Литературная Газета 6495 ( № 19 2015)

Литературная Газета Литературка Газета

"Литературная газета" общественно-политический еженедельник Главный редактор "Литературной газеты" Поляков Юрий Михайлович http://www.lgz.ru/

 

Сражался и победил

Геннадий ЖИВОТОВ

Михаил Шолохов - гений, жизнь и творчество которого всегда будут убеждать человечество не только в величии отечественной литературы, но и в неразрывности связи миссии писателя с высоким историческим предназначением народа. Шолохов – настоящий богатырь литературы, богатырь в былинном понимании, стоически выдержавший все нападения, отстоявший свою правду, сохранивший до конца дней беспримерное благородство и верность идее служения Отчизне.

Ему чужды были почести, от государства он принимал только одно – возможность спокойно творить. Сталинскую премию он отдал на нужды фронта, Государственную – на восстановление родной школы. Шолохов отказывался от всех предлагаемых постов. Мерой его жизни были глас народа и бессмертное русское слово. По их воле он строил себя, сохранял себя, по их лекалам мастерил свой духовный дом, по их зовам торил дорогу к русской вечности.

Осторожное расположение вождей он использовал, чтобы защитить невиновных, мировую славу – для утверждения наших национальных ценностей.

Михаил Шолохов как никто смог показать народную жизнь, пристально вглядываясь в отдельного человека, но при этом улавливая в его судьбе неостановимое дыхание истории. Ему удалось совместить природное русское остроумие с немыслимым драматизмом сюжетов, тем самым показав, что настоящая жизнь богаче и полнее любой придуманной. Его реализм шире, чем творческий метод. Его реализм – это сама суть литературы как художественного воплощения действительности. И путь художника, по Шолохову, – это всенепременное следование этой сути, приближение к ней, соответствие её идеальности.

Ключевые моменты русской истории XX века будут изучать по его книгам. Потому что подлинная история – это не последовательность фактов, а череда всплесков народного духа, запечатлеть которые во всём многообразии и объёме способен только гений.

Он пришёл в мир в 1905-м, когда страна вздымалась в предчувствии душераздирающих катаклизмов, в преддверии громадных потерь и новых героических обретений. Он покинул его в 1984-м, когда зрел новый смерч над матушкой-Россией. Всей своей жизнью и творчеством он предупреждает потомков, что выше счастья народа нет ничего. Сколько бы веков ни прошло, мы будем слышать его голос, перечитывать его книги и стараться не допустить тех ошибок, от которых он нас предостерегает.

Его имя веет красивой спокойной птицей над Доном и, поднимаясь всё выше, смотрит на всю землю с невероятной зоркостью, радением и любовью.

Продолжение темы на стр. 2, 5, 11, 15

Теги: литературоведение , М.А. Шолохов

 

Голос русской вечности

Михаил Шолохов. Они сражались за Родину. - М.: ЭКСМО, 2015. – 480 с. – 2000 экз.

Сегодня, накануне юбилея великого русского писателя, читающую публику трудно чем-либо удивить – Шолохов давно стал визитной карточкой страны, символом её непростого, полного героизма и трагичности пути.

Экранизации произведений писателя вошли в копилку сокровищ мирового кинематографа, стали классикой в самом широком и лучшем смысле этого слова, являясь образцом высокого мастерства для целой плеяды кинематографистов и новых поколений зрителей.

В экранизации романа, которую сделал Сергей Бондарчук в 1975 году, снимались Вячеслав Тихонов, Василий Шукшин, Юрий Никулин, Георгий Бурков, сам Бондарчук. Шукшин в этом фильме сыграл свою последнюю роль – сыграл, даже не успев её озвучить.

Несомненно, что кроме звёздной плеяды советских актёров ошеломительному успеху фильма способствовал главным образом изначальный материал – роман Шолохова "Они сражались за Родину".

И на этом фоне издательство «Эксмо» делает смелый ход – под названием романа и фильма выпускает сборник рассказов Шолохова разных лет, но объединённых темой Великой Отечественной войны. Они хорошо знакомы нескольким поколениям наших современников и, без преувеличения, любимы ими: это «Судьба человека», «Наука ненависти» и другие.

Кроме рассказов в книгу включены (оправдывая название) главы из романа, которые заинтересуют молодых читателей и откроют перед ними необъятный мир Михаила Шолохова.

И судя по тому, что такой вариант выдержал уже два издания, новый подход к наследию всемирно известного русского писателя себя оправдал.

Теги: Михаил Шолохов , Они сражались за Родину

 

От Дня Победы до Дня памяти и скорби

Фото: ИТАР-ТАСС

Отгремели победные салюты, дома многих наших соотечественников - и в России, и далеко за её пределами – украшают теперь военные фотографии, с которыми они шли 9 Мая на акцию "Бессмертный полк". Несмотря на злобные и лживые комментарии либерально настроенных блогеров и блогерш в социальных сетях, акция удалась на славу. И запомнится навсегда – такого огромного количества народа, объединённого памятью о живых и павших борцах с фашизмом, на Тверской и на Красной площади не было никогда! И главное – в едином строю шли дети фронтовиков, их внуки и правнуки, о чём мы пишем в сегодняшнем номере. И начинаем вахту, которая продлится до 22 июня. Ведь 70-летие Великой Победы не закончилось праздником. Ставшая традиционной рубрика «Свет Великой Победы» будет появляться на страницах «ЛГ» ещё долго, но до дня начала Великой Отечественной – особенно часто. 

Вахта памяти продолжается.

Теги: Великая Отечественная война

 

Что-то с памятью его стало…

Фото: РИА «Новости»

Драматурга Александра Гельмана, которому в этом году исполнится 82 года, пригласили выступить в бундестаге на собрании, посвящённом празднику освобождения Германии от фашизма. Пригласили писателя из России депутаты от партии "Левая", которая находится в оппозиции к канцлеру ФРГ Меркель. Гельман - не участник Великой Отечественной, хотя такие есть среди наших живущих писателей. Но войну он познал: с 1941-го по 1944-й вместе с родителями восьмилетним мальчиком был помещён в еврейское гетто в городе Бершадь Винницкой области. Это потом нашло отражение в его воспоминаниях «Детство и смерть». Многие помнят, что А. Гельман не только сценарист известного фильма «Премия», но и автор многих популярных в своё время пьес, таких как «Заседание парткома», «Обратная связь» (1977), «Мы, нижеподписавшиеся» (1979), «Наедине со всеми» (1981) и других. На собрании в бундестаге был и посол России Владимир Михайлович Гринин. Как отмечает Гельман, «он выступал передо мной и сказал обо мне очень тёплые слова, я его поблагодарил. К сожалению, во время моего выступления он поднялся и ушёл. Надеюсь, не из-за того, что ему не понравилось то, что я говорил».

Увы, подобной наивностью – что посол ни с того ни с сего покидает зал во время выступления соотечественника – отмечено не только это предположение (или желание?) Александра Исааковича. Но прежде – дословные цитаты из выступления Гельмана в зале бундестага.

«Победа Советского Союза, несомненно, содействовала избавлению вашей страны от идеологии фашизма, но та же самая великая и подлинно чтимая нами победа содействовала тому, чтобы наше избавление от идеологии сталинизма растянулось на десятилетия. У нас до сих пор находят поддержку претенденты на роль нового Сталина. Эти неоднозначные исторические обстоятельства в послевоенное время притягивают Россию и Германию друг к другу в поисках тепла, сочувствия и взаимопонимания. Праздник Победы я в этом году встречаю в плохом настроении, я бы даже сказал, в очень плохом. Причина – события на Украине. Два братских народа, которые сыграли выдающуюся роль в уничтожении фашизма, находятся сегодня в состоянии войны, причём войны беспощадной, злобной, и я с особой горечью должен признать: войны, затеянной Россией ( выделено редакцией)[?]

Россия должна была, обязана была найти мирные решения всех противоречий, всех конфликтов с Украиной. Говорят, президент Путин – выдающийся политик. Я в этом не уверен – выдающийся политик, какой бы сложной ни была ситуация, никогда бы не довёл конфликт с Украиной до прямых военных столкновений, до обмена разрушительными ударами тяжёлой артиллерии, танков, бронетранспортёров.

На чём же основана, на чём зиждется сегодняшняя, на мой взгляд, ошибочная, опасная политика России на Украине? Прежде всего на том, что эту политику поддерживают 85 процентов граждан России. Я, как вы, наверное, уже поняли, принадлежу к меньшинству, к 14 процентам, которые не поддерживают.

Но как же возникли эти 85 процентов? Некоторые историки полагают, что это вековечная особенность русского народа – любить своих вождей, идти за ними в огонь и воду. Определённое влияние исторических навыков, исторических привычек, конечно, существует. Но главные, основные настроения значительной части народа сформировались за последние 30 лет.

Люди надеялись, что перестройка, свобода, демократия значительно улучшат их жизнь. Им обещали. Ничего этого не получилось. Но им даже толком не объяснили, почему не получилось. Начались нежданные, ошеломительные события. Варшавский договор ликвидирован. Быстро, быстро выводятся войска из соцстран... Социалистический лагерь распущен. НАТО обещало Горбачёву, что не будет двигаться на восток, потом продвинулось вплотную к нашим границам. Но самое неожиданное, то, что ударило по мозгам, просто пришибло людей, – распад СССР…

Накопились огромная горечь и боль, невысказанная глубокая обида – именно все эти чувства, когда Путин вернул России Крым, и вызвали всеобщее ликование. Это было что-то такое, чем можно гордиться. Люди в России давно ничем не гордились! Только терпели обиды. И вдруг победа на Олимпиаде в Сочи, Крым – вторая победа! Одна за другой! Страна поднимается. Наша берёт. Надо закреплять успех, идти дальше! Людей охватила эйфория победного шествия. Не успели опомниться, уже стреляют, уже убивают…

Это надо было пресечь, остановить, утихомирить непомерное возбуждение, возвеличивание Путина до небес. Я против аннексии Крыма, но я за мирное возвращение Крыма и Севастополя России. Даже в случае незаконного присоединения Крыма, которое произошло, можно было действовать разумно, с уважением к Украине, с готовностью щедро возместить материальные и моральные потери Украины в связи с отторжением Крыма ( выделено редакцией ).

Вместо этого возбудили, взбудоражили пол-Украины, фактически призвали ряд областей, прежде всего Донбасс, бороться за присоединение к России или за отделение от Украины. И началась война...

В результате всего происшедшего сегодня ситуация в России тяжёлая, тупиковая (выделено редакцией) . В экономике стагнация. Покупательная способность моей пенсии снизилась на 30–40 процентов. В ответ на санкции против России мы ответили санкциями против Запада. Народу не по душе такой способ проучить, наказать Россию – 85 процентов продолжают поддерживать Путина. Однако это не означает, что следует продолжать бесперспективную политику. В душах людей снова начинают накапливаться раздражение, горечь, ощущение бесправности.

Часто упрекают западных лидеров: мол, вас обманывают, вас надувают, а вы его (имеется в виду Путин) всё уговариваете, ищете компромиссы. Надо ударить! Кого ударить? Чем ударить? Горячие головы тут неуместны. Я поддерживаю разумные терпеливые действия западных политиков. Именно так: вразумлять, советовать, выслушивать, доказывать, доказательно спорить. Ядерные страны просто обязаны искать и находить компромиссы. Ядерная страна, которая уклоняется от поисков компромиссов, на мой взгляд, совершает тяжкое преступление. Героями нашего времени должны быть выдающиеся переговорщики, а не бравые генералы!

Вот сейчас лидеры многих стран отказались ехать на празднование 70-летия Победы над фашизмом. Ну, это глупо – кого вы наказываете, кого вы хотите проучить? Путина? 85 процентов, которые поддерживают Путина? Какую реакцию в России вы ожидаете на ваш поступок? Каким образом это может позитивно повлиять на достижение мира на Украине? Было бы, на мой взгляд, гораздо разумнее всем, наоборот, приехать, по­участвовать в торжествах, но при этом заранее договориться, чтобы на следующий день состоялся серьёзный, откровенный разговор о том, как не допустить новой мировой войны, что надо для этого сделать».

Читая выступление Александра Гельмана, ловишь себя на противоречивых чувствах. С одной стороны, есть честные, точные наблюдения – например, в отношении перестройки, её последствий, обмана со стороны западных стран. С другой стороны, немало суждений, которых от столь маститого и умудрённого жизненным опытом писателя трудно ожидать.

Уже приведена масса доказательств да и сама реальность такова: если бы не волеизлияние крымчан, единодушно поддержавших курс домой, в Россию, то уже этот юбилей Победы там встречали бы по-другому. Без знамён Победы, без георгиевских ленточек, без почётного детского караула у Вечного огня, без фронтовых песен – встречали бы подпольно или полуподпольно. А кто-то в казематах Службы безопасности Украины. А кто-то бы и не дожил. И во что бы уже превратился Крым? В ещё одно кровавое месиво?

И что-то не находится на Западе «переговорщиков», которые бы достигли успеха. Говорят одно, а действуют по-другому. И тянутся на Украину генералы-инструкторы и военная техника – прежний обман!

Почему, ратуя за уважение к Украине, писателя не волнуют чаяния и волеизлияние русских, соотечественников? Или, может, он их таковыми не считает? Да и не только русских – многие этносы на Украине, а не только в Донбассе не желают жить под бандеровскими лозунгами, которым на практике следуют внуки и правнуки тех, кто в одном строю с гитлеровцами убивал евреев и поляков, русских и украинцев. Может, у писателя с памятью что-то не то и даже Бершадь ничего не подсказывает? Или это Россия «отдала приказ» ополченцам двинуть на Киев и бомбить там жилые кварталы, больницы, детские сады? Тем самым «затеяв войну», как выражается Гельман.

Удивляет это выступление, наполненное смесью наивности, русофобии, непонимания реалий современного мира и желанием угодить «европейской аудитории».

«ЛГ»

Теги: Евросоюз , политика , Александр Гельман

 

Кадры разрушения и кадры созидания

Сегодня любят сетовать: нет социальных лифтов. Молодых, да и вообще новых людей не выдвигают, тасуют всё ту же замусоленную кадровую колоду. На всех уровнях и в любых областях. Авторитетные люди ритуально призывают друг друга создать эти лифты, а воз и ныне там.

Вообще-то я не люблю метафору лифта. Лифт наводит на мысль о каком-то автоматическом устройстве: ты туда входишь - и тебя возносит. Всего и задача – влезть в правильную кабину. Это очень созвучно современной мечте: оказаться в нужное время в нужном месте. Обломовская, надо сказать, мечта, тунеядская. Не протыриваться в нужное место надо учить молодёжь, а делать любое место достойным, прилагая к нему руки и голову. А потому метафора не лифта была бы уместна, а скорее крутой лестницы. Чтобы карабкаться ступенька за ступенькой. Докуда силёнок хватит – дотуда и докарабкается: каждому по труду.

Важно, чтобы лестница была видна, осознаваема. Выходя из школы (средней или высшей), молодой и активный должен иметь в голове какие-то модели возможного жизненного и карьерного восхождения. В советское время было понятно: пришёл на завод после вуза – поставили мастером, потом стал начальником участка, цеха, а там, глядишь, и до директора дослужишься. Не на своём заводе – так на соседнем. А потом могут пригласить и в министерство. Более-менее сходная картина была везде. Сегодня министром промышленности можно стать, не работая в этой самой промышленности, а руководителем наробраза – не поработав в школе. Отсюда и прискорбные успехи руководимых отраслей.

В результате молодёжь нерассуждающе уверена: любое восхождение – это либо случайность (вовремя подвернулся под руку), либо пронырливость (умело жарил шашлыки нужным людям), либо семейные связи (сын такого-то). Это очень разлагающая точка зрения. И жизнь, надо сказать, во многом её подтверждает.

Я лично всегда советую молодым заняться своим бизнесом, хотя, конечно, понимаю: дело это не для всех. Нужны разные дороги, на которых можно продвинуться, а повезёт – и возвыситься.

Так почему же заржавели лифты?

Очевидно: чтобы дело шло, надо выдвигать лучших. А как? На каких основаниях? Все с готовностью декламируют: надо подбирать людей не по знакомству и личной преданности, а о по деловым качествам.

А позвольте нескромный вопрос: зачем? Что "зачем"? Ну, выдвигать этих самых – с деловыми качествами? Человек с деловыми качествами обычно неудобный, вечно ему больше всех надо, неизвестно, чего от него ждать. Понимает опять же о себе лишнего, может, и не тим-плеер – ну его.

Люди с деловыми качествами выдвигаются там, где без них не обойтись. Где стоят большие задачи, где среда высококонкурентная, где либо сделай – либо сдохни. «Пробежать» за десять лет то, на что другие страны тратили сто, отогнать немцев от Москвы, создать атомную бомбу – вот тут и проявляются главные деловые качества. А там, где по существу ничего не происходит, где мирно проедается ресурс – природный и созданный в предыдущих поколениях, – там выдвигаются удобные люди. Свои. Художественно законченным выражением этих своих людей была ельцинская Семья. В ресурсной экономике нужны в первую очередь свои люди, и своих – не сдают. Когда есть большое дело – государственное или частное, всё равно – своих сдают. Вернее, их не имеют. Нет никаких своих, если во главу угла поставлено большое дело. Есть только полезные для дела люди, бесполезные и вредные. Полезных возвышают, бесполезных прогоняют, а вредных – наказывают.

Если продолжить метафоры из области ЖКХ, то можно сказать: лифты невозможны без мусоропроводов, отправляющих вредных на свалку. Если вредный для дела или даже просто бесполезный продолжает сидеть на своём месте, он не просто не двигает дело вперёд – от отравляет атмосферу организации: люди перестают работать. Освободиться от него – наипервейшая обязанность руководителя. Недавно я это испытала «в моём малом», как выражаются итальянцы. Мы в компании выгнали крупного по нашим меркам регионального руководителя, который стал бесполезным и даже вредным. Это было накануне ежегодного большого собрания компании. Поразительно: люди, съехавшиеся со всей России, чувствовали себя прямо-таки именинниками, настолько этот человек отравлял атмосферу. «Работать хочется», – говорили люди. «Словно троцкистско-зиновьевскую оппозицию разгромили», – пошутила одна из продавщиц, бывшая учительница истории. По правде сказать, я не ожидала такого эффекта.

У «кадровой» темы есть и более глубокий пласт.

У нас продолжается революция. Двадцать пять лет уж продолжается – эдакий русский размах. Революция – это не созидание нового, это разрушение старого. Истинно новая жизнь наступает как раз по окончании революции, это всегда преодоление революционного разрушения. Так вот надо признать, что мы к этому этапу пока не приступили.

Нынешние кадры – это кадры разрушения. Для созидания они не приспособлены – они и не созидают. Если что-то и делается, то в режиме симулякра или, как максимум, латания самых зияющих дыр.

Когда-то по горячим следам Октябрьской революции Николай Бердяев написал замечательную статью «Духи русской революции». Там он высказал мысль на все времена: революция – это время великой хлестаковщины. Посмотрев под этим углом зрения на нашу жизнь, мы увидим мириады возвысившихся коллежских регистраторов, бойких лгунов, сочиняющих прожекты с «лёгкостью необыкновенной в мыслях». И точно так, как Иван Александрович, отбывают они на заре в своё прекрасное далёко, и ничего им за их деятельность не грозит. А может, и не отбывают вовсе, а продолжают свою разрушительную карьеру.

Мне кажется, мы находимся накануне окончания революции, т.е. перехода к созидательной стадии. Вот тогда и произойдёт огромная кадровая революция – на всех уровнях. Аналог той, что произошла в СССР в 30-е годы. Кадры разрушения сменятся кадрами созидания. Произойдёт это мирно или немирно – вопрос открытый. Как сказал известный экономист С. Губанов, «компрадорский режим висит на волоске истории». Оборвётся волосок – и тогда будут иные лифты. И мусоропроводы.

Теги: Россия , политика , экономика

 

Фотоглас № 19-20

Самую ожидаемую и громкую премьеру Ростовского академического театра драмы им. М. Горького - "Тихий Дон" по роману знаменитого земляка М.А. Шолохова – смогли увидеть сразу десятки тысяч зрителей. Причём это кроме тех, кто находился в зале театра. Онлайн-видеотрансляцию в канун юбилея нобелевского лауреата смотрели и те, кто был на Фонтанной площади города, и жители Ростовской области. Такую возможность предоставил телеканал «Южный регион». «Тихий Дон» транслировался и в интернете.

Фото:

7 мая во Владимире открыт интерактивный монумент в память о знаменитом дикторе советской эпохи Юрии Левитане. Автор проекта – Дмитрий Козлов. Он также смог найти спонсоров, собрал деньги и договорился об установке монумента на малой родине Левитана. Памятник представляет собой фигуры старика и ребёнка, которые стоят в луче света у фонарного столба и, затаив дыхание, слушают голос Юрия Борисовича, раздающийся из рупора. В церемонии приняли участие помощник президента РФ Игорь Щёголев, губернатор Владимирской области Светлана Орлова, глава администрации Владимира Андрей Шохин.

Фото: Альберт БАГАУТДИНОВ

Центр фотографии имени братьев Люмьер отмечает свой пятилетний юбилей фотовыставкой, работы которой в разные годы публиковались в популярном журнале «Советское фото». В своё время это был самый массовый специализированный журнал для профессионалов и любителей, поэтому многие известные фотографы с удовольствием снимались на фоне обложек «СФ».

 

«Не начинай день с проклятий в адрес своей страны»

Фото: РИА «Новости»

К 2015 году во внешней и внутренней политике России произошли глобальные перемены. Нашу страну по-другому стали воспринимать в мире. При этом некоторые привычные партнёры повели себя, мягко говоря, не совсем корректно. И всё это происходило на фоне экономического кризиса и фатального падения национальной валюты. В чём причина нынешних катаклизмов? В западных санкциях? Или их следует искать глубже? Наш собеседник - известный общественный деятель, член Совета Федерации Федерального собрания РФ Евгений ТАРЛО.

– Евгений Георгиевич, я знаю, что вы имеете свой взгляд на нынешний экономический кризис. Поэтому первый вопрос: что стало происходить с нашей экономикой, валютой, банковской системой? Почему снова слышно о том, что россиянам необходимо туже затянуть пояса?

– Нынешние проблемы в экономике – следствие проводившегося с 1991 года экономического курса. Это не раз подтверждал в своих выступлениях и президент страны, что характеризует его как мужественного и ответственного политика. Стоит отметить, что у сегодняшнего кризиса есть конкретные ответственные. И главный – долгое время возглавлявший финансово-эко­номический блок в правительстве бывший вице-премьер и министр финансов Алексей Кудрин. Сейчас он критикует политику президента и правительства, хотя совсем недавно именно он формировал основные её параметры. Его последние выступления полны жалоб и сетований, однако лишены конструктива. По существу, его предложения сводятся к затягиванию поясов, повышению пенсионного возраста и сокращению государственных расходов как на оборону, так и на социальные программы. К нему стараются прислушиваться. И в этом нет ничего плохого, поскольку умная власть нацелена на принятие сбалансированных решений, учитывающих многовекторность мнений. К слову, при Кудрине голоса экономистов и практиков, которые предлагали иные решения, фактически игнорировали. Почему? Считали их рекомендации бесполезными? Думаю, дело в другом... На смену господству одной – марксистско-ленинской – идеологии пришла другая – либерально-рыночная. И она оказалась едва ли не более догматичной. Вся эта "теория" в российском постсоветском исполнении сводилась к нескольким постулатам:

– государственное вмешательство в экономику вредно;

– рынок сам всё создаст и расставит, всех накормит и напоит;

– главный враг в экономике – инфляция, причиной её являются деньги, поэтому денег в экономике должно быть как можно меньше («сжатие денежной массы – главный рецепт»);

– почти сакральная вера в западные инвестиции, которые придут, если будем хорошо себя вести (слушаться президента США, соблюдать правила ВТО, даже если это невыгодно, и т.п.);

– выпускать собственные деньги в основном под получение долларов США от продажи нефти и хранить их в обязательствах правительства США, не расходуя на нужды экономического развития.

Этой программы придерживался ряд российских экономистов и политиков. Среди них Егор Гайдар, возглавлявший первое правительство Ельцина, бывший вице-премьер, министр финансов, глава Гос­комимущества Анатолий Чубайс, бывшие министры экономического развития Евгений Ясин, Герман Греф, бывший руководитель ЦБ Сергей Игнатьев. Я умышленно называю должности экономистов российской либеральной школы, чтобы было понятно, что эти люди не только исповедовали определённые взгляды, но и применяли их на практике. В научном мире «либеральную» экономическую школу возглавляют Ярослав Кузьминов (ректор Высшей школы экономики) и Владимир Мау, ректор Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации. Не могу не обратить внимание, что до сих пор на ключевых постах в правительстве, банковском и финансовом секторах экономики трудятся их соратники и ученики.

– В чём же смысл курса, который проводил Кудрин? Почему он привёл к ряду негативных результатов?

– Курс отличался двоякостью. С одной стороны, по требованию президента существенно выросли заработные платы, социальные и пенсионные выплаты, что, конечно, плюс. Но это, к сожалению, не подкреплялось повышением общей производительности труда. Когда я говорю о производительности труда, то не имею в виду работу каждого отдельного человека. Наши люди в большинстве своём работают профессионально и самоотверженно. Но показатель производительности труда определяется главным образом общей его организацией, технологической оснащённостью, постоянной модернизацией средств производства.

В этом плане мы очень отставали от развитых стран, и отставание по сей день слабо сокращается. Почему? Потому что не происходит модернизации производства. Для этого нужны деньги как на закупку новых технологий и оборудования за рубежом (на что были настроены наши либералы), так и на разработку и создание отечественных станков, машин, технологий. А денег у предприятий промышленности, транспорта и сельского хозяйства нет. Они и так еле концы с концами сводят. Западные инвестиции в серьёзном масштабе к нам не пришли. Почему? Здесь нет однозначного ответа.

Да, имеются проблемы и в судебной системе, и в налоговой сфере, и в бюрократической, но главное вовсе не это, как нам пытаются внушить некоторые неудачные менеджеры из числа бывших министров.

Главная причина – у нас невыгодно производить. Те конкурентные преимущества, которые существовали в 90-х, – низкие цены на энергоносители, низкие транспортные тарифы, низкая оплата труда, высокая квалификация рабочих и ИТР, огромные научные и технологические заделы – исчезли. Цены на энергию сравнялись с мировыми, транспортные тарифы высоки, заработные платы существенно поднялись, технологические заделы устарели, рабочие и ИТР дисквалифицировались. Добавьте к этому чрезвычайно высокие ставки банковских процентов, снятие заградительных барьеров перед иностранными товарами – и сразу поймёте, что никаких экономических оснований для разворачивания производства нет ни у иностранных, ни у отечественных предпринимателей.

Успешно развивался лишь нефтегазодобывающий комплекс за счёт хорошей мировой конъюнктуры цен. Но поскольку были сняты все ограничения на вывоз капитала и ввоз товаров, наши энергетические компании переориентировались на закупки оборудования и машин на Западе, в основном в Европе. При этом многие из них начали усиленно инвестировать в иностранных юрисдикциях, что также способствует оттоку капитала.

Строительные компании успешно развивались на рынке жилья, но он рухнул вместе с повышением ключевой ставки ЦБ, и это сделало ипотеку и кредитование недоступными для населения.

В любом солидарном обществе работающие кормят неработающих. Но при низкой производительности труда заработанного работающими не хватает. Возникает внутренний дефицит денег. Пока были высокие цены на нефть, этот дефицит ликвидировали за счёт дополнительной природной ренты, пуская нефтедоллары частично на социалку и обеспечение зарплаты бюджетников. А порой, что греха таить, на бонусы служащих госкорпораций. Если бы мы за время высоких цен на нефть, забыв о либеральных догмах, модернизировали национальное промышленное и сельскохозяйственное производство, усовершенствовали его инфраструктуру, дали толчок развитию собственной экономики, влияние западных санкций было бы для нас менее болезненным.

– Возникает вопрос: наши финансисты не догадывались об этом?

– Они полагали, что при высокой природной ренте мы заткнём все дыры и всё купим на Западе. Но любому политику и экономисту должно быть понятно, что как только страна начнёт отстаивать свои интересы, ей могут объявить экономическую войну. Окончание холодной войны не отменило борьбу за мировое влияние. Кстати, экономические войны существовали и раньше. Да и глобальной конкуренции стран и корпораций никто не отменял. Все государства поддерживают свои компании на мировом рынке, в том числе и США, и Франция, и Германия, не стесняясь лоббизма и экономического и политического давления.

– На ваш взгляд, проявляют ли нынешние руководители нашего финансового блока умение оперативно реагировать на ситуацию?

– По-моему, нет. Более того, своими заявлениями и выбранной тактикой они способствовали тому, чтобы кризис разрастался как снежный ком. В конце прошлого года министром финансов господином Силуановым и первым заместителем председателя Центрального банка госпожой Юдаевой постоянно делались не очень обдуманные заявления. Казалось бы, что такого особенного в том, что указанные государственные деятели постоянно связывали курс рубля с ценами на нефть? Это же действительно так!

Так, да не так. Да, цена на нефть, измеряемая в долларах США, является важным фактором курса нашей национальной валюты, однако не важнейшим и не единственным. Наша экономика достаточно мощна и не сводится к нефтедобыче. Мы имеем приличные золотовалютные запасы. Распоряжаемся огромной госсобственностью в виде предприятий, природных ресурсов, земли, недвижимости, которые в случае необходимости также могут быть приватизированы для пополнения казны. Однако у нас либеральные экономисты, всевозможные эксперты и, увы, ключевые министры и банкиры однозначно увязывают курс рубля с долларом и ценой на нефть. В результате каждая бабушка знает, что если цена на нефть в Лондоне падает, нужно бежать в банк, снимать сбережения и менять их на доллары. На всякий случай.

Таким образом, заявления наших государственных чиновников иногда провоцируют панические настроения и усугубляют проблемы.

В связи с этим мне импонирует инициатива Совета безопасности об ограничении использования иностранной валюты внутри страны. И начинать нам нужно с себя – с депутатов, министров, банкиров. Нужно прекратить переводить всё в доллары США. У нас суверенная страна, и доллары нам нужны не для торговли или накопления, а для поездок или покупки нужных товаров. Пример должен показать и Центральный банк, перестав использовать накопления в долларах США и казначейских обязательствах правительства США как обеспечение эмиссии рубля. Эмиссия должна быть привязана к потребностям отечественной экономики, а не к иностранным бумагам, даже если они обеспечены честным словом американского президента.

– Не до конца вас понял. У нас же есть регулятор – ЦБ. Он что – бессилен?

– Считаю, что ЦБ порой действует недостаточно эффективно и прагматично. Никто не спорит, что в сложившихся условиях, при структурных проблемах в экономике, с учётом западных санкций и падения цен на нефть, девальвация рубля напрашивалась. Было известно, что в конце 2014 года предстоят значительные платежи по внешним долгам корпораций и банков. Но вызывает вопросы, как это было проведено. На мой взгляд, девальвацию нужно было проводить внезапно, не дожидаясь значительных трат золотовалютных резервов (ЗВР) и паники среди населения и предпринимателей. Когда тенденции изменения цены на нефть стали очевидны, курс рубля нужно было опустить до величины, необходимой для формирования бюджета. Считаю, что вариант девальвации был выбран неудачный. ЦБ тратил ЗВР, искусственно поддерживая курс руб­ля и позволяя наживаться на этом валютным спекулянтам, одновременно допустив увод населением и предприятиями сбережений из банков и перевод их в валюту.

Ряд экономистов доказывают, что ЦБ имел возможность удержать любой курс рубля, какой нужен был бы для решения экономических задач. Однако этому мешают два обстоятельства: догматизм руководства, использующего из всего арсенала возможных методов только два (валютные интервенции и сжатие денежной массы) и отсутствие заинтересованности ЦБ в развитии экономики страны. Как вам это ни покажется странным, ЦБ никак не отвечает за состояние экономики, нет у него такой задачи. Согласно Конституции и закону о ЦБ он отвечает лишь за состояние финансовой системы и стабильность рубля, хотя, как мы видим, и с этим есть сложности.

К деятельности Центрального банка немало вопросов. Например, он сочетает не только деятельность по государственному управлению, разработке и утверждению основных норм банковской и финансовой деятельности, но и сам контролирует деятельность коммерческих банков, финансовых компаний и участников рынка ценных бумаг. Это не всё. ЦБ самостоятельно принимает решения о денежной эмиссии, об установлении процентных ставок, сам разрабатывает и утверждает правила бухгалтерского учёта в банках, проверяет их соблюдение. Но и это не всё. ЦБ формирует собственные правила бух­учёта, сам их исполняет, проверяет, сам подсчитывает прибыль и передаёт на утверждение в Федеральное собрание. Естественно, никто не проверяет того, как была подсчитана прибыль, это просто невозможно без полного аудита и детального изучения. Но и аудит ничего не даст, потому что правила получения прибыли разрабатывает сам выгодоприобретатель – ЦБ, он же сам себе устанавливает правила игры.

Я обращался с запросом к руководству ЦБ о том, какая прибыль получена им от повышения процентных ставок и приобретения руб­лей по существенно более низкому курсу, чем было до ноября 2014 года. При валютных интервенциях, продавая доллары в начале 2015 года по курсу, выросшему в два раза и даже более, любой продавец получает пропорционально возросшую прибыль. С Центральным банком всё обстоит иначе. Ответ первого заместителя председателя ЦБ Д. Тулина был неопределённым и свёлся к тому, что прибыль не образуется, поскольку активы ЦБ равны пассивам. А я бы предложил всем, и прежде всего нашему правительству, задуматься, правильно ли допускать такое совмещение функций государственного управления, контроля, надзора и коммерческой деятельности в одном лице. Да ещё при выведении ЦБ из-под контроля правоохранительных и контрольных органов страны. При этом в его функциях даже не записана организация бесперебойного финансирования экономики страны.

– Выходит, закон о ЦБ нуждается в изменениях?

– Уверен, что да. ЦБ в нынешнем его виде для развития экономики – тормоз. И не только сам ЦБ, но вся созданная в 90-е годы банковская система. На моей памяти Россия пережила как минимум три мощных кризиса, которые зародились и реализовались в финансово-банковской системе, поразив затем экономику и социальные устои государства. Я имею в виду дефолт 1998 года, кризис 2008 года, связанный с излишней зависимостью от западной финансовой системы и злоупотреблениями финансовыми спекуляциями в ущерб реальной экономике. Ну а нынешний – напрямую связан именно с деятельностью банков и самого ЦБ. Государство тратит огромные деньги на поддержку банковской системы в ущерб предприятиям и социальным программам. Банки поглощают деньги, почти не финансируя экономику. Зачем нам такая дорогая банковская система, если она не выполняет главную задачу – финансирование развития экономики? Давайте вернёмся к сберкассам, как в советские времена, а поддержку проектов экономического развития можно осуществлять напрямую через органы управления или подразделения казначейства.

– По-вашему, либеральные экономисты завели страну в тупик?

– Это был бы слишком простой ответ. Я сам считаю себя либералом. Но не таким, которые, обещая процветание, завели экономику в тупик, разрушили финансовую сферу, поделили главные природные богатства страны. Я патриотический либерал, допускающий наличие различных точек зрения, их столкновение в общественном пространстве при условии патриотической ориентированности. Те взгляды, предложения, идеи, движения, которые направлены против нашей страны, разрушают её, порочат святые для нас чувства любви к Родине, уважения к предкам, как бы они ни прикрывались красивыми названиями, для меня неприемлемы и враждебны. Носителей этих взглядов я считаю «пятой колонной».

Суть не в борьбе с пресловутым либерализмом и либералами. Дело в смене той экономической парадигмы, которая была избрана руководством страны в 1991 году. Экономический курс, ориентиры, принципы, методы руководства экономикой сохраняются в основном пока те же, что и в начале 90-х, когда мы, поверив в быстрое процветание и любовь Запада, открыли границы и рынки для импортных товаров, когда перестали помогать нашим предприятиям и сельскому хозяйству.

В настоящее время экономическую политику проводят те, кто полностью разделяет и поддерживает старую экономическую парадигму. Эти люди главным своим доктринальным трендом сделали предельную открытость нашей страны перед миром, перед бывшими военными противниками. Но эта открытость во многих отраслях вылилась в беззащитность. Возникала иллюзия равного партнёрства, которая сейчас полностью разбита. Мы нужны западному миру слабыми. Тогда он нас любит. Но страна и власть не могут быть слабыми.

Если в сфере обороны, внешней политики происходит концептуальная перестройка, то в экономике она явно запаздывает. Кажется, что наши финансисты мечтают только о том, чтобы санкции сняли, нефть опять подорожала и можно было бы снова почивать на лаврах.

Ещё о либерализме. Я убеждён, что противоречия между либералами и патриотами нередко искусственно провоцируются. Оппоненты не жалеют слов в дискуссиях, обвиняя противников во всех грехах. Лично я не вижу противоречия межу патриотизмом и либерализмом. Тот, кто считает себя либералом и начинает день с проклятий в адрес своей страны, вызывает жалость. И уж точно либералом не является... Главное в либерализме – это неущемление прав других. Когда ты всё время унижаешь людей противоположных взглядов, обзываешь их ватниками, колорадами или совками, ты ущемляешь права других. Каждый нормальный человек – либерал. Потому что ощущение свободы естественно для личности. Но при этом каждый вменяемый человек – патриот. Как можно не любить свою Родину? Это всё равно, что не любить и не уважать своих родителей! Убеждён, нам необходимо мощное организованное либерально-патриотическое движение, поддерживающее курс государства, но не слепо, а с возможностью свободно высказываться. Это поможет объединиться всем, кто желает России процветания.

Беседу вёл Максим ЗАМШЕВ

Теги: Россия , Европа , США , СМИ

 

Энрико Малато: «Данте не позволяет себя убить, он попадает в рай!»

Праздничную программу мероприятий по случаю 750-летия величайшего поэта, богослова, политического деятеля, одного из основоположников литературного итальянского языка Данте Алигьери 4 мая торжественно открыли в большом зале Сената Италии министр культуры Дарио Франческини и ведущий дантовед Энрико Малато.

Профессор литературы Неаполитанского исследовательского университета имени Фридриха II, организатор и президент Цент­ра Pio RAJNA (Центр литературных, лингвистических, филологических научных исследований), вице-президент "Дома Данте в Риме", специалист-исследователь «Божественной комедии» синьор Малато за свои научные работы имеет государственные награды Итальянской Республики. Под его руководством группа литературоведов к юбилею Мастера выпустила в свет несколько уникальных сборников, написанных за семь веков на разных языках мира о дантовской комедии[?]

- Синьор Малато, вы человек книжный, мало «выходите в свет», но в рамках Года культуры и языка России – Италии вы лично представили на Московской книжной ярмарке уникальную книгу…

– Да-да, для меня та поездка в Россию была знаменательным событием. Мы презентовали величайшую прекраснейшую книгу «Фламандский Кодекс», которая является факсимиле Бревиалио Гримани. Над ней трудились самые значительные фламандские художники эпохи Возрождения. Они создали её в 1670 страницах, из которых 1580 страниц расписаны золотом. И 130 иллюстрированных страниц – это 130 действительно потрясающих картин! К сожалению, «Фламандский Кодекс» практически неизвестен, потому что постоянно находится в сейфе библиотеки Марчиано в городе Венеция. Мы смогли сделать один-единственный экземпляр, но полностью тождественный оригиналу. И первый раз мы открыли эту важнейшую книгу для широкой публики именно в Москве! Идея была реализована под личным патронатом президента Итальянской Республики Джорджо Наполетано, который включил нас в программу совместного Года культуры и языка Италии и России.

– Весь просвещённый мир в 2015 году отмечает 750-летие Данте. Расскажите о юбилейном издании, над которым много лет трудился ваш центр: сколько томов оно насчитывает, какие особенности?..

– Мы, конечно, уже давно стали готовиться к этому юбилею. И начали с выпуска собрания сочинений Данте Алигьери, включившего все его работы, опубликовали очень важные труды. Непосредственно к юбилейной дате были организованы три самостоятельных проекта. Первый – 3-томная «Перепись» (Censimento). Второй – 4 тома факсимильных книг, богато проиллюстрированных старинными миниатюрами с изображением сцен «Божественной комедии». Третий проект делается на высоком государственном уровне – «Национальное издание комментариев к Данте», начатое 30 лет назад. Это комментарии к «Божественной комедии», написанные самыми разными авторами за прошедшие семь веков. В общей сложности – 75 томов в 250 книгах. Сейчас опубликовано 13 томов в 33 книгах.

– И сколько же страниц будет в 250 томах?

– 200 000 страниц. Понимаете, это же 750 лет, посвящённых «Божественной комедии»! Наше внимание в первую очередь привлекли труды малодоступные, раритетные, среди которых, разумеется, есть и очень известные публикации.

– И вы всё это прочитали?

– Почти, почти ( улыбается ). У нас в институте работает довольно большой отдел специалистов по творчеству Данте, и 100 человек были привлечены непосредственно к этому масштабному проекту. Сам я занимаюсь данным проектом уже больше 25 лет…

– Четверть века! Скажите, будут ли представлены русские исследования? Например, есть небольшая по объёму, но замечательная книга Осипа Мандельштама…

– Да, конечно! Мандельштам – уникальный поэт, я хорошо знаю его стихи и, в частности, эту работу. У него прекрасный по глубине анализа текст. Будут и другие русские авторы, безусловно. Их так много, что я не смогу всех перечислить. Появились и совсем новые комментарии, которые мы будем публиковать впервые. Не только в Италии, но и во всём мире исследователей творчества Данте очень много, есть также многочисленные по своему составу общества любителей Данте. Только в одной Америке «Божественная комедия» была переведена 12 раз! Но собрание комментариев мы пока выпускаем небольшим тиражом – всего две тысячи экземпляров. Это издание через некоторое количество лет станет настоящей библиографической редкостью, да! Но уже сейчас предполагается, что в дальнейшем будут дополнительные тиражи.

– В чём же всё-таки, на ваш взгляд, таится загадка, которая на протяжении веков вызывает у интеллектуалов всего мира необходимость изучать и комментировать это произведение?

– Даже сегодня «Божественная комедия» содержит в себе такие непостижимые вещи, которые мы пока не открыли, к которым ещё даже не приблизились. И, думаю, процесс познания будет продолжаться, поскольку Данте неисчерпаем. Я почти 50 лет изучаю Данте. И сумел открыть такие вещи, о которых прежде никто не знал.

– Поздравляю вас! Но наверняка же есть смысловые повторения, даже не преднамеренный плагиат, а просто человек не знал, что кто-то из предшественников уже прошёл по этому пути и всё объяснил примерно так же…

– Естественно, повторений не может не быть. Но есть и новые варианты видения, новые возможности и всё новые открытия! Данте действительно составляет очень большую проблему. Многие описанные им вещи не понимаются при первом прочтении, даже не осознаются. Но каждый новый читатель-комментатор предлагает своё видение, свою точку зрения. Допустим, он уже знает о том, что было написано прежде о «Божественной комедии», и тогда именно это становится основой для его собственного знакомства с произведением. Он может согласиться, одобрить или же встать в оппозицию. Крупнейшие исследователи Данте, как, например, Кёртис Ауэрбах, говорят о чуде Данте, потому что он смог в своей поэме, в 14 233 строфах, высказать то, что невозможно высказать. Уже одно это до сих пор остаётся загадкой…

– Думаю, что вопрос не в количестве, не в размере…

– Конечно, главное – он смог охватить и высказать всю культуру Средневековья! Столь грандиозная многомерная культура буквально сконцентрирована в поэме Данте. И действительно, в этом можно увидеть его чудо. Весь исторический и эстетический период Средневековья, в котором Бог ищет себя Самого, даёт человеку ощущение духовной силы и желание поменять уже себя, смертного, несовершенного. И в этом развитии автор последовательно выстраивает отношения человека с Богом. Это как раз та культура философии Средних веков, которую мы называем Memento mori.

– «Помни о смерти».

– Да, но в том числе это значит: помни, кто ты! Средневековье говорит о том, что каждый человек всегда, в любой момент своей жизни, должен быть готовым к смерти, к тому, чтобы достойно принять её. И вся культура в 1200–1300-х годах представляет собой муку человека в осознании своего конца, в этой пугающей неизбежности. Данте смог сконцентрировать и выразить эту идею в своём произведении. В этом изречении – Memento mori – заключается высокий нравственный посыл, который возвращает человека к его истинному предназначению. Потому что иначе не бывает: в отношениях с Богом человек неминуемо ищет самого себя. Для нас, современных читателей, уже так остро не стоит вопрос: верить или не верить? Мы можем и не верить в Бога. Однако человек, который пытается узнать, кто он, в свойственной ему манере решая свои проблемы, так или иначе выстраивает связь с Богом. Поэтому нельзя не говорить об актуальности Данте. Он более современен, чем Шекспир.

– Между ними – триста лет разницы...

– Именно поэтому Шекспир «атрибутируется» как человек более современного мировоззрения. А Данте – как человек Средневековья. Но Данте оказывает на мировоззрение современного человека куда большее влияние, чем Шекспир. В разных статистических исследованиях периодически решается вопрос: кто для мировой культуры представляет большую важность – Данте или Шекспир? И совсем недавно был момент Шекспира ( смеётся ). Но в результате предыдущего «конкурса» победу одержал Данте! Столь широкое распространение и популярность произведений Шекспира в современном обществе обусловлены не в последнюю очередь и тем, что английский язык – сегодня наиболее активный язык в международном обращении. А Данте написал «Божественную комедию» на итальянском языке.

– Притом что в те времена итальянский был простонародным языком, а латынь была языком образованных людей во всём европейском мире…

– Именно! Это вызов со стороны Данте, это проявление его интеллектуальной смелости. Высота Данте и заключается как раз в том, что он начинал писать свои произведения с конца 1200 – начала 1300-х годов, на рубеже столетий, когда официально итальянского языка ещё не существовало. Самая большая – и по объёму, и по значению – поэма Средних веков «Божественная комедия» написана поэтом на языке, который не существует! Фактически он изобретает язык! Поэтому Данте справедливо называют отцом итальянского языка. В течение 700 лет и поныне мы в Италии говорим на языке Данте. Если сегодня мы прочитаем английский текст, написанный в 1300 году, или тексты, написанные в течение XV–XVII веков на французском, английском, немецком, испанском языках, то практически ничего в них не поймём.

– Вы имеете в виду лексические изменения?

– Да-да. Фактически во всех странах за последние 700 лет поменялись не только лексика и фразеология, но и вся культура языка. И только итальянский язык за прошедшие столетия никак не изменился. Эта уникальная историческая особенность также позволяет нам сегодня воспринимать «Божественную комедию» как произведение близкое и современное. Подобный пример рождения языка случился и в Германии: когда Мартин Лютер перевёл Библию для немцев, он тем самым сделал немецкий язык таким, каким он не был прежде, но каким остаётся и поныне.

– Мне хотелось бы узнать ваше мнение о том, о чём неофициально идёт скрытая дискуссия. Как, по-вашему, Данте – мыслитель, поэт, философ, закрывающий эпоху Средневековья, или Данте открывает Возрождение?

– Данте закрывал Средневековье. Петрарка 40 лет спустя открывает Возрождение. Но знаете, всё-таки Данте действительно может по праву считаться более возрожденческим – не в хронологическом смысле, а в значительности своего воздействия на умы как своих ближайших потомков, так и мыслителей и поэтов более позднего времени, и наших с вами современников. Поэтому лично для меня Данте более дорог и прекрасен, нежели Петрарка.

– Тогда почему до сих пор так много загадок остаётся в его «комедии»? С одной стороны, автор использует народный язык, чтобы, как он заверяет, его смогло понять как можно больше людей, но с другой – он ведь тщательно и кропотливо выстраивает этот бесконечный смысловой лабиринт, специально запутывая ходы, чтобы всем – и современникам, и потомкам – трудно было пробираться сквозь «сумрачный лес»…

– Да-да, он нарочно всё запутывал! Потому что Данте пишет в библейском духе. Он не говорит с читателем прямо, он даёт ему лишь подтекст, который наводит человека на размышления. Это сама возможность размышления! Данте будит в читателе его собственную мысль. А в Средние века такое уважительное отношение к читателю, к его интеллекту было не только новым, но и прямо-таки революционным. Поскольку тогда властвовала над умами церковная догма, и любое инакомыслие, свободомыслие сурово каралось. А Данте выстраивает подтексты, и они сродни библейским аллегориям. Таким образом, Данте как автор создаёт свою собственную модель повествования, но в основах своих ориентированную на модель библейского разговора.

– По-вашему, что человек может верить или не верить в Бога. Атеисты были и во времена Данте, но, как вы думаете, прочитав «Божественную комедию», становится ли человек ближе к Богу?

– Всё относительно. Лично я не верю. Но я огромный ценитель Данте. И на протяжении веков все те люди, которые читали эту книгу, все они завоёваны им.

– На уровне искусства, но не религии?

– Знаете, это ведь индивидуально. Если человек задаёт себе вопросы: кто я? что я делаю в этом мире? что мне делать со своей жизнью?.. Например, Вольтер, который был атеистом, но, попав на землю, он смотрит вокруг себя и говорит в одном из своих произведений: ну не может быть, чтобы всё это было создано ни для чего! Атеист тоже находится в поиске смыслов. Данте говорит именно о смыслах и предлагает идти по такому же пути в жизни всем своим читателям.

– Но разве не было главной целью Данте привести человека к Богу? Не писал ли он книгу именно для того, чтобы человек поверил в Бога?

– Да! Да, у него эта цель основополагающая, потому что он себя предлагает в роли спасителя мира. Ни в коем случае нельзя считать это обычной самонадеянностью, гордостью или дерзостью. Просто он великий поэт.

– Так почему же всё-таки «комедия»?

– Комедия – это стиль поэмы. В греческой или латинской классике существовали два очень разных стиля – комический и трагический. В христианство перешли те основы, которые были свойственны трагедии. И другие авторы – не Данте, а его предшественники – использовали именно стиль трагедии в своих текстах. А Данте цитирует в своих произведениях: «для этой комедии», и эта фраза подчёркивает греческий манер. Так как в поэме есть главы, где говорится о Боге и рае, о путешествии Данте в рай, о том, что там он встречается с Богом, поэтому произведение и было названо «Божественная комедия». Изначально поэма называлась просто «Комедия», так её назвал сам Данте, и в течение более 150 лет она распространялась в рукописных тиражах – сейчас сохранились около 842 манускриптов и фрагментов манускриптов из 2500 когда-то существовавших. В 1472 году в Венеции вышли первые печатные издания, а в 1555-м издатель Габриэль Джолито де"Феррари опубликовал книгу под названием, ставшим традиционным, – «Божественная комедия». Поэта к тому времени уже не было на свете, – он скончался в 1321 году в возрасте 56 лет – и это название было дано его произведению издателем.

– Как понимать этот выбор: о духовном пути человека к Богу написана «комедия», а в Древней Греции это низкий жанр – для злой сатиры, критики нравов, осмеяния пороков?

– Потому что трагедия – это произведение, действие в котором заканчивается плохо, главный герой неотвратимо погибает. А комедия, наоборот, заканчивается хорошо для героя, финал оптимистичный. Данте не позволяет себя убить, он попадает в рай! То, что является комедией, уже не может быть трагедией ( улыбается ). И комедия, как мы знаем, вовсе не обязательно должна быть смешной.

– Но это уже черта комедии Средних веков, когда смех и веселье порицались церковниками…

– Комический стиль мог использоваться авторами при написании произведений на различные темы. Комедия могла в себя включать также и элементы трагедии, при этом сама трагедия не должна была хоть в чём-то принимать комические оттенки. Стиль трагедии обычно очень торжественный, тяжеловесный, громогласный. Потому что реальный итальянский мир создавал в Средние века все условия для воцарения абсолютной трагедии. Данте выбирает комедию ещё и поэтому, что она даёт наиболее открытые возможности для вхождения в её ткань любых тем, сюжетов и стилей. Это максимальное открытие – говорить о многих темах, свободно говорить даже о смерти.

– И связь с Библией в этом контексте идёт параллельно: Данте, пробуждая сознание человека, не вступает в конфликт с церковью, а напротив, как будто дублирует Святое Писание, существующее на латыни, разъясняет его постулаты на народном языке?

– Библия является как раз одной из основ, которая позволяет Данте говорить аллегориями, подобными библейским. Но это уже аллегории самого Данте! Того Данте, который проходит весь сложный путь от ада до рая. Фигуративным образом нам показан личный опыт человека, который ошибается, теряет прямую дорогу, совершает грех, глубоко раскаивается в своём нравственном падении, не может найти согласия с собой, не может сам себя простить. И только признавая свой грех, человек получает высшее прощение и успокоенным попадает в рай…

Беседовала Арина АБРОСИМОВА

Выражаем благодарность за помощь в подготовке материала посольству Италии в Москве и лично Дарье Клименко и Юлии Прохореня.

Теги: литературный процесс , Данте

 

Полынно горькая правда

Владимир СОРОКИН

"Тихий Дон" - великая книга русской литературы ХХ столетия, наиболее полно и зримо выразившая подвиг и трагедию исторического пути нашего народа в минувшем веке.

Базовым началом в исследовании творческой истории «Тихого Дона» являются текст и биография автора. Большим событием в отечественной науке и культуре было то, что Институту мировой литературы РАН удалось обнаружить и благодаря поддержке В.В. Путина выкупить в 1999 г. рукопись первых двух книг «Тихого Дона».

В 2005 году при участии Международного Шолоховского комитета (председатель В.С. Черномырдин) рукописи первых двух книг романа «Тихий Дон» изданы факсимильно с моим научным комментарием.

Графологическая и текстологическая экспертиза установила факт принадлежности рукописи М.А. Шолохову. Это та самая рукопись, которую в 1929 г. Шолохов представил на рассмотрение писательской комиссии во главе с Серафимовичем, отвергая обвинения в плагиате. Шолохов не забрал тогда рукопись с собой в Вёшенскую, но, учитывая, что он уже был под «колпаком» репрессивных органов, оставил рукопись в Москве у близкого своего друга прозаика Василия Кудашева. Кудашев не вернулся с войны. А рукопись, сокрытая от наследников М.А. Шолохова и писателей, хранилась у жены и дочери Кудашева, пока после их смерти её местонахождение не было обнаружено сотрудниками ИМЛИ РАН.

Текстологический анализ показывает, что это не некая «переписанная» с чужого текста рукопись, а доподлинный черновик романа «Тихий Дон». На нём – печать творческих мук рождения романа с самой первой, изначальной поры его возникновения. Рукопись наглядно показывает глубинную лабораторию работы Шолохова над словом, помогает воссоздать творческую историю романа в неразрывной связи с биографией автора «Тихого Дона». Подлинность «Тихого Дона» подтверждается не только оригиналом рукописи первых двух книг романа, но и жизненной биографией Шолохова, постижение которой ещё далеко не закончено.

«ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ СВЕДЕНИЯ ОБ ЭПОХЕ 1919 ГОДА»

«Дополнительные сведения», касающиеся биографии Шолохова в связи с казачьим восстанием 1919 г., обнаружены в архиве Рязанского отделения общества «Мемориал», где хранятся служебные документы чекиста С.А. Болотова. (Ф. 8. Оп. 4. Дело 14.)

Интерес Рязанского «Мемориала» отнюдь не случаен. Купеческие семьи Шолоховых и Моховых, о которых идёт речь в романе, пришли на Дон с Рязанщины.

В Рязанском архиве хранится, в частности, мандат Донской Чрезвычайной комиссии от 1 июня 1920 г., которым Болотов С.А. «командируется в 1-й Донской округ (т.е. на Верхний Дон. – Ф.К. ) для обследования причин восстания и привлечения виновных к ответственности». (См. послесловие Ф.Ф. Кузнецова и А.Ф. Стручкова к изданию: Михаил Шолохов. «Тихий Дон». В 4-х книгах. М., 2011. с. 969–974.)

О результатах «привлечения виновных к ответственности» можно судить по тому, что в своих воспоминаниях, хранящихся в том же архиве, Болотов пишет, что «расстрелял лично сотни белых офицеров».

В 1927 г. Болотов вновь направляется на Дон и получает новое назначение на пост начальника Донского окружного отдела ГПУ, который он занимал в 1927–1928 гг. С чем связано это новое ответственное поручение и назначение?

В бумагах Болотова хранится оригинал телеграммы М.А. Шолохова от 24 мая 1927 г., адресованной в ОГПУ города Миллерово: «25 утром буду Миллерово. Шлю привет. Шолохов».

Зачем Шолохова вызвали телеграммой в ОГПУ?

Ответ на этот вопрос – в следственном деле Ермакова Харлампия Васильевича (архивный номер 53542), три тома которого хранятся в архиве КГБ Ростовской области. 6 июня 1927 г. Коллегия ОГПУ под председательством Ягоды вынесла постановление о расстреле Ермакова, в прошлом – командарма Вёшенской повстанческой дивизии и первого заместителя Павла Назаровича Кудинова, главнокомандующего войсками повстанцев Верхнего Дона.

Харлампий Ермаков был арестован 3 февраля 1927 г. При обыске у него нашли письмо от М.А. Шолохова за 6 апреля 1926 г., в котором писатель просит Ермакова об очередной встрече с ним, поскольку, как он пишет, «мне необходимо получить от Вас некоторые дополнительные сведения относительно эпохи 1919 года».

Письмо Шолохова вместе с послужным списком Ермакова, хранящиеся в отдельном конверте, были сразу направлены в Москву лично Ягоде, второму лицу в ОГПУ. Доставленное Ягоде письмо объясняет причину вызова Шолохова в Донецкое ОГПУ.

Судя по тексту телеграммы Шолохова («шлю привет»), он уже был знаком с Болотовым ранее. И беседуя с ним, отвечая на его вопросы о своём письме Ермакову, Шолохов не мог даже предположить, что в подвале ОГПУ томится его адресат, который будет расстрелян спустя три недели.

По поручению руководства ОГПУ Болотов в течение двух лет (в 1927–1928 гг.) «разрабатывал объект», ради чего и был направлен на Верхний Дон.

На обороте сохранившейся в архиве совместной фотографии Шолохова и Болотова написано: «Северо-Кавказский край, г. Миллерово. Шолохову 27 лет. Писал «Тихий Дон» 1 книгу. Фотографировались на дворе ОГПУ г. Миллерово».

В этой краткой надписи содержится важное свидетельство: по данным ОГПУ, Шолохов писал «Тихий Дон» в 1927 г.

В шолоховедении высказывалось предположение, что возраст Шолохова был занижен. Об этом писал, в частности, Рой Медведев в статье «Загадки творческой биографии Шолохова» (Вопросы литературы. 1989. № 8). Об этом косвенно сказано и в «Воспоминаниях» Марии Петровны Шолоховой. Она вспоминает о венчании с мужем: «Уже потом, когда документы нужны были, я узнала, что он с 1905 года. «Что же ты обманул?» – говорю. – «Торопился, а то вдруг ты бы раздумала за меня замуж выйти». («Мария Петровна Шолохова вспоминает[?]». Дон, 1999, № 2.)

Сам Шолохов описывает, как во время Гражданской войны в их станицу «ворвались белые казаки. Они искали меня. Как большевика… Я не знаю, где он», – твердила мать». (Шолоховская энциклопедия. М., 2012. с. 1029.)

Но белые казаки хозяйничали на Дону до восстания, в 1918 г. Получается, что Шолохову в тот момент было всего 13 лет! Мог ли он быть большевиком?!.

Спорный вопрос о действительном возрасте Шолохова требует изучения отнюдь не потому, что, как считают противники гения, он «не мог» написать первую книгу «Тихого Дона» в 23 года. История русской и мировой литературы свидетельствует, что гениальные писатели порой начинали свой творческий путь в юношеские годы. Спор о возрасте Шолохова важен по другой причине: разница в возрасте обуславливает и разницу в восприятии им драматических событий Вёшенского восстания 1919 г.

«Ермаков и есть главный герой романа – Григорий Мелехов…»

Значение Вёшенского восстания в жизни Шолохова раскрывает главный документ, хранящийся в Рязанском архиве, – докладная записка от 4 сентября 1928 г. начальника Донского окружного отдела ОГПУ Болотова полномочному представителю ОГПУ СКК и ДССР (Северо-Кавказского края и Дагестанской СССР) Е.Г. Евдокимову. В записке, в частности, сказано (авторскую пунктуацию сохраняем): «В процессе беседы с ним <Шолоховым> мне удалось узнать от него некоторые биографические сведения. Так, он говорит, что сам он по происхождению иногородний, но мать казачка хут. Кружилинского, об отце умалчивает, а рассказывает об отчиме-разночинце, который его усыновил. Отчим занимался одно время торговлей, был также чем-то вроде Управляющего.

Детство Шолохова протекало в условиях казачьего быта и это дало богатый материал для его романа. Гражданская война застала его в Вёшках. При Советской власти работал в Продкоме по сбору Прод­разверстки и продналога. Знаком хорошо с местными главарями выступления в Верховьях Дона, а также с Ермаковым – личностью, по его мнению, крупной и красочной, знает Фомина и историю его банды. Ермаков по его словам был сначала казачьим офицером, получившим офицерское звание за военные боевые заслуги, а затем служил в 1-й армии Буденного командовал у него последовательно эскадроном, полком, бригадой и был впоследствии Начальником Дивизионной Школы, попадал раза два в Дончека, как бывший белый офицер, но посредством пружин внутреннего давления – освобождался, а в 1927 году по постановлению Особого Совещания расстрелян в операцию после убийства Войкова <…>».

Создаётся глубокое впечатление, что этот Ермаков и есть герой романа Григорий МЕЛИХОВ», – пишет далее в своем донесении Болотов, выделяя фамилию героя романа, написанную через «и». И продолжает: «Шолохов имеет дом в Вёшенской, купленный им недавно, для того, чтобы иметь возможность работать спокойно над романом именно в Вешках, откуда он черпает для своих произведений богатый сырьевой материал...

Роман «Тихий Дон» будет состоять из 8 частей в трёх томах, 3 части уже вышли давно отдельной книгой, следующие выйдут в самом непродолжительном времени, так как он закончил уже 6 частей и подобрал материал для 7 части.

Очень просил меня дать ему материал об истории восстания на Дону, который может оказаться в архивах нашего Отдела. Я пообещал ему разыскать все, что у нас имеется об отдельных белогвардейских деятелях, но тут же выяснилось, что его интересуют более обширные материалы, и я посоветовал ему обратиться с просьбой об архивных делах по восстанию к Вам лично». (См. Михаил Шолохов. «Тихий Дон» в 4-х книгах, послесловие Ф.Ф. Кузнецова, А.Ф. Стручкова. – М., 2005, стр. 969–973.)

Просьба к руководству ОГПУ допустить его к архивным делам по Вёшенскому восстанию была неосуществимой. Более того. Как только в публикуемом апрельском номере журнала «Октябрь» за 1929 г., третьей книжки «Тихого Дона», возникла тема восстания, публикация романа была остановлена более чем на полтора года.

И хотя в первых главах романа, написанных ещё в 1925 г. (они сохранились в рукописи), главным героем романа был Ермаков, правда, не Харлампий, а Абрам, в конечном варианте романа им стал Григорий Мелехов, а Харлампий Ермаков действовал в тексте как командир Вёшенской дивизии.

Докладная записка Болотова, а также следственное дело Ермакова доказывают, что именно Харлампий Ермаков стал прототипом Григория Мелехова. Послужной список Харлампия Ермакова подтверждает это. Согласно ему жизненный и воинский путь этого командарма Вёшенской повстанческой дивизии и Григория Мелехова почти полностью совпадают. Так что Болотов имел полное право сделать вывод, что Харлампий Ермаков – главный герой «Тихого Дона».

В Главном архиве ФСБ находится следственное дело (за № Н 1798) П.Н. Кудинова, командующего вой­сками повстанцев Верхнего Дона, близкого друга и однополчанина Ермакова, также кавалера четырёх Георгиевских крестов, который империалистическую и Гражданскую войны прошёл бок о бок с Харлампием. В 1918 г. они оба перешли на сторону большевиков, но, когда Троцкий объявил политику расказачивания Дона, Кудинов вместе с Ермаковым возглавили восстание 1919 г. После разгрома восстания Ермаков оказался в Красной армии, а Кудинов – в эмиграции. В 1944 г. он был арестован в Болгарии органами Смерша и вывезен в Москву, где получил 10 лет лагерей в Сибири.

В 1952 г. Павел Кудинов был привезён из сибирского лагеря в Ростов-на-Дону для показаний по делу о Вёшенском восстании.

Ответы Кудинова на допросах, а также воспоминания о Верхнедонском (Вёшенском) восстании, опубликованные в Праге в журнале «Вольное Казачество» (1931, № 82), неоспоримо свидетельствуют о том, что события, описанные Шолоховым в «Тихом Доне», полностью соответствуют действительности.

«Такую книгу нельзя украсть»

Источники, связанные со спецслужбами, были наглухо закрыты для советских исследователей. Засекречены были и сведения о большинстве прототипов, поскольку вплоть до смерти Сталина продолжалось следствие по делу о Вёшенском восстании.

Естественно, что и М.А. Шолохов долгое время избегал открывать имена прототипов своих героев, оберегая их от возможных неприятностей. Литературные критики полагали, что это в большинстве своём чисто литературные персонажи. Только в 1974 г. Шолохов принял решение открыть правду об истоках и источниках своего романа, рассказать о прототипах, и в первую очередь – о прототипе главного героя романа Григория Мелехова.

Шолохов сделал это в связи с выходом в Париже в 1974 г. книги И.Н. Медведевой-Томашевской «Стремя «Тихого Дона» (Загадки романа)» с предисловием А.И. Солженицына «Невырванная тайна», где высказывались сомнения относительно авторства «Тихого Дона». В ответ Константин Симонов опубликовал в немецком журнале «Шпигель» (1974, № 49) беседу под названием «Такую книгу нельзя украсть», в которой убедительно доказывал безосновательность всяких сомнений.

Шолохов решил дать свой ответ на книгу «Стремя «Тихого Дона». 28–29 ноября 1974 г. он пригласил к себе в Вёшенскую ростовского шолоховеда К. Прийму и корреспондента «Комсомольской правды» И. Жукова. В течение двух дней подробно рассказывал, как работал над романом. На этой встрече была впервые представлена фотокопия того самого письма Шолохова к Харлампию Ермакову от 6 апреля 1926 г., оригинал которого хранился в Ростовском КГБ. Шолохов рассказал о Харлампии Ермакове как главном прототипе Григория Мелехова. В ходе беседы К. Прийма спросил, когда писатель познакомился с Ермаковым. Шолохов ответил, что давно: «Он был дружен ещё с моими родителями. А в Каргинской, когда мы там жили, <бывал> ежемесячно того числа, когда был большой базар. С весны 1923 года Ермаков после демобилизации часто бывал у моих родителей в гостях. Позже приезжал и ко мне в Вёшки. В молодости, когда он имел верхового коня, никогда Ермаков не въезжал во двор, а всегда верхом сигал через ворота. Такой уж у него был нрав-характер…»

Верхового коня «в молодости» Ермаков имел только тогда, когда был комдивом в армии повстанцев. И нет сомнения, что столь необычные его визиты к родителям Шолохова случались в пору восстания. Их встречи продолжались в те месяцы, когда Ермаков в 1923 г., демобилизовавшись из Красной армии, жил на соседнем хуторе Базки.

На вопрос, почему главным прототипом Мелехова стал Ермаков, Шолохов ответил: «Ермаков более подходит к моему замыслу, каким должен быть Григорий. Его предки – бабка-турчанка, – четыре Георгиевских креста за храбрость, служба в Красной гвардии, участие в восстании, затем сдача красным в плен и поход на польский фронт – всё это меня очень увлекло в судьбе Ермакова. Труден у него был выбор пути в жизни, очень труден. Ермаков открыл мне многое о боях с немцами, чего из литературы я не знал... Так вот, переживания Григория после убийства им первого австрийца – это шло от рассказов Ермакова <…>

Семён Михайлович Будённый говорил мне, что видел Харлампия Ермакова в конных атаках на врангелевском фронте и что не случайно Ермаков был назначен начальником кавшколы в Майкопе…»

К. Прийма писал, что «29 ноября 1974 года Шолохов впервые открывает нам, что события именно Вёшенского восстания 1919 года поставлены в центр эпопеи».

К сожалению, эта беседа так и не была опубликована в 1974 г. ни в «Комсомольской правде», ни в «Литературной газете». М.А. Суслов не хотел допускать в советской прессе дискуссий на тему Вёшенского восстания. Беседа увидела свет только много лет спустя, в 1981 г., в сборнике статей К. Приймы «С веком наравне». В беседе с норвежским учёным Г. Хьетсо, руководителем проекта по математическим исследованиям языка «Тихого Дона», Шолохов углубил свой взгляд на Ермакова: «Ермаков был привлекателен и своими думами, как мы здесь говорим, глубоко мыслил… К тому же он умел всё одухотворённо рассказать, передать в лицах, в ярком диалоге. Поверьте, он знал о событиях Вёшенского восстания больше, чем в то время наши историки, больше, чем я мог прочесть в книгах и материалах, которыми пользовался». (Запись беседы Г. Хьетсо с М.А. Шолоховым, К. Приймой. См.: К. Прийма. Встречи в Вёшенской. Дон, 1981, № 5, с. 136–138.)

«Великое творение русского духа»

Миросозерцание людей типа Харлампия Ермакова, их народный взгляд на революцию и легли в основу романа. «Тихий Дон» – уникальный подлинный народный эпос, объединяющий в себе как героические, так и трагические начала жизни страны и народа на самом крутом переломе нашей истории. Сравните первую и четвёртую книги романа. Такого уровня трагизма не встретишь в русской литературе.

Четвёртый том эпопеи – это полностью порушенная жизнь людей, та самая жизнь, которая в первом томе бурлила полной чашей.

«Удивительно, как изменилась жизнь в семье Мелеховых!.. Была крепкая спаянная семья, а с весны всё переменилось… Семья распадалась на глазах у Пантелея Прокофьевича. Они со старухой оставались вдвоём. Неожиданно и быстро были нарушены родственные связи, утрачена теплота взаимоотношений, в разговоре всё ещё проскальзывали нотки разрушительности и отчуждения. За общий стол садились не так, как прежде, – единой и дружной семьёй, а как случайно собравшиеся люди.

Война была всему этому причиной…» (Шолохов М.А, собр. соч. в 8 томах, ГИХЛ, т. 5, с. 123.)

Война порвала человеческие связи, унесла столько людей. Эти смерти – Натальи, Дарьи, Пантелея Прокофьевича, Ильиничны, – написанные с разрывающей душу властной силой, являются прелюдией к финалу той мощной и всеохватной социальной трагедии, в центре которой, конечно же, судьба Григория Мелехова. Трагедия эта, сделавшая «Тихий Дон» одним из самых великих произведений мировой литературы, стала центром четвёртой книги...

И ещё одна смерть – Аксиньи: «Хоронил он свою Аксинью при ярком утреннем свете. Уже в могиле он крестом сложил на груди её мертвенно побелевшие смуглые руки, головным платком прикрыл лицо, чтобы земля не засыпала её полуоткрытые, неподвижно устремлённые в небо и уже начавшие тускнеть глаза. Он попрощался с нею, твёрдо веря в то, что расстаются они ненадолго...

Ладонями старательно примял на могильном холмике влажную жёлтую глину и долго стоял на коленях возле могилы, склонив голову, тихо покачиваясь. Теперь ему незачем было торопиться. Всё было кончено.

В дымной мгле суховея вставало над яром солнце. Лучи его серебрили густую седину на непокрытой голове Григория, скользили по бледному, страшному в своей неподвижности лицу. Словно пробудившись от тяжкого сна, он поднял голову и увидел над собой чёрное небо и ослепительно сияющий чёрный диск солнца». (Шолохов М.А., указ изд., т. 5, с. 490.)

Смерть Аксиньи – не последняя в «Тихом Доне». В конечном счёте «Тихий Дон» – роман о гибели Григория Мелехова. И в этом главный смысл романа.

Великий художник, замахнувшийся на трагическую правду о тектоническом времени, Шолохов считал себя обязанным сказать читателям, каким был реальный финал жизни Григория Мелехова. Но он понимал, что это невозможно. Именно по этой причине четвёртая книга романа так долго – почти десять лет – ждала своего завершения.

Шолохов мучительно искал правдивый конец романа, что, казалось бы, в условиях 30-х годов практически невозможно. И всё-таки, не противореча своему пониманию исторической правды, Шолохов достойно завершил эпопею.

Трагический финал Григория Мелехова писатель воспринимал как глубоко пережитую им личную драму. Приведу письмо члена-корреспондента РАН В.В. Новикова, которое я получил, работая над книгой «Тихий Дон»: судьба и правда великого романа». Он писал, что в своё время Ю.Б. Лукин, редактор «Тихого Дона», с которым они работали в «Правде», со слов Марии Петровны Шолоховой, рассказал ему об обстоятельствах завершения М.А. Шолоховым романа.

Вот что рассказала Лукину М.П. Шолохова: «Это было в 1939 году. Я на рассвете проснулась и слышу, что-то в кабинете Михаила Александровича не ладно. Свет горит, а уже светло... Я прошла в кабинет и вижу: он стоит у окна, сильно плачет, вздрагивает... Я подошла к нему, обняла, говорю: «Миша, что ты?.. Успокойся...» А он отвернулся от окна, показал на письменный стол и, сквозь слёзы, сказал: «Я закончил...»

Я подошла к столу. Михаил Александрович всю ночь работал, и я перечитала последнюю страницу о судьбе Григория Мелехова:

«Григорий подошёл к спуску, – задыхаясь, хрипло окликнул сына:

– Мишенька!.. Сынок!..

Это было всё, что осталось у него в жизни, что пока ещё роднило его с землёй и со всем этим огромным, сияющим под холодным солнцем миром».

Величайшая тайна романа «Тихий Дон», так же как и его высочайшее завоевание, в том, что, выразив всесокрушающий размах революции, всю глубину и беспощадность исторической и человеческой трагедии, пережитой в XX веке русским народом, «Тихий Дон» не погружает читателей в пучину мрака, оставляя надежду и свет. И другой аспект той же проблемы: при всей силе осознания трагедийности революции роман не вызывает ощущения её исторической бесперспективности, случайности, бессмысленности. И в этом «Тихий Дон», явивший миру, казалось бы, самый «жестокий, поистине чудовищный лик революции» (Вадим Кожинов), принципиально отличен от книг, поставивших своей целью и задачей разоблачение революции.

В. Кожинов в статье «Тихий Дон» М.А. Шолохова» (Родная Кубань, 2001, № 1) объясняет эту парадоксальную особенность романа тем, что «совершающие страшные деяния главные герои «Тихого Дона» в конечном счёте остаются людьми в полном смысле этого слова, людьми, способными совершать и бескорыстные, высокие, благородные поступки: дьявольское всё-таки не побеждает в них Божеского».

Это правда. Но, думается, не вся правда.

Шолохов, как никто, ощущал историческое «веление судеб» в отношении России. По его убеждению, «народ хочет исполнения идеалов, ради которых он шёл в революцию, вынес на своих плечах неимоверную тяжесть Гражданской и самой тяжкой, Отечественной войны», но «нужно помнить о чистоте» этих идеалов. «Нужно помнить о бескорыстном и верном служении идее». («Правда», 31 июля 1974, беседа с М. Шолоховым.)

Тот раскол мира, который в своём безоглядном устремлении в будущее привнесла в жизнь людей революция, и сегодня даёт свои плоды. В преодолении этого раскола, в страстном и убеждённом призыве к единению людей – конечный смысл и пафос романа М.А. Шолохова «Тихий Дон».

В свете всего вышесказанного обратимся к вопросу, который задал А.И. Солженицын в его предисловии к книге «Стремя «Тихого Дона». Обозначая свои сомнения: крайняя молодость автора, низкий уровень образования, отсутствие черновиков романа и «ошеломительный ход» написания трёх его первых книг, а также его художественную силу, достигаемую «лишь только после многих проб опытного мастера», – Солженицын ставил перед читателем вопрос: «Тогда – несравненный гений?..»

Ответ дал главнокомандующий войсками повстанцев Верхнего Дона Павел Кудинов, в большей степени, чем кто бы то ни было, имеющий право судить о подлинности и значении «Тихого Дона». В своём письме из эмиграции в Москву, опубликованном в книге К. Приймы «С веком наравне» (указ. изд., с. 157–158), Кудинов сказал: «Роман М. Шолохова «Тихий Дон» – есть великое сотворение истинно русского духа и сердца <…> Читал я «Тихий Дон» взахлёб, рыдал-горевал над ним и радовался – до чего же красиво и влюблённо всё описано, и страдал-казнился – до чего же полынно горька правда о нашем восстании. И знали бы вы, видели бы вы, как на чужбине казаки – батраки-подёнщики – собирались по вечерам у меня в сарае и зачитывались «Тихим Доном» до слёз и пели старинные донские песни, проклиная Деникина, барона Врангеля, Черчилля и всю Антанту. И многие рядовые офицеры допытывались у меня: «Ну до чего же всё точно Шолохов про восстание написал, скажите, Павел Назарович, не припомните, кем он у вас служил в штабе, энтот Шолохов, что так досконально всё мыслию превзошёл и изобразил». И я, зная, что автор «Тихого Дона» в ту пору был ещё отроком, отвечал полчанам:

– То всё, други мои, талант, такое ему от Бога дано видение человеческих сердец!..»

Теги: литературоведение , М.А. Шолохов

 

Литинформбюро № 19-20

Литконкурс

Подведены итоги Всероссийского литературного конкурса "70 лет Победы", проведённого Союзом писателей Москвы. Конкурс был призван отметить два важных события: 70-летие Великой Победы и Год литературы. Работы победителей выйдут отдельным изданием.

Литпрезентация

В литературной резиденции «Дом дяди Гиляя» состоялась презентация проекта Вологодского отделения Союза российских писателей «Том писателей». Это антология новейшей вологодской литературы, выполненная в формате электронного издания.

ЛИТПРЕМИЯ

В юбилейный для журнала «Нева» год его главный редактор Наталья Гранцева удостоена диплома Общероссийской литературной премии имени первого редактора «ЛГ» Антона Дельвига «За верность Слову и Отечеству».

Литчтения

На Белгородчине прошли очередные литературно-патриотические чтения «Прохоровское поле». Участвовали писатели Москвы, Санкт-Петербурга, Сибири, Урала, Дальнего Востока.

В столичной библиотеке № 175 состоялось театрализованное выступление, в котором прозвучали произведения поэтов-фронтовиков. Стихи читали студенты Литературного института из семинара Г.И. Седых.

Литутрата

На 83-м году скончалась вдова поэта Роберта Рождественского Алла Киреева, художник и литературный критик.

 

Длинна дорога у войны

Дороги войны

Фото: Из архива «ЛГ»

22 июня 1941 года Марийская АССР отмечала 20-летие образования советской автономии. Но собравшимся на многочисленный митинг жителям Йошкар-Олы объявили о начале войны с фашистской Германией. О неизбежности войны в народе говорили давно, но известие, наложившееся на радостный день и праздничное настроение, прозвучало особенно угнетающе.

Митинг вмиг превратился в военный. На трибуну прорвался поэт Шадт Булат, в то время сотрудник Наркомпроса МАССР, объявил, что уйдёт добровольцем на фронт, и призвал коллег-писателей следовать его примеру. Познавший тяжёлое сиротское детство, невоеннообязанный, которого по состоянию здоровья на действительную-то службу не взяли, он трижды писал заявление и добился-таки своего. Вернувшись после тяжёлого ранения, не усидел дома - пошёл работать. Не долечившись, начал ходить на сборный пункт. Восемь раз по вмешательству обкома партии его возвращали, на девятый победил Ш. Булат – возвратился на передовую. Погиб в бою у деревни Покровск Троснянского района Курской области.

К концу 1941 года тринадцать членов Марийского отделения Союза писателей из пятнадцати были на фронте. Кроме Булата смертью храбрых пали Георгий Ефруш, Пет Першут, Василий Элмар. Огромной потерей для национальной литературы мари стала гибель более десяти уже зарекомендовавших себя молодых авторов и более ста – имевших первые публикации.

Тема войны и мира – в толстовском измерении этих вечных величин – стала и оставалась основой творчества фронтовиков: поэтов М. Казакова, И. Стрельникова, В. Рожкина, С. Вишневского, М. Майна, Н. Ильякова, Б. Данилова, Ф. Маслова, В. Чалая, Г. Матюковского, А. Бика, прозаиков В. Иванова, В. Юксерна, Дм. Орая, Н. Лекайна, А. Волкова и других.

Герман ПИРОГОВ

Илья СТРЕЛЬНИКОВ

(1908–1977)

Родился в селе Пектубаево Новоторъяльского района Марий Эл. Рос сиротой. Окончил педтехникум, был сельским учителем, работал на радио. На фронт ушёл с должности редактора национального книжного издательства, куда вернулся и проработал 30 лет – до выхода на пенсию.

Воевал под Москвой и Воронежем, участвовал в Битве на Курской дуге. Комиссован после тяжёлого ранения. Награждён орденом Красной Звезды и боевыми медалями, в том числе "За отвагу".

По мнению некоторых марийских литературоведов, фронтовая поэзия Ильи Стрельникова, изданная в 1946 году, остаётся непревзойдённым образцом поэтического изображения человека в условиях расчеловечивания мировой войной.

НЕБЫВАЛАЯ ГРОЗА

Стараясь, хоть и не без риска,

На «ять» позицию нашли:

Окоп не виден даже близко –

Трава и всюду камыши.

Горбом надвинулась высотка,

По склону тянется сюда.

Погода, редкая красотка,

Сегодня радует с утра.

Но скоро солнце скрылось снова,

Взъярился ветер, вновь грозя,

И – тоже с запада, свинцово –

Навстречу туча нам... Гроза!

И вдруг взялась т а к а я буря,

Что глаз уже открыть нельзя:

Торопят молнии друг друга,

Войне и той испуг неся.

Из кадок словно – дождь холодный,

Похожи мы на мокрых кур,

Не чуем ног... И только взводный:

«Сугрева ради – перекур!..»

А я друзьям в смешной одёже

Сказал: за тридцать с лишним лет

Такой грозы не видел всё же –

Что есть намёка в этом след.

Сказал: удача будет, верно,

В войне, товарищи мои.

И пусть смеялись как-то нервно,

Но ведь смеялись: мол, смотри!..

Гроза прошла. Выходит солнце.

И видим: сразу камышей

Головки высветились в бронзе...

Нет мира всё-таки важней.

Взлетает красная ракета –

В полнеба пенная дуга:

В атаку!.. Мира нет и следа –

И к смерти, к ДОТу мы, туда...

1941

МАХОРКА

Этот день я не забуду.

По степи гулял буран.

Взяли сопку, немцев груду...

Тут же наши, много ран.

Вот друзей похоронили.

Даже слёзоньки взялись.

«Не забудем», – говорили.

«Отомстим за вас!» – клялись.

– Пусть не до сейчас досуга, –

Говорю я, – но, сосед,

Дай закурим – в горле сухо.

Предлагаю свой кисет.

Хоть подмок табак от пота,

Злата пуще он сейчас,

Своего, сказал бы, рода

Тот, кто души наши спас.

– Поживём за них без драмы, –

Говоришь, не любишь нудь...

Не нужны, мол, ваши граммы –

Лишь цигарку бы свернуть!

Вот покуришь так... Отдушин

Нет полезней, если боль.

Снова в бой? Не нужен ужин –

Покурили мы – изволь!

И от дома даже мысли

Ты, махорка, отвлекла.

Снова мы в дорогу вышли...

Как походка-то легка!

1942

СЛОЁНЫЕ БЛИНЫ*

Тут воронка, там воронка...

Бой затих. Покойно мне.

Вот явилась почтальонка

С «толстой сумкой на ремне».

Вмиг сбежались тут солдаты.

Письма есть им, книги в дар...

Я – в сторонку, но «куда ты?»

В спину возглас – как удар.

И вручают мне посылку.

Я от счастья задрожал,

Будто луч пробился в дырку,

Только этого и ждал.

Как положено, штыком я

Вскрыл: конвертик[?] Что ещё?

Вдруг почувствовал, что дома –

Так запахло хорошо.

Не от водки даже вовсе

Мы сейчас оживлены –

Испекли, видать, в колхозе

Нам слоёные блины!

Сколько гари было в залпах,

А сильнее всё же он –

Этот блинный вкусный запах...

Ну, девчушка, – мой поклон!

Словом, выпили, блинами

Закусили – и тогда

Разговоры между нами

Шли в тридцатые года.

Не сердись на адресата:

Не успел письмо прочесть –

А уже стучат из ада:

Время! Знайте, мол, и честь.

В бой пошли мы... Пусть и зыбки,

Всё же запахи блинов

Из колхозницы посылки

Настигают вновь и вновь.

1942

________________________

* Слоёные блины (Коман мелна. – Мар.) – можно сказать, деликатес марийской национальной кухни.

Василий РОЖКИН

(1914–1983)

Родился в деревне Верхний Кадам Советского района РМЭ. В Красную армию его, работавшего сельским учителем, призвали в январе 1940 года. В боях – с первых дней войны. Участник обороны Пскова и Ленинграда, освобождал Польшу. При наступлении на Берлин в апреле 45-го был тяжёло ранен и два с половиной года лечился в госпиталях.

Награждён орденом Красной Звезды (1943), в 1965 году удостоен звания «Заслуженный учитель школы РСФСР». Умер в День Победы – 9 Мая.

* * *

Сентябрь. И встречный тот яростный бой.

Я ранен, лесной уползаю тропой.

Свернуть надо в чащу. Потом, осмотрясь,

Искать со своими какую-то связь.

Но из лесу – немец! Ефрейтор, один...

Хватаю винтовку – да пуст магазин.

И враг ухмыльнулся: сдавайся, мол, рус!

Ну – думаю – ладно, и так разберусь.

Скатившись в воронку, гранату я сжал.

Минута – как к горлу приставлен кинжал.

Считаю я немца шаги про себя,

Терпение силой последней скрепя.

И метров за десять швыряю туда!

Что стало, понять не составит труда.

...Её вспоминаю за чашами тризн –

Гранату, т а м спасшую честь мне и жизнь.

1941

БЕЛОРУСКА

Как вольна взошедшая из бездн,

Наполняя лес и неба своды,

Белоруски радостная песнь

В это утро первое свободы!

Гнётся коромысло на плечах,

Не скрипят наполненные вёдра...

Ах, какая солнечность в речах!

Стройны как уверенные бёдра!

Наконец-то прибыли с в о и –

Для неё уже в победном цвете

Все, какие выпадут бои...

Стоит жить теперь на белом свете!

Шла навстречу. Плыли два ведра.

Песня лилась. Славная картина!

Почему мне даже не сестра?

И не смею думать: ...половина?

Вёдра ставя, глянула в упор.

Губка, чуть прикушенная, ала.

Начала нежданно разговор...

«Возвращайся!» – словно наказала.

Это было, кажется, вчера:

Ноги, как привязанные к гире,

Пьющий конь, гремя о край ведра,

И ни звука больше в целом мире.

В миг последний, как прорвало вдруг,

Руку сжал и девушку приобнял...

Слишком много всё-таки разлук

У войны – как будто только понял.

Ехал, думал: знать, не суждено...

Под копытом чавкало болото.

Оглянулся: машет!.. За неё

Страшно мне вдруг стало отчего-то.

1944

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ

Возвращаются с фронта живые

(А деревня-то как их ждала!)

И впрягаются, будто впервые,

В застоялые наши дела.

«Кошки» лезут ч ь и будто бы сами,

Кто в них – ловок, неспешен, матёр –

Дружит так с инструментом, столбами,

Проводами? Кто этот монтёр?

Поздоровавшись, девушки хором,

Не таясь, говорят напрямик:

– Не знакомы вы с нашим Егором?

Уважаемый он фронтовик!

Кто сказал там, т р и сделавший нормы,

Что в работе наметился сдвиг,

Что и тут победим всё равно мы?

Кто искусно ведёт грузовик?

И опять помогли разобраться

Мне девчата:

– Да это ж Кондрат!

Если вам без подробностей, вкратце,

То недавно был тоже солдат.

Так легко поднимающий молот,

Раздувающий весело горн,

Ваш кузнец ещё, кажется, молод...

Неужели бывалый и он?

По тому, как зарделись девчата,

Видно – все в кузнеца влюблены:

– Если вам без подробностей, сжато –

Был в разведке. Пока без жены.

Ну, а этому что вы так рады?

Он вас будит ни свет ни заря,

Раздаёт спозаранку наряды...

До сих пор в гимнастёрке не зря.

– Бригадир, – отвечают, – не душка.

Тоже прибыл недавно в запас.

Там была у Василия пушка,

Тут на страх – оглушительный бас.

Кто играет опять на гармони

Возле клуба, где высажен сад,

Заставляя вас без церемоний,

Не жалея обувки, плясать?

Говорят мне со смехом и с шумом,

Словно им рассказал анекдот:

– Он сапёр, жить оставшийся чудом.

Вот и весел завклубом Федот.

Семён ВИШНЕВСКИЙ

(1920–1990)

Родился в селе Помары Волжского района РМЭ. До войны окончил музыкально-театральный техникум. В армию призван 28 октября 1940 года. На фронте с первого дня сражений. Воевал до 1945 года, пока не был тяжело ранен в одном из боёв на территории Восточной Пруссии. Прослужил в звании от рядового до командира артиллерийской батареи.

Кавалер ордена Красной Звезды (1945). Удостоен почётного звания «Народный поэт Марийской АССР». Дважды избирался председателем правления Союза писателей республики.

РЕКА ЛОВАТЬ

Красна река Ловать.

Вл. Шошин

Красива ли, дурна ли,

Не помню я, хоть режь –

Со смертью мы играли

Там Шошина допрежь.

На линии передней,

Меся то снег, то грязь,

Я, двадцатитрёхлетний,

Стрелял и бегал враз.

Деревня за Ловатью –

Борки – сгорела вся,

Куда мы шли всей ратью...

А взять никак нельзя.

Жизнь, пеплом в том горниле,

Не знала неба синь,

Знай только хоронили

Товарищей...

О, сгинь!

Сон, снова на неделе

Пугавший... Не бывать

Уж мне, где, знать, на деле

Красна река Ловать.

Не помню я, поверьте,

Какой была река,

Где воды – местом смерти,

Могилой – берега.

ЗАБЫТЬ ТАКОЕ НЕ ВОЛЬНЫ...

Гулять по парку есть резоны:

Тут воздух свеж, мазок листа

Пометил жёлтеньким газоны,

Аллея влажна, но чиста.

Сегодня нет почти что ветра,

Но зябко стало – будто жду,

Что неба мертвенная сфера

Позволит вылиться дождю.

Как чую: близко неприятель!

В тревоге слышу сердца стук –

Так увлечённый делом дятел

Быстрее всё «тук-тук-тук-тук...»

Дремала память, видно, чутко:

Пахнуло – точно на войне,

Где тишина сгущалась жутко

Перед атакою вдвойне,

Была – как аспида уловка...

И та же если тишина,

Сюда сейчас артподготовка

Ворваться бурею должна.

Вот-вот солдата в чисто поле

«Ур-р-ра!» поднимет пуле встречь,

Отдастся он звериной воле

Без права жизнь саму беречь,

Громада нас, свинца и стали

Родит в горниле вой и свист...

И взглядом вышаривший дали

Ничком уткнётся, словно лист.

...Хотя к беспамятству мы склонны,

Забыть такое не вольны –

Сильнее поздних лет на склоны

Ложатся отблески войны.

* * *

Четыре года шёл я на огонь,

Глотая дым, себя подставив пуле.

Лопата так огладила ладонь,

Что кожа рук была подобна шкуре.

Кто чудом жив оставшийся – учён:

Он любит трижды клятую лопату,

Он, скажем прямо, с нею обручён,

Ей более послушен, чем комбату.

В гречишном поле целых полчаса

Давили танки пчёл и нас, чтоб знали...

Как молнии взрезают небеса,

Мы в землю т а к окопами влезали.

Нарыли вместе мы паучью сеть –

Да от Москвы к далёкому Берлину.

Конечно, время сгладит жуткий след,

Но с памяти не сдёрнуть паутину.

...Война, окопы – это, братцы, зря!

Пчела б летала и цвела бы греча,

Была б, доверясь лемеху, земля

За нас спокойна, хлебом обеспеча.

Анатолий БИК

(1915–1980)

Родился в деревне Бирюбаш Мишкинского района Республики Башкортостан. На фронт ушёл в марте 1942 года.

В самом начале 1944 года командиром химического взвода в составе 21-й гвардейской Невельской дивизии брошен в наступательные бои на территории Латвии. В конце августа при авианалёте противника у станции Эргли получил серьёзное ранение. Домой из госпиталя вернулся лишь в апреле 1945-го.

Автор военного романа «Сквозь огонь и воды».

ПОСЛЕ БОЯ

Закончен бой.

Иду к землянке.

На сердце радостно сейчас,

Что жив остался, весь в порядке

Я вот уже в который раз.

Переборю и страх, и горе –

Себя жалеть никак нельзя,

Сгорю иначе тех в укоре,

Кто не пришёл.

Вот правда вся!

1943

* * *

Длинна дорога у войны.

Для тех, кто ей уязвлены,

Иначе всё там, где полгода

Я в воду лез, не зная брода,

В огонь – как будто смерти нет,

Окоп – рабочий кабинет,

Бомбят – готовая могила...

Не знаю я, какая сила

Меня повсюду проносила.

Почти что льдинкой на снегу,

Был слаб до мысли «не смогу!»...

Но чем труднее, тем всё чаще

Лесов марийских снились чащи.

Хотенье вновь войти туда

Сильнее ратного труда!

И даже медных труб сильнее

Мой край, где синь других синее.

1943

Я НЕ ЗАБУДУ!

Ребёнка крик! И женский – смертный! –

Донёс с немецкой стороны

Порывом ветер... Признак верный:

Фашисты зверствуют, пьяны.

Чем горе матери измерить?

Кричит пред гибелью о том,

Что нет, нельзя глазам поверить:

Не дышит сын, проткнут штыком!

И нет, чего б я испугался

Теперь – и холоден, и прост:

Ни пуль, ни мины, ни фугаса...

– В атаку!..

Встал я в полный рост.

1945

Подборку стихотворений перевёл Герман ПИРОГОВ

Теги: фронтовая поэзия , Марий Эл

 

Последние стихи

Игорь Иртеньев. Повестка дна. - М.: Время, 2015. – 176 с. – (Поэтическая библиотека). – 2000 экз.

Большой художник не может быть[?] не имеет права быть безэмоциональным. Как он будет устанавливать необходимую связь с людьми, входить в резонанс с ними, если внутри у него нет колебаний нужной частоты? Никак. Я сейчас говорю не о мастерстве, не о виртуозном владении техниками ремесла. Я имею в виду именно то, что образно называют когда искрой Божьей, а когда и продажей души дьяволу. О том огне, в котором выплавляются поистине великие произведения – неважно, знак плюс они имеют или минус. Холодный машинный разум не разглядит тех неявных соответствий, которые составляют ткань жизни. Циник, человек, которого ничто глубоко не трогает, не может и сам никого затронуть, каким бы виртуозом своего дела он ни был. Или всё-таки может? Сегодня у нас есть хорошая возможность это выяснить. И поможет в этом новая книга Игоря Иртеньева "Повестка дна".

Для начала – выдержка из одного иртеньевского стихотворения:

Это кто всю ночь без сна,

Без воды и света

Лепит шарик из говна,

Уж не я ли это?

Безжалостная, прямая характеристика. Всё как полагается – вроде бы даже с некоторыми надрывными нотками. За неё становится как-то неловко, хочется отложить книгу и утешить автора, хотя бы в фейсбуке. «Что вы, Игорь Моисеевич? Не вы. Нет-нет, совсем не вы, – не переживайте!» Но читаем далее:

Страна моя идёт ко дну

Со мною заодно,

А мне обидно за страну

И боязно за дно.

Как мастеровито сделано это четверостишие! Но сколько в нём желчи, сколько неприкрытого цинизма… Конечно, есть много людей, для которых нет ничего святого. Но когда они зачем-то подаются в поэты, становится страшно. Вроде бы это просто юмор такой. Должно быть смешно, местами – по всей видимости – до упаду. Однако хочется убежать от такого юмора, закрыться от него и не знать, что он вообще возможен. Вероятно, такой иронией обладают патологоанатомы: «Гляжу – в стакане плещется вода. // Ну, думаю, опять землетрясение. // Куда бежать? И где искать спасения? // Ответа два – нигде и никуда».

В стихах Иртеньева нет добра и зла. Точнее, есть, но вот разницы между ними нет никакой. Мысли сформулированы чётко, но за ними не скрывается никакой человеческой оценки. Народ спивается? Хе-хе, пожалуйста, на то он и народ. Люди погибают? Ага, люди – хорошее удобрение. Кто-то совокупляется с козой? Занимательно…

Пусть твердят, что я зоофил,

Враки это,

Как сестру я тебя любил,

Лизавета.

Лирический герой Иртеньева живёт в каком-то постапокалиптическом мире, в котором все старые нормы и законы искажены практически до неузнаваемости. Чёрного и белого больше нет – остался только коричневый. Всё коричнево: небо, люди, взаимоотношения между людьми. Такой мир, конечно, существует только в сознании автора, но от этого менее ужасным не становится. «Длинная очередь грозной стеной // Стояла, как Родина-мать» . Какая разница – очередь за колбасой или память о народном подвиге? Для Иртеньева – никакой. Для вас ещё есть что-то святое? Почитайте «Повестку дна» – полегчает. Самое интересное, что автор с одинаковым презрением издевается и над страной, и над властью, и над соратниками-либералами. Очевидно, Иртеньев – финальная стадия своеобразной эволюции циника. Без идеалов. Без приоритетов. Без малейшего шанса допустить, что возможна некая «положительная программа». Ничто не свято, да и не может быть ничего святого в принципе, – вот что доносит до нас автор:

Женщина ребёнка родила,

Тоже, вы мне скажете, дела,

Это так, но в том-то всё и дело,

Что не просто женщина, а дева.

И не просто дева, а Святая,

Да к тому ж и на земле Святой.

Хоть и верю истово в Христа я,

Согласитесь, случай непростой.

В целом впечатление от книги довольно тягостное.

Где, где он, облик наш моральный,

Сиявший дивной чистотой?

Кругом лишь секс царит оральный,

И раздаётся мат густой.

Иртеньев занимает позицию наблюдателя, который холодно оценивает «мышиную возню» общества. Причём даже не просто холодно – жестоко. Бичевать равно и порок, и добродетель – это ещё нужно уметь. Впрочем, мастер шёл к этому годами. Всё как у Ницше: «Пустыня ширится сама собой: горе тому, кто сам в себе свою пустыню носит».

Теги: Игорь Иртеньев , Повестка дна

 

«Всё, что видят глаза...»

Священник Иоанн Тунгусов. Невыдуманные рассказы сельского батюшки. - М.: Вече, 2014. – 752 с. – 2000 экз.

Проза священников – явление особенное. Речь не идёт о житийной и сугубо религиозной литературе, речь идёт именно о художественной прозе. Одним из ярких примеров тому – книга архи­мандрита Тихона Шевкунова "Несвятые святые". И теперь вот эта – тонкая и светлая книга священника Иоанна Тунгусова «Невыдуманные рассказы сельского батюшки, или Докричаться до края Вечности». В ней собраны различные житейские истории, персонажи которых обыкновенные люди. Здесь нет никакого морализаторства, принудительной или ещё хуже – занудной интонации, а есть исходящая от каждой страницы проникновенная радость. Трудно даже понять, от чего она: то ли от ясного, прозрачного мироощущения рассказчика, то ли от доброты и открытости персонажей, то ли от того и другого. Это доверительные рассказы о вере, о любви, о терпении, о совести. О том, как люди приходят к Богу, как живут с Ним, живут в Нём, как страдают без Него.

Главная и сквозная тема «Невыдуманных историй» – чудо, помощь Божия, передаваемая через святых. И приходит она ко всем, кто просит. Причём не обязательно в вопросах жизни и смерти, хотя в них, конечно, в первую очередь, а даже и в пустяках житейских, будь то неплодоносящая яблоня или потерявшаяся вещь, которую необходимо отыскать.

Особенно хочется отметить простой и внятный стиль изложения, хороший русский язык. Это редкая книга, где эстетическая и этическая составляющие находятся в гармоничном равновесии, чистота помыслов сочетается с благородным стилистическим изяществом.

Священник Иоанн Тунгусов – ещё и прекрасный художник. «Невыдуманные истории» проиллюстрированы акварельными пейзажами, большая часть из которых, как рассказывает в начале книги сам батюшка, сгорели во время пожара в его доме. Несомненно, удаются автору и пейзажи в слове.

«Есть какая-то особая музыка, особое настроение, особая тайна в природе нашей страны, России, – независимо от времени года – которую хочешь понять, как-то упорядоченно для себя разложить на некие внутренние палочки-объяснения – и не получается.

И бьёшься, и бьёшься...

И всё без толку.

И только когда на высокой точке холма ли, пригорка ли, горы ли появляется храм Божий, всё становится на некие свои выстраданные и одновременно законченные в своей благодатности ступени, места и состояния души, объяснять которые отпадает всякое желание.

И только смотришь.

И – только ликуешь».

«Невыдуманные рассказы сельского батюшки» – книга-утешение, книга-поддержка, книга-прощение. Облегчающая, врачующая душу. И что очень важно – глубоко патриотическая. Любовь к своей земле, к Господу нашему, к людям пронизывает страницы. Христианская, человеческая. «Предательством будет и обмен веры, и осуществлённое желание уехать жить в другие страны, где может быть сытно, уютно, всё расписано до мелочей на многие годы, но не будет самого ценного и главного: твоего близкого и родного кусочка земли, – того чудесного Лика Земли, где ты впервые увидел свет Божий...<...>

На этой дивной земле я похоронил деда, бабушку, отца и мать. Да и сам, в свой, отпущенный Господом срок – смиренно и с верой – уйду в эту российскую землю, а она опять будет, год за годом – и, конечно, только по милости Божией – рождать новые травы, деревья, цветы, хлеба и всё, что видят глаза мои».

Написаны все эти произведения – сердцем. И читать их надо так же – сердцем.

Теги: Священник Иоанн Тунгусов , Невыдуманные рассказы сельского батюшки

 

Сквозь ад

Памяти живая нить: 70-летию Победы советского народа в Великой Отечественной войне посвящается. - М.: Издательство "Орбита-М", 2015. – 308 с.: ил. – 3000 экз.

Это книга воспоминаний об участниках Великой Отечественной войны. Это истории об отцах, матерях, дедах, рассказанные потомками, которые помнят и хотят увековечить имена тех, кто подарил нам мирную жизнь. На страницах этой книги истории лишь нескольких из миллионов фронтовиков. Капля в море. Но в этой ясной капле отразилось очень многое. Достаточно всмотреться в лица людей на фотографиях – они жили и хотели жить, они мечтали и строили планы, однако им пришлось пойти воевать, пережить самый настоящий ад и погибнуть во имя своей земли, защищая детей и внуков, нас с вами.

И пока мы их помним, они живы. Пока мы рассматриваем их фотографии, перебираем пожелтевшие письма и ордена, они с нами. Составители книги добавили в самом конце несколько чистых страниц, чтобы читатель имел возможность вписать воспоминания о своих близких, погибших в самой кровопролитной войне в истории человечества, которая обошлась только нашей стране в 27 миллионов жизней. Об этой величайшей трагедии мы просто не имеем права забывать. Иначе история может повториться, да и повторяется уже на Украине, где фашистские настроения давно взяли верх над здравым смыслом и началось уничтожение собственного народа.

Что касается настоящей книги, то там описаны самые простые истории. Когда и где родился боец, где был призван в армию, где воевал. Вроде бы совершенно банальные факты, но когда читаешь, это трогает тебя до слёз. Ведь за этими сухими фактами – чья-то жизнь или смерть. Достаточно иметь немного воображения, чтобы представить себе, через что прошли эти простые люди. Поэтому хочется выразить особую благодарность редактору-составителю книги Н. Лесиной, проделавшей огромную и такую нужную – в год 70-летия Победы – работу.

Иван СЕРЕДИН

Теги: Памяти живая нить , 70-летию Победы

 

Помяните отца моего

Михаил Китайнер. От вторника до воскресенья: Стихи / Мой ЦДЛ: Воспоминания. - Ярославль: Индиго, 2015. – 176 с. – 500 экз.

Понедельник, понятно, день тяжёлый. Во-первых, отходить надо от нерабочих дней, а во-вторых, в понедельник принято поразмышлять, что случалось с тобой, да разве только с тобой, в истекшую неделю. Вот почему ярославский поэт Михаил Китайнер был так долго неравнодушен к понедельникам. Названия его предыдущих книг – "Понедельники" и «Семь понедельников». А вот новая уже называется «От вторника до воскресенья[?]».

Дни недели у Михаила Китайнера – это годы жизни. И, конечно, в них память об отце, носившем на сердце три рубца – от лагеря, от войны и от мирной жизни, в которую было тяжко вживаться заново.

Помяните отца моего.

Прожил долгую жизнь он, и всё же

Слишком мало на свете он пожил.

Поднимите стакан за него.

Помяните, не зная его.

В нынешние времена, когда расплодилось немало людей, которые за переживавшиеся страной тяготы винят чужого дядю, а за всё хорошее, что было, превозносят своих святых дедушек и бабушек, голос Михаила Китайнера звучит им не в унисон.

Мы, конечно, грешили порою,

Мы курили и пили вино,

Но с великою нашей страною

Мы тогда составляли одно.

Конечно же, не только взаимоотношения человека и власти волнуют автора. В его сборнике вдоволь стихов лирических. Правда, не шибко весёлых.

Я ждал тебя.

А ты меня ждала.

Но вот теперь я получил известье,

Что ты меня не дождалась. Ушла.

А мы с тобой уйти хотели вместе.

Но в книге не только грустные будни, есть в ней и беспечное воскресенье. А как же иначе – ведь Михаил Китайнер зарекомендовал себя и как юморист. Печатался, кстати, и на 16-й полосе «Литературки». Поэтому заканчивает он свою книгу весёлыми воспоминаниями о встречах в ЦДЛ.

Теги: Михаил Китайнер , От вторника до воскресенья

 

Пятикнижие № 19-20

ПРОЗА

Татьяна Белкина. Всё хорошо. - СПб.: Лимбус Пресс, ООО "Издательство К. Тублина", 2015. – 352 с.: ил. – 1000 экз.

Живые увлекательные истории от Татьяны Белкиной, названные довольно смело «Повести Белкиной». Эту книгу, пожалуй, можно отнести к явлению массовой литературы, но качественной, где занимательность сочетается с профессиональным владением словом, ненавязчивый юмор – с глубокими мыслями, стремительный сюжет – со вдумчивыми рассуждениями. Стилистически манера несколько напоминает манеру Тэффи. «Принесли горячее, потом случились танцы. Зигги танцевал неважно, да и я не лучше. Но мы честно прижимались друг к другу, пытаясь расслышать собственную реакцию. Реакции не было. То есть не было нужной реакции». Здесь есть и говорящие фамилии, и остроумные точные эпитеты, и комичные диалоги. А в целом – грустный и обаятельный гротеск на нашу современную жизнь.

ПОЭЗИЯ

Татьяна Романова-Настина. Долгий запах жасмина. – М.: Вест-Консалтинг, 2014. – 60 с. – 500 экз.

Татьяна Романова-Настина известна и как поэт, и как бард. В новой книге собраны стихо­творения за 2012–2013 годы. И все они – огненная, эмоционально взвинченная настойка любви и печали. В своеобразной поэтике автора уживаются, казалось бы, совершенно противоположные вещи: задумчивость и экзальтированность, смысловая глубина и лёгкий, исключительно женский, ритмически изящный стилистический жест.

По грехам моим ныне легла дорога,

Своеволье – туманное ремесло...

Я тебя признавала роднее Бога

И роднее созвучий славянских слов.

Эта книга будоражит, она не даст спокойно закрыть её и забыть о ней. Потому что не оставляют равнодушным тонкие смыслы, тонкие эмоции, слова между шёпотом и криком: «Что-то в этой весне не сложилось в строку и болит...»

БИОГРАФИЯ

Александр Сегень. Алексий II. – М.: Молодая гвардия, 2015. – 470 с.: ил. – (Жизнь замечательных людей: сер. биогр.). – 4000 экз.

Значение личности Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия Второго признано не только в России, но и во всём мире. Безусловно, он является одним из столпов православия в XX столетии. Его фигура равна по величине таким иерархам Русской церкви, как митрополит Филарет, святители Московские Алексий и Макарий. Подобно им, он является также весьма значимой политической фигурой общегосударственного масштаба. К его словам прислушивались многие политические деятели во всём мире.

Главными деяниями Патриарха Алексия Второго стали воскрешение величия Русской православной церкви, воссоздание огромного количества храмов и монастырей, прославления целого сонма святых великомучеников, борьба против раскола и, наконец, восстановление единства между московской и зарубежной церквями.

Книга Сегеня – первое подробное жизнеописание Святейшего Патриарха Алексия Второго. Автор не просто рисует жизнь человека, а воссоздаёт его образ на фоне эпохи – от Великой Отечественной войны до крушения СССР и начала медленного пробуждения могущественной российской державы.

ЛИТЕРАТУРОВЕДЕНИЕ

Горький – неизвестные страницы истории. – Вып. 12. – М.: ИМЛИ РАН, 2014. – 728 с. – 500 экз.

В книге развёрнуто показаны письма, которые дают представление о другой жизни Горького – не сказать чтобы таинственной, но вполне личной и недоступной ранее для широкой читательской аудитории. Горький продолжает оставаться одной из самых масштабных фигур прошлого столетия, вобравшей в себя все странности, сложности и перегибы. Книга радует масштабом отражения крупной личности – тут и деловая переписка по издательскому делу, которое было создано в противовес неуклюжей и громоздкой государственной издательской машине, и письма от коллег, которые превращаются в поклонниц, и поклонниц, становящихся коллегами.

Книга читается легко – хотя является самым настоящим научным исследованием, – потому что великий, как бы в свете последних событий его ни воспринимали, писатель общается с десятками людей. И теми, чьи имена прошли сквозь толщу лет и не затерялись (как, например, Н.К. Крупская, А.И. Ульянова, М.М. Пришвин), и с теми, кто активно участвовал в событиях тех годов, но не остался в памяти потомков.

ДЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА

Ксения Драгунская. Большая меховая папа. – М.: Самокат, 2015. – 334 с. – 5000 экз.

Книгой «Большая меховая папа» «Самокат» открывает новую серию «Для тех, кому за 10», которая раньше выходила в издательстве «ЖУК», а теперь автор и куратор этого проекта детский писатель Юрий Нечипоренко будет выпускать книги этой серии, написанные современными авторами, увлекательные не только для детей, но и их родителей.

Рассказы в этой книжке – весёлые и остроумные. Автор знает, что у детей прекрасное чувство юмора. Герои – и ребята, и взрослые, в центре повествования непростые отношения между поколениями, однако все проблемы решаются, если есть любовь и доброжелательное отношение к жизни. Рассказы Ксении Драгунской позволяют лучше понять миры детей и взрослых, увидеть друг друга с неожиданной стороны. Есть здесь место и курьёзу, и чуду.

Книга интересна будет прежде всего для ребят младшего и среднего школьного возраста, а также подойдёт и для совместного чтения детей с родителями.

 

Смеяться, право, не грешно

Фото: Константин ЧУБЕНКО

Режиссёр и педагог Павел Любимцев поставил в Московском театре сатиры "Ночь ошибок" Оливера Голдсмита. Старинный английский фарс вернул зрителю то, чего ему по нынешним многотрудным временам так не хватает, - беззаботный жизнерадостный смех.

Мировая драматургия может лишь сожалеть о том, что Оливер Голдсмит ушёл из жизни так рано: в прозе и эссеистике он успел намного больше. За сочинительство для сцены принялся лишь незадолго до смерти, и, как знать, отпусти ему судьба больше времени, пожалуй, Шеридан, Бомарше и Скриб нашли бы в нём весьма и весьма серьёзного соперника. Но сложилось так, как сложилось – из-под пера самого остроумного ирландца своего времени вышла только одна законченная комедия – игривая, хулиганистая и[?] совершенно не злая. По части обличения нравов эпохи «промышленного переворота», когда на смену идиллической сельской Англии пришла промышленная Британия, мистер Голдсмит мог хоть кого за пояс заткнуть – его памфлеты разлетались как горячие пирожки. Но театр, по его глубокому убеждению, был тем местом, где человек мог заглянуть на солнечную сторону жизни, позабыв на время о дождях и туманах, среди которых ему приходится существовать.

Как многие, кому довелось прожить полную лишений и отчаяния жизнь, Голдсмит знал цену незлобивому смеху, когда тот, над кем подшутили, и сам готов рассмеяться вместе со всеми. В «Ночи ошибок» умники не обличают дураков, поскольку в ней нет ни тех, ни других: каждый персонаж в свой черёд попадает в нелепую ситуацию, а это вполне в человеческой природе. Вот чем, судя по всему, мила режиссёру эта пьеса. Зритель устал от депрессивных нокаутов, в которые его с завидной регулярностью отправляют нынешние ниспровергатели от театра в заботе о его, зрительском, благе. И «Ночь ошибок» – антидепрессант из разряда сильнодействующих.

Спектакль получился нарядным и праздничным. Сдержанная чёрно-белая графика старой усадьбы с огромными часами в центре (сценография Андрея Беликова) добавила сияния наивной пышности туалетов (художник по костюмам Евгения Мирошниченко). Малая сцена обжита как «театр в театре»: милые перешёптывания персонажей со зрителями, без которых немыслима пьеса XVIII столетия, ткут невесомую атмосферу игры, которую зал принимает с детской радостной непосредственностью.

Два столичных щёголя отправляются в английскую глубинку за невестами, и недора­зумения начинаются, вопреки названию, задолго до наступления ночи.

Тони Ламкин, бесшабашный гуляка и охотник, которому не хочется ни учиться, ни жениться (обаятельный в своих дерзостях Сергей Колповский, азартно раскручивая пружину запутанной интриги, кажется, наследует тонкую ироничность Андрея Миронова), шутки ради направляет незадачливых путников в дом своего отчима мистера Хардкасла, выдавая его за гостиницу, а главу семейства – за её хозяина. Соль же шутки в том, что мистер Хардкасл намерен выдать свою дочь Кэт за одного из этих лондонских франтов – Чарли Марлоу.

На беду Чарли его молодецкая удаль просыпается лишь при виде какой-нибудь деревенской простушки, в присутствии же светских дам он цепенеет. Сергей Бескакотов играет очаровательного растяпу, но при точном следовании непростому внешнему рисунку роли пока ещё не до конца освоился с главным мотивом поведения своего персонажа: с простушкой можно быть самим собой, с девушкой из общества приходится притворяться, а именно этого Чарли больше всего и не хочется.

Мисс Кэт, решив узнать, каков на самом деле её чересчур застенчивый жених, выдаёт себя за гостиничную служанку. Евгения Свиридова с лёгкостью преображается из «барышни» в «крестьянку» и обратно, и слегка нарочитая гротескность этих метаморфоз вполне оправданна – любви в её сердце ещё только предстоит проснуться.

Любовная же линия отдана второй юной паре – Констанс, племяннице хозяйки дома, и Хэстингсу, приятелю Марлоу. Нежную страсть в комедии играть чрезвычайно сложно, особенно героям второго плана. Возможно, поэтому, несмотря на обилие романтических сцен между своими персонажами, Антон Булгак и Марина Маняхина гораздо убедительней выглядят в линии детективной – с похищением наследства мисс Констанс и её самой.

Зато мистер и миссис Хардкасл (Александр Чернявский и Светлана Рябова) являют собой прелестную комическую пару, которой подвластны все краски их весьма непростых ролей. Добропорядочный провинциальный сквайр совершенно искренне любит всё старое – старые вина, старые обычаи, свой старый дом и больше всего – свою «старую» жену. В доме его не слушаются даже слуги (Иван Федотов в роли Диггори – неиссякаемый фейерверк уморительных эскапад), дочка капризничает, пасынок бездельничает, супруга спит и видит, как женить непутёвого сыночка на наследстве своей небедной племянницы и махнуть в Лондон. Но мистер Хардкасл (сиречь «неприступный замок» – ох уж эти говорящие английские фамилии!) не ворчит на жизнь, а радуется ей, вызывая у зрителя искреннее уважение. И даже тираническая материнская любовь миссис Хардкасл, вынуждающая её развить бурную деятельность по устройству всеобщего, как ей кажется, блага, вызывает у публики снисходительную улыбку, а не гневный протест.

До наступления ночи в усадьбе Хардкаслов происходит немало забавного. Все подшучивают над всеми, мимоходом расстраивая планы друг друга, но никто ни на кого не в обиде. Глас рассудка, как это и положено по законам жанра, смешивается с блеском лёгкой болтовни. Зрители смеются. Ошибки исправляются. И становится очевидным, что в любом веке очень непросто оставаться самим собой и ещё труднее не ошибиться в выборе того, кто будет достоин твоей искренности.

Теги: искусство , театр

 

Под пушки музы не молчали…

В мастерской художника-мозаичиста В.А. Фролова. 1939

К 70-летию Великой Победы почти все музеи нашей страны проводят интереснейшие выставки, которые будет интересно посетить зрителям всех возрастов.

Всероссийский музей декоративно-прикладного искусства представляет до 28 июня сразу две интереснейшие экспозиции. О роли Московского метрополитена в жизни военной Москвы рассказывает экспозиция "Метро и война" . Она предваряет более полный юбилейный проект «Триумф метро», который откроется здесь же к 80-летию столичной подземки в октябре. Уникальный художественный комплекс поражает жителей и гостей своей красотой, продуманностью, монументальностью - «Метро в Москве больше, чем метро!», как утверждают организаторы. Жизнь во время войны показана в двух масштабах: страна, расчленённая фронтами, и город под землёй, который не только защищал людей от бомбёжек, но и активно строился все эти годы.

Редкие материалы Российского государственного архива кино- и фотодокументов, Российского государственного архива социально-политической истории, Центрального городского архива Москвы, Российской государственной библиотеки. Хроника выставки начинается 22 июня 1941-го и заканчивается 9 мая 1945-го: захваченные врагом советские города, потери сторон, открытие новых станций метро, имена работавших над этими проектами художников, количество авианалётов на Москву, освобождённые Красной армией города СССР и Европы, капитуляция Германии, Великая Победа советского народа, которая стала ключевой темой для создания нового стиля в искусстве победителей[?] Окончательно он сформировался и выразился в послевоенные годы, но начинался ещё в период боевых действий. На выставке об этом свидетельствуют архитектурные эскизы, художественная графика студентов МАИ, МВХПУ им. Строганова, которые были учениками М.О. Барща, Л.М. Полякова, Г.И. Мотовилова, Г.И. Опрышко, И.Е. Рожина и других создателей самого красивого в мире Московского метрополитена.

Протягивает смысловую и эмоциональную нить данной темы выставка «Искусство победителей» . Временные рамки этого понятия охватывают период с 1945-го до середины 1950-х, и через произведения декоративно-прикладного искусства зритель погружается в эпоху победного послевкусия. Скульптуры каслинского художественного литья, шедевры мастеров Гусь-Хрустального и Ленинградского заводов художественного стекла, предметы ковроткачества Туркменистана и Дагестана, изделия мастеров Мстёры, Федоскина и Холуя показывают, как формировалась, из чего складывалась жизнь человека тех лет и последующих десятилетий. По-особенному смотрятся изумительные изделия вологодских кружевниц, посвящённые Победе, предметы, изготовленные на Дмитровском фарфоровом и Конаковском фаянсовом заводах, транслируют гордость победителей фашизма, их способность даже в «обычных» вещах воспевать славу своей страны.

В ГТГ до 19 июля развёрнуто две выставки в рамках спецпроекта «День Победы» : на Крымском Валу представлены произведения живописи, графики, скульптуры военного времени и послевоенных лет, а в основном здании, в Лаврушинском переулке, проходит документальная выставка о деятельности Третьяковской галереи в годы Великой Отечественной войны.

Первая экспозиция включает произведения-символы, оказавшие влияние на духовный подъём нации в страшное военное лихолетье: великое произведение графики, созданное И. Тоидзе в роковом 1941-м, «Родина-мать зовёт!» с текстом военной присяги, монументальный триптих «Александр Невский» П. Корина (1942), «Таня (Зоя Космодемьянская)» Кукрыниксов (1942, 1947), «Крымская конференция руководителей великих держав» В. Ефанова (1945–1946). Плакаты В. Иванова «Пьём воду родного Днепра...» (1943) и Л. Голованова «Красной Армии – слава!» (1945) отмеряют вехи освободительного похода. Жизнь в тылу, военная повседневность запечатлены в камерных графических работах, большинство из которых до сих пор малоизвестны публике: эскизы плакатов, рисунки, «репортажные» зарисовки из фондов ГТГ. Послевоенные «Письмо с фронта» А. Лактионова (1947), бронзовая модель знаменитого памятника «Воин-освободитель» Е. Вучетича (1948) – сам памятник стоит в Трептов-парке Берлина, «Триумф победившей Родины» М. Хмелько (1949) – Парад Победы 1945-го на Красной площади, литография В. Богаткина «Трасса жизни» из серии «Ленинград в дни блокады» (1950), «Отдых после боя» Ю. Непринцева (1951), бронзовый «Портрет маршала Советского Союза Г.К. Жукова» (1966), вылепленный с натуры скульп­тором В. Думаняном (всем, кроме него и Корина, Жуков отказывался позировать), «Безымянные высоты» Т. Яблонской (1969), «Фронтовые корреспонденты. А. Твардовский, К. Симонов, Б. Полевой» О. Вуколова (1973), «Дети войны» А. и С. Ткачёвых (1984), бронзовая фигура подростка, посмотревшего в глаза смерти, – «Да святится имя твоё (Солдат вернулся)» Г. Чубаряна (1987), «Победа» И. Рукавишникова (1987) – беломраморная скульптурная композиция: два солдата оплакивают своих погибших товарищей, то самое чувство «праздника со слезами на глазах»…

Вторая выставка органично вписана в шесть залов основной экспозиции ГТГ: витрины с архивными документами, фотографиями, аннотации к которым рассказывают о судьбе во время войны и в первые послевоенные годы конкретных картин из собрания галереи, об эвакуации и перемещении ценных произведений в Новосибирск и Молотов (ныне – Пермь), а затем – возвращение в Москву и торжественное открытие галереи 17 мая 1945 года.

Теги: искусство , скульптура , живопись

 

Песни войны и мира

А. Пахмутова, М. Строганова (Волгоград) и В. Халилов

В Московской консерватории завершился Третий Международный открытый фестиваль искусств "Дню Победы посвящается[?]"

Идея такого смотра лежала на поверхности, но, как оказалось, аналогов такому фестивалю пока нет. «Исторический период Великой Отечественной войны явился источником возникновения множества шедевров в самых различных жанрах - театр, кино, музыка, литература отдали дань событиям тех лет, – рассказал о концепции проекта его автор и художественный руководитель, дирижёр Александр Соловьёв. – В этом – уникальность нашего фестиваля, в программе которого – хоровые гала-концерты, выступления мэтров эстрады и оперы, танцевально-драматический спектакль, симфоническая музыка и, конечно же, россыпь всеми любимых песен о войне».

Каждая из шести программ запомнилась «лица необщим выраженьем». Грандиозный гала-концерт задал мощный старт: бравые оркестранты и оркестрантки во фраках с лампасами из Центрального военного симфонического оркестра России под управлением генерал-лейтенанта Валерия Халилова, студенческие хоры из Казанской консерватории, Санкт-Петербургского института культуры, Камерный хор Московской консерватории, а также Академический Большой хор РГГУ, занявшие не только сцену Большого зала консерватории, но и балкон первого амфитеатра, вдохновенно исполнили кантату «Александр Невский» Сергея Прокофьева. А второе отделение было отдано нашей выдающейся современнице Александре Пахмутовой – создательнице многих «песен о главном». Они закольцевали программу фестиваля, прозвучав и на финальном концерте вместе с симфоническими опусами – прелюдией «Подольские курсанты», Концертом для трубы с оркестром, фрагментами из «Русской сюиты».

В переполненном БЗК слушатели неистово аплодировали самой Александре Николаевне, солировавшей за роялем, её супругу, соратнику и соавтору – поэту Николаю Добронравову, сопереживавшему в зале, стоя пели с Иосифом Кобзоном «Поклонимся великим тем годам», сплачиваясь с едином порыве. И нельзя не согласиться с Александром Соловьёвым: «День Победы – больше чем праздник, это святая тема для каждого гражданина России. Это память, которая объединяет множество культур на постсоветском пространстве и сплачивает их в единое национальное целое. У нас любят отмечать круглые даты: тогда организуются массовые празднества, куда каждый спешит внести свою лепту. Но есть события, которым мы должны отдавать дань памяти вне зависимости от их юбилейности – по велению сердца и совести. К таковым прежде всего относится годовщина Дня Победы в Великой Отечественной войне».

Отдельная тема в фестивальной программе – дети. Юные Маша Строганова и Богдан Липатов, завоевавшие симпатии публики на открытии, всемирно известная Владимирская капелла мальчиков и юношей, щегольнувшая виртуозным мастерством. В Рахманиновском зале концертный хор «Радуга» под управлением Анны Московчук представил трогательную музыкально-литературную композицию, исполнив не только песни, но и стихи о войне.

Важно, что организаторы включили в программы фестиваля сочинения композитора-юбиляра и фронтовика Андрея Эшпая, чей инструментальный опус Larga­mente для гобоя и струнного оркестра был озвучен в Малом зале 9 мая (Московский камерный оркестр «Времена года», дирижёр – Владислав Булахов, солист – Денис Голубев), а хоровая миниатюра «Песня о криницах» прозвучала накануне юбилея мастера 14 мая в БЗК (солистка Мария Челмакина).

Неизбежно уходят от нас участники Великой Отечественной, тем важнее общение с очевидцами. Яков Дубравин, мэтр ленинградской композиторской школы, привёз на фестиваль композицию «Ленинград и Победа» в исполнении обворожительной звезды Этери Бериашвили и женского хора училища имени Н.А. Римского-Корсакова под управлением Сергея Екимова, только что выигравшего Гран-при Всероссийского хорового конкурса. «Я принадлежу к тому поколению, в котором с детства живёт понимание того, что самим фактом жизни на этой земле мы обязаны тем, кто воевал и разгромил врага, кто героическим трудом в тылу приближал заветный час Победы, кто на своих плечах вынес все лишения и тяготы войны, – поделился Яков Дубравин. – Помню 9 мая 1945 года: я, шестилетний мальчик, стоял на Невском проспекте, и передо мной много часов подряд шёл ликующий народ... Были слёзы и улыбки, цветы и объятия, звучала музыка, люди пели и танцевали. И такого человеческого братства я больше не видел никогда! Страшная война и Великая Победа прошли через моё детство, впитались в кровь и «выплеснулись» в некоторые музыкальные сочинения. Великая Победа для меня, для нас – это одновременно и «радость со слезами на глазах», и радость – великая, бесконечная, многоцветная!»

Об этом же – о трагедии и катарсисе – скрипичный «Траурный концерт» Карла Хартмана (солист Станислав Малышев), пьеса бостонского композитора Тони Шеммера «На горный склон крутой», кантата для хора и оркестра «Песни войны и мира» Альфреда Шнитке, прозвучавшие в финальном вечере фестивального марафона в исполнении ансамбля «Студия новой музыки» и Камерного хора Московской консерватории под управлением Александра Соловьёва. Жёсткая, бескомпромиссная музыка благодаря великолепной интерпретации оказалась абсолютно понятной и не оставила никого равнодушным, подтвердив ещё раз очевидную истину: то, что было 70 лет назад, не должно повториться.

Благодарные слушатели несли артистам цветы, но среди них были особые букеты – сирень, выращенная в честь Победы, которую вручили потомки великих вое­начальников, учредители Фонда памяти полководцев Победы Ольга Бирюзова и Наталья Малиновская. Их «слёзы на глазах» – лучшая оценка фестивалю.

Теги: искусство , музыка

 

Исход, или Хроники ненависти по-киевски

Фото: ИТАР-ТАСС

"Киев - родина нежная", – писал в своё время один великий киевлянин, Александр Вертинский. «Нет города прекраснее на свете», – вторил ему другой, Михаил Булгаков. Всё так. И тот, кто хоть раз побывал в этом древнем городе, по праву называемом колыбелью русской цивилизации, легко согласится с обоими высказываниями.

Но сейчас в «матери городов русских» русскому по рождению и духу человеку жить стало совершенно невозможно. Очень похожие события без малого столетней давности мастерски и во всех подробностях были описаны Михаилом Булгаковым, но одно дело узнавать об этом из хрестоматийного произведения, твёрдо веря, что такое не повторится никогда, и совсем другое – прочувствовать всплеск националистической вакханалии на себе, погрузиться в атмосферу всеобщей ненависти.

Ненависть эта, изначально направленная на правящую верхушку, выплеснулась на всё и вся: украинцы ненавидят своих соотечественников в Донбассе за то, что те «не такие»; своих близких, посмевших иметь иную точку зрения; соседей, устроившихся в жизни лучше, чем они сами[?] Спасаясь от этой средневековой мути, люди массово покидают свои родные пенаты (причём не только в зоне боевых действий и не только русские по духу) и уезжают кто на запад, кто на восток. Как говорится, до лучших времён.

Вирус нацизма

Я уже начал было мало-помалу приходить в себя после горящих баррикад, после массового отстрела людей на майдане, и вот – новый Освенцим. В смысле, Одесса!.. А люди вокруг гуляют, смеются. Как будто ничего не случилось. Как будто обычный, как всегда, Первомай. На работе то же самое – шутки, улыбки, обмен впечатлениями о проведённых праздниках, о пикниках-шашлыках. Какой траур? Ах, Одесса?! А что там в Одессе? Сепаратистов сожгли? Ну да так им и надо, туда им и дорога!

Хорошо ещё, что напился таблеток перед выходом на работу. После обеда зашёл Фёдор Иосифович, первый редактор нашей киевской газеты, 73 года, нормальный вроде бы человек, я с ним раньше всегда делился проблемами, за советом к нему обращался. В общем, как к отцу родному. И тут тоже решил поделиться с ним наболевшим. Ну должен же быть, думаю, хоть один нормальный человек рядом.

Догнал его в коридоре, чтоб, значит, без лишних ушей. Реакция-то сейчас у людей на всё неадекватная, бояться начинаешь даже своих некогда дружелюбных сотрудников, особенно женщин. «Давить их всех надо, проклятых этих сепаратистов!» – только и слышно злобное шипение из всех углов….

В общем, нагоняю я Фёдора Иоси­фовича в коридоре и начинаю разговор об одесской трагедии. А он стоит у окна, моргает, изумлённо на меня так поглядывает:

– А что ты так разволновался-то, дружок? Ну загорелся случайно Дом профсоюзов, ну обгорело несколько человек… Это же не майдан, когда сто с лишним человек погибли!

Не знаю уж, что я ему сказал и сказал ли вообще что-то. Только смотрел и смотрел, и не верил: тот ли это Фёдор Иосифович? Что же это делается нынче с людьми? Почему опыт предыдущих поколений никого ничему не учит?

В сентябре 1966 года на митинге у Бабьего Яра замечательный писатель и человек Виктор Платонович Некрасов произнёс несколько коротких и простых фраз, которые вошли в историю. Смысл сказанного заключается в следующем: да, в этом страшном и святом месте погибли не только евреи, но и украинцы, русские, поляки. Но только евреев здесь расстреливали именно за то, что они евреи. В этом суть совершённого против одной нации преступления, навеки осуждённого (так нам казалось!) человечеством.

Кто бы мог подумать, что ещё не успеет уйти в иной мир поколение людей, помнящих ужасы Второй мировой войны, как всё повторится! Снова чёрные силы призывают убивать жидов и москалей. И это в XXI веке! Что это – страшный сон? Теперь геноцид направлен именно против русских на Украине, вернее, всех тех, кто по духу, сознанию и образу мыслей относит себя к русским, не желая признавать оголтелый национализм, человеконенавистничество и ксенофобию, насаждаемую официальным Киевом под видом патриотизма. Жителей юго-востока, сказавших решительное НЕТ политике новой верхушки Украины, беспощадно уничтожают, поливая мирные города и сёла шквальным огнём из тяжёлой артиллерии и гранатомётов. А под завязку – ещё и безжалостно «зачищают» вынужденно оставленные ополченцами населённые пункты, действуя там по отношению к населению хуже фашистов, приравняв всех подряд к террористам и даже – внимание! – оккупантам.

Невозможно понять, что случилось с людьми в том же Киеве. Некогда милыми, добрыми людьми, ныне превратившимися в злобных зверей. Недавний случай в собственной редакции стал для меня и вовсе последней каплей. Две немолодые уже женщины, обеим за шестьдесят, обе, кстати, русскоговорящие и, более того, с чисто русскими фамилиями, глядя в свои мониторы, поочерёдно восклицали, поддакивая друг другу: мол, вырезать надо эту донбасскую заразу на корню, выжечь калёным железом…

Я не выдержал, пристыдил их. Боже, что тут началось! Вся ненависть и желчь тотчас же обрушились на меня. Не помню, как вылетел я из корректорской от своих, собственно, подчинённых. Последний эпитет, брошенный в мой адрес: «Русский шпион!» Сразу повеяло тридцать седьмым годом и стало откровенно страшно. Не за себя – за людей. И за всю страну, которая, кстати, наравне с Белоруссией и Россией в большей степени, чем кто-либо, хлебнула ужасов фашизма.

Обыкновенный фашизм

«Как хочется отмотать время на год назад!» – сказал мне в запале знакомый из осаждённого украинской армией Донецка. Я тоже безумно хочу отмотать время назад, чтобы вернуться туда, где все мы жили в мире и согласии. Если бы тогда кто-то предположил саму возможность такого вот сценария развития событий, его бы все в один голос назвали безумцем. Ныне же мы все безумцы и людоеды, сами себя загнавшие в тупик страшной гражданской войны. Родная страна для миллионов мирных жителей, женщин, детей и стариков, блокированных в своих городах и посёлках, в одночасье стала чужой и враждебной. Убивающей безжалостно и беспощадно, день и ночь обстреливая улицы и дома и не давая возможности для ухода, эвакуации. Людей уничтожают только за то, что они не такие, как кому-то хотелось бы.

Неправильный, в общем, народ, который не хочет жить по законам, которые ему навязывают, признавать убийц героями, скандировать лозунги, которые, как мантру, подхватили толпы на майдане и разнесли их, как вирус, как заразу, по всей стране: «Кто не скачет, тот москаль!» А сами всё скачут и скачут. Под чужую дудку, следуя какому-то дикому, средневековому инстинкту.

Люди на глазах превращаются в кровожадных людоедов и убийц. Из всех углов и закоулков только и слышно: «Давить их надо, гадов, выжигать на корню!» Это о народе Донбасса. И их давят. Жгут и убивают, хладнокровно направляя стволы орудий в сторону жилых домов и кварталов, больниц, детских садов и школ. И это под самым носом у благополучной Европы, где и «нечеловеческое» обращение с домашними животными официально считается преступлением. Где же эта лицемерная, лживая западная человечность? Очень хочется узнать, что думает и чувствует (если он вообще способен чувствовать) европейский снайпер, наблюдающий сквозь оптический прицел за восьмилетней девочкой, держащей в руках плакат с выведенными нетвёрдой детской рукой словами: «Боже, как хочется жить!»… Или за мальчиком того же примерно возраста с георгиевской ленточкой на груди. Как хотелось бы заглянуть снайперу в глаза! Кто он, этот налётчик-убийца, у которого не дрогнет рука, когда он нажмёт на спусковой крючок? Не иначе сверхчеловек?

А те, кто оказывается у него на мушке, стало быть, недочеловеки? Ну да, так они и думают о восставшем народе Донбасса.

Над пропастью во лжи

Обрисую обстановку в Киеве за несколько дней до осенних выборов в Верховную раду (октябрь 2014-го). Очень кратко, как говорится, ничего личного (лишнего), только факты.

Карательный батальон «Азов», кажется, «взял»-таки столицу: повсюду агитационные палатки с характерной символикой и портретами легендарного командира с криминальным прошлым, прославившегося особо жестоким истреблением непокорного населения юго-востока, Андрея Белецкого. Подъезды, стены домов и магазинов густо обклеены его портретами. Молодые агитаторы – сплошь в характерной чёрной униформе бойцов карательных батальонов. Как гласят надписи на палатках и плакатах, это «выбор патриотов». При виде этих палаток, этих самодовольных молодчиков и развешанных повсюду портретов их «славного» командира всё тело продирает противный озноб, перед мысленным взором проносятся кадры старой кинохроники: стройные колонны солдат вермахта, проходящие под бравурные марши по столицам Европы.

Предвыборный штаб «выбора патриотов», как назло, разместился в одном из жилых домов нашего микро­района, аккурат между двумя школами – видимо, чтобы подрастающее поколение активнее проникалось патриотизмом. Не сказать чтобы местным жителям, даже хронически «свiдомым», всё это очень нравилось. Многие, проходя мимо этого агитштаба, недовольно шипят сквозь зубы. Однако выводы при этом можно услышать самые неожиданные: «Ну а что вы хотели? Это же Россия спонсирует всю эту нечисть – специально для провокаций!»

Смотреть новости и читать газеты стало решительно невозможно. Всё переворачивается с ног на голову. Правда, неувязочки и явные несуразицы лезут из буквально всех щелей. К примеру, из заметки в некогда любимой газете узнаём, что 1 октября в Донецке школу обстреляли местные ополченцы-террористы (кто б сомневался!). При этом официальный Киев, оказывается, – внимание! – «сделает всё от него зависящее, чтобы виновные были привлечены к ответственности». То есть издание фактически признаёт (намеренно или по оплошности), что «террористы» таки подконтрольны Киеву, раз их можно «выявить и привлечь к ответственности». Как тут не вспомнить оруэлловское: «Правда – это ложь!»

Самое печальное то, что народ от всего этого постепенно сходит с ума, уверенно скатывается до крайнего национализма, переходящего в откровенный нацизм. И теперь это, к прискорбию, касается уже не только «племени младого, незнакомого», над промывкой мозгов которого системно и основательно работали на протяжении двадцати предыдущих лет, но и вполне уже зрелого, и даже старшего поколения, которое, казалось бы, должно ещё что-то помнить из «доброго, мудрого, вечного», а потому – анализировать и делать выводы. Но куда там! Вот уж воистину торжествует на сегодняшней Украине оруэлловский жуткий постулат: «Любовь – это ненависть!»

На днях вот в нашу газету пришёл из СБУ запрос на все псевдонимы, которыми пользуются штатные и даже «пришлые» журналисты. Комментарии, как говорится, излишни. Да здравствуют демократия и… СВОБОДА, которая, как вы уже, наверное, догадались, – это РАБСТВО. В общем, все признаки оруэлловской утопии «1984» налицо.

Днiпро, прощай!

Я хотел бы прожить в этом городе всю жизнь. Я приехал сюда в неполных семнадцать лет на излёте весны, когда весь он, со своими живописными садами на древних холмах, с бесчисленными белокаменными монастырями, с золотыми маковками церквей предстал передо мной, как невеста в своём невесомом подвенечном одеянии. Едва ступив на территорию Киево-Печерской лавры (тогда ещё – историко-культурного заповедника), я тотчас почувствовал необычайный прилив сил, душа наполнилась несказанной радостью и… покоем. Там, в Лавре, охватив восторженным мальчишеским взором великолепный вид, открывающийся с площадки за Трапезной церковью, я всем своим сердцем, всем существом своим почувствовал, что не обманули меня все прочитанные до этого книги, былины и сказания – это и есть то святое место, откуда «есть пошла Русская земля».

Да, я хотел бы жить здесь до конца своих дней… Но однажды я проснулся и не узнал своего любимого города: где же то добро, те благость и свет, которые так ласкали мою душу? Где те добрые, милые люди, которых я так любил? Город вздыбился, ощетинился, показал свой звериный оскал. А как всё тихо-мирно, и даже невинно, на первый взгляд начиналось: совсем ещё юные мальчики и девочки с национальными флагами и плакатами «Украина – це Европа!». Какой восторг – они же дети!.. Но за их спинами уже буравили землю ошалевшие от предчувствия большой крови чёрные псы, записавшиеся в ряды борцов за украинские «гiднiсть» (достоинство) и «незалежнiсть». И вот их час настал. На майдане запылали покрышки, зазвенели устрашающей дробью пустые бочки, исказились ненавистью и злобой лица: «Москаляку на гиляку!», «Слава нации – смерть врагам!» А на смену «жовто-блакитним» национальным полотнищам пришли, заполонив всё вокруг, чёрно-красные флаги УПА.

Однажды, проталкиваясь через эту обезумевшую толпу, я вдруг почувствовал всем своим существом: «А ведь это начинается война! И вой­на против моей большой Родины – России!» А через месяц, на Крещение, уже весь центр Киева был охвачен огнём и затянут чёрными клубами дыма. «Беркут», стоящий стеной на «пограничных» рубежах и мужественно сдерживающий натиск разъярённой толпы, вовсю забрасывали булыжниками и коктейлями Молотова, жгли и били дубинками и ломами… На майдане запахло кровью. А этот запах, как известно, доводит хищника до исступления. На горизонте замаячил призрак «Небесной сотни». А на четвёртый день всё стихло. И моему взору открылся чудовищный вид истерзанного и поруганного моего города, сплошь – в чёрных ранах и язвах. И над всем этим по-прежнему вился серый едкий дым. Как на пепелище…

Благословенные, «легендарные», по Булгакову, времена закончились. И началась история. Вернее, повторилась.

* * *

– Почему вы уезжаете? – спросила симпатичная девушка в бюро переводов, возвращая пачку переведённых на русский язык (с украинского!) документов, подготовленных мною для подачи в российское консульство.

Что я мог ответить этой миловидной, годящейся мне в дочери девушке? Что идёт кровавая братоубийственная война, которой не видно ни конца ни края? Или – что после Одессы и Мариуполя, как после Освенцима, здесь невозможно не только писать стихи или сочинять музыку, но и жить, и дышать?! А что мне ответить на немой вопрос, застывший в её глазах: «Почему в Россию?» Что моя большая Родина всех жалеет и всех принимает, не деля людей на чужих и своих по вере, национальности или взглядам? Принимает в том числе и тех, кто ещё вчера стрелял по мирным городам Донбасса, а оказавшись в окружении, вынужден был обратиться к ней за помощью… Вот этим и сильна испокон веков моя Родина – Россия. Этим и впредь она прирастать да крепнуть будет.

Да, я знаю, что Киев, как и сто лет назад, снова отстроится, как предвещал Булгаков. И снова на его древних холмах воцарится благодать Божья. А память об этих чёрных кровавых временах со временем растает. Но теперь, думаю, это будет не так скоро. А между тем жизнь человеческая ведь коротка! И так много в ней ещё хочется успеть!

– Просто пора возвращаться! – ответил я голубоглазой девице из бюро переводов. А про себя подумал: «Как и всем вам, включая Киев, да и всю Украину, – рано или поздно придётся возвращаться к родным берегам, домой!»

КИЕВ – МОСКВА

Теги: Украина , Евросоюз

 

Такая нескучная жизнь

Никогда не видела Игоря Николаевича в пиджаке с галстуком, хотя знаю его 35 лет - ровно столько, сколько он работает в "ЛГ". Не любит человек официоза ни в одежде, ни в жизни. Отмечать юбилей собирается в «своей деревне», в старом деревянном доме на Владимирщине. Это, кроме небольшой московской квартиры, единственная собственность семьи. Ни дачи, ни машины никогда не было. Уважаемый Игорем вид транспорта – велосипед. Не только на рыбалку, но порой и на работу так ездил.

Родился он тоже в деревне, в Саратовской области. Там, в ковыльной степи, его, четырёхлетнего, чуть не заклевал коршун. Видимо, сельская закалка в детстве определила такое стержневое качество юбиляра, как самозабвенная работоспособность. Перечисление только названий всех его книг заняло бы большую часть этой заметки. Впрочем, на сайте «ЛГ» список есть.

Продолжая публиковать яркие статьи в газете, Гамаюнов уже давно стал настоящим писателем. В «ЛГ» он пришёл в 1980-м из журнала «Молодой коммунист». После журфака МГУ в его жизни были ещё две газеты – «Пионерская правда» и «Советская Россия». Наверное, потому его пригласили в писательскую газету, что у молодого журналиста уже было издано несколько книг. И одна из них – «Легко ли быть папой?» – мало того что вышла полумиллионным тиражом и получила диплом на всесоюзном конкурсе, так ещё попала в число книг, рекомендуемых для педагогов, пишущих кандидатские. Любопытно, что недавно кто-то без ведома автора выложил текст книги сорокалетней давности в интернете. Ряд новых книг Гамаюнова тоже можно прочесть в Сети.

В «ЛГ» Гамаюнову сразу доверили руководство отделом, составляющим славу газеты. Название «Отдел коммунистического воспитания» было, наверное, придумано ради маскировки. Ведь работали там асы журналистики, с яростью и страстью расшатывающие устои: Богат, Ваксберг, Борин, Чайковская, позже – Щекочихин. Помню, как смущался наш заведующий делать замечания своим знаменитым сотрудникам. Но как же он умел радоваться, когда кому-то из нас (разумеется, благодаря хитромуд­рости Чаковского) удавалось «пробить» на страницы какую-­то «бомбу»!

С утра до ночи пропадал в редакции, нянчился с чужими материалами, но при этом и сам успевал много писать. «По следам выступлений» Гамаюнова (в великой чести была тогда эта рубрика) состоялся, представьте, один из первых в СССР народных митингов. Это было в Волгограде, январь 1990-го. Так называемые помидорники, чьи теплицы, стараясь пресечь развитие частной собственности, власть громила тракторами, вышли на площадь с плакатами, на которых были цитаты из статьи Гамаюнова. После этого митинга всесильная «Литературка» сняла первого секретаря Волгоградского обкома КПСС. «По следам[?]» гамаюновского судебного очерка его герой-следователь был избран депутатом горбачёвского съезда, а впоследствии назначен генеральным прокурором Белоруссии. Это была не одна статья – серия: «Мета­стазы», «Человек на коленях»…

Нам, работавшим в те перестроечные годы в «ЛГ», выпало счастье реально участвовать в судьбе страны. Чувствовали себя нужными людям. Мы были избалованы действенностью… И потому особенно тяжко смириться с тем, что на нашу свободу слова нам давно отвечают… свободой слуха. Правда, Гамаюнову снова повезло. Как известно, книги живут гораздо дольше, чем газетные страницы. И, возможно, когда-нибудь – кто знает? – именно по книгам Гамаюнова внимательный читатель будет изучать историю борьбы «Литгазеты» за наше светлое, не-коммунистическое будущее.

Повезло Гамаюнову с «ЛГ», но и газете тоже повезло с летописцем. Гамаюнов – единственный творческий сотрудник, который хранит верность газете столько лет. А секрет его писательского успеха в том, что Гамаюнов не изобретает ни сюжеты, ни героев, он берёт их живьём, художественно переосмысливая, из своего богатейшего «литгазетовского» опыта.

Поздравляя Игоря с 75-летием, спрашиваю в шутку: «Ну, ты подвёл свои итоги?» Человек пунктуальный, он отвечает весьма серьёзно: «Знаешь, пытался, но, честное слово, не смог вспомнить ни одного в жизни скучного дня».

Лидия ГРАФОВА,  обозреватель «ЛГ»  (1978–2003 гг.)

Теги: общество , мнение , СМИ , Игорь Гамаюнов

 

«Мир сошёл с ума»

Именно так сказал в интервью к своему столетию народный артист Владимир Михайлович Зельдин, характеризуя нынешнее состояние мировой политики. Он имел в виду не только гражданскую войну на Украине, но и многие региональные конфликты. 

Почему воюют люди, почему убивают друг друга, будто у них нет разума? Казалось бы, в XXI веке, с точки зрения здравого смысла, все должны разумно решать спорные вопросы через переговоры. Любая война - безумие!

Я был на войне с фашистской Германией, мы тогда верили, что после этой страшной бойни люди навсегда перестанут воевать. Но США взяли в 40-х годах курс на гегемонию, ведя агрессивную международную политику. Они и сегодня вмешиваются во внутренние дела едва ли не всех государств. И вдруг президенту США Обаме присуждают Нобелевскую премию мира! Это же ведь издевательство над здравым смыслом. И этот "борец за мир" сделал немало для того, чтобы националисты, совершив государственный переворот, захватили власть на Украине и развязали гражданскую войну. 

Должна бы обязательно вмешаться в украинские события ООН, как раз и созданная для того, чтобы предотвращать военные конфликты в мире. Но она бездействует! Разумным людям всего мира надо срочно объединять усилия, чтобы остановить наступление нового фашизма XXI века.

Н. АРШУТКИН ,  участник Великой Отечественной войны, ЧЕБОКСАРЫ

Теги: Россия , Европа , США , Украина

 

Мы были, мы есть…

Вспоминает Василий Лановой

Фото: Фёдор ЕВГЕНЬЕВ

Многие уже успели высказаться о той необыкновенной атмосфере праздника Победы, которая царила 9 Мая на улицах Москвы. Кто-то даже сравнил её с тем ликованием, той долгожданной радостью, которая охва­тила людей 70 лет назад. Небывало мощный парад с улыбающимися солдатами и могучей военной техникой, превзошедшая по масштабу все ожидания акция "Бессмертный полк", великолепный праздничный концерт, продолживший традиции олимпийского триумфа. Всё это было пронизано искренними чувствами, овеяно теплотой и душевностью.

Но атмосфера - вещь капризная, ею легко проникнуться, находясь в самой гуще событий, но трудно передать миллионам телезрителей. Здесь требуется особого рода мастерство, чтобы не растерять дух праздника, не превратить живые человеческие чувства в официоз, не исказить происходящее. Умение показать всё так, чтобы зрители в самых дальних уголках страны могли почувствовать себя частью полноводной реки памяти, прокатившейся 9 Мая по улицам и площадям Москвы.

Глядя на происходящее, меньше всего хотелось, чтобы объединяющий всю страну День Победы был испорчен казёнными словами и идеологическими выпадами на телеэкране. В этот день не было места для спора Болотной и Поклонной площадей и потому, что многие люди, казалось, непримиримо стоявшие друг против друга пару лет назад, 9 Мая прошагали вместе, объединённые памятью о подвиге своих отцов, дедов, прадедов, своих родных. Победа над абсолютным злом, общая жертва, которую принесли их близкие во имя торжества правды и добра, по-прежнему объединяет людей различных политических убеждений. Отношение к ней отражает уже не столько политические разногласия, сколько различия между теми, кто помнит о том, что он – человек, и теми, кто утратил человеческое достоинство, позволил сиюминутным политическим интригам восторжествовать над памятью, нравственным долгом и чувством гордости за своих предков, за свою страну.

Команде канала «Россия 1», работавшей весь этот праздничный день на улицах Москвы, удалось передать настроение людей, праздничную атмосферу в полной мере. Хочется поблагодарить за прекрасную работу Сергея Брилёва, Евгения Попова, Ольгу Скобееву, Михаила Зеленского, Павла Зарубина, Татьяну Ремизову, операторов и режиссёров, позволивших телезрителям увидеть происходящее практически изнутри. Людская память, народное единство благодаря их работе были зримы и заразительны. Президент и народ, представители творческой и технической интеллигенции, простые люди разных поколений, москвичи и те, кто приехал из российской провинции или из других стран, были убедительны в выражении своих чувств. Их искренний порыв не требовал ни пояснений, ни комментариев. Прямые включения с улиц позволяли ощутить эмоциональную реакцию простых людей.

Вызвало некоторое сомнение решение сопроводить трансляцию шествия подробным комментарием Никиты Михалкова и Владимира Соловьёва. Они – личности, безусловно, яркие, и их присутствие в кадре всё же несколько отвлекало внимание от действа, происходившего на улицах Москвы. Столь очевидное и живое свидетельство народной памяти и верности вряд ли нуждается ещё и в каких-то разъяснениях. Зачем нужно было при столь ясной картине национального единения «проводить политинформацию» и объяснять народу, что он думает, чувствует и пережил? Разве могли ведущие сказать что-то большее, чем простые участники акции «Бессмертный полк», тем более фронтовики, разве их рассуждения о войне и памяти о ней могли что-то добавить к тому, что каждый житель России мог видеть на экране телевизора?

Зрители, заворожённые шествием, были готовы раствориться в этом людском «Вечном огне», струившемся по улицам, и слиться с ним, а им предлагали подсчёт приехавших и не приехавших в Москву на празднование иностранных гостей, рассуждения о количестве военных потерь, упрёки в адрес союзников[?] Всё это выглядело как-то мелочно на фоне простой и открытой общей радости Победы, так неожиданно и мощно вспыхнувшей через 70 лет. Не совсем уместно в столь торжественной атмосфере звучали попытки Никиты Михалкова рассказать о прозе военной жизни тем, кто правду и память о войне сохранил в семейных преданиях. Рассказы о «своей войне для каждого» не соответствовали ощущению «общей победы» в Отечественной войне, царившему на Красной площади. И совсем уж из другой эпохи зазвучали напоминания о кровавом «сталинском катке», лагерях, репрессиях. Какая-то не та память, не из мая 1945-го. Это звучало как эхо пораженческого прошлого. Противоречило самой сути и смыслу акции «Бессмертный полк», которую чётко определил президент: «Когда мы несём их фотографии, то это значит, что мы отдаём дань уважения тому, что они сделали для страны, но в то же время мы осо­знаём, что теперь ответственность за Россию на наших плечах. И мы должны быть достойны подвига наших отцов и дедов».

День Победы в очередной раз продемонстрировал неумирающую народную память – мы были, как народ, как единая сплочённая нация. Парад и шествие «Бессмертного полка» подтвердили, что мы не исчезли, что мы есть. Но это только начало. Впереди главное – собрать силы, доказать делом, реальными достижениями, каждодневным трудом своё право быть преемниками творцов Великой Победы.

Теги: телевидение , Великая Отечественная война

 

Изображая Рузвельт

Людмила Павличенко и Юлия Пересильд

Сериал "Битва за Севастополь" был показан на Первом канале 9 мая! Премьера этого российско-украинского фильма состоялась в апреле в России и на Украине, несмотря на отрицательное отношение украинского правительства к советским символам. Почему? Потому что героическая история русской снайперши Людмилы Павличенко переиначена в угоду американским и нынешним украинским представлениям о вой­не. Они - в матрице антисоветского мифа о Победе.

Повествование в сериале о Людмиле Беловой (в замужестве Павличенко, она вышла замуж в 16 лет, взяла фамилию мужа, родила сына, вскоре с мужем развелась – режиссёру Сергею Мокрицкому, прославившемуся в качестве оператора фильма «Изображая жертву», и сценаристам Максиму Бударину, Максиму Данкевичу и Леониду Корину, ещё никак не прославившимся, неинтересно то, что было на самом деле) ведётся от лица Элеоноры Рузвельт. Мудрой, обаятельной, некрасивой, но очень доброй и женственной супруги президента США, пробудившей что-то человеческое в обезображенной чекистом-отцом, войной и чёрствыми командирами душе Люды Павличенко (её играет Юлия Пересильд).

Действительно, русская красавица-героиня ездила в США в составе советской делегации с целью подвигнуть союзников к открытию второго фронта. Но сопровождал её не тупой агитатор-комсомолец, как в фильме, а умудрённый посол СССР в США Максим Максимович Литвинов. И гениальную фразу в чикагской речи она сказала отнюдь не с подачи миссис Рузвельт. С удовольствием процитирую: «Мне двадцать пять лет. На фронте я уже успела уничтожить триста девять фашистских захватчиков. Не кажется ли вам, джентльмены, что вы слишком долго прячетесь за моей спиной?!» Однако теперь за спиной Люды Беловой спрятались режиссёр и продюсеры фильма, создавшие свой миф о её судьбе.

Битвы за Севастополь в фильме нет совсем, есть боевые будни снайперов, есть любовные сцены между напарниками и действительно трогательная история влюблённой украинки-санитарки Маши в исполнении Полины Сафоновой (одна из немногих актёрских удач фильма). Ну и предатели-командиры, покинувшие Севастополь на самолётах и подводных лодках, оставившие защитников города русской воинской славы на растерзание немцам. И есть выдуманный сценаристами врач-одессит Борис Чопак. Он холодный, как рыба, но талантлив, интеллигентен, врач «золотые руки», рождён, чтобы спасать людей, а не убивать. Из хорошей семьи, где всегда можно услышать анекдоты про «дедушка, это на потом» и покушать «рыбу фиш».

Борис влюблён в Люду Павличенко, 22 июня 1941 года он приводит её знакомиться со своими родителями, вдруг они слышат от соседки, а потом по радио сообщение о начале войны, очень огорчаются, но кушают рыбу фиш, потом Боря ведёт Люду на «Травиату» в Одесский оперный театр[?] (Какая «Травиата»?! Одессу тогда уже вовсю бомбили немцы!) Борис (на самом деле он – главный герой сериала) идёт на фронт, дабы не показаться в глазах возлюб­ленной трусом, не раз спасает её на операционном столе. Потом самопожертвенно уступает Люде (которой эвакуация якобы не положена) своё место на уходящем на Кавказ судне, а сам погибает (Брайтон зарыдает, если фильм вдруг покажут в США). Но кто такой Чопак и кто – Павличенко, кого будут первым спасать – военврача или легенду обороны Севастополя, тяжело раненную Люду Павличенко, застрелившую 309 фашистов? Однако сценаристам, работавшим по американским лекалам, важна именно эта якобы последняя фронтовая любовь Павличенко, о которой потом вспоминает сама Элеонора Рузвельт, приехавшая в Москву в 1957-м. И пригласившая Людмилу Павличенко (Никита Сергеевич подождёт!) в Большой театр с маленьким сыном (на самом деле ему к тому времени под тридцать) досмотреть «Травиату».

Что из этого сериала, показанного 9 мая сразу после демонстрации грандиозного шествия «Бессмертного полка» (!), поймут доверчивые, не знающие истории войны телезрители, которые не выключили телевизор, почувствовав ту же фальшь, что и в «Орловой и Александрове», и в «Однажды в Ростове»? Что супруга президента США – очень хорошая тётка, не чета нашим, что руководители обороны Севастополя трусливо сбежали с поля боя, а русская героиня – фанатичка, прозевавшая своё счастье с «рыбой фиш».

Теги: сериал «Битва за Севастополь»

 

Внуки Геббельса

В Германии подготовка к 70-летию окончания Второй мировой войны началась задолго до самой даты. Телеканалы показали программы, большинство которых было направлено на дискредитацию достижений Советского Союза и современной России, - великий праздник использовали для антироссийской пропаганды, массированно внедряя в сознание зрителей ведущую роль союзников в спасении мира от фашизма.

Показ тематических программ начался уже в феврале. Тележурнал Kulturzeit на канале 3Sat сделал своим зрителям особо "изысканный" подарок к празднику Победы – пятисерийный документальный фильм «Час ноль». В одной из серий описано, как в конце войны американец спасал маленьких детей. В следующей серии – тоже о детях, но уже не о спасителе детей – хорошем американце, а о злых русских детоубийцах, сбивших самолёт, в котором находились дети, возвращавшиеся из эвакуации.

На канале ZDF с большой помпой прошла премьера документального фильма об Украине «Новая холодная война?». Суть его выражена в анонсе на сайте канала: «Кремль хочет снова диктовать соседним странам, например Украине, в каком направлении им двигаться». Фильм начинается с событий не на майдане, которые спровоцировали конфликт, а в Крыму. Майдан авторы вообще опустили. Не соблюдая хронологической последовательности, без учёта причинно-следственных связей авторы ленты преподносят зрителям события в Крыму, беззастенчиво искажая их и демонизируя Россию и Путина.

Довольно интересны документальные фильмы на канале ZDF, в которых сообщаются неизвестные ранее факты. Например, в документальной ленте «Преступления освободителей» – об американских солдатах, которые массово расстреливали немецких военнопленных и насиловали женщин. Этим нарушается уже ставший отдельным направлением немецкого фольклора миф об изнасилованных советскими солдатами двух миллионах немок. Но такие фильмы – исключение из правил.

Восьмого мая в бундестаге состоялось торжественное заседание по поводу 70-летия окончания войны. По протоколу на подобных мероприятиях должен выступать канцлер или президент, как и было до сих пор, но в этом году решили обойтись без ведущих политиков и предоставили слово профессору истории Генриху Аугусту Винклеру. И это неслучайно: профессор Винклер – известный русофоб. Меркель и её соратники просто не захотели мараться, хотя ясно, что эту оскорбительную для России речь голосом Винклера говорила Меркель. Все понимают, что СССР – страна, которая, заплатив десятками миллионов жизней, совершила величайший по­двиг в истории человечества. И не сидеть бы фрау Меркель со своим окружением в рейхстаге, если бы не советские солдаты, которые создали для них рабочие места, в буквальном смысле освободив помещение в 1945 году. Речь историка, продолжавшаяся 40 минут, в телевизионных программах была представлена фрагментами. Главное, заявил Винклер, Германия так старательно покаялась за преступления нацизма, что получила не только прощение всего мирового сообщества, но и огромное уважение, что позволило ей занять ведущую позицию в ЕС. В результате мирной революции 1989–1990 годов Германии удалось освободить несвободную часть Европы, которая образовалась после Второй мировой вой­ны. Но добрым делам Германии, которая хочет сделать мир счастливым, мешает Россия. В 2014 году, нарушив международное право, она аннексировала Крым, в результате чего была развязана война. Германия делает всё, что в её силах, чтобы прекратить эту войну. Но главное, подчеркнул профессор, никогда не будут больше страдать Польша и страны Балтии, которые стали жертвами немецко-советского нападения в 1939–1940 годах. Никогда не будет Берлин решать что-то с Москвой через их головы и им в ущерб (кстати, в одном из интервью профессор сказал, что с Путиным Германия не должна иметь никаких дел из солидарности с этими странами, на которые напал СССР). Эти слова были произнесены в бундестаге в присутствии и под аплодисменты руководства Германии.

Девятого мая на всех немецких каналах во всех новостных блоках первой новостью шёл Парад Победы в Москве. Репортёры говорили один и тот же текст с интонацией явного одобрения бойкота парада в Москве западными странами. Один из комментаторов на канале ARD уверен, что такой зрелищный парад был устроен ещё и в целях рекламы продажи российской военной техники. Все журналисты старались опорочить Путина, для примера можно взять репортаж на канале ARD Удо Лилишкиса. Видеоряд впечатляет – проход военной техники, самолёты в небе с триколором. Обронив пару слов о параде, Лилишкис перешёл к выполнению главной задачи, показав трибуны для почётных гостей десятилетней давности, где Путин стоит с президентом Бушем, Шрёдером и другими главами европейских государств, тут же для сравнения – трибуны сегодняшнего парада. Лилишкис прокомментировал с издёвкой: «Кто был раньше на трибуне для почётных гостей и что мы видим сегодня? Самый высокий гость Путина – китайский президент Си Цзиньпин». Заметил, что они подписали уже несколько контрактов о кооперации (ясно, что Запад испугался сближения России с Китаем и, как ревнивая жена, хочет принизить соперницу). Удо считает, что характер парада по сравнению с прошлыми годами изменился в худшую сторону. Оказывается всё дело в георгиевской ленточке. Она стала символом того, что Россия не хочет идти рука об руку с Западом демократическим путём, а встала на путь конфронтации. Резюмировал так: «Так, во всяком случае, думают простые люди на улице». Правда, людей этих телезрителям не показали.

Десятого мая по всем каналам передавали кадры возложения венков с восторженными комментариями в адрес Меркель, которая, «несмотря ни на что», приехала в Москву почтить память погибших советских солдат. Ни слова про роль Советского Союза в победе. Пресс-конференция Меркель и Путина также была показана в новостных блоках на всех каналах, но с купюрами. Слова Путина о государственном перевороте на Украине и двойных стандартах Запада, которые слышали зрители российских каналов, на немецких были транслированы как: «У нас разные точки зрения на украинские события».

Ясно, что Германия, как и другие страны транс­атлантической системы, получила разнарядку из-за океана, где был разработан стратегический план, основа которого – мощный информационный десант. После неудавшегося срыва сочинской Олимпиады большие надежды возлагались на этот великий праздник. Заокеанское начальство поставило страны ЕС в унизительное положение, потребовав от них объявить бойкот России в такой исторический момент. Россия показала, что она снова сверхдержава, сказал Дирк Эмерих, единственный объективный журналист канала NTV, с которой хотят сотрудничать Китай и другие страны, не состоящие в ЕС. Это и есть главная причина панического страха Запада, который мечется и ищет, куда бы укусить Россию. Но такая мелкотравчатость, уместная на одесском Привозе, не годится в международных отношениях.

Теги: телевидение , история

 

Козырная карта – «бессмертная зона»

Десятого мая в "Воскресном вечере" (канал «Россия») Владимира Соловьёва после эмоциональных высказываний собравшихся о мощи 12-миллионного шествия по стране «Бессмертного полка» некто из смутных 90-х В. Рыжков призвал впредь проводить рядом с «Бессмертным полком» шествие жертв репрессий. Сам придумал или заказ получил?

Политические репрессии, хотя и начаты Л. Троцким, создавшим первые концлагеря, почему-то называются сталинскими и стали практически главной козырной картой против Победы, против её организатора и вдохновителя Сталина, а теперь, видно, против «Бессмертного полка».

Но многие потомки репрессированных признаются: «Никогда не пойдём на Бутовский полигон. Там вместе лежат и жертвы, и их палачи, осуждённые за нарушение социалистической законности следователи, судьи, прокуроры, приспешники Ягоды, Ежова, Берии».

На предлагаемое В. Рыжковым шествие «бессмертной зоны» соберутся потомки и тех, и других. И вдруг начнут разбираться? По политическим статьям осуждено за 32 года - с 1920-го по 1953-й – около 4 млн. человек, расстреляно из них около 800 000. Среди них репрессированные за «контрреволюционный саботаж», под которым подразумевались и шпионаж, и диверсии, и контрреволюционная пропаганда, и хищения соцсобственности, и спекуляция. «Вечерняя Москва» в годы войны рассказывала о фактах строгих наказаний за кражу дефицитных спичек, соли, мыла для спекуляции, бегство из Москвы на служебном грузовике подальше от войны, грабёж оставленных эвакуированными квартир и разбои на дорогах.

С освобождением родной земли от оккупантов по той же 58-й универсальной строгие наказания несли полицаи, каратели, бандеровцы, «зелёные братья» из прибалтийских республик. Но после смерти Сталина многие из них были амнистированы Берией. А в начале 1960-х Хрущёв отпустил по домам бандеровцев и других националистов. И тогда по Западной Украине прокатилась угроза: «Бандера придэ, порядок наведэ». Но пока была сильна советская власть, проявляться бандеры боялись[?]

«Бессмертный полк» показал, что святая память о прадедах спасла наши молодые поколения от превращения в безвольных жертв антипатриотической пропаганды. Но будем начеку…

Теги: канал «Россия»

 

Созидатели

Очень рада отметить изменения на канале ОТР в программе "Прав!Да?" . В ней стали появляться герои, так сказать, не разрушительного плана, как бывало раньше, а созидательного - люди традиционной культуры, государственники, патриоты России. Такие, как народный артист России, поэт и певец Михаил Иванович Ножкин, а также великий шахматист, двенадцатый чемпион мира Анатолий Евгеньевич Карпов.

Карпов выразил уверенность в том, что в России можно будет найти такого шахматиста, который будет новым чемпионом мира. И в связи с этим подумалось, как важно развивать в стране все спортивные секции, и не только шахматные. Спорт и оздоровляет, и закаляет характер, и организует молодых людей. Во времена моей юности любой желающий заниматься спортом (особенно если у него или у неё были какие-то способности, но и без них – было бы желание) играл в футбол, волейбол, катался на коньках, почти все играли в шахматы[?] Сейчас много соблазнов, например, гаджеты, в которые беспрестанно играют дети, ещё самые безобидные. Но зачастую спортивные секции в Центральной России, не говоря уже о провинции, либо отсутствуют, либо за них надо платить. И немалые деньги, которые не все родители могут себе позволить.

Спорт – дело государственное, и я благодарна, что канал ОТР обратился к важнейшей, стратегической проблеме страны – здоровью нации. В эфирах телеканалов мало великих спортсменов, на которых, безусловно, захотят равняться ребятишки, если они будут их видеть в передачах, подобных той, в которой участвовал Анатолий Карпов.

Анастасия ГАВРИЛОВА, преподаватель физики, САНКТ-ПЕТЕРБУРГ

Теги: телевидение , политика , ОТР

 

Безумная игра фикций

Недавно по телевидению прошло несколько сюжетов о торгах на аукционе Кристис в Нью-Йорке. Дикторы индифферентно сообщали, что побит рекорд стоимости живописи и скульптуры: картина Пикассо "Алжирские женщины" ушла с молотка за 179 миллионов долларов, а скульптура «Указующий человек» Джакометти продана за 141 миллион.

Зачем это показывают? «Алжирские женщины» Пикассо - обыкновенная кубистическая работа, он таких женщин с перекошенными телами делал десятками. Кстати, Пикассо свою жену Ольгу на портретах никогда так не уродовал.

Почему с таким же ажиотажем не показывают по телевидению работы наших художников-реалистов? Их картины никому не нужны? Нет, просто наш Союз художников намеренно повергли в умирание. Старые художники уйдут, а молодёжи с помощью таких аукционов объяснят, что сейчас в цене на бирже искусства. А то решит ещё какой-нибудь молодой художник изобразить современную девушку на станции метро «Партизанская», задумавшуюся о чём-то, рядом со скульптурой Зои Космодемьянской...

Новость про продажу Пикассо и Джакометти – одна из потока новостей с подмостков театра абсурда. Таких новостей так много, что человек просто не успевает их обдумать. В его мозгу останется в лучшем случае недоумение: «И за такую муру столько денег?» А в худшем он поверит экспертам всяких Сотбис и Кристис и позавидует неизвестным приобретателям «шедевров». Но в любом случае его сознание получит очередную порцию разрушенных смыслов.

И этот безумный мир навязывается нам каждый день. В нём цена никак не отражает действительной стоимости. Цены на нефть, курс доллара, сумасшедшие суммы рядом с именами боксёров и футболистов – идёт безумная игра фикций, и кадры с аукциона Кристис – в этой игре.

Теги: телевидение , искусство

 

Когда начальство ушло

Фото: Jonathan WOLSTENHOLME

В рамках Года литературы, объявленного Президентом РФ, продолжаем совместный проект "МГУ имени М.В. Ломоносова - «Литературная газета". Серию статей под рубрикой «Мировая словесность: взгляд из XXI века» открыла публикация заведующего кафедрой истории новейшей русской литературы и современного литературного процесса филологического факультета МГУ Михаила Голубкова. Сегодня мы затрагиваем тему, в равной степени актуальную как для профессиональных учёных-филологов, так и для широкого сообщества – размышления о нынешнем состоянии научных изданий классической литературы, об их роли и статусе в современном обществе.

Русское государство очень долго считало репутацию национальной классической литературы предметом своих непосредственных забот, чем-то прямо связанным с репутацией страны, – и, соответственно, субсидировало, контролировало, пыталось цензуровать даже покойных классиков. Это было и при царской, и при советской власти. И вот начальство, как называл это Розанов, ушло, почти перестало давать деньги, требовать соблюдения графиков, предъявлять идеологические требования. Что из этого вышло?

В постсоветское время мы переживаем что-то вроде бума научных изданий классики. В частности, мы впервые (удивительно поздно) занялись установлением корпуса текстов некоторых важнейших авторов, вроде бы почитаемых, но по известным идеологическим причинам не вполне удобных: например, Жуковского или Лескова. Только сейчас стало возможно полное собрание сочинений Тютчева с его политической прозой, сомнительной в глазах даже не столько государства, сколько интеллигентного общества; проекты полных собраний сочинений тех же Розанова (вышел первый том), И. Аксакова; объективный комментарий в ПСС Писарева, и т.п. За последние десятилетия в условиях небывалой свободы сделано впечатляюще много, начато ещё больше. Правда, и оставленных проектов много тоже, и не всегда понятно, что и когда будет доведено до конца.

Одно из последних дел Института русской литературы – четырёхтомник Лермонтова, сделанный к его 200-летнему юбилею; во многих отношениях он подводит итоги изучения Лермонтова за несколько десятилетий. Понятно, как это важно. Увидеть четырёхтомник непросто: он не продавался, даже из узких специалистов его пока мало кто видел (со временем, конечно, дело поправится).

Старая система распространения книг практически уничтожена. Даже обязательные 16 экземпляров в Книжную палату – хотя палата продолжает существовать и правил никто вроде бы не отменял – издатели передавать часто не трудятся: формальное наказание за нарушение правил смешное (и применяется ли?), а желания видеть плоды своих трудов, например, в Российской государственной библиотеке и Российской национальной библиотеке у многих нет, и этого желания нет даже у самых почтенных государственных заведений; мне, например, недавно приходилось сталкиваться с тем, что в Книжную палату не передал (и соответственно в библиотеках его не оказывалось) некоторые свои новейшие издания солиднейший Государственный центральный театральный музей имени Бахрушина[?]

Делают сейчас собрание сочинений и писем Фета. Это первая попытка собрать Фета полностью (и прокомментировать, и показать творческую историю текстов…). Из предполагаемых двадцати вышло пять томов (с начала 2000-х годов), при этом и в московской РГБ, и в питерской РНБ (издание делает ИРЛИ, как место издания обозначены Москва и Петербург) четвёртого тома (там проза, очерки, то есть как раз то, что у Фета издавалось меньше всего) нет. В Научной библиотеке МГУ (а она, кстати говоря, в списке обязательной рассылки Книжной палаты) вообще только первый и пятый тома. При этом четвёртый том не миф, в Сети его продают, и довольно задорого (частные лица, а в магазинах найти нельзя). Хорошо ещё, что на торрентах (то есть пиратским образом) этот злополучный том Фета можно скачать.

Если книга всё-таки попадает в библиотеку, то довольно часто её приносят туда на своём горбу и по личной инициативе именно те, кто издание непосредственно готовил: текстологи, комментаторы. Наверное, это должно происходить как-то иначе, более автоматически и бюрократически, что ли. Тогда надёжнее будет, без случайностей.

Если книг нет в русских библиотеках, то трудно ожидать, что они будут в библиотеках зарубежных. Советское государство более внимательно относилось к таким вещам, считая это вопросом репутации: например, в Британской библиотеке Гоголь в советском полном собрании сочинений 40–50-х годов, идеологически искажённом, неполном и т.д., – есть, а вот из современного академического Гоголя нет ничего, и не в том дело, что не успели пока: первый том вышел ещё в 2003 г. (делает группа в Институте мировой литературы под руководством Ю.В. Манна). Между тем насколько нужен этот новый Гоголь, понятно хотя бы уже и из того, что в томе, посвящённом «Ревизору», рабочие материалы занимают больше 300 страниц, т.е. представлены читателю беспрецедентно подробно; описание рецепции, в том числе сценической, доведено до настоящего времени…

В случае с новым Гоголем положение дел отчасти спасает то, что вёрстка всего уже вышедшего (тт. 1, 3, 4 и 7 в двух книгах, предполагается 23 тома) висит на imwerden.de, а современный читатель всё больше привыкает искать в Сети даже и новейшие академические издания.

В некоторых особенно счастливых случаях в Сети читатель получает не только текст новых книг, но и кое-что сверх того, что в книгу «не влезло» (ведь Сеть же безразмерная!): таков, например, замечательный, но, видимо, единственный в своём роде сайт выходящего сейчас (из 20 томов пока вышло 8) полного собрания сочинений Гончарова (http://www.goncharov.spb.ru, грант РГНФ).

При нынешних тиражах Сеть – единственное спасение: у последних томов упоминавшегося выше Фета тираж последнего тома 300 экземпляров, и это, кажется, теперь не скандал, а новая норма. Сеть больше располагает к проявлению частной инициативы, дело более гибкое; да и сайты государственных учреждений, тех же ИРЛИ и ИМЛИ, оказываются сейчас компенсацией практически недоступных читателю бумажных книг, в такой большой стране, как наша, и с такими расшатанными связями, компенсацией совсем необходимой.

Только странно, что новый Гоголь, обещанный в «Фундаментальной электронной библиотеке» ИМЛИ, в ИМЛИ же и подготовленный, сейчас расположен на imwerden.de. Возможно, тут дело в каких-то бюрократических сложностях; не хотелось бы думать, что это симптом угасания feb-web.ru.

Между тем не только Гоголь, но и некоторые другие из значительных проектов ИМЛИ последних лет, в том числе в формате полного собрания сочинений, на feb-web не обнаруживаются. Явно с намерениями ИМЛИ готовить нового Маяковского было связано появление на feb-web – несколько лет назад – раздела, посвящённого Маяковскому, но когда в 2013 г. наконец вышел первый том (сейчас есть уже три, то есть стихотворения до 1928 г.), об этом не было даже объявлено на основном сайте ИМЛИ. Тираж тоже 300, купить тоже невозможно… Между тем появившееся – после более чем полувекового промежутка! – новое критическое издание Маяковского, даже если не упоминать о заявленных составителями и пока не реализованных принципиально новых структурных особенностях (так, есть намерение по возможности полно воспроизвести «произведения Маяковского, соединяющие изображение со словом»), не только предлагает существенно более информативный комментарий, чем известный тринадцатитомник, вводит существенное количество новых произведений (это есть уже и в опубликованных томах стихотворений) и разночтений, но и впервые с такой отчётливостью обнаруживает сложный характер творческой истории произведений Маяковского, то, почему «выбор так называемого основного источника… оказывается очень сложной задачей с весьма малой вероятностью её однозначного решения» [1] .

Среди других начатых и, видимо, прерванных замыслов feb-web – раздел, посвящённый Шолохову. Там уже завешены, например, фото рукописей «Тихого Дона» (для этого замечательно подходят именно возможности Сети: можно рассматривать в большом разрешении); между тем их т.н. динамическая транскрипция, подготовленная тем же ИМЛИ в 2011 г., на сайт уже не попала.

Может, дело в том, что его поддержание требует финансирования?

Наиболее авторитетные научные издания классики у нас по-прежнему готовят государственные НИИ; такого рода вещи затратны, хоть и не слишком, и общество не проявляет готовности на них тратиться; деньги по-прежнему даёт государство, но гораздо меньше, чем раньше.

А денег требует не только тиражирование или такие очевидные формы предтиражной подготовки, как работа корректора. Но при любой степени аскетизма и личного энтузиазма без некоторых профессиональных расходов, расходов на само дело , текстолог обойтись не может никак. Вот, например, вы сотрудник ИРЛИ, живёте в Питере, при этом должны подготовить критическое издание, скажем, Полонского, архив же Полонского – большой! – находится в Москве, в Российском государственном архиве литературы и искусства; вам надо ехать в Москву, и довольно надолго, вам надо бы сделать копии документов, а архив хоть и государственное учреждение, но за копии, нужные для выполнения государственного же заказа, но закреплённого за другим учреждением, берёт существенные деньги. Расходы такого рода не компенсируются почти никогда, служебное дело требует от весьма небогатого исследователя личных трат, в сущности, меценатских; сил и времени не по назначению тратится много.

Иногда возникают потребности более сложной природы. Так, например, при подготовке текстов Гоголя литературовед – и это стало вполне очевидно только на современном уровне развития науки – не может обойтись без консультаций историка языка, а в смете консультации лингвиста, несмотря на все модные разговоры о меж­дисциплинарности, не предусмотрены…

Из сказанного ясно, что подготовка научного издания финансируется неадекватно не только потому что денег мало, но и потому, что для тех, кто принимает финансовые решения, не вполне понятно, что и зачем надо делать.

Отказавшись от идеологического, да и почти от всякого другого контроля, государство в последнее время стало требовать от работника бюрократических отчётов, даже более настойчиво и причудливо, чем раньше: в нашем случае от учёных требуют сведений о публикациях. И вот тут выяснилось, что теперешнее начальство плохо представляет себе, в чём состоит и зачем нужна главная работа филолога: а это ведь прежде всего не интерпретации, а то, что называется «критика текста» в узком смысле слова, подготовка текстов к изданию в исторически аутен­тичном и притом понятном для читателя виде, поддержание культурной традиции издания книг. Если руководство специальных НИИ это понимает, то Министерству образования и науки и ВАКу такое объяснить никак не удаётся.

Призрачные тиражи классики, которая вроде бы считается национальной гордостью, имеют своё рациональное объяснение. Критические издания убыточны: трудно сказать, было ли это всегда и насколько это неизбежно. Даже совсем небольшие, они, как говорят, не раскупаются, 500 экземпляров нового Гоголя не разошлись: слишком дорого для интеллигентного читателя стоят, вяло (никак не) распространяются, не вполне известно, где продаются? (особенно брезгует рекламой и тому подобными низменными материями издательство «Наука»). Может, общество перестало нуждаться в качественных изданиях, бумажной книге (есть Сеть) или даже литературе как таковой – по крайней мере, в литературе старой, из школьной программы?

Точно ли общество деградировало и наступил конец литературы – неизвестно; что книга (а полное собрание сочинений в особенности) перестала быть статусной деталью интерьера – конечно.

Кстати, на равнодушие общества наша текстология отвечает иногда тем же самым, чувства здесь взаимны. Советский утопический культурный демократизм порождал, как известно, не только огромные тиражи академических изданий, но и жёсткое ограничение размеров научного аппарата: не больше 15 процентов от общего объёма (эта норма появилась, кажется, в 50-е годы и при поздней советской власти начала смягчаться). В новейшем полном собрании сочинений Гончарова «Обломов», например, представлен так: том – основной текст, том – комментарии, том – рабочие материалы. И так примерно сейчас обычно соотношение объёмов в академическом издании и выглядит.

Пожалуй, наиболее явно установка на элитарность в некоторых современных критических изданиях проявляется не в разрастании научного аппарата, а в отказе от представления о т.н. «основном тексте». То, что обычно печатается, когда воспроизводится старое классическое произведение, - это именно «основной текст»: результат деятельности текстолога, который сопоставляет источники, выбирает из редакций и вариантов наиболее точно отражающие авторскую волю, опознаёт и устраняет опечатки, случайные ошибки, следы не санкционированного автором вмешательства других людей (цензора и т.д.), – в общем, устраняет информационный шум. При этом конкретные решения, принимаемые текстологом (что считать опечаткой, например), неизбежно гипотетичны. Отсюда призывы отказаться от какого то ни было вмешательства в текст; делом филолога объявляется только поиск и оценка (а не обработка!) источника, источник должен воспроизводиться буквально. Тем самым читателю представляется возможность самому решать, где здесь опечатки, а где осознанное авторское решение; настолько самостоятельным читателем может быть, конечно, только профессионал.

Трёхсоттысячные – или около того – академические полные собрания сочинений советского времени были, конечно, вряд ли востребованы практически; они имели значение утопического, максималистского социального жеста; такие колоссальные тиражи (как, кстати, и школьные программы) предполагали, что уже построено общество, где все культурно равны. Советский утопический культурный демократизм – дело известное и многократно уже обсуждавшееся. Возвращаться к советским тиражам сейчас вряд ли нужно, даже если было бы и возможно. Но необходимо то, что традиционно предполагалось в общеевропейской практике и чего у нас сейчас, видимо, нет: необходима понятная, признанная обществом культурная роль критических изданий как образцовых, как необходимого звена в определённой цепочке. Тираж академического полного собрания сочинений может быть и 500 экземпляров, если только эти экземпляры доступны и обращение к ним обязательно для тех, кто воспроизводит тексты классиков уже массовыми тиражами, без научного аппарата. В последнее время из издательской практики почти вывелось обыкновенное раньше: «текст печатается по…». А раз этого нет, то и непонятно обществу, зачем тратиться на новые научные издания.

По солидарному мнению коллег, в последнее время филологическая молодёжь (именно филологическая, о другой и речи нет) всё чаще забывает о том, что цитировать надо не по любому источнику, а по авторитетному, скажем, по последнему академическому собранию сочинений (если оно существует, конечно); не всегда представляет себе отчётливо, что в разных изданиях сам состав классического текста, слова, его составляющие, могут быть разными.

Сразу же оговорюсь: не в том дело, что следующее поколение хуже предыдущего. Тут не деградация, а скорее, как и везде у нас сейчас, более резкая, чем раньше, дифференциация, в основе своей социальная. Понижается средний уровень, расшатываются культурные привычки, в том числе и собственно профессиональные, у среднего студента, издателя и т.д.; но при этом лучшие получили возможность свободно пользоваться гораздо более разнообразными и многочисленными источниками информации, чем те, которые были доступны их учителям. Собственно, в русской текстологии сейчас среди самых сильных и деятельных работников – люди, которым около тридцати.

И это заставляет надеяться, что не только отеческий контроль государства способен заставить следовать старым нормам некоторых культурных приличий. Может, тут общество само справится? Раньше на книги подписку, например, объявляли. В этом году ФАНО и РГНФ скандальным образом и впервые в истории отказались дать совсем небольшие, в сущности, деньги на плановые диалектологические экспедиции Института русского языка; на boomstarter.ru нужное уже почти собрали, и, кажется, собрали быстро…

[1] Ушаков А.М. О структуре и основных текстологических принципах издания // Маяковский В.В. Полное собрание произведений. Т. 1. М.: Наука, 2013. С. 433.

Теги: филология , литературоведение

 

По следам казачьей старины

В преддверии юбилея Михаила Шолохова "ЛГ" беседует с внуком писателя, директором музея-заповедника в станице Вёшенская Александром ШОЛОХОВЫМ.

- Александр Михайлович, как проходит подготовка к юбилею?

– Как обычно, предполагается достаточно обширная программа, организованная как самим музеем, так и дружественными структурами. Если говорить о Москве, то в последние выходные мая пройдёт традиционная Шолоховская весна, ей предшествует большое количество различных творческих конкурсов как для детей, так и для взрослых. В первых числах июня – большая научно-литературная конференция в Институте мировой литературы. Торжественное завершение будет возле памятника Михаилу Александровичу на Волжском бульваре в Юго-Восточном округе, это уже тоже традиционная составляющая дня рождения писателя.

В Ростовской области праздник проходит самым широким образом – несколько музеев представляют выставки, посвящённые писателю и его роли в культурной и общественной жизни.

Например, откроют памятную доску в Старочеркасске, там по инициативе Михаила Шолохова создан Музей донского казачества.

В областном музее развернётся большая выставка. И если говорить о таких проектах, то две большие экспозиции организовываем собственно мы, музей Шолохова. Одна выставка Государственного Эрмитажа, она называется «По следам казачьей старины» и будет проходить в Ростове, во вновь открываемом музейном центре – филиале му­зея-заповедника в Вёшенской.

И вторая – это выставка Государственного Исторического музея («Екатерина II. Путь к трону»). Она пройдёт 22–24 мая и в станице Вёшенской, и на всей территории государственного музея-заповедника, откроется она маленькой Шолоховской весной – в этот день будут выступать детские коллективы. Позже состоится торжественный вечер в Вёшенской.

А 23-го праздник начнётся, как обычно, в девять утра, с побудки, когда конные казаки проедут по станице и объявят начало торжества, после чего весь день будут проходить выступления гостевых коллективов, показ своего искусства фольклорными ансамблями, ремесленниками и представителями различных промыслов как Дона, так и России.

Завершится всё это на знаменитой плавучей сцене на Дону итоговым концертом с фейерверком, который по праву считается красивейшим в России: огни отражаются в воде, а вниз по Дону плывут плотики со свечами, в этом году их будет 110.

Ещё в планах большое количество творческих проектов, которые будут проходить не именно в эти дни, но всё равно так или иначе к ним приурочены.

– Замечательно, а скажите, сейчас в школах по-прежнему изучают Шолохова?

– Вы знаете, честно говоря, и не успеваю следить за изменениями в нашей системе образования, но точно знаю, что изучают его в меньшем объёме. Я сожалею, что иногда, изучая «Тихий Дон», вместо чтения романа на уроках обсуждали авторство и тому подобное. Это, конечно, не самая мажорная нота в великолепном праздничном аккорде, но и такое было. Мне, например, кажется неправильным и то, что в советское время в школе проходили «Поднятую целину», говоря о том, какой это гимн коллективизации, а сейчас на том же основании отказываются её изучать. Хотя, на мой взгляд, для объективного понимания того, что происходило на наших кубанских хуторах и в станицах во время коллективизации, наоборот, было бы полезней прочитать произведение без какого-либо идеологического налёта. Чистый текст, так сказать.

Тем не менее знаю: школьники с большим чувством читают (мне не нравится слово «изучают») «Судьбу человека». Подобные великие творения нашей литературы каждый читатель должен пропустить через себя, чтобы стать достойным человеком.

– Скажите, а в мировом литературоведении отношение к Шолохову и его творческому наследию изменилось?

– Я могу ответить так: к счастью, в мировом литературоведении никаких изменений нет. Как признавали Шолохова в числе величайших писателей XX века, так и признают.

Мне этот вопрос напомнил одну из передач нашего однофамильца Сергея Шолохова, когда он был ведущим «Пятого колеса» в Питере. Он целую программу сделал, пытаясь доказать, что Нобелевский комитет допустил ошибку, дав премию Михаилу Александровичу. Как обычно, у него в сюжете про всё, кроме главной темы. В основном была показана поездка по Швеции: всё-таки он своего добился и получил аудиенцию у кого-то из нобелевского секретариата. Это такой чопорный, академиче­ского вида человек, которому ведущий пытался несколько раз с разных сторон задать этот вопрос, а тот не понимал, что от него этот странный интервьюер хочет. В конце концов журналист решил взять быка за рога и сказал напрямую: «Вы знаете, у нас всё-таки говорят, что присуждение Нобелевской премии Шолохову было ошибкой». На что секретарь так задумчиво пожевал губами и сказал: «Ну так это же у вас говорят».

– А лично у вас какое любимое произведение Шолохова? «Тихий Дон»?

– Нет, не «Тихий Дон», хотя я периодически и по долгу службы, и по велению души беру эту книгу, иногда там нужно бывает найти какую-нибудь цитату, но почти всегда, говоря молодёжным языком, залипаешь и ловишь себя на том, что читаешь уже второй час.

Я очень люблю «Донские рассказы», а «Судьба человека», пожалуй, для меня квинтэссенция шолоховского творчества. Недаром Хемингуэй сказал, что это лучший рассказ XX века. В коротком жанре немногие смогли достичь совершенства.

Вопросы задавал Константин УТКИН

Теги: литературоведение , М.А. Шолохов

 

Мир! Май! Победа!

Фото: Фёдор ЕВГЕНЬЕВ

Сергей Собянин: "Праздничные майские гулянья стали самыми массовыми за всю историю столицы"

Только 9 Мая в различных мероприятиях приняли участие более шести миллионов жителей и гостей столицы. Из трёх тысяч культурно-массовых событий майских выходных мэр Москвы особо выделил парад Победы на Красной площади, прохождение военной техники по улицам города, акцию «Бессмертный полк» и праздничный салют.

Руководитель столичного Департамента культуры Александр Кибовский признался, что масштаб проведения майских гуляний превзошёл ожидания властей: «Это и спортивные, и ярмарочные, и концертные мероприятия, и даже фейерверки - очень разнообразной была палитра майских праздников». Началось с того, что более 100 тысяч человек приняли участие в первомайском шествии проф­союзов, пройдя в колонне по Красной площади. Тем временем церемония запуска фонтанов на площади Дружбы народов (ВДНХ) ознаменовала старт весенне-летнего паркового сезона, и в выходные более полумиллиона горожан отправились в парки культуры и отдыха. С 8 по 10 мая, когда в столице проходил весенний этап Московского международного фестиваля «Круг света», световые шоу посетили 100 тысяч человек. Напомним, основной площадкой фестиваля стал Театр Российской армии, на фасаде которого демонстрировались видеопроекции под названиями «Театр. Годы войны» и «История солдата».

Показ военных фильмов, танцплощадка с популярными мелодиями 1940-х годов, выставка военной техники, концерт «Внуки – ветеранам» – 9 Мая на Пушкинскую площадь пришли 300 тысяч наследников Победы, на Театральную площадь – 320 тысяч, на Тверскую площадь – 400 тысяч москвичей. А главными площадками народных гуляний по традиции стали ВДНХ и Поклонная гора – 70-летний юбилей Великой Победы здесь праздновали в общей сложности 2,4 миллиона человек. К слову, 6 мая на Поклонке прошёл первый парад кадетов московских учебных заведений, в котором приняли участие 2,5 тысячи учащихся, в том числе и гости праздника – кадеты из Минска.

Впервые в этом году по Красной площади прошли колонны «Бессмертного полка», состоявшего из 500 тысяч человек: внуки и правнуки солдат Великой Отечественной войны несли фотографии своих родственников-ветеранов. Возглавили шествие президент России Владимир Путин и народный артист СССР Василий Лановой. «Благодаря умелой и слаженной работе всех городских служб эта многотысячная акция обошлась без каких-то чрезвычайных ситуаций и происшествий», – отметил Александр Кибовский. Министр правительства добавил, что организаторам праздничных юбилейных мероприятий помогали 2,5 тысячи волонтёров, которые дежурили у информационных стоек, размещали гостей, сопровождали ветеранов и представителей официальных делегаций, при необходимости оказывали медицинскую помощь.

Праздничный салют в честь 70-летия Великой Победы был дан ровно «в 10 часов вечера после войны».

Теги: Великая Отечественная война

 

Здесь будет городской парк

Мэр Москвы принял участие в церемонии закладки камня под строительство парка 70-летия Победы на юго-западе столицы

"Получил от вас письмо, в котором вы просили благо­устроить эту заброшенную территорию, - обратился Сергей Семёнович к участникам окружного совета ветеранов. – Вот решили сделать здесь не просто парк, а парк, посвящённый 70-летию Победы".

По информации пресс-­службы мэра, парк площадью 7,5 гектара будет расположен в районе Новые Черёмушки, недалеко от Севастопольского проспекта. С северной стороны его территорию «оградит» улица Болотниковская, с запада и юго-востока – два Проектируемых проезда: № 6083 и № 3843. Близость сквера имени гвардии полковника Ерастова, расположенного напротив территории нового парка, позволяет в перспективе создать единую зелёную зону. Непосредственно к будущему парку имени 70-летия Победы примыкает площадка, отведённая под строительство храма.

Дорожно-тропиночная сеть и велодорожки, детская и спортивная площадки, амфитеатр и дендрарий – по окончании благоустройства новый парк станет местом отдыха шаговой доступности для жителей окрестных кварталов. Сергей Собянин пообещал, что проект парка имени 70-летия Победы будет согласован с ветеранами.

Градоначальник также напомнил, что за последние четыре года в Москве установлено семь монументов и 24 мемориальные доски в память о героях Великой Отечественной войны. В частности, в Центральном административном округе столицы появились памятники поэтам-фронтовикам Александру Твардовскому и Сергею Михалкову, в Восточном округе – маршалу Советского Союза Константину Рокоссовскому, в Северном – Герою Советского Союза лётчику Михаилу Водопьянову. Именами воинов-освободителей названы 19 проспектов, улиц и скверов города. Кроме того, ряду столичных образовательных учреждений присвоены почётные имена Героев Советского Союза И.В. Панфилова, Л.М. Доватора, В.С. Гризодубовой, Л.Х. Паперника, С.С. Бирюзова и многих других.

Традиция присвоения московским улицам, площадям и паркам имён ветеранов войны будет продолжена.

Теги: Москва , городское хозяйство

 

Госуслуги за 15 минут

Столичный градоначальник поручил создать методологию по управлению очередями на основе опыта работы многофункциональных центров

140 услуг и 200 видов документов - сегодня сотрудники московских многофункциональных центров (МФЦ) обслуживают более 60 тысяч человек ежедневно. Каждый из 104 центров госуслуг открыт семь дней в неделю, с раннего утра до 8 часов вечера. По статистике, большинство горожан получают необходимые документы в "едином окне" в течение 15 минут, а среднее время ожидания в очереди – ещё втрое меньше.

Но так было не всегда. По словам Елены Громовой, директора ГБУ «Многофункцио­нальные центры предоставления государственных услуг города Москвы», совсем недавно ситуация по обслуживанию горожан была принципиально иной: чтобы получить необходимую услугу, требовалось несколько посещений центров, а самое главное – не было единого стандарта обслуживания жителей. «По мере развития проекта МФЦ в столице такой стандарт был принят, и одним из его основных параметров является время ожидания. Раньше этот показатель в среднем составлял 40 минут, а сколько людей ждали часами? Это были десятки, сотни и тысячи человек! Сейчас такой термин, как «ожидание больше часа», вообще исключён из управленческого оборота в МФЦ. Теперь мы контролируем лишь превышение норматива в 15 минут (как правило, дольше четверти часа в очереди проводит лишь один посетитель из ста), а среднее время ожидания в очереди сократилось до пяти минут. Исключение составляет приём специалистами ФМС России по вопросам оформления и выдачи паспортов, однако и в этом случае число ожидающих свыше норматива удалось сократить с 50 до 20%», – пояснила Елена Геннадьевна.

Таких впечатляющих результатов удалось достичь за счёт оптимизации работы учреждений и потоков посетителей. Например, введён единый график работы центров, а окна приёма разделены на «длинные» и «короткие» услуги; при необходимости открываются дополнительные окна с универсальными специалистами, оказывающими целый спектр различных услуг. В многофункциональных центрах появились зоны электронных услуг – своеобразные «территории самообслуживания», позволяющие гражданам получать услуги при помощи консультантов, без обращения в окно приёма. Система электронной очереди позволяет в режиме онлайн видеть занятость каждого специалиста, прогнозировать загруженность центров и принимать меры по предотвращению очередей, а система видеонаблюдения показывает реальную ситуацию в залах ожидания центров государственных услуг. Кроме этого, сокращению очередей способствуют предварительная запись на получение ряда сложных и востребованных услуг и СМС-уведомления о готовности заказанных документов.

«Результаты говорят о том, что метод, которым мы пользуемся, является эффективным, технологически правильным. Это путь к тому, чтобы уменьшать очереди везде, потому что проблема эта общая и касается не только центров гос­услуг. Мы считаем важным поделиться пошаговой инструкцией: что мы делаем для того, чтобы добиться такого результата», – заявила руководитель столичных многофункциональных центров.

В свою очередь, мэр Москвы дал поручение распространить опыт управления очередями центров госуслуг на другие городские учреждения и организации, ведущие приём посетителей. Также Сергей Собянин счёл необходимым обеспечить гражданам свободный интернет-доступ к информации о времени ожидания в МФЦ, в том числе о превышении этих нормативных показателей.

Теги: Москва , городское хозяйство

 

Вива, Цезарь!

В этом году Пятый международный исторический фестиваль "Времена и эпохи" посвящён Античности и Древнему Риму

Человек - довольно упрямое существо, часто действующее вопреки законам мироздания. Иначе почему люди никак не могут примириться с таким понятием, как время? То, что было вчера или позавчера, год или тысячу лет назад, никогда не вернёшь и не переживёшь заново. Мы отлично знаем, что любое сегодня – это движение из вчера в завтра , и этот процесс необратим. Но всё-таки возникает отчаянное желание совершить путешествие во времени – ведь научились же люди перемещаться в пространстве, причём на огромные расстояния от матушки-Земли!

С точки зрения обывателя, вояж в прошлое или будущее порой классифицируется как клинический случай – взять, к примеру, булгаковского поэта Ивана Бездомного, который после встречи с Воландом «переселился» в эпоху Нового Завета. Другой классический персонаж – странствующий англичанин из балета Цезаря Пуни «Дочь фараона» – заснул и перенёсся сознанием на тысячи лет назад, в Древний Египет. Правда, там дело не обошлось без морфия, весьма популярного в XIX веке.

И среди наших современников – огромное число людей, которые без всякого вреда здоровью пытаются воссоздать в реальности «дела давно минувших дней». И многие в этом преуспевают. В определённом смысле им помогает киноиндустрия, особенно Голливуд: исторические фильмы за умеренную плату на пару часов переносят зрителя в различные эпохи. На этом прогресс не останавливается – компьютерные игрушки делают пользователя виртуальным участником нереальных событий. Об исторических романах и говорить не приходится – достаточно вспомнить бессмертные творения Сервантеса или Вальтера Скотта[?]

Конечно, современные донкихоты – это совершенно нормальные, здоровые люди, отнюдь не стремящиеся применить архаичные реалии к повседневной жизни. К своему увлечению реконструкцией они подходят основательно: никаких медных тазиков, имитирующих рыцарские шлемы, и хилых Росинантов вместо верховых лошадей! Впрочем, полученные результаты вполне оправдывают материальные затраты.

В этом году в Москве в пятый раз проходит Международный фестиваль «Времена и эпохи». Организатором мероприятия выступает агентство исторических проектов «Ратоборцы» при поддержке столичного Департамента национальной политики, межрегиональных связей и туризма. Каждый год путешествия во времени охватывают различные периоды истории X–XX столетий. В 2011 году темой фестиваля была Древняя Русь, в следующем – конец Смутного времени, в 2013-м – европейское Средневековье, а в прошлом году москвичи увидели взятие германцами русской крепости Осовец и Верденское сражение, посвящённые вековому юбилею Первой мировой войны.

Фестиваль «Времена и эпохи» – 2015 получил название «Москва – Третий Рим». В XV веке, после падения Византии, этот тезис лёг в основу строительства Российского государства (всё началось с Ивана III, взявшего в жёны константинопольскую принцессу Софью Палеолог). Отсюда – стремление авторов идеи показать корни современной России, объединяющие нас с другими странами и народами мира: ведь в той или иной степени вся современная цивилизация – религия, право, государственное устройство – уходит корнями в Древний Рим.

Первым этапом фестиваля стал рыцарский турнир святого Георгия: в майские праздники в Коломенском воспроизвели традиционное состязание эпохи позднего Средневековья. А с 5 по 7 июня москвичи и гости столицы смогут приобщиться к античной истории и культуре, познакомиться с жизнью и бытом древних римлян. Основную часть фестиваля откроет торжественная процессия «Триумф», где будет представлено всё античное общество: сенаторы и ликторы, триумфатор и пленные вожди, легионеры и актёры, танцовщики и музыканты. Шествие завершится театрализованным представлением – на площадку «Арена» выйдут гладиаторы, чтобы продемонстрировать воинское искусство.

Примерить доспехи римского легионера, построить укреплённый лагерь для защиты от неприятеля, по­упражняться в меткости на античном стрельбище, научиться чеканить монеты – гости Коломенского смогут не только наблюдать за происходящим, но и поучаствовать в веренице событий. Вряд ли современные дети знают такие древнеримские игры , как петанк, паганика, тали или гарпастум , но им тоже не придётся скучать: за непривычными названиями кроются игра в шары или настольные кубики, прототип хоккея с мячом или состязание, похожее на современный футбол. К слову, когда-то Юлий Цезарь обязал всех воинов заниматься гарпастумом, развивающим не только силу и ловкость, но и тактическое мышление, а его преемник Октавиан Август, тоже большой поклонник этой игры, издал указ о создании единых правил гарпастума. Так что, вопреки расхожему мнению, британцы не изобрели футбол, а лишь позаимствовали его у своих завоевателей. Интересно, как вели себя древние болельщики на товарищеских встречах по гарпастуму между сборными римских легионеров и английских аборигенов? Если предположить, что нравы нынешних футбольных фанатов тоже родом из древнеримских времён – ну что ж, и на солнце бывают пятна…

Интерес к международному фестивалю «Времена и эпохи» растёт из года в год вместе с числом участников и зрителей реконструкций: в начале лета в Коломенском ожидают 270 тысяч зрителей из Италии и Германии, Греции и Болгарии, Польши и Румынии, Австрии и Швейцарии, Франции и Голландии, Молдавии и Белоруссии, Украины и России. О рганизаторы позаботились и об их безопасности: в случае необходимости многочисленные полицейские, сотрудники ОМОНа и ЧОПа помешают сторонникам Помпея, проигравшего Фарсальскую битву, поквитаться с фанатами победителя Цезаря где-нибудь в подземном переходе между «Площадью Революции» и «Театральной».

Теги: культура , искусство

 

Всерьёз и надолго

В ближайшие тридцать лет в столице капитально отремонтируют 32 тысячи многоквартирных домов

Хотим мы этого или нет, но московская программа капремонта уже существует, и это отнюдь не изобретение местных властей. Документ разработан и принят во исполнение Федерального закона "О капитальном ремонте многоквартирных домов" от 25 декабря 2012 года. Именно тогда в Жилищный кодекс РФ были внесены поправки, предоставляющие собственникам жилья возможность самостоятельно планировать ремонт своих домов. «Принятый закон - это не наша инициатива, а требование федерального законодательства, – объяснил генеральный директор столичного Фонда капитального ремонта многоквартирных домов Артур Кескинов. – Оно обязало нас как субъекта РФ выпустить необходимые нормативные акты, которые позволят собственникам принять решение о ремонте своего имущества и о способе и форме накопления средств на этот ремонт». Создать условия для сбора денег, обеспечить их сохранность и контроль целевого расходования – с такими целями в столице вслед за другими субъектами Российской Федерации вводится новая система организации и финансирования капитального ремонта.

Долгосрочная региональная программа предусматривает капитальный ремонт общего имущества всех многоквартирных домов столицы, за исключением аварийных зданий, подлежащих сносу. Профильное ведомство приводит конкретные цифры: с 2015 по 2044 год планируется отремонтировать 31 728 домов общей площадью 244 259 500 квадратных метров и 325 000 инженерных систем. «Все мы понимаем, что необходимость ремонта назрела, и затягивание принятия решений может привести к точке невозврата, – предостерегает Артур Кескинов. – Дома стареют быстрее, чем мы успеваем их ремонтировать. Самая важная задача – ликвидация того «недоремонта», который у нас накопился с 1991 года». На сегодняшний день около 22% инженерных систем жилых домов в Москве требуют капитального ремонта. Специалисты уверяют, что без «капитального» вмешательства к 2024 году эта цифра может увеличиться вдвое, грозя серьёзными проблемами, вплоть до перебоев с отоплением и водоснабжением.

Как говорится, «закон суров, но это – закон»: ответственность за содержание жилья, находящегося в собственности, лежит на его собственниках. Соответственно и плата за капитальный ремонт общего имущества дома обязательна для каждого из владельцев квартир. Существует два способа накопления средств на ремонт: на специальном счёте дома или на счёте регионального оператора – столичного Фонда капитального ремонта. Власти Москвы объясняют принципиальные отличия между ними и предоставляют гражданам самим решить, кому доверить бюджет. Это нужно сделать на общем собрании собственников в самое ближайшее время – до 1 июня 2015 года. «У нашего фонда нет задачи загнать всех в фонд, – отвечает скептикам Артур Кескинов. – Все разумные люди должны выбрать спецсчёт, на мой взгляд. А фонд – это «подушка безопасности» для тех, кто не уверен пока в своих силах». К слову, руководитель ведомства убеждён в целости и сохранности собранных денег: «Специальные счета открываются в крупнейших банках страны, и это уже гарантия стабильности не только спецсчёта, но нашего государства в целом».

Дополнительный пункт в едином платёжном документе москвичей появится с 1 июля 2015 года. По словам Артура Кескинова, установленный в столице тариф на капремонт – 15 рублей за квадратный метр ежемесячно – экономически обоснован и взвешен, основан на ряде экспертиз и консультаций со специалистами по ремонту, строительству и жилищному хозяйству, председателями ТСЖ и ЖСК, представителями саморегулируемых организаций. «Минимальный размер взноса на проведение капитального ремонта отражает реальное положение вещей, учитывает фактическую стоимость ремонта. То есть за эти деньги можно сделать полноценный ремонт, а не просто залатать дыры», – уточнил Артур Львович.

Власти обещают: для малообеспеченных граждан, получающих от города дотации на оплату ЖКХ, введение платы за капитальный ремонт своих домов пройдёт безболезненно – им будут предоставлены субсидии. По предварительным подсчётам, в число льготников в 2015 году войдут около 2,5 миллиона москвичей, а всего на эти цели из столичного бюджета выделено 6 миллиардов рублей.

Подробную информацию об условиях предоставления субсидий на оплату жилищно-коммунальных услуг можно получить на сайте www.subsident.ru или по телефону горячей линии городского центра жилищных субсидий: 8 (495) 530-20-81. А на сайте Департамента капитального ремонта города Москвы легко узнать, в какие сроки будет отремонтирован каждый конкретный дом и какие виды работ предусмотрены.

Теги: Москва , городское хозяйство

 

Не расстанусь с «Комсомолкой»

Популярная газета, давно пережившая своего учредителя, отмечает 90-летие. "ЛГ" беседует с главным редактором «Комсомольской правды» Владимиром СУНГОРКИНЫМ

- Это непросто произнести вслух. Но скажу: «Комсомолку» читаю с третьего класса, то есть 50 лет. Прошёл разные стадии: выписывал многие годы, потом благодаря дружбе с лучшим, на мой взгляд, редактором толстушки Наташей Барабаш, тогда ещё не уехавшей в Вену, получал бесплатно, теперь покупаю каждое утро. Известный слоган «На диване с «Комсомолкой» не про меня – я с «КП» по дороге на работу.

– Приятное начало разговора. Спасибо за многолетнюю верность нашей газете.

– Более того, Владимир Николаевич, если бы не «Комсомольская правда», то и жизнь могла сложиться по-другому. Девятиклассником я вложил в конверт заметку и отправил в редакцию. И её напечатали! Тогдашний капитан «Алого паруса» Алексей Ивкин выудил её из массы писем. Наш главный Юрий Поляков тоже студентом публиковался в «КП». Так что не прийти на разговор с вами я не мог. Кто вы, Владимир Сунгоркин, – журналист, издатель, медиамагнат?

– Не медиамагнат, конечно. В большей степени издатель. Хотел бы быть больше журналистом, но не получается – надо выбирать что-то одно. Но журналистом был много лет, и это, разумеется, помогает. Без этого не было бы понимания издательской деятельности.

– Как утверждает интернет, которому наше литгазетовское бюро проверки доверяет не всегда, вы пришли на легендарный шестой этаж 30 лет назад, в самое начало перестройки.

– А ведь действительно – во всём на интернет полагаться нельзя. В страшно сказать 1975-м я приехал из Дальневосточного университета в «Комсомолку» на практику.

– Да, тогда это было возможно.

– Почему только тогда? И сейчас возможно – мы, к примеру, договорились с Краснодаром, и ребята без проблем могут у нас стажироваться.

– Неужели и жильём на это время обеспечиваете?

– Нет, только возможностью стажироваться. Я тогда жил в общежитии Литинститута, мой одногруппник по Владивостоку Коля Александров, переехавший в Москву, выделил мне койку в своей комнате. Я прошёл практику, и меня позвали в «Комсомолку».

– Собкором?

– Нет, стажёром в аппарат. Более месяца я здесь крутился, а потом сказали: мы уже трёх человек от газеты сменили на строительстве Байкало-Амурской магистрали. Они вдоволь наедались бытовой неустроенности и уезжали. Так что с 1976 по 1980-й я был собкором на БАМе. А потом предложили перейти собкором в лучшую тогда газету страны – в «Советскую Россию» времён Михаила Ненашева, где и работал до начала перестройки. А потом бывший собкор, а в те годы заместитель главного редактора «КП» Георгий Пряхин, позвонил и предложил перебраться в Москву. Правда, сказал – ты подумай, всё-таки в органе ЦК КПСС работаешь. Но в регионе было тяжело, давления чисто политического хватало, в общем, согласился. Потом полгода шли переговоры, оформление. И только в 86-м меня перевели, как у нас говорят до сих пор, на этаж.

– Владимир Николаевич, ваш сотрудник и мой товарищ Саша Гамов объяснил, как добраться до Старого Петровско-Разумовского проезда, так что до «Комсомолки» доехал легко. Вернуться в тот знаменитый подъезд на улице «Правды», 24, невозможно?

– Девять лет назад мы были вынуждены после пожара уехать из того намоленного места. Несколько раз после этого мы туда приезжали, смотрели что и как. Мы ведь и после пожара в несгоревшей части пытались работать. Но существуют бюрократические препятствия – это связано с охраной памятника культуры. Его ни снести не могут, ни сделать те переделки, которые считает необходимыми собственник. Парадокс – но здание пустует до сих пор... Мы перевезли памятник погибшим на войне фронтовым корреспондентам «Комсомолки» работы Эрнста Неизвестного, наш знаменитый Голубой зал тоже существует.

– Нынешний год для газет – увы! – не самый лучший. И фразу высокопоставленного чиновника про санацию печати мы услышали. Как говорится, праздники редки – хотя и у «ЛГ» год 185-летия. Как обстоят дела у вас перед юбилеем? Хорошо или более-менее?

– Всё-таки по разделу более-менее. Мы, собственно, давно уже не газета, а медиакомпания, коммерческая организация. Почему у многих плохо? В переводе на более понятный язык это означает – нет денег. Мы деньги зарабатываем на книжных коллекциях, издаём много литературы, вошли в число крупнейших издателей. В магазине, который в одном доме с редакцией, всё только своё, с нашего огорода. Издаём диски – и очень много, причём всё по закону – платим за авторские права. Зарабатываем на сайте. Есть своё радио. То есть работаем в разных направлениях. И если в одном месте ухудшилось, то в другом – наоборот.

– А телеканал существует?

– Нет. Когда был принят закон о запрете рекламы на кабельных каналах, мы как законопослушные его закрыли. Потом закон почему-то отменили – так же быстро, как приняли. Но мы решили в эти игры больше с государством не играть, которое внезапно принимает странное решение, а потом так же внезапно его отменяет. Хотя телевизионный канал был у нас успешный – в день заходило его смотреть более миллиона человек, только по счётчикам, которые Геллап ставил. Мы быстро выходили на безубыточность. Но всё пришлось свернуть – если нельзя рекламу ставить, то за счёт чего существовать? Никакой господдержки под эти проекты нет. В юбилейном для нас году стараемся быть безубыточными и дальше газету издавать.

– У «КП» и «ЛГ» всегда были пересечения. К нам от вас пришли Рост, Графова, Щекочихин, Бочаров, Соломонов, Данилин, Хилтунен, главными – на короткий срок – стали Боднарук, Гущин. А у вас сейчас работают писатели или, скажем так, тяготеющие к литературе?

– Редко, но пишут Ольга Кучкина, Инна Руденко, Леонид Репин, которые по-прежнему в штате пожизненно. Это было решено на похоронах Ярослава Голованова – золотые перья надо беречь. Что касается современных писателей, то это высокое звание самоприсваивается сейчас с лёгкостью необыкновенной. Мы стараемся привлекать к нам известных писателей. Юрий Поляков, к примеру, частый гость и на страницах, и в радиоэфире.

– Мне как читателю нравится современный вид «КП», дерзкий подчас дизайн. Но я помню время, когда «Комсомолка» была большая. И переход на нынешний формат не для одного меня стал некоторым шоком...

– Это случилось в начале января 2006 года. Переход на новый формат, конечно, обсуждался в узком кругу, мнения разделились практически поровну. Но я к этому решению шёл спокойно, без лишних переживаний, потому что преследовал ровно одну цель – чтобы газету удобнее было читать в суете. Большой формат, согласитесь, мало подходит для метро, других видов транспорта. Зная тенденции в западных газетах, перевод «КП» на нынешний привычный формат всё же осуществили. Причём сделали мы это с некоторым коварством и вероломством – подписная кампания уже закончилась. Пугаться было поздно. Я себя успокаивал – больно не будет, хуже не будет, а читатели получат удовольствие.

– Но большой формат помнится. Увидел в ваших коридорах под стёклами первые полосы той «Комсомолки», из времени, когда деревья и всё остальное было большим... «Алый парус», придуманный более полувека назад Симоном Соловейчиком и Иваном Зюзюкиным, читали не только подростки.

– Намёк понимаю, но если вдруг «АП» возродится, читать его будут в лучшем случае бабушки и дедушки. Тот действительно знаменитый «Парус» выходил, когда подростка ещё можно было увидеть с газетой в руках. Теперь же только с гаджетами.

– Сколько человек работает в нынешней «Комсомолке»?

– Вместе с регионами, а у нас более 70 представительств нашего издательского дома, от Алма-Аты до Ярославля, то в коллективе почти две тысячи человек. Конечно, это не только журналисты, половина – технические сотрудники, люди, обеспечивающие сайт, рекламу, подписку. В среднем в большом городе работает до 40 сотрудников. В Москве, конечно, больше – 500 человек. Но мы же мультимедийная компания, издаём ещё «Экспресс-газету», «Телепрограмму»...

– Как управляете огромным коллективом?

– Есть большое количество управленцев, которые отвечают за свой сектор, к тому же им делегировано немало полномочий. И поэтому сумасшествия нет.

– Вы не очень, на мой взгляд, публичный человек. Но вам пришлось им стать. Прочитал интервью с Юлией Таратутой, поразился вашей выдержанности.

– Получил удовольствие от общения на канале «Дождь» с красивой девушкой.

– А правда, что вы ушли с записи «Школы злословия» после первого вопроса, сняли с себя микрофонную петличку и покинули студию?

– Об этом тоже в интернете написано? Было чуть посложнее. Я был на «Школе злословия», ведущие меня просто расстреливали...

– ...что Смирнова с Толстой делали далеко не с каждым.

– Конечно. То ли перед моей записью, то ли сразу после неё они сидели с Цискаридзе, и это был восторженный разговор. Это был такой диссонанс с разговором со мной! Никаких претензий к Цискаридзе у меня, конечно, нет. Я всё добросовестно выдержал, но было столько клеветы, не на меня – на газету, столько гадостей! Теперь-то, после случая с Ульяной Скойбедой, я к этому привык, но тогда это было неожиданно! А меня в передачу позвал папа этой Смирновой, сказав, что «КП» – его любимая газета. Когда мне прислали смонтированный выпуск – сильно изумился. Ещё неизвестно, как смонтировали бы и наш разговор с Таратутой – но он прошёл в прямом эфире! Я посмотрел кассету, всё оказалось перевёрнутым с ног на голову, убрали мои контратаки, апелляции к залу, который меня бурно поддерживал. Канал решил выпуск со мной не показывать – на перемонтаж, близкий к реальному разговору, они не пошли. Но в общественном сознании это соединилось с совсем другой историей, когда гость действительно ушёл с программы, даже не дойдя до середины скорбного пути. Это был Леонид Парфёнов.

– Но для меня это было первое столкновение с тем, как на телевидении можно всё перемонтировать – а это нечестная игра. Поэтому люблю ходить на прямые эфиры, где всегда можно ответить, успеть отбиться. Так что с Таратутой поговорил с удовольствием.

– А история со Скойбедой окончательно закончилась?

– Там уже много мифологии. Как само собой разумеющееся, сознательно утверждается, что заметка, наделавшая столько шуму, была напечатана в газете. А не на сайте, который, конечно, гораздо труднее контролировать – идёт поток материалов. Заметку быстро убрали, извинились, но – слово не воробей. И всё понеслось. В те дни я действительно не вылезал из телевизора, к счастью, везде был прямой эфир. Надеемся, мы достойно вышли из этой ситуации. Эмоциональной фразе нашей журналистки столько всего приписали и поднакрутили, и злорадничали – «Комсомолка» подставилась. Столько всего наговорили – на «Эхе Москвы» и в других местах, столько напридумывали-насочиняли! Повторяю, из-за одной непродуманной фразы, которую кто-то счёл антисемитской, организовывались целые демарши – не будем печататься в «КП», не будем давать интервью. 90 лет газете, а всё пытались перечеркнуть. Это было. Но проехали.

– Вы какой по счёту главный в «Комсомолке»?

– Честное слово, не знаю. Но одно могу сказать точно: я абсоютный рекордсмен по времени пребывания в этой должности. Долгожителем-редактором был ещё Геннадий Селезнёв, он редакторстовал, по-моему, лет семь. Как получилось, что я уже 18 лет главный редактор, не знаю и не понимаю. Место это не совсем мёдом намазано.

– Слава на все времена вашей газеты – Василий Михайлович Песков. «ЛГ» с радостью отметила, что на одном из тотальных диктантов, авторы и тексты которого вызывают недоумение, в Ульяновске выбрали заметки вашего знаменитого обозревателя.

– Мы выпускаем полное собрание сочинений Пескова – это будет 23 тома, куда войдёт практически всё, напечатанное у нас. Скажу больше – если находим повод, то и по второму кругу с удовольствием его материалы публикуем, причём примерно раз в неделю – эссе или несколько абзацев. Дорожим этим богатством.

– Владимир Николаевич, а действительно у вас иногда делается несколько вариантов первой полосы? И выбирается тот, который лучше продастся?

– Мы же живём с продаж каждого номера. И если он не продаётся, всё может волшебным образом рассыпаться.

– А на подписку уже серьёзно рассчитывать не приходится?

– Нет, не приходится. Говоря издательским языком, меняются привычки медиапотребления. Это происходит на наших глазах, причём очень быстро. Но так как мы крупный игрок на издательском поле, за этим внимательно и достаточно хладнокровно следим. Многие из тех, кто сейчас в журналистике работает, об этих изменениях не знают. Может, и хорошо, что не знают – как всё меняется. Им самим меняться поздно, а когда не знаешь, что это необходимо, спишь крепко. Сейчас же всё считается, и мы видим правду жизни – что люди читают, сколько времени тратят на медиа, какие волны идут в медиа­пространстве.

Ведь ещё пятнадцать лет назад многие и не задумывались о рынке, его законах, о том, какая это жёсткая среда. Делался, к примеру, журнал, он выходил раз в месяц тиражом в три миллиона экземпляров, а через какое-­то время – всего пять тысяч. Да три тысячи номеров уходит в никуда. То есть реальных читателей – две тысячи. А что же случилось с подписчиками, которых было немало? Часть их умерла, а остальные ушли в другие медиа. Раньше они действительно месяц ждали выхода журнала с продолжением платоновского «Котлована», а сейчас клавишу нажал, и через 15 секунд весь Платонов на флешке! И там 250 фильмов и масса статей из 400 журналов. Как в таких реалиях журналу этому выживать и убеждать – читать надо только нас?

Когда мы перешли на сегодняшний формат, у сотрудников наших была некая ломка. Спасала только наглость комиссарская. Скольким классикам жанра пришлось наступать на горло собственной песни! Полоса-то меньше стала, текст нужен короткий. Хотя мы отдаём дань ветеранам, традициям – печатаем почти в каждом номере большие материалы. Но правда состоит в том, что читателей у такой монументальной прозы немного. А мы следуем за аудиторией.

– Как будете отмечать юбилей?

– По-семейному. Соберём ветеранов, в Москве это будет человек двести, выпьем, закусим на воздухе.

– Поздравляем! И давайте пожелаем и себе, и вам с «Комсомолкой» не расставаться!

Беседу вёл Леонид КОЛПАКОВ

Теги: общество , мнение , СМИ

 

До и после дуэли

Фильм сценариста и режиссёра Дениса Банникова был замечен устроителями кинофестивалей, критиками, однако не получил широкого проката в России. Почему?

Вокруг понравившегося фильма "Дуэль. Пушкин - Лермонтов" достаточно конфликтов, чтобы сделать рассказ о нём увлекательным для читателя.

Вот, казалось бы, авторы обращаются к ценностям русской цивилизации, ищут новаторские приёмы, чтобы представить нашу историю и литературу свежо и ярко. Сам бог, как говорится, велел государству поощрить начинание. Тем более, когда проект задумывался, впереди маячило 200-летие Лермонтова. Однако в титрах «Дуэли» мы не увидим фразы «при финансовой поддержке Федерального агентства[?]», так хорошо знакомой по произведениям Германики, Бондарчука, Звягинцева, Михалкова, Тодоровского...

«Дуэль» снимали, что называется, на энтузиазме. Экономили, ужимались, но даже скромные вложения позволили сделать картину, несопоставимую по масштабу, скажем, с «Солнечным ударом». В творческом смысле «Дуэль», несомненно, мощнее. Наверное, десятой части бюджета михалковского эпоса хватило бы режиссёру Банникову, чтобы насыщенные массовкой общие планы и батальные сцены позволили перевести «Дуэль» из разряда эффектного, но всё же камерного кино, в категорию картин «большого стиля».

Снимали большей частью в Крыму (тогда ещё украинской юрисдикции). Пригласили и местных артистов, Лермонтова сыграл, например, севастополец. В фильме пророчески прозвучала тема русского Крыма, да и вообще кино наполнено патриотическим пафосом. Некоторые критики даже обвинили «Дуэль» в конъюнктурности, мол, решил режиссёр ловко оседлать волну патриотизма. Хотя представить заранее, что Крым в 2014 году станет русским, было трудно.

В «Дуэли», снятой, по словам авторов, в жанре исторической альтернативы (это определение слишком формально отражает суть явления), Россия победила в Крымской войне. И вот неожиданно историческая фантазия точно срифмовалась с политической действительностью.

Можно было ожидать, что создателей «Дуэли» догонит государственный почёт, им посодействуют хотя бы в прокате. Продюсеры воодушевлённо принялись организовывать премьерный показ в Севастополе – хотелось, чтобы жители города (ставшего одним из героев фильма) увидели кино первыми...

И что же вы думаете?.. Севастопольские власти запретили показывать «Дуэль». Из аппарата нового российского губернатора дали указание залов не предоставлять (даже по коммерческим расценкам на общих основаниях). Объяснение одного из чиновников кажется настолько эффектным, что хочется даже его мысль увековечить, использовать, к примеру, для татуажа: «Никому не позволю тревожить кости Пушкина и Лермонтова, переписывать историю и снимать то, чего не было…»

Художнику теперь надо обязательно примкнуть к одной из двух влиятельных каст: условно либеральной или условно консервативной. Выбрать: ты за «Левиафана» или философа Ильина, за Театр.DOC или стерлядь по-царски. В пространстве между этими крайностями как будто и нет никакого значительного искусства.

Хочешь иметь успех – выбери себе подходящее сообщество единомышленников. Мелким бумажным рваньём свободолюбивые творцы дружно притягиваются к наэлектризованной эбонитовой палочке. Одну потёрли о клетчатую хипстерскую рубашку. Вторую – о голубой пиджак с депутатским значком.

В первом лагере – культ сарказма, всепоглощающей иронии (где тут пожарный кран, чтобы окатить струёй криво ухмыляющегося интеллигента?)... Во втором иная гримаса – холодная серьёзность посмертной маски. Здесь торжествует твердолобость штатного патриота (вы пробовали когда-нибудь щекотать железобетонные конструкции?)…

Одни не позволяют тревожить кости, другие сделали на осквернении могил карьеру. При этом наши антагонисты ходят в одни и те же кабинеты получать государственное финансирование. Отношения художника с государством, кстати говоря, одна из тем «Дуэли».

Вообще, если не видеть фильма, а судить о нём по анонсу (всегда – вульгарному пересказу), и впрямь можно подумать, что с классиками поступили неподобающе. Но достоинство фильма как раз в том и состоит, что при всей радикальности замысла кино заставляет зрителя принять условность, согласиться с предлагаемыми обстоятельствами.

На дворе 1857 год, Россия – победительница Крымской войны, Пушкин и Лермонтов живы, одному – 57, другому – 42. Следуя принципу, что в России нужно жить долго, здравствует и 62-летний Грибоедов и 75-летний Бенкендорф. Наталья Гончарова по-прежнему ослепительна. Наталья Александровна Пушкина – на выданье. Чем живут все эти люди?

Авторы берут патетическую ноту, рассуждая о Родине, смело задаются вопросами политического свойства, философствуют и при этом увлекают зрителя лирической стороной повествования – на экране возникают, что называется, живые люди со своими странностями, страстями, заблуждениями. Альтернативная версия истории преподнесена лихо и убедительно. Так что с ходу начинаешь сочувствовать героям, следишь за интригой, мелодраматической стороной сюжета, удивляешься, переживаешь, ждёшь дуэли…

Во многом доверие к происходящему обусловлено блестящими актёрскими работами: в первую очередь – Александра Карпова, сыгравшего Пушкина. Великолепны Евгений Лазарев в роли Бенкендорфа и Виталий Максимов – Николай I. Здорово получилась у Марии Баевой юная дочка Александра Сергеевича…

Раскрывать, каким образом в фильме трактуются образы знаковых для русской истории фигур, значит лишить потенциального зрителя полноты впечатлений. Перспективы проката «Дуэли» хотя и призрачны, редкие шансы увидеть этот фильм всё-таки появляются. 19 мая, например, «Дуэль. Пушкин – Лермонтов»» покажут в Московском доме кино.

Пока «Дуэль. Пушкин – Лермонтов» ищет дорогу к зрителю, его создатели приступили к новой работе. Вот что рассказывает автор сценария и режиссёр о замысле фильма «Пентаграмма», съёмки которого уже начались.

Денис Банников :

– Это жестокий триллер, основанный на реальных событиях. Историю рассказал мне когда-то продюсер картины Аркадий Яценко. Она вызрела в сценарий. Я сместил место действия, некоторые акценты, чтобы прототипы этой трагедии не смогли узнать себя в героях.

Разбирая сценарий, мы искали способ существования в ситуации подлинного ужаса. Актёры должны были пошагово понять этот ужас, пройти по его ступенькам. Чтобы он не стал примитивным «боевичком выходного дня», где есть тошнотворно-устрашающие подлецы и тошнотворно-добродетельные герои. В «Пентаграмме» этого нет. Камера не уходит благочестиво вбок от насилия. Однако демонстрация насилия для нас, конечно, не самоцель.

Я счастлив, что в «Пентаграмме» удалось собрать отменную актёрскую команду: Евгений Лазарев, Геннадий Юхтин – легенды советского кино. Александр Карпов, Жанна Воробьёва, Елена Соловьёва – актёры, у которых уже есть немало поклонников. А ещё: Мила Новикова, Вика Самохина, Олеся Галькевич, для которых «Пентаграмма» станет волнительным дебютом на большом киноэкране. Актёры согласились участвовать в фильме, потому что таких ролей они ещё не играли никогда. И это – главный козырь независимого кино.

Теги: искусство , кинематограф

 

Наш Чехов

Фото: Сергей КАЛИНИН

В Подмосковье проходит XVI Международный театральный фестиваль "Мелиховская весна". Торжественное открытие форума состоялось на веранде главного дома Государственного литературно-мемориального музея-заповедника А.П. Чехова накануне акции «Ночь в музее». Мелиховский театр «Чеховская студия» представил на открытии свой новый спектакль Jamais («Жамэ») о взаимоотношениях писателя и Лики Мизиновой.

В этом году «Мелиховская весна» собрала театры из Испании, Израиля, Латвии, Москвы, Санкт-Петербурга, Воронежа, Нижнего Новгорода, Липецка. География фестиваля лучше всяких слов показывает, что творчество русского классика любят и чтут не только в нашей стране, но и во всём мире. Многие спектакли играют непосредственно в усадьбе «Мелихово». Кроме того, участников фестиваля радушно принимают ещё две сценические площадки: культурно-творческий центр «Дружба», расположенный в Чехове, и Серпуховской музыкально-драматический Гортеатр.

Зрители уже могли оценить работы израильского театра ZERO «Забавные опыты любви» - спектакля, созданного на основе трёх рассказов А.П. Чехова, Московского областного театра юного зрителя – комическую оперу для драматических артистов «А чой-то ты во фраке?», написанную двумя замечательными бардами Сергеем Никитиным и Дмитрием Сухаревым по мотивам известной пьесы-шутки А.П. Чехова «Предложение», постановку «Вишнёвый сад. Исповеди» экспериментального курса Евгения Каменьковича и Дмитрия Крымова на режиссёрском факультете РАТИ (ГИТИС) и спектакль московского театра Et Cetera под руководством Александра Калягина «Ваш Чехов» об истории отношений писателя и Лики Мизиновой. Автор литературной композиции по письмам и произведениям А.П. Чехова и режиссёр спектакля – молодая актриса театра Анна Артамонова.

Неизменной традицией на «Мелиховской весне» остаётся показ знаменитой «Чайки». Каждый раз новое прочтение этой пьесы показывает новые грани удивительного таланта Чехова-драматурга. На этот раз в программе фестиваля две «Чайки». Один спектакль в постановке Воронежского государственного академического театра драмы имени А. Кольцова уже был показан на сцене Серпуховского музыкально-драматического Гортеатра. Ещё одну «Чайку» 22 мая представит в музее-заповеднике А.П. Чехова «Мелихово» «Театр Дождей» – филиал Санкт-Петербургского государственного молодёжного театра на Фонтанке. Главным героем спектакля, поставленного художественным руководителем театра Ириной Никитиной, стал одинокий, ранимый и рефлексирующий Константин Треплев. Петербургская «Чайка» – это наполненная поэзией и красотой лирическая драма о судьбе художника, о любви, о поиске своего места в жизни, смысла, веры.

Сегодня, 20 мая, Московский драматический театр «Сфера» порадует зрителей спектаклем по пьесе «Безотцовщина», которая была обнаружена только через 19 лет после смерти автора. Режиссёр-дебютант Владимир Смирнов определил жанр спектакля как «24 эпизода до, после и вместо любви».

Также поклонники Чехова смогут увидеть в ближайшие дни постановку «Птица счастья» Нижегородского театра комедии по двум рассказам А.П. Чехова «Княгиня» и «Душечка». Характеры и менталитет героинь рассказов вместе с актёрами исследует режиссёр-постановщик – заведующая кафедрой сценической речи ГИТИСа профессор Ирина Промптова.

«Родоначальник» фестиваля и его постоянный участник – Липецкий государственный академический театр драмы им. Л.Н. Толстого – сыграет на нынешней «Мелиховской весне» в помещении Культурно-творческого центра «Дружба» в Чехове знаменитую «Дуэль». Сценическая версия самой крупной чеховской повести создана главным режиссёром Липецкого театра Сергеем Бобровским.

Театр из Испании La Troupede Feijoo покажет моноспектакль «Каштанка» на испанском языке. Исполнительница главной роли – режиссёр спектакля, яркая и харизматичная актриса Мария Муньос. А завершит «Мелиховскую весну» Рижский русский театр им. Михаила Чехова спектаклем «Свидание хотя и состоялось, но[?]» в постановке режиссёра Елены Чёрной.

Теги: культура , искусство

 

Возвращение в 1919-й

24 мая на территории Милитари-парка в Павлово-Посадском районе пройдёт IV военно-­исторический фестиваль "Московская директива", посвящённый событиям Гражданской войны в России.

В этом году фестиваль, который ранее проходил на территории городского округа Черноголовка, переехал на новую площадку - Милитари-парк «Гарнизон-А» в деревне Кузнецы Павлово-Посадского района близ города Электрогорска. Территория бывшего пионерлагеря превращена в настоящий заповедник с развлекательными и образовательными программами на тему истории. Уникальное сочетание исторического антуража, развитой инфраструктуры и экологически чистых лесов и озёр делают Милитари-парк идеальным местом для проведения таких реконструкций.

Организаторами фестиваля – Военно-техническим музеем, Центром военно-исторической реконструкции «Гарнизон-А» и Московской сводно-добровольческой бригадой – подготовлена интереснейшая программа с интерактивными площадками и мастер-классами, военно-исторической реконструкцией и конным шоу.

Реконструированы на фестивале будут события на юге России весной–летом 1919 года, в результате которых началось наступление белой армии на московском направлении.

Гражданская война – один из самых трагичных и драматических периодов истории нашей страны. Это была война народа не с иноземным захватчиком, а «с самим собой», когда разность политических взглядов разрушала семьи и заставляла брата идти на брата.

Организаторы фестиваля «Московская директива» не делят участников тех исторических событий на правых и виноватых, победителей и проигравших. В войне против самого себя ни один народ не выходит победителем. Очень важно сохранять память о великих уроках Гражданской войны ради того, чтобы избежать повторения истории.

Эпизоды Гражданской войны оживут в Милитари-парке «Гарнизон-А» благодаря реконструкторам военно-исторических клубов Москвы, Московской области, Санкт-Петербурга, Тулы, Мурманска, Нижнего Новгорода, Воронежа, Северодвинска. В реконструкции боя 1919 года будут задействованы пехота и кавалерия.

Погрузиться в колоритную эпоху Гражданской войны помогут интерактивные площадки и мастер-классы фестиваля. Здесь можно будет посетить лагеря белой и красной армий, пройти курс молодого бойца, посетить пулемётные курсы и курсы медицинских сестёр, спеть песни в казацком кругу, отведать каши из полевой кухни и даже отдохнуть в «чайной товарища Сухова».

Теги: общество , мнение , самосознание

 

О доблести, о подвиге, о славе

Фото: МВК «Новый Иерусалим»

В Музейно-выставочном комплексе Московской области "Новый Иерусалим" открылась выставка «Подвиг великий и вечный. Подмосковье в 1941-1945», приуроченная к юбилею Победы. Она создана при участии ряда крупнейших музеев региона, но её основу составляют экспонаты из собрания «Нового Иерусалима».

Один из самых больших разделов выставки посвящён Битве за Москву. Здесь представлены документы и мемориальные вещи солдат и офицеров, участвовавших в обороне столицы. В том числе портсигар, которым пользовался маршал Константин Рокоссовский, ложка генерал-майора Льва Доватора, юношеские рисунки и письма лётчика-штурмовика Героя Советского Союза Петра Самохина, семейные фотографии штурмана знаменитого женского полка ночных бомбардировщиков Героя Советского Союза Евгении Рудневой.

Отдельно показана история партизанского движения в Подмосковье в годы Великой Отечественной войны. Посетители могут ознакомиться с обстановкой партизанской землянки, увидеть образцы военной одежды и оружия, карты районов, в которых действовали партизанские отряды. Одна из витрин рассказывает о подвиге Героя Советского Союза Зои Космодемьянской.

В экспозиции нашли отражение материалы крупнейших музеев Подмосковья, пострадавших в 1941 году, а также фотографии разрушенных войной и восстановленных впоследствии памятников зодчества.

В рамках выставки «Подвиг великий и вечный» в Музейно-выставочном комплексе «Новый Иерусалим» демонстрируются также работы выдающегося российского художника Евгения Расторгуева, созданные им в годы Великой Отечественной войны и ранее нигде не экспонировавшиеся. Евгений Расторгуев – признанный мастер отечественной живописи ХХ века, произведения которого находятся в собраниях Государственной Третьяковской галереи, Музее современного искусства Российского фонда культуры, Государственном Русском музее, Музее обороны и блокады Ленинграда, а также в коллекциях других российских и зарубежных музеев.

В годы войны Евгений Расторгуев был военным картографом, позже работал во фронтовой газете, участвовал в возведении первого мемориального музея Второй мировой войны – архитектурного комплекса-мемориала «Свирская победа». Фронтовые работы художника уникальны по своей искренности и достоверности. Это по-настоящему трагические и правдивые произведения, рассказывающие о суровых испытаниях: зарисовки бойцов, прифронтовые пейзажи с окопами и землянками, портреты разведчиков, связистов, сапёров.

Выставка «Подвиг великий и вечный. Подмосковье в 1941–1945» продлится до 2 июня.

Евгений АНТИПОВ

Теги: Великая Отечественная война

 

Культурные новости

Двадцатка лучших

Вышла в свет уже четвёртая книга из серии "Карманная библиотека Подмосковья". Она называется «Музеи Подмосковья. Топ 20» и представляет собой путеводитель по наиболее популярным музеям региона. В сборник включены материалы, содержащие описание музейных коллекций и объектов, интересные исторические факты, а также карта, позволяющая самостоятельно составить маршрут поездки с посещением музеев.

- Новая книга отличается от ранее выпущенных в этой серии, – говорит министр культуры Московской области Олег Рожнов. – Она в буквальном смысле стала карманной, поскольку её формат ещё немного уменьшился. Кроме того, новое издание двуязычное: на русском и английском языках, что не только расширит круг читателей, но и будет способствовать увеличению посетителей подмосковных музеев, в том числе и за счёт зарубежных гостей. Популяризация и активное продвижение достопримечательностей Подмосковья – основополагающие принципы новой культурной политики, которым мы стремимся неизменно следовать. Для этого используем самые разные механизмы. Один из них – выпуск удобных и красочных путеводителей в рамках серии «Карманная библиотека Подмосковья», издание которых намерены продолжать и в дальнейшем.

Первый сборник этой серии – «Шедевры музеев Подмосковья» – был выпущен Министерством культуры Московской области в августе 2013 года. В нём представлены наиболее интересные предметы из коллекций 12 государственных музеев региона. Вторая книга – «Знаменитые имена культуры Подмосковья» – рассказывает читателям о 62 выдающихся деятелях российской культуры и искусства, родившихся или работавших в Подмосковье. Ещё одна книга – «Музеи городов Подмосковья» – содержит информацию о 18 наиболее известных муниципальных музеях региона. Все эти издания выпущены в формате покетбука и объединены единым художественным решением.

Музеи выходят в город

В двадцатку победителей XII грантового конкурса Благотворительного фонда Владимира Потанина «Меняющийся музей в меняющемся мире» вошли два подмосковных проекта. В номинации «Музей и местное сообщество» среди лауреатов – Екатерина Ойнас с проектом «Коммунальная Одиссея», Центр культурных инициатив Московской области, а в номинации «Открытая коллекция» – проект «Агитпроп и культпросвет князя Голицына и Ко» Натальи Табуновой, Музей-заповедник «Дмитровский кремль».

Проект «Коммунальная Одиссея» – это путешествие во времени, возвращение в Коломну полувековой давности, проводниками и главными действующими лицами которого станут жители «коммунальной эпохи». Отправные точки – места в городе, которые в 1962-м посещал писатель Венедикт Ерофеев, будучи студентом Коломенского пединститута. Веничка – гений места и герой городской эпопеи, которой завершается проект. Музей-резиденция «Арткоммуналка. Ерофеев и другие», собирающий артефакты коммунальной жизни 1960-х, впервые предпринимает масштабную городскую экспедицию/интервенцию по собиранию документальных рассказов-свидетельств-материалов из домашних архивов коломенцев. В итоге создаются два новых музейных продукта: открытый мультимедиаархив – интернет-ресурс на сайте музея – и аудиоспектакль – городское путешествие в жанре «вербатим» на основе документальных источников.

В Музее-заповеднике «Дмитровский кремль» благодаря выигранному гранту будет реализован проект «Агитпроп и культпросвет князя Голицына и Ко», что поможет комплексно решить проблему актуализации коллекций музея через издание иллюстрированной книги, посредством выставок и многоуровневой игры-истории «Жил-был чудак[?]». Книга представит широкой публике неизвестные ранее произведения – агитационные, иллюстративные, просветительские материалы, созданные по заказу музея. В этих работах отразился срез обыденной истории и культуры провинциального города первых десятилетий советской власти. В основу будущей книги положена графика В.М. Голицына и его современников – целостная коллекция, объединённая временем создания – 1920–1930-е гг., а также текстом записок Голицына «Дмитровские чудаки».

Игра-история «Жил-был чудак…» – своеобразное городское ориентирование с элементами фотоохоты с заданиями по тексту и иллюстрациям книги – привязана к пространству старых кварталов города. А рассчитана на учащихся старших классов школ, студентов и семейные группы. Одна из целей проекта – возвращение ценностного отношения к книге, литературе как источнику знаний. Партнёром проекта выступает частный музей, расположенный в дмитровском Доме Голицыных. Он станет одной из выставочных площадок развития проекта. Выставки также будут проходить и в других местах.

Без лишнего пафоса

В Московском областном театре кукол состоялась премьера спектакля «Можно попросить Нину?», посвящённого 70-летию Победы в Великой Отечественной войне. Литературной основой постановки послужил одноимённый фантастический рассказ Кира Булычёва, первоначально называвшийся «Телефонный разговор».

Герой рассказа Вадим Николаевич, набрав телефонный номер в декабре 1972 года, попадает в прошлое – голодную военную Москву 1942 года. Его собеседницей становится 13-летняя девочка Нина, которая ждёт с работы маму, не снимает с окон затемнение, не включает свет, топит печь-голландку и очень хочет есть.

Спектакль решён в технике «люди и куклы»: в качестве основного выразительного средства режиссёр Алексей Смирнов использует сценическое взаимодействие кукол-марионеток и живых актёров. Кроме того, для создания аутентичной атмосферы применяется видеопроекция, основанная на флеш-анимации, что даёт возможность управлять набором видеодвижений персонажей.

Новая постановка Областного театра кукол разрушает стереотип, что кукольные спектакли могут быть интересны только детской аудитории, и доказывает, что они могут не только смешить и радовать, но и затрагивать очень серьёзные темы. Авторы рассказывают о трагедии военных лет серьёзно, без лишнего пафоса, но в то же время образно и доходчиво. Такая трактовка рассказа известного писателя-фантаста находит эмоциональный отклик у всех поколений зрителей.

Подготовила Анна НЕФЁДОВА

Теги: культура , искусство

 

Бремя «Тихого Дона»

Фото: РИА «Новости»

Шолохов и Солженицын - писатели-современники, лауреаты Нобелевской премии, традиционно считающиеся антагонистами: один советский, а другой – "антисоветский". К тому же оба при жизни друг друга терпеть не могли. Имеет ли это принципиальное значение, если ни того ни другого уже нет в живых? Скоро мы выясним: ведь в нынешнем году – 110-летие со дня рождения Шолохова, а в 2018-м – 100-летний юбилей Солженицына. Любопытную, должно быть, картину мы увидим: каждого из писателей будут превозносить за то, что они в убеждениях своего визави категорически не принимали. Абсурд? А может, нет? Может быть, Шолохов для Солженицына и Солженицын для Шолохова – как та пресловутая лакмусовая бумажка, определяющая «состав вещества»? Или, проще говоря: хочешь узнать, что такое Солженицын, узнай, как он относился к Шолохову, и наоборот? Классическим литературоведением такой подход не назовёшь, но и совершенно бесполезным тоже.

Сразу скажу, что на абсолютную объективность я не претендую: мне как автору романа о Шолохове, безусловно, ближе мой, с позволения сказать, герой. Но поскольку я являюсь и автором статьи «Солженицын Александр Исаевич» в Шолоховской энциклопедии (М.: Синергия, 2012, с. 787–789), то историю взаимоотношений писателей я изучил отнюдь не только с одной стороны. В энциклопедиях, как известно, откровенно необъективных статей не печатают. Непроверенных – тоже. Что же касается моего личного мнения о Шолохове и Солженицыне, то иметь его считаю позволительным, не навязывая при этом другим.

Начнём с того несомненного факта, что последние годы жизни Михаила Александровича Шолохова были отравлены активно подхваченной на Западе давней клеветой, что он якобы присвоил себе авторство «Тихого Дона». Фактом является и то, что одним из активных инициаторов этой кампании стал именно Александр Исаевич Солженицын. И нам важно понять, почему.

Мы обнаружим, что в литературной публицистике и мемуаристике Солженицына тема Шолохова занимает весьма значительное место. Он посвятил своему старшему современнику две статьи и большую главу в книге «Бодался телёнок с дубом», не говоря уже об устных высказываниях и интервью. Надо сказать, что отношения Солженицына и Шолохова не заладились с первого же знакомства в Кремле в декабре 1962 года на встрече Н.С. Хрущёва с творческой интеллигенцией. Хрущёв тогда позировал перед кинокамерами, пожимая руку Солженицыну, в то время как малорослый Шолохов скромно находился где-то на заднем плане. Когда же Шолохов захотел познакомиться с Солженицыным, тот повёл себя с едва скрытой враждебностью: «тоскливо мне стало, и сказать совершенно нечего даже любезного». Такая встреча породила у писателей взаимное чувство неловкости, которое, надо полагать, не смогло рассеять ни извинительное, со ссылками на обстоятельства и комплиментами письмо Солженицына в адрес «автора бессмертного «Тихого Дона», ни положительная оценка Шолоховым «Одного дня Ивана Денисовича».

Впоследствии их отношения (уже заочные) лишь ухудшились. Шолохов, в отличие от многих известных советских писателей, ответственно относился к своему положению видного советского общественного деятеля, члена ЦК КПСС и депутата Верховного Совета СССР, считал его не просто привилегированной формой признания властью его писательских заслуг, а идейной и гражданской обязанностью. Шолохов никогда не был приспособленцем, что подтвердила его борьба не на живот, а на смерть с ростовской партийной и чекистской верхушкой и с самим Ежовым в 1936–1938 гг. (эту борьбу титанов я подробно, на основе документов, описал в своём романе «Огонь в степи» / «Шолохов»). Но правящую партию Шолохов считал своей партией, а советское государство – своим государством. Солженицын, как мы знаем, придерживался совершенно иных позиций.

Едва ли мы ошибёмся, если скажем, что политика занимала в творчестве Солженицына куда большее место, чем в творчестве Шолохова. А некоторые авторитетные писатели (например, П.В. Палиевский) вообще считают, что литературное значение творчества Солженицына было раздуто в политических целях сначала на Западе, а потом и в России (О Солженицыне – не по лжи // «ЛГ», 2008, № 50). Можно оспаривать данное утверждение, а с другой стороны, трудно назвать после Ивана Денисовича Шухова какого-нибудь оригинального, запоминающегося героя прозы Солженицына Это большей частью реальные исторические личности. И сам Солженицын в большинстве своих произведений скорее историк и публицист, нежели прозаик. Заметьте при этом, что по поводу члена ЦК КПСС Шолохова подобной дискуссии не ведётся: его «по умолчанию» относят прежде всего к прозаикам.

И вот здесь скажем об одном удивительном явлении: взгляды антикоммуниста Солженицына на Шолохова как на «плагиатора» и «продавшегося коммунистам средненького писателя» совершенно не разделяло большинство русских писателей-антикоммунистов и общественных деятелей первой и второй волн эмиграции. Возьмём одного из героев «Тихого Дона» (далее – «ТД»), атамана Донского казачьего вой­ска генерала Петра Николаевича Краснова. Он описан Шолоховым большей частью иронично. Но реальный Краснов (будучи к тому же писателем) никогда не сомневался, что именно Шолохов – автор романа. В 1944-м или 1945 г. в Северной Италии писатель-эми­грант Борис Ширяев записал свою беседу с Красновым о Шолохове, в которой генерал, служивший в то время при гитлеровской армии, в частности сказал: «Это исключительно огромный по размерам своего таланта писатель, и вы увидите, как он развернётся ещё в дальнейшем[?] Я столь высоко ценю Михаила Шолохова потому, что он написал правду». На шутливый вопрос Ширяева: «…значит, и то, что написано им о вас, ваше высокопревосходительство, тоже глубоко правдиво?» – Краснов самокритично ответил: «Безусловно. Факты верны. Освещение этих фактов?.. Должно быть, и оно соответствует истине... Ведь у меня тогда не было перед собой зеркала!» – закончил такой шуткой писатель-генерал» (Воля к правде // «Часовой», 1966, № 476).

А вот другой второстепенный герой «ТД», пожизненный походный атаман Донского казачьего войска генерал Пётр Харитонович Попов. Так же, как и войсковой атаман Краснов, он не испытывал никаких сомнений, кто был автором «ТД». Сам Попов, со слов шолоховеда-эмигранта Г. Ермолаева, рассказывал, что он познакомился с этим романом в начале 30-х годов, когда жил в Болгарии: «...первое издание выходило тетрадками и было набрано на машинке. На Дону оно произвело впечатление сильное. Грамотные люди даже заподозрили, что не Ф.Д. ли Крюков автор романа? И сейчас же прислали мне несколько тетрадок с запросом, какое моё мнение? Я прочитал и сейчас же ответил: «Нет, автор не Ф.Д. Крюков, язык не его, и, хотя автор бойкий, но, видимо, начинающий... судя по началу, видно, что автор не казак, – живёт он на Дону, казачий быт изучает» (Ермолаев Г.С. Действительность и вымысел в эпопее «Тихий Дон»…).

Что же касается упомянутого выше Германа Сергеевича Ермолаева, наиболее последовательно и профессионально отстаивавшего на Западе объективную точку зрения на авторство «ТД», то он был не просто антикоммунистом, но и, подобно Краснову, немецким пособником, в чём имел смелость признаться в 2004 г. на «Радио Свобода». Ермолаев родился на Нижнем Дону в семье бывшего казачьего офицера. После захвата гитлеровской армией большей части Ростовской области в 1941–1942 гг. Герман и его отец Сергей Ермолаев вступили в организованный немцами так называемый «Казачий стан» под командованием Т.И. Доманова, занимавшийся подавлением партизанского движения в Северной Италии. Работая над статьями для Шолоховской энциклопедии, я нашёл это интервью Г. Ермолаева и включил данные из него в свою статью о нём (с. 223–224), отметив, однако, что этот «коллаборационист» – «один из лучших знатоков текста «ТД» во всём мире, и многие неизвестные факты творческой биографии Шолохова открыты именно им». Ермолаев являлся несомненным авторитетом для Солженицына, но почему-то только не в вопросе о Шолохове.

Другой видный антисоветчик второй волны эмиграции, советский офицер-перебежчик Григорий Петрович Климов (Игорь Борисович Калмыков), автор «Протоколов советских мудрецов», тоже нисколько не сомневался, что обвинения Шолохова в плагиате – не только клевета, но и элемент психологической войны против СССР.

Все названные мной выше люди были коренными донскими казаками, ненавидящими советскую власть, но убеждения не помешали им ценить гений писателя-коммуниста Шолохова и считать его подлинным автором «ТД». Так почему же в это не хотел верить другой земляк Шолохова (не казак, правда) – Александр Исаевич Солженицын?

Потому, на мой взгляд, что ни Краснов, ни Попов, ни Ермолаев, ни Климов литературными соперниками Шолохова себя не чувствовали, а вот Солженицын – очень даже чувствовал. Политика проявилась только в начале их противостояния. На мой взгляд, мы здесь имеем дело с терзаниями литературного Сальери. Опытный Шолохов, по письмам которого ещё в 30-е годы принимались решения на уровне Политбюро, одним из первых «разгадал» Солженицына. И в политических, и в психологических вопросах Михаил Александрович был более проницательным человеком, чем, скажем, А.Т. Твардовский, который искренне верил, что Солженицын преодолеет психологию репрессированного человека с его естественными претензиями к властям и станет советским писателем, пусть и с оппозиционным уклоном. Вероятно, Шолохов понял по таким документам, как открытое письмо Солженицына IV съезду Союза писателей СССР в 1967 г., что идеи Солженицына направлены не на преобразование советской системы, а на полный слом её как таковой, чего, конечно, как советский государственник Шолохов не мог принять совершенно. Отсюда – его резкие высказывания в адрес Солженицына: «У меня сложилось впечатление о Солженицыне (в частности, после письма его съезду писателей в мае этого года), что он – душевнобольной человек, страдающий манией величия. <…> Если же Солженицын психически нормальный, то тогда он по существу открытый и злобный антисоветский человек. И в том и в другом случае Солженицыну не место в рядах Союза советских писателей».

Безусловно, подлила керосину в огонь вражды и уничижительная критика Шолоховым литературных способностей Солженицына в этом же письме. В частности, о пьесе «Пир победителей» он писал: «Что касается формы пьесы, то она беспомощна и неумна. Можно ли о трагедийных событиях писать в оперативном (наверное, всё же «в опереточном». – А.В. ) стиле, да ещё виршами, такими примитивными и слабенькими, каких избегали в своё время даже одержимые поэтической чесоткой гимназисты былых времён? О содержании и говорить нечего». Думаю, оценка эта стала известна Солженицыну, поскольку он знал о предложении Шолохова исключить его из Союза писателей.

Вполне понятна и ответная неприязнь Солженицына к Шолохову, но в ней, однако, есть некая загадка. В самом деле: если борьбу Солженицына с советской властью и Союзом писателей не поддерживали даже Твардовский и его либеральное окружение, то не мог же Солженицын всерьёз надеяться, что её поддержит более «консервативный» Шолохов? Здесь надо вспомнить о писательских амбициях Солженицына, который, по словам Е.С. Булгаковой, считал своим «старшим братом» самого М.А. Булгакова (Палиевский Пётр. Что проявило время // «ЛГ», 2008, № 50). Но утвердиться в качестве первого русского писателя своей эпохи Солженицыну, видимо, мешал Шолохов – автор одного из лучших романов ХХ в., первый советский лауреат Нобелевской премии по литературе. Причём если Шолохов-романист пожинал плоды заслуженной литературной славы, то появившиеся сначала в «самиздате», а потом и в «тамиздате» (т.е. на Западе) небезынтересные и политически острые на тот момент романы Солженицына («Раковой корпус», «В круге первом») в художественном смысле не выдерживали, конечно, сравнения с «ТД».

Не исключено, что именно опасение остаться в истории литературы «вторым номером» после Шолохова, в тени «ТД», и привело Солженицына к «сальеристскому» решению морально дезавуировать, «отменить» Шолохова как писателя. Для этого он выбрал два основных пути: поддержал старинную сплетню о присвоении Шолоховым рукописи «ТД» и всячески пытался принизить значение остального творчества Шолохова, главным образом «Поднятой целины» (далее – «ПЦ»).

Именно Солженицын оказал всемерную поддержку и помощь И.Н. Медведевой-Томашевской (псевдоним – Д*) в работе над книгой «Стремя «Тихого Дона», где на уровне вульгарного литературоведения рассматривалась возможность, что первая половина «ТД» принадлежит перу известного до революции донского писателя Ф.Д. Крюкова, написал к ней апологетическое предисловие и помог опубликовать за границей. Осведомлённый в тонкостях психологической войны Григорий Климов оспаривал утверждение Солженицына, что Д* работала «бескорыстно»: «Году этак в 1969 среди кандидатов на докторскую степень в области русской литературы ходило заманчивое предложение: стипендия в 5000 долларов. Но при этом маленький «соцзаказ» – требуется доказать, что Шолохов НЕ автор «Тихого Дона». Кто-то соблазнился, сидел и копался в этой области. Потом эту диссертацию пустили под маркой анонимного «советского литературоведа Д.», который сразу же сыграл в ящик. А для пущей важности расписаться под этим дали Солженицыну. Типичная фальшивка психологической войны. Ведь я сам работал в области этой психвойны и мог бы накатать целую диссертацию о таких фальшивках».

Поскольку действие «ТД» переваливает за 1920 год, когда умер Крюков, Солженицын вынужден был поддержать анекдотическую версию С.П. Старикова, что «ТД» «дописал» после Крюкова тесть Шолохова Пётр Громославский. Понимая, однако, что Крюков – довольно слабая кандидатура на роль «первого автора» «ТД», Солженицын выдвинул ещё одну, безымянную: «Не могу абсолютно уверенно исключить, что – был, жил, никогда публично не проявленный, оставшийся всем не известен, в Гражданскую войну расцветший и вослед за ней погибший ещё один донской литературный гений…» Был, жил… какая-то несолидная аргументация для писателя такого уровня, как Солженицын.

Повторяя доводы о «плагиате» Шолохова, высказанные ещё в ноябре 1928 г. писателем-рапповцем Феоктистом Березовским в беседе с Е.Г. Левицкой, Солженицын, по сути, добавляет от себя («Невырванная тайна», «Бодался телёнок с дубом») лишь один: такой правоверный коммунист, как Шолохов, не мог создать отнюдь не лояльный к коммунизму роман «ТД». Говоря о Шолохове в своих статьях и выступлениях, Солженицын либо прибегает к передержкам, либо пользуется весьма недостоверной информацией о его жизни и творчестве.

В предисловии к книге Д* Солженицын безосновательно ссылается на исследования Г.С. Ермолаева, поскольку, в отличие от него, не читал отчаянно смелых писем Шолохова Сталину и Горькому 30-х годов. Отсюда ложный вывод, будто Шолохов «до сегодня остался верен психологии продотрядов и ЧОНа». Солженицын искажает содержание статьи Ермолаева «Политическая правка «Тихого Дона», когда пишет: «А ещё удивляет, что Шолохов в течение лет давал согласие на многочисленные беспринципные правки «Тихого Дона», ибо Ермолаев постоянно подчёркивает в этой статье, что Шолохов дважды, в книжных изданиях «ТД» 1933 и 1956 гг., убирал «многочисленные беспринципные правки», внесённые без его согласия редакторами журнала «Октябрь» в 1932 г. и ответственным редактором К. Потаповым в книжном издании 1953 г. Более того, Шолохов добился, чтобы сокращённые редакторами «Октября» куски 3-й книги «ТД» были напечатаны отдельной журнальной подачей («Октябрь», 1932, май–июнь) – случай уникальный в советской литературе.

Другой пример произвольной трактовки Солженицыным фактов: «А вскоре (речь идёт о 1929 г. – А.В. ) и сам непререкаемый Сталин назвал Шолохова «знаменитым писателем нашего времени». Не поспоришь». Но никакого спора не было и в принципе не предполагалось. Фразу, о которой пишет Солженицын, Сталин употребил в письме Ф. Кону от 9.VII.1929, напечатанном лишь… в декабре 1949-го, в 12-м томе собрания сочинений Сталина. Однако оно никак не способствовало укреплению литературных позиций Шолохова: наоборот, поскольку дальше Сталин писал о «ряде грубейших ошибок и прямо неверных сведений насчёт Сырцова, Подтёлкова, Кривошлыкова и др.» в «ТД». Публикация этого письма остановила на три с половиной года переиздание всех произведений «знаменитого писателя нашего времени»!

Столь же несправедливы и облыжны обвинения Солженицына в «бесстыдно-пропагандистском», «бессовестно-клеветническом» характере «ПЦ» Шолохова («По донскому разбору»). По утверждению Солженицына, Шолохов «ни словом, ни теньюшкой» не даёт знать в романе о Вёшенском антибольшевистском восстании 1919 г. Это неправда, – например, в главе XII 1-й книги «ПЦ» оно упоминается дважды: «С кольями бы пошли, как вёшенцы в девятнадцатом году!»; «Но только теперь казаки стали учёные. Их бивали смертно за восстания».

О раскулачивании в «ПЦ» Солженицын писал: «…весело вышвыривают в феврале семьи с младенцами из обжитых домов, и автор не упоминает лишних подробностей: куда? каким образом? где конвой, этап?» Солженицын не обратил внимания или проигнорировал, что эти же вопросы задаёт в «ПЦ» райуполномоченный ГПУ Захарченко первому секретарю райкома: «Куда их девать? Из округа ничего нет. Под них эшелоны нужны. На чём их отправлять, куда отправлять?» Растерянность Захарченко объясняется тем, что раскулаченные из Гремячьего Лога – первые в районе. Что же касается остальных «лишних подробностей», то всем читателям «ПЦ», исключая почему-то Солженицына, они хорошо известны: раскулаченных отправили из Гремячьего Лога колхозными подводами в райцентр, а потом они (во всяком случае, Дамасковы) оказались в Котласе Коми АССР, где Дамасков-старший вскоре умер от «внутреннего воспаления». Само же раскулачивание, судя по известной реакции Андрея Размётнова в главе IX 1-й книги «ПЦ», происходило не так уж «весело», как полагает Солженицын: «У Гаева детей одиннадцать штук! Пришли мы – как они взъюжились, шапку схватывает! На мне ажник волос ворохнулся!»

Иногда бездоказательность обвинений Солженицына в адрес «ПЦ» Шолохова принимает совсем уж грубый характер: так, пишет он о том, что в «ПЦ» нет «ни строчки» о возможности отъёма государством хлеба у колхозников. Как же нет, если именно на этой возможности основана интрига не одной, а даже нескольких глав 1-й книги «ПЦ»? Ярче всего подобные опасения были выражены середняком Банником в главе XXIV 1-й книги: «Соберёте хлебец, а потом его на пароходы да в чужие земли? Антанабили покупать, чтобы партийные со своими стрижеными бабами катались?»

Безусловно, по «ПЦ» видно, что она написана человеком, в 1930–1932 гг. являвшимся кандидатом в члены компартии, а с 1939 г. – делегатом всех партсъездов. Но всё равно это было достаточно острое по тем временам и уж точно не «бессовестно-клеветническое» произведение. Большинство претензий к Шолохову, как мы видим, вымышлены Солженицыным. Цель таких довольно топорно сработанных «разоблачений» ясна: он хотел показать, что автор «бесстыдно-пропагандистской» «ПЦ» никак не мог написать правдивого «ТД». При этом Солженицын особо подчёркивал: «…не хранятся ни в одном архиве, никому никогда не предъявлены, не показаны черновики и рукописи романа» («Невырванная тайна»).

Когда же норвежский исследователь Гейр Хьетсо прислал Солженицыну свою совместную с Густавссоном, Бекманом и Нилом книгу «Кто написал «Тихий Дон»?» (1984), доказывающую на основе компьютерных исследований, что автор «ТД» – Шолохов, Солженицын не сумел скрыть своего раздражения: «Значит, если карандаш и ложка примерно одной длины, то они суть одно и то же». Видимо, право определять, что в литературе есть «карандаш», а что – «ложка», Александр Исаевич оставлял только за собой.

Солженицыну довелось дожить до того времени (1999), когда принадлежавшая Шолохову рукопись первых двух книг «ТД» была наконец найдена. Надо сказать, что в 1990–2000-х он пересмотрел некоторые свои взгляды диссидентской поры. Так, в рассказе с не очень хорошим названием «На краях» (1995) он воздал должное полководческому гению Г.К. Жукова, которого прежде обвинял в «заваливании трупами» противника. Увы, даже узнав о существовании шолоховской рукописи, Солженицын не захотел или не нашёл в себе моральных сил отказаться от своей ошибочной и заведомо ущербной точки зрения на авторство «Тихого Дона».

Однако мы подробно поговорили об отношении Солженицына к Шолохову и не слишком много – об отношении Шолохова к Солженицыну. Отчего такой перекос? Всё-таки сказалась моя необъективность? В данном случае – нет. Дело в том, что тема Шолохова занимала в жизни и творчестве Солженицына несоразмерно большее место, чем тема Солженицына – в жизни и творчестве Шолохова. Шолохов такого внимания своему визави просто не уделял: практически все его высказывания о нём я привёл. В «Письмах» Шолохова (М., ИМЛИ РАН, 2003) мы найдём в алфавитном индексе имён лишь три указания на Солженицына (в двух письмах). Это значит, что Солженицын никакой «лакмусовой бумажкой» по отношению к Шолохову не являлся и никаких его особо негативных черт не выявил. Ну, допустим, узнал Солженицын из письма от 8.9.1967, что тот его не любит… Вот и весь шолоховский «негатив». С самим Солженицыным же – иная картина… Совершенно очевидно, например, что он, верующий христианин, оказался куда мстительней своего полуверующего оппонента. Шолохов, судя по упомянутым фактам, выявил и многие другие не самые лучшие качества в Солженицыне. Важно ли нам знать о них? Я думаю, важно: ведь сам Солженицын, судя по «Телёнку», не хотел, чтобы мы знали одни лишь хорошие качества классиков советской литературы.

К тому же в той юдоли, где Александр Исаевич сейчас пребывает, ему точно не нужна никакая неправда.

Теги: литературоведение , М.А. Шолохов

 

В мире Шолохова

В 2014 году вышли в свет два первых журнала "Мир Шолохова". Учредителем издания является Государственный музей-заповедник писателя в станице Вёшенская Ростовской области. Место главного редактора занял доктор филологических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации, ведущий научный сотрудник ИМЛИ РАН Ю.А. Дворяшин, а директором музея-заповедника стал внук писателя А.М. Шолохов.

В журнале собраны научные статьи, посвящённые проблемам шолоховедения, исследования архивных материалов, обзоры и хроники, и он, несмотря на обилие специализированного материала, будет интересен весьма широкому кругу читателей.

Как отмечает в своей колонке главный редактор журнала Ю.А. Дворяшин, «издание видит целью способствовать сближению и объединению усилий литературоведов, которые занимаются изучением жизни и творчества Шолохова».

В редакционный совет и редколлегию помимо российских учёных вошли специалисты из Сербии, Польши, США, Литвы и Латвии, занимающиеся популяризацией творчества великого русского писателя в мировом пространстве.

Поиски национальной идентичности, постановка вопроса «о диалоге текстов внутри одной культуры» позволяют авторам статей, помещённых в рубрике «Философия. История. Эстетика», сопрягать разные идеи и величины - творчество Шолохова, вселенные Ф.М. Достоевского и А.Н. Радищева.

Это неудивительно, ведь Шолохов – это не только имя Нобелевского лауреата по литературе, но знак, символ литературной национальной традиции и, в широком смысле, идеологической позиции.

Жанровая специфика, проблемы сюжета и композиции, поэтика заголовочного комплекса – такие вопросы ставятся авторами раздела «Шолоховедение».

Музей не только развивает научные связи и проводит научные конференции, но и поддерживает туристическое направление – знакомит посетителей с традициями донского коневодства и казачьей жизни, занимается просветительской работой со школами.

Соответственно, круг читателей журнала будет расширен за счёт вовлечения в него учителей-словесников, студентов и даже школьников.

Уже во втором номере шире использованы журнальные возможности: появилась «Литературная страница» – рубрика, смягчающая научную строгость издания.

Главная проблема современных научных периодических изданий – короткий срок жизни. Но «Мир Шолохова» – это особая и до сих пор свободная ниша на журнальном рынке, которая может объединить усилия всех, кто интересуется судьбой М.А. Шолохова.

Галина РОМАНОВА , доктор филологических наук

Теги: литературоведение , М.А. Шолохов

 

На биеннале как-то раз…

Сорокин набиенналился-напиарился. Кто следующий?

Фото: Светлана ЗАЦЕПИНА

Мне нравится слово "перформанс". Что-то есть в нём от энергичного перфоратора, что весело сокрушает бетонную стену непонимания, разделяющую Художника и толпу. Толпа в экстазе. Художник традиционно тоже.

Чтобы удивить перформансами видавших виды венецианцев, надо очень постараться. Энергичному Владимиру Сорокину это, похоже, почти удалось. На нынешней Венецианской биеннале облачённый в звериную шкуру писатель на виду у толпы восторженных зрителей лихо отдубасил привязанной к палке клавиатурой какого-то типа в средневековых доспехах. После чего все отправились смотреть экспозицию/инсталляцию, посвящённую роману Сорокина «Теллурия». Гвоздём программы стало поклонение тому самому теллуровому гвоздю, о котором (что, конечно, не совсем так) роман.

Про гвоздь - это, напоминаю, называется каламбур.

Не совсем понятно, какая роль в предлагаемом действе отводилась стайке обнажённых женщин в звериных масках, но это и неважно; концепт может быть тёмен для непосвящённых, да и надо же как-то поддерживать своё реноме, в конце-то концов.

Обидно до слёз, что мода на перформансы пошла лишь относительно недавно. А как славно смотрелась бы, скажем, презентация «Воскресения» Толстого нашего Льва, сделанная по сорокинским лекалам! Формат, понятное дело, 18+ – всё-таки не для младшего школьного возраста произведение. Но зато можно задействовать всё совершеннолетнее население Ясной Поляны и окрестностей. Хороводы, водимые обнажёнными пейзанками в кокошниках; Катюша Маслова, живописно лишаемая невинности автором, загримированным под Нехлюдова, и финальное его воскресение, трактуемое в экзистенциальном ключе. Последнее, впрочем, необязательно.

Лесковский «Левша» тоже подразумевает бездну возможностей. Чего стоила бы одна блоха, сработанная отечественными умельцами в масштабе 2000:1! И массовка из разбитных обнажённых английских леди, склоняющих мастера изменить родине. И кульминация: подковывание всех желающих всё теми же умельцами[?]

А Гоголь! Ну, это просто чума! Вот уж кто буквально создан для перформансов! Представляю, насколько зрелищной могла бы оказаться презентация его «Вия». Разнообразная снующая в толпе зрителей чертовщина; горилка, щедро разливаемая всем её страждущим; обнажённая Панночка, восстающая из гроба… Да мало ли!

Но что скорбеть об упущенных возможностях! Зато вектор намечен и пути развития проложены. Главное – побольше обнажённых женщин. Это обязаловка, что эпигонам, видимо, придётся зарубить на носу.

Теги: фельетон

 

Бенефис

Марат Валиахметов - профессиональный живописец, состоявшийся и снискавший признание как карикатурист. Марат – обладатель около 40 призов на конкурсах карикатуры. Самая любимая награда – с фестиваля "Золотой Остап –1995". А главной своей заслугой он считает создание электронной Большой энциклопедии карикатуры по адресу cartoonia.ru, куда и приглашает заглянуть всех любителей этого поистине интернационального жанра.

Кстати, несколько дней назад М. Валиахметову исполнилось 65.

Здоровья тебе, Марат, счастья и новых карикатурных успехов!

Администрация «Клуба ДС»

Теги: карикатура

 

Леон-Грин и Штангейзер

Креативное либретто

1-е действие

У Царя исчез сын Промрост.

Боярин Импер обвиняет заморскую советчицу Царя Либерию: это, мол, она, чужая стране, которую называет "это царство", интригами вынудила Промышленный Рост уйти.

Либерия отрицает вину.

Царь предлагает решить спор поединком - каждый должен выставить по бойцу.

Импер выставляет Рубля – паренька в деревянных латах.

Либерия звонит куда-то по мобильному – и в царство на лихом Евро влетает заокеанский Рыцарь Леон, прозванный за любовь к зелёным бумажкам Грином.

Он вступается за Либерию.

По выстрелу Царь-пушки поединок Рубля с Грином начинается.

Переоценив себя, Рубль бросается на иностранца, но тот, подняв процентную ставку, бьёт ею Рубля по фанерному шлему.

Рубль проседает.

Царь, по просьбе Либерии, отдаёт её в жёны Леону-­Грину.

2-е действие

В саду под яблоней Рубль и его младшая сестра Копейка пьют чай с сушками. Забытая всеми Копейка сетует, что её не берут теперь даже на сдачу, а было время, когда на пять копеек можно было купить пирожок или кататься весь день на метро!

Появляются Либерия и Леон-Грин: они возвращаются со свадебной церемонии. Молодая счастлива, она вся в   з е л е н и, которой осыпал её жених.

Но Копейка смущает Либерию известием, что Грину могут запретить хождение по Царству!

В ответ Грин презрительно обзывает Копейку «полушкой». (Это четверть копейки!)

Оскорбившийся за сестру Рубль набрасывается на Грина.

Тот отвечает санкциями.

Рубль падает.

Но тут появляется Промышленный Рост, объясняя своё возвращение законами рынка. Он склоняется к упавшему Рублю и показывает ему ростки импортозамещения, которые принёс с собой в волшебном горшочке.

Прозрение Царя, прогоняющего Либерию.

3-е действие

Наступает утро.

На горизонте медленно поднимается цена на нефть.

Промрост, вооружившись совком, высаживает в землю ростки импортозамещения.

Слабый Рубль стимулирует ростки, сам постепенно наливаясь силой.

Посрамлённая Либерия, сидя с Грином на хребте у Евро, покидает Царство.

А на спортивной площадке перед дворцом боярин Импер качает мышцы, поднимая трёхпудовый штангейзер.

Медленно опускается железный занавес

Теги: юмористическая проза

 

Без шансов

Колючая проволока, установленная по всему периметру здания, подрагивала на ветру и таила в себе 380 вольт.

Снаружи перемещались конные разъезды казаков с пиками, а внутри были расставлены омоновцы со щитами и резиновыми дубинками.

По углам на сторожевых вышках разместились наблюдатели из ОБСЕ, призванные мониторить ситуацию. Над территорией кружили беспилотники и вертолёты.

При входе в здание стояли три ряда детекторов лжи, металлоискатели и кинологи со специально обученными служебными собаками.

Повсюду были спрятаны видеокамеры, а из каждого угла выглядывали озабоченные оперативники, переговаривающиеся по рации.

Людей по одному запускали в здание, прощупывали швы на одежде, выворачивая карманы и изымая все предметы вплоть до зубочисток. Затем их подвергали испытаниям на детекторе лжи, пропускали через металлоискатели и просвечивали рентгеном.

Наконец последние из нескольких десятков пришедших оказались внутри. Прозвучала оглушительная сирена. К толстому краснощёкому мужчине в строгом чёрном костюме подошёл полковник в краповом берете, отдал честь и отрапортовал:

- Товарищ начальник! Задание выполнено! Можно приступать!

– Ну, положим, не товарищ начальник, – поправил краснощёкий, – а просто директор. Благодарю за службу!

Затем он осмотрел подавленно молчащую толпу и сказал:

– Поздравляю вас с началом ЕГЭ! Как вы уже поняли, дорогие мои, шансов списать ни у кого из вас нет!..

Теги: юмористическая проза

 

Бой-бабы "Клуба ДС"

Инна КОЖЕВНИКОВА

***

Весь день я мельтешу то здесь, то там,

Не пропадает ни одна минута.

За мной идёт удача по пятам,

Но всё догнать не может почему-то.

***

Мне не полегчало с десятой таблетки,

Опять неудачи толпятся у двери,

Опять разрушаются нервные клетки,

В которых сидят мои нервные звери.

***

Секрет успеха - в кураже,

Но я сегодня не в ударе.

Так накипело на душе,

Что котелок совсем не варит.

***

Я заметила сейчас

То, что, сударь, ваша рожа

Очень на Париж похожа, –

Съездить хочется хоть раз!

***

Нет, счастья в жизни не найду,

Характер у меня такой.

Потом все встретимся в аду,

Но я там буду – с кочергой.

***

Друзья, заимствуйте цитаты

Из разговора моего.

Ведь у меня такой богатый

Словарный[?] этот… как его?..

***

За окном моим – небо синее,

Из души так и рвутся стихи.

Это грех – предаваться унынию,

Когда есть и другие грехи.

***

Я по земле иду, смеясь,

Забыв обиды и печали.

Я знаю: жизнь не удалась,

Но хоть попытку засчитали!

Теги: ироническая поэзия

 

Горячая десятка анекдотов мая по версии «Клуба ДС»

[?] ♦ ♦

В любой вещи на свете есть изъян. В "Ламборджини", скажем, неудобно педали кирзачами нажимать.

♦ ♦ ♦

- Доктор, я разговариваю сам с собой.

– Это нормально, это называется внутренний диалог.

– Да, но я отвечаю себе на английском! А я его не знаю! Я не понимаю, о чём речь!

♦ ♦ ♦

Объявление в психиатрической клинике:

«Предупреждаем, что мнение пациентов может не совпадать с позицией медперсонала».

♦ ♦ ♦

Мужская сила воли крепче женской. Разве женщина способна, например, три дня спокойно проходить мимо мойки с кучей грязной посуды?!

♦ ♦ ♦

Первый класс. Тема урока – «Окружающий мир».

Учительница:

– Чего звери в лесу боятся больше всего?

Дети хором:

– Машеньку!..

♦ ♦ ♦

Шотландец:

– Что-то на вас какие-то плед и килт странные. Вы из какого клана?

– Из ку-клукс[?]

♦ ♦ ♦

Не надо переживать из-за всякой фигни. Всякая фигня ведь из-за нас не переживает.

♦ ♦ ♦

– Пишите: «Я, находясь в здравом уме и трезвой памяти, хочу подарить свою квартиру...»

– Простите, а это точно тотальный диктант?!

♦ ♦ ♦

Говорят, на нынешнюю Пасху атеисты приветствовали друг друга словами:

– Гагарин полетел!

– Воистину полетел!

♦ ♦ ♦

Самое ужасное не то, что мы теперь взрослые. А то, что взрослые теперь – мы!

Теги: юмористические заметки

 

«Напиши письмо маме»

В Кишинёве финишировал своеобразный интеллектуальный марафон, длившийся три месяца, творческий конкурс среди школьников страны - сочинение под девизом: "Напиши письмо маме!". Названы и награждены лауреаты, дипломанты, лучшие учителя-наставники. Среди инициаторов, организаторов и спонсоров масштабного мероприятия – Российский центр наук и культуры в Молдове, возглавляемый дипломатом Валентином Рыбицким.

Работы поступали на молдавском и русском языках. Их оценивали отдельные жюри. Сюрпризом стало, что многие ученики написали о Великой Отечественной войне вопреки позиции официальных представителей руководства страны по дегероизации этого исторического события и его фальсификации со стороны некоторых местных угодливых историков.

Русское жюри по ходу конкурса утвердило специальную премию – «За освещение темы Великой Отечественной войны» от имени общественной организации IUBESC MOLDOVA. Её вручили сельским школьникам из Гагаузской автономии Александру Гермеку и Кате Диминой. Примечательно, что из этого региона Молдовы было выбрано большинство победителей состязания.

Премию за «Лучшее письмо маме в стихах», учреждённую «Литературной газетой», получила Елена Устурой – десятиклассница кишинёвского лицея им. Герцля.

Председатель русского жюри, известный публицист и поэт Борис Мариан отметил:

– Конкурс стал одним из ярких и социально насыщенных событий года в Молдове. Мы сами не ожидали такого гражданского темперамента, такой творческой активности от юного поколения. В нём участвовало более 2500 школьников, из них 500 русскоязычных. Два года назад мы получили на тысячу писем меньше. Цель достигнута сполна. Выявлены юные таланты, и сами дети подняли на уровень социально государственной проблемы № 1 ситуацию: молдавские дети становятся сиротами при живых родителях. Ведь большинство авторов адресовали свои письма матерям, уехавшим на заработки на чужбину. И ещё конкурс доказал: русский язык в Молдове жив и любим вопреки официальным и неофициальным попыткам изгнать его из общественной жизни.

Теги: филология , русский язык

 

Рядом с Верди – Бэлза

В третий раз прошёл международный благотворительный фестиваль российско-­итальянской культуры "Очи чёрные"

Этот маленький курортный городок неподалёку от Флоренции имеет счастливую судьбу - благодатная тосканская природа и живительные термальные источники издавна делают его притягательной целью. Бульвары и ресторанчики Монтекатини Терме помнят Верди, Леонкавалло, Джильи и Пиранделло, сюда считали долгом наведаться члены королевских фамилий и политики, бизнесмены и голливудские знаменитости.

Сегодня Монтекатини Терме становится новым центром укрепления российско-итальянских культурных связей – с 2013 г. здесь ежегодно проводится благотворительный фестиваль «Очи чёрные». Программа фестиваля этого года, несмотря на его компактность (всего три дня), отличалась тем не менее высокой концентрацией событий.

Известные музыканты – Екатерина Сканави, которую называют одной из наиболее выдающихся пианисток современности, звёздное турецкое сопрано Седа Ортач, знаменитый баритон из Казахстана Шахимардан Абилов, гитарист-виртуоз и композитор Виталий Кись, а также постоянный резидент-оркестр фестиваля, Московский молодёжный камерный под управлением Валерия Вороны – выступали на одной сцене с талантливой «молодой порослью» из России и Италии – победителями и лауреатами престижных международных музыкальных конкурсов.

При содействии компании PRIMA STRADA в самом центре города открылась выставка работ российских и итальянских художников – полотна и рисунки Алёны Крафт-Павловой, Марии Черновой и Андреа Саккетти составили прихотливый, но завораживающий ансамбль, а подлинной жемчужиной вернисажа следует признать коллекцию изумительных шёлковых платков под названием «16 историй о России» успешной российской марки Radical Chic.

Но, пожалуй, красноречивее всего о растущем, несмотря на все сложности переживаемого нами исторического момента, взаимном притяжении между Россией и Италией свидетельствовали два глубоко символичных жеста.

В мэрии Монтекатини Терме прошла презентация мемориального медальона легендарного литгазетовца Святослава Бэлзы, который будет вскоре заложен на главной улице города, Viale Fedeli. Участие в фестивале «Очи чёрные» – 2014» стало последним выступлением видного российского музыковеда и публициста. В Монтекатини Терме был торжественно открыт памятник Джузеппе Верди. Подарок российского скульптора Айдына Зейналова так органично вписался в пространство перед входом в Театр Верди, что, казалось, стоял там всегда, и автор этих строк может свидетельствовать, что энтузиазм многочисленных горожан, бросившихся фотографироваться на фоне монумента, не дожидаясь окончания официальных речей, был самого восторженного толка.

И на открытии, и закрывая фестиваль, «отцы» города – мэр Джузеппе Беланди и Джованни Фьори, президент фестиваля ESTATE REGINA («Королевское лето») – вспоминали известную мысль о том, что красота спасёт мир. Только бы Достоевский оказался прав[?]

Теги: искусство , музыка

Содержание