Ген Человечности - 1

Маркьянов Александр В.

Катастрофа, день одиннадцатый

 

 

Дорога штат Аризона

13 июня 2010 года

Сборы заняли целый день. Вот что значит — гражданские…

Для начала пришлось собрать всех гражданских и перевезти в относительно безопасное место — на металлургический завод. Попутно при этом пришлось хотя бы минимально обустраивать все заводские цеха для проживания, латать подручными средствами дыры в заборе (хорошо нашлась пара сварочных аппаратов, подтащили несколько старых автомобилей и кое-как заварили). Потом пришлось собирать команду. И тронулись мы только в десять часов утра следующего дня.

Ехать решили командой — десять человек. Восемь человек — жители городка — на четырех больших фермерских пикапах, в основном Ford Heavy Duty. В кабине — по два человека — водитель и стрелок. Большим числом народа смысла нет — если не отобьемся таким количеством бойцов — значит, не отобьемся и большим. Да и гражданских кто-то должен охранять… Из автоматического оружия у местной posse comitatus, поехавшей с нами, были две автоматические винтовки — M16A1 еще вьетнамских времен, но рабочая и Ruger Mini 14, который очень любят неонацисты и Ку-Клукс-Клан. Был также один СКС, обычный без тюнинга, а все остальное — Ремингтоны и Винчестеры для охоты на оленей. Что же касается пистолетов, то они подходили для этого дела больше — в основном магнумы.357 и.44, была и пара Кольтов. Останавливающее действие — как раз на одержимых охотиться.

Мы ехали с братом, вторыми в колонне. Для путешествия я выбрал Lincoln Navigator, а не свой Chevrolet и как потом выяснилось — сделал очень правильно. Свое оружие я раздавать не стал несмотря на намеки — раздать просто, а вот потом собрать… Тем более, что в этом городке я уже и так сидел дольше, чем предполагал.

Перед выездом, как полагалось хорошему пехотному командиру, полагалось толкнуть речь, типа держи порох сухим, а глаза на затылке. Но, честно говоря в речах я особо силен не был, да и настроение у меня было хреновое.

Выстроив у машин свой маленький отряд, я внимательно осмотрел их. Обычные мужики из американской глубинки, от тридцати до пятидесяти. Все они с какой-то надеждой смотрели на меня. Какая тут нахрен может быть надежда…

— Дистанция между машинами десять метров. Стекла держать закрытыми, лучше попотеть, чем к вам в машину ввалится какой-нибудь урод, желающий вас убить и сожрать. При обстреле — стараемся проскочить это место на скорости, вообще стараемся ни вот что не ввязываться. Если кому-то охота по-маленькому или по большому, то лучше сделать это сейчас, потому что в дороге отходить от машин на открытой местности опасно. Если одержимый бросится на машину — давите не задумываясь. Вопросы? Вопросов не было.

— По машинам!

В полном молчании, без обычных в таких случаях шуток и подколок, бойцы (а это уже были бойцы, безо всяких скидок) разошлись по машинам.

Лесистую местность проскочили достаточно быстро, если честно за нее я беспокоился больше всего. Что в лесу, что в растительности на фермерском поле — могут быть одержимые и если они бросятся — на принятие решения будет секунда или две. А ведь для того, чтобы понять, насколько опасен одержимый, нужно попасть в переделку, как попал вчера в нее я. Мужики же эти, судя по всему, в особые переделки не попадали, поэтому если одержимый бросится на машину — могут и остановиться, а то и выйти из машины.

Чем дальше мы отъезжали от Седона, тем больше перед нами разворачивалась картина катастрофы. Дорога шла мимо маленьких городков, мимо придорожных кафешек и заправок и, как говорится, чем дальше в лес… Все подозрительные и населенные места мы проскакивали на скорости с ходу, но кое-какие выводы я сделал. Некоторые городки уцелели и вооружились, некоторые выглядели безлюдным, а один даже горел. В одном месте к нам пристроились два каких то подозрительных лифтованных джипа, но после автоматной очереди в воздух отстали. Одержимых мы видели только в одном месте и то я не уверен, что это были одержимые. Проскочили подозрительное место, я перекрестился.

Чем больше мы приближались к обжитым местам, тем больше мы видели признаков исхода. На дорогах в некоторых местах было скопление машин, попадались и брошенные машины. Проезжая через один брошенный городок (дорога шла через его центр, и объехать было нельзя), я заметил в нем машину даже с Нью-Йоркскими номерами. На дорогах попадались караваны и моторхоумы, как будто все вдруг решили срочно отъехать в отпуск. «Усилителей закона» я видел только в трех местах, причем они охраняли свои городишки и в остальные дела, судя по всему вмешиваться, не собирались. Дорожной же полиции на дороге вообще не было.

Вообще складывалось впечатление, что большей проблемой является не наличие одержимых, а дорожный и прочий бандитизм. Перед выездом я специально уточнил у шерифа, не попадется ли по нашей дороге какого-нибудь исправительного учреждения. Тот заверил, что нет. И, тем не менее — бандитов я опасался больше, по крайней мере, у них есть оружие и они умеют им пользоваться.

Но у нас была еще одна проблема. Помимо оружия и патронов — нелишним было бы разжиться топливом. Поэтому, только увидев подходящую, с виду уже заброшенную заправку, я показал на нее брату. Мощный, почти четырехсотсильный двигатель Навигатора утробно взревел, машина буквально прыгнула со второго места в колонне на первое и тут же, помигав поворотником, стала сворачивать вправо, где чуть в стороне от дороги горделиво примостилась на обочине заправки и небольшой магазинчик, увенчанные неоновой надписью Denny's Place.

Молодцы… Несмотря на то, что боевой опыт был только у Питера, воевавшего еще во Вьетнаме, встали мои мужики правильно. Так, чтобы с одной стороны не мешать друг другу в случае чего выскочить на трассу, а с другой стороны — машины создавали укрытие, за которым можно было спрятаться и стрелять. Брат же подрулил поближе к заправочной колонке, чтобы можно было проскочить к зданию заправочной в течение секунды, не задерживаясь на открытой местности. Двигатели машин бубнили на холостых оборотах — но никто их не глушил.

— Двигатель не глуши! — бросил я.

— Понял.

— Короче — чистим. Примерно представляешь, что это такое?

— Когда то представлял… — сморщился брат.

— Значит, представляешь — уверенно сказал я — если научился один раз, не забудешь всю жизнь (хотел бы я в это верить…). Берешь Калаш и прикрываешь меня со спины. Смотри только не пальни в меня с нервов. Дошло?

Пит, ни говоря ни слова, перегнулся через сидение, достал Калашников. Еще перед выездом он навьючил на себя тактический жилет с шестью магазинами к нему. Я же вооружился коротким, как нельзя подходящим для боя в помещениях Knight Armament. Достал гранату к подствольнику, зарядил и подствольник. Еще одну гранату для подствольника положил в карман.

— Мы что, воевать собрались? — сказал Пит, мрачно наблюдая за моими приготовлениями.

— А хрен его знает…

Одновременно открыв двери, мы десантировались из машины, я направил дуло автомата на закусочную, Пит — на противоположную сторону дороги, откуда можно было ждать атаки одержимых. Пальцы лежали на спусковых крючках, автоматы в любой момент были готовы изрыгнуть свинцовый вихрь.

И тишина. Только едва слышный свист ветра, перебиваемый рокотом двигателей. Никого и ничего.

Я махнул рукой, подавая сигнал общего сбора — и через несколько секунд у нашей машины оказалось еще четверо стрелков. Один стрелок и все водители с оружием оставались охранять машины — так было оговорено с самого начала.

— Идем парами. Проверяем. Одна пара остается снаружи. Подгоняйте машины, сливайте топливо. Начали!

Одна из машин, которую мы взяли в дорогу, в кузове имела огромный бак, приспособленный для переводки молока. Сейчас же мы собирались залить туда бензин.

Прижавшись к стене, я сразу ощутил запах. Неприятный такой, о многом говорящий… Еще я услышал мерное жужжание мух внутри пристроенного к заправке магазинчика (мне он, кстати, показался слишком большим для такой захолустной дороги). Запах плюс мухи — объяснение может быть только одно.

Пинком выбив дверь, сразу ушел влево, открывая дорогу другим и беря под прицел торговый зал. Еще через секунду в зале был уже Пит, вставший так, что другие были вынуждены оставаться на улице. Ничего, научится со временем…

Мухи… Мух было много, они вились в торговом зале, надоедливо жужжа, это жужжание перекрывало даже шум кондиционера. И больше всего их было в одном месте, между забитых товарами полок. Когда я осторожно, держа автомат на изготовку, пошел вперед, я уже не сомневался в том, что я там увижу.

Труп… И не просто труп, а труп в форме дорожной полиции Аризоны. Раньше это был мужчина, лет сорока, роста около шести футов с излишним весом. Сейчас же это была просто куча гниющего человеческого мяса, над которой, деловито жужжа, вился рой мух. И, что самое страшное — труп был серьезно погрызен, а едва заметные кровавые следы шли к задней стене здания, где по видимости был склад товара.

— Готовность! — выкрикнул я, поднимая автомат, и в этот самый момент он бросился на нас.

Дверь, ведущая в небольшой склад, пристроенный к торговому залу, отлетела под ударом такой силы, что одна из дверных петель не выдержала и оторвалась, дверь криво повисла на одной петле. Я увидел движение — именно движение, что-то темное бросилось к двери в торговый зал, распластавшись в прыжке. Развернувшись всем корпусом, я ударил длинной очередью — и в этот же момент заговорил АК Пита. Две струи свинца сбили атакующий порыв одержимого, отбрасывая его к стене. Сбив своим телом стойку с журналами и комиксами, одержимый грохнулся на пол и застыл. И в этот же момент загремели выстрелы на улице, двое моих стрелков рванули без команды на улицу и мы остались с братом вдвоем.

— Прикрой! — Под прикрытием Пита, я сменил магазин в автомате на полный, после меня сменил магазин и Пит. Впереди черт знает что, и полный магазин по любому лучше, чем полупустой. Прикрывая друг друга, мы начали продвигаться вперед: один прикрывает, другой проходит несколько шагов вперед и занимает удобную позицию для стрельбы. Хорошо хоть здание одноэтажное, не придется чистить второй этаж…

Склад — небольшой, заставленный товаром по самый верх, оказался чист. Судя по всему, одержимый в магазине был один, второй — на улице. Судя по тому, что на улице больше не стреляли, помощь им не требовалась…

— Чисто!

— Чисто — подтвердил брат.

Вернувшись в торговый зал, я внимательно рассмотрел мертвеца. Пуля снесла ему полголовы, еще несколько пуль попали в бок, но кое-что сказать было можно. Молодой, лет тридцать — тридцать пять, белый. Длинные волосы перехвачены резинкой, с этой прической он чем то походил на актера Стивена Сигала. Что-то мне подсказывало, что это и есть хозяин данной заправки. Сейчас его опасаться не стоило — с такими ранениями не живут даже одержимые.

— Тебе ничего странным не кажется?

— Нет.

— А скажи — часто на провинциальных дорогах ты видел такие заправки, совмещенные с мини-маркетом. Такая заправка и на федеральных трассах нечасто встречается.

— Отмывание денег? — неуверенно предположил брат.

— Оно, родное, оно… Вопрос, что за деньги — пробормотал я, направляясь к стойке кассира, рассчитывая там найти кое-что для себя. И нашел. Прямо под стойкой кассы — я вытащил это и не поверил своим глазам.

Пистолет— пулемет «Узи». Полноразмерный, со сложенным прикладом и черным пластиковым цевьем, с магазином на тридцать два патрона. Тот самый, которым был вооружен Арнольд Шварценеггер в самом первом «Терминаторе». Тяжелый, грубо сделанный — но надежный и отлично сбалансированный, при наличии навыка можно было стрелять с одной руки. Переключатель режима огня такой, что можно им пользоваться той же рукой, которой держишь оружие. Вообще то я тут рассчитывал обрез помпового ружья найти, но раз такое дело… В общем — никому не отдам.

— Ни хрена себе! — брат удивленно присвистнул, глядя на то, что я держу в руках — это чем же тут таким торговали?

— Черт его знает… — ответил я — наркотой, скорее всего. И в самом деле — если не наркотой, то зачем автомат у прилавка…

— Мистер Маршалл! — в дверях магазина появился Том, один из жителей города, и тут же осекся, глядя на второй автомат у меня в руках — мы там еще одну подстрелили… Тварь, короче.

Выйдя на воздух, я огляделся — картина маслом. Еще один одержимый, буквально изорванный крупной картечью, пацан лет восемнадцати в джинсовке. Валяется в придорожной пыли как сломанная кукла. И рядом с джипом пытается придти в себя один из стрелков, тоже Пит, кажется…

— Взгляни-ка — тихо сказал я брату, кивнув на незадачливого стрелка. Через минуту Пит вернулся.

— Норма!

— Уверен?

— Точно говорю — норма! Контакта с зараженной кровью не было, но прилетело изрядно. Норма, говорю тебе.

Сплюнув, я подошел к сгрудившимся около пострадавшего и совершенно забывших о необходимости вести наблюдение остолопам (а по-другому и не назвать никак).

— У нас что, прощай война, здравствуй расслабуха? — недобрым тоном осведомился я Народ вытаращился на меня.

— Марш на посты, б…!! — взорвался криком я — до трех считаю, мать вашу!

Уже через пару секунд рядом никого не было, остались только мы с Питом и другой Пит — тот которому попало от одержимого, да так, что он еле стоял на ногах, держась за борт пикапа.

— Докладывай!

— Я не знаю… — после едва ли не минутной тишины сказал Пит — не знаю… Он же нормальным казался, пошел ко мне… А потом бросился, я не успел. Не успел…

— Тебе повезло, что ты не заразился — жестко сказал я — иначе пришлось бы тебя тут же и расстрелять. Ты понял, что ты один подвел нас всех. Всех, мать твою, до единого. Дошло?

— Понял… — убито проговорил он — как же так… Как же так… Мда… С таким настроением — не сейчас так потом замочат.

— А вот так! — я схватил его за грудки и как следует тряханул — вот такая вот ерунда. С этим либо живешь и борешься, либо — умираешь! Приди в себя!

— Понял… — сказал Питер голосом, который понравился мне уже гораздо больше — понял. Можно идти!

— Нормально сам?

— Башка трещит, а так нормально — выпрямился Пит.

— Тогда иди. Грузить поможешь…

Три машины из пяти уже были загружены. В кузове одной стоял бак, заполненный до отказа бензином (я очень надеялся, что по дороге не попадем под обстрел), еще в две мы нагрузили до предела консервов и любой другой съедобной и долго хранящейся дряни, содержавшей максимум калорий при минимуме веса. Перекусили там же, как ни странно, соседство трупа уже никому не мешало. Один из сталкеров (наверное, правильней теперь будет называть всех нас именно так, название красивое, прочитал в фантастическом романе, не помню каком), помощник шерифа в прошлом вспомнил, что хозяина этой заправки серьезно подозревали в торговле амфетаминами, но так ничего и не доказали. А теперь это было уже и не важно.

Отъезжая, заправку мы закрыли, может, придется сюда вернуться на обратном пути, может и еще что-то кому-то пригодится. И тронулись в путь…

 

Форт-Хуачука штат Аризона

13 июня 2010 года

Форт Хуачука… За время службы в армии я умудрился побывать и здесь — правда всего на несколько часов и проездом. Вспомнив то, что тогда увидел, я понял, что в плане обороны форта дело — дрянь! Жилая часть форта, там где были сосредоточены склады, казармы личного состава и офицерские коттеджи вообще не были ничем прикрыты — ни естественными препятствиями, ни искусственными. На горизонте виднелись горы, а так жилой сектор был расположен на плоской как стол прерии. Налетай не хочу — хоть одержимых стая, хоть бандиты.

Нас тормознули у импровизированного блок-поста, выставленного примерно в километре от главных ворот базы. Блок-пост представлял собой два Хаммера с пулеметами М240, на одном из них была мигалка — верный признак машины военной полиции. С удовлетворением я отметил, что за спиной бойцов блокпоста, метрах в пятистах ведутся интенсивные земляные работы — гражданские под контролем военных, судя по всему, создают периметр обороны. Усталый и раздраженный чернокожий сержант махнул жезлом, приказывая остановиться, один из пулеметчиков на Хаммере целился точно в лобовое стекло нашей машины. Через стекло мне было видно его лицо — усталое и какое-то … пустое что ли. Перечить я не стал, понимая, что нервы у всех сейчас на взводе и огрести пулеметную очередь сейчас ничего не стоит.

— Проезд закрыт! — без обиняков заявил чернокожий, судя по нашивкам — аж ганнери-сержант подойдя к двери со стороны пассажира. На груди у него висела табличка «Лерой». Наличие у нас автоматического оружия никакого впечатления на него не произвело.

— Вызови командира базы!

— Ты что, не понял? — недобро прищурился сержант Лерой — проваливай отсюда, пока не огреб свинцовый привет.

Мда-а-а… В таких случаях помогает либо танк «Абрамс» либо волшебное слово. Танка у меня не было — а вот волшебное слово я знал.

— Передай своему командованию, дубоголовый — «Альфа-Черная Звезда».

— Что? — кажется, мне удалось поколебать дубовую уверенность сержанта в себе, и это было хорошо — ты что несешь?

— Не по твоему уровню допуска — с наглым видом сказал я — и вообще, окажи себе услугу, парень. Если что-то не понимаешь или не знаешь — вызови начальство.

«Альфа — Черная Звезда» — один из кодов, который был разработан на случай оккупации всей территории страны или ее части войсками противника. По замыслу нашего мудрого командования это могло помочь опознать своих, если на них нет военной формы. Мне оставалось надеяться, что командир базы в свое время зубрил эти коды и их вспомнит. Если нет — то мы в дерьме.

Мастер-сержант Лерой отступил на шаг от моей машины, немного подумал. Наконец, его реакция оказалась такой, какую я и ожидал — не связываться с тем, что тебе непонятно, а просто вызвать начальство. Правило «ПСЗ», основное правило армии, да и не только ее. «Прикрой свой зад».

— Стойте здесь, сэр — строго сказал он, слово «сэр» при этом ничего не значило. Военный так и к столбу обратится, если у него возникнут какие-то сомнения. А в отношении меня сомнений могло возникнуть очень много … — я свяжусь с командованием базы.

Комсостав появился довольно быстро, я рассчитывал на полчаса ожидания, однако уже через двадцать минут, в облаке дорожной пыли к блокпосту подкатил еще один Хаммер. Судя по тому, как к машине бросился Лерой — начальство. Выслушав доклад подчиненного, с заднего сидения выкатился и сам начальник — невысокий пожилой крепыш в полевой униформе. Оглядевшись по сторонам, причем нормальненько так оглядевшись, грамотно и настороженно, демонстративно расстегнув кобуру, он неспешным шагом направился к нашей машине. Старый волчара…

— Сэр, я… — начал я — и тут же получил по заслугам.

— Если вы военнослужащий — почему не представляетесь как положено? — отрубил крепыш с погонами полковника Прав ведь, черт побери…

— Сэр, капитан в отставке Алекс Маршалл, сэр! Первая специальная оперативная группа «Дельта», сэр!

— Ишь ты… — усмехнулся полковник совсем не по уставу — какая птица в наши края залетела… А откуда я могу знать, сынок что ты из Дельты? Может быть ты мародер?

— Свяжитесь со штабом USSOCOM, сэр! Бригадный генерал Фрэнкс должен знать меня, сэр!

По тому, как замялся полковник, я понял, что произошло что-то серьезное.

— И рад бы связаться, да не могу, капитан — пробурчал он, окончательно признавая во мне своего — вся связь ж…й гавкнула.

— Когда? — мне показалось, что за шиворот мне плеснули ведро холодной воды.

— Да как все это началось, так и гавкнула… — полковник сплюнул в пыль под ногами — уже десять дней нет никакой связи. Только местная. Все армейские коммутаторы молчат. Бригадный генерал МакГенри, сейчас он принял командование, до вчерашнего дня пытался прозвониться — без толка. Сейчас плюнули. Периметр вон укрепляем.

— А президент? Правительство? Вообще что происходит?

— Ты что, последние дни, в лесу просидел? В том то и беда, что в лесу…

— Примерно так, сэр… — невесело усмехнулся я — у вас случаи заражения есть?

— А, взбесившиеся… Есть немного. Отстреляли.

— Короче — решительно сказал я — предлагаю сделку, сэр… Мой брат — сидящий в этой машине — медик из Форт-Детрика, он может много чего порассказать. Это позволит вам лучше понимать, что происходит. Кроме того — мы готовы купить оружие, оно нам нужно. Мы засели в Седона, там гражданские и им нужно оружие. Мы готовы его купить. И, в порядке любезности, можете отправить на обратному пути с нами несколько крепких парней и пару грузовиков — покажем где можно разжиться топливом и продовольствием, оно явно сейчас не помешает…

— Предлагаешь мне торговать оружием? — спокойно спросил полковник Уотерс (именно такая фамилия была на его опознавательной табличке).

— Предлагаю заключить взаимовыгодную сделку, сэр — усталым голосом сказал я — кроме того, насколько я помню, мы клялись защищать народ Соединенных штатов от всех врагов, внешних и внутренних. Время настало. Они готовы защищаться сами — но им нужно оружие.

— Двигай за мной — после нескольких секунд раздумья сказал полковник — решим с генералом МакГенри …

Основной комплекс Форта Хуачука отличался однотипными белыми домиками с ярко-красными, хорошо видными с воздуха крышами. По жилой зоне проходили две улицы, которые назывались Скуайер Авеню и Винроу Авеню. Жилой комплекс начинался почти за самыми основными воротами на базу, и пока мы ехали, я заметил что для обороны форта сделано немало. Улицы в трех местах были перегорожены баррикадами, открывался только узкий проход для одной машины, который в любой момент мог быть перекрыт дежурящим рядом Хаммером. Личному составу, судя по всему, раздали боевое оружие и снаряжение, на поясах висели даже гранаты. На некоторых крышах были подготовлены временные огневые точки, на которых организовали дежурство. В стратегических точках виднелись прикрытые всяким хламом Хаммеры и гусеничные М113, их пулеметы были направлены в сторону прерии. Дул легкий ветерок. Похоже, Хаммер полковника здесь хорошо знали, поэтому к штабу базы мы проскочили за несколько минут, не останавливаясь на блокпостах и баррикадах. Остальные машины остались у блокпоста, но по распоряжению полковника их допустили в охраняемый периметр. Правда, все оружие пришлось сдать, его сложили в один из Хаммеров, стоящих на блокпосту. Хотя бы так — два пулемета на внедорожниках и несколько солдат — достаточная защита. Им оставалось только ждать результатов моих переговоров с командованием базы…

Бригадный генерал МакГенри оказался примерно таким, каким гражданские и представляют генералов — пожилым, крепким, лысоватым, с громовым командным голосом, отработанным на учениях и полигонах. Кроме МакГенри и Уотерса в кабинете было еще двое старших офицеров.

— Рассказывайте — недобрым тоном промолвил он, не тратя время на уставные приветствия — что за хреновина в округе творится?

— Разрешите? — сказал Пит и взгляды офицеров устремились на него.

— Представьтесь для начала — проговорил генерал.

— Питер Маршалл из Форт-Детрика …

— Звание?

— Я гражданский специалист — сказал Пит и лицо генерала недовольно сморщилось. Еще один гражданский умник… — я словно прочитал его мысли.

— Ну и что вы нам можете сообщить, мистер гражданский специалист? И Питер начал рассказывать…

 

За девять месяцев до катастрофы

Форт-Детрик штат Мэриленд

08 октября 2009 года

— Господа, Питер Маршал, доктор медицины. Один из наших исследователей.

Доктор Маршал, устроившись в одном из «гостевых» кресел руководителя ВМИИЗ, бригадного генерала Кристофера Ферфакса, посмотрел на двух других участников внезапного совещания. Чем вызвано это совещание — он не знал…

Вообще, ситуация с управлением и командованием во ВМИИЗ была странной по меркам любой армии. Во главе института, являющего военным и финансируемого за счет государственного оборонного бюджета, стоял военный, командир, как и в любой другой воинской части, сейчас это был бригадный генерал Кристофер Ферфакс.

Однако, командовал он далеко не во всех вопросах. В институте работали как военные, так и гражданские специалисты, причем многие имели докторские степени, а магистерские — практически все. И командовать такими людьми в вопросах проведения научных исследований, причем самых разноплановых было просто невозможно. Поэтому, в институте издавна сложилось некое негласное распределение полномочий. Безопасность института полностью отдавалась в ведение генерала Ферфакса. Темы для исследований выдавались госзаказчиком, в основном тем же министерством обороны, и согласовывались с ученым советом. Были и гражданские заказы. Точно также, с участием ученого совета института, выдавалось и распределялось финансирование по темам и принимались готовые разработки.

Поэтому, доктор Питер Маршал был немало удивлен вызовом в кабинет генерала. Кроме самого генерала в кабинете были еще два человека в штатском. Судя по всему, представители заказчика. Тогда почему они не выходят на ученый совет, как это принято?

— Это мистер Альберт Кранчи из Пентагона, представитель заказчика, а это — Томас Гор из ЦРУ, наш куратор — представил других участников генерал Ферфакс. Ни того, ни другого Питер Маршал раньше никогда не видел.

— Чем могу… — поинтересовался доктор Маршал.

— Видите ли, доктор Маршал — начал Гор, длинный, худой, лысоватый в больших очках с роговой оправе и дешевом костюме — на днях к нам поступила информация. И мы не может на нее не реагировать, она поступила из надежного источника. Информация заключается в том, что одна из зарубежных разведок предпринимает активные попытки агентурного проникновения в данный институт. И одной из приоритетных целей является деятельность ваша и доктора Каплана.

— Какая разведка? — резко спросил Питер. Слова ЦРУ-шника ему почему то не внушили доверия, он сам не понимал почему, но — не внушили.

— Извините, доктор Маршал, но эта информация с ограниченным допуском к ней — сказал Гор — и я не могу вас с ней ознакомить.

— И что вы предлагаете, «мистер-из-ЦРУ» — недобро спросил Питер — свернуть исследования из-за ваших призраков?

— Отнюдь — сказал второй из приглашенных, Альберт Кранчи, внешне представлявший собой полную противоположность Гору — невысокий, полноватый, с живописной шевелюрой соломенного цвета волос — исследования сворачивать ни в коем случае нельзя. Тем более что вы достигли, определенных успехов, не так ли доктор? Неужели знает?

— О каких успехах вы говорите?

— И поэтому мы предлагаем не свернуть исследования, а перенести их в другое место. Которое не известно разведке противника — Кранчи демонстративно не обратил внимания на предыдущий вопрос Маршала — именно это мы и хотим вам предложить, доктор.

— А вы представляете себе, что это значит на практике — свернуть исследования в одном месте и перенести их в другое? — все тем же недобрым тоном, раздраженный бестолковым вмешательством непрофессионалов в научные дела поинтересовался Питер Маршал — это не значит, просто взять несколько папок с бумагами и перевезти их в другое место. Здесь куча лабораторного и компьютерного оборудования, подопытные животные, специалисты. Просто так это все не перевезешь. Кроме того, наши исследования нужно проводить в здании с максимальной степенью биологической защиты, если вы, конечно, не хотите, чтобы в один прекрасный день вымерло пол-Америки. У вас есть такое здание, или вы считаете, что мои исследования можно проводить и в сарае?

— Мы, конечно, так не считаем, доктор — улыбнулся Кранчи — напишите требования к помещениям и оборудованию и через десять дней все будет сделано в точности с вашими требованиями. Перемещение животных и сотрудников мы тоже берем на себя.

— Это означает, что у вас уже есть помещение с высшей степенью биологической защиты? — недоверчиво поинтересовался Маршал — его надо несколько месяцев только переоборудовать из готового, а если строить с нуля — то не меньше года.

— Вы все сами увидите… — вступил в разговор Гор…

 

Форт-Хуачука штат Аризона

13 июня 2010 года

— Твою мать… — генерал О.Хара, выслушав рассказ брата, просто посерел — вашу мать, яйцеголовых умников! Чтоб вас всех! И ваши долбанные пробирки тоже! Другие офицеры выглядели не лучше.

— Так или иначе — мой брат сделал все, что мог, чтобы эти наработки не попали в чужие руки, генерал, сэр — и, согласитесь не его вина, что его разработками завладели подонки и воспользовались ими.

— Лучше бы он чем-нибудь полезным в жизни занялся, чем изобретать всякую гадость — пробурчал генерал — теперь говори, что ты хочешь?

— Для начала — что со связью?

— Ни хрена — выругался генерал, и я его понимал. Отсутствие связи для военного, привыкшего получать приказы — больше чем трагедия. Это катастрофа. Не работает спецсвязь — ни один канал. Ни офис министра обороны, ни комитет начальников штабов, ни командования родов войск — молчит все. Вся междугородняя связь тоже отключена. Только местная связь работает худо — бедно и все.

— А телевидение? Интернет?

— Интернет работает пока. А по телевидению — со второго дня начали долдонить одну и ту же хрень каждый час. Мы записали, смотри.

С этими словами генерал тяжело поднялся, протянул руку к стоящему неподалеку телевизору без пульта дистанционного управления, нажал несколько кнопок. Я впился взглядом в экран.

То, что происходило на экране, меня совсем не обрадовало. На фоне странной, стеклянной стены с изображением земного шара, сидел невысокий пожилой человек в дорогом костюме и темных очках. Скрипучим, размеренным старческим голосом он зачитывал сообщение:

«Граждане соединенных штатов Америки. В связи с введением чрезвычайного положения я, Мартин Форсайт, руководитель Федерального агентства по управлению в кризисных ситуациях, в соответствии с Законом о безопасности и президентской директивой N 307/00 принимаю на себя всю полноту власти в Соединенных штатах Америки, законодательной и исполнительной до момента преодоления кризиса. Прошу всех граждан Соединенных Штатов Америки сохранять спокойствие, не выходить на улицы без необходимости и строго выполнять все распоряжения представителей органов федеральной власти и правоохранительных органов всех уровней. Спасибо.»

— И вот такое дерьмо крутят каждый час — сказал генерал, когда «чрезвычайщик» на экране умолк и экран погас — больше никаких передач нет, ни новостных, ни вообще никаких. Кажется, все иные передачи блокируются при передаче через спутник.

Вот это номера… Мне впервые пришло в голову, что все происходящее напоминает не эпидемию, а государственный переворот, причем в кошмарном исполнении. Первая такая мысль мне пришла в голову именно в тот момент.

— По этому поводу я ничего не могу сказать, сэр. Но нам нужно оружие.

— Это кому это нам? — подозрительно прищурился генерал.

— Нам — это общине граждан города Седона. В условиях чрезвычайного положения и катастрофической эпидемии, генерал, вы не сможете обеспечить порядок по всему штату. Поэтому единственный выход — признать такие вот городские общины, которые способны защищать свои города отрядами национальной гвардии и выдать им оружие. Мы готовы его купить, бесплатно не просим, и в дальнейшем взаимовыгодно сотрудничать. Другого способа обеспечить порядок нет, сэр. Генерал задумался…

— Что скажешь? — спросил он Уотерса.

— На бандитов и мародеров не похожи — сразу же ответил тот — я думаю, они говорят правду, сэр.

— Хорошо — наконец сказал, как отрубил генерал — все равно здесь склады национальной гвардии, оружия полно, правда, не самое новое. Но хоть что-то. И так у нас по десять винтовок на человека. Иди с Уотерсом. И обо всем остальном тоже договоритесь с ним.

— Спасибо, сэр…

Вопросов у меня было много. Но разбираться с ними следовало не здесь и не сейчас.

Оружия на складе было действительно много, правда, в основном устаревшее. Национальная гвардия всегда вооружалась тем, что оставалось от армии, а утилизировать было жалко или нецелесообразно. Было, конечно и новое оружие, но рассчитывать нам на него не стоило. Спасибо и за то, что дают, сейчас каждый ствол, каждый патрон — на вес золота.

Склад был большим, ангарного типа, с местами для проезда небольшого вильчатого погрузчика. Грузы на нем стояли в шесть уровней — до самого потолка. Грузовики подогнали прямо к складу — чтобы проще было грузить. Знакомый запах оружейной смазки — сразу напомнил мне веселые деньки в учебке и потом — в армии.

— С чего начнем? — жестом хозяина, Алладина пещеры полковник Уотерс обвел рукой длинные ряды темно-зеленых ящиков.

— С пулеметов — сказал я.

— С пулеметами проблем нет. М60 тут у нас — завались.

— Только М60? Более нового ничего нет?

— Увы — с непроницаемым выражением лица Уотерс развел руками — кроме «свиней» ничего нет.

Это плохо. Хуже пулемета, чем М60 после второй мировой войны, наверное, не было. Тяжелый, ненадежный, боящийся воды и грязи. Слава богу, с вооружения его сняли везде кроме ВМФ. Фирма Saco Defence, которая сейчас выпускала этот пулемет, предпринимала титанические усилия, чтобы исправить его имидж и устранить недостатки. Многое было сделано, последняя модификация Mk43 mod 1 уже на что-то была похожа. Но профессионалы, хлебнувшие горя с первыми версиями, боялись всех видов М60 как огня.

— Они что, первой категории? — недоверчиво спросил я, доставая один из ящика и ковыряя консервационную смазку.

— Вот именно. Их столько в свое время наделали, что даже после «страны больших неприятностей» осталось много в первой категории. Вот и храним.

— Тогда мне нужно три штуки — сказал я, рассчитывая, что два нужны для дежурства, один постоянно должен быть в резерве — М 14 есть?

— Чего нет, того нет. Все распродали. Не слышал, их по пятьдесят баксов продавали как излишки военного имущества?

— А М16?

— Вот этого — полно.

Естественно, осмотр мы начали с ящиков, где хранились М16А1 еще времен войны во Вьетнаме. Все-таки Уотерс был типичным воякой — все самое лучшее приберегал для себя. Практически все винтовки были второй категории и брать их следовало, только если нет ничего поновее.

— Второй модели нету?

— Есть, но немного…

— Смотрим…

Жестко торгуясь за каждую мелочь, мы вооружились. Для себя же я почти ничего не взял. Из оружия — все, что было на складе и рядом не стояло с моим арсеналом. Взял только двадцать осколочных гранат М26 и двадцать выстрелов к подствольному гранатомету, ни того ни другого у меня в достаточном количестве не было, теперь — есть. Еще взял цинк с патронами М885 арсенала Лэйк Сити, лишних патронов, как известно не бывает. Загрузившись оружием, патронами мы отправились в обратный путь. Доехали нормально…