического, хотя и противоречивого, развития западноевропейской культуры. Если появляются проблемы с их реализацией (а они, естественно, появляются), то и корни этих проблем известны из собственного исторического опыта. Нужды в откровенно мифических объяснениях (типа «рабской ментальности») не возникает.

Западный интеллектуал, конечно, отличает себя от рядового представителя массы, но до прямого антагонизма это различение не доводит. Это значит, что западный интеллектуал в подавляющем большинстве – настоящий демократ, т.е. человек, который не только провозглашает демократические ценности, но и руководствуется ими. А наш либерал прямо-таки соткан из противоречий! На словах он, конечно, за демократию, но это пока демократия остаётся привлекательной идеей, прекрасной мечтой, этаким по-платоновски недостижимым идеалом. А вот практическая реализация этого идеала либерального «демократа» напрягает! Да и как она может его не напрягать, если народ «совковый», избиратель голосует «неправильно» и, даже разделяя либеральные ценности, отказывается разделять либеральные лозунги? Вот и скажите мне: российский либерал – демократ или «так себе»? По мне, никакой он не демократ, потому что демократии без народа и электората, тем более вопреки народу и электорату, не бывает, что называется, по определению.

Здесь уместно отметить важное различие между пониманием демократии на Западе, особенно в англосаксонских странах, и в России. Британская и североамериканская демократии родились не из приверженности британских и североамериканских политиков идеалам демократии, а из решения насущных проблем социального управления. Лишь впоследствии – для обеспечения слаженной работы возникших политических систем – эти системы были «освящены» и «легитимированы» посредством демократической идеологии. Причём в той мере, в какой это представлялось целесообразным и уместным на том или ином этапе социально-политического развития.

– Другими словами, на Западе идеология следовала за жизнью[?]

– Конечно! А в Россию демократическая идеология была «импортирована». Она преподносится её адептами как императив, подлежащий реализации независимо от обстоятельств и запросов общества. Не знаю, позволительно ли в газетном интервью вдаваться в философские дистинкции, но я охарактеризовал бы западного интеллектуала-демократа как эмпирика-номиналиста, а российского – как типичного платоника. В сущности, утописта.

– Прежде представители несистемной оппозиции жаловались на то, что доступ партий для участия в выборах в Государственную Думу забюрократизирован. По их словам, это лишило их возможности бороться за власть. Теперь, чтобы создать партию, достаточно пятисот человек. Можно рассчитывать на то, что отныне несистемная оппозиция станет системной и перестанет думать о том, как устроить в Москве майдан?

– Те, кого относят к несистемной оппозиции, не проходят в Думу, потому что не имеют поддержки у избирателя, а не потому, что на их пути к власти возведены какие-то правовые барьеры. Они не могли похвастать особыми электоральными успехами даже в те времена, когда контролировали исполнительную власть. Никакое изменение избирательного законодательства, остающееся в демократическом русле, не может устранить главный барьер – неприятие их электоратом. Ввести бы какой-нибудь антидемократический ценз, который лишил бы «совков» избирательного права, вот это могло бы помочь! И время от времени мы слышим подобные призывы: отменить равное избирательное право, поставив «вес» голоса в зависимость от величины подоходного налога или введя образовательный ценз, а то и просто ввести внешнее управление. Как это сделать, оставаясь в рамках правового поля, без майдана?

Вот только зря поборники русского майдана рассчитывают, что, придя неправовым (революционным) путём к власти, они в ней задержатся. С чего они взяли, что «хозяева жизни» готовы удовлетвориться своими высокими доходами, а власть уступят им? Почему они думают, что все люди с высшим образованием и учёными степенями разделяют их пристрастия и фобии? Наконец, с какой стати внешний управляющий должен видеть в них нечто большее, чем «полезных идиотов»? Вообще наивность той части нашей оппозиции, которая трудится не за гранты, а за совесть (а таких, я убеждён, большинство), не устаёт меня удивлять! В наивности есть, конечно, что-то трогательное, но лишь до известного возраста. Надо же когда-то и взрослеть!

– Пользуетесь ли вы термином «креативный класс»? Если да, то что он собой представляет?

– Иногда пользуюсь этим термином, но исключительно иронически. Почему иронически? Да потому, что нет такого класса, во всяком случае, в социологическом смысле слова. Разве что в идеологическом! Но тогда и относиться к нему надо как к иным идеологическим ярлыкам, то есть не вполне всерьёз. Никто же не думает, что оппозиционная испанской власти нидерландская знать и правда состояла из нищих (буквальный смысл слова «гёзы»), а французские революционеры-санкюлоты и правда ходили без порток! Вот и наши «креативщики» – натворить что-то, может, и сумеют, а сотворить – вряд ли.

– Вы всю жизнь преподаёте в МГИМО(У) – одном из лучших университетов России. Насколько близки студентам либеральные идеи?

– Насколько я могу судить, политические симпатии студентов более или менее аналогичны симпатиям граждан в целом – с поправкой, разумеется, на юношеский максимализм. Но эта черта не является исключительным достоянием какой-то определённой идеологии. В студенческой среде в ходу все идеи, которые имеются в обществе. Если и есть какая-то разница с «обществом взрослых», то она в том, что в студенческой среде становиться в позу интеллектуального превосходства – не лучший способ приобретать сторонников.

Если спросить, кого среди студентов больше: условных либералов или условных патриотов, то ответ будет патриотов. Но тут потребуется важное уточнение: речь идёт именно о расхожих политических ярлыках, а не о политических убеждениях. Потому что быть патриотом – не значит быть врагом свободы, что бы ни говорили на этот счёт наши самозваные «демократы».

– Как оцениваете перспективу создания партии, членам которой в равной мере будут близки ценности патриотизма и либерализма?

– Если вести речь о присутствии такой точки зрения в общественном сознании и политическом дискурсе, то перспективы самые благоприятные. В среде современной отечественной интеллигенции её сторонники находятся в большинстве. Что же касается политической партии, дело обстоит иначе. Но проблема тут не в каких-то особенностях именно этой идеологии или её сторонников, а в самом институте политических партий. Он переживает глубокий кризис. Партии не востребованы, причём не только у нас, но и в Западной Европе. Если в недавнем прошлом мобилизация электората обеспечивалась широким кругом партийных активистов, то сегодня партийные вожди могут попросту игнорировать партийный актив, обращаясь к потенциальным избирателям напрямую – через средства массовых коммуникаций, через интернет. А партия без актива – это совсем другой институт, даже если он по-прежнему именуется партией. Поэтому перспективы любой партии, либерально-патриотической в том числе, я оцениваю скептически.

– У вас есть ответ на вопрос, как из сегодняшней молодёжи воспитать патриотов России?

– Я разделяю точку зрения Александра Пушкина и Анатолия Вассермана: патриотизм – естественное чувство и естественное состояние общественного сознания. Если молодёжи не прививать намеренно (очевидно, с неблаговидными целями) комплексы культурной неполноценности и исторической вины, то люди будут вырастать патриотами.

– Что для этого нужно?

– Правду говорить. Не врать! Прошлое не нужно ни лакировать, ни чернить. В прошлом любого народа есть светлые страницы, есть страницы тёмные. И все чему-то учат. Знание истории и культуры своего народа любого честного и ответственного гражданина превращает в патриота. А послушать наших оппозиционных либералов, так, кроме них, поборников исторической правды в стране нет! Хотя в их сочинениях на исторические темы «фигуры умолчания» не просто имеют место, они – правило. Просто это «правило» и эта «практика» оправдываются соображениями «политкорректности».

Приведу лишь один пример. Говорят, что нельзя скрывать факты административных ссылок целых народов в годы Великой Отечественной войны. Кто бы спорил! Но, оказывается, нельзя и объяснять эти факты, потому что это равносильно «разжиганию национальной розни»! Другими словами, расскажите нам правду, но не всю. Получается, что лгать во имя «политкорректности» можно и должно. Это даже и не ложь, а именно политкорректность. А лгать, допустим, из патриотических соображений нельзя. Потому что это будет ложь во имя лжи и в итоге сам патриотизм окажется не чем иным, как разновидностью лжи. Такая вот «игра в одни ворота» от пламенных поборников «честной игры»!

Беседовал Олег НАЗАРОВ

Теги: Россия , политика , общество

 

Падение ангелов

Владимир Соловьёв. Разрыв шаблона. - М.: Эксмо, 2015. – 320 с. – 18 000 экз.

Известный телеведущий Владимир Соловьёв написал книгу, в которой проанализировал события, происходившие на международной арене и в нашей стране в последние годы и даже месяцы. Актуальная работа содержит интересные наблюдения и выводы. На них стоит обратить внимание.

Автор прямо утверждает: "Человек, пытающийся анализировать Россию и российскую власть, никогда ничего не поймёт, если забудет главную русскую поговорку: «Гром не грянет – мужик не перекрестится". Наша власть никогда ничего не делает, пока не возникают условия, когда без определённых действий уже не выжить». Справедливость такого вывода подтвердил «гром» санкций. Когда он грянул, даже те, кто делали вид, что слепы, «прозрели»: за годы рыночных реформ Россия превратилась «из страны с пусть несовершенной, но реальной экономикой в страну-торгаша, совершив крайне унизительную трансформацию».

Вот только рассчитывать на прекращение убийственных экспериментов над российской экономикой, похоже, и сейчас не приходится. Соловьёв замечает: «То, через что прошёл валютный рынок во времена Набиуллиной, при сохранении Набиуллиной своей должности, – уже само по себе исторический факт». Впрочем, это лишь очередное звено в длинной цепи схожих «исторических фактов». Министерства экономического блока и Центральный банк РФ почти четверть века возглавляют «птенцы гнезда Гайдара и Чубайса» – прозападные либеральные фундаменталисты, которым всё сходит с рук.

Западные санкции против России были введены после возвращения Крыма домой. Почему же США так жёстко и болезненно отреагировали именно на это, а не на успехи главного конкурента – Китая, экономика которого росла даже во время мирового экономического кризиса? Ответ Соловьёва: «Потому что Китай не представляет идеологической угрозы. Потому что, в отличие от России, Китай совершенно не настроен на экспансию своих воззрений».

А Россия противостоит США именно на той «поляне», которую американцы считают стопроцентно своей. Россия говорит о реальной демократии, о сути человека и его реальном достоинстве. Россия говорит о международном праве и имеет наглость (в понимании Вашингтона) иметь собственную позицию по вопросу о политическом устройстве мира. Такой «распущенности» Штаты категорически не приемлют. В подтверждение вывода Владимир Соловьёв привёл ответ Мари Харф на вопрос журналиста Мэтта Ли: «Мэтт, неужели ты не понимаешь: всё, что делаем мы – это для стабилизации; всё, что делают они, – это провокация».

Соловьёв, не понаслышке знакомый с жизнью в Америке, характеризует её как «страну протоколов». Однако на международной арене американцы ведут себя не «по протоколу» – совсем не так, как дома. По мнению автора, «США довели до совершенства британский принцип: они делают только то, что выгодно им, при этом почему-то прикрываясь интересами всего человечества. Почему-то они решили взять на себя роль, выражаясь словами Киплинга, носителя бремени белого человека, распространителя вечных основ цивилизации». Реализация этой установки несла беды народам Вьетнама, Югославии, Ирака, Афганистана, Ливии, Сирии.

Неудивительно, что восприятие американцев и оценка их политики в России сильно изменились. Автор пишет: «Моё поколение и люди старше меня выросли в уверенности, что Америка – это такая гавань свободного мира». Он вспоминает о настроениях советской интеллигенции 1960–1980-х годов: «По отношению к Америке у тех, кого потом стали называть диссидентами, а впрочем, пожалуй, что и у большинства советской интеллигенции, сложилось абсолютно религиозное чувство. Мы искренне считали, что Америка действительно печётся о нас. Что Америке мы небезразличны. Америка думает о том, как нам живётся – тем, кому не разрешают выезд, тем, кто смеет иметь другую точку зрения[?]

Поэтому все, кто приезжал из Америки, воспринимались как посланники света. Они и как люди казались лучше, чище, правдивей. Чуть ли не ангелы».

1990-е годы стали временем краха этих прекраснодушных представлений. Выяснилось, что маска ангела скрывала омерзительную физиономию американского политического класса – алчного, циничного и бесчеловечного, нередко не очень образованного.

Именно по указке Вашингтона был произведён государственный переворот на Украине, началось разрушение городов и истребление населения Донбасса и Луганщины. Трагические события на Украине сделали минувший год переломным для системы международных отношений. Владимир Соловьёв написал об этом ярко и убедительно.

Теги: Владимир Соловьёв , Разрыв шаблона

 

Ночь не самых длинных ножей

"ЛГ"-досье:

Игорь Караулов - поэт, публицист. Родился в 1966 году в Москве. Окончил в 1988 году географический факультет МГУ по специальности «геохимия ландшафтов». Работает переводчиком. Публиковался в журналах «Новый мир», «Знамя», «Волга», «Новый берег», «Воздух» и др. Автор поэтических сборников «Перепад напряжения» (2003), «Продавцы пряностей» (2006), «Упорство маньяка» (2010). Лауреат Григорьевской поэтической премии (2011). С осени 2012 года – колумнист газеты «Известия».

– Вы давно уже к штыку приравняли перо. Ваши колонки в «Известиях» приводят в бешенство «либеральную общественность». А с чего вы вообще стали писать на общественно-политические темы? Наболело?

– Я сроду не пытался жить в башне из слоновой кости. Может быть, это вредило стихам, но я никогда не мог удержаться от интереса к политике. До «Известий» я часто писал о политике в Живом Журнале, а потом в Фейсбуке, и это было лучше, чем раздражённо смотреть в телевизор, не имея возможности ответить, как в 90-е годы. А писать в газету – это ещё лучше, чем вести блог. Дело даже не в гонораре (он совсем небольшой, и я бы не сказал, что он полностью компенсирует стоимость моего рабочего времени), а в том, что колумнистика – это уже не пикейно-жилетные рассуждения, а какое-никакое ремесло, со своим форматом, графиком. Я люблю осваивать новые ремесла, это позволяет мне думать, что я ещё не старею и не устареваю.

– Ещё в конце нулевых ваши статьи появлялись на сайте Агентства политических новостей Константина Крылова, но постоянным колумнистом вы там не были. А ведь АПН – это просто красная тряпка для рукопожатной общественности. Любите вызывать огонь на себя?

– Константин Крылов, умнейший из известных мне современников, – это тот человек, который заставил меня поверить в себя. Он годами убеждал меня в том, что я напрасно хороню свой дар публициста. Однажды он в присутствии самого Глеба Павловского объявил меня талантливым политологом, и это художественное преувеличение заставило меня покраснеть. Я не знаю, насколько Костя рад тому, что я в конце концов последовал его советам; на пространстве в 5–6 тысяч знаков неизбежно проявляются расхождения во взглядах, которые тушуются в светской беседе.

Вызывает огонь на себя всякий, кто публично и подробно высказывает свою позицию. Нельзя нравиться всем. Но я бы не сказал, что я пытаюсь делать в публицистике карьеру анфан террибля, травмированного на всю голову. В этом амплуа прекрасно выступают другие люди. Я стараюсь быть взвешенным, исходить из здравого смысла, не гнать вдохновенной пурги, вообще по возможности не прикидываться в этом жанре «поэтом». Это не так эффектно смотрится, как радикальные эскапады, но это именно то, зачем я пришёл в публицистику. И я понимаю, что кого-то и это может сильно бесить.

– А как складываются отношения с друзьями? Со многими из них рассорились? Помнится, вас обычно относили к либеральному лагерю. Или, во всяком случае, отводили вам место где-то возле него. И потом вдруг...

– Не знаю, кто меня относил к либеральному лагерю. Вроде бы я не давал повода. Сам по себе я, наверное, либерал. Я за экономическую свободу и за свободу слова, я против вмешательства государства и Церкви в личную жизнь и в жизнь искусства. Кто же я ещё, как не либерал?

Но либеральный лагерь – это другое. Это лагерь людей, у которых столица в Вашингтоне. В этом лагере, как правило, состоят люди, которые поддержали расстрел парламента в 1993 году, а я как раз был на стороне депутатов. В конце концов, в этом лагере цветёт русофобия, а я до дрожи не люблю русофобию, все эти разговоры о загаженных подъездах и лифтах, о вечно рабской русской душе. В США негры были рабами, но попробуйте там порассуждать о рабской негритянской душе. Там вокруг негров хороводы водят. А раз в российской истории порабощены были русские, то и хороводы надо бы водить вокруг русских, холить их и лелеять, пытаться как-то возместить им былую несправедливость.

Вообще я не любитель жанра «публичное расставание с бывшим другом», хотя и на этом иные люди делают свои маленькие пиары. Друзей у меня никогда не было много, и всё же кое с кем пришлось прекратить общение. Не знаю, временно или насовсем. Когда между вами и другим человеком пропасть во взглядах, вы можете общаться и пить весёлые напитки лишь до тех пор, пока в эту пропасть не начала натекать кровь. А она начала – со 2 мая прошлого года, и со временем она лишь прибывает.

– Но врагов-то явно прибавилось.

– Враги – это здорово. Держат в тонусе, дают почувствовать полноту жизни. Особенно умные враги – но это редкость. Обидно, когда враги глупые. Бесить дураков – грешное, постыдное удовольствие.

Я, как и многие, развращён Сетью и в своё время сделал себе немало явных и тайных врагов неосторожными репликами, которые вообще-то можно было не произносить. Теперь, когда моя публицистика исправно поставляет мне врагов без моих специальных усилий, я стараюсь внимательнее следить за собой и не делать врагов попусту. Более того, если враг талантлив, я стараюсь отнестись к его таланту с особой нежностью. Никогда не скажу про хорошего поэта, что у него плохие стихи, если вдруг разошёлся с ним в политических взглядах.

– Чем стали для вас события на Украине?

– Разломом на карте и разломом в душе. У Украины был шанс стать двуединым русско-украинским государством, и даже после первого майдана я не видел ничего плохого в том, чтобы у русских была ещё одна страна, чтобы эти страны между собой конкурировали: где русскому будет дышать вольнее. Вместо этого Украина пожелала стать реактором, перерабатывающим русских в украинцев. Спокойно смотреть на работу этого зловещего реактора нельзя.

Шокировало меня и поведение части нашей «интеллектуальной элиты», которая в ходе этих событий следовала неумолимому и безошибочному инстинкту несочувствия русским. Люди, которые закрыли глаза на одесскую трагедию, на все жертвы донбасской войны и выбрали себе для сострадания одну лишь палачиху Савченко, – это существа с каким-то другим химизмом мозга, и я пока не понимаю, каким образом у нас с ними возможны общее дело, общая литература, общая страна.

– А возврат Крыма?

– Наверное, многим кажется, что «габреляновский писака» должен был во всю глотку орать «крымнаш». А я вначале был против присоединения Крыма. Мне казалось, что иметь под боком даже не дружественную, а просто нейтральную Украину важнее, чем съесть крымского чижика. Но вышло иначе, и в момент, когда «вежливые люди» спустили украинский флаг на здании крымского парламента, стало понятно, что все 60 лет украинской власти в Крыму растаяли, как будто их и не было. Крым намертво прирос к России, и люди, которые теперь требуют его вернуть киевской власти, просто не в ладах с реальностью.

– Вы теперь публикуете мало стихов. Да и не издаёте ничего. Не пишется?

– Я никогда не писал много. Случалось так, что молчал годами. Сейчас жизнь наша сильно взмучена, а для моих стихотворящих клеток это не полезно. Но всё же недавно читал вслух целых 15 минут и обошёлся только теми стихами, которые были написаны в мой «известинский» период. А мог бы и полчаса их читать.

Что же до публикаций, то тут я лежачий камень, никогда не ходил по редакциям с тортиками, не рассылал рукописей. Просят подборку – даю подборку. Издавать новую книжку не вижу смысла. Ради тщеславия можно издать одну. Я выпустил три, и не за свой счёт. Можно ли сказать, что они прочитаны? Мне кажется, нет.

Конечно, непрочитанных авторов и без меня много. Не прочитан мой абсолютно любимый Михаил Квадратов. Не прочитан пронзительный Сергей Шестаков. Не прочитан Константин Рупасов. И Дмитрий Мельников не получил должного признания.

Но за свои книжки я отвечаю сам, и если говорить о гипотетической четвёртой книжке, то я боюсь её выпускать в пустоту. Выход книги должен быть подготовлен. Её должны ждать. Не ждёте? Ну и ладно, будем беречь леса.

– Но вот одно из последних ваших стихотворений, в котором вы относите к молодым поэтам Моторолу, Безлера и Мозгового, буквально взорвало интернет. Больше всех негодовали молодые и «актуальные» поэты. Оскорбились...

– Взрывать интернет мне случалось, но не по этому поводу; если и были обсуждения, то они прошли мимо меня.

Да, было у меня такое полемическое стихотворение. Вряд ли разумный человек поймёт его буквально, хотя легендарный луганский командир Алексей Мозговой, например, и в самом деле пишет стихи. Но я прежде всего намекал на то, что поэзии сейчас приходится конкурировать с несколькими мощными каналами информации, в том числе и со сводками новостей. В этой конкуренции поэзия чаще всего проигрывает, и стихотворцы замыкаются в своей тусовке, устанавливают в свои мозги информационные фильтры и начинают под микроскопом разглядывать «молодых поэтов», зачастую вялых и невыразительных, не замечая слона истории, топчущего их хилые посевы.

– А что происходит с литературой в таком случае? «Поэтом можешь ты не быть, но гражданином быть обязан». Но сейчас в этой среде и поэтами назначаются, и гражданами быть не хотят. Чего ж обижаться на то, что кто-то считает Моторолу человеком, более причастным к русской словесности и вообще более достойной личностью?

– Мне бы не хотелось вещать о «роли литературы», об «ответственности писателя». Я – частное лицо, время от времени пишущее стихи. Рядом со мной – множество других таких же частных лиц, и они в самом деле иногда собираются в группы, назначают друг друга поэтами и даже самовольно учреждают премии. Эта литературная бесхозность и безначальность, как административная, так и эстетическая, наверное, даёт невиданную свободу для творчества, хотя и без гарантии результата. Никто не может сказать наверняка, какими должны быть стихи сегодня и что именно мы будем называть стихами завтра. Стихотворец напоминает старателя, который застолбил свой участок, но не знает, найдёт ли он там золото.

Гражданская позиция для меня – тоже частное дело, которое я не вправе никому навязывать. Я полностью осознаю, что никаких пряников мне за неё не видать. Инвалидам локальных войн у нас говорили: «Мы вас туда не посылали». В случае чего мне тоже скажут: «Мы тебя не посылали на информационную войну».

Гражданского чувства сейчас у стихотворцев много, но важно, чьими гражданами они себя ощущают. Один поэт-эмигрант заявил, что все самые сильные, на его взгляд, стихотворцы поддержали майдан. Думаю, он преувеличивает. Но я с сожалением признаю, что многие интересные мне современные поэты оказались не с нами. Зато с нами Юнна Мориц, которая пишет стихи не пером, а миномётом и по актуальности может сравниться с Моторолой.

– Сейчас много разговоров о возможной гражданской войне в России. Полагаете, что такой сценарий у нас невозможен?

– У нас с Украиной общая гражданская война. Там горячо, здесь пока попрохладнее. Есть люди, которые любят поговорить о «холодной гражданской войне», об «атмосфере ненависти» и мыслят себя равноправной стороной гражданского конфликта. Но они зря накликают на себя бурю: для того чтобы физически ликвидировать эту сторону, было бы достаточно одной ночи не самых длинных ножей. Именно поэтому до горячей фазы здесь не дойдёт – просто нет повода.

– А что возможно?

– А возможно (и желательно) постепенное, эволюционное очищение национального организма от шлаков и токсинов.

Беседу вёл Игорь ПАНИН

Теги: Игорь Караулов

 

Территория Олега Куваева

Этот автор и эта книга вроде бы полузабыты, ушли в отвалы литературы советской эпохи, но те, кто помнит, говорят о них вот так: 

"Это была настольная Библия, наверное, для каждого советского геолога".

«И если как в том дурацком вопросе - какие три книги взять на необитаемый остров – мне придётся выбирать, Олег Куваев в этот выбор войдёт обязательно. Не гений пера, не гений сюжета – гений человечности. Олег Куваев – это имя для меня свято».  Ровно сорок лет назад его не стало.

Олег Михайлович Куваев (1934–1975) родился в вятской деревне, окончил Московский геолого-разведочный институт, лучшие годы жизни провёл на Чукотке и умер от инфаркта в подмосковном Калининграде/Королёве, где сейчас находится скромный музей.

Публиковаться он начал с конца 1950-х годов. Но до поры до времени он был одним из пишущих геологов, автором журнала «Вокруг света» и приложения к нему «Искатель». Путевые очерки и выраставшие из них повести и рассказы были типичной литературой бывалых людей, заменяющей одним читателям реальное путешествие, а другим – позволяющей сравнить свои впечатления с авторскими.

Главным местом, хронотопом куваевской прозы стала Чукотка, которую он хорошо знал как геолог, хотя действие некоторых его произведений происходит и в Сибири, и на Кавказе.

В отличие от литературных нравов 60-х годов, когда слова «старик, ты гений» были так же обыденны, как «здравствуйте», Куваев трезво оценивал свои вещи и не завышал, а скорее занижал свои возможности. Уже в начале 70-х, когда жить ему оставалось совсем немного, на просьбу назвать лучшие произведения он вспомнил три рассказа и две повести, которые «достаточно «на уровне», а о других отозвался жёстко: «Всё остальное туфта. Нету полёта. Посему отношу его не к прозе, а к беллетристике».

Настоящим прозаиком Олег Куваев стал в романе «Территория» (1974), переписанном то ли шесть, то ли восемь раз, сразу отмеченном, замеченном и даже награждённом – посмертно – как «лучшее произведение художественной прозы о современном советском рабочем классе».

Куваев, думаю, был бы обрадован, но удивлён. Неужели под рабочим классом подразумевались работяги-бичи? Главные его герои, начальники геологических партий и управления, были явно выше этого статуса.

Сам автор понимал дело лучше, чем номинаторы и критики. В конце одного из писем появляется блестящая формула-афоризм: « А вообще это написано о Территории, и пусть каждый ищет её где желает» (здесь и далее выделено мной. – И.С. ).

Через несколько месяцев, во время работы над так и не законченным романом «Правила бегства», она конкретизируется: «Действие его <нового романа> происходит где-то рядом с изобретённой мною страной «Территорией» . Я называю Территорию «изобретённой страной», ибо это на самом деле так – прямые географические аналоги невозможны, что бы там ни говорилось».

Искать ключ к тексту нужно не там, где это обычно делалось. «Территория» – не производственный, исторический, приключенческий или социально-психологический роман. Олег Куваев интуитивно нашёл иной способ изображения людей и времени.

Где происходит действие романа? Очевидный ответ: на Чукотке. Но слова «Чукотка» и «чукча» в разных падежах и вариантах в окончательном тексте романа не встречаются ни разу!

Счастливо найденный заголовок, который можно считать ключом к поэтике романа, появился после долгих поисков. До этого было более десятка вариантов: «Долгая якутская зима», «Часть божественной сути», «Яростный свет и потёмки»[?]

«Территория» подходит к тексту «с точностью патрона, досланного в патронник».

Доминантный хронотоп конкретизируется в цепочке аналогичных образов – Посёлок, Город, Река – и включается в государство (уже с маленькой буквы). Как будто осваивающий мир человек, новый Адам, даёт названия впервые увиденным местам, ещё не подозревая, что посёлков, городов и рек может быть много. «Возникновение Посёлка на пустынном морском берегу в простоте своей уподоблялось зарождению городов древности».

Так что Территория – не Чукотка, хотя её пейзажи и конкретные детали пришли именно оттуда. И государство, которому она служит и внутри которого она находится, – не СССР (эта аббревиатура тоже не встречается в романе ни разу), хотя действие ненадолго переносится в Москву, Ригу и Хиву).

Территория – созданный, сконструированный автором иной мир, даже другая планета. «Рейс ваш окончится не на той планете, с которой начался». Советское освоение Чукотки опиралось на две могущественные организации: Дальстрой и Севвостлаг. На Территории же существует Северстрой, но не мелькает ни одной лагерной вышки. Шаламовские «Колымские рассказы» написаны о совершенно другой «планете Колыме».

Реальная история поисков промышленного золота на Чукотке растянулась на десятилетие (1949–1959). Автор сжимает его в один геологический сезон, превращает историческое время в календарное, даже во время мифа. Время Территории замыкается в кольцо – от лета до лета. Это год, равный жизни. Полевой сезон, который либо оканчивается апокалипсисом (если поверить словам последнее лето ), либо (если акцентировать сомневающееся может быть ) повторяется бесконечно.

Аналогично обстоит дело и с её населением.

Внутри романа есть несколько персональных главок. Зачин одной из них похож на библейское сотворение мира и человека из первозданного хаоса: «Вначале был Марк Пугин. Потом оловянщики. Потом Посёлок, – сказал Баклаков. – Все это знают».

«Простодушный гном в шинели» Пугин оказывается не обычным советским уполномоченным, посланным в экзотические места исполнять волю партии, приобщать чукчей к новой жизни. Он и замечательный практик, гений интуиции, снайперски выбирающий место для будущего Посёлка, и апостол, философ Территории, но главное – светский святой, яростный мечтатель, умирающий на садовой скамейке под ещё не посаженными деревьями.

Философия Территории, которую исповедуют все, кто на ней оказался и удержался, оказывается, в общем, простой и сводится едва ли не к единой заповеди, которую, вписываясь в согласный хор работяг и начальников партий, лириков и циников, чётко формулирует куваевский alter ego Сергей Баклаков. «Большинство ценностей, которые людям представляются незыблемым оплотом их бытия, для него и его друзей почти пустой звук. Дом, который моя крепость, домочадцы и дети, которые оплот в старости, – всё это для него и его друзей несущественно. Нельзя сказать, что это нормально, потому что для большинства людей это – крепость. Для ребят из их управления главной крепостью служит работа, которую надо делать как можно лучше. Эта крепость никогда не подведёт, если ты не оставишь её сам. Оставить же работу не сможет никто из ребят, потому что они любят её».

Герои «Территории» напоминают членов какого-то древнего воинства или монашеского ордена, клянущихся в верности одной Прекрасной Даме. Олег Куваев написал книгу о людях, для которых работа стала женщиной, Родиной, Богом, смыслом жизни.

Золото в этой системе ценностей – лишь «презренный металл», за который где-то в другом мире жертвуют жизнью и платят деньги. На Территории оно – лишь предлог, повод для работы.

За сто лет до куваевской книги один великий писатель, которого упрекали в идеализации «лишнего человека», воспел – однако не в прозе – сильных людей, пассионариев, героев: «Их идейность, благородное честолюбие, имеющее в основе честь родины и науки, их упорное, никакими лишениями, опасностями и искушениями личного счастья непобедимое стремление к раз намеченной цели, богатство их знаний и трудолюбие, привычка к зною, к голоду, к тоске по родине, к изнурительным лихорадкам, их фанатическая вера в христианскую цивилизацию и в науку делают их в глазах народа подвижниками, олицетворяющими высшую нравственную силу. <…> Это слабые симптомы той доброкачественной заразы, какая неминуемо распространяется по земле от подвига» (А. Чехов. «Н.М.Пржевальский»).

Перечитайте внимательно: Чехов словно пишет и о куваевских героях.

В романтической утопии Территории Олег Куваев подхватил и продолжил эту великую легенду о людях, нашедших смысл жизни и живущих в согласии с самими собой. Но написал об этом не в унылом стиле производственного романа или идеализированного жития, а с учётом поэтики молодёжной прозы 60-х: резко прорисовывая характеры, тщательно, щегольски выписывая даже проходной пейзаж, играя цитатами, чеканя афоризмы, постоянно меняя интонацию – сочетая сентиментальность и патетику с иронией.

«Навигация в это лето началась почти на месяц раньше обычного. Дым старого ледокола, приведшего караван, смешивался с дымом горящей тундры. Силуэты судов на рейде зыбко дрожали и размывались в разноцветные миражи.

– Импрессион! Впечатление! – так сформулировал своё мнение образованный малый в стоптанных до стельки туфлях и телогрейке, накинутой на голое тело.

– В Гренландии растают ледники. Уровень Мирового океана поднимется. Всё затопит, кроме высокого плоскогорья Тибет.Далай-лама хохочет, – поддержал его стоявший рядом собрат.

Они сплюнули в Северный Ледовитый океан и направились в порт зарабатывать на продолжение жизни».

«Копковские кадры цепочкой, точно дисциплинированные привидения, вошли вслед за начальником в управление. Так же вместе они вышли обратно. Правилом Копкова было проводить отгульные дни вместе с рабочими, хотя Копков совершенно не пил.

Ящики с рудой рдели на снегу, как цветы».

Блеском стиля автор «Территории», пожалуй, перещеголял раннюю прозу Аксёнова и К.

Впервые я читал роман – страшно подумать – ровно сорок лет назад. Многие знают, как опасно возвращаться к поразившим когда-то книгам: от многоцветного, прекрасного и яростного мира вдруг остаётся цепочка стёртых, плохо подогнанных друг к другу слов.

Роман ничего не потерял за эти десятилетия. Другое дело, что принципиально изменился сам мир.

Где сейчас те, кто одиночными ходками и инфарктами заплатил за золото государства? И где то государство? Давно проржавели, вмёрзли в почву Территории тракторные сани, с которых работяга Кефир кричал: «Могём!»

«Мне кажется, что Великое Северное Братство – это тот мир, о котором мечтал каждый человек. Оно не вернётся. Всё имеет своё время и место» (Ю. Поклад. «Трудное прощание», 2001).

Но ослепительная полоска заката осталась, даже если её никто не видит.

«Территория» – урок и укор. Но больше всего – объяснение в любви. Северу. Среднерусским лесам. Государству. Людям с обмороженной кожей и нелёгкой судьбой.

Про математиков говорят: не умер, а перестал решать. Олег Куваев перестал писать в сорок лет.

Подобно своим героям, он «знал грубость и красоту реального мира, жил как положено жить мужчине и человеку». И оставил книгу, которую стоит читать и перечитывать. Как напоминание о том, что другая жизнь существует не только в трифоновском, скептическом, но и в героическом варианте.

Игорь СУХИХ, САНКТ-ПЕТЕРБУРГ

Теги: Олег Куваев

 

Русская литература и православие: грани соприкосновения

Фото: ИТАР-ТАСС

В связи с проведением Года литературы мы продолжаем начатые в статьях профессоров МГУ М.М. Голубкова и К.К. Султанова размышления о решающей роли русской литературы в формировании национальной картины мира. В этот раз в статье профессора МГУ Ильи Борисовича Ничипорова речь пойдёт о духовных и исторических связях отечественной словесности с православием.

Празднование Года литературы, которое в 2015 г. совпадает с 1000-летием со дня кончины великого князя Владимира, побуждает к раздумьям о сделанном им духовном и цивилизационном выборе, который на много столетий вперёд предвосхитил судьбу нашей многонациональной культуры; к осмыслению литературного творчества как сферы художественного воплощения коренных черт национального сознания (о чём на страницах "Литературной газеты" подробно писали мои коллеги М.М. Голубков и К.К. Султанов), в том числе в его религиозном аспекте. Очевидным является колоссальное влияние православия на становление и развитие русской культуры, в частности литературной традиции.

Ещё в ХI веке в одном из первых памятников древнерусской книжности - «Слове о законе и благодати» митрополита Илариона – миссия князя Владимира, нацеленная на приобщение Руси к христианству, осознаётся в контексте Божественного Промысла об историческом пути всего человеческого рода. Личное духовное перерождение князя Владимира из язычника в христианина и крестителя Руси изображается митрополитом Иларионом как «дивное чудо», в котором приоткрываются рационально неисчислимые духовные глубины его индивидуального и в то же время судьбоносного для истории выбора.

Дело обретения христианской веры, в котором князь Владимир выступил продолжателем трудов апостола Андрея Первозванного, варягов-мучеников Феодора и Иоанна, равноапостольной Ольги, явилось первоосновой нашей многовековой не только духовной, но и светской культурной традиции. Под влиянием Византии на Руси складываются строй православного богослужения, музыкально-певческие традиции, самобытные архитектурные стили, иконописный опыт и, конечно же, отечественная словесность , которая и в Древней Руси, и в современности образует сердцевину русской литературоцентричной культуры.

Уже в древнерусский период развития отечественной литературы православное миропонимание определило её содержание и образный строй, одухотворило и насытило христианским смыслом рудименты языческого сознания. Монастыри становятся важнейшими очагами культуры, а лица духовного звания – такие как митрополит Иларион, прославленный «русский Златоуст» святитель Кирилл Туровский, преподобные Нестор Летописец и Епифаний Премудрый – авторами разнообразных житийных, летописных, ораторских произведений.

Значительное влияние христианства на отечественную культуру, видоизменяясь в своих исторических формах, сохранилось и в последующие века.

Так, в ХVIII веке, когда происходило далеко не безболезненное размежевание духовной и светской культур, рождались пронизанные истинным религиозным чувством поэтические миры М.В. Ломоносова и Г.Р. Державина. Глубокое духовное содержание заложено в «натурфилософских» одах Ломоносова, где в раздумьях о месте человека во Вселенной взгляд учёного-естествоиспытателя обогащается религиозными и творческими прозрениями. В таких стихотворениях, как «Вечернее размышление о Божием величестве при случае великого северного сияния» и «Утреннее размышление о Божием величестве», постановка передовых для своего времени научных вопросов ведёт к углублённому созерцанию бесконечности Божественного мироздания. Научно-поэтическое проникновение в тайны природного бытия становится у Ломоносова оригинальной формой интуитивного богословия, воплощённого в ярких метафорах, сравнениях, гиперболах. Дерзновенный научный поиск побуждает поэта задуматься о непостижимости и величии Творца, превосходящего пределы человеческого разумения. Процесс напряжённого самопознания, диалог со Вселенной увенчиваются молитвенным воззванием к Богу как источнику бытия всего тварного мира:

Творец! покрытому мне тьмою

Простри премудрости лучи

И что угодно пред Тобою

Всегда творити научи,

И, на Твою взирая тварь,

Хвалить Тебя, бессмертный Царь.

Традиция русской религиозно-философской лирики закладывалась и в творчестве Державина, о чём свидетельствует, к примеру, его ода «Бог», этот оригинальный опыт поэтического богословия. От сокровенных раздумий о свойствах Божества, объемлющего Вселенную, интуиция поэта устремляется к постижению двуединства человеческой природы, сочетающей бессмертие души и бренность телесного естества: «Я телом в прахе истлеваю, // Умом громам повелеваю[?]» Человек видится поэту как вершина Божественного творения, как «средоточие живущих, черта начальна Божества».

ХIХ век ознаменовался усложнением отношения литературы к православным ценностям. Со времён революционно-демократической критики, а позднее советского литературоведения бытовало предвзятое и искажённое представление о русской классической литературе как средоточии идей нигилизма, атеизма, революционности. С этих позиций наша словесность преподносилась при знакомстве с ней подрастающего поколения. Явления, которые не укладывались в рамки обозначенной концепции, объяснялись «ошибками», «заблуждениями» писателей, их «классовой ограниченностью». Сегодня же актуальна опасность сугубо формального подхода к преподаванию литературы в качестве некоего варьирующегося от одной исторической эпохи к другой «набора» жанров, стилей, приёмов, художественных особенностей и т.п. Между тем именно христианское миропонимание, ценностная система православия во многом формировали смысловое поле классической литературы, её проблематику, образное мышление. В диалоге с православием происходило становление многих поэтов, прозаиков и литературных критиков этого времени. От Жуковского к Пушкину, Лермонтову, Тютчеву, В. Соловьёву, многим поэтам Серебряного века выстраивается и развивается традиция русской религиозно-философской лирики , когда поэзия становится не только путём художественного познания мира и самоисследования, но и сферой сокровенного богомыслия и богообщения.

В ХIХ веке складывались различные, подчас полярные варианты отношений художника с православием. Это могла быть вполне благополучная, органичная связь с христианским мировидением, которое выступало питательной почвой творческого вдохновения, – у В. Жуковского, А. Хомякова, А.К. Толстого… Речь могла идти и о мучительных, далеко не однонаправленных исканиях Бога, истинной веры и покаяния, как это было у А. Пушкина, М. Лермонтова, Н. Гоголя, Ф. Достоевского, Л. Толстого, А. Чехова… Причастность духовной традиции проявлялась и в художественном исследовании сложнейшего комплекса народной веры, высот праведничества и вместе с тем – перепутий апокрифических, еретических, революционно-нигилистических воззрений, что нашло отражение в прозе Н. Лескова, И. Тургенева, Л. Толстого, поэзии Н. Некрасова, драматургии А. Островского.

Духовные искания личности рельефно запечатлелись в образном мире поэзии классической эпохи. Как справедливо полагал И. Ильин, наша поэзия «вместила в себя глубочайшие идеи русской религиозности и сама стала органом национального самосознания». Так, в пушкинском наследии чрезвычайно значимым становится движение от ранних богоборческих, заряженных бунтарским духом произведений к познанию творчества как духовного служения, а поэта, чья муза ищет послушания Божьему велению, как исполнителя высокой нравственной миссии «глаголом жечь сердца людей». При этом и позднему творчеству Пушкина знакома тяжелейшая духовная борьба, обусловленная поиском духовных первооснов личностного бытия, в связи с чем особенно примечательна его свое­образная стихотворная «переписка» 1828–1830-х гг. с митрополитом Филаретом (Дроздовым).

Христианское мировидение формировало в русской классике шкалу ценностных представлений об истории и современности в их духовно-нравственном измерении. В пушкинском «Борисе Годунове» темы нравственного преступления и Божьего суда раскрываются не только в связи с образами центральных действующих лиц, но и в контексте изображения духовных состояний всего народа, переживающего трагические коллизии своей исторической судьбы. Симптоматично, что даже в среде революционно-демократической интеллигенции середины ХIХ в. выражалось стремление не только к социальному, но и к религиозному осмыслению идеи революции в контексте христианских категорий самопожертвования, аскетического подвига, святости – как, например, в поэзии Некрасова и особенно в переработанной им в поэме «Кому на Руси жить хорошо» «Легенде о двух великих грешниках», где, в предвосхищение и «богостроительских» интенций русского марксизма, и знаменитого финала блоковских «Двенадцати» осуществляется попытка именно евангельского «оправдания» революционной идеи.

Вне сферы религиозной, духовно-нравственной проблематики невозможно представить искания многих персонажей русской литературы: Онегина и Печорина, Обломова и Болконского, братьев Димитрия, Ивана и Алексея Карамазовых, героев прозы и драматургии Чехова… Глубинные религиозные истоки драмы «лишнего человека» выявлены в «Пушкинской речи» Достоевского, а выдающийся философ и литературный критик протоиерей Сергий Булгаков, размышляя о «тоскующей, рвущейся и неспокойной» вере чеховских персонажей, о заблуждениях и прозрениях Ивана Карамазова, этого «русского интеллигента… с его пристрастием к мировым вопросам, с его склонностью к затяжным разговорам, с постоянным самоанализом, с его больной, измученной совестью», ёмко сформулировал выстраданное русской литературой убеждение в том, что «критерий добра и зла, а следовательно, и нравственности не может быть получен без метафизической или религиозной санкции».

Примечательно, что золотой век русской литературы совпал с расцветом Оптиной пустыни как крупнейшего в России ХIХ – начала ХХ вв. духовного, культурного, просветительского очага, к которому устремлялись в том числе и многие представители творческой интеллигенции. Так, за духовным советом к преподобному Макарию в последние годы жизни приезжал Н.В. Гоголь, его духовными чадами и собеседниками по переписке были супруги И.В. и Н.П. Киреевские, помогавшие старцу в деле перевода и издания святоотеческих книг. В разные периоды Оптинская обитель становилась центром притяжения для Ф.М. Достоевского, Л.Н. Толстого, В.С. Соловьёва, К.Н. Леонтьева… В «Братьях Карамазовых» не только создаётся образ старца Зосимы, навеянный общением автора с преподобным Амвросием, но и силой художественной и мистической интуиции постигается сам феномен старчества в качестве «страшной школы жизни», которую «обрекающий себя принимает добровольно, в надежде после долгого искуса победить себя, овладеть собою до того, чтобы мог наконец достичь, чрез послушание всей жизни, уже совершенной свободы, то есть свободы от самого себя, избегнуть участи тех, которые всю жизнь прожили, а себя в себе не нашли».

ХХ век явил в русской литературе пёструю картину религиозных исканий в широком диапазоне от взлётов истинно христианского чувства, воплотившегося, к примеру, в зрелой поэзии А. Ахматовой, пастернаковских «Стихотворениях Юрия Живаго», прозе И. Шмелёва, Б. Зайцева, В. Распутина, в обращённой к русской литературе религиозно-философской мысли конца ХIХ – первой половины ХХ вв., до богоборческих устремлений, нацеленных зачастую на конструирование религии «человекобожества». Однако и в веке ХХ, прямо или опосредованно, осознанно или стихийно для самих авторов, христианское миропонимание продолжало оказывать существенное воздействие на отечественную литературу и культуру. Вне христианского мировоззренческого и образного контекста невозможно полноценно осмыслить такие, например, художественные явления, как историософская романистика Д. Мережковского и в целом комплекс «неохристианских» идей Серебряного века; «богостроительские» устремления в творчестве М. Горького (повесть «Исповедь»); религиозные поиски, метания, «эксперименты» героев прозы и драматургии Л. Андреева; конструирование «человекобожеской» утопии в лирическом и поэмном творчестве В. Маяковского («Облако в штанах», «Человек»), С. Есенина («Октоих», «Пришествие», «Преображение», «Товарищ», «Инония»); трансформация житийного жанра в литературе соцреализма («Как закалялась сталь» Н. Островского); религиозно-философские аспекты содержания «Мастера и Маргариты» М. Булгакова… Имплицитным религиозным смыслом наполнены многие произведения писателей-«деревенщиков» – как, например, в случае с опровергающими материалистическую картину мира и атеистическую идеологию прозрениями старухи Дарьи из повести В. Распутина «Прощание с Матёрой» о неминуемом загробном суде перед лицом предков. Православное миропонимание существенно повлияло и на художественный мир А. Солженицына, на выразившееся в его публицистических работах эстетическое кредо.

Ярким и художественно весомым примером серьёзного обращения современной культуры к христианскому опыту может служить завершённая в 2003 г. масштабная поэма-тетралогия Юрия Кузнецова «Путь Христа», представляющая собой не просто поэтическое осмысление евангельских сюжетов, но открывающая в проповеди Христа, Его деяниях и пророчествах ключ к пониманию хода национальной и всемирной истории. Конкретные вехи Его земного служения раскрываются в надысторическом ракурсе и проецируются на сегодняшний день человеческой цивилизации. Незаурядная и в художественном отношении, поэма отличается тонко продуманной архитектоникой, повышенной экспрессией образного ряда, органичным сочетанием эпически монументальной манеры и интимного лиризма, активного присутствия авторского «я» – вдумчивого «свидетеля» и проникновенного «летописца» евангельских событий.

Осмысление русской литературы в её связях с православием и православной церковью отнюдь не должно предполагать «прокурорского» взгляда на художественную словесность, «суда» над ней с позиций догматических истин, как это, увы, происходит и в фундаментальном труде профессора Московской духовной академии М.М. Дунаева «Православие и русская литература», и в сегодняшних малопродуктивных попытках обосновать понятие «православное литературоведение». Установление и исследование подобных связей и влияний, их учёт в процессе школьного и вузовского преподавания литературы призваны не к очередному выстраиванию литературных явлений по идеологическому ранжиру, но к объективному прояснению природы и направленности духовных поисков писателей, выявлению глубоких и подчас парадоксальных религиозных подтекстов их образных миров.

Теги: литературный процесс , критика

 

Благодарим

Мы, родные и близкие Валентина Григорьевича Распутина, приносим глубокую благодарность всем, кто поддерживал его в течение последних месяцев, помогал бороться с тяжёлой болезнью и облегчал страдания, кто скорбел вместе с нами, выразил нам соболезнования, кто принял на себя тяжесть организационных проблем.

Наша особая признательность - Президенту Российской Федерации В.В. Путину, Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси Кириллу, губернатору Иркутской области С.В. Ерощенко, владыке Иркутскому и Ангарскому Вадиму, правительству Иркутской области и лично заместителю председателя В.Ю. Дорофееву, Иркутскому землячеству "Байкал" (г. Москва) в лице президента С.В. Чемезова и председателя правления И.К. Миронова, Международной школе управления «Интенсив» РАНХиГС и её директору В.В. Воронову, страховой группе «СОГАЗ» и лично заместителю председателя правления С.В. Охотникову, советнику Президента РФ по культуре В.И. Толстому, наместнику Сретенского ставропигиального мужского монастыря архимандриту Тихону (Шевкунову), ключарю храма Христа Спасителя протоиерею Михаилу (Рязанцеву) и всем служителям храма, сотрудникам и руководству Иркутской областной клинической больницы, ректору Иркутской государственной медицинской академии последипломного образования В.В. Шпраху, Российскому онкологическому научному центру им. Н.Н. Блохина в лице директора М.И. Давыдова, сотрудникам и руководству Клинической больницы № 1 (Волынской, г. Москва), Союзу писателей России.

Низкий всем поклон!

 

Литинформбюро № 14

ЛИТПАМЯТЬ

Серия спектаклей о жизни путешественника, учёного и писателя Владимира Арсеньева, чей талант высоко ценили Пришвин и Горький, будет представлена в Приморье. Сценарии для пьес созданы на основе фондовых музейных материалов. Для публики будут разыграны сцены из дома, где жили Арсеньевы, рассказала директор мемориального дома-музея им. В.К. Арсеньева Юлия Яроцкая.

ЛИТНАГРАДЫ

Подведены итоги международного поэтического конкурса "Купина неопалимая", приуроченного к 75-летию со дня рождения поэта Евгения Курдакова. Конкурс ставил своей задачей в первую очередь поддержать поэтов из провинции. Всего было прислано более 700 заявок из самых разных мест России, ближнего и дальнего зарубежья. Лауреатом конкурса стал поэт Александр Дьячков из Екатеринбурга, дипломантами - поэтесса из Павлодара (Казахстан) Ольга Григорьева и поэт из Тольятти Семён Краснов. Специальной премии для молодых поэтов до 30 лет «Соловьиный дождь» были удостоены поэт из Шексны Николай Дегтярёв и поэтесса из Мурманска Екатерина Яковлева.

Башкирскому писателю-сатирику Марселю Салимову за книгу «Юмор – выше пояса» присуждена литературная премия имени Николая Гоголя, учредителем которой является Международная академия литературы и искусства Украины.

ЛИТПРЕМИИ

В Государственной универсальной научной библиотеке Красноярского края состоялось награждение лауреатов премии «СИБУП», учреждённой Сибирским институтом бизнеса, управления и психологии (ректор Владимир Фёдорович Забуга) в связи с проведением в России Года литературы.

Лауреатами стали поэты Николай Ерёмин, Александр Захарченко и Александр Аверьянов – авторы альманаха «Русло», популярного не только в Сибири, но и за её пределами.

ЛИТМЕМОРИАЛ

По итогам смотра состояния культурного наследия Москвы принято решение отремонтировать фрагменты цепи, представляющей собой ограду памятника Александру Пушкину на Пушкинской площади. Принятое решение было вызвано общим видом медной ограды, частично рассыпавшейся и с утерянными элементами. Памятник великому поэту был установлен в далёком 1880 году. Автором проекта выступил скульптор Александр Опекушин.

ЛИТЮБИЛЕЙ

80 лет исполнилось филологу, литературоведу и критику Вадиму Евгеньевичу Ковскому.

ЛИТВАНДАЛИЗМ

Комитет по охране памятников Петербурга обратился в полицию в связи с появлением объявления о продаже элементов декора дома, где жил М.Ю. Лермонтов. Эксперты комитета установили, что речь идёт о подлинных элементах перил центральной лестницы дома на Садовой ул., 61.

ЛИТКУРЬЁЗЫ

Омский поэт Илюбай Бактыбаев выпустил книгу тиражом в тысячу экземпляров, которая содержит всего одно слово – «Да-а-а-а[?]». Кроме этого, присутствует предисловие и объяснение автора. По мнению Бактыбаева, это очень распространённое слово, которое может заменить длинные монологи.

Музыкальная группа «Окуджав» сменила название на латинское OQJAV. Решение о переименовании связано с давлением со стороны представителя интересов правопреемников поэта Булата Окуджавы.

МЕСТО ВСТРЕЧИ

Центральный дом  литераторов

Малый зал

Б. Никитская, 53

13 апреля

Заседание Литературного клуба писателей Москвы. Ведущая – Лариса Румарчук.

Начало в 18.30 .

 

Алжирская баллада

Зимой - за Синей Птицей!

(Из времени детства)

Несмотря на холода,

На кривую колею

И на всякую иную

ледяную канитель,

В том краю –

Как в раю!

В те года –

Кому куда,

А Тиль-Тилю и Митили, –

разумеется, – в метель[?]

2014

Как это сделано?

Мир вижу цельным я,

как юноша Новалис,

Мир – песня, спетая одним

движеньем уст.

На звуки разломать – и песню рад анализ.

Но звук, отщепленный от песни, – дик и пуст.

Мы тайной бытия силком овладеваем.

Вопросы жуткие натуре задаём;

– Как пламя сделано? – и пламя задуваем.

– Как песня сделана? – и больше не поём.

Не грех ли – тьму считать исследуемым светом?

Воззрясь на проигрыш, – судить о барыше?

Взорвать – и смерть вещей потом считать ответом

На каверзный вопрос об их живой душе?

Чтоб циник превознёс высокими словами

Труд антигениев над антивеществами.

1970-е гг.

Гедонизм

Когда грустят матёрые,

Умеющие жить,

Я как-то не догадываюсь –

что им предложить.

Пудовый ключ от Ревеля?

Большую глыбу с Альп?

Грозу в степях? Раба в цепях?

Иль собственный мой скальп?

Что делать. Мне не верится,

Что им помочь могли б

Луч солнца,

Цветик Аленький

И летний лепет лип.

1990-е гг.

Алжирская баллада

Отдыхала я, глазея

На растенье едкое и маркое;

Бузина – как бумазея

Сельских платьев! – ветхая и яркая…

Хрупкость веток и – ехидство

Ягод, связанные чем-то коротко,

Разыграв иезуитство,

Прячут… простодушие какое-то.

О! – не так ли гнев Хассана *

(Узников гроза и мука мукова!)

неожиданно и странно…

пощадил – поэта однорукого?

Прилипал! Но прилипал-то –

С выкупом (не с пыткою стозевою!)

(Чай недаром при Лепанто

Потерял воитель руку левую)!..

И пока в лучах отвесных

Рдела площадь казнями кровавыми,

И, томясь в цепях железных,

Звеньями рабы гремели ржавыми, –

На серебряной цепочке

(Как часы!) держал властитель узника.

(Не во сне ль он слышал строчки

Книг его, великие, как музыка?)

(Смелым путникам – осанна!

Да минует их неволя жадная!)

Было ль сердце у Хассана?

Было. Ледяное. Беспощадное.

Но и в этом сердце льдинном

Варвара невежественно-злобного

Вдруг – при встрече с даром дивным...

Что-то человеческое дрогнуло!

…Жрец майдана, Вий-папаша, –

Дрогнуло ли бы – от беззаконного

Праведного чувства – в а ш е

Сердце? (Или т[?], что вместо оного?)

Чтó в подкорке? (Далекó там

До того алжирца темнокожего!)

Гложет зависть к донкихотам

Вас, на человека не похожего.

Ваши тяжкие проекты

Не пролезут в прорезь секты;

Грех непредставимый руки свяжет вам;

Три фарцовщика не рота,

А злодейство не работа;

(Это и генетика докажет вам.)

Ваши Тучные Блаженства,

Дай-то Бог! – полопаются вскорости,

Не успев – за джентльменство

Выдать людоедские наклонности.

Выдать оные за мнимость?

Вот уж нет! Ясны для узнавания

Мёртвая неумолимость,

Сахарное самолюбование.

…Бузина при огороде –

Снова. Как положено. А в Киеве –

Уж не дядька (добрый вроде),

А безжалостные дети змиевы.

Арфы вешая на ивы, –

Кровь да гарь с одёжи лучше смыли бы!

Негатурова сожгли вы.

И Сервантеса не пощадили бы.

Ноябрь 2014 г.

____________

* Хассан (или Гассан) – алжирский правитель времён Сервантеса.

Московские геббельсы

Чем промышлял неприглашённый тип?

Чьи продвигал в Дамаске интересы?

За что в плену – без выкупов – погиб?

Нам не узнать от вас, – московской прессы!

Зачем такое вызывает в вас

Участие – антиисламцев мука?

Каддафи был растерзан напоказ, –

В его защиту не было ни звука.

Когда Саддам был отдан палачам,

Ему вы вслед лишь пуще клеветали!

Вы жертв резни багдадской не считали, –

Вы беззаботно спали по ночам.

Зато, проснувшись, рады лопнуть прямо,

Чтоб заступиться за врагов ислама!

1 февраля 2015 г.

"Магический реализм" и его свита

Неканоническая шла на сценах сага:

Злосчастный царь Эдип, – враждебных сил пожива,

Ошибкой – согрешив, не мог ступить и шага

Без отвращения к себе и без надрыва.

Сама судьба над ним потешилась глумливо;

В кровосмесительство случайно впал бедняга!

И вот уже не царь, – о, даже не бродяга! –

Ком грязи – Занавеса ждёт нетерпеливо.

Чернь хрюкнет: «–Ну и что? Подумаешь – «невзгода»!

«Мы не потерпим здесь аскетского зоильства!

«Все авторы у нас теперь – такого рода –

«Чтоб насаждать инцест, содом и педофильство.

«А сцены, где толпе САМ блуд не виден, – липа !

«…Теперь бы мы не так поставили «Эдипа»!»

Декабрь 2014 г.

Упорство в достижении цели

Из зависти старинной

иль от забвенья жажды –

Гробницу Архимеда

мы потеряли дважды .

Ну, в первый раз, быть может,

случайно? Но – канальство! –

Какое объяснение ВТОРОМУ разу дашь ты?!

1980-е гг.

Ода Чарльзу Диккенсу

I

Нувориши

Своим указом

Упразднили Диккенса разом.

Но Диккенс есть .

Это их, нуворишей, нету!

Несмотря, что по белу свету

Их следов непотребных не счесть.

Но… какой же себя-то жемчужиной

Провиденческой выставить нужно,

Указуя, что Боз – «устарел»!

Что в божественной кузне Гефеста

Самому Гефесту не место, –

Побойчей-де найдётся пострел!

(Нимб над классикой? Он догорел.)

Се – ещё один классик! Которого

Обезвредить не терпится здорово,

Потому что ввергает в раздрай;

Что покой шельмецов нарушает,

Что бездарности сбыться мешает.

Что без гения – извергу – рай!

Без него-то и выступим шайками,

Чтобы, – нищих назвав «попрошайками»,

Их ДОБИТЬ! …Прощевай, суета

Джентльменства! На то мы и дряни,

Что и так воспарим во дворяне.

(Рушди в рыцари взят неспроста,

А за то, что сопатка не та!)

Пусть на месте Уэллера Сэма –

Дяди Сэма взыграет система.

Чтоб за гоготом – стёрся комизм.

Чтобы школьный урок заискрился

Упущеньями дядюшки Сквирса.

Чтоб «магический реализм»

Навалился на школьника! Чтобы

Из куска безразмерного злобы

Смастерили единственный тип

Нераскаянные эдипы,

А на диккенсовские ТИПЫ

Разделиться уж не могли б

Одинаково подлые рожи.

Знамо – рожи когда-нибудь тоже

Против воли заплатят долги…

Но пока – для грабительской спайки

Все ограбленные – «попрошайки»;

Грабить можно. Просить – не моги!

Чем же бабушке – нищей, не-сальдовой –

Крошкой, что ли, питаться асфальтовой,

Коли ей запрещают просить ?

Кто придумал? Кто «за» прогорланил там?

Или принят… не в стенах парламента

Сей «закон», запрещающий жить ?

От побоев, почти небывалых,

«Попрошайки» загинут в подвалах.

Диккенс!

Ты их один защищал!

На дорогах бесповоротных,

В диких школах, в Домах Работных

Принимать людей за животных

Властью гения – запрещал.

Но ушёл ты, как свет из пейзажа.

Без тебя же, столь зоркого стража,

Что с бездомными станет, скажи?

Посреди небреженья и слежек

Нынче нет у них… даже ночлежек!

Спят под снегом. Не встанут «бомжи».

Жан-Батист Камиль Коро. «Порыв ветра»

II

Демос, как-нибудь да утеплённый,

Пересилит любые циклоны,

Бурю, шторм – на разрыв ветрил…

Но в пути, по-другому трудном –

С тьмой промозглой, со смогом нудным –

Кто играючи нас примирил?

С мелкой моросью? С полу - снегом?

С продвиженьем в тумане пегом?

Кто соделал для нас наперёд

(Наряду с посветлением святочным) –

Интригующим столь,

столь загадочным –

Неизбежное зло непогод?

Без него – кто не впал бы в уныние

Даже просто – от мокрого инея?

Без него (что прославлен и здесь)

Даже вьюжищу выдержав грозную, –

Кто стерпел бы сию… скрупулёзную

Водянистую мглистую смесь?

Скользко, зябко в потёмках беззвёздных…

Но тем ярче для путников поздних

Свет ночлега блеснёт золотой;

Путь не так одинок и плачевен,

Коли отблеск от окон харчевен

Примешается к мороси той.

Вот он – Юджина плащ сверкающий!

Вот он, дождик, с него стекающий!

А вчера, перед снегом, как встарь,

Объявить я решительно вызвалась;

– Это диккенсовская изморось!

Это диккенсовская «хмарь»!

Это в диккенсовскую наледь –

Перекатные перлы зимы…

Ни на выбоинах, ни на гладях

Не согласные с нелюдью ладить –

Это диккенсовские мы .

III

Уж давно за бесснежьями грубыми

Вижу город я с дымными трубами;

Это там, где туманы и смог,

Где от моря порой продуваемость…

Где картин непередаваемость

Переходит в Единственный Слог!

Там, где Сайкс дожидается Феджина.

Там, где Клейполу по уху съезжено.

Там, где столько забавных зевак!

Там, где Оливер ходит крадучись,

Но ворья записному аду – честь

Не оказывает никак.

Бог поддержит, дитя, твои чаянья.

(Чу! – метели дыхание тайное,

Вот снежинки заглавные две…)

Боз придёт и развеет отчаянье.

Верь; не только промозглое таянье, –

ВСЕ ПОГОДЫ – В ЕГО РУКАВЕ!

III

…Жизнь обходится с Лондоном круто.

Но слагаются в Песнь почему-то

Тёмный вечер, тяжёлая смута,

Ложный блеск, неуместная прыть,

Гнев причудницы, выходки плута…

…Кто другой бы – так много уюта

С бесприютностью мог совместить?

Но и лжи хитрецам не простить?

Кто бы знал, как целебна молитва

Дяди Скруджа, что (зря не божась)

Вдруг заметил, что жизнь… не элитна?

Кто б поверил, что столь монолитно

Может выглядеть город, – сложась

Из униженных, сгорбленных скрытно,

Рваных, странных, поевших не сытно,

Сбитых с ног… Упадающих в грязь?!.

Не сдавайтесь, печальные лузеры;

Одевайтесь-ка в синие блузы вы!

Но… расправился Бамбль с профсоюзами.

«Гегемона» затюкала мразь.

Лишь Поэт, поощряемый музами,

С бедным людом – последняя связь.

…«Устарел», говорите?

О Боже!

Докажите, что он не моложе

Всех «реформ» и любых «ускорений»!

«Устарел»? Да с чего ж это вдруг?

Благодетели! Так не бывает;

Человечность не устаревает.

Это вы , не родясь, устарели,

Хоть и схапали всё, что вокруг.

----------

Вот он – сколок разбитой скрижали –

Лондон Диккенса! Что-то в нём есть…

Три кита этот Лондон держали;

Радость жизни, Надежда и Честь.

От судьбы никому не удрапать;

Повторятся и сырость и слякоть –

И в быту, и в кропаниях книг…

Вместо Домби проклюнется Сорос…

Та же самая выпадет морось…

Но не будет того, чтоб ЕЩЁ РАЗ

Лондон диккенсовский возник.

24 декабря 2014 г. – 4 января 2015 г.

Всемирная отзывчивость в ореховой скорлупке

Есть гуманисты для своих .

Всемирно-чуткие – для секты .

Для родственников есть у них

Всемирно-чуткие проекты;

Чтоб трусу – орден дать на грудь…

Артистом чтоб назначить с хода

Народнейшим – кого-нибудь

Из ненавистников народа…

Не то они внутри, в стране…

Не то – в заочности бродяжьей…

На чьей, пёс знает, стороне,

Но главным образом – на вражьей.

Какого ж им ОТ НАС рожна?

Зачем я верить им должна?

2014

Песнь о том, как прятали съестное

Жизнь! Мошенникам отмсти,

Что, в пылу своих затей,

Лишь скумбрёжные хвосты

Продавали для людей!

(Жестковато? – поскобли.

Или вымочи в тазу).

Но куды – в таком разу –

Сами скумбрии ушли?

Кто их кушал в трудный час?

(А новейший лафайет,

Что хвосты рубил для нас, –

Усмехался или нет?)

Кто ж там верит, детски-прост.

В самостийный рыбий хвост:

Знай; ни щуку, ни язя

Ко хвосту свести – нельзя.

Не подсказывай судьбе,

Не клянись до хрипоты –

Будто сами по себе

В море водятся… хвосты!

Что? Среди морских валов

Ходят рыбы – без голов,

Плавников, боков и спин?

Только хвостичек один?

Вздор! Исправна и ЦЕЛА,

Где-то рыбка всё ж – была !

Ан коптилась не для нас, –

Не для скромных «тёмных масс»…

И покуда беднота

Обгрызала ость хвоста,

Основное мясо рыб

Кушал… подлинный сахиб .

(Ну так вот ты и представь;

Много есть вещей таких,

Что, пропав в одних местах,

Появляются – в других )…

Я, пожалуй, не совру,

От души заверив вас

В том, что чёрную икру

Кто-то прячет – и сейчас !

------

…Не успели гребни волн

Вспомнить песню о хвостах,

Как в степи – застрял состав…

Масла сливочного полн!

Говорят, застрял не сам,

А его застряли там.

Дабы сам полдневный жар,

Растопив, списал товар.

Долго ехать не пришлось

Поезд сделался нескор.

Ан промаслился насквозь ;

До прицепов и рессор!

От колёс до самых шпал

Поезд в масленицу впал.

Но ни в город, ни в село

Масло так и не пришло.

------

Тот состав не одинок –

Было множество таких…

Отчего ж никто не мог

Разгрузить иль сдвинуть их?

То ли звёзды так сошлись?

То ли руки отнялись?

По усам нектар бежал –

В рот ни разу не попал.

--------

Помню вечер с чёрным дном.

Долго болен, тих, устал, –

В лавке с грязным фальшь-окном

Ты боржома не застал.

Странно! – Списан без пера,

С полок срезан, как ножом, –

В той дыре – ещё вчера

Изобиловал боржом!..

А назавтра – в миг един

Строй буржуйский встал вокруг.

И? – …севрюги (не без спин!)

Ветчина, пельмени, лук,

Сыр, боржом, пуды сардин… –

Из неведомых глубин

СРАЗУ ВЫНЫРНУЛИ ВДРУГ.

8–9 декабря 2014 г.

* * *

Я Ирода кляла и страшного Иуду…

И некто стал ходить, как тень, за мной повсюду.

Однажды он вошёл и крикнул, зарыдав;

– Портянки никогда я больше красть не буду!

Нескладная стрела из связки запасной, –

Опять ударишь ты по совести больной!

Но, чувствуя себя во всём непогрешимым,

И не почешется мерзавец записной.

1970-е гг.

Верный Санчо на отдыхе

В душе у Санчо

память Дон Кихота –

Есмь трудная ответственная нота

Не то вины какой, не то просчёта…

И счастлив отдохнуть! И жаль чего-то.

И чудится ему в мечтах заглавных,

Что рыцаря от действий своенравных

Оттаскивал… другой, наверно, кто-то?

А он – разил титанов с НИМ на равных !

(А как же? Ведь работа есть работа.)

Крылатых мельниц нет – подраться не с кем!

И мех с вином старинным лопнул с треском…

А впрочем, мы не пьём и не дерёмся; Покончено с деньков минувших блеском!

А жаль чего-то…

Испания обставлена горами

И уцелеет, – что картина в раме.

Но чтó – весь белый свет с его дарами –

Без Дон Кихота?!

Скажи, Послеобеденная Дрёма;

Куда летит под ветерком солома?

Кто стибрил наши сёдла из загона?

Куда ведёт дорога сзади дома?

Не знаешь? То-то!

Октябрь, 2014 г.

Песня

Бренчит лесной источник

В душистом забытьи,

Покуда ни источит

Все камушки свои.

Потупилась фиалка

У ивовых корней…

А мне – совсем не жалко

Истёртых в пыль камней.

И если бы от песни

Остался только звук…

Ну что ж, – на то и песня,

Чтобы ЗВУЧАТЬ, мой друг!

1959

Памяти Вильгельма Левика

Двухтомник Гейне в Вашем переводе

Вы мне пообещали как-то раз.

Но Ваши дни уж были на исходе:

Как в «Гамлете» – высокий дух угас !

Оставя след, блистающий в народе

И влагой выбегающий из глаз

У всех, кто нежно чтит и помнит Вас,

Как помнят ясный день – при непогоде.

Ронсар беспечный Вам казался краше.

Мне – больше улыбался Дю Белле.

Но тот и этот – были оба Ваши;

Обоих Вы нашли в забвенной мгле.

Не становитесь же за ними «третьим»;

Мы всё равно Вас вовремя заметим!

30 мая 2014 г.

* * *

Люди не верят поэтам;

Слов сочетаниям звучным

Внемлют, как сказкам досужим,

Сладким, но антинаучным.

К правде, поэтом открытой,

Люди приходят – иначе;

Позже.

В обход.

По дорогам

Более трудным и вьючным.

1970-е гг.

Теги: Новелла Матвеева , поэзия

 

Этюд в болотно-оранжевых тонах

Илья Одегов. Тимур и его лето: Рассказы и повесть. - М.: Текст, 2014. – 158 с. – 1000 экз.

Саша Филипенко. Бывший сын: Роман. – М.: Время, 2014. – 2-е изд., стереотип. – 208 с. (Самое время). – 1500 экз.

Вот две книжки, изданные практически в серийном оформлении болотно-коричневого тона и схожего формата. Первое, что бросается в глаза, – цена скопчески скромных по полиграфии изданий: соответственно 325 и 345 рэ. Понятно, что типографии нынче недёшевы, но тут явный перебор. Может, инициаторы изданий действуют по принципу сетей, торгующих гречкой: у них – санкции, у нас – дороговизна? А что если Запад запретит нам издавать европейские и американские бестселлеры, слушать их эстраду и смотреть голливудские шедевры? Тогда ограничимся отечественной продукцией, и она вырастет в цене.

Но что-то подсказывает, причина не в этом. Обе книги представляют нам лауреатов международной литературной "Русской премии" (2013). Эту награду дают авторам, пишущим на русском языке, но живущим за пределами России. То есть это люди, поддерживающие и укрепляющие связь представителей русского зарубежья с национальной культурой. Своего рода бренд, качественные тексты. А за качество нужно платить. Но так ли это?

В аннотации к книге казахстанского прозаика Ильи Одегова есть ответственные слова: «Выверенные сюжеты, неожиданные развязки, лёгкость языка, достоверность повествования...» Понятно, тут прежде всего виден пиар-ход: как бы заинтересовать потенциального читателя. Но издателям вторят авторитетные люди (А. Курчаткин, А. Эбаноидзе), чьи отзывы по западному лекалу вынесены на оборот переплёта. Как тут не поверить?

Однако знакомство с текстами вынуждает прийти к противоположным выводам: истории, рассказанные молодым писателем, производят впечатление слабости, выморочности, незавершённости, языковой и нарративной непрописанности. Не недосказанности, заметьте (о, как хотелось бы иметь дело с многозначной импрессионистичной недосказаностью!), а именно непрописанности: автор не умеет или ленится придать сюжету логически цельный вид. Концовки психологически немотивированы, не обеспечены художественной и смысловой логикой. В одном случае вдруг появляется свора собак, обгладывающих дохлую лошадь, в другом – индус Радж укокошивает белую женщину, лишь потому, что она сидит спиной к нему на пляже, в третьем – истеричный папаша девочки-невротички зверски избивает старенького доктора, задавшему ему пару вопросов, в четвёртом – балбес Иван, испугавшись змеи, залезшей в бунгало, погружается в океанскую волну.

В большинстве случаев сборник составили не полноценные рассказы, а этюды, наброски, которые могли бы стать художественным целым, но не стали. С изобразительностью тоже не всё в порядке: «Красивая женщина в чёрном и блестящем купальнике. Загорелая и гибкая, как пантера» («Пелестань»). И эта стилевая красотища – в последнем абзаце рассказа, когда ждёшь мощного аккорда.

Нелады тут и с фактографией. В повести «Овца» сюжет топчется вокруг скотовода Марата, отправившегося на поиски ярки и прижатого к земле рухнувшим деревом. Зажатой оказалась одна рука. Но далеко не юный человек не пытается, что было бы логично, подрыть свободной рукой почву, а дожидается прихода собаки Лёльки, та подаёт ему толстую ветку (?!), и он отворачивает тяжеленный ствол. На руке остаются лишь царапины, переломов нет, значит, она лежала не на камне, и подкоп был возможен.

Порой автор прокалывается в мелочах. Отрок Тимур приезжает к бабушке, и вот они бредут по вечерней дороге, на обочине которой «желтками тут и там выныривали одуванчики». Даже ребёнку известно, что одуванчики в конце дня закрывают свои цветки. В «Смене состояний» опытный рыболов Гаврилов поплёвывает не на червя (в соответствии с приметой), а на поплавок.

Но суть не в этом. В большинстве текстов встречаешься с разного рода грязнотцой. Неприглядного в жизни хватает. И писатель, верный принципам реализма, не должен об этом умалчивать, но с учётом эстетической необходимости. Здесь грязнотца становится самоцелью. По ходу текста чувствуется, как автор психологически готовится к вкраплению какой-либо гадости, предвкушает, а потом едва ли не смакует её.

Тимур, распалённый страстью, чуть было не вступает в близкие отношения с овцой Василиской. У Фолкнера тоже есть герой, влюблённый в корову. Но он дебил.

В другом месте («Пришелец и космонавты») «герой» овладевает сонной пьяной девушкой Веркой и пытается подбить на оное других. В новеллах «Анушка хочет есть» и «Выводите Чандера» не без симпатии описывается употребление гашиша. В «Овце» Рафиза за кусок мяса калечит кошку, а собаку Лёльку одним движением убивает волчица, хотя ранее та характеризуется «умной, как чёрт». Сравнение весьма сомнительное: черти в демонологии занимают низшую ступень – вспомним пушкинского Балду.

А ведь изначально эти наркология и скотоложество назначались для возраста 12+, и уж потом издатели стыдливо заклеили эту строку, подняв возрастной ценз до 16 лет.

Сочинение Саши Филипенко «Бывший сын» победило в номинации «Крупная проза». Он родом из Белоруссии, живёт в России. Материал – современная минская реальность. Юный герой Франциск (или Циск, как зовут его друзья) учится в музыкальном лицее. Во время открытого концерта начинается ливень, и Циск вместе с толпой устремляется в подземный переход. Жуткая давка, так как метро устроители мероприятия закрыли. Десятки жертв, юный музыкант погружается в кому. За ним на протяжении десятка лет ухаживает бабушка. После её смерти он выходит из комы и скоро обнаруживает, что жизнь почти не изменилась. Тот же президент, те же порядки. Он подключается к оппозиции и в ходе многолюдного митинга едва не попадает в кольцо ОМОНа, избивающего «продвинутую» публику. Власти берут его на крючок, он обращается к музыке, потом думает об эмиграции, но «германты» не хотят его принимать из-за отчима, занимающего официозную позицию.

Таков внешний ход событий. Сюжет не оригинальный, но имеющий право на существование. Интереснее, если бы герой впал в кому до 1991 года, а очнулся в 1999-м. У Филипенко всё сдвинуто на десять лет. По части прозаического ремесла дела обстоят благополучнее, чем у предыдущего лауреата, хотя порой слабо мотивированный мат-перемат раздражает.

Но вот другая беда. Из текста кричаще выпирает идеологическая тенденция, его хочется квалифицировать не как художественную прозу, а как либерально ангажированную публицистику. Разговоры вращаются вокруг бедственного положения республики во главе с невыездным, чадолюбивым и неравнодушным к хоккею «батькой». Облик белорусской столицы по принципу нагнетания рисуется как безликое, стагнированное образование. Всё здесь тускло, блёкло, бедно. Не то что у «германтов», как по-прустовски именуют Европу герои романа. Кто же виноват в сложившемся положении? Конечно же, помимо президента – «старший брат», то есть Россия. Эта мысль красной, точнее – оранжевой нитью проходит через всё повествование. Странная позиция для «Русской премии».

Выпады против Белоруссии тоже вряд ли уместны. Ведь существует – хотя бы и в усечённой форме – союзное государство! Почему устроители и попечители премии со знаковым названием выбрали этот идеологический вектор? Ответ, видимо, в том, что спонсором выступает «Ельцин-центр». Но в его попечительский совет входят влиятельные люди, в том числе С. Иванов, И. Холманских и С. Шойгу, которых в русофобии не заподозришь. Но вот вопрос: известно ли министру обороны России о том, что патронируемая им премия присуждается книге, где говорится, например, о том, что от рук «германтов» в Великой Отечественной войне погиб каждый четвёртый из белорусов, а от «старшего брата» пострадал каждый второй?

Итак, приходится сделать вывод: первый лауреат неуклюже рассказывает истории, не имеющие отношения ни к Казахстану, ни к России. Второй же фактически работает на активистов белорусского майдана вроде Зенона Позняка (автор, поднаторевший в журналистике, имён предусмотрительно не называет, хотя они витают в воздухе). Но стоит ли фондам, пользующимся господдержкой, поощрять грядущие оранжевые революции? И когда же, наконец, наше премиальное сообщество повернётся лицом к авторам, ориентированным на благополучие страны?

Теги: Илья Одегов , Тимур и его лето , Саша Филипенко , Бывший сын

 

От подахматовок до подмаксимок

Ковалёв Г.Ф. Избранное. Литературная ономастика. - Воронеж: Издательско-полиграфический центр "Научная книга", 2014. – 447 с.

Покупая книгу, все мы получаем, так сказать, готовый продукт, над которым работал не только писатель, но и художники, корректоры и издатели, само собой. И если труд всех перечисленных специалистов не вызывает у читателя особого интереса, то писательская кухня продолжает притягивать. Опубликованные черновики любопытны едва ли не больше, чем окончательный текст. Возможность прикоснуться к святыя святых – нечастый подарок для любознательного читателя.

Каждое литературное событие, каждая книга быстро обрастает огромным количеством самых невероятных слухов, сплетен, догадок и вариантов. Я помню пять вариантов Дома Грибоедова из «Мастера и Маргариты», несколько адресов того самого подвала, в котором влюблённые пекли картофель и который угрожали залить весенние грозы.

Это понятно и оправданно – хочется прикоснуться не только к тексту, но и к тому, что окружало его создателя.

В отличие от топонимики – истории названий улиц, городов и территорий – ономастика занимается историей возникновения литературных имён, мистификаций (Черубина де Габриак) и причин, к этому побудивших. Читатель Саши Чёрного может догадаться, что Вакс Калошин – Макс Волошин, но причины возникновения нового имени выяснятся только при более глубоком исследовании.

Автор книги проделал огромную архивную работу, имея дело как с фактами из самой глубины истории, так и с новыми реалиями, коим большая часть наших сограждан были свидетелями.

Есть в книге некоторая перегруженность информацией – датами, фамилиями, что затрудняет чтение. Однако для специалистов скорее всего наиболее ценна будет именно эта фактура. Сам автор занимает отстранённую позицию и не склонен расставлять определённые акценты: есть события, есть информация, есть возможные варианты, остальное должен додумать читатель.

Хотя иногда тяжело удержаться от оценок – ну как, например, барышням, восхищённым одетой не на ту руку перчаткой, удержаться от праведного гнева, читая про «подахматовок», которые «похожи на поганки, вылезшие после дождя»? Приведённый пример вполне может вызвать негодование, но слово из исследования не выкинешь – оно принадлежит Гумилёву.

Литературная среда – весьма своеобразное место. Горькому досталось от Бунина – подмаксимки, Блоку, с его культом Прекрасной Дамы, – практически от всех. (Идёте на Блокослужение?)

Подробно разобрав практически каждого известного поэта Серебряного века с точки зрения ономастики, Ковалёв не забывает и про поэтов советского периода.

Исследование открывает с неожиданной стороны как широко известных авторов, так и малоизвестных и будет интересно всем любителям русской литературы.

Константин УТКИН

Теги: Ковалёв Г.Ф. , Избранное , Литературная ономастика

 

С чего начинался Есенин

М.В. Скороходов. Сергей Есенин: истоки творчества (вопросы научной биографии). - Москва: ИМЛИ РАН, 2014. – 383 с. – 800 экз.

В конце 2014 г. вышла в свет монография М.В. Скороходова, старшего научного сотрудника ИМЛИ РАН, учёного секретаря Есенинской группы, "Сергей Есенин: истоки творчества", в которой на основе сопоставительного анализа многочисленных научных биографических исследований, посвящённых русским писателям, охарактеризована специфика научной биографии и летописи жизни и творчества гениального русского поэта. Автор предполагает, что изучение его круга чтения, школьных программ, учебников и учебных пособий, по которым Есенин обучался, а также лекционных курсов, прослушанных поэтом в университете Шанявского, позволяет выявить истоки есенинской поэзии. На конкретных примерах показано, как в школьные годы Сергей Есенин получил представление о подвигах Евпатия Коловрата, о личности Марфы Посадницы, о деяниях Петра I. Именно тогда сформировался интерес поэта к русской истории, что позднее нашло яркое отражение в его поэмах об этих исторических личностях. В главах, посвящённых обучению Есенина в Спас-Клепиковской второклассной учительской школе и в университете Шанявского, мы вслед за автором монографии погружаемся в многообразный мир книг. Особый интерес вызывает у нас Есенин-читатель, Есенин-филолог, который открывает для себя отечественную словесность. Изучение начальной поры есенинского творчества логично завершается в монографии главой, в которой подчёркивается особая значимость первой книги стихов «Радуница» в эволюции Есенина.

Несомненной заслугой Скороходова является то, что он вводит в научный оборот ранее неизвестные архивные материалы, обнаруженные в Отделе рукописей ИМЛИ РАН, в Рукописном отделе ИРЛИ РАН, в фондах Центрального государственного архива г. Москвы, Государственного музея-заповедника С.А. Есенина (с. Константиново Рязанской области). Так, например, подробный анализ текстов из записной книжки профессора П.Н. Сакулина даёт нам возможность судить не только о его лекциях, но и о самом учебном процессе в университете Шанявского.

Книга, в которой обстоятельно рассказано о том, с чего начинался Есенин, позволяет раскрыть новые грани его поэтического мира, отразить сложный процесс идейно-художественной эволюции. Монография М.В. Скороходова «Сергей Есенин: истоки творчества», несомненно, стала серьёзным шагом на пути к созданию научной биографии русского национального поэта, 120-летний юбилей которого будет отмечаться в Год литературы.

Теги: М.В. Скороходов , Сергей Есенин: истоки творчества

 

Пятикнижие № 14

ПРОЗА

Марина Скрябина. Почти некурортный роман. - М.: У Никитских ворот, 2015. – 320 с. – 300 экз.

Эта книга о женщине, судьба которой равно увле­кательна и мучительна. Марина Скрябина работает в нише сентиментальной прозы и, надо сказать, осваивает её куда лучше других писателей с более звучными именами. Она умело строит сюжет, насыщает прозаическую ткань интересными и узнаваемыми подробностями, мастерски составляет шкалу эмоциональных подъёмов и спадов. О любви пишет без излишнего бытового натурализма, с должной тонкостью и чуткостью. Чувствуется, что Скрябина из числа писателей-наблюдателей, доверяющих больше своей интуиции, чем буйству фантазии. Её персонажи запоминаются, к некоторым из них так привыкаешь, что жаль расставаться. У романа длинное дыхание, он держит всё время в напряжении. Концовка полна и драматизма, и назидательности. Этот роман многим понравится. Самое главное – его идея: ощущение правильности и логичности мира, какие бы трагедии в нём ни таились. Добро победит, если на то есть воля человека. Добро – в нём самом[?]

ПОЭЗИЯ

Изяслав Котляров. Ещё за далью и за высотой: Стихи. – М.: Издательский дом "Золотое перо", 2014. – 244 с. – 500 экз.

Изяслава Котлярова давно уже называют классиком белорусской литературы. Однако известен он далеко за пределами Белоруссии. И прежде всего потому, что пишет на русском языке. В разные годы его стихи публиковались в «Литературной газете», «Литературной России», в «Новом мире», «Знамени», «Неве» и других изданиях. Котляров выпустил немало книг, которые нашли живейший читательский отклик в России. Не ошибёмся, если напишем, что и данная книга весьма любопытна. Это не просто сборник сонетов – жанра столь же сложного, сколь и почтенного. Тут целый венок венков сонетов! Что и говорить, работа грандиозная. При этом техническая заданность никак не повлияла на качество текстов. Котляров по-прежнему лиричен, афористичен, печален:

Сползает по стеклу сама в себя...

Ах, капелька, тебе и мира мало!

Ты им нисколько быть не перестала –

Он весь легко вмещается в тебя.

БИОГРАФИЯ

Сергей Михеенков. Жуков. – М.: Молодая гвардия, 2015. – 634 с. – (Серия ЖЗЛ). – 5000 экз.

Это очень подробная, квалифицированная и своевременная биография маршала Победы. Фигура гениального полководца столь объёмна, его судьба вместила так много ключевых для Отечества событий, что не так просто выбрать правильный тон повествования. Сергею Михеенкову это удалось. В силу того что в последнее время некоторые оценки деятельности военачальника отличались изрядной субъективностью, единственный способ противостоять этому – построить книгу на реальной фактологии и выкладках военной науки. Автор провёл кропотливую работу, проанализировав массу архивных документов, свидетельств современников, произведений художественной и документальной литературы на заданную тему. Получилась объёмная картина жизни не только выдающегося человека, но и панорама событий, имевших решающее значение для мировой истории. Очень интересны главы об участии Жукова в операции на Халхин-Голе, много нового читатели узнают о периоде первой послевоенной опалы Жукова, когда на волоске висела не только репутация, но и жизнь.

ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЕ

Мистика Серебряного века русской литературы / Сост. А. Лидин. – СПб.: Книжный клуб Книговек, 2014. – 640 с. – Тираж не указан.

Эта книга, несомненно, заинтересует любителей литературы. И своим контентом, и тем, какие авторы в ней собраны. Согласитесь, нечасто встретишь в одном томе тексты Николая Лескова, Ивана Бунина, Михаила Арцибашева, Леонида Андреева, Максима Горького. Все эти авторы очень разные. Что же объ­единяет их? Составитель выделил те произведения, в которых писатели исследуют неведомое, необъяснимое. Причём связано это необъяснимое в основном с готическими ужасами и трактуется сильным влиянием романтизма. Конечно, готикой тема не исчерпывается. Влияет на авторов и русская тяга к сверхъестественному, к чудесам и к бесконечным попыткам зафиксировать и объяснить их природу. Эта книга позволяет взглянуть чуть по-иному на творчество любимых авторов, а также открыть некоторые имена, такие, к примеру, как Владислав Реймонт и Владислав Кондратьев. Очень свежо читаются в данном контексте рассказ Бунина «Метеор» и маленькая повесть Лескова «Белый орёл».

ДЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

Мария Гриппе. Дети стеклодува: Сказочная повесть. – М.: ООО «Издательство Альбус Корвус», 2015. – 176 с.: ил. – 5000 экз.

Мария Гриппе в нашей стране не столь популярна, как Астрид Линдгрен. Однако в Швеции её ценят довольно высоко. Многие книги – в том числе и «Дети стеклодува» – были экранизированы и поставлены в театрах. В целом же произведения Гриппе переведены со шведского на три десятка языков, что говорит о многом. Настоящая книга предназначена для среднего школьного возраста. Эта сказочная повесть не оставит равнодушными юных читателей, ведь речь в ней идёт об их сверстниках. Стеклодув Альберт, его жена София и их дети – Клас и Клара – живут в бедной деревушке Нёда, в крохотном домике. Однажды семья отправляется за покупками на ярмарку, где в праздничной суете дети вдруг исчезают. Вернуть их не так-то просто – нужно переплыть Реку забвения, попасть в Город желаний и сразиться со злом. Но тревожиться не стоит – это история со счастливым концом, ведь иначе и не бывает в хороших детских книжках.

 

От комедии до трагедии

А.Е. Бейдман. Портрет П.А. Федотова. 1852 г.

В Инженерном корпусе Третьяковской галереи развёрнута крупнейшая выставка сезона - "Павел Федотов. Театр жизни", приуроченная к 200-летию со дня рождения одного из любимейших художников России. 

Около 40 живописных и 130 графических произведений из собраний ГТГ, а также Русского, Исторического, Ивановского областного художественного музеев составили богатейшую экспозицию.

За свою короткую жизнь – роковые 37 лет – Федотов как будто боялся всего не успеть: «Как часто слышишь – я провёл время. Нет, господа, его не проведёшь, оно скорей нас проведёт», – слова из его записной книжки. От беспрестанного труда художник и надорвался, слишком приблизившись к жизни. Он увидел её изнанку, нутро, неприбранную неприглядность, и жалости на всех не хватило. Его последней незавершённой картиной стало кольцо бесконечности «Анкор, ещё анкор!» (1851–1852), где на маленьком пространстве (34,3х46,4) в пустых усилиях бьётся время жизни. Эту горькую метафору автор так же, как и большую часть своих произведений, облёк в форму «жанровой картинки», на сей раз лишённой привычной для творчества Федотова иронии. С художественной точки зрения незавершённость играет существенную роль, усиливая смысловой акцент: эскизная «размазанность» придаёт закостенелым будням экспрессию борьбы – пёс в своей стремительности вышел дымным, как на полотнах Уильяма Тёрнера паровозный пар. И хочется дополнить классика: что наша жизнь? – Игра и дым[?]

Павел Андреевич Федотов (1815–1852) современниками назывался «русским Хогартом» и «Гоголем в красках». В начале своего пути в искусство Федотов признался: «Если царь спросит, чего я хочу? – Успокоить старость бедного отца, пристроить сестру и помочь затмить знаменитого Гогарта». А в конце жизни разочарованный художник говорил друзьям: «Наша известность требует, чтобы о ней чаще толковали: знаете сравнение «слава – дым». Надо чаще подпускать этого дыма; не то он разойдётся по воздуху»… В прошлом году в ГМИИ прошла графическая выставка британца Уильяма Хогарта (1697–1764) – («ЛГ» писала о ней: № 29 за 2014 год) – хлёстко, с едким сарказмом, нескрываемой злостью и чувством превосходства критикующего пороки лондонского общества, представители которого на редкость антипатичны. В работах Федотова подобного человеконенавистничества просто нет. Эта принципиальная разница между художниками не позволяет проводить открытого сравнения. Весной 1848-го Федотов представил в Академии художеств первые живописные работы, и Брюллов по поводу склонности начинающего художника к разоблачительной тенденции Хогарта веско заметил, что у того «карикатура, а у вас… натура».

Это жизнь, не являющаяся идеалом, но стремящаяся им казаться – для тех персонажей, кто здесь играет эпизодические роли. Русский живописец сопереживает людям, осуждает не их, фатально зависимых, но старающихся «держать лицо», а «положение вещей», «сложившуюся ситуацию», «стечение обстоятельств». И каждый раз эти предлагаемые жизнью обстоятельства неудобны, стеснительны, жестоки. Достопочтенная публика знает о них не понаслышке, и до сих пор многим зрителям непонятно, как в подобных случаях себя вести, чтобы не показаться кому-то смешным. Аристотель, поставивший трагедию выше комедии, не учитывал катарсиса пристыженного зрителя, который видит на сцене историю про себя, сидя в центре смеющихся «над ним» сограждан. Он вдруг смутится, зардеют его щёки, и, чтобы не выдать себя, он громко и неловко рассмеётся над этой пустячной забавой. Только мы с вами видим и поэтому знаем, какова эта жизнь на самом деле – в ней много грусти от несбывшихся надежд, совсем нет счастья, но есть тщетная попытка его имитации…

Что касается Гоголя, то Федотов относился к нему прохладно, восторгаясь произведениями страдающего романтика Лермонтова. Гоголь был старше Федотова на шесть лет, а умерли они в один год, с разницей в девять месяцев. С юности писатель пробовал себя в живописи и графике, а в Петербурге ходил на вечерние занятия в Императорскую академию художеств, бывал в кругу Карла Брюллова, у которого брал уроки Федотов, состоявший до 1844 года на службе в привилегированном лейб-гвардии Финляндском полку (казармы располагались недалеко от академии). Они оба в своём творчестве выявляли конфликт морали и эстетики, совмещая литературность с изобразительностью: если у Гоголя слово поэтически-живописно, то работы Федотова не просто иллюстративны, в них присутствует драматургическое развитие сюжета, театральность как внешних эффектов, так и внутреннего состояния. Его «картинки из жизни» можно рассматривать поступательно, как эпизоды общего действия. В едином пространстве одна за другой разворачивается несколько мизансцен, участники которых, каждый имея свой интерес, как будто оторваны от общего повествования. Но связь между ними всё же существует, просто потому, что это звенья одной цепи, фрагменты одного мира: убери любого – и вид окажется неполным. Своим искусством нравственных уроков Федотов пытался изменить этот несовершенный мир, хотел сначала сам понять людей, чтобы потом помочь в этом другим. Известно, что человек боится того, чего не понимает, смеётся над тем, что не касается лично его. И Федотов работает с аудиторией как хороший психолог – объясняет непонятное, обнаруживая причастность и похожесть: «Не беззаконничает только лишь природа,/ А у людей и у царей/Хозяйкой совести, дай Бог, когда лишь мода,/ А чаще иль корысть, или туман страстей…»

В рисунках к незавершённому полотну «Игроки» (1851–1852) гоголевские персонажи предстают чёрными силуэтами с некоторой ходульностью в позах и жестах – они управляемы извне, не вольны в своём выборе, подчинены не только страсти, но и фатуму. Сейчас данное полотно находится в киевском Музее русского искусства, а на выставке в размере оригинала представлен напечатанный баннер. Несколько рисунков, сделанных как разработка темы, техничностью исполнения передают суть азарта и доказывают предвосхищение Федотовым символистского экспрессионизма.

Если говорить о влиянии, то большой импульс пока неуверенному в своих силах художнику дал баснописец Иван Крылов, который, увидев его ранние работы, «благословил на чин народного нравописателя». С юности Федотов и сам сочинял басни, стихи, элегии, пьесы, солдатские песни и романсы перелагал на музыку, не придавая этому большого значения, потому и не печатал, но давал друзьям их переписать для декламации на салонных чтениях. В знаменитой картине «Разборчивая невеста» (1847) прослеживается «идейная связь» с одной из крыловских басен. В 1849 г. для «Иллюстрированного альманаха» Н. Некрасова Федотов сделал рисунки к рассказу Достоевского «Ползунков», по цензурному распоряжению альманах вышел в урезанном виде – без иллюстраций Федотова. Ещё одно столкновение с цензурой случилось по поводу издания «Вечером вместо преферанса», задуманного Федотовым и его ближайшим другом Евстафием Бернардским, который проходил по делу петрашевцев. Художник ответил в баснях «Усердная Хавронья» и «Тарпейская скала»:

П.А. Федотов. Магазин. 1844 г.

Но улучшение людей

Вперёд у них, глядят, всё мало подаётся.

Не действует на членов ни арест,

Ни крест...

Монографическая выставка состоит из шести разделов. Первый знакомит с московским периодом, начальными шагами в рисовальном деле; второй посвящён годам военной службы, когда к Федотову пришла слава полкового художника.

Меня судьба, отец да мать

Назначили маршировать,

Ходить в парады, на ученья

Или подчас в кровавый бой

За славой или на убой.

Но как от русского штыка

Дыра довольно глубока,

Враги все наши присмирели,

Ругая нас издалека,

Тревожить явно уж не смели, –

То я спокойно десять лет

Без пуль, картеч и разных бед

Возился с службой гарнизонной.

Это монохромные сепии и яркие акварели со статичными многофигурными композициями. Мы видим хронику различных событий – «Переход егерей вброд через реку на манёврах», «Вечерние увеселения в казармах по случаю полкового праздника», «Французские мародёры в русской деревне в 1812 г.»… Третий раздел отдан жанру портрета, сочетающему виртуозную, насыщенную подробностями живопись и камерное лирическое настроение – как портретируемого, так и самого художника.

«Комедия нравов» – доминанта экспозиции. Здесь представлена графика (превосходные акварели, сатирическая серия из восьми сепий, густонаселённых колоритными образами) и самые известные картины зрелого мастера. Бесчисленные жанрово-бытовые карандашные «штудии» – лаборатория художника – в частом сопровождении авторского комментария (одна-две фразы раскрывают основную идею) выхватили из повседневности сценки, «типы и характеры», которые впоследствии могли появиться (или нет) в более значимых работах. Всегда очень важно внимательно рассматривать детали федотовских композиций – они «говорящие», как тайный шифр, дающий множество подсказок. На двух мониторах детализируются четыре шедевра: вызвавший недовольство цензуры «Свежий кавалер (Утро чиновника, получившего первый крестик)», «Разборчивая невеста», «Завтрак аристократа» и самая любимая художником картина «Сватовство майора».

Осенью 1849 г. в Академии художеств на трёхгодичной академической выставке, где экспонировалось «Сватовство майора», сам автор выступил с публичным чтением «Рацеи» (объяснение картины), написанной раёшным стихом:

О том, как люди на свете живут,

Как иные на чужой счёт жуют.

Сами работать ленятся,

Так на богатых женятся.

В 1850-м на многих вечерах в Москве Федотов сопровождал показ своей картины чтением «Рацеи» и, бывало, пересекался с Островским, который читал свою новую комедию «Банкрут». Федотовские картины – это энциклопедия нравов, «учебный театр» русского общества, практикум по морали, где с лёгкой неглумливой иронией наглядно рассказывается о том, что такое хорошо и что такое плохо... В то время русское искусство открывает вкус демократизма, в обществе растёт интерес к бытовому жанру, графической журнальной сатире, и Федотов становится любимцем публики.

Названием раздела с последними работами мастера послужила строчка из его стихотворения «Судьба как неразмотанный клубок». Примерно за пару лет до ухода из жизни Федотов, работая над элегией «Вдовушка» (1850), где отразил реальную трагедию своей сестры, резко уходит с позиций высмеивания обывательских слабостей и зачинает направление критического реализма. В экспозиции представлено три варианта этой картины, с разными цветовым решением и набором предметов антуража, но со всё более глубоким постижением образа – созданием идеала женственности. Присутствующий даже в шутливых и романтических сюжетах философский подтекст здесь выступает на первый план: человек в горе, один-одинёшенек, в точке, когда было «до», но кажется, что не будет «после»…

«Сватовство майора» и «Завтрак аристократа» находятся в постоянной экспозиции ГТГ, но графические работы экспонируются очень редко, а цикл рисунков из собрания ГРМ – впервые. Выставка получилась всеобъемлющей, достойной имени художника, и по всей справедливости её можно считать событийной: «Я ж время, как алмаз, берёг – И звонче вышел мой итог»…

Выставка работает до 14 июня.

Теги: искусство , живопись , Павел Федотов

 

Вечно молодая классика

Не о великих, украшающих Россию сочинениях Г.В. Свиридова хочется сказать после юбилейного концерта к 100-летию Мастера, состоявшегося в рамках VI Международного фестиваля им. М. Ростроповича в Большом зале Московской консерватории, хотя эти сочинения тоже вечно молоды. 

Конечно, одна из самых совершенных и неисчерпаемых партитур в мире - "Поэма памяти Сергея Есенина" – не раз ещё будет поражать и исполнителей, и слушателей немыслимым тембровым совершенством и образным богатством палитры, каким-то чудесным способом каждый раз открываться с новой стороны. Но обо всём этом сказано и ещё будет сказано очень много. Концерт этот вселил большие надежды ещё вот в чём. Во-первых, новым прочтением свиридовских сочинений: дирижёр Александр Ведерников не стремится, как некоторые маэстро, изображать на сцене Офелию или Зигфрида, он достигает раскрытия образа сочинения не изяществом взмахов, а самой дирижёрской трактовкой, пониманием смысла вещи, который явно оказался донесённым до исполнителей, если учесть заслуженное долгое браво зала. Он демонстрирует качественный, яркий, полнокровный стиль исполнения. Что ещё очень понравилось – отсутствие ложной многозначительности, которой нередко сопровождается преподнесение знаковых свиридовских вещей, то есть чрезмерных пауз, аффектированных реплик, затягиваний темпа (хотя местами всё-таки казалось быстровато и шумновато, но это действительно «от избытка сердца», от желания высказаться в полную силу), не было и иных известных попыток выделения каких-то «идейных смыслов». Присутствовали именно искреннее и свободное, но явно сильное переживание музыки и стиха, понимание значения автора и его произведений и в то же время сугубо музыкантская пропетость, филармоническая стройность, исполнительский блеск, кунштюк.

Представление музыки в первую очередь как музыки – без преобладания политики, «концепции» или чего-то подобного вне самих звуков. Нет сомнения, что мы присутствовали на очередном новом, очень ярком, именно молодом прочтении «Поэмы Есенина» (партию солиста исполнил Дмитрий Попов), а «Табун» на слова Есенина из «Пяти хоров» вообще получился, кажется, едва ли не одним из лучших прочтений этой партитуры.

Конечно, всему этому сопутствует превосходная игра симфонического оркестра имени Е.Ф. Светланова – своим глубоким, чистым полнозвучием, таким перламутрово-гибким в лирике и нестеснительным в мощи звучанием, но так или иначе с любовной вызвученностью партитуры. Это же относится к бережно пропетому музыкантами «Маленькому триптиху» с его феноменальной лирической темой.Все исполнители концерта достойны заветов и Георгия Васильевича, и Евгения Фёдоровича. Отрадно было видеть на сцене много молодых музыкантов оркестра: красивый и почтенный аристократический жанр живёт со времён Гайдна и будет жить – это очень хорошо.

И во-вторых, о хоре. Не хочется громоздить восторженные эпитеты, но не были ли мы на концерте-возрождении лучших традиций современного российского хорового музицирования, идущих ещё от первых лет творчества выдающихся корифеев В.Н. Минина и В.А. Чернушенко? Как же приятно было вспоминать, слушая звучание хора, о чудесах тех прекрасных времён хорового дела в нашей стране, о тех ошеломляющих концертах, а хор Московской областной филармонии заставил сделать это. Что за дивные, живые молодые голоса! Какая превосходная интонация! А главное – какая творящая энергетика в звуке, яркость, свежесть, звенящесть, но при этом и живительная глубина тишины ! Весенняя молодость тембра под стать неувядающей «Весенней кантате» Свиридова (финал её « Ты и убогая, ты и обильная» представляется настоящим гимном России).

И очень важно, что это большой хор, что именно в русском музицировании имеет особенно важное значение. Доброе слово прежнему дирижёру и главному хормейстеру Жанне Колотий и нынешнему Николаю Азарову и куратору проекта, главному хормейстеру Мариинского театра Андрею Петренко, заставляющим вернуться к рафинированности, добросовестности в хоровом деле, качеству интонирования, а не только к закатыванию глаз и фарисейским придыханиям вместо мастерства, которые в последнее время не редкость. Вернуться к сольфеджио и вокалу, конечно – к глубине, но и к звонкости и блеску тембра, к культуре и в пиано, и в форте, к проникновенности сугубо хоровой, без каких-то аффектаций, а чтобы всё было в самом звуке (ну и, конечно, во внутреннем понимании, переживании вещи). Браво! Конечно, есть ещё над чем работать, но сегодня это очевидно один из лучших хоровых коллективов нашей страны.

Получился такой молодой, действительно весенний взгляд на строгую, почтенную классику, на собрание нетленной в первую очередь красоты (и это очень хорошо поняли упомянутые исполнители), чем и являются произведения Георгия Васильевича Свиридова.

О каком-то кризисе, увядании классики могут говорить либо плебеи, либо бездельники. Классика – тем более такая и в таком исполнении – вечно молода. Это счастливая для нас всех аксиома. Она нас всех переживёт.

Призыв «ЛГ» о сборе подписей за установку в Москве памятника великому русскому композитору Георгию Васильевичу Свиридову, столетие со дня рождения которого мы отметим в конце нынешнего года, с каждым днём находит всё больше сторонников. На момент подписания этого номера газеты в печать нашу идею поддержали 18 863 человека. Если у вас есть желание присоединиться к нам, заходите на сайт  lgz.ru  и нажмите на ссылку для голосования или сразу  на сайт Change.org . Присоединяйтесь! Памятник Свиридову должен быть установлен в столице!

Теги: искусство , музыка , Георгий Свиридов

 

Созвучно душе

Семён Кожин. - М.: Творчество, 2014. – 302 с. – 1500 экз.

Альбом художника Семёна Кожина представляет искусствовед, член президиума Российской академии художеств Александр РОЖИН

Семён Кожин – один из ярких представителей плеяды выпускников Российской академии живописи, ваяния и зодчества, создателем и руководителем которой является Илья Сергеевич Глазунов. Получив фундаментальное классическое образование, молодой художник сразу заявил о себе как о самостоятельном авторе, мастере широкого творческого диапазона, обладающем собственным образным мировосприятием и глубоким знанием великих традиций отечественного и мирового искусства. Он работает в разных жанрах станковой живописи: в сюжетно-тематической картине, портрете, пейзаже и натюрморте. Полотна художника отмечены поэтической одухотворённостью, композиционной ясностью и колористической гармонией.

Семён Кожин – активный участник отечественных и зарубежных выставок современного изобразительного искусства. За годы, прошедшие после завершения учёбы, он написал немало значительных исторических и жанровых полотен, портретов и натюрмортов, но всё же предпочитает пейзаж. Именно в этом жанре наиболее полно проявились талант и мастерство художника. Семён много путешествует по родной стране, часто бывает за границей и из каждой поездки возвращается с новыми работами: десятками набросков, этюдов и готовых холстов. Странствия по миру обогащают его творческую палитру новыми впечатлениями и образными красками. Приверженец реалистической школы живописи, Кожин постоянно расширяет свой художественный, сюжетный, жанровый и визуальный арсенал.

За десять лет, минувших со времени окончания учёбы в академии, молодой автор обрёл свой круг почитателей и зрителей, получил общественное признание. Он подкупает лирическим восприятием окружающего мира, избирательностью в мотивах и сценах, созданные им работы привлекают эмоциональной выразительностью и утончённостью цветового строя.

Художник пишет прежде всего то, что, по его ощущениям и представлениям, наиболее точно отражает свое­образие и неповторимую красоту именно тех уголков земли, куда привёл его ветер странствий. Он по-своему видит и запечатлевает характерные черты ландшафта той или иной страны и никогда не повторяет излюбленные мотивы расхожих открыточных видов из туристических проспектов. Кожин всегда находит в открывшихся его взору пейзажах какую-то особую интонацию, привносящую в работы удивительное очарование и настроение тишины и покоя, располагающее к неспешному, вдумчивому созерцанию природы. В полотнах, выполненных в Подмосковье или на Валааме, в Испании или в Греции, на туманном Альбионе или на итальянских берегах, воплощены глубоко личные представления мастера о своеобразии мест, созвучных его душе и мыслям. Чутко откликаясь на эти впечатления, живописная поверхность холстов меняется от неуловимой прозрачности красочного слоя до многослойной глубины колорита, обогащённого тонкими лессировками.

Не меньший интерес вызывают жанровые композиции Семёна Кожина, такие как картины "Чаепитие" и «Ужин», в которых отношение автора к моделям проступает с поэтической вдохновенностью и искренностью. Мастеру присуща своя система эстетических и образных координат, они прочитываются в его произведениях, определяют их содержательный смысл, самобытность творческой манеры и авторского видения окружающего мира.

Теги: Семён Кожин

 

Родная память и чужое наследие

Дом Советов, недострой...

Фото: фото автора

Калининград - особое для России пространство. Это настолько очевидно, что есть опасность размыться пониманию, в чём именно его особость: каждый регион России может так или иначе обозначить свою специфику, но Калининграду это сделать совсем просто – стоит раскрыть карту. Обманчивая простота, ставшая общим местом.

На прошедшем недавно в Калининграде форуме Всемирного русского народного собора патриарх Кирилл показал знакомство со здешними реалиями, что для него, в прошлом митрополита Смоленского и Калининградского, неудивительно. "Есть соблазн строить идентификацию этой земли на основе германской культуры – прямо скажем, довольно величественной", – сказал патриарх. На этом обоснование проблемной части можно было закончить. Или углубить и конкретизировать. Но не произошло ни того, ни другого. Ораторы разговорились про то, что Россия рассматривает Калининградскую область как мост, «через который мы должны продвигать свои ценности в Европу», «противостоять европейскому содому», «дать прежде всего духовный ответ»[?] Про «русскую православную духовность», которая противостоит погрязшему в материализме Западу, было сказано больше всего слов. В пленарном заседании предполагалось выступление доктора исторических наук (и давнего автора «ЛГ») Владимира Шульгина, но его, который намеревался подтвердить опасения патриарха, до трибуны не допустили.

Значение православных ценностей для Калининграда звук не пустой, и мы об этом ещё упомянем. Но как на самом деле осуществляется стремление через этот город что-то такое «продвигать»? Как – и это гораздо важнее, чем «экспортный вариант» – оно осуществляется хотя бы в самой Калининградской области?

Семьсот и семьдесят

Когда патриарх говорит, что этой землёй 700 лет владели германцы, 70 – СССР и Россия, он в действительности указывает на соблазн и на противоречие, которое составляет болезненную специфику Калининградской области. Дело в том, что это единственное место в России, где памятники (большая их часть) отнюдь не являются наследием. Колоссальная разница! В Калининградской области нет наследников Канта и Гофмана. Здесь нет наследников готических храмов, рыцарских замков, всей этой внушительно-приземистой либо стрельчатой и грозной архитектуры. И это довольно обидно. Осознать, что взамен всех величественных руин тебе предлагается унаследовать лишь недавно построенные храмы, некоторое количество мемориалов, преимущественно – военных музеев, горстку памятников отечественным деятелям культуры и полководцам… обидно. Семьсот лет – и семьдесят. Ничего не попишешь.

Советская власть, впопыхах уничтожая, стирая германскую идентичность этой земли, вела себя зачастую грубо, но не глупо. Да, название «Тильзит» овеяно романтикой истории, а название «Советск» ничем таким не овеяно: советского периода нашей истории нередко принято стесняться. Да, название «Кёнигсберг» звучит внушительнее и больше пристало этому месту воинской славы, чем вполне случайное «Калининград». Но следует понимать, что куплено за эту цену.

В 1991 году Калининградская область удержалась в составе России по двум основным причинам. Первая: здесь не было ни одной этнической группы, которая могла бы заявить свои особые права на эту землю. Наибольшую часть населения Калининградской области – 86% – составляли русские. Вторая: в военном портовом городе гуманитарной интеллигенции было меньше, и она была менее влиятельна, чем техническая. Попросту говоря, здесь не было активных диссидентов, готовых обосновать «особый выбор» области, и не было этнической группы, на которую они могли опереться. Более трёх четвертей жителей Калининградской области были против развала СССР; поддержка Ельцина здесь была значительно ниже среднероссийской: калининградцы хорошо понимали, чем для них обернётся «свобода Прибалтики».

Но с тех пор многое изменилось. Изменения эти не стихийны и отнюдь не обусловлены исключительно обстоятельствами неодолимой силы вроде географических. Да, Калининград эксклав, но до него от столицы два часа на самолёте и всего лишь двадцать – на поезде. Да, через границы, нужна литовская транзитная виза (она пока оформляется элементарно, а об экстренных ситуациях мы говорить не будем: в них всё, так или иначе, изменится). Но от Владивостока до Москвы – шесть суток! И билеты в четыре раза дороже! Для какого угодно простого гражданина России это – препятствие большее, чем транзитная виза. И там, где калининградские власти говорят, что для них удобнее торговать с ЕС, чем с Россией, и что им нужны особые условия, чиновники и предприниматели Дальнего Востока с не меньшим основанием скажут, что для них удобнее торговля с Китаем и Японией и им тоже нужны особые условия. Но долгосрочная лояльность региона не может быть куплена «особыми условиями», которые иногда возможны, а иногда нет. Долгосрочная лояльность региона государству – это самоидентификация его обитателей. Факторы, могущие скорректировать самоидентификацию, – школа, средства массовой информации, обустройство окружающего пространства. Это понимают многие влиятельные силы, оттого на этом поле в Калининграде идёт борьба. Побеждает ли в ней Россия – сегодня неочевидно.

Чужая история

В советское время довоенная история области в местных школах почти не затрагивалась, замалчивалась – ныне это подаётся как досадное упущение и действительно выглядело странно, но, с точки зрения последствий, имело не самый плохой результат. В девяностые годы шлюзы вскрылись почти неконтролируемо, и летом 2006 года администрация Президента РФ выдвинула предложение о скорейшей разработке учебно-методического комплекса «История Западной России». Комплекс стал разрабатываться настолько скоро, что в значительной части представлял собой компиляцию из нескольких книг по истории Восточной Пруссии. С тех пор были доработки и переиздания. Смотрим учебники 2010 года, вышедшие уже после всех нареканий.

«История Западной России для 6–7 классов» – предполагается, что дети должны знакомиться с историей чужого, побеждённого их предками народа уже с 12–13 лет. Учебник предваряет это знакомство так: «Вы узнаете о жизни гордых и свободолюбивых язычников-пруссов, об их трагической судьбе. Познакомитесь с историей появления на территории нашего края рыцарей… затем по территории нашего края прокатились две мировых войны. Последняя из них привела к разрушению экономики и смене населения края». Всего лишь в нескольких строках содержится зашкаливающее количество передёргиваний. Край, где появились тевтонские рыцари, не был «нашим». «Две мировых войны» не прокатились по территории «нашего» края. Поистине нашим было лишь то самое население, которое появилось на этой земле вместе с «разрушением экономики». Чужой, не нашей экономики. Чужая экономика – по вполне определённым причинам – была разрушена нашим населением. Возможно ли это объяснить детям? Не очень просто, но возможно. Авторы учебника даже не пытаются: он целиком написан с германских позиций. Вот, например, вопрос, над которым детям предлагается подумать: «Как вы полагаете, почему Фридрих III не соглашался на заключение с Россией оборонительного союза?»

А вот учебник из той же линейки для 8–9-х классов (автор – Г.В. Кретинин). Вчитайтесь: «Начало войны население встретило с удовлетворением. Боевые действия вскоре переместились от границ рейха на восток. Казалось, провинции ничто не угрожает. Неприятным напоминанием о войне были редкие бомбардировки советской авиации». С кем должен соотносить себя молодой человек, если до сих пор он изучал историю того самого населения, которое «начало войны встретило с удовлетворением»? Сможет ли он ощутить связь, преемственность с советской авиацией, которая так неприятно тревожила спокойствие провинции?

Авторов «Истории Западной России» это, кажется, не заботит. Тема перетекает в учебник 10–11-х классов (авторы – А.П. Клемешев, Ю.В. Костяшов, Г.М. Фёдоров): «Война пришла неожиданно. Советские войска в районе Ширвиндта 17 августа 1944 года вышли на границу между СССР и Германией». Снова детям Калининградской области предлагается почувствовать себя на стороне Германии. Это для немцев в 1944 году «война пришла неожиданно» (что немного странно после «неприятных бомбардировок советской авиации»).

Но ведь так не может быть? Где-то в учебнике истории должен быть запрятан патриотизм? Авторы должны как-то указать, что Калининград – российский город? Да, и они прямо так и напишут: стал и теперь навсегда будет российским. Вот только достаточно ли этого заклинания на фоне многолетнего изучения истории чужого народа и государства?

Зато, рассказывая о развале СССР, авторы учебника для старших классов с сочувствием пишут о «развернувшемся в Литве массовом народном протесте», борьбе с «всевластием КПСС», хотя развал государства осознавался жителями области как опасность. И можно ли говорить о каком-то прибалтийском всевластии КПСС на рубеже 80–90-х годов? Это мелочи, но они закладывают отношение к истории своего – на этот раз именно своего, а не германского – государства.

Нет повода для беспокойства?

«Дискутируемые иногда в средствах массовой информации проблемы «германизации» Калининградской области не имеют под собой реальных оснований», – решительно утверждают авторы вышеописанного учебника. Более того: на форуме ВРНС звучало утверждение, что жители Калининградской области в основном не вступают в контакт с тевтонским наследием, оно для туристов. Так ли это? В книжном магазине вы читаете названия краеведческой литературы. «Золотая тень Кёнигсберга». «Железное сердце Кёнигсберга». «Тайный код Кёнигсберга». «Калининград – Кёнигсберг: два взгляда на историю». В художественных салонах вы видите, что подавляющее большинство местных художников изображают довоенный Кёнигсберг. Карты города продаются чаще всего с двойным названием. Положим, это всё для туристов. И даже магазины «Золото Кёнигсберга» (это о янтаре, хотя природное чудо не принадлежит немецкой истории) – для туристов. Но для кого «Майбах Хлеб»? «Цветы: Розенштрассе, 1»? Пиво «Остмарк» – бывшее «Жигулёвское»? Для кого бесплатно распространяется газета «Город Канта», где звучат германофильские предложения вроде того, чтобы заполонить город цитатами Иммануила Канта – мол, как в Стокгольме Стриндберг, так у нас пусть будет Кант (раз так же – значит, на немецком языке?)? Для чего профессор БФУ им. Канта Андрей Ярцев публично заявляет, что не считает действия СССР в 1945 году абсолютно справедливыми, потому что войска СССР оккупировали Европу? Для чего по местному «ТВ-Каскад» звучат фразы типа «рецепты Восточной Пруссии – наше культурное наследие»? И с какой целью положен возле кафедрального собора закладной камень с фундамента Кёнигсберского орденского замка (его останки взорваны в 1968 году) со следующей надписью: «Камень установлен 26 мая 2009 года в память о Королевском замке с надеждой на возрождение»?

Утрачивается самое существенное: понимание, что твои предки, твой народ – не аккуратные бюргеры, жившие в красивых домиках, а измотанные войной солдаты, которые вытряхнули бюргеров из домиков, а непобедимую германскую армию – из крепостей. Утрачивается понимание, что из этой пары именно благоустроенный бюргер – враг, агрессор, а неблагоустроенный русский воин – победитель, чьими тяжелейшими усилиями развеялся кровавый кошмар Европы. Этого понимания нет в современных учебниках истории Калининградской области.

И вот уже русские школьники пишут сочинения, где ностальгируют по красивой довоенной жизни, которая не имеет к ним никакого отношения, – эта ностальгия выдуманная, в немалой части навязанная. Вот цитата из сборника, который был издан в Германии тоскующими по Восточной Пруссии немцами. Девочка из города Гусева пишет о здешнем мемориале: «Четыре стрелы посвящены погибшим в Афганистане, Чечне, ликвидаторам катастрофы в Чернобыле и погибшим от фашизма в годы Второй мировой войны. Считаю, что это памятное место уместнее было бы установить в другом месте. Должна быть связь времён, а до 1945 года здесь располагался красивейший сквер с фонтанами, где люди радовались и отдыхали». Она не чувствует фальши своего предложения – как стилистической, так и исторической. Да оно и не её: на всём тексте лежит тяжеловесный наставнический отпечаток.

Людей Калининградской области невозможно осуждать за нынешний разброд. Они оказались в действительно необычайных условиях – дважды. Когда в 1945 году страны-победительницы делили Восточную Пруссию, две трети её отошли Польше, выселившей с этих земель немцев, а также украинцев и белорусов. Никакого пиетета перед «германским наследием» Польша не ощущает – напротив, с её точки зрения, польским духом проникнута и та часть Пруссии, что отошла к России. Калининград поляки называют Крулевцем. Заметим, что литовцы для этих мест вводят концепцию «Малой Литвы», ну а немцы по сей день не смирились с потерей – «Союз изгнанных из Восточной Пруссии» насчитывает свыше 50 тысяч человек.

Польша не пестовала «специфическую региональную идентичность» – она по мере сил обустраивала обретённую землю. И уже во времена СССР эта часть бывшей Пруссии жила лучше, чем советская. Лучше жила и Литва – так, «всевластная КПСС» сперва газифицировала Прибалтику и лишь потом, по остаточному принципу, – новую провинцию РСФСР. Что же теперь? В центре города, на месте взорванного Королевского замка, символом позора и немощи возвышается – и уже медленно разрушается – достроенный, но так и не сданный в эксплуатацию Дом Советов. Начать наконец его использовать было бы делом чести и принципа, но, кажется, никто об этом не думает. И вот уже много лет не установлен давно обещанный памятник Дмитрию Карбышеву на одноимённой набережной.

Странная дружба

Правда, в 1995 году для Калининградской области был создан особый таможенный и налоговый режим. В 2006 году принят новый закон «Об особой экономической зоне в Калининградской области», сохранивший на десять лет таможенные льготы юридическим лицам и предоставивший налоговые льготы крупным инвесторам. Если Российская Федерация к 2008 году едва восстановила промышленный потенциал 1990-го, то Калининградская область превысила его в два раза, динамика инвестиций в область в два раза опережала общероссийские темпы. По плотности населения область занимает одно из первых мест в России. Здесь сотни совместных предприятий с Литвой и Польшей.

Сторонники «особой региональной идентичности» с энтузиазмом перечисляют культурные достижения: «литовский язык изучают более 920 человек в 112 классах восьми школ, на десяти факультативах и в двух детских садах. Польский язык учат не только при Генеральном консульстве Республики Польша в Калининградской области, но и в обществах «Россия – Польша» и «Калининград – Свиноусьце». Курсы польского языка организованы также обществами польской культуры городов Гусев и Озёрск. Углублённое обучение польскому языку ведётся в средней школе № 40 Калининграда и в школах Железнодорожного и Суворовки. При польских костёлах работают воскресные школы. Курсы немецкого языка организованы при Немецко-Русском доме. Как профилирующая дисциплина немецкий язык преподаётся в лицее № 23 г. Калининграда. На немецком языке еженедельно демонстрируются фильмы, проводятся лекции и занятия с детьми в киноклубе национально-культурного объединения российских немцев. Что до продвижения «наших культурных ценностей» – мне не попадалось свидетельств, что благодаря связям с Калининградской областью появляется русский язык в польских детских садах и что в немецких клубах проводятся еженедельные показы русских фильмов и лекции о русской культуре. Да и о чём бы стали рассказывать жителям ЕС люди, убеждённые, что советские солдаты были в Европе оккупантами?

Быть может, благодаря совместным предприятиям и освоению чужих ценностей Калининград купил себе спокойствие относительно лояльности сопредельной Европы? Это не так. Ещё в мае прошлого года в местных СМИ звучали опасения, что область может столкнуться с опасностью энергетической изоляции, если Литва решит выйти из кольца БРЭЛЛ и войдёт в параллельную работу со странами Евросоюза. Цена на электроэнергию в Калининграде перегнала белорусскую, польскую и почти сравнялась с литовской. Кажется, никто не сомневается, что если «культурные соседи» захотят удушить область, они постараются выполнить своё намерение. В области высокий, по российским меркам, уровень жизни, что совершенно не мешало польской газете «Политика» в 2011 году называть Калининград «одним из беднейших регионов страны», который «за границей ассоциируется с ядерным оружием, СПИДом и преступностью». Точно так же сегодня литовские власти заявляют, что видят в регионе рассадник милитаризма.

Кривое зеркало

Но идеологические претензии Литве, Польше, Германии предъявлять нелепо. Это не они, а, например, житель Калининграда Дмитрий Вышемирский несколько лет назад сделал фотоальбом «Кёнигсберг, прости», где свёл воедино картины разрухи. И не какие-нибудь поляки, а российское интернет-СМИ федерального уровня откликнулось на этот проект таким пассажем: «Кёнигсберг, прости… за то, что мы, советские люди, сделали с городом и с краем... Немцев депортировали, а для заселения края в 1947 году объявили по стране так называемый оргнабор. В народе его называли «вербовка», а контингент – «вербованными». Понятно, много было среди них бродяжного люда, беспутного, неприкаянного. К 1974 году работать там стало некому, и тогда объявили новый оргнабор. Через 25 лет и этот ресурс истощился, поскольку значительная часть «вербованных» просто-напросто спилась». Если такое пишут российские журналисты об одной из самых успешных областей РФ, то чего можно ждать от иностранцев? Какого уважения к нашим границам и нашим ценностям, которые через Калининградскую область предполагается продвигать?

Новый фотоальбом Вышемирского, «-post», издан в Латвии на русском и английском языке на деньги трёх инвесторов. Два из них – сырьевые бизнесмены: председатель Энерготрансбанка Юрий Пономарёв и директор «Рос&Нефти» Владимир Бойко, которого с Вышемирским связывают «давние партнёрские отношения, дружба и взаимопонимание». Но объясняет, зачем были нужны эти фотографии, третий инвестор – председатель Гамбургской торговой палаты Стефан Штайн: «Они запечатлели незатянувшиеся до сих пор раны войны и послевоенные попытки уничтожить немецкие корни этой земли».

С подачи западнической интеллигенции жители Калининградской области (лишь две пятых из них хотя бы родились в этой местности) призываются к игре «в германское наследие», но для немцев всё всерьёз. Показательна история с полуротондой королевы Луизы, которая пребывает в плачевном состоянии в Центральном парке. Где взять деньги на восстановление? «Энтузиасты решили просить помощи у калининградцев. В 1874 году полуротонда в честь королевы была воздвигнута на деньги кёнигсбержцев. Чем калининградцы хуже?» – так ставит вопрос газета «Страна Калининград». К делу подключились ревнители германской старины, но собрать удалось всего несколько десятков тысяч рублей, «причём большую часть пожертвовали немцы». Немцы готовы были пожертвовать гораздо больше, но только… «если будут снесены малопрезентабельные заведения общепита, загораживающие памятник». В этой истории, как в капле воды, отразилось и пренебрежение немцев к чужой застройке, и в действительности довольно равнодушное отношение калининградцев к «наследию».

С другой стороны, по уверению газеты «Спас», с пожертвованиями калининградцев на нужды православных храмов, школ, приютов дело обстоит неплохо. Как уже упоминалось, подавляющее большинство населения области – русские; это и сейчас так, хотя принято писать, что здесь «нет сколько-нибудь этнически гомогенного населения».

Завершая выступление на калининградском форуме, патриарх Кирилл сказал: «Не самая лучшая черта нашего народа – это что мы сначала с энтузиазмом обсуждаем, а потом ленимся даже на бумагу перенести, а не только наметить механизмы выполнения». Резолюция форума выглядит внушительно, местами и конкретно (желающие могут ознакомиться с ней на сайте ВРНС). Однако это не первый раз, когда звучат конкретные рекомендации, и для того же учебника истории всё давно придумано и изложено. Но пока что в БФУ им. Канта есть доска с цитатой из Ильина, однако нет даже магистратуры по истории Отечества – только по западной истории.

КАЛИНИНГРАД–МОСКВА

Теги: Россия , политика , СМИ

 

За Экзюпери обидно!

Главному редактору  "Литературной газеты"  Ю.М. ПОЛЯКОВУ

Многоуважаемый Юрий Михайлович!

В течение нескольких месяцев мы последовательно пытались отстоять от перегибов «оптимитизации» культурный центр авиационно-космического профиля - Библиотеку им. А. де Сент-Экзюпери, единственную в своём роде, заслужившую своей работой высокие отзывы почитателей авиации и космонавтики, людей других профессий, ветеранов и молодёжи.

Её решили объединить с тремя московскими библиотеками иного профиля.

Библиотека семь лет сотрудничает с французскими наследниками знаменитого писателя-лётчика Сент-Экзюпери, которые после визита в 2013 году оставили свои восторженные отзывы, содействует русско-французскому гуманитарному сотрудничеству, взаимодействует с Посольством Франции, с Ассоциацией российских и французских ветеранов авиаполка «Нормандия-Неман». Развиваются межрегиональные контакты в России и международные связи с Республикой Беларусь, Крымом, Италией и Грецией. Библиотека удостоена многих дипломов и благодарностей. В октябре 2014 года Международная авиационная федерация FAI (Париж) наградила Библиотеку им. А. де Сент-Экзюпери специальным дипломом.

К мэру Москвы за поддержкой обратились заместители председателя Государственной Думы, дипломаты, лётчики и космонавты, общественные организации – все, кто увидел в нашей работе патриотизм и духовное содержание. Среди них Л.И. Швецова, И.И. Мельников, В.И. Долгих, Посол России во Франции А.К. Орлов, а также наследники из Франции, которые направили мэру письмо о своём несогласии с «клонированием» библиотеки.

Представители общественности, Герои Советского Союза и России, просили личной встречи с мэром и руководителем столичного Департамента культуры. Однако их не приняли. А ответы «под копирку» приходят от заместителей разного уровня, которые сомнительное «новаторство» выдают за благодеяние.

Как нам стало известно, бывший руководитель Департамента культуры г-н Капков С.А. отозвался о подписавших письма как о жалобщиках и дал понять, что поддержки от него не будет. Есть веские основания полагать, что объединяемые под именем Сент-Экзюпери библиотеки постепенно будут проданы, это лишь вопрос времени. Действия чиновников среднего звена в отношении уникальной библиотеки –прямое тому подтверждение. А их ответы противоречат их же утверждениям.

Руководитель и сотрудники Департамента культуры – это лишь менеджеры, которые должны опираться на мнения людей, для которых и существуют учреждения культуры, чтобы просвещать и объединять людей не по лекалам чиновников, а для «роскоши человеческого общения», как писал А. де Сент-Экзюпери.

2015 год – год 70-летия Победы нашей страны в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг. Это Год литературы и год 115-летия Антуана де Сент-Экзюпери, имя которого с момента появления в СССР «Маленького принца» стало знаковым и любимым в нашей стране – от Цветаевой до Гагарина и последующих поколений...

Патриотическое воспитание, забота о ветеранах, привлечение молодых сил в оборонную, в том числе авиакосмическую, сферу, сохранение традиций взаимопонимания и дружбы с Францией сегодня необходимы. Этим и занимаются наш фонд и созданная по нашему ходатайству и при поддержке Библиотека – культурный центр им. А. де Сент-Экзюпери.

Исчерпав все доводы и возможности убедить ретивых чиновников от культуры в ошибочности клонирования уникального учреждения культуры, мы от имени наших многочисленных единомышленников, ветеранов и молодых поклонников авиации обращаемся к Вам за поддержкой.

И.П. ВОЛК, Герой Советского Союза, заслуженный лётчик-испытатель СССР, лётчик-космонавт СССР; Г.М. БЕНОВ, генерал-лейтенант авиации; С.И. НЕФЁДОВ, Герой Российской Федерации, космический испытатель; В.Б. ГАСОЯН, Герой Советского Союза, штурман Гражданской авиации; В.В. ВАСЮТИНСКИЙ, советник МИД 1-го класса в отставке, дипломат; М.Ю. КОЖЕВНИКОВА, член Союза писателей России, переводчик книг Сент-Экзюпери

«ЛГ» просит Департамент культуры Москвы ещё раз внимательно рассмотреть ситуацию, описанную в письме. Надеемся, что в Год литературы Библиотека им. Антуана де Сент-Экзюпери не закроется.

Теги: общество , мнение

 

Не наши герои нашего времени

Сейчас молодые люди мечтают много зарабатывать, не важно в какой профессии, "желательно в Газпроме" - так по опросам получается. И это большой прогресс в сравнении с 90-ми, когда грезили о валютной проституции и о бандитских бригадах.

А кем мечтали стать юноши 60-х, в том числе дети крестьян и рабочих? Физиками-ядерщиками, лётчиками, космонавтами, поэтами, кинорежиссёрами, геологами, первооткрывателями – таковы были приоритеты, «навязанные» в том числе радио и ТВ. И эти мечты у многих сбывались. Валютных спекулянтов и фарцовщиков тогда было крайне мало, их презирали. И сажали. Теперь, как гордо поведал продюсер Александр Цекало вечернему Урганту, они стали олигархами, министрами. И, добавим от себя, презирают всех этих «ядерщиков-первооткрывателей-поэтов», которым за всю жизнь не заработать столько, сколько бывшие фарцовщики получают в месяц. А когда заикнёшься о прогрессивной шкале налогообложения, которая во всех цивилизованных странах работает на смягчение социальной вражды, то машут руками: мы ещё не дозрели – психология фарцовщика даёт о себе знать.

Сериал «Фарца» , который, по словам создателей, «куда более дерзкая история», чем «Оттепель» и «Стиляги», и вправду с какой-то особой дерзостью и, я бы добавил, цинизмом расправляется со временем романтиков и бессребреников.

Сценаристы «Фарцы» (Юлия Идлис, Александры Котт и Цекало) тоже фарцовщики, они спекулируют светлыми 60-ми, какими они были изображены в прозрачных, счастливых, чистых кинофильмах: «Я шагаю по Москве» Георгия Данелии и «Мне двадцать лет» («Застава Ильича») Марлена Хуциева. Скопированы узнаваемые сцены, даже персонажи. Главный герой «Фарцы» похож на молодого писателя-комсомольца (замечательного Алексея Локтева у Данелии), приехавшего в Москву со строек Сибири, его друзья – на других героев этих картин, искренних, добрых, бескорыстных работяг и студентов, которых играли молодые Никита Михалков, Евгений Стеблов, Николай Губенко и Станислав Любшин. Но этого мало, в сериале мелькают известные писатели 60-х – Василий Аксёнов, Михаил Светлов, Геннадий Шпаликов. Есть и Юрий Гагарин! И даже главный редактор легендарного журнала «Юность», правда, это не Борис Полевой и не Валентин Катаев, а некая богемная дама, преподающая начинающим писателям премудрости литературного мастерства в постели, – не всем, а только талантливым.

«Фарца», стартовав на пролетарской заставе Ильича, очень быстро шагает в грязные подворотни и скверы, где ради денег обманывают, предают, продают. Один из друзей проигрался в карты, и, чтобы спасти его, «писатель» оборачивается стилягой и делягой-фарцовщиком, торгует «досками» и «костями», входит в контакт с проститутками и уголовниками, играет в карты по-крупному, для чего ворует общак. Его ловят, судят и[?] оправдывают, так как он дал согласие на сотрудничество с КГБ. «Кровавая гэбня» здесь особенно коварна – беспощадно вербует и бандитов, и людей искусства. Лишь один хороший человек в сериале – милиционер в исполнении канадского гражданина Алексея Серебрякова, но он бессилен против союза КГБ с криминалом. О, страшные нравы тоталитарного совка!

Вот такой взгляд из 2015 года на обожаемые даже нашими либералами 60-е, такой патриотический подарок сделал Первый канал зрителям в честь своего двадцатилетия. 1 апреля 1995 года родилось ОАО «ОРТ», и рулить на первой кнопке вместо убитого Листьева стали известные «фарцовщики» Березовский и Патаркацишвили. Стоит ли с этой годовщиной поздравлять?

Недавно в социальных сетях разразился громкий скандал в связи с приглашением на НТВ украинского «стиляги» Дани­ила Грачёва – во времена евромайдана этот светский телеобозреватель отметился своими русофобскими высказываниями, а теперь, когда пришло время служить в армии, он пересмотрел своё отношение к России и перебрался к «ватникам и колорадам» на ПМЖ. На Украине лишились работы многие талантливые журналисты, искренно симпатизирующие России, но их на НТВ почему-то не зовут. В связи с этим казусом подумалось, что разговоры о патриотизме на некоторых каналах только для бедных, а по существу всё остаётся «как при дедушке».

И ещё на тему патриотизма. Наше ТВ ничего не сообщило о другой «круглой дате». 3 апреля исполнилось полгода, как в тюрьме сидит Олег Миронов . В сентябре прошлого года он протестовал против позиции и высказываний бывшего телеведущего Андрея Макаревича по поводу евромайдана, «аннексии Крыма» и событий в Донбассе. Миронов на концерте «Машины времени» якобы распылил из баллончика перечный газ. Испортил ненадолго настроение нескольким поклонникам и охранникам Макаревича, и вот уже полгода он в неволе. Мы, конечно, не одобряем таких методов протеста, но тут особый случай: Олег Миронов – патриот России, его друзья-добровольцы с оружием в руках сражались в Новороссии, некоторые из них отдали за неё жизнь, и его отношение к макаревичам можно понять. И тут бы обойтись штрафом или сколькими-то сутками административного ареста, но Миронову грозит до девяти лет тюрьмы!

Какие уголовные статьи ему вменяют? Несколько – и самая тяжкая из них: «Применение предметов, используемых в качестве оружия… по мотивам ненависти либо вражды к социальной группе» . К какой такой социальной группе? К группе поклонников киевских переворотчиков, обстреливавших жилые кварталы из «градов»? Есть такая социальная группа? И за вражду с нею по совокупности девять лет?

На проукраинскую активистку, бросившую в Михаила Пореченкова металлический макет пистолета в театре, не завели даже административного производства. Хулиганы, проведшие акцию «Осквернение мавзолея», в ходе которой его поливали некоей якобы «святой водой», получили всего по десять суток административного ареста. И лишь кощунствовавшие в храме Христа Спасителя девицы получили «двушечку», и то потому, что они и их адвокаты жаждали, как теперь стало ясно, реального срока.

Акционистам либерального помёта девять лет не давали – на их защиту вставали все либеральные СМИ, заламывала руки Лия Ахеджакова, мощно подключалась западная пресса, и российская прокуратура под их натиском отступала; а с Мироновым – можно по всей строгости двойных стандартов? У нас высокопоставленные казнокрады, даже насильники и убийцы получают условные сроки. Или они, как Макаревич с Грачёвым, – социально близкие, а патриот Миронов – далёкий? Главные враги России её патриоты? Абсурд.

Во избежание новых «манежек» правоохранителям надо быть очень аккуратными в разборе подобных конфликтов, особенно если в них задеты национальные, религиозные, гражданские чувства или встаёт вопрос об очевидной социальной несправедливости. Иначе вновь актуальными станут строки Бориса Пастернака: «Так ныне, пункт за пунктом намереньями добрыми доводят нас до бунта» . Это относится и к телевидению, которое не устаёт прицельно плевать даже в самое светлое из прошлого.

И в заключение снова о «Фарце» и прочих сериалах, где действуют не герои, а антигерои. Чтобы энергия молодых граждан России не уходила в перечный распыл, а тратилась на что-то созидательное, необходимы перемены в экономике, в социальной и культурной политике, необходимо создавать фильмы-сериалы с такими героями, которым хотелось бы подражать. Они были раньше, есть в жизни и теперь. Правда, не в той «социальной группе», что телепродюсеры.

Теги: Цекало , Эрнст , Березовский , Макаревич , Олег Миронов

 

Советский Микеланджело

На канале "Культура" вышел новый фильм Алексея Горовацкого «Александр Тихомиров. По ту сторону маски» - повествование о жизни и творчестве русского советского художника, одного из самых таинственных. Фильм получился театрализованный, эмоциональный. Сам Александр Тихомиров (1916–1995) тоже не терпел монотонного бормотания. Проявлял себя в искусстве страстно, громко, за что и удостоился сравнений с Буонаротти. И герои фильма рассказывают о нём темпераментно, подчас – с экзальтацией. Даже балаганный тон подходит к стилистике художника, увлечённого стихией цирка, уличного представления.

С лицедейством соседствует трагедия. В войну он потерял жену и ребёнка, оставил родной город Баку. Начал новую жизнь в Москве.

В его живописи постоянно возникает образ «трагического клоуна» – авторы фильма решили показать нам этого клоуна живьём. Кинодраматургия подчеркнула феллиниевские мотивы Тихомирова. В изображении лицедейства, артистического перерождения он видел тайный смысл в жизни – как Блок в «Балаганчике». Он – автор самых больших в мире портретов Ленина. То есть «работал в области вождя». По-моему, напрасно Горовацкий противопоставляет истинное искусство Тихомирова его «подневольной» лениниане. Да, он оставил сотни первоклассных работ, ничем не связанных с социалистическим реализмом, в этом – его художественная суть. Работал исступлённо, с полным самоотречением.

Да, он относился к ленинской пропаганде как к заработку, отстаивал независимость семьи. Но он столько сил и времени отдал Ленину, что сроднился с этой работой. Тихомиров творил легенду о вожде. Важно, что плакатный Ленин жил на улицах, это был своего рода площадной цирк.

Ленин у Тихомирова – титан, герой античного мифа, вне возраста, вне времени. Как водится, герой многоликий: то кряжистый и неподвижный, то летящий над городом.

Писать рекордный портрет Ленина пришлось на поле стадиона «Динамо» с помощью маляров, которыми руководил художник. За своим творением Тихомиров наблюдал с птичьего полёта, забираясь на мачту. Он стал классиком наглядной агитации. Это самое что ни на есть массовое искусство, открытое площадям огромного города. В фильме не рассказали легенду, кажется, близкую к реальности. Дело было в начале 70-х, когда после ленинского столетия агитационные порывы ЦК удесятерились. Художника вызвали на Старую площадь и разъяснили ситуацию. Оказывается, в Китае появился уличный портрет необычайной величины – конечно, это был лик «великого кормчего» Мао. Художник сразу понял: пришла пора ставить рекорды. И справился. Он в краткие сроки создаёт погрудный портрет Ильича непревзойдённых размеров – 42 на 22 метра. Треть футбольного поля! А потом из мастерской Тихомирова выходит ещё более впечатляющий портрет в полный рост – 62 на 42 метра.

Его «личные», сокровенные картины не выставлялись до середины 1980-х. Но художники и коллекционеры – и не только отечественные – знали ему цену. Сколько раз Тихомирову предлагали уехать в Италию, во Францию c заманчивыми контрактами! Он предпочёл московское затворничество – плакаты наедине с миллионами и загадочные полотна наедине с самим собой. Думаю, пришло время для серьёзного исследования метаний этого выдающегося художника. Но и Горовацкому удалось многое: есть в фильме штрихи, приковывающие внимание.

Наше искусство не­сметно богато: наследие Тихомирова – это полнокровный художественный мир, в котором пересекаются литературные, театральные, музыкальные ассоциации. И в ленинских плакатах, и в его сокровенных цветных снах – история ХХ века. Там столько эмоциональной правды, что Тихомиров всё сильнее будет волновать не только искусствоведов, но и кинематографистов. Его картины киногеничны. Неудивительно, что на канале «Культура» появился этот яркий, пристрастный фильм, лучшие кадры которого – это картины Тихомирова, мелькающие под музыку Владимира Романычева в финале, затянувшемся на несколько минут.

Теги: телевидение , искусство

 

Право не знать

Все современники издевались над любимой резолюцией Аракчеева: "Что я знаю, то знаю, а чего не знаю, того и знать не хочу". Даже Гоголь о ней в письме к Анненкову, как о недалёкости государственного мужа, упоминал, а сегодня дубовая фраза приложима ко многим СМИ, особенно к авторским программам на ТВ. Вообще для кого они, для какой цели? Для пиара и самоутверждения ведущего, чья позиция нам и без того ясна, или всё-таки для разговора с обществом, для прояснения истины? Вот по субботам на ТВЦ выходит якобы общественно-политическое ток-шоу «Право знать!». Это, как сказано в анонсе, «флагманский проект канала, в котором сталкиваются различные точки зрения на самый актуальный вопрос недели. Герой программы - человек, который знает о проблеме больше всех. Ему предстоит отвечать на вопросы «зубастых» журналистов – главных редакторов ведущих российских СМИ. Их задача – выведать у героя всё, о чём зрители хотят и имеют право знать».

В минувшую субботу флагман получил не совместимую с жизнью пробоину и должен затонуть. Ведущий программы – писатель и журналист Сергей Минаев духарился перед запуском: «Это зажигательно, это злободневно, это остро!» И вот автор «Духлесса» изменил заявленной сути и скатился до вялого междусобойчика. К нему в гости (так он всегда назойливо и нетактично подчёркивает – «ко мне»!) пришёл режиссёр Павел Лунгин – автор провального, вызвавшего море критики в разных СМИ сериала «Родина», и встал напротив вальяжного капитана Минаева. А где ж «зубастые» журналисты в студии, где разные точки зрения и нелицеприятные споры? Их нет и в помине: состоялся приятельский (что тоже навязчиво подчёркивалось) разговор, внушение без всякого сопротивления точек зрения ведущего и режиссёра, наполненное комплиментами, оправданиями, недалёкими штампами. Лунгин: «Мы в процессе[?] Не знаю чего. Общество потребления всё диктует. Нет яркого врага, как во Вторую мировую (ой, Отечественную, это я как историк оговариваюсь), и мы его ищем рядом. Важно понять, что общество, воспитанное советской идеологией, привыкло к простым решениям». И прочее в том же занудном духе. Про советское воспитание не раз повторил. Проснись, народный артист России, с этой идеологией четверть века как расстались в Кремле, расплевались на ТВ, закрепили безыдейность в Конституции. Хватит сваливать и лгать – поколения без неё выросли! Или он просто русское мировоззрение имеет в виду, которое на дух не приемлет?

Лунгин уверяет: «Понятие патриотизм стало более сложным» (чем у Пушкина?), цитирует навязшее нелермонтовское «Прощай немытая Россия…», уверяет, что патриотизм – это прежде всего любовь к семье (?) и поиск недостатков: «Вот Салтыков-Щедрин…» – «Прямо с языка снял», – подхватывает Минаев. Ведущий спрашивает: «Кто сегодня положительный герой?» – «Тот, кто сомневается, мучается, ищет. Вот как Духлесс, к которому ты руку приложил». Стыдно слушать просто…

В заключение самодовольный Минаев, почему-то сломавший формат программы, как выражаются ремесленники от СМИ, сделал чудовищно нескромный вывод: «У нас состоялся интересный разговор». С чего он это взял? Или это телевизионная аракчеевщина: «Чего я знаю, то знаю…» А для нас, скучающих зрителей, «Право не знать».

Теги: канал ТВЦ

 

«Proчтение»: уже лучше

Обычно начиная просмотр "Proчтения" («Россия 24»), внутренне подбираешься, сосредотачиваешься, принимаешь боевую стойку: сейчас начнутся эротика и гламур в книжных интерьерах. Однако уже второй выпуск - ничего подобного. «Proчтение» всё в большей степени соответствует своему статусу одного из мероприятий Года литературы. Похоже, что критика в адрес программы, звучавшая на страницах «ЛГ», наконец-то была услышана. Чуть-чуть сместили акценты, и сразу появились информативность, содержательность. Да, конечно, нам по-прежнему рассказывают о бестселлерах, не выходят за рамки узкого круга авторов, и экономическая составляющая ещё заметно довлеет над книжной. Но тема перевода в художественной литературе и рассказ о феномене популярных книг имеют большее отношение к Году литературы, чем сюжеты о комиксах и Книге рекордов Гиннесcа.

Программа движется к тому, что и должно быть: к формату 15-минутного вестника литературных событий и издательской жизни. Конечно, магия цифр и налёт пиар-подхода к отбору тем, персон и книг ещё сохраняются, но хочется верить, что «Proчтение» выберется с той неверной гламурной дороги, на которую оно встало с самого начала, постепенно перейдёт к популяризации настоящей литературы, к рассказу о молодых авторах, об авторах, живущих в разных регионах России. Уже лучше, но не стоит останавливаться, следует продолжать движение в верном направлении.

Виктор БЫСТРОВ

Теги: культура , литература

 

Звезда «в ударе»?

Ругать журналистов нынче стало привычкой. Да и сами мои коллеги чаще дают поводы для критики, нежели для их защиты, тем более - похвалы. А тут вдруг возник такой случай на программе Юлии Меньшовой "Наедине со всеми". Приглашённая для встречи народ­ная-разнородная Людмила Максакова так обходилась с ведущей, что захотелось броситься и защитить талантливую, естественно, поначалу растерявшуюся Юлию Меньшову.

– Вы хотите спрашивать про моего отца? Зачем?

– Но вы же сами писали об этом[?]

– Мама?.. Почему она – великая? Она – гениальная.

– Может, я вам вовсе не нужна. И мои вопросы? – спрашивает хозяйка передачи, поставленная гостьей в угол.

– Конечно, не нужна. Я сама умею выступать и общаться с ауди­торией…

Приехали! А что же, разве вы, Людмила Васильевна, не знали, что вас приглашают в передачу, как минимум предполагающую не монолог, а диалог?!

И надо отдать должное Ю.В. Меньшовой – она держала удар и героически спасала эфир.

– Вот у меня есть мысль… – это робко, деликатно от Юлии.

– Да что вы? У вас мысль есть? – а это приглашённая звезда.

Уф! Лучше уж было вовсе не приходить, не соглашаться на встречу, чем так «звездить» и грубить.

Даже по сравнению с другими подобными ток-шоу, расплодившимися теперь по всем каналам, и другими ведущими, по-моему, Юлия индивидуальна и эталонна. Но жанр, который она представляет, предполагает ответственность двух партнёров друг перед другом и перед многомиллионной телевизионной аудиторией, он требует выполнения общих правил игры – вам ли, действительно замечательной актрисе, этого не знать?! А ещё как минимум требует от гостя просто воспитанности и интеллигентности, о которых вы тоже, наверное, знаете не понаслышке.

Уж извините, Людмила Васильевна, но не смогла про­молчать.

Теги: Юлия Меньшова , «Наедине со всеми»

 

Вносят раскол

Возмущён последним выпуском программы "Познер". В нём ведущий (все теперь знают, что он гражданин трёх стран) продолжал вносить раскол в наше общество - и это его излюбленное занятие. Уже в который раз Познер сравнивал возглавившего борьбу с нацизмом и победившим его Иосифа Сталина с Гитлером. Почему это происходит на российском государственном канале? Этому американцу здесь всё позволено?

Странно также, что его гость, митрополит Иларион, в стиле Сванидзе называл Сталина «чудовищем, духовным уродом», обвинял в геноциде советского народа, в уничтожении священников православной церкви. Понятно, почему Познер не называет фамилии тех, кто на самом деле начинал и возглавлял «геноцид православных» в СССР, но удивительно, что уважаемый иерарх этого не знает. Он не знает также, что именно Сталин прекратил гонения на Церковь и восстановил патриархат? Хочется верить, что позиция РПЦ по этому вопросу не совпадает с высказываниями митрополита Илариона.

Сергей КУЗЬМЕНКО, БЕЛГОРОД

Теги: телевидение , «Познер»

 

Сеющий лён – пожнёт золото

Фото: РИА "Новости"

Уезжал я из Костромы с тяжёлым сердцем. После встреч со специалистами отрасли и посещения знаменитой Большой Костромской льняной мануфактуры (БКЛМ) понял: в стране со льном, считай, конец.

Скромные, но великие в своём знании и служению льну специалисты, или, как таких называют на Западе, "сверхкомпетенты", на нашем летучем совещании не стали горячо оспаривать горькие слова одного из профессионалов текстильного машиностроения: «В льняной отрасли точка невозврата уже пройдена».

Сухие цифры Росстата безжалостно свидетельствуют о том, что после крушения СССР посевы льна упали в 100 раз, по той же Костромской области - с 40 тысяч га до 400 га. Да и в целом по России практически такая же картина. Вместо мощного единого всесоюзного льняного комплекса островками остались отдельные фабрики и агрохозяйства, с какой-то зловещей пунктуальностью гаснущие и закрывающиеся каждый год.

Характерен пример с крупнейшим в России льнокомбинатом «Вологодский текстиль». Государство вложило в его модернизацию несколько миллиардов рублей. По оборудованию вышел на уровень лучших мировых текстильных предприятий. А два года назад сюда приезжал провести совещание и поздравить работниц комбината с Международным женским днём глава государства В. Путин.

Мощное совещание состоялось, Владимир Владимирович даже, цитирую главный российский телеканал, «раскрыл вологодским ткачихам свой секрет сохранения отличной физической формы». Однако уже через полгода комбинат встал, началось его банкротство. И несмотря на череду совещаний в правительстве, до сих пор ситуация там плачевная.

Очень надеюсь, что в ближайшее время комбинат будет реорганизован и опять заработает в полную силу. Но даже если такое и случится, отрасль от этого не воссоздастся, чудо само по себе не произойдёт. Необходимо комплексно проектировать принципиально новую индустрию.

Сегодня же пока всё находится в рыночно-броуновском движении. То ли придёт на комбинат хороший и правильный собственник, то ли нет. То ли удастся области поддержать из своего нетучного бюджета предприятие, то ли нет. То ли вернутся лучшие кадры и придёт молодёжь, то ли нет. Несколько выживающих островков прежде процветавшей отрасли её не спасут. Отдельные инвесторы, то приобретающие, то продающие отдельные для них и, в общем-то, узко коммерческие, а не отраслевые активы, не спасут, хотя некоторые бизнесмены здорово помогли нескольким предприятиям за эту разрушительную после развала СССР четверть века.

Как же добиться успеха в этом сложнейшем деле? Так ведь если мы хотим восстановить Россию как мировую державу, надо научиться ставить и решать задачи, которые кажутся нерешаемыми. Нужна федеральная комплексная госпрограмма по льну. Надо принимать союзную российско-белорусскую программу по льну, разговоры о которой и совещания идут много лет. Пора заканчивать с игрой в рынок и всякие программы после четвертьвекового падения вниз. В лён должно вернуться государство и опять стать хозяином, планируя стратегию действий минимум на 20 лет.

[?]Льняное производство практически безотходное. Из льна делаются масло, длинное, короткое волокно, пак­ля, техническая вата, жмых (идёт на корм скоту). Используются и вершки, и корешки.

 В Евросоюзе из Европейского фонда гарантий производителям льна выделяют прямые дотации, что обеспечивает 35–40% дохода фермеров. Это способствовало развитию отрасли во Франции, Бельгии, Голландии, Испании и Великобритании.

 Льняные ткани опять становятся модными. Они дороже хлопковых, но у льна неоспоримые преимущества: он лучше сохраняет прохладу и более износостойкий. В Европе видимая помятость льняной одежды, даже ухоженной, считается своеобразным шиком.

 Льняное масло даёт превосходные возможности не только лечения многих болезней, но главное – их профилактики. Оно – богатейший, фактически не имеющий равных источник ненасыщенных жирных кислот Омега-3 и Омега-6, необходимых организму для борьбы с распространёнными заболеваниями – атеросклерозом, диабетом и многими другими.

Проблема льна важна и для промышленности, и для сельского хозяйства, и для экономики в целом. Более того, вопрос о льне – политический. Будет лён – будет и русская деревня. Это ломать отрасли легко, а вот их создание требует консолидации всех сил государства и общества, выдающихся организаторов, генеральных конструкторов и колоссальных вложений.

Надо на самом высоком уровне ставить задачу проектирования льняной индустрии заново – по сути, с нуля. Либо страна организует по образцу тех великих космического и атомного проектов 1940–1950-х годов новый льняной сверхпроект, либо мы уже долго не вернёмся из указанного невозврата. Я сам для себя решение принял и с моими товарищами уже приступил к проектированию новой льняной индустрии. Будем восстанавливать статус Костромской земли как столицы русского льна, собирая в единый кластер в дополнение к ней ещё Смоленскую, Тверскую и Вологодскую области.

В этом году 13 декабря собираемся отмечать 300-летний юбилей именного указа о льняных и пеньковых промыслах, в котором Сенат сообщил о решении Петра I «во всех губерниях размножить льняные и пеньковые промыслы (например, как обыкновенно промышляют льном во Пскове и в Вязниках, а пенькою во Брянску и в других городах)». Приказывая объявить о решении народу, Пётр I подчеркнул, что оно принято «для всенародной пользы».

Тогда царь-реформатор, по сути, создал единую отрасль. Но она затем, к первой половине XIX века, опять пришла в упадок – прежде всего по причине экспансии в Россию импортного хлопка. Однако после поражения России в Крымской войне в 1853–1856 годах вопрос об импортозамещении встал так же остро, как и сегодня, из-за западных санкций.

И льняная отрасль была во второй половине XIX века воссоздана заново – благодаря прежде всего стараниями братьев Третьяковых, оставивших нам не только Третьяковскую галерею, созданную как раз на льняные деньги, но и передовую отрасль: от машиностроения до ткацких производств. Базой возрождённой отрасли стала Большая Костромская льняная мануфактура Третьяковых. Они тогда убедительно ответили на вопрос о выгод­ности льна.

Затем колоссальный очередной подъём отрасли произошёл в 1930-е годы. И опять с центром в Костроме, в городской Совет депутатов трудящихся которой в 1953 году лично захотел избираться (и был за месяц до смерти избран) сам Сталин. И хотя историки и пишут, что на его решение повлияло желание дополнительно утвердить себя на исторической Костромской земле как колыбели царской династии Романовых, я уверен, что «виноват» в этом и лён, «Лён, лён, лён, кругом цветущий лён[?]», в котором вождь, вполне возможно, видел символ русской идентичности.

И сегодня при умной постановке дела есть возможность довести площади посевов до 2,15 млн. гектаров, как это было в 1938 г. Тогда при безотходной переработке сырья можно вернуть свой рынок высокотехнологической продукции на базе льна в три триллиона рублей. А ещё и экспортный потенциал колоссален – мировой рынок далёк от насыщения льноволокном.

Воистину: кто посеет лён, тот пожнёт золото!

Обо всём этом я узнал от В.В. Афанасина – удивительного человека, заместителя директора БКЛМ и организатора уникального Музея истории Большой Костромской льняной мануфактуры. До его рассказа о костромском льне я даже не представлял, насколько увлекательной может быть история отдельной мануфактуры, по-современному – промзоны, а теперь не сомневаюсь, что не только Ипатьевский монастырь, а и этот музей может стать популярным для туристов.

Как же практически создавать новую индустрию льна?

Первое. В год 300-летия царского указа о льне необходим президентский указ по льну. Это позволило бы придать адекватный статус проблеме и исходно заложить проектную межведомственную и межрегиональную базу новой отечественной индустрии.

Второе. Правительство РФ должно выступить штабом по проектированию и организации новой российской индустрии льна, включая бережное сохранение, реконструкцию и усиление имеющихся предприятий, отраслевых НИИ и вузов, университетских кафедр. Как говорит один из ведущих специалистов в России по льну В.В. Живетин, надо собрать все заделы и проекты в единую цепочку, поскольку индустрия может быть жизнеспособна только как мощная система, многосторонний комплекс.

Да, фундаментальные проблемы с русским льном начались не сегодня и даже не в лихие 90-е годы. Так же, как когда-то в начале первой половины XIX века, уже с 1960-х годов хлопок опять стал мощно вытеснять лён. И капитальные вложения в отрасль резко упали, вследствие чего упала культура как агротехническая, так и производственно-перерабатывающая. Между прочим, пусть и раздутое, но именно то узбекское хлопковое дело сильно приблизило гибель великого СССР. Надо вернуть независимость в сфере текстиля и волокон, если хотите – наш волоконно-лубяной суверенитет.

Третье. Основой индустрии должна быть госкорпорация с условным названием «Рослён». Без ответственности государства ничего не будет. Как показывает пример Беларуси, где ценой колоссальных усилий лично президента Лукашенко и мощной команды специалистов организовали национальную индустрию льна, это необходимо рассматривать как стратегическую индустрию с приоритетной государственной поддержкой.

Четвёртое. В качестве базовой продукции индустрии необходимо ставить не только текстиль, включая технический, но и весь спектр переработки растительной биомассы с уникальными свойствами, от травяной микрокристаллической целлюлозы до биокомпозитов и углепластиков. Лён вместе с коноплёй должен стать сырьём для нескольких семейств новых материалов, нужных и в быту, и для машиностроения и оборонки.

Пятое. Фундаментом новой индустрии должна быть практико-ори­ентированная фундаментальная наука и РАН вместе с несколькими базовыми НИИ и инжиниринговой фирмой. Без научно-исследовательских разработок как постоянного сопровождения производственных процессов успеха не будет.

Шестое. Помощником восстановления миллионогектарных посевов льна надо сделать молочную индустрию. Лён и молоко тесно связаны друг с другом. Это и сево­оборот, столь необходимый для этой культуры, очень истощающей и без того небогатые нечерзнозёмы, когда кормовые культуры позволят почве отдыхать, а для базового удобрения – производить навоз. Это и выход на экологическое и органическое качество жизни, где к экоодежде и экомебели приложатся и настоящее молоко, и продукты его переработки.

Седьмое. Надо рассматривать вместе лён и коноплю и другие лубяные однолетние растения (а также многолетний мискантус) как уникальный возобновляемый ресурс биоэкономики в новом технологическом укладе.

Восьмое. Создавать новую индустрию вокруг льна необходимо как метод реконструкции всего Нечерноземья. Соответственно необходима и спецпрограмма. Лён восстановит Нечерноземье, а Нечерзноземье – лён. Только в таком единстве будет результат нужного качества, правильный, как раньше говорили, народно-хозяйственный, эффект.

Девятое. Кадры решают всё. Проектируя радикальное реформирование отрасли, надо прежде всего собрать лучших специалистов и срочно готовить новых из перспективной молодёжи. Именно компетенция и квалификация, умное тонкое понимание и знание льняного дела и дадут в конечном счёте и нужные для страны и мира изделия, и высокую прибыль.

И главное. Восстановление льна должно стать общей национальной сверхзадачей, всеобщим проектом развития страны. Здесь потребуется мощная концентрация интеллектуальных, инженерных, дизайнерских, агрономических сил страны. Перед нами стоит не только промышленная, но и культурная сверхзадача. На восстановлении индустрии льна мы обязаны научиться вообще работать с промышленностью.

Кострома должна опять стать льняной столицей России, увеличив посевные площади минимум до 10 тысяч гектар, и выступить локомотивом реконструкции всего Нечерноземья.

Внимательно всмотритесь в лён, почитайте про лён, узнавайте про лён – и вы увидите отражение нашего русского духа и культуры. И тогда уже никому не надо будет ничего больше объяснять. Только делать.

Теги: Россия , политика , экономика

 

: Empty data received from address

Empty data received from address [ url ].

 

Оглядываясь на пройденный путь

Галина Бельская. Короткая прогулка перед долгим сном. - М.: Новый Хронограф, 2014. – 392 с. – 550 экз.

Обилию мемуаров на книжных развалах можно было бы радоваться, если бы эти произведения были написаны хорошим языком и содержали действительно интересные факты. Но, увы, такое случается далеко не всегда. На этом фоне настоящим подарком оказалась книга Галины Бельской "Короткая прогулка перед долгим сном".

В названии использован один из мудрых афоризмов Фаины Раневской, обозначившей суть самой жизни. Книга – из серии повествований от первого лица. Своеобразная исповедь сначала маленькой девочки, оказавшейся в непростых жизненных обстоятельствах, а затем и женщины. Воспоминания при всей их личной первооснове читаются как страницы истории нашего общества, ибо написаны не только памятливым исследователем, но и опытным, зорким литератором. Человеком, который не просто рассказывает о пережитом, вырисовывая детали, но и мудро, без резонёрства размышляет вместе с читателем, оглядываясь на пройденный путь.

...На Рязанщине есть удивительная здравница «Кирицы» для мальчишек и девчонок, больных туберкулёзом. Героине книги пришлось провести здесь несколько лет. Казалось бы, израненное тяжёлым недугом детство. Но в благодарной памяти девочки годы, проведённые в гипсе, освещены светом щедрой доброты – врачей, медсестёр, нянечек, воспитателей, которые для неё и её товарищей стали второй семьёй. Перед читателем встают живые портреты директора санатория Л. Василевского, завуча здравницы Е. Деллавос, доктора И. Кона и их коллег, для которых не существовало такого понятия, как чужая беда...

Воспоминания о детстве – это и непростой рассказ о близких: деде, известном учёном-гуманитарии Павле Медведеве, ангеле-хранителе семьи прабабушке Дуне, маме, актрисе Московского драматического театра Наталье Медведевой, отце Петре Бельском, дважды лауреате Сталинской премии, чудом уцелевшем в мясорубке репрессий. Так страницы биографии органично сплетаются с летописью страны.

Автор книги – историк по образованию и призванию – неназойливо учит читателя умению видеть за эпизодами отдельных судеб ход времени. Эта сильная сторона рассказчика наглядно проявляется, и когда он приглашает за собой в поездки по городам Италии, где ты вместе со знающим гидом путешествуешь сквозь века по площадям и улочкам Болоньи, Флоренции, Рима, заново открывая для себя великие творения мастеров прошлого.

Роскошь общения, о которой говорил Экзюпери, продолжается, когда читатель знакомится с другими героями книги Галины Бельской. И здесь снова что ни судьба – то открытие. Автор уникальных исследований учёный Теодор Шанин. Историк, первооткрыватель этрусков Александр Немировский. Этнограф с мировым именем Ян Чеснов. Шекспировед Марина Литвинова. Известный художник, ученик Ильи Репина Михаил Вербов... И ещё. И ещё.

Тот случай, когда читая книгу, с сожалением заглядываешь в конец: как мало остаётся страниц!..

Теги: Галина Бельская , Короткая прогулка перед долгим сном

 

Левиафан и Либерафан

Становлюсь "историческим" человеком. Не успели утихнуть страсти по «детектору патриотизма», о необходимости которого я образно обмолвился в эфире, как грянула история с худсоветами. И на меня вновь ощерился отечественный Либерафан - извечный враг Левиафана. Либерафан, кстати, вовсе не золотая рыбка, исполняющая общечеловеческие желания, а тоже чудище «обло, стозевно»: за нашу и вашу свободу в клочья порвёт.

Дело было так. Общественная палата затеяла круглый стол «Театр и общество», навеянный, конечно, скандалом с «Тангейзером». Выступая там, я, помимо прочего, вспомнив о пользе советских худсоветов, предложил создать при Министерстве культуры «конфликтный худсовет» – КХС. Что-то вроде МЧС, но только в сфере искусства. У вас беда? Тогда мы летим к вам. Или идём, если беда, скажем, в Московском драматическом театре им. Станиславского, измученном электричеством. Всероссийской свары в Новосибирске можно было избежать, если бы вовремя вмешалась группа товарищей, «неглупых и чутких», представляющих разные «тренды» отечественной культуры, но озабоченных её процветанием. Однако помощь пришла поздно, да ещё в виде православных протестантов, и Москва стала прирастать Сибирью. Вот уже и свиная голова опасно улыбается на пороге МХТ им. Чехова, предостерегая Олега Табакова, что из доставшейся ему половины Художественного театра не следует устраивать кунсткамеру с заспиртованными богомолами и засушенными бесноваторами.

И вот, едва я заговорил о худсоветах, поднялся шум. Реакция была такая, словно я предложил прилепить на грудь нашему двуглавому орлу серп и молот. Не меньше! Гнев изрыгали и театральные брехтазавры, хранящие на заслуженной чешуе рваные раны от проклятого совка. Сердилась и СМИ-шная молодь, для которой перестройка – седая древность. Почему такая реакция? На какой плавник коллективного Либерафана я ненароком наступил? Давайте разбираться. И начнём с «Тангейзера». Всем хочется придумать что-то новое. Кулибин, например, изобретал. Кулябин изгаляется. Сам признался в интервью: взыскуя славы и просчитывая будущий эпатаж, он колебался между холокостом и христианством. Выбрав второе, режиссёр не ошибся: в противном случае, не доводя дело до премьеры, его просто тихо смахнули бы в творческое небытие, как таракана, забежавшего на праздничный стол. Режиссёра лишить профессии гораздо легче, чем, например, писателя или живописца. Он без театра – как генерал без рядовых. Постановщику для самовыражения нужно слишком много, прежде всего – деньги. А деньги в России даёт государство и режиссёрам, и олигархам, и нанотеологам[?] Грудной у нас капитализм: без державной титьки – никуда!

Иные спрашивают: а в чём, собственно, преступление молодого постановщика, за которое наказали директора театра? В богоборчестве? Но сложные, противоречивые отношения искусства и религии теряются в веках. Кстати, Вагнер, будучи христианином, уносился гением в пучины германского племенного язычества, предвосхищая невольно наступательную мистику Третьего рейха, за что музыку автора «Лоэнгрина» в некоторых странах даже не исполняют, а 200-летие композитора отметили, в том числе и в России, словно извиняясь. Наша газета – редкое исключение. Но если мы однозначно станем на сторону клира, то куда денем лицейский «афеизм» Пушкина, антипоповские выходки молодого Есенина, лефовское безбожие Маяковского?

Впрочем, одно дело – искреннее, мятежное, заложенное, видимо, в генезисе таланта богоборчество, которое художник сам преодолеет, если доживёт. И совсем другое дело, когда богохульство – расчётливый продюсерский ход. Если хотите, кощунство и святотатство – это шпанская мушка и виагра современного искусства. По-другому не получается…

Если кто-то думает, что найти «смелый ракурс» для рекламной заманухи безумно трудно, то он сильно ошибается. Вот вам навскидку «версия», в отличие от кулябинской вытекающая из замысла Вагнера, а он был не только композитором, но поэтом, лично сочиняя либретто, выверяя каждое слово. Помните, Тангейзер за свои венерические грехи так и не вымолил пощады у папы римского? Видимо, индульгенции на тот момент кончились. Понтифик явно в насмешку сказал, что прощение грешный рыцарь получит, когда расцветёт и прорастёт папский посох. То есть никогда. Как известно, посох, жезл – это традиционные замещающие фаллические символы. Справьтесь у Фрейда или ближайшего сексолога. Теперь вообразите: в финале оперы на сцену выходит сам папа римский с расцветшим замещающим символом. Ну и как вам? Учитывая нынешнее недружелюбие Польши, понтифику можно придать внешнее сходство с Иоанном-Павлом (Войтылой). Думаю, скандал из Новосибирска через Москву перекинется в Брюссель. А дальше – переговоры в Минске под эгидой Лукашенко. Баш на баш: вы снимаете санкции, а мы – «Тангейзера». Вот это скандал!

Стремление оскорбить чувства верующих не новость. Возможно, и моя «версия» покажется кому-то непростительной дерзостью. Кстати, в дневнике Е.С. Булгаковой есть характерная запись. Михаил Афанасьевич вернулся из редакции, кажется, «Безбожника», мрачным и сказал с возмущением: «Тому, что они там вытворяют, прощения нет!» Сын киевского священника сам вынашивал «роман про Понтия Пилата». (Это тогда-то!) И его возмущало не вторжение писателей в мир веры, но прагматическое кощунство атеистов на зарплате. Либерафан в ту пору разгулялся: рушили храмы, казнили священников, в основном православных, хотя досталось всем конфессиям, даже тем, что активно помогали революции. Кстати, тема у нас почти табуированная…

Однако проходит совсем немного времени, и Таиров губит себя, поставив злополучных «Богатырей» на либретто вредного мужика Демьяна Бедного. Спрашивается, а что такого натворил Камерный театр? Ну, подумаешь, князь Владимир напился с дружиной и в пьяном угаре крестил Русь. Делов-то! Пустяки в сравнении с мощами, вытряхнутыми из рак. Абсолютно в русле антирелигиозной пропаганды. Но к тому времени Левиафан вновь пересилил Либерафана. Приближалась война, а сражаться без исторической памяти и веры – дело безнадёжное.

Кстати, язвительный Булгаков символически сквитался-таки со своими театральными антиподами, обвинявшими его в архаике, походя заметив, что Мейерхольд погиб во время репетиции под обрушившейся трапецией с голыми боярами. Каково! Автор «Багрового острова» был против эксперимента? Ничуть. Тут что-то другое. Мастер понимал: традиция – это историческое сложение усилий многих талантов, от неё нужно отталкиваться, а не попирать в спесивой гегемонии. Кстати, он оказался провидцем. Трапеции рухнули и погребли многих.

В чём же суть нынешнего конфликта? Почему общество лихорадит то от гельмановских пакостей, то от выставки «Осторожно, религия!», то от кривляний Pussy Riot у алтаря, то от занудных непотребств Богомолова? А теперь вот и Тим Кулябин поместил Спасителя в венерический лупанарий. «Художник на всё право имеет! Потомки разберутся!» – воскликнет редактор журнала «Театр» Марина Давыдова, которую от комиссарши Гражданской войны отличает разве что отсутствие маузера на ремне. Да, имеет. Причём такое же, как и граждане, протестующие, что их налоги идут на оскорбительные выдумки и экспериментальный вздор. Лучше поможем детям Донбасса!

Но не всё так просто. Проблема куда глубже. В лаборатории можно всё. Как известно, профессор Преображенский, не интересовавшийся судьбой детей Германии, в домашних условиях превратил собаку в человека, но увидев, как Шариков пошёл во власть, сначала над кошками, вернул его в первобытно-четвероногое состояние. Испугался. Кстати, замечательный режиссёр-коммунист В. Бортко в классической экранизации «Собачьего сердца» добавил, по-моему, важную деталь: решение «дегуманизировать» уполномоченного по очистке приходит, когда тот появляется на трибуне в киноновостях. Ныне тотальный охват и молниеносная отзывчивость информационного пространства таковы, что любые лабораторные монстры, големы и косяки, выскочив из булькающей реторты, поражают общественное сознание. Часто необратимо. Достаточно вспомнить «бандеризацию» Украины, а ведь началось всё с исторических галлюцинаций академика Грушевского.

Как примирить право художника на самовыражение с правом людей не страдать, попав в информационно-культурное пространство, засорённое отходами фобий и умопомрачений? Не включать телевизор, не ходить в театр? Тогда давайте и голодать, ведь в колбасе попадаются крысиные хвостики! Лично я не хочу, чтобы мой внук, придя на «Евгения Онегина», скажем, в Театр имени Вахтангова, увидел, как актёр, декламируя: «Татьяна, русская душою», указывает пальцем на свой замещающий жезл. Видимо, господин Туминас полагает, что русская душа расположена не там, где литовская.

И вот ещё проблема, которую я пытался поднимать, когда вёл передачу «Контекст» на «Культуре», вызывая глухое недовольство приглашённых экспертов и бессильное сочувствие руководства канала. Чтобы понять степень новизны, зритель должен иметь хотя бы представление о норме, об «исходнике», с которого начинается череда интерпретаций. Ведь согласитесь, по сравнению с Гамлетом-копрофагом Гамлет-гей – это вроде как и норма. Когда-то я был учителем-словесником, не могу даже сообразить, куда сегодня можно повести учеников, чтобы они увидели на сцене «исходник». ТЮЗы давно превратились в зоны рискованного, если не болезненного самовыражения худруков. Но внутренняя ориентация на норму необходима. Неслучайно психиатры частенько повреждаются в уме. Почему? Да потому, что больше общаются с ненормальными, чем со здоровыми. В такую же ситуацию зачастую поставлены нынешние зритель и читатель. Берёшь в руки «большую книгу» – и, кажется, читаешь историю болезни, позаимствованную из психдиспансера.

Ну ладно, в Москве ещё есть места, где можно увидеть «исходник»: Малый, МХАТ им. Горького, Маяковка... Но наш Либерафан активно мечет икру во все пределы Отечества. Что прикажете делать, если в единственный облдрамтеатр присылают пестуна «Золотой маски» (так случилось в Пскове), и тот, порушив проверенный временем репертуар, выгоняет на сцену полуголых пионерок читать дурными голосами «Графа Нулина»? Что остаётся пока ещё нормальным губернским гражданам, желающим вырастить нормальных детей? Взять штурмом театр и повесить бесноватора на штанкете, как на рее? Успокойтесь, пошутил…

Вот для подобных конфликтных ситуаций я и предложил создать КХС, чтобы в спор вступала третья сторона – безусловные авторитеты, к мнению которых прислушаются. Другого выхода нет. Театральная критика давно превратилась в приживалку при «Золотой маске». А Минкульт традиционно воспринимается «продвинутой» творческой интеллигенцией как щупальце Левиафана. Кстати, худсовет быстрого реагирования необязательно должен в конфликте вставать лишь на сторону возмущённых традиционалистов, которые тоже ошибаются. В случае если дерзость художественно оправданна и не является кощунством, КХС защитит экспериментатора, сказав «фу!» Левиафану.

Впрочем, конфликт между Левиафаном и Либерафаном вечен, в нём заложено онтологическое противоречие между теми, кто хочет неведомого нового, и теми, кому достаточно обжитого старого. Всё, что мы имеем, результат компромисса. Если Левиафан и Либерафан не договариваются, они гибнут. При этом каждый думает, что победил.

Теги: искусство , театр , Юрий Поляков

 

Мерой за меру

По мнению режиссёра Мирзоева, так на самом деле графья и выглядели

Фото: Д. Дубинский. Сайт Театра им. Вахтангова

Сегодня, отправляясь в театр, нельзя быть уверенным ни в чём. Гамлет и Онегин могут оказаться геями, сёстры Прозоровы - лесбиянками, а принцесса Турандот – любовницей собственного отца. Летописец Пимен обернётся зэком, Чичиков – выпускником Гарвардской школы экономики, а царь Додон или Борис Годунов – президентом России. Плоды, выросшие на унавоженной почве отечественного театра, и станут предметом пристального внимания "Мельподмены".

Симулякр – любимая игрушка многих вершителей театральных судеб. Берёшь ну вот хотя бы Бомарше. Перечитываешь, как советовал Александр Сергеевич, «Женитьбу Фигаро», и тебя внезапно озаряет! Скромница Сюзанна на самом деле спит и видит, как бы переспать с графом. Положением «брошенной жены» графиня Розина прикрывает свои светские похождения. Керубино отнюдь не наивный влюблённый мальчик, а истасканная поп-звезда традиционной для эстрады ориентации. А Фигаро – не движущая пружина пьесы, а, напротив, жалкий трус с потаёнными садистскими наклонностями, которому не под силу тягаться с всесильным сластолюбцем-графом. Таков расклад в «Безумном дне», которым академический Театр имени Вахтангова открыл этот сезон.

Надо отдать должное Владимиру Мирзоеву – он хотя бы честен со зрителем. Ещё до премьеры предупредил, что с удовольствием выкинул бы из названия своего спектакля вторую часть названия пьесы, но решил не вводить в заблуждение публику. Тем не менее свадьба Фигаро и Сюзанны в постановке отсутствует, как и страстный монолог Фигаро о том, что ум невозможно унизить. Ключевой сценой Мирзоев делает словесную дуэль о политике, которую упивающийся своём наглым всевластием граф ведёт, не отрываясь от свежевания только что убитой им косули: руки мясника шарят в разверстой туше, периодически сбрасывая окровавленные внутренности в услужливо подставляемый Фигаро таз. На чьей стороне режиссёр, догадаться немудрено. И плевать ему на то, что драматург – по другую сторону баррикад.

Подмена точки зрения автора первоисточника видением автора постановки при сохранении на афише имени драматурга и названия произведения – на выведенное петитом «по мотивам» зрители так же не обращают внимания, как заёмщики на мелкий шрифт дополнительных условий при оформлении кредита, – фирменный стиль постмодерновой режиссуры. Высший пилотаж – сохранить в неприкосновенности канонический текст, вывернув его наизнанку невербальными средствами, которые на человека, вынужденного обитать в сверхагрессивной визуальной среде, и потому практически разучившегося слышать и слушать, действуют гораздо сильнее, чем слова.

Когда стало известно, что по просьбе независимого профсоюза актёров НИИ культурного и природного наследия им. Лихачёва проведёт экспертизу спектаклей Кирилла Серебренникова («Мёртвые души» в «Гоголь-центре») и Константина Богомолова («Карамазовы» в МХТ им. Чехова и «Борис Годунов» в Ленкоме), экспертируемые творцы не скрывали мстительной радости – проверяйте, не придерётесь: все буквы на месте, а что касаемо духа[?] Ну установят эксперты несоответствие «аксиологической модели интерпретатора авторской картине мира», разрушение «системы опорных художественных образов, транслирующих основную идею произведения и ключевых композиционных приёмов, раскрывающих авторский замысел» и разрушение «соотношения ценностных центров автора и героя»! Установят. И что?

А ничего! Профсоюз, инициировавший экспертизу, не ставит своей целью снятие спектаклей с репертуара, но собирается добиваться честности по отношению к зрителю: пусть на афише стоит «Н.В. Гоголь – К. Серебренников. «Мёртвые души», «А.С. Пушкин – К. Богомолов. «Борис Годунов». Но никаких юридических механизмов, способных заставить режиссёра не обманывать публику, на данный момент не существует. На первый взгляд в них нет никакой необходимости. Театру достаточно просто предоставить зрителю точную информацию о спектакле, уведомив о масштабах интерпретации первоисточника и наличии/отсутствии у авторов постановки этических, моральных, религиозных и иных табу. Режиссёр имеет право на своё видение Шекспира или Гоголя, зритель – такое же право не оплачивать из своего кармана зрелище, унижающее его человеческое достоинство. Однако если он в порыве гнева уйдёт из зала, денег, уплаченных за билет, ему никто не вернёт и моральный ущерб не возместит. Зато оскорбитель, потирая руки от удовольствия, в соответствующий момент положит себе в карман очередную зарплату или гонорар. Как правило, вполне солидный.

Вставшие дружно стеной за попранное, как им кажется, право художника на самовыражение уверяют, что движет ими одна лишь благородная ненависть к цензуре. Тоги бескорыстных борцов за идею им, безусловно, очень к лицу. Но под этими тогами спрятаны весьма объёмные кошели. От милой привычки наполнять их из государственного кармана, каковой гораздо вместительней, нежели карман простого зрителя, ревнители творческой свободы отказываться не собираются. Слишком дорога им эта свобода.

На тезис, что государство, выделяя средства на постановку в государственном же театре, вправе требовать отчёта, как и на что они потрачены, чаще всего слышится ответ в том духе, что налоги в бюджет платят все – «путинисты» и «белоленточники», традиционалы и ЛГБТ, атеисты и верующие разных конфессий, а это значит, что театр в своих творческих исканиях вовсе не обязан следовать «руководящей и направляющей линии» этого самого государства. Возразить на это можно только одно – господа налогоплательщики самим фактом отчисления налогов в госбюджет признают над собой верховенство государства, в котором живут. Непризнающие налогов, как правило, не платят, держа капиталы в офшорах и паспорта чужих держав в карманах.

Эпатаж, провокация – жанры не просто специфические, но ещё и трудно окупаемые. И свободоборцы это прекрасно знают. И очень немногие отваживаются браться за заведомо скандальную постановку на свой страх и риск: улещивая спонсоров, изыскивая независимые площадки, вербуя не слишком щепетильных звёзд, на которых можно заманить народ. То ли дело театр государственный – тут тебе и деньги гарантированы на постановку, и труппа подневольная – никуда не денется, выйдет и разденется, и о продаже билетов думать не надо – чем именитей театр, тем больше к нему доверия у неискушённого зрителя, который и составляет в любом зале (за исключением премьерного) большинство. Творческие искания за государственный счёт – кто ж добровольно от такой свободы откажется, не правда ли, господа?

Теги: искусство , театр

 

Онегин в трусах – это креативно?

А это «Борис Годунов» – версия Богомолова

Фото: Сайт театра «Ленком»

Художник-варвар  кистью сонной

Картину гения чернит[?]

А.С. Пушкин

В Институте наследия имени Дмитрия Лихачёва состоялось обсуждение постановок "Борис Годунов" Константина Богомолова, «Евгений Онегин» Римаса Туминаса, «Онегин» Тимофея Кулябина и «Руслан и Людмила» Дмитрия Чернякова. Этому был посвящён отдельный семинар «Право на классику: о границах интерпретации произведений русской классики в театральных спектаклях». Следует заметить, что эксперты не просто негативно отзывались о постановках, но и задавались вопросом: почему государство финансирует такие, мягко говоря, сомнительные проекты? Трудно себе представить, чтобы в той же Франции на театральных подмостках не просто перевирали классику, но и выставляли французов подонками и извращенцами. Но в России это запросто, да ещё на казённые деньги.

Кандидат филологических наук Анастасия Чернова, анализировавшая постановку Тимофея Кулябина «Онегин», начинающуюся «с имитации бурного секса под простынёй» , не могла сдержать своего раздражения: «Ощущение, что всё происходит в отделении психиатрической больницы. Но при чём тут Онегин?» В спектакле Кулябина, по словам Черновой, Татьяна из «простой целомудренной девушки превращена в фурию» , да ещё и курит, Онегин предстаёт зрителям в трусах, а Ольга - в окружении фотографов (!). Что вынесет зритель из подобной интерпретации и для чего она вообще нужна, неясно. Но если бы так было только с постановкой Кулябина!

По мнению доктора филологических наук Ирины Гречаник, «Борис Годунов», поставленный в Ленкоме режиссёром Константином Богомоловым, искажён и осовременен, а сам режиссёр «разрушает интерпретационный театр, который опирается на слово». «Спектакль начинается с дописанного режиссёром текста и придуманной современной ситуации – новостного блока , – отмечает Гречаник. – Народ как сила истории – в определённые моменты созидательная, в определённые моменты разрушительная – исключён из концепции спектакля. Написанный текст вызывает аналогии с народом, который ждёт, что ему делать дальше, а также народ – это быдло, что принципиально искажает сложную пушкинскую концепцию истории». По общему мнению экспертов, «Борис Годунов» в Ленкоме превратился в «капустник, в котором используется попса» , где «Сталин, кортеж президента, Березовский и документальная хроника свалены в одну кучу» . Гречаник полагает, что из спектакля ясно лишь одно: «режиссёр не любит власть, ближний круг, патриарха и народ» .

Директор Института наследия имени Дмитрия Лихачёва Арсений Миронов сообщил, что тему современных постановок по произведениям Пушкина было решено затронуть в честь Года литературы. К тому же, по его словам, пункт «изучение экспертного мнения по актуальным вопросам государственной культурной политики» входит в госзадание института. «Мне вспомнились слова Лихачёва, который сказал, что «классики нас будут кормить». Возьму на себя смелость интерпретации. Наверное, он хотел сказать, что не надо брать бренд классического произведения и под ним продавать свои собственные эксперименты», – сказал Миронов.

Обсудили и режиссёра Владимира Мирзоева с его фильмом 2011 года «Борис Годунов». По мнению профессора Литературного института Александра Ужанкова, в картине мало что осталось от пушкинского текста. Ужанков обрушивается на режиссёра: «Он вроде бы берёт исторический пласт, тех же героев, но появляется некий мальчик в матроске – значит, это уже не XVII век, а XX, аллюзия на революцию. А Борис Годунов – не тот, который пришёл на царство, и не аллюзия на Ельцина, а уже аллюзия на какого-то нового русского, который в принципе не может владеть всем миром».

Доктор филологических наук, профессор и преподаватель Литинститута Иван Есаулов резко высказался по поводу спектакля «Евгений Онегин» Римаса Туминаса. «Когда при декламировании «Москва! Как много в этом звуке…» через сцену пробегает, спотыкаясь, «изобретённая» режиссёром сологубовская недотыкомка, создавая комический эффект и серьёзность слов «для сердца русского», подвергая весёлому осмеянию, или когда девки дурными голосами показывают какое-то похабство вместо народных песен, – это так режиссёр видит мир» . Есаулов допускает, что «режиссёр вправе это делать» , но недоумевает, почему он видит такой именно Россию, а не, допустим, свою Литву. «Если это поддерживается государственными финансами, то тогда я окончательно перестаю понимать, что такое государственная политика в области культуры, – заявил Есаулов. – У меня вызывает резкий протест, если это всё спонсируется государством. Это абсолютно само­убийственная политика…»

«Министерство культуры обязано адресно финансировать те постановки, которые не разрушают традиции, а ведут к воспитанию поколения», – отметила эксперт Ирина Юрьева. А в целом эксперты уверены, что государству необходимо инициировать публичную дискуссию по этому поводу, иначе произойдёт «полное размывание русской культурной идентичности». И действительно, не пора ли задуматься, кто и зачем на государственные деньги стряпает идиотские постановки, в которых перевирается авторский замысел наших классиков, шельмуется наша история, а народ показан в лучших традициях махровой русофобии?

Теги: искусство , театр

 

Девять Поляковых из Полушина

Фото: Борис ЯРОСЛАВЦЕВ

Сражались оба моих деда. Геннадий Иванович Устинов, повоевав и в Первой мировой, и в Гражданской, успел попасть и на Вторую мировую, уже в том возрасте, когда бегать с винтовкой наперевес тяжеловато. Оказался в плену, где пробыл до конца войны. Но всё ж вернулся к жене и дочерям.

А вот отцовский отец[?] Его видел только на одной оставшейся фотографии, где он снялся с друзьями перед отправкой на фронт. С детства для меня дед Василий был лишь образом с фото, папа немного мог рассказать о нём, ему было 10 лет, когда отец ушёл воевать.

Но где-то в середине 90-х я открыл областную Книгу Памяти, изданную во Владимире в восьми томах. В пятом томе напечатаны списки погибших воинов, призванных из Ковровского, Камешковского, Селивановского районов. На 338-й странице читаю:

ПОЛЯКОВ Василий Моисеевич, род. 1906, д. Полушино Камешковского р-на. Рядовой. Пропал без вести, авг. 1941.

Всего две строчки. Но, напечатанные в большой книге, они совершенно иначе заставили меня воспринимать деда. Образ с фотографии как будто приобрёл новое измерение - словно мы встретились во времени. Скупые официальные данные больно ударили по сердцу. А рядом…

Поляков Алексей Михайлович, род. 1914, д. Полушино. Рядовой. Пропал без вести, авг. 1941.

Поляков Виктор Анисимович, род 1926, д. Полушино. Призван в армию в 1945. Мл. серж. Погиб в бою, 1945.

Поляков Дмитрий Гордеевич, род. 1904, д. Полушино. Рядовой. Погиб в бою 20 авг. 1942.

Поляков Иван Петрович, род. 1902, д. Полушино. Призван в армию в 1942. Рядовой. Погиб в бою 20 февр. 1943.

Поляков Николай Анисимович, род 1923, д. Полушино. Рядовой. Пропал без вести, февр. 1944.

Поляков Николай Арсентьевич, род. 1901, д. Полушино. Рядовой. Пропал без вести, май 1943.

Поляков Николай Николаевич, род. 1911, д. Полушино. Серж. Погиб в бою 10 сент. 1942.

Поляков Фёдор Петрович, род. 1924, д. Полушино. Серж. Погиб в бою 14 авг. 1943.

Погибли девять полушинских Поляковых. А ещё тоже полушинские:

Асонов Михаил Петрович, Балашов Михаил Филиппович, Беляков Николай Акентьевич, Виляевы Алексей Автономович, Алексей Степанович, Ефим Николаевич, Горбаковы Александр Антонович, Александр Архипович, Иван Афанасьевич, Громов Никифор Романович, Грошев Николай Романович, Дорофеев Анатолий Васильевич, Евдокимов Алексей Дмитриевич, Зайцевы Николай Иванович, Пётр Иванович, Фёдор Георгиевич, Фёдор Яковлевич, Запрядышевы Иван Михайлович, Илья Семёнович, Комиссаров Тихон Антонович, Логиновы Иван Сергеевич, Лаврентий Дмитриевич, Михаил Сергеевич, Родион Фролович, Петров Иван Максимович, Сбиткины Александр Анисимович, Дмитрий Александрович, Фомин Дмитрий Тимофеевич, Шолохов Иван Фёдорович.

Тридцать восемь полушинских не вернулись с фронта (может, кого-то ещё и пропустили в книге, случалось такое). Деревня была небольшая. Значит, похоронки пришли почти в каждый дом.

И нет сейчас деревни Полушино. Потому что ударили по её корням, выбили всех молодых мужиков. А рядом на горе была деревня Лужки – лужковских тоже много в Книге Памяти. И её теперь нет. Как и соседних Вахромеева, Епишова, Ряхова, Филяндина, Симакова. Безлюдной округа стала, как тайга. Это в самом-то центре губернии.

На многих страницах по десятку одинаковых фамилий. Родственники жили все рядом. Значит, среди полушинских Поляковых наверняка мои двоюродные и троюродные деды. Большой клан родственников мог бы в городе быть сейчас. Однако нас лишь единицы.

По 40 фамилий на каждой странице, которых в книге 500. Двадцать тысяч погибших только из трёх небольших районов. Всего – более 130 тысяч земляков. А ещё не все вошли. Погибшего деда жены, Ивана Васильевича Белова, ушедшего на фронт из Коврова, в списках нет.

Войну в нашей стране долго старались вспоминать "потише". Говорили, что погибли в стране около 14 миллионов человек. Первый раз громко отпраздновали День Победы в 1965-м – помню яркий фейерверк в парке имени знаменитого оружейника Василия Дегтярёва. Сказали потом: погибли 20 миллионов. Сейчас говорят: 26,6 миллиона...

Может, и больше, но и это число безумно страшно. Несравнимо с потерями ни одной страны. За все века. А ударив по народным корням, поранили сильно и родовые ветви.

Папа мой в 11 лет ушёл из школы, хотя учился отлично. Надо было кормить семью – двоих младших братьев, а третий родился в ноябре, когда дед уже погиб. Отец был невысокого роста, чтобы лошадь запрячь, приходилось забираться на лавку. Вот и получилось, что к 51 году, когда его не стало, он отработал уже 40 лет.

Без отцов многим жилось тяжело. Всё это и сегодня сказывается. Поколению детей 30-х солоно досталось. Многие из них ушли раньше, чем человеку полагается. Войну выиграли недавние школьники, быстро ставшие опытными умелыми командирами и бывалыми бойцами. А сколько женщин стали вдовами, а сколько невест не нашли женихов?! 1923 год выкосили почти полностью. Моя тётя Вера была как раз с этого года, замуж так и не вышла.

Но много ли возместили нанесённого ущерба победителям? Трофеев немало вывезено из Германии, но кому они достались сегодня?! Выпускали в Коврове немецкие мотоциклы под маркой «К-125», потом «Ковровец», «Восход» – где теперь мотопроизводство на знаменитом дегтярёвском? Собирают что-то в малом количестве из китайских комплектующих. А завод этот – один из крупнейших в оборонке, его продолжали строить и в войну, там тогда работали по 16 часов – кому стал принадлежать? И за какие заслуги? Хозяин завода – табачный магнат. А мама моя отдала дегтярёвскому двадцать лет и здоровье – рано умерла, до приватизации, ничего ей от раздачи общенародной собственности не досталось.

Государства Израиль не было во время войны, его создали в 1949-м, но оно до сих пор получает репарации от Германии, которую Израиль не побеждал. Почему же Россия, главный победитель и главный пострадавший, так мало получила компенсаций за урон?! Да и немцы ли – главные виновники той мерзкой войны?

В 80-м, копаясь в подшивках «Учительской газеты», где я тогда работал, наткнулся на поразившую меня заметку. Примерно в декабре 1939-го Сталин, отвечая на вопрос редактора «Правды» о вине Германии за развязанную войну, ответил примерно так:

– Не знаю, в каком парижском кафешантане сфабриковано это враньё, главные виновники мировой войны – Англия и Франция.

Я был запредельно ошарашен! Как же так? Будущих союзников руководство государства обвиняло в развязывании войны, а тех, кто потом нападёт на нашу страну и уничтожит миллионы людей, главнокомандующий оправдывал?! Где же правда?

Настоящую правду мы до сих пор не знаем. Как ни странно, но не открыты ещё многие архивы тех лет, хотя прошло уже 70 лет с окончания войны. Значит, они таят что-то опасное.

Англичане с американцами (не народ, конечно же, а элиты), возможно, действительно главные виновники. И все те, кто на войне разбогател. Итальянский учёный Г. Препарата в книге «Как Британия и США создавали Третий рейх» весьма убедительно показывает, как Англия, боясь укрепления Германии в начале XX века, разработала дьявольский план содействия установлению в России и Германии конфликтных политических режимов, которые умело столкнула в двух мировых войнах. Их история  требует пересмотра и переосмысления. И наша страна, победившая благодаря геройству наших воинов и тяжёлому труду работавших в тылу, больше всех имеет право знать правду.

Меня всегда раздражал сильно неискренний пафос, нередко звучавший с партийных трибун о Великой Отечественной. Не о том говорят! Не так говорят! И вот сейчас тоже нередко слышишь неискреннее…

Воевали под красными знамёнами – цвета крови, так много пролитой за войну. И Знамя Победы было Красным и должно оставаться таким. Может, и памятные ленточки-то должны быть не оранжево-коричневыми, а красными. А ленточки эти – вроде как индульгенция: «Слава героям погибшим, которых мы помним и ценим!» Но КАК помним и насколько СИЛЬНО ценим?

Много претерпел наш народ за XX век. Гораздо лучшей жизни заслужил он в XXI. Не ради же миллиардеров, скупающих недвижимость в Лондоне, погибали наши деды и отцы, так тяжко трудились бабушки и матери!

Сберегли ли мы завоевания Победы? Наверное, нет, если даже не сохранили наше советское социалистическое государство. Такие мысли приходят, когда размышляешь о войне. Вот почему мне всегда не только радостно в День Победы, а и горько.

Великую трагедию нашего народа надо отмечать в глубоком скорбном поклоне перед погибшими. И высоко поднимая на пьедестал тех, кто завоевал Победу. Которая, конечно же, заслуживает Великой Радости! И счастливых песен и плясок, как пели и плясали в мае 45-го.

Россия должна праздновать свою Великую Победу ВЕЧНО. И гордиться ею ВСЕГДА.

г. КОВРОВ Владимирской области

Теги: Великая Отечественная война

 

Неруси духовные

Патриотизм - категория не только духовная, но ещё и экономическая. Один из примеров – валенки. Я ещё лет десять назад говорил друзьям, которые планировали строить бизнес на обуви: валенки – гениальное изобретение русских мужиков. Их просто нужно подкрасить в зависимости от потенциальных клиентов (дети, женщины), пустить узор по верху, подошву сделать пластиковую или резиновую, и всё – завоёвывай отечественный рынок (безразмерный), а там, глядишь, и за рубеж товар пойдёт[?] Пальцем о палец никто не ударил.

Теперь мы имеем облагороженные валенки, но только китайского или европейского производителя. Деньги текут в чужой карман. А главное – тренд не ассоциируется с Россией. Такое впечатление, что это немцы, итальянцы и китайцы тысячу лет в валенках ходили, а не мы. А вспомните дублёнки. Французы и итальянцы ввели их в моду и заработали целые состояния. Сотни лет назад мы их придумали, затем веками делали и носили, а в наше время закомплексованные собственной якобы неполноценностью не только загубили, но хуже – чужому дяде отдали и даже память о себе не сохранили. Это не широта натуры – это самоубийственная дурость.

Национальная гордость скукожилась до микроскопических размеров. Мы идём по планете, ссутулившись, стесняясь огромного роста былых достижений. Привыкли быть изгоями и потеряли стыд. Вернее, потеряли ориентиры, систему отличия поводов для гордости или стыда.

Нет в мире ничего (особенно в так называемом цивилизованном мире), чему бы не стал подражать россиянин. Вместо русского Дня святых Петра и Февронии, посвящённого любви, семье и верности, стали праздновать День святого Валентина. Вместо маскарада на Святки стали долбить тыквы ради американского Хэллоуина. Перила мостов увешали замками, потому что по телику увидели, что на Западе так делают.

Лет пять назад был я в паломнической поездке в Почаевской лавре. Рядом с лаврой – гора, где случилось явление Богоматери. Паломников – море, и все на ветки деревьев разноцветные ленточки вяжут, как буддисты. По всему склону. Монахи и священники просят: "Не цепляйте ленты, это не православная традиция!" Никто и слышать не хочет. Превратили гору в новогоднюю ёлку. Неруси духовные! От своего добра откажутся, чужую гадость скопируют.

На всё русский человек кидался и копировал: «лунную» походку Майкла Джексона, латинскую ламбаду, восточный танец живота, брейк-данс, аргентинское танго, бразильскую самбу, индийские выкрутасы, американскую аэробику, негритянский рэп. Объявления о наборе в студии всего вышеперечисленного и сейчас можно увидеть на всех домах офицеров и дворцах культуры необъятной России. Одного вы там не увидите: объявления о записи в студию русской песни и русского танца. Рэп наши прыщавые тинейджеры уже освоили. Зато понятия не имеют о частушке – потрясающем жанре народного творчества, ёмком, в четыре строчки, солёном и перчёном, где каждое слово несёт нагрузку. Рэп – детский лепет по сравнению с русскими частушками.

Увы, мы никого не можем увлечь своими достижениями (вернее, достижениями наших предков), потому что сами их высмеяли и обгадили перед всем миром. Лучший пример тому – почти уже прокажённая балалайка. Много вы видели пап и мам, ведущих за ручку своих сыночков в музыкальную школу – записать в класс балалайки? Если бы все народы и культуры планеты вели себя так по-обезьяньи, как мы, то никто бы не узнал про фламенко, японский театр, про змееруких индусок, самбу, румбу и т.д.

Около сотни ресторанов японской кухни сейчас, например, в Ростове-на-Дону, подчёркиваю: не в Южно-Сахалинске, не во Владивостоке, а в столице казачьего края! Не любят русские свою кухню, презирают. Поехал я как-то на левый берег Дона (кто не знает, это такой у нас Лас-Вегас местного масштаба). Смотрю – огромный казачий дом в три этажа. Внешне всё сделано безукоризненно. Захожу – а там сплошь итальянская мебель с обивкой в полоску, точь-в-точь гарнитур генеральши Поповой из фильма «Двенадцать стульев». В общем, от такого казачьего интерьера я сразу потускнел. Но когда увидел ещё и гламурную посуду, понял: Ростов безнадёжен.

Ни одного кафе с местной тематикой. В Ростове в своё время работал Альфред Нобель, чьи премии прославили его на весь мир. Здесь же трудился и изобретатель радио Александр Попов. Именно на одном из островов Дона состоялся первый сеанс радиосвязи. Кто об этом знает? Никто! Стыдоба! Такую историю профукали!

Нет кабачка «Цыган» (с мотивами знаменитого романа, на Дону написанного Анатолием Калининым). Нет ресторанчиков «Аксинья», «Гришка Мелехов» или «Дед Щукарь». Зато Макдоналдсов полно. Ростовчане не знают своих изюминок, не любят свою подлинную культуру. Пожалуй, половина российского народного песенного багажа – казачьи песни. Дон в русском фольклоре распиарен как никакая другая река и упоминается в десятки раз (!) чаще, чем огромная, исполинская Волга. Множество раз я бывал на различных праздниках: свадьбах, корпоративах, юбилеях. Что танцуют? Еврейский 7-40, армянский балез, летку-енку… ну и всякие современные дрыгалки.

Помню, был круглый стол по вопросам патриотизма. Сидели и чиновники, и ветераны недавних войн, и группа студентов.

– Народных песен вы не знаете, – говорю студентам, – о русских танцах понятия не имеете, любовь к суши – это для вас пропуск в «элитное» общество, отечественные машины высмеиваете, родной язык загадили англо-олбанскими словами…

– При чём здесь суши? – возмутилась одна девочка. – Я езжу на иномарке, потому что она лучше нашей, хожу в японский ресторан, потому что там некалорийно, предпочитаю зарубежную эстраду, потому что она круче нашей попсы… Но это не мешает мне любить Родину.

– Хорошо, – говорю. – У тебя парень (жених) есть? Ну вот представь: ты узнаешь, что он с другой девушкой поехал отдыхать, скажем, в Испанию. «Как ты мог? Предатель, изменщик!» – возмущаешься ты. А он в ответ: «Понимаешь, с ней выгодно – она половину расходов берёт на себя. Во-вторых, проще – знает испанский язык, в-третьих, девка весёлая. Но ты не переживай, люблю-то я только тебя».

Сидит студентка, ресницами хлопает. Поняла, не поняла? Бог её ведает…

Любовь к Родине – это, по-моему, очень конкретная вещь. И включает в себя множество мелочей. Помотавшись по свету (как бывший военный человек сменил девять мест службы – Латвия, Туркмения, Узбекистан, Афганистан, Германия и т.п.), мечтаю, что когда-нибудь какой-нибудь телеканал начнёт цикл программ «Кулинарные пристрастия России» (или «Региональные особенности русской кухни»). В общем, название неважно. Главное, что я хочу там увидеть – как, например, варят уху поморы в Архангельской губернии, а как – рыбаки на Байкале, или на Камчатке, на Дону, в Астрахани… Или в чём особенность серых щей, которыми меня однажды угощали в Коврове Владимирской области. В медиапространстве страны масса телеканалов, которые делают кухонно-поваренные передачи и развлекают нас войнами поваров. Но в этом совершенно нет особенностей многонациональной кухни большой страны. И не потому, что теледеятели – засланные враги из ЦРУ. Просто страну свою не любят и знать не хотят.

Кинулись все на японские палочки, как дикари на стеклянные бусы. Кто пробовал ушицу с костра – из деревянной миски да деревянной ложкой? Ничтожное меньшинство. Да и эта доля знатоков тает, как снег в апреле.

Однажды я наткнулся на программу «Культурная революция», где спор шёл о взаимодействии культур. Кто-то утверждал, что взаимопроникновение, а значит, взаимообогащение – это хорошо. Второй спорил: мол, есть только подавление одной культуры (слабой) другой культурой (сильной). Ведь равенства в мире нет. И вот поднимается профессор, японец (что-то в России преподаёт) и говорит:

– Взаимообогащение культур – это хорошо. Когда ко мне сюда, в Москву, приехали родственники и друзья, то приятно удивились: здесь 500 ресторанов японской кухни!

Ни ведущий вопросов ему не задал, ни публика, ни дуэлянты. И мне захотелось Михаила Швыдкого... Потому что он как ведущий профессионально должен был спросить: а в Токио сколько ресторанов русской кухни? (Раз речь о взаимопроникновении культур!) Но ему и в голову это не пришло. А между прочим, в Токио лишь около 50 ресторанов русской кухни. Счёт 10:1 в пользу самураев. Вот тебе и прекрасное взаимопроникновение.

Российская «элита» давно уже стоит перед японской культурой на карачках: коллекционирует катаны – японские мечи, водит детей в школы дзюдо, обожает заморские чайные церемонии, восточные гороскопы и чётко знает, какого цвета какой Лошади или Крысы будет грядущий год. Что самобытного, оригинального, креативного могут предъявить миру такие интеллектуалы? Они способны только копировать чужие достижения.

Около двух десятков лет назад я приехал в Ростов (то есть в Россию из-за рубежа) и размечтался: хотел попробовать кулебяку, расстегай и попить чая из настоящего самовара с сапогом и углями. Не то что поесть, я даже увидеть кулебяку и расстегай не смог! Сначала весь ростовский общепит представляли армянские шашлычные. Потом хлынула Япония. На одном из совещаний с представителями областной администрации в присутствии двух вице-губернаторов я осмелился раскритиковать ситуацию. Взял микрофон: «В 2018 году в Ростове будут матчи чемпионата мира по футболу. Туристы и болельщики приедут со всего света. Что увидят десятки тысяч гостей города – территорию, оккупированную Японией?»

– И в самом деле, – вдруг осознал один из вице-губернаторов. – Найдёшь ресторатора с «русской идеей» – веди ко мне!

Прошло время. И о чудо! Натыкаюсь на кабачок с русскими пирогами.

– Кулебяка и расстегаи есть? – спрашиваю.

– Были. Чуть позже ещё приготовим, заходите.

Значит, не я один тосковал по русским пирогам. Надежда греет мою гастрономическую душу. Значит, всеми забытая русская еда всё же может появиться. А вот с чаем закавыка. Настоящий самовар с углями и сапогом я видел только по телевизору у Владимира Путина в загородной резиденции. Русский народ в последние годы увлечён китайскими и японскими чайными церемониями. Может, напроситься на чай к Путину?..

РОСТОВ-НА-ДОНУ

Теги: Россия , политика , экономика

 

Что за оказия!

Услышал в эфире радиостанции "Коммерсантъ FM" в рубрике «Точка зрения» повествование политического обозревателя газеты «Коммерсантъ» Максима Юсина о том, что он специально съездил в Киев и, пообщавшись с множеством самых разных людей, пришёл к выводу, что «там нас не ждут». Имелось в виду, насколько можно было понять из речи, что не ждут российских военных, по крайней мере в качестве освободителей. Сей вывод независимый, как говорится в анонсе рубрики, автор противопоставил, среди прочих, мнению «диванных патриотов».

Что ж, поскольку я слежу за событиями, происходящими в Малороссии, при помощи газет, радио­станций и телеканалов, полагаю, что автор вполне мог бы отнести к «диванным патриотам» и меня. Посему позволю себе несколько замечаний. Не все по любому поводу выходят бузить на улицу. Тем более не у всех хватает «недиванного патриотизма» заживо жечь «коктейлями Молотова» представителей органов охраны правопорядка, выполняющих свой долг. Это, безусловно, не касается тех «больших патриотов», которые силой и террором захватили власть в Киеве, но не всем же быть такими «героями».

Профессиональный журналист Максим Юсин, надеюсь, понимает, что материалы под заголовками «Точка зрения», «Мнение» и т.п. - это не новостной жанр. Такие работы субъективны и относятся к авторской журналистике, а значит, имеют целью не просто информировать ауди­торию, а убедить или даже переубедить кого-то в чём-то. Возникает вопрос: кого и в чём хотел убедить или переубедить Максим? Вероятно, нас, «диванных патриотов». Мы-то, по простоте душевной, думали, что на майдане для нас уже стол накрыли, а на нём – и борщ горяченький, и галушки, и горилка, и крекеры от Виктории Нуланд. А тут на тебе – эдакая оказия! Не ждут. Ради столь ценного вывода однозначно стоило съездить в Киев на четыре дня.

Пока наша страна «спала» во внешней политике, США проделали очень неслабую работу. Немалому количеству украинцев основательно промыли мозги. А какова судьба сохранивших здравомыслие, мы помним по событиям в Одессе, Запорожье, Харькове[?] Вопрос на засыпку: много ли в Киеве сейчас найдётся людей, которые, не боясь расправы, скажут, что ждут прихода российских военных?

Юрий ВАСИН

Теги: Россия , Европа , Украина , СМИ

 

Мальчишкам и девчонкам, а также их родителям

Фото: ИТАР-ТАСС

Семь этажей, 250 магазинов, 24 эскалатора, 22 лифта и 34 тысячи квадратных метров торговой площади - на Лубянке после масштабной реконструкции открылся самый большой "Детский мир" в России.

На долгожданном событии побывал мэр Москвы. «Сейчас он называется по-другому – Центральный детский магазин, – но, я думаю, дело не в формальном названии, а в сути происходящего. Проведена колоссальная работа по реставрации и восстановлению этого уникального здания. Москвичам возвращён главный детский магазин страны в том виде, в котором его помнят сегодняшние родители», – подчеркнул Сергей Собянин.

Многие юные москвичи никогда не слышали про «Детский мир» либо успели его забыть: в связи с аварийным состоянием торговый комплекс был закрыт в 2008 году, а комплексная реконструкция здания по проекту архитектора П.Ю. Андреева началась лишь спустя пять лет. Напомним: один из крупнейших детских универмагов Европы, задуманный как часть ансамбля бывшей площади Дзержинского, был построен на месте снесённого Лубянского пассажа в 1953–1957 годах по проекту архитектора А.Н. Душкина. С 2006 года «Детский мир» является объектом культурного наследия регионального значения. Именно это стало причиной затянувшейся реконструкции здания: по словам Сергея Собянина, ни один из предлагаемых проектов не учитывал в полной мере статус объекта, признанного памятником архитектуры.

При проведении восстановительных работ сохранены габариты и объёмно-пространственная структура здания, занимающего целый квартал между Лубянской площадью, Театральным проездом, улицами Рождественка и Пушечная; воссозданы керамическая плитка, гранитный цоколь, арочные окна и трёхпролётная лоджия Лубянского фасада. Центральный атриум «Детского мира» остался на своём историческом месте: сохранены привычные ограждения из 100 балясин образца 1957 года, отреставрированы и установлены восемь бронзовых торшеров. На внутреннем куполе атриума – огромная витражная лента, созданная по «сказочным» иллюстрациям художника Ивана Билибина, на малом куполе – репродукции живописных работ Аристарха Лентулова.

Главным украшением центрального атриума магазина стали часы, выполненные по проекту петродворцового часового завода «Ракета» из золота, алюминия, стали, меди и латуни. Наряду с Биг-Беном, Кремлёвскими курантами, часами на Пражской башне и в китайском городе Гуанчжоу они вошли в пятёрку самых больших механических часов в мире. Арт-объект, установленный на уровне пятого этажа магазина, весит 4,5 тонны и состоит из пяти тысяч деталей; его маятник диаметром три метра и длиной 13 метров имеет период колебания в 7 секунд!

Множество лифтов и эскалаторов сделали удобным посещение универмага для людей с ограниченными возможностями; на каждом этаже есть комнаты матери и ребёнка. Как отметил Сергей Собянин, обновлённый «Детский мир» станет не только крупным торговым комплексом с широким ассортиментом товаров для подрастающего поколения, но и популярным местом отдыха семей с детьми. Здесь реализована концепция «обучающего развлечения», включающая в себя интерактивные зоны со специальными программами: «Космическая площадка», «Виртуальный аквариум», «Волшебная лента», «Кинотеатр», «Библиотека».

На седьмом этаже магазина расположен «Музей детства», где представлены игрушки и детские товары прежних лет – всего около тысячи экспонатов. А в будущем коллекцию могут пополнить плюшевые мишки, деревянные лошадки и другие «артефакты», принятые в дар от гостей столицы и москвичей.

Теги: Москва , строительство , архитектура

 

Пейте воду из-под крана!

В Москве больше не используют хлор для очистки питьевой воды. Об этом заявил Сергей Собянин на открытии завода по производству гипохлорита натрия в Некрасовке.

"Сегодня запущен новый современный завод, отвечающий всем мировым стандартам - и по технологической безопасности, и по качеству продукта, который пойдёт на станции водо­очистки Москвы, чтобы делать воду, поступающую к москвичам, безопасной, чистой, экологичной", – сообщил столичный градоначальник.

Открытие собственного производства стало последним этапом программы модернизации очистки питьевой воды. На протяжении 100 лет основным средством дезинфекции в московском водопроводе был жидкий хлор – токсичный химический реагент, требовавший особой осторожности при использовании и перевозке. Ежегодно городу требовалось порядка 3,4 тысячи тонн жидкого хлора. «Лёд тронулся» в 2005 году, когда по рекомендации экспертов власти города приняли решение об отказе от хлора в пользу гипохлорита натрия. В отличие от хлора гипохлорит натрия NaOCl (историческое название «лабарракова вода» или «жавелевая вода») не взрывоопасен и малотоксичен, обладает антисептическим и дезинфицирующим действием, применяется в пищевой промышленности, медицине и сельском хозяйстве. «В 2012 году мы перевели все станции водоочистки с жидкого хлора на гипохлорит натрия. С этого времени вода приобрела более мягкий вкус. Но так как в Москве производства этого безопасного продукта не было, мы вынуждены были покупать его у других заводов, которые, так скажем, качественный продукт поставлять не могли», – пояснил Сергей Собянин.

Итак, в 2012 году в столице завершилась реконструкция станций водоподготовки с переводом на использование гипохлорита натрия. А четырьмя годами раньше состоялся международный конкурс на заключение инвестиционного контракта по строительству завода в районе Некрасовка. Победители конкурса – специалисты немецкой компании WTE Wassertechnik GmbH – выполнили свою работу за шесть лет: в марте 2015 года на предприятии по выпуску гипохлорита натрия закончились приёмочные испытания. Незадолго до этого, 1 декабря 2014-го завод, был передан в собственность АО «Мосводоканал».

Как рассказал генеральный директор этого акционерного общества Александр Пономаренко, на предприятии будет производиться чистейший гипохлорит, без примесей, что позволит повысить качество питьевой воды: «Завод работает в автоматическом режиме. Смена – семь человек на всём производстве. По сути, производство безотходное, технологический цикл организован таким образом, что все побочные продукты производства в технологическом процессе участвуют полностью».

В производственный комплекс завода входят бассейны солерастворения, участки подготовки рассола и электролиза, центральный пульт управления. Кроме этого, на площади в шесть гектаров на 2-й Вольской улице, 38, размещены административный комплекс, гараж, склад и мастерская. Производство является экологически безопасным: получаемый в результате мембранного электролиза гипохлорит натрия соответствует международным стандартам.

Подсчитано, что ежегодно столице требуется около 22,5 тысячи тонн реагента для дезинфекции воды. С открытием завода в Некрасовке «Мосводоканал» полностью обеспечен дешёвым, безопасным и качественным продуктом.

Теги: Москва , городское хозяйство

 

Если хочешь быть здоров...

Градоначальник пообещал, что в этом году в Москве построят 25 спортивных объектов, включая 10 межрайонных футбольных полей и крупный комплекс восточных единоборств.

В частности, в течение года планируется открыть на территории бывшей промзоны ЗИЛ спортивно-развлекательный городской квартал "Парк легенд", первая очередь которого - ледовый дворец «Арена легенд» – сдана в эксплуатацию в конце марта. Сергей Собянин выразил надежду, что в 2015 году будут закончены основные работы и на футбольном стадионе ЦСКА.

3,5 тысячи спортивных залов, почти 8 тысяч плоскостных сооружений, 300 плавательных бассейнов, а также более 2,5 тысячи тренажёрных городков, велодромов, скалодромов и автодромов – в общей сложности в Москве сегодня функционирует 14 602 объекта для занятий физкультурой. Кроме того, в недавно завершившийся зимний сезон работали 260 лыжных трасс, 1600 катков и 9 горнолыжных склонов. Приводя эти данные, мэр подчеркнул: «Мало построить объекты – важно, как они функционируют и насколько пользуются спросом у москвичей».

В свою очередь, руководитель столичного Департамента физической культуры и спорта Алексей Воробьёв доложил о реализации в 2014 году городской государственной программы «Спорт Москвы», целью которой является приобщение жителей к активному образу жизни. Так, число москвичей, систематически занимающихся физкультурой и спортом, выросло за последнее время в полтора раза и составило 3,2 миллиона человек (для сравнения: в 2010 году в столице насчитывалось 2,1 миллиона спортсменов-любителей). Среди людей с ограниченными физическими возможностями этот показатель увеличился на 53%: 37,5 тысяч человек против 24,5 тысяч человек в 2010-м. Что касается спортивной инфраструктуры, за последние годы в Москве построено или реконструировано 9 крупных спортивных объектов, в том числе Гребной канал в Крылатском и стадион «Спартак» на 42 тысячи зрителей, ставший самой большой футбольной ареной в столице, построенной за счёт частных инвестиций.

Глава ведомства напомнил, что в прошлом году было проведено 60 крупных спортивных мероприятий, среди которых чемпионат Европы по стрельбе из пневматического оружия, чемпионат мира по гребле на байдарках и каноэ, Международные соревнования Гран-при по фигурному катанию на коньках, шоу олимпийских чемпионов по синхронному плаванию. В ближайшие годы московские болельщики станут свидетелями новых спортивных баталий мирового масштаба. По словам Алексея Воробьёва, в столице продолжается подготовка к проведению чемпионата мира по фехтованию (2015, июль), чемпионата мира по хоккею (2016, апрель–май), Кубка конфедераций по футболу (2017, июнь–июль) и чемпионата мира по футболу (2018, июнь–июль).

Теги: Москва , строительство

 

Через две зимы

Фото: РИА "Новости"

Сергей Собянин пообещал, что метро придёт в Солнцево в 2017 году

"Мы находимся на стройке главного технологического объекта Калининско-Солнцевской линии - электродепо «Солнцево", которое будет обслуживать около 40 пар поездов в сутки, – сообщил мэр Москвы при осмотре строящегося объекта. – Это полноценный большой ремонтно-эксплуатационный завод, на котором будут работать более тысячи человек».

Отстойно-ремонтный и административно-бытовой корпуса, камеры мойки вагонов, база механизации, рельсосварочная станция – в современном мегаполисе без технического обслуживания и текущего ремонта подвижного состава не обойтись. Поэтому в последние годы активно сооружаются новые и восстанавливаются существующие депо. «В стадии строительства и реконструкции в Москве находятся 10 электродепо, три из которых сданы в эксплуатацию. До этого многие годы депо не строились, и это, конечно, сказывалось на качестве обслуживания вагонов, поездов и метро в целом», – подчеркнул градоначальник. В частности, с 2011 года в Москве построены и реконструированы электродепо «Печатники», «Митино» и «Братеево»; работы ведутся ещё на семи подобных предприятиях – «Выхино», «Планерное», «Солнцево», «Саларьево», «Руднёво», «Лихоборы» и «Нижегородское».

Строительство электродепо в Солнцеве площадью 27,3 гектара начато в прошлом году. Сегодня здесь устанавливают металлоконструкции зданий, возводят железобетонные каркасы, прокладывают инженерные коммуникации, а не позднее 2017 года депо на Родниковой улице станет ключевым объектом ремонта и техобслуживания вагонов, курсирующих по Калининско-Солнцевской линии и первому участку Третьего пересадочного контура столичной подземки. Предполагаемая численность штатных сотрудников строящегося предприятия – 1250 человек.

Напомним, западный участок Калининско-Солнцевской линии удли­няется поэтапно. В начале 2014 года введён в эксплуатацию трёхкилометровый отрезок от станции «Деловой центр» до «Парка Победы». Второй этап ознаменуется открытием трёх долгожданных станций: «Минская», «Ломоносовский проспект» и «Раменки». Следующий отрезок протяжённостью 9 километров добавит к схеме московского метро остановки «Мичуринский проспект», «Очаково», «Терёшково» и «Солнцево». На четвёртом этапе участок увеличится ещё на 5 километров и доберётся через «Боровское шоссе» и «Новопеределкино» до «Рассказовки». В завершение проекта будет построен центральный отрезок «жёлтой» ветки, соединяющий «Деловой центр» с «Третьяковской» при помощи трёх новых станций – «Волхонки», «Плющихи» и «Кутузовского проспекта».

Специалисты подсчитали, что развитие Калининско-Солнцевской линии метрополитена улучшит транспортное обслуживание более полумиллиона москвичей, проживающих в районах Проспект Вернадского, Раменки, Очаково-Матвеевское, Тропарёво-Никулино, Солнцево, Ново-Переделкино, поселениях Внуковское и Московский. Кроме того, снизится нагрузка на юго-западный участок Сокольнической линии метрополитена, уменьшится интенсивность движения по проспекту Вернадского, Мичуринскому и Ленинскому проспектам, Боровскому и Киевскому шоссе, а также по соответствующему участку МКАД. И, как следствие, прогнозируется улучшение экологической ситуации на западе столицы.

Следующая станция – «Хорошёвская»

Строительство первого участка Третьего пересадочного контура метро завершено на 50%.

Проще говоря, новый пересадочный контур – это второе кольцо Московского метрополитена, которое пройдёт примерно в десяти километрах от действующей Кольцевой линии, проложенной вдоль Садового кольца. 28 станций подземки на линии в 58 километров, «замкнувшись» в 2020 году в большое кольцо, свяжет между собой периферийные районы столицы. «Первый участок Третьего пересадочного контура метро протяжённостью 12 километров строится не как вылетная магистраль, не как радиус метрополитена, а именно как часть кольца, которое проходит через ряд районов Москвы, улучшая их соединение. Половина этого радиального, вернее, окружного направления, уже построена», – отметил Сергей Собянин, посетив стройплощадку станции «Хорошёвская».

Предположительно новый участок Третьего пересадочного контура от «Нижней Масловки» до «Делового центра» обеспечит надёжным транспортом сотрудников и гостей комплекса «Москва-Сити»; повысит качество транспортного обслуживания жителей районов Хорошёвский, Аэропорт, Тимирязевский и Савёловский; снизит нагрузку на северо-западные участки «фиолетовой», «зелёной» и «серой» веток. «Данный отрезок ТПК будет связан с Калининско-Солнцевской линией, которая идёт в Солнцево. Если сложить оба этих участка метрополитена, получится около 30 километров – это самая большая по протяжённости линия метро», – подчеркнул столичный градоначальник.

Первая очередь Третьего пересадочного контура – это пять новых станций: «Нижняя Масловка», «Петровский парк», «Ходынское поле», «Хорошёвская» и «Шелепиха», а также «Деловой центр», строительство которого предстоит завершить. Станция «Хорошёвская», спроектированная как пересадочная с «Полежаевской» Таганско-Краснопресненской линии, «пропишется» в месте примыкания улиц Куусинена и 4-й Магистральной к Хорошёвскому шоссе. Генеральный директор компании-подрядчика АО «Ингеоком» Сергей Кидяев заверил мэра, что в соответствии с графиком строительных работ станция метро «Хорошёвская» будет сдана в эксплуатацию уже в ноябре будущего года.

ЦИФРЫ И ФАКТЫ

В 2011–2014 годах построено 29,48 километра новых линий, 14 станций и один дополнительный вестибюль Московского метрополитена. В том числе:

– Люблинская линия: три станции на участке от «Марьино» до «Зябликово» и второй выход (вестибюль) станции «Марьина Роща»;

– Калининско-Солнцевская линия: одна станция на участке от «Новогиреево» до «Новокосино», две – на участке между «Деловым центром» и «Парком Победы»;

– Замоскворецкая линия: одна станция на участке от «Красногвардейской» до «Алма-Атинской»;

– Арбатско-Покровская линия: одна станция на участке от «Митино» до «Пятницкого шоссе»;

– Таганско-Краснопресненская линия: две станции на участке от «Выхино» до «Жулебино», а также станция «Спартак»;

– Бутовская линия : две станции на участке от «Улицы Старокачаловской» до «Битцевского парка»;

– Сокольническая линия: одна станция на участке от «Юго-Западной» до «Тропарёво».

В настоящее время на строительстве метро задействовано более 40 тысяч человек; работы одновременно ведутся на 350 площадках.

До 2020 года планируется построить 78 новых станций столичного метро на линиях протяжённостью более 160 километров.

Теги: Москва , строительство , транспорт

 

Никас. Портрет в интерьере

Личность и творчество этого художника мало кого оставляют равнодушным. Народ валом валит на его многочисленные выставки. Ему позируют короли, президенты и голливудские знаменитости. Почитатели восторгаются его работами, а недоброжелатели называют их китчем. За ним тянется шлейф скандалов, сплетен и слухов, как за звёздами шоу-бизнеса. Без него не обходится ни одна модная московская тусовка. Он так часто мелькает на телеэкранах, обложках журналов, в колонках светской хроники, что возникает вопрос: когда же он работает? Вот об этом для начала и поговорим.

- Я действительно веду необычный образ жизни, – рассказывает Никас Сафронов. – Сплю до обеда, днём занимаюсь делами, вечером посещаю светские мероприятия, а под утро, когда все нормальные люди видят третий сон, становлюсь к мольберту. Я работаю ночью. Для меня это наиболее плодотворное время. Раскрепощается фантазия. У меня будто открывается второе зрение. Пейзажи обретают дополнительную глубину, предметы становятся более объёмными. Я вижу объекты в самых необычных ракурсах. Детали укрупняются, будто гляжу на них сквозь увеличительное стекло. В этот момент я могу прописывать очень мелкие детали – завитки волос, блики на ногтях, отражение пейзажа в зрачке глаз. Иногда возникает ощущение полёта. Мимо несутся облака, мелькают какие-то лица. Голова наполняется множеством образов. Главное – уловить их, запечатлеть на бумаге или холсте. Именно из таких эскизов рождаются композиции и сюжеты моих картин. Они всегда оригинальны. Я не беру напрокат образы других художников. Но где-то часам к шести всё начинает стираться. Приходит усталость, изображение размывается, уплывает. Я делаю последние мазки и падаю на постель. Проснувшись, разглядываю, что получилось. Из многочисленных набросков я выбираю те образы, в которых есть гармония и свет. Наверное, это связано с моим позитивным восприятием мира. А потом наступает новый этап – превращение эскиза в живописное полотно. Эта работа требует значительного времени. Я прошёл серьёзную иконописную школу. Поэтому забочусь о том, чтобы краски, уложенные в несколько слоёв, создавали глубину, чтобы каждая деталь на холсте была тщательно прописана, как на картинах старых мастеров, перед которыми я преклоняюсь.

– Вы так трепетно говорите о старых мастерах[?] А как относитесь к современному искусству?

– Среди художников ХХ века есть настоящие гении – такие как Сальвадор Дали, основоположник современного сюрреализма. Его талант живописца никак не меньше, чем у мастеров эпохи Возрождения. Но, к сожалению, многое из того, что сегодня преподносится как "открытие" – просто профанация и дешёвое трюкачество. Отношусь к этому с иронией. Назвать это искусством у меня просто язык не поворачивается. А вот разные галерейщики – хитрые и ловкие жулики, которые кормятся за счёт человеческой глупости, – сплетут вам такие кружева! Оказывается, художникам теперь совсем не обязательно уметь рисовать. Достаточно побегать голым в собачьем ошейнике или выставить на обозрение собственные экскременты, чтобы прослыть гением «перформанса». А сколько лохов купилось на слово «концепт»? На все эти чёрные и красные квадраты? Покупая за огромные деньги «шедевры» своего кумира Малевича, они не подозревают, что это обыкновенный плагиат. Что задолго до его «откровений», ещё в 1882-м мохнатом году, художник Пол Билхорд полностью замазал чёрной краской холст и выставил его под названием «Ночная драка негров в подвале». Что французский художник Альфонс Алле в 1884-м продемонстрировал полностью красный квадрат, назвав его «Сбор красных помидоров на берегу Красного моря». А три года спустя выставил белый загрунтованный холст под названием «Процессия бледных девушек в снежную бурю». Он же явил миру синий прямоугольник: «Восторг новобранцев перед лазурью Средиземного моря». Это был чистый стёб, а никакой не «концепт». Билхорд просто потешался над дураками. Так что когда был выставлен первый «чёрный квадрат», юному Казику Малевичу было четыре годика, и сей «гениальный» младенец ещё не умел держать в руках кисточку. Но спустя 33 года, когда шутки Билхорда и Алле подзабылись, Малевич, прочитавший о них в каком-то старом журнале, решил выдать чужие идеи за собственное «открытие». Так что это обыкновенное жульничество, а никакой не «концепт». Ни к творчеству, ни к мастерству это никакого отношения не имеет.

– Вернёмся к вашим картинам. Вы не только тщательно работаете над их содержанием, но и придумываете им странные и причудливые названия: «Перепутанный сон XV века», «Начало духовного в мире небесного», «Театр вечности на фоне гор», «Нежное кощунство Никаса Сафронова в истории искусства» и т.д. Другие художники так свои картины не называют.

– Помните песенку «Как вы лодку назовёте, так она и поплывёт»? Название – это толчок к размышлению. Я хочу, чтобы зрители не только любовались моими картинами, но и задумывались над тем, что я хотел сказать.

– Откуда такое внимание к слову у живописца, который должен выражать себя через цвет, композицию, пластику, а совсем не через текст?

– Конечно, таблички «Композиция № 8» или «Пейзаж» смотрятся привычнее, но на них мало кто обращает внимания. А ведь названием произведения можно настроить зрителей. В кино или в литературе авторы, издатели, продюсеры тщательно над этим работают. Есть своего рода шедевры названий – «По ком звонит колокол», «Пролетая над гнездом кукушки», «Влияние лунного света на размножение маргариток». Я хочу, чтобы зритель приложил усилия к восприятию живописных образов, чтобы у него с художником возник диалог. Название – это часть послания, с которым художник обращается к людям.

Портрет Мадонны из серии «Река времени»

Рождённая в Риме. 2009 год

– Почему в цикле картин «Река времени» вы переодеваете наших знаменитых современников в костюмы других эпох?

– Так можно по-новому взглянуть на хорошо известных людей. Исторический костюм даёт возможность увидеть их под необычным ракурсом. Этот приём хорошо действует, когда героями портретов становятся известные политики, звёзды спорта, деятели искусства. Выбор того или иного костюма тоже имеет большое значение. Костюм пирата или костюм кардинала на одном и том же человеке подчёркивает совершенно разные качества.

– Кто с вашей помощью совершил путешествие во времени?

– Например, Никита Михалков. Я одел его в рыцарские латы. Сразу понимаешь, что такой средневековый воин способен отразить любой удар.

Певица Валерия, которую мы привыкли видеть в современных эстрадных платьях, предстаёт в образе придворной дамы на королевской охоте. Утомлённая долгой погоней за оленем, она только что спешилась с коня. В огромной шляпе, украшающей её голову, трепещут фазаньи перья.

Валерий Меладзе превратился в испанского идальго. На одной его руке демонстративно сверкает дорогой перстень, а другая рука сжимает перчатку, которую он готов бросить в лицо любому обидчику.

Нани Брегвадзе я сделал испанской грандессой. Она изысканна и благородна. А актёр Жан Поль Бельмондо на моём портрете демонстрирует ослепительную улыбку и выправку офицера наполеоновской гвардии.

Что я хотел сказать всеми этими перевоплощениями? Простую вещь – люди во все времена одинаковы. Наших современников обуревают те же страсти, что и персонажей предыдущих эпох. Один из моих героев так и сказал: «Спасибо, Никас, что ты дал мне возможность прожить ещё одну жизнь».

– Но вы изображаете своих героев и в традиционной манере?

– Это, как правило, относится к семейным или официальным портретам. Я работал над образами папы римского и Патриарха всея Руси, президентов Ельцина, Путина, Медведева, Клинтона, Буша, Обамы, Алиева, Димиреля, Мубарака, Кучмы, Лукашенко, премьер-министра Маргарет Тэтчер, короля Таиланда, султана Брунея, многочисленных принцев и шейхов, их жён и детей. Эти портреты выставлялись в государственных резиденциях и музеях. Естественно, к таким изображениям особые требования. Раскрывать характеры персонажей в этих случаях нужно через взгляд, позу, детали.

– Вы пишете портреты на заказ?

– В подавляющем большинстве – да. Но иногда меня просто притягивает какая-то личность, и я воспроизвожу её на холсте. С певицей Мадонной я познакомился в Лондоне на благотворительном аукционе, в котором мы вместе участвовали. Когда мероприятие закончилось, мы уединились в небольшом зале. Пообщались, я сделал наброски. Спустя несколько месяцев, на церемонии «Оскара» в Голливуде, я снова увидел её и сказал, что привёз готовый портрет. Мы встретились на следующий день. Работа ей понравилась. Она спросила: «Сколько вы за неё хотите»? Я ответил: «Для вас 70 тысяч, хотя это стоит дороже». Она обворожительно улыбнулась: «Я привыкла, что обычно мне дарят». Я ответил: «Может, и подарил бы, если бы был вашим мужем». Она рассмеялась и протянула мне чек. В следующий раз мы встретились в Петербурге, на её гастролях. Обсуждали иллюстрации к книге сказок, которые она написала. В жизни она спокойная, милая, доброжелательная, даже немного сентиментальная. А по сцене носится как фурия, взлетает под небеса, заводит многотысячный зал. Кстати, на портрете я изобразил её в одеянии монахини.

– Кого ещё из мировых знаменитостей вы запечатлели?

– Антонио Бандераса и Джоди Фостер, Джину Лоллобриджиду и Алена Делона, Клаудию Кардинале и Пьера Ришара, Сильвию Кристель и Шона Пенна, Джоржа Клуни и Мика Джаггера, Пьера Кардена и Пако Робана, Софи Марсо и Стивена Сигала, Тину Тёрнер и Хулио Эглесиаса, Жанну Моро и Тонино Гуэрра, Романа Полански и Фрэнсиса Форда Копполу. Всех не перечислишь. Некоторые стали моими друзьями, с кем-то попадали в забавные ситуации. Вот идём мы во время Московского кинофестиваля по Красной площади с Джеком Николсоном, а навстречу двойник Ленина. Джек пришёл в восторг, ну прямо как ребёнок: «А сфотографироваться я с ним могу?» – « Можно, но это стоит денег». Тут Николсон был потрясён во второй раз: «Обычно мне предлагают деньги за съёмки, а тут с меня их требуют. Сколько он хочет?» –« Я дорого стою, – заявляет «Ленин», – сто рублей». Когда Джеку сказали, сколько это в переводе на доллары, он рассмеялся, дал сто «гринов» и сделал фотографию в обнимку с Ильичом на фоне Спасской башни.

– Действительно исторический снимок…

– Или вот такой случай. Президент Путин давал приём в Кремле в честь Джорджа Буша. А тот помахал мне рукой и подозвал к столу. Владимир Владимирович удивился: «Откуда он тебя знает?» Я отвечаю, что мы познакомились во время его предвыборной кампании в Америке, когда я дал свои картины на аукцион, а сам думаю – хорошо бы сфотографироваться сразу с двумя президентами. А тут какой-то темнокожий американец мимо идёт. Я к нему, мол, помогите. Негр улыбнулся и запечатлел нас на мою «мыльницу». Я вежливо попрощался с президентами и отошёл. Тут на меня набросился шеф протокола: «Никас, что ты себе позволяешь?!» Я оправдываюсь: «Так меня же сам Буш к президентскому столу пригласил…» – «При чём тут Буш? Ты зачем государственного секретаря Пауэлла негром обозвал?» Кстати, на том приёме Владимир Владимирович подарил Джорджу Бушу мою картину «Воспоминания о детстве».

– У вас одна история краше другой! В общем, жизнь удалась!

– Просто я не люблю ныть и жаловаться на жизнь. А ведь мог бы рассказать, как бедствовал первые годы, когда приехал в Москву. С каким трудом пробивался. Как заклеивал бумагой щели в стенах своего подвала, когда туда впервые должна была зайти кинозвезда – Софи Лорен. Как несколько месяцев провалялся с переломом позвоночника после страшной автомобильной аварии. Как совсем недавно чуть не потерял из-за травмы правую руку. Так что можете передать «доброжелателям»: «Художники тоже плачут…»

– Ладно, поговорим о чём-нибудь хорошем. Вот, к примеру, о вашем доме, об интерьере, который вас окружает. Это производит впечатление.

– Я здесь всё обустраивал больше десяти лет. А до этого скитался по съёмным квартирам, постепенно перемещаясь с отдалённых окраин ближе к центру. Зато теперь, как говорится в стихотворении классика, «…из нашего окна площадь Красная видна». И не только она – вся круговая панорама Москвы на 360 градусов. Я горжусь своим домом. В нём каждая комната отделана в своём особом стиле – от готики до хай-тека. Здесь моя мастерская, здесь мой офис, есть библиотека, зимний сад и обеденный зал с массивным дубовым столом. В каком-то смысле это воплощение моей детской мечты.

Мы с родителями жили тогда в деревянном бараке, в рабочем районе Ульяновска. Все праздники, свадьбы, похороны отмечали на улице вместе с соседями. И если гулял наш барак, к нему обязательно присоединялся другой или третий. Столы из щербатых досок накрывали прямо во дворах, под открытым небом, а мы, мальцы, тоже там суетились, втихаря таскали что-то вкусненькое. Нас за это гнали подальше. Когда же пьянка заканчивалась, то мы могли подойти и взять то, что осталось среди объедков, – какой-нибудь кусок колбасы или солёный огурец. Рядом мужики дрались, кто-то на гармошке пиликал, кто-то в салате храпел, кого-то тошнило.

Я смотрел на всю эту жуть и чуть не плакал. Мне так хотелось изменить жизнь нашей окраины! Я мечтал стать поваром. Мне казалось, что именно повар руководит застольем, отвечает за сервировку и за одежду людей. В моём детском воображении столы украшали серебряные приборы, тарелки с золотыми каёмками, высокие бокалы, наполненные разноцветными винами. Вокруг сидели люди в красивых одеждах, как на картинке из книжки про рыцарей. И никто никого не материт, и никто ни с кем не дерётся. И не будет пьяных. Это были мои детские грёзы о лучшей жизни, это был мой первый творческий порыв.

Зимой в Ульяновске выпадали огромные снега, и я обожал делать в них тоннели. Залезу в сугроб, прорублю, как медведь, нору, спрячусь. И сижу там, мечтаю о красивых людях за красивым столом. Это было счастье.

«ЛГ» сердечно поздравляет давнего нашего друга Никаса Сафронова  с днём рождения!

Теги: искусство , скульптура , живопись , Никас Сафронов

 

Рога и копыта

ПЕРЕПРОФИЛИРОВАНИЕ

После посещения его санэпидемстанцией Зареченский собачий рынок был переименован в блошиный.

ГЛУБОКОЕ ВПЕЧАТЛЕНИЕ

Слёт дайверов прошёл в акватории города Сочи на глубине двадцать метров. На слёте обсуждали безопасность погружения и другие вопросы. Судя по количеству пузырьков на поверхности, доклады оставили очень глубокое впечатление.

ДЛЯ ВАС, АВТОВЛАДЕЛЬЦЫ

Вниманию водителей, которые в завязке: в этом году в стране планируется ввести в эксплуатацию 50 новых развязок.

НАШ ОТВЕТ ГОЛЛИВУДУ

На экраны страны выходит новый отечественный блокбастер "300 спартаковцев" о поездке фанатов московского «Спартака» в Петербург на его встречу с «Зенитом».

Теги: юмористические заметки

 

День геолога

ЗВЕЗДА ЭСТРАДЫ

На ней лишь лёгкий шарф и бант,

Чтоб скрыть роскошную фигуру.

Чем меньше певческий талант,

Тем больше ставок на натуру.

ОБОЗНАТУШКИ

- Опять поел немытых яблок, внучек?!

Звучит улика в животе: "Буль-буль!"

– Нет, здесь совсем не криминальный случай –

Мобильник голос подаёт, бабуль!

ОПТИМИСТИЧЕСКОЕ

Истребим мы всю тоску,

Изничтожим всю докуку

И в сырьё для сдоб – муку"

Перемелем нашу му’ку.

Александр ЗУЕВ,   геолог, главный эксперт ИМГРЭ РАН, поэт

Теги: ироническая поэзия

 

Короли и шуты "Клуба ДС"

Владимир СОЛДАТОВ

Юрий ОПЕКАН

Теги: карикатура

 

Клуб Любителей Афоризмов

ЗавКЛАФом Николай КАЗАКОВ / [email protected]

ИМЕНИННИКУМ

Мысли известных людей, родившихся в этом месяце

2 апреля

Иоанна ХМЕЛЕВСКАЯ, польская писательница

[?] Женщина изменчива. Женщина - это вам не расписание поездов.

5 апреля

Томас ГОББС, английский философ и математик

♦ Страсти у всех людей одни и те же. Не сходятся только объекты этих страстей.

13 апреля

Гарри КАСПАРОВ, 13-й чемпион мира по шахматам

♦ В проигранной партии нет хороших ходов.

14 апреля

Бранч КЕЙБЕЛ, американский писатель

♦ Оптимист заявляет, что мы живём в лучшем из возможных миров; пессимист опасается, что это правда.

23 апреля

Морис ДРЮОН, французский писатель

♦ О возрасте мужчины можно судить по тому, что он говорит; о возрасте женщины – по тому, что о ней говорят.

24 апреля

Барбра СТРЕЙЗАНД, американская певица, киноактриса

♦ Почему жена десять лет усердно старается изменить привычки мужа, а потом жалуется, что он не тот человек, за которого она выходила?

28 апреля

Юхан БОРГЕН, норвежский писатель

♦ Всё идёт хорошо, даже слишком хорошо – как видно, тут что-то неладно[?]

АФОРИС

Иван АНЧУКОВ, Воронеж

ПЕРСОНА ГРАТА

Далёкий друг лучше недалёкого.

Живи так, чтобы вспоминали тебя, а не мать твою.

С возрастом твердолобость компенсируется слабоумием.

Секс – продолжение платонической любви иными средствами.

История – дорога, выложенная граблями.

Чем умнее человек, тем интереснее его заблуждения.

Жизнь состоялась, если не требуешь слова, а просят говорить.

Виген ОГАНЯН,  Москва

БРАТ ТАЛАНТА

♦ Легче всего покоряются вершины низости.

Владимир КАФАНОВ,  Москва

♦ Многие сбились с истинного пути из-за денежных знаков.

Андрей СОКОЛОВ,   Санкт-Петербург

♦ Недалёкий ум всегда под рукой.

Виктор СУМИН,   село Казинка (Белгородская область)

♦ Со временем и в цепи исторических событий пропадают целые звенья.

Владимир ШЕСТАКОВ,   Кременчуг (Украина)

♦ Новые ошибки показывают, в каком направлении развивается наша глупость.

Генрих ЩЕРБАКОВ,   Москва

Теги: юмор

 

Вы немного наивны, если…

[?]уверены, что лучший подарок для женщины - это книга.

…встречая в винном отделе бомжа, которому пять минут назад дали денег на лекарство, думаете, что обознались.

…искренне советуете владельцу "Мерседеса" перейти в целях экономии на газ.

…полагаете, что гаишники проверяют вашу аптечку, потому что беспокоятся о вашем здоровье.

…собираясь на встречу со старыми друзьями, надеетесь, что выпьете там немного, потому что всем же завтра на работу.

…рассчитываете, что женщина всё сделает правильно, если ей хорошенько объяснить.

…приходя повторно к врачу спустя три дня, надеетесь, что он вас помнит.

…когда жена даёт вам посмотреть каталог меховой одежды, считаете, что она просто хочет доставить вам эстетическое удовольствие.

…идёте на выборы, потому что боитесь, что если вы туда не придёте, то к власти придут не те.

Вадим ЗВЕРЕВ

Теги: юмористические заметки

 

Из запАсных книжек

Для моли райские кущи - это салон шуб и мехов.

Дамский каприз – это огламуренная бабья придурь.

Милого узнают по походке, а немилого – по грязным следам в прихожей.

Фразу "в ногах правды нет" придумали хироманты.

Спасение утопающих в роскоши называется конфискацией.

ЧЕЛЯБИНСК

Теги: юмористические заметки

 

Где эта улица?

Любопытный текст появился 1 апреля на официальном сайте Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

"Московские улицы предлагается называть  именами здравствующих российских литераторов

Как стало известно сайту ГодЛитературы.РФ 1 апреля, Московская городская дума рассматривает возможность изменения действующего порядка присвоения имён известных людей улицам и другим топонимическим объектам г. Москвы. Ряд депутатов предлагают изменить положение соответствующих статей законов г. Москвы и в рамках проведения Года литературы присвоить имена ныне живых выдающихся литераторов улицам и площадям столицы.

Заместитель председателя оргкомитета по проведению Года литературы в Российской Федерации, руководитель Роспечати Михаил Сеславинский напомнил, что опыт субъектов Российской Федерации по присвоению имён выдающихся русских и советских писателей и поэтов улицам различных городов был рассмотрен на февральском заседании оргкомитета по проведению Года литературы, и поддержал это начинание, отметив, что «данная практика была широко распространена в Советском Союзе, и ничего плохого в ней не нахожу. Так, например, город Нижний Новгород был переименован в город Горький в честь выдающегося пролетарского писателя Максима Горького. Присвоение имён «находящихся в строю" литераторов стало бы мощным стимулом для создания ими прозаических и поэтических произведений, которые в будущем вошли бы в сокровищницу мировой литературы».

Как стало известно из кулуаров, в числе первейших кандидатов на получение именных улиц находятся Евгений Евтушенко, Дмитрий Быков, Юрий Поляков, Борис Акунин, Елдымбек Али-Сысуев, Александр Проханов, а также Вячеслав Огрызко. В правительство Москвы и в Мосгордуму могут быть направлены предложения о переименовании ул. Плеханова в Прохановский проспект, Проектируемого проезда № 6212 - в проезд Дмитрия Быкова, сквера на месте снесённой гостиницы «Россия» – в Поляковский сквер, Бакунинской улицы – в Б. Акунинскую улицу, метро «Марксистская» – в «Басинская», площади Иосипа Броз Тито – в площадь Огрызко».

Первый апрель – никому не верь. Никто вроде бы и не поверил особенно. Розыгрыш как розыгрыш, на четвёрочку с минусом тянет.

А вот написали бы, что к концу года планируется закрыть по стране 40% всех библиотек и половину книжных магазинов – поверили бы стопудово. Ну, там, подробности всякие. Типа с перепрофилированием библиотек в фитнес-центры, а магазинов – в секс-шопы. А чтобы процесс не выходил за рамки «мероприятий, посвящённых Году литературы», на всех вышеозначенных заведениях повесить мемориальные доски: «Здесь была городская библиотека № [?]». Или «Ранее в этом здании работал книжный магазин ...»

А если серьёзно (всё-таки 1 апреля уже прошло), то шутка главного организатора проводимого в стране Года литературы смотрится, мягко говоря, не очень. Потому что не слышно что-то о крупных его успехах. Вообще ни о каких не слышно. Не на весёлые розыгрыши направить бы кипучую энергию Роспечати, а на реальную поддержку той самой литературы, которой Год. Переименование улиц в этом деле мало поможет. Юмором висельника, кажется, это называется.

Теги: фельетон

 

Бенефис на фоне Пугачёва

Рок-опера Андрея и Ольги Петровых по повести Пушкина "Капитанская дочка" - спектакль яркий, как, впрочем, большинство постановок музыкального театра «На Басманной» был объявлен бенефисом Павла Бадраха, исполняющего роль Пугачёва. Вместе с ним на сцену Московского Дома музыки вдруг врывается народ, доведённый до отчаяния и пришедший жестоко спросить с обид­чиков. И голос Бадраха, его грозный баритон, звучит беспощадным приговором всем, кто не желает вместе с народом признать власть долгожданного царя-заступника. Порой кажется, что рок-опере не хватает третьего действия, но актёры, блистая сольными партиями Гринёва (Евгений Петиш) и Маши (Ирина Елисеева), доводят лаконично прописанный режиссёром Жанной Тертерян сюжет до кульминации. И ведь знает зритель и повесть, и историю пугачёвщины, а смотрит на одном дыхании весь спектакль. И вглядывается, вглядывается в Пугачёва[?]

Да и кому играть Пугачёва, как не Бадраху? В его таланте, во всей его натуре сошлись и переплелись страстный темперамент степняка и душевная сердечность русской женщины. Сын талантливого монгольского музыканта Батмунха Бадраха и павловопосадской красавицы, модельера Валентины Курсковой, он прошёл к своему признанию путь, от этапов которого дух захватывает. Ещё до службы в армии он умел играть на трубе и скрипке. Был солистом концертного ансамбля войск ПВО России, окончил Московский государственный университет культуры и ГИТИС. Он владеет холодным и стрелковым оружием, а также приёмами рукопашного боя. Может водить любой автомобиль, знает ремесло токаря, отделочника, стропальщика, повара, ресторатора, фотографирует на профессиональном уровне. Он на «ты» с волейболом, плаванием, мотокроссом, фехтованием, имеет прекрасную хореографическую подготовку. Бадрах объездил полмира с гастролями многих творческих коллективов.

Почти 15 лет Павел Бадрах выступает в спектаклях музыкального театра «На Басманной». Исполняет роли в опереттах, водевилях и мюзиклах по произведениям русских и зарубежных классиков, не забывая при этом радовать детей, играя то Волка в «Теремке», то Царя в «Левше», а то и Людоеда, коварного и совсем не глупого, в «Коте в сапогах». И конечно, играющего со смертью мистера Икс в «Принцессе цирка».

Бенефис – это прежде всего признание актёрского мастерства коллегами, труппой, с которой работаешь, – так сказал, поздравляя Павла Бадраха, один из его наставников, профессор ГИТИСа А. Бармак. К его сердечным поздравлениям присоединились и другие учителя мастера – заслуженная артистка России С. Оссовская и кандидат искусствоведения Н. Тетерина. Приветствие и поздравления актёру прислали Союз театральных деятелей страны, коллектив Музыкального театра имени Натальи Сац. А приветствие солиста Московского академического музыкального театра имени К.С. Станиславского и В.И. Немировича-Данченко народного артиста России Евгения Поликанина завершилось блестящим исполнением арии князя Орловского из бессмертной «Летучей мыши» Штрауса. Прекрасный подарок актёрам, зрителям и бенефицианту.

Евгений ШАПОЧКИН

Теги: искусство , театр

 

«Москва–Пенне» – 2015 г.

Оргкомитет Международной литературной премии "Москва-Пенне", в состав которого входят Клуб писателей ЦДЛ, Союз писателей Москвы, Союз писателей России, Русский ПЕН-центр, Литературный институт им. А.М. Горького, администрация области Абруццо, администрация провинции Пескара, администрация города Пенне (Италия), Оргкомитет национальной премии по прозе «Город Пенне» (Италия), объявляет о проведении литературной премии 2015 года.

Лауреаты премии прошлых лет: В. Распутин, Ф. Искандер, Л. Петрушевская, Б. Екимов, В. Токарева, Л. Улицкая, Б. Васильев, Е. Носов, А. Волос, А. Королёв, А. Ким, В. Маканин, Г. Бакланов, Ю. Поляков, А. Слаповский, С. Юрский, А. Курчаткин, В. Личутин, И.Волгин, Ю. Пахомов, М. Попов, В. Попов, Ю.Буйда, Ф. Нагим, А. Архангельский, М. Кучерская, М. Левитин; С. Шаргунов, А. Битов, К. Букша.

Данная инициатива в контексте развития российско-итальянских культурных связей проходит при поддержке Министерства культуры РФ.

Премия присуждается автору романа, повести, рассказов и т.д., впервые опубликованных отдельным изданием или в периодической печати. Произведения должны быть написаны на русском языке и изданы в 2014 году. В премии не могут участвовать переизданные произведения.

Произведения должны поступить в секретариат премии не позднее 25 июня 2015 года в количестве восьми экземпляров. Представленные на конкурс произведения авторам не возвращаются. Авторы обязаны указать свой адрес и контактный телефон.

Каждому из трёх авторов-финалистов вручается премия в размере 50 000 руб­лей.

Абсолютному победителю вручается дополнительная премия в размере 75 000 рублей.

Жюри возглавляет первый секретарь Союза писателей Москвы Е.Ю. Сидоров.

Члены жюри по согласованию с авторами имеют право предлагать произведения, не представленные издательствами или самими авторами. В этом случае они должны обеспечить жюри необходимым количеством произведений (8 экз.).

Перед церемонией вручения премий проходит публичное обсуждение произведений-финалистов с участием авторов и 400 членов общественного жюри. Обсуждение завершается тайным голосованием и выбором абсолютного победителя. Состав общественного жюри: студенты МГУ, Университета дружбы народов, МГИМО, Государственного лингвистического университета, Государственного пединститута, Литинститута им. А.М. Горького, старшеклассники московских школ и гимназий, а также москвичи – любители книги.

Церемония награждения будет проходить в Москве, в Большом зале Клуба писателей Центрального Дома литераторов осенью 2015 года.

Обращаться: Москва,

ул. Большая Никитская, 53,

Клуб писателей

Центрального Дома литераторов,

к пресс-секретарю

Марине Станиславовне Замской

по тел.: 8-495-695-59-51, 8916-439-27-44 с 12 до 18 часов.

E-mail – [email protected]

Оргкомитет премии

Теги: литературный процесс , премия

Содержание