О'Брайен, привалившись к стенке кабины, с облегчением вытирал потный лоб. Поезд все еще катил в обратном направлении, но скорость заметно падала.

Майор выглянул из окна. До Белой Руки и его индейцев оставалось не более четверти мили. Индейцы кучей двигались им навстречу. Минуты через две вождь пайутов вскочил на подножку подъезжающего локомотива, где его приветствовал О'Брайен. Как только все индейцы разместились по вагонам, он пустил поезд вперед.

— Лошади все разбежались?

— Все... И двое моих людей схлопотали по пуле в спину. Ты избавил нас от долгого похода пешком, майор О'Брайен... А мой друг, шериф Пирс...

Почему я его не вижу?

— Скоро увидишь. Он соскочил с поезда, чтобы выполнить одно важное дело.

Внезапно он бросился к двери, высунулся наружу и пристально уставился вперед. Сомнений не было: впереди у насыпи лежало тело Пирса. О'Брайен грязно выругался и бросился к тормозу.

Поезд, содрогаясь, остановился.

Майор и Белая Рука соскочили с подножки и с хмурыми лицами остановились перед телом Пирса. Невдалеке они увидели воронку, торчащую исковерканную шпалу и изогнутый кусок рельса.

— Дикин заплатит за это жизнью! — зловеще прошептал Белая Рука.

— Этот Дикин — агент федерального правительства США. Выражаясь твоим языком, он хитер, как змея, и удачлив, как дьявол. Пирсу еще повезло, что, по-моему, он остался жив. Необходимо срочно починить путь.

Под руководством О'Брайена пайуты принялись за дело и через двадцать минут все было исправлено. Получившийся импровизированный участок пути мог выдержать вес поезда с тремя вагонами. За это время благодаря усилиям Генри, Пирс пришел в себя. Опираясь на Генри, он с трудом добрался до вагона.

Когда пайуты вернулись в вагоны, Белая Рука с О'Брайеном поднялись в кабину локомотива. Майор дал самый малый путевой ход вперед. Когда колеса достигли этого места рельс слегка просел, но все же выдержал. После того, как этот участок миновал последний вагон, О'Брайен успокоился и дал полный ход.

* * *

Дикин, Клэрмонт и Марика сделали остановку, но с лошадей не сошли.

Дикин принялся быстро делать полковнику перевязку.

— Мы теряем время! — нетерпеливо заявил Клэрмонт. — Сейчас каждая секунда на счету!

— И потеряем еще больше, если не остановим кровотечение! — Дикин взглянул на девушку, которая плотно сжав губки, чтобы не застонать от боли, крепко держала правой рукой запястье левой. — Как у вас дела, Марика?

— Ничего... Все... в порядке.

— Очень больно?

— Не рука... щиколотка. Не могу вставить ногу в стремя.

Дикин подъехал к ней вплотную, пересадил ее на свою лошадь и, взяв поводья ее лошади свободной рукой, пустил обеих лошадей бодрой рысью.

Клэрмонт, выглядевший не лучше Марики, следовал за ними. Теперь они довольно быстро передвигались параллельно железнодорожному полотну по направлению к форту.

* * *

Сепп Кэлхаун сидел на своем обычном месте, положив ноги на стол. Он потягивал виски и курил комендантскую сигарету. Кроме него в комнате находился только полковник Фэрчайлд, сидевший на стуле. Его руки были связаны за спиной.

— Все в порядке, Кармоди? — спросил Кэлхаун у вошедшего бандита.

— В порядке. Телеграфисты под замком вместе с остальными. Бенсон у ворот. Хэррис распоряжается насчет жратвы и выпивки.

— Отлично! Сейчас самое время закусить, прежде чем вернуться наши друзья. А они вернуться через час, а то и раньше, — он с издевкой уставился на Фэрчайлда. — Битва в Ущелье Разбитых Надежд уже принадлежит истории, полковник. — Он снова ухмыльнулся. — Правда, самое подходящее для этого слово — «резня», а не «битва»!

* * *

В багажном вагоне все еще окончательно не пришедший в себя, но уже оправившийся Пирс, раздавал магазинные винтовки толпившимся вокруг него пайутам. Те радовались как дети, получившие новые игрушки. Пирс пробрался между ними и вскарабкался на тендер, зажав под мышкой три винтовки. Войдя в кабину машиниста, он вручил одну из них Белой Руке.

— Это тебе в подарок, Белая Рука!

Вождь улыбнулся.

— Ты — человек слова, шериф Пирс!

Превозмогая боль тот попытался улыбнуться и произнес:

— Осталось двадцать минут... не более двадцати минут.

* * *

Дикин опередил их на пятнадцать минут. На миг задержав лошадей, он посмотрел вперед. Мост через ущелье виднелся в полумили от них, а сразу за ним располагался форт Гумбольдт.

Стоявший на часах Бенсон преградил им путь, выставив вперед ружье.

— Кто такие? — прохрипел он. — И что вам нужно в форте?

— Нам нужен Сепп Кэлхаун и побыстрей! — авторитетным тоном заявил Дикин.

— А кто это с вами?

— Вы что, ослепли? Пленные с поезда!

— С поезда? — нерешительно кивнул Бенсон: соображал он туго.

Проезжайте!

Он пошел вперед них, показывая путь. Когда они приблизились к комендатуре, дверь открылась и из нее вышел Кэлхаун. В каждой руке он держал по револьверу.

— Кого это ты приволок, черт тебя возьми, Бенсон! — свирепо посмотрел он на подчиненного.

— Говорят, что с поезда, босс!

Дикин направил свой револьвер на Марику и Клэрмонта. — Слезайте вы, оба! — он повернулся к Кэлхауну. — Вы Сепп Кэлхаун? Войдемте, надо поговорить.

В ответ Сепп наставил на него оба револьвера.

— Только не так быстро, мистер! Вы-то кто такой?

Дикин с раздражением в голосе прорычал:

— Я Джон Дикин! Меня послал Натан Пирс.

— А кто это может подтвердить?

— Они! — он показал на уже спешившихся Марику и Клэрмонта. — Вот мой паспорт! Заложники! Гарантия! Называйте их как хотите! Натан приказал мне захватить их с собой в качестве доказательства.

— Я видывал доказательства и получше этих! — уже менее агрессивно сказал Кэлхаун.

— Вот как? В таком случае познакомьтесь. Полковник Клэрмонт, ехавший в этом поезде на смену коменданту, и мисс Марика Фэрчайлд, дочь нынешнего коменданта!

Глаза Кэлхауна расширились от удивления, револьверы дрогнули в его руках, но он мгновенно овладел собой.

— Мы еще посмотрим, кто есть кто! Входите!

Он и Бенсон пропустили всех троих вперед, держа их под прицелом.

Когда дверь открылась, полковник Фэрчайлд от изумления подскочил на стуле.

— Маричка! Дочурка моя! Полковник Клэрмонт?

Марика, хромая, бросилась к отцу на шею.

— Девочка, родная моя! Что они с тобой сделали? И как ты здесь очутилась?

— Ну что, убедились? — рявкнул Дикин на Кэлхауна.

— Да... вроде бы все в порядке... Только я никогда не слышал о Джоне Дикине.

Джон сунул свой револьвер под куртку и этот мирный жест успокоил Кэлхауна.

— А кто, по-вашему, раздобыл эти четыре винтовки из Винчестерского арсенала?

Дикин видел, что превосходство уже на его стороне и спешил использовать его в своих целях. — Ради бога, приятель, не теряйте зря времени. Дела плохи, очень плохи! Все испортил ваш дружок, Белая Рука. Он погиб. О'Брайен тоже. Пирс тяжело ранен. Поезд захвачен солдатами и когда они его снова пустят...

— Белая Рука... О'Брайен... Пирс!

Дикин повелительно кивнул в сторону Бенсона.

— Велите ему подождать снаружи.

— Снаружи? — Кэлхаун, похоже, потерял способность соображать.

— Ну да! Я должен сообщить вам еще более важное! Но только вам одному!

Кэлхаун с отчаянием произнес:

— Что может быть еще хуже, чем то, что вы мне сообщили?

— Кое-что...... вот это, например! — в руке Дикина вновь появился револьвер, который он приставил к голове Кэлхауна. Второй рукой он быстро выхватил у остолбеневшего бандита револьверы и передал один из них Клэрмонту, который тотчас же направил его на бывшего владельца. Вытащив нож, Дикин мгновенно перерезал веревки, которыми были связаны руки полковника Фэрчайлда, и положил второй револьвер Кэлхауна на стол перед комендантом. — Это вам! Как только придете в себя, возьмите его! Сколько у Кэлхауна людей, не считая вышедшего Бенсона?

— Именем господа бога, скажите, кто вы?

Дикин схватил Кэлхауна за воротник и снова обратился к коменданту:

— Сколько у Кэлхауна бандитов?

— Двое... Кармоди и Хэррис... так он их называет...

Дикин повернулся и сильно ударил Кэлхауна револьвером в область печени. Тот вскрикнул от боли. Дикин ударил еще раз, а потом устало проронил:

— Ваши руки Кэлхаун, обагрены кровью десятков людей... Можете мне поверить, что я только ищу повода, чтобы прикончить вас! (По глазам Кэлхауна можно было видеть, что он полностью верил Дикину). Скажите Бенсону, что вам нужен он, Кармоди и Хэррис! Пусть немедленно явятся все сюда!

Дикин приоткрыл дверь и подтолкнул Кэлхауна, упершись стволом револьвера ему в спину. В нескольких футах от двери расхаживал Бенсон.

— Позови Кармоди и Хэрриса! — хрипло приказал Кэлхаун. — И сам сюда приходи! Живо!

— Что еще стряслось, босс? У вас вид, как... как у недельного покойника...

— Скорее, скотина!

Бенсон мгновение колебался, а потом повернулся и побежал по двору.

Дикин закрыл дверь и угрожающе обратился к Кэлхауну:

— Повернись!

Тот слепо повиновался. Дикин размахнулся и с силой ударил его по голове рукояткой револьвера. Кэлхаун безмолвно свалился на пол. Марика с ужасом посмотрела на Джона.

— Только избавьте меня, ради бога, от ваших нотаций, — холодно, но вежливо отчеканил Дикин. — Еще минута и он стал бы агрессивным, как загнанная в угол крыса. — Он повернулся к Фэрчайлду. — Сколько ваших осталось в живых?

— Мы потеряли только десять человек. Они пали смертью храбрых, Фэрчайлд все еще растирал онемевшие руки. — Остальные были захвачены в плен во время сна. Мы приютили этих проклятых предателей на ночь, а они перебили караул и впустили в форт индейцев. Сейчас наши люди в двух милях отсюда, в заброшенной шахте под охраной индейцев.

— Неважно... Мне они не нужны. И меньше всего мне хочется устраивать здесь массовую бойню! Как вы себя чувствуете?

— Намного лучше, мистер Дикин... Скажите, что я должен делать?

— Достаньте мне мешок взрывчатки и фитили. И, пожалуйста, сделайте это как можно быстрее! Где тут у вас свободное помещение?

— Вон там! — показал комендант.

— Ключи?

Фэрчайлд снял один из ключей с доски на стене и вручил его Дикину.

Тот благодарно кивнул, положил его в карман и занял у окна наблюдательный пост.

Ждать пришлось всего несколько секунд. Бенсон, Кармоди и Хэррис бегом приближались к комендатуре. По сигналу Дикина дверь распахнулась и Клэрмонт сбросил бесчувственное тело Кэлхауна со ступенек к ногам бандитов. Замешательство было полным. Когда возник Дикин с кольтом в руке, бандиты не смогли даже вытащить свое оружие, ослабев от страха. За Дикином выскочил полковник Фэрчайлд и побежал на противоположный конец площадки.

Бандиты были окружены и обезоружены. Они подхватили тело своего главаря и под дулами револьвером направились к свободному помещению. Когда все четверо были заперты под замок, Фэрчайлд притащил довольно тяжелый мешок. Дикин уже находился на лошади. Подхватив мешок, он пустил лошадь галопом. Оказавшись за воротами форта, он сразу свернул налево.

Из комендатуры вышла Марика, ее поддерживал Клэрмонт. У обоих был такой вид, будто один слепой показывал дорогу другому слепому. Вместе с Фэрчайлдом они поспешили к воротам форта.

Дикин остановил лошадь и спрятал ее за скалу возле железнодорожного моста, вскинул мешок на плечо и направился на середину моста.

* * *

Пирс высунулся из левого окна кабины машиниста и смотрел вперед.

Вскоре на его израненном лице появилась довольно широкая улыбка.

— Мы прибываем! — крикнул он. — Мы почти на месте.

Белая Рука присоединился к нему и тоже выглянул из окна. До моста через ущелье оставалось менее мили. Белая Рука высунулся еще дальше, потом сделал шаг назад, улыбнулся и с любовью потер ствол новой винтовки.

* * *

Между тем Дикин заканчивал свое дело. С обеих сторон между деревянными быками и контрфорсами моста уже была заложена взрывчатка. Он не использовал и половины того, что принес полковник, но и этого, по его мнению, было вполне достаточно. После этого он занял удобную позицию, бросил остатки взрывчатки на линию и осторожно приподнял голову. Поезд уже находился в четверти мили от моста.

Дикин быстро спустился вниз, поджег оба фитиля и быстро поднялся обратно на мост. Подхватив мешок, он быстро перебежал на западный край моста.

В этот момент Пирс и Белая Рука заметили бегущую фигуру. Оба одновременно подняли винтовки и выстрелили. Однако, из-за того, что локомотив сильно раскачивало, ни одна из пуль не попала в цель. В следующее мгновение Дикин уже находился под прикрытием скалы.

— Мост!!! — завопил Пирс! — этот дьявол заминировал мост!

О'Брайен, с исказившемся от страха и ярости лицом, схватился за тормоза, но было уже поздно. Оставалось лишь немедленно покинуть обреченный состав. Три фигуры с винтовками выскочили на западную сторону моста и укрылись за ближайшей санклюдовой скалой.

Через секунду или две, локомотив с вагонами рухнул в пропасть.

Послышался страшный треск ломающихся вагонов, скрежет металла и вой людей...

Потрясенные, но не растерявшиеся — Пирс, О'Брайен и Белая Рука двинулись навстречу Дикину. Оказавшись под дулами трех винтовок, Дикин на мгновение застыл, будто парализованный, потом резко бросился на землю. Но выстрелов не последовало. Пережитое явно подействовало на реакцию стрелков.

Дикин сунул руку под куртку и медленно вытащил ее обратно: револьвера при нем не было, он оставил его на столе в комендатуре форта. Тройка преступников приближалась к нему. Они поняли, что он безоружен. Однако Дикин не собирался умирать — в правой руке он уже держал подожженную палочку взрывчатки. Выждав несколько секунд, показавшихся ему вечностью, он швырнул ее навстречу противнику.

Взрыв ослепил их и лишил возможности ориентироваться. Дикин быстро выбежал из укрытия. Сквозь дым и пыль он заметил, что Белая Рука схватился за голову и выронил винтовку. Дикин мгновенно воспользовался этим и через пару секунд она находилась у него в руках. Он направил ее на оглушенных взрывом майора О'Брайена и Пирса.

— Не делайте глупостей! — выкрикнул Дикин. — Не вынуждайте меня делать вам больно! Не делайте из меня человека, который впервые в жизни убил другого человека из магазинной винтовки Винчестера!

Пирс пришел в себя немного быстрее О'Брайена. Он отпрянул в сторону и начал прицеливаться в Дикина. Тот не стал ждать смерти и тотчас же выстрелил.

— Думаю, что для истории одного человека вполне достаточно! воскликнул Дикин.

О'Брайен в растерянности бросил винтовку. Глаза его слезились от дыма, он почти ничего не видел.

В этот момент к Дикину подошли Марика, полковник Фэрчайлд и Клэрмонт.

Последний крепко держал в руке револьвер, несмотря на рану.

Дикин, Фэрчайлд и Марика подошли к самому краю разрушенного моста и взглянули вниз. Глубоко на дне пропасти виднелась груда искореженных остатков состава. Никакого движения, никаких признаков жизни.

— Око за око! — произнес Дикин с некоторой торжественностью. Полагаю, что в наших руках остались те, кто нам больше всего нужен: О'Брайен, Кэлхаун и Белая Рука.

Полковник Фэрчайлд мрачно проворчал:

— Не хватает еще одного!

— Вы... вам известно о деяниях вашего брата? — взглянул на него Дикин.

— Всегда подозревал, но не знал наверняка. Он что, и был заправилой?

— Боссом был О'Брайен. Он использовал жадность вашего брата и другие его слабости.

— И вся его жадность нашла приют на дне пропасти.

— Для вас и для вашей дочери это лучший исход дела.

— А что дальше?

— Пошлем один отряд ваших людей за вагонами с лошадьми, оставшимися на пути, когда я их отцепил. Другой отряд займется восстановлением телеграфной связи. А потом вызовем отряд военных и гражданским инженеров и заново отстроим мост.

— А вы вернетесь в Риз-Сити? — поинтересовалась Марика.

— Я вернусь в Риз-Сити, когда восстановят мост и пришлют поезд, чтобы вывезти из форта Гумбольдт все золото и серебро. Я не спущу глаз с этого груза, пока его не доставят в Вашингтон.

— На восстановление моста и связи, — задумчиво произнес полковник Фэрчайлд, — уйдут недели, если не больше.

— Вполне возможно.

Марика счастливо улыбнулась.

— Похоже, нам предстоит длинная и скучная зима.

Дикин тоже улыбнулся и возразил девушке:

— Ну, не знаю... Во всяком случае, думаю, что у нас найдется о чем поговорить...