Ненавижу эту роль

Марс Остин

Третья книга серии.

Все летит к чертям — коллеги исходят ядом от зависти, в кинокомпании множатся слухи и сплетни, из-за утечки песен в интернет Стивен теряет деньги, контракты и репутацию, единственный способ выкрутиться — делать все, что пожелает компания. А компания хочет скандалов, компрометирующих фото и слухов о любовном треугольнике. Стефани соглашается помочь своему любимому наставнику, и теперь уже и она втянута в грандиозный "сериал", в котором они играют круглосуточно, четко следуя сценарию пиарщиков. Крис все видит и замечает, Стеф терзает чувство вины за свою невозможную любовь, но и ее парень не так уж безгрешен — он слишком много недоговаривает…

 

ГЛАВА 1, 53й день съемок

понедельник, 15 июля, 53й день съемок, 8 лунный день

"Стивен ждет меня".

Солнце давно село, горизонт еще светился красным, но с востока на небо уже взбирались первые звезды. Приятный бриз постепенно превращался в пробирающийся под одежду ветер, и им пришлось набросить куртки. Но это их ничуть не печалило — вдвоем под одной было вполне уютно, вторая укрыла ноги, они сидели обнявшись и молчали.

"Тишина. Ненавижу".

Весь день Крис только тем и занимался, что развлекал ее, они играли в волейбол с местными, ели мороженое, носились друг за другом по песку. Крис позвонил кому-то сразу после того, как они добрались до пляжа, договорился о выходном для них обоих и тоже отключил телефон — они приехали сюда отдыхать и никто не должен им мешать.

"Меня ждет Стивен. Возможно, он прямо сейчас мечется по трейлеру и обрывает телефон, в ярости вспоминая все ругательства, которые только знает… Интересно, как прошла его пресс-конференция? Может, он сейчас расстроен и ему нужна поддержка?"

— Стеф, — Крис тронул губами ее шею, — ты так напряжена. О чем задумалась?

"Лучше тебе не знать".

— О том, когда же им надоест тут торчать, — она кивнула на юную парочку, с которой они уже пару часов соревновались в выносливости. Берег давно опустел и только эти двое подростков на другой стороне пляжа продолжали целоваться и дурачиться, иногда поглядывая на соперников с откровенной недоброжелательностью.

— Как только замерзнут, сразу уйдут, — косо улыбнулся Крис, — у них нет с собой теплой одежды. — Игриво куснул ее за ухо и шепнул: — И мы останемся совсем одни, на этом мрачном темном берегу… не боишься?

"Боюсь. Но давно уже пора что-то решать".

— А что, мне есть, чего бояться? — она притворно распахнула глаза, — ты же со мной.

— Вот меня и бойся, — он продолжил путешествовать губами по ее шее и уху, — а вдруг я маньяк?

Она изобразила шок и ужас, прошептав:

— Сексуальный?

— Сексуальней только боги, — пафосно улыбнулся он, тихо рассмеялся и прижал ее к себе, уже нормальным голосом шепнул: — Смотри, смотри. Собираются, замерзли все-таки.

Она обернулась, украдкой глядя на парочку, собирающую вещи.

"Вот и все. Сейчас они уйдут, мы переберемся в машину и я на практике проверю теорию Эванса о зависимости психологической и эмоциональной стабильности от количества секса в жизни."

Руки Криса на ее талии, по-хозяйски поглаживающие живот под майкой, только подтвердили ее мысли, а когда он молча начал ее целовать, она так же молча ответила.

"Вот и все. Стивен будет в бешенстве."

Она крепко зажмурилась, прогоняя из головы ненужные мысли, попыталась сосредоточиться на поцелуе, на приятных ощущениях, которые он в ней вызывал.

"Приятных… таких это, милых, теплых, светлых.

Черт, Льюис, соберись. Твоя блондинистая сучка возбуждала меня больше, чем ты.

А если вспомнить, как Эванс поставил меня на ступеньки…"

Она против воли вздрогнула и впилась в губы парня сильнее, он довольно ухмыльнулся, похоже, приняв это на свой счет.

"Надо же, я раньше смеялась над анекдотами о том, как замужние дамы представляют Алена Делона во время секса с благоверным.

А это вообще не смешно".

Его левая рука придерживала на ее спине сползающую куртку, правая в это время начала осторожно пробираться под майку. Она подавила рефлекторное желание поскорее ее оттуда убрать, прикусила губу.

"Держи себя в руках, это только начало".

Осмелевший Крис, вдохновленный первой победой, усадил ее к себе на колени и уже увереннее стал целовать ее шею и плечи.

"Хорошо, что ты не смотришь на мое лицо".

Нервное раздражение заставляло сильнее сжимать в кулаке его футболку, она поймала себя на желании вскочить и отодвинуться, кутаясь в куртку. А потом написать ему подробную инструкцию на тему "что нужно делать с девушкой", торжественно вручить и прогнать нафиг, запретив приближаться к ней, пока не выучит на память каждую гребаную строчку.

"Как у тебя могло быть столько женщин, если ты совершенно не умеешь с ними обращаться? Или это я такая фригидная? Да ну, с остальными же все нормально было".

— Стеф, — он тяжело дышал, глаза были дикие и затуманенные, — не хочешь перебраться в машину?

— Да, давай, — она высвободилась и поправила одежду, закинула обе куртки в багажник. — Кресла разложим?

— Можно, — он улыбнулся, стал укладывать спинки передних сидений.

"Такая щель между креслами, лучше бы мы на моей поехали… ах да, она же у Джо".

Мысль опять скакнула зигзагом Джо, — Стивен, — чувство вины.

"Он ждет меня".

— Иди сюда, — Крис предвкушающе улыбнулся, укладываясь поудобнее, Стефани сняла туфли и попыталась улыбнуться, подползая к парню. Они опять стали целоваться, он вел себя так уверенно, как будто делал это сотню раз. Стеф уложила его на спину и уселась сверху, вызвав у парня бурю восторга, опять стала целовать, чувствуя, как его руки путешествуют по ее спине и бедрам.

"А ведь действительно, когда я точно так же оседлала Эшли, у меня было море эмоций. Может, я скрытая лесбиянка?"

Она представила, как целует первую пришедшую на ум девочку из массовки, поморщилась — э, нет. Тогда все было так круто только потому, что она думала, что это Крис.

"Сейчас это на самом деле Крис, так почему все так печально?"

Он стал стягивать с нее майку, она послушно подняла руки.

"Раньше начнем, раньше закончим."

Парень восхищенно полюбовался ее фигурой, чуть приподнялся, снимая футболку, бросил в угол, опять улегся с самодовольной улыбкой — он прекрасно знал, насколько классно выглядит.

"У него действительно отличное тело, его тренер просто волшебник. Не стоило отказываться, когда он предложил составить для меня программу, на свои кровные я вряд ли оплачу такого профессионала."

Стеф провела руками по его шее и груди, он погладил ее бедра, потом осторожно перекатился, укладываясь сверху и прижимаясь к ней обнаженной кожей. Девушка переместила руки на его спину, погладила рельефные бугры мышц, вспомнила лучшего друга.

"Шарк тоже ходил в качалку, а он от природы гораздо массивнее Криса. Он любил похвастаться личными рекордами взятого веса, поиграть мускулами, настойчиво предлагая пощупать."

Она чуть улыбнулась, вспоминая один из таких вечеров — он тужился, напрягая руки, а она кривлялась и спрашивала, это он уже напряг или еще подождать? Тыкала пальчиками в твердые бугры, изображая сомнение и тяжкие раздумья, внутренне кайфуя от возможности без всяких гендерных барьеров потискать такое тело. Это было приятно, мило, весело и ни капли не возбуждающе.

Как сейчас.

"У меня ощущение, что нас снимают и я должна отыграть страсть. Черт, мне это вообще не нравится. Почему так?"

Он покрывал поцелуями ее шею и грудь, она рассматривала обивку потолка, нашла два пятнышка. Руки на автомате гладили его спину, плечи, поясницу…

Она вдруг замерла, мгновенно стряхнув сонное безразличие — под кончиками пальцев отчетливо проступали чуть выпирающие пересекающиеся линии.

— Малыш, все хорошо? — он поднялся к ее лицу, попытался поцеловать, но она отвернулась, выползла из-под него и стянула ниже пояс его джинсов — так и есть, перевернутая звезда в круге, непроглядно-черная. Ее руки задрожали, голос стал хриплым и дрожащим.

— Откуда у тебя это?

— Это? — он заметно занервничал, попытался улыбнуться: — Глупое тату, которое я набил по пьяни. Хочу свести, но все боюсь шрамов.

Стефани сжала зубы, подняв на него угрожающий взгляд:

— Я не спрашивала, что это такое. Потому что, черт возьми, и так прекрасно знаю. Я спросила, откуда это у тебя.

— Стефани, малыш, — он успокаивающе улыбнулся, попытался обнять ее, но девушка нервно оттолкнула его руку, нашарила майку и надела, прошипев:

— Лучше расскажи сам, Льюис, иначе я за себя не ручаюсь.

Он посерьезнел и хмуро отвернулся, тоже нашел футболку, стал ее выворачивать, делая вид, что очень занят.

— Льюис, — рыкнула Стефани. — Посмотри на меня.

— Помолчи, — он резко поднял взгляд, впившийся ей в глаза и мигом заставивший заткнуться. Она злобно попыталась ответить чем-то не менее резким, но с удивлением поняла, что голос ее не слушается. Парень криво улыбнулся и хмыкнул: — Не нравится, когда такое делают с тобой, да?

Стеф похолодела, опять ощущая внутри тугой клубок стянутых нервов, вдруг подумала, что она одна на пустом берегу, где до утра никто не появится, и никто из ее друзей или знакомых не знает, куда она уехала. А напротив сидит человек, о котором она практически ничего не знает, и он мало того, что физически гораздо сильнее, так еще и обладает неизвестной, но страшной силой, сравнимой с ее собственной. Она вспомнила, с какой легкостью вертела окружающими, и ужаснулась, на миг представив, что он может с ней сделать одним словом.

"Так, спокойно. Берем себя в руки и осторожно разведываем обстановку. Выясняем все, что можно, прикидываемся ангелом небесным и при первой же возможности линяем отсюда на сверхзвуковой скорости.

Почему я оставила крест в комнате…"

— Крис, — она прошептала это тихо и мягко, еще не зная, что говорить дальше, но он от звука ее голоса в шоке округлил глаза, приятно удивив ее.

"Ты не ожидал, что я так быстро отойду от твоего приказа? Ну что ж, это дает надежду."

— Ну-ка приляг, милый, — хищно улыбнулась она, буравя его взглядом. С удовольствием понаблюдала борьбу на его лице, ощутила легкое давление в голове, но усилием воли отбросила его. Впилась взглядом в злобно прищуренные голубые глаза, в которых страх и обреченность понемногу побеждали желание сопротивляться, резко скомандовала: — Лежать, я сказала.

У него задрожали губы, лицо побледнело, руки постепенно подогнулись и он лег, продолжая смотреть ей в глаза.

— Отлично, — она улыбнулась, стараясь не показать, насколько ей страшно. Переступила его талию и уселась сверху — никакой эротики, просто так удобнее смотреть ему в глаза. — А теперь честно и откровенно — откуда у тебя пентаграмма?

— Сама появилась, после посвящения, — тихо ответил он и зажмурился с такой болью, как будто только что под пытками сдал подельников. Ей стало его жаль, она прикрыла глаза, погладила его по щеке:

— Крис, может, ты сам все расскажешь, а? Мне это тоже не особенно приятно, если честно.

— Ладно, — он с силой потер лицо, она слезла с него и села рядом, обхватив колени.

— Так как это случилось?

— Как обычно, — вздохнул он. — Слушай, а откуда ты знаешь о… ну, обо всем этом?

Она пару секунд поколебалась, потом решилась:

— Из первых рук.

— Так ты посвященная? — радостно округлил глаза он. — Черт, я думал, что ты ученица. Как тебе удается так хорошо скрываться?

"Блеф и ложь, милый. И все в порядке."

Она пожала плечами, отводя взгляд. Он понимающе улыбнулся:

— Ладно, у всех свои секреты. А сколько у тебя сейчас колец?

"Каких колец? Бабушка, спаси меня…"

Стеф опять загадочно улыбнулась и отвела взгляд — думай, что хочешь. Тот, кто молчит, всегда выглядит умным.

— Да ладно тебе, что тут такого? — парень осторожно потянулся к ней и попытался приподнять низ майки, Стеф шлепнула его по руке:

— Давай без этого.

— Ну ты же на мои смотрела, — надулся он. — У меня сейчас всего три, я пока не могу тянуть больше.

"Отличный повод задать наводящий вопрос".

— И что ты сейчас тянешь? — как бы невзначай поинтересовалась она, рассматривая ногти, он на секунду смутился, потом пожал плечами:

— "Сияние", "магнит" и… не помню, как называется, для здоровья что-то.

"Что это за хрень и почему это все тебя так смущает?"

— Сам выбирал? — осторожно спросила она, он кивнул:

— Да. Только "магнит" дядя посоветовал, — Крис опять отвел взгляд, она поспешила развить тему:

— У тебя дядя… по этой части?

— Угу, — кивнул он. — А у тебя?

— Бабушка, — она помолчала. — А почему дядя? Я думала, это только по наследству передается.

— Это только у вас по наследству, — качнул головой он, — у нас просто в роду. У дяди нет детей, — он на миг поднял на нее взгляд и тихо добавил: — И у меня не будет… Когда встретил тебя, я в первый раз пожалел об этом.

Стефани против воли вздрогнула — ей раньше никто такого не говорил. Парень заметил и осторожно тронул ее плечо, с надеждой заглядывая в глаза:

— Но это же не главное в жизни, да? — Она молчала, пытаясь понять, чего он сейчас от нее ждет. После всего случившего в голове был полный бардак, она уже не понимала, что к нему чувствует. Крис продолжал заглядывать в ее глаза, — Стеф, малыш… Я не думал, что ты так расстроишься. Слушай, ну если ты так сильно хочешь, можно, не знаю, искусственно забеременеть. Стефани, — он сел ближе и обнял ее, стал гладить по плечам. Она продолжала смотреть в одну точку, пытаясь уложить в голове то, что ее парень такой же, как она.

— А что ты еще можешь? — тихо спросила девушка, он чуть улыбнулся:

— Много чего, я еще при дяде половину Книги перепробовал, а после его смерти почти дошел до конца. Твоя бабушка, кстати, давно умерла?

— Три года назад, три с половиной.

— Ого. Ты, наверное, всю Книгу уже до дыр затерла? И своего уже успела дописать, да?

Она двинула плечами — сказать или нет? Задумалась.

"Может быть, он сможет мне подсказать, как решить мою проблему со сном?"

— Нет, Крис. Бабушка меня не учила, — она подняла на него глаза. — Я вообще нашла свою Книгу случайно, совсем недавно.

— Как это? Сама нашла? — он удивленно потер лоб. — Мне дядя рассказывал, что так бывает. Ну, когда колдун по какой-то причине не может передать Книгу ученику, — он помолчал, тихо добавил: — Он тогда очень тяжело умирает. — Задумчиво посмотрел в одну точку, натянуто улыбнулся: — Надеюсь, дети моей сестры вырастут раньше, чем придет мое время… Так тебя никто не учил, что ли? Как же ты получила посвящение? — Он бросил взгляд на ее поясницу. — У тебя вообще Печать есть?

— Есть, есть, — вздохнула Стеф. — Слушай, а у тебя бывает такое, что после того, как… что-то сделаешь, тебе что-то снится, ну, особенное?

— Конечно, новый дух снится.

— И как он выглядит? — она напряглась, чувствуя, как ускоряется сердце.

— По-разному, это зависит от Кольца и твоих личных вкусов. — Он чуть улыбнулся, — ко мне после "сияния" пришла золотистая лиса, очень красивая. А после "магнита" — удав, хотя дядя говорил, что у него после "магнита" была кобра. А у тебя кто? — Он с интересом покосился на ее поясницу, — сколько ты сейчас тянешь?

"Он так туда смотрит, как будто там написано".

— Хочешь глянуть? — криво улыбнулась Стеф, он кивнул, она повернулась к нему спиной и приподняла майку.

— Всего одно? — слегка разочарованно вздохнул Крис, потом хитро улыбнулся: — Это "сияние", да? Я с самого начала подозревал, что ты неспроста такая обаятельная.

"Значит, его "сияние" как-то связано с привлекательностью? Черт, как же я не люблю чувствовать себя единственным в классе двоечником, который не выучил урок"

— Нет, не "сияние", — улыбнулась девушка. — Мое обаяние самое натуральное. Слушай, а можешь дать мне почитать свою Книгу? — Она увидела, как у него расширились глаза, и быстро добавила: — А я тебе свою дам.

— Ты что, так же нельзя, — задумчиво вздохнул он, нахмурился, — ты не подумай, мне не жалко… просто, нельзя же давать прикасаться к Книге никому, кроме наследника.

— А зачем прикасаться? Отсканируй или сфоткай.

— А так можно? — ошарашенно уставился на нее Крис, Стефани пожала плечами и полезла за телефоном:

— Сейчас проверим. — Включила, подождала конца загрузки и вздрогнула от вибрации входящего сообщения. Не стала открывать, зашла в галерею и нашла страницу из "Рецептов", которую когда-то сфотографировала. Увеличила нижний угол, повернула Крису экран: — Читай.

— "Ни с кем не разговаривать до третьих петухов", — он прыснул, поднял брови: — Ничего себе, как у тебя все по-древнему.

— А у тебя что, не так? — обиженно фыркнула Стеф.

— У меня более по-научному.

— Научная магия? — криво улыбнулась Стеф, опять вздрагивая от звука сообщения.

— Ну как — научная, — протянул он, — более точная. У меня нужно высчитывать положение звезд и планет, фазу луны, смешивать составы в точных пропорциях, — он покосился на ее телефон, в очередной раз верещащий о сообщении. Стефани поморщилась и шепнула:

— Сейчас выключу, — разблокировала, попыталась отключить звук, но в этот момент высветился входящий вызов и вместо кнопки отключения она случайно нажала "принять". Внутри пронеслась ледяная колючая волна, счетчик отмеривал секунды под именем "Эванс", в углу светилось время — половина одиннадцатого ночи.

"Черт, черт, черт"

Горло сдавило очень нехорошим предчувствием, она медленно подняла трубку к уху и прошептала:

— Да?

Секунда тишины показалась бесконечной, потом он ответил так тихо и спокойно, что она сразу вспомнила арктический холод в его глазах:

— Где вы?

Внутри все сжалось — он знает. Она сглотнула и попыталась совладать с голосом:

— Мы вернемся поздно.

— Правда? — с горьким сарказмом фыркнул Стив. — Еще не наговорились? Мало времени с утра и до ночи? А еще, можно поинтересоваться, о чем вы думали, когда выходили через главный вход, прилипнув друг к другу, как две гадюки в брачный период? — Она распахнула глаза, лихорадочно копаясь в памяти, он продолжал давить ледяным голосом: — Это было в интернете через десять минут, а сейчас писаки уже накропали сотни статей, по дебильным идеям из которых можно еще один сериал снять. Когда будете возвращаться, постарайтесь не палиться так сильно, они будут тут еще неделю с камерами ошиваться. — Она не знала, что сказать, он помолчал и уже спокойнее спросил: — Когда тебя ждать?

— Не знаю, через пару часов, — она бросила короткий взгляд на замершего напротив Криса, ловящего каждое ее слово, закрыла глаза. — Может, утром увидимся?

— Увидимся, как только ты приедешь. И ты мне подробно расскажешь, как прошел ваш разговор. — Она прикусила губу, сдерживая желание закрыть лицо руками, свернуться в комок и заскулить от безысходности. — Я жду.

Он положил трубку, Стефани опустила дрожащую руку и молча открыла сообщения — три, одно от Мари ("Ты с ума сошла? Позвони мне") и два от Эванса. Их было страшно открывать.

— Малыш, все хорошо? — Крис потянулся к ней и попытался погладить по щеке, она отвернулась. Убрала телефон и потерла лицо, пытаясь прийти в себя:

— О чем мы говорили?

Парень посерьезнел и перестал улыбаться:

— О том, что ты хочешь меня бросить. Из-за этого психа Эванса. Стефани, я не понимаю, что ты в нем нашла? Он полный отморозок.

Она убито зажмурилась и глубоко вдохнула, собираясь с мыслями.

"Что тебе сказать? Что мне нравятся его руки? Что от звука его голоса у меня отнимается все, что ниже сердца, а все, что выше — взрывается от восторга? Что я могу говорить с ним часами, всю ночь напролет, что мне с ним весело, как с лучшим другом? И что при этом я хочу его так, как будто каждый разделяющий нас миллиметр причиняет нестерпимую боль…"

— Стефани, что происходит? — он подсел ближе и попытался ее обнять, она мягко отстранилась и вздохнула:

— Крис, слушай, я должна тебе кое-что сказать. Это важно, — она подняла глаза, он сложил руки на груди и изобразил хмурое внимание. Стеф выдохнула, собираясь с силами, и медленно произнесла: — На самом деле ты меня не любишь. Я тебя приворожила.

Он чуть приподнял брови и пожал плечами, спросил:

— Когда?

Девушка округлила глаза — она ожидала чего угодно, только не такого конкретного вопроса. Задумалась и ответила:

— В ту ночь, когда ты гулял с Евой.

— Точнее, — поморщился он, — я много раз с ней гулял.

"Правда? Я не знала…"

— Когда пошел дождь и вы целовались возле моей двери, а потом тебе стало плохо и я тебя водой поила, — она ссутулилась, глядя на его задумчивое лицо, — я тогда как раз закончила.

— Угу, я вспомнил, — он чуть улыбнулся и качнул головой, — это ничего не меняет, на тот момент я тебя уже любил.

Стефани против воли улыбнулась — это было очень приятно слышать. Но все-таки спросила, недоверчиво прищурив глаз:

— Любил и гулял с кем попало? А после приворота вдруг резко прозрел и пришел ко мне за столик прямо утром?

— Гулял с кем попало я чтобы тебя позлить, — довольно оскалился парень. — Я видел, как ты ревнуешь, да плюс "магнит"… Ты, кстати, не против моего "магнита"?

"Черт, что это такое? И дурой себя выставлять не хочется…"

— Пока он мне не мешает — не против, — загадочно улыбнулась она.

— Ну и отлично, — с облегчением выдохнул Крис. — А той ночью… ладно, не буду врать — толчок был, но это был не приворот. Скорее, я просто сам себе наконец признался, что дальше выделываться бессмысленно и пора открывать карты.

— Значит, ты не под действием магии сейчас?

"…и я имею право уйти от тебя?"

Парень внимательно посмотрел в ее глаза и помрачнел:

— Стефани, ты можешь мне объяснить, что в нем есть такого, чего нет во мне, а? Ты же любишь меня, значит, причина в чем-то конкретном и для тебя важном. Это дети?

"Почти…"

— Нет, — она опустила голову, медленно краснея, попыталась сформулировать и поняла, что вряд ли получится. Помялась, решила зайти издалека. — Понимаешь, ты мне нравишься… но у меня иногда такое ощущение, что мы как будто играем. Ну, как друзья, или брат с сестрой, которые просто изображают страсть… которой нет на самом деле.

"Фууух…"

Она подняла на него глаза:

— Понимаешь?

— Не понимаю, — хмуро сгорбился он. — Что значит "мы изображаем страсть"? Я что, тебе не нравлюсь внешне?

"По тебе видно, что ты в это ни за что не поверишь."

Она вспомнила Мари, вышагивающую по комнате с растопыренными руками, сдержала ухмылку.

— Нравишься. Просто, когда мы целуемся или обнимаемся, то это приятно, но нет… того электричества, которое обычно бывает в таких случаях, — она опустила голову, понимая, что уже вся бордовая, лицо пылало и пульсировало, объяснять дальше уже не было сил. Крис задумчиво тер подбородок, потом озарено распахнул глаза:

— А, я понял. Черт, я совсем забыл об этом… — Он с облегчением улыбнулся, покачал головой. — Это из-за одного ритуала, который я недавно провел. Я израсходовал почти все силы, теперь какое-то время придется их опять накапливать. Электричество, о котором ты говоришь — это энергетический обмен между двумя людьми, а так как я пуст, то твоя энергия льется в меня, а в ответ ты ничего не получаешь. "Магнит" на тебя не действует из-за того, что ты посвященная, поэтому для тебя я сейчас в энергетическом плане — пустое место. — Он с извиняющимся видом посмотрел на удивленно хлопающую глазами Стеф, виновато поджал губы, — как я мог забыть… Еще и сюда тебя притащил, — Он очень мягко погладил ее по плечу, — слушай, прости, я правда должен был подумать об этом, прежде чем пытаться тебя совратить, — он с убитым видом закатил глаза, — пожалуй, это были не самые лучшие минуты в твоей жизни… Но я все исправлю, обещаю. Завтра вечером все будет отлично.

"Завтра вечером я должна быть не с тобой."

— Крис, — она мягко освободилась от его руки. — Это не важно. И завтрашнего вечера не будет. Потому что…

— Будет, Стеф, — он решительно взял ее за руку. — Знаешь, мне плевать, что там у вас с Эвансом было, я понимаю, что из-за того, что я не знал о твоем посвящении, мы много чего упустили, но я обещаю тебе это исправить. Тебе больше не придется с ним видеться. У нас с тобой все будет хорошо.

— Не получится, Крис, — тихо вздохнула она, пытаясь освободить руку. — Я люблю его.

— Ты называешь любовью банальный энергетический дефицит и пошлое желание трахаться, — рыкнул он. — Ты не любишь его, ты ничего о нем не знаешь, в тебе говорит отсутствие "магнита", которое ты, кстати, без меня все равно не устранишь. — Он глубоко вдохнул и резко прижал ее к себе, до боли сжав плечи: — Солнце мое, я тебе помогу. Я все сделаю, ты поймешь, что он тебе не нужен, только дай мне время. Хотя бы неделю, мне хватит, чтобы накопить сил и помочь тебе поставить "магнит", ты сразу все поймешь и почувствуешь разницу. Неделя, Стеф, — он поцеловал ее в висок и чуть отодвинулся, заглядывая в глаза, — только не общайся в это время с Эвансом, я тебя прошу, это может сильно помешать.

Она молчала, пытаясь как-то собрать свой мир из кусков, на которые он так внезапно развалился. Качнула головой и отложила это на потом.

— Когда ты дашь мне свою Книгу?

— Завтра, мне нужно за ней съездить. — Он погладил ее по плечам, — Стефани, неделя. И все будет хорошо, поверь мне. Ты подождешь?

"Наверное, мне тоже нужно время, чтобы все обдумать."

— Хорошо, — вздохнула она, — неделя так неделя. Поехали в школу.

* * *

Они молчали всю дорогу. Сначала Стефани делала вид, что спит, потом перестала — боялась уснуть на самом деле. По мере приближения к школе внутри росло напряжение, уже на подъездной аллее солнечное сплетение скрутило болью, гораздо раньше, чем она рассмотрела знакомый высокий силуэт на краю клумбы. Без гитары. Это почему-то испугало.

Крис напрягся еще сильнее, чем она, остановил машину, заглушил двигатель. Бросил на Стеф короткий взгляд, игнорируя стоящего в паре метров Эванса.

— Завтра вечером все будет хорошо, Стефани.

— Я помню.

— Не общайся с этим психом.

— Не могу, я должна ему все объяснить, — она потянулась к двери, но парень заблокировал замок, с нажимом повторив:

— Не общайся с ним, пожалуйста, — Она хмуро посмотрела на Криса, уже набрала воздуха, чтобы возразить, но он опередил ее, — Стефани, ты приворожила меня и можешь быть уверена, что я с тобой навсегда. А Эванс — непредсказуемый псих и ветренная творческая личность, сегодня ему одно в голову ударило, завтра другое. И из-за какого-то минутного порыва ты можешь сильно осложнить ритуал "магнита". Не делай этого.

— Мы просто поговорим, ладно? — подняла ладони она. — Я даже прикасаться к нему не буду, обещаю. Так можно?

Парень поджал губы и качнул головой:

— Ну поговори… Я подожду здесь и потом провожу тебя.

— Хорошо. — Он открыл дверь, она вышла из машины, медленно подошла к неподвижно стоящему Стивену, чувствуя, как подкашиваются ноги от непонятного страха.

"Почему у меня такое чувство, что я капитально неправа? Боже, не дай мне споткнуться…"

— Привет, — с трудом прошептала она. — Давно ждешь?

Он вытащил наушники и хмуро ответил:

— С тех пор, как за тобой закрылась дверь трейлера. — Из его наушников рубило что-то очень тяжелое, в два голоса рычали вокалисты. Стефани не выдержала его прямого взгляда, опустила глаза и кивнула на наушники:

— С каких пор ты такое слушаешь?

— Где-то с обеда, — криво усмехнулся он. — Это единственное, что тебя интересует?

— Как прошла прес-конференция? — она сунула руки в карманы, чтобы не начать хрустеть пальцами, холод внутри понемногу сковывал тело. Стивен медленно вздохнул, потянулся к телефону и выключил музыку, стало пугающе тихо.

— Меня спросили, какие отношения связывают меня с тобой, — он замолчал, задумчиво рассматривая деревья, Стеф не выдержала:

— И что ты ответил?

— А что я должен был ответить? — он наконец прямо посмотрел на нее, этот холодный взгляд заставил вздрогнуть. — Что ты ушла утром решать проблему со своим парнем, а вернулась ночью, решать проблему со мной? Я даже спрашивать не хочу, что у вас там произошло, у меня голова скоро взорвется от попыток тебя понять.

— Так что ты сказал журналистам?

— В интернете посмотришь, — нервно рыкнул Стивен, — я не хочу сейчас об этом говорить. Отправляй своего павлина и пойдем поговорим нормально, он мне на нервы действует.

— Он не уйдет, он хочет меня проводить до комнаты.

— Что? — неверяще фыркнул парень, — Стеф, какого хрена? — Посмотрел на машину поверх ее головы, многозначительно поманил пальцем, — иди сюда, сучонок. Сейчас мы с ним все подробно обсудим, кто кого куда будет провожать.

— Стив, не надо, — распахнула глаза девушка, он нехорошо оскалился:

— Надо, надо… давно пора было.

За спиной хлопнула дверь машины, раздались шаги, потом Крис по-хозяйски обнял ее за талию, хмуро спросил:

— Все, вы поговорили?

— Крис, мы…

— Не поговорили, — перебил ее Эванс. — Мы планируем разговаривать до утра и ты нам нафиг не нужен, вали отсюда.

Стефани чувствовала, как напрягся Крис, его рука сдавила ее талию, ей казалось, что нижние ребра сейчас треснут. Она осторожно погладила его ладонь, надеясь, что он поймет и перестанет, но он сжал еще сильнее, на удивление спокойным голосом обратился к Стивену:

— Сейчас я проведу Стефани до комнаты, а потом мы с тобой все обсудим, окей?

— Нет, гаденыш, — Эванс нехорошо улыбнулся и стал закатывать рукав, — тут обсуждений секунд на пять, а потом я пойду провожать Стефани, а ты пойдешь плакать в углу. Стеф, отойди, пожалуйста.

— Не надо, — зашептала она, — Крис, иди к себе, я догоню тебя через пять минут, честно, — она не успела договорить, закусив губу от боли — парень сдавил ее талию еще сильнее. Стивен заметил и мягким, неуловимым движением снял руку Льюиса с ее пояса, а через секунду блондин стоял, согнувшись в земном поклоне, с вывернутой далеко за спину рукой. Угол был такой, что Стефани даже смотреть на это было больно, Эванс криво улыбнулся и показал ей три пальца свободной левой руки:

— Недособаковый зашкиркохвать в действии, — потом изменился в лице и резко отпустил Криса, схватившись за правую, которой его держал, — что за?..

— Не все так просто, Эванс, — тихо ответил тяжело дышащий блондин, разгибаясь и разминая плечо. — Не все в этом мире решает сила, — обернулся к Стеф и кивнул, — пойдем. А с тобой мы еще встретимся, — он окинул презрительным взглядом бледного Стивена, все еще держащегося за руку, взял за талию Стефани и потащил ко входу.

— Что ты с ним сделал? — она отошла от шока только когда за спиной закрылась дверь, Крис мелко дрожал, она чувствовала это по обнимающей ее руке.

— Ничего хорошего, — он высокомерно оскалился, — будет думать, прежде чем хватать людей за руки. Это несложно, я тебя научу.

Она прикусила губу и не стала расспрашивать, позволила довести себя до комнаты и поцеловать в щеку на прощание.

— До завтра, малыш.

— Спокойной ночи, — она закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, дрожащей рукой нащупала телефон, набрала Стивена.

— Да.

— Ты как?

— Тебе лучше знать, — рыкнул он. — Ты можешь это объяснить?

— Он такой же, как я. Чуть-чуть другой, сильнее… или нет, я не знаю, — она потерла лоб, — Стив, я совсем запуталась, это кошмар какой-то.

— Приходи в трейлер, распутаем твой кошмар. Я бы сам пришел, но боюсь не осилить твое окно.

— Хорошо, жди.

Она отключилась, схватила из ящика крест и сунула в карман, осторожно приоткрыла дверь и выглянула в коридор — пусто. Тихо, как мышка, прокралась к выходу и почти бегом понеслась к трейлеру. У дверей сидел прямо на земле Стивен, хмуро поигрывая ключом, заметил ее и поднялся. Стефани непонимающе нахмурилась:

— Мы куда-то идем?

— Мы идем внутрь, — скривился парень, протягивая ей ключ, — как только ты откроешь дверь. — Хмуро отвернулся и буркнул, — я не смог.

Она прикусила губу, долго возилась с замком, не сразу разобравшись, что одной рукой его действительно не откроешь. Наконец справилась, отдала ключ и вошла в трейлер, хлопком включила свет, налила себе воды, краем глаза следя за Стивеном. Он осторожно снял куртку, бросил на кровать, сел за стол и положил на него пострадавшую руку, уставившись на нее так грозно, как будто она была чем-то чужеродным. Стеф отставила стакан и села напротив, осторожно коснулась его ладони — холодная, как лед. Взяла обеими руками, пытаясь отогреть, виновато глянула на парня:

— Не надо было его трогать…

— А что надо было делать? — он хмуро уставился в стол, — стоять и смотреть, как этот павлин изображает из себя тиски? — Он замолчал, немного шевельнул пальцами, поморщился и опять расслабил кисть.

— Болит? — сочувственно спросила Стеф.

— Не слушается, — он опять чуть двинул пальцами, — и гудит аж до локтя, как будто отлежал.

— Тебе надо всегда носить крест, — вздохнула Стеф, парень фыркнул:

— Нет у меня креста, я его подарил.

— Точно, я забыла, — она полезла в карман и встала, потянулась к нему, застегивая на шее цепочку. — Не знаю, насколько это поможет, но попробовать стоит.

Он пожал плечами, стал рассматривать стол. Неудобная тишина начала давить, Стефани поежилась и осторожно спросила:

— Как конференция?

— Плохо, — не отрывая взгляда от стола, он дернул подбородком куда-то в сторону холодильника, — у меня к вечеру в факсе бумага кончилась.

Стефани посмотрела в ту сторону, увидела толстую пачку листов с официальными шапками, от которых внутри повеяло холодом:

— От кого это?

— От кинокомпании, от звукозаписывающей студии, от агентства.

— И что это значит?

— Это значит, что я нищий, — он забрал у нее руку и откинулся на спинку, потер лицо, прочесал пальцами волосы. — Гонорара от "Поцелуя душ" едва хватит, чтобы оплатить компенсации, и то, только тогда, когда я его полностью получу. — Его каменное лицо прорезала косая ухмылка, — видео с пьянками всплыли, кто-то выложил фотки, о которых я вообще ничего не помню… Со мной разорвали контракт на второй альбом, потому что он почти весь уже разлетелся по сети в отвратном качестве. — Стивен замолчал, широко улыбнулся, — не знаешь, кому можно быстро продать подержанный трейлер и десяток отличных гитар?

Она с болью закрыла глаза.

"Это все из-за меня."

— Ты тут ни при чем, — дернул щекой парень, как будто прочитав ее мысли, — это полностью моя вина. Мог сидеть дома и изображать страдальца как нормальный человек, а не лететь на другой конец страны и устраивать позерские дебоши в барах, раздаривать свои вещи, и выменивать гитару на кредитку с пинкодом.

— Ты поменял карту на гитару? — округлила глаза Стеф, Стивен обреченно усмехнулся и развел руками:

— Мне нужна была гитара, а наличные кончились. А тот парень был настолько добр, что поверил на слово, что на карте есть деньги, и согласился взять ее в обмен на свое потрепанное весло, — он указал глазами наверх, — лежит сейчас на диване, бедолага… Похоже, это единственная гитара, которая у меня останется — за нее вряд ли много заплатят.

Ей было так стыдно, как никогда в жизни не было. Хотелось реветь в три ручья и бесконечно извиняться, но она прекрасно понимала, что никому от этого легче не станет. Стивен молча смотрел в стол, тишина опять начала давить. Стеф сжала в руках стакан, чтобы скрыть дрожь пальцев, тихо спросила:

— И что ты теперь будешь делать?

Он встряхнулся, выходя из задумчивости, натянуто улыбнулся:

— Что-нибудь придумаю. Джо с утра в мыле, мотается по офисам, изыскивает обходные пути, может, и правда найдет. — Он помолчал, пожал плечами: — А не найдет — сам выкручусь. Продам барахло, поживу у родителей, это еще не конец света. Голова на месте, руки целые, — он запнулся и посмотрел на правую ладонь, поднял на Стефани неуверенный взгляд, — это же пройдет?

— Пройдет, — решительно кивнула она. — Дай, я еще раз попробую, — Стивен оперся о стол и протянул ей руку, она обхватила ледяную ладонь, закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться.

— Стеф…

— Подожди, — прошептала она.

— Не могу, — он мягко освободил руку, заставив ее открыть глаза. — Я и так слишком долго жду. Знаешь, на меня с самого утра столько всего валилось, непрерывно… — Она опять виновато прикусила губу, стрельнув глазами на пачку листов на холодильнике, он поймал ее взгляд, с усмешкой качнул головой: — Ты даже не представляешь, насколько мне на все эти бумажки наплевать, это все решаемо. Меня сейчас парит совсем другое, — она опустила глаза, не в силах выдержать его взгляд, внутри разростался горячий ком желания просто обнять его, ничего не объясняя, и просидеть так до утра. Но его тихий усталый голос не оставлял шансов. — Как прошел ваш разговор?

Температура в комнате подскочила градусов на десять, Стеф отпила воды, перерывая словарный запас в поисках подходящих слов, наконец взяла себя в руки и тяжело выдохнула:

— Сложно.

— Никто и не ждал, что будет легко, — резковато бросил парень. — Как вы пришли к гениальной мысли уехать из школы?

— Он сказал, что мне надо отдохнуть и отвлечься, — она зябко поежилась. — Не знаю, почему я согласилась, так получилось… это тяжело объяснить. Вечером мы опять стали разговаривать, я пыталась объяснить ему… мы немного вспылили и он сделал то, что обычно делаю я Тем Самым взглядом, — она на секунду подняла глаза на Стивена.

— И что дальше?

— И еще у него Печать, как у меня, — тихо добавила она.

— Сзади на пояснице? — холодно спросил Стив, она нахмурилась:

— Откуда ты знаешь?

— Ты раскрываешься во сне, — поморщился парень, потер лицо и тихо, злобно прошептал: — Я даже спрашивать не хочу, каким образом ты узнала о его звезде на заднице.

— Ничего не было, — вскинулась она, он с сарказмом фыркнул:

— Угу, конечно. Что дальше?

— Мы разговорились о магии, — Стеф вздохнула с облегчением, спеша увести разговор подальше от вопросов личного пространства, — он рассказал, что у него, в отличие от меня, был наставник, который его учил. Крис много чего знает, мы не успели обсудить все подробно, но похоже, что он сможет помочь мне с моим демоном.

— Насколько я знаю, — холодно процедил Стивен, — твоя проблема уже решена.

— Ну я же не могу вечно спать в твоем кресте…

— Можешь, это твой крест, я тебе его подарил.

— Это несерьезно, — поморщилась Стеф. — Семейные реликвии не дарят кому попало…

— Да, кому попало — не дарят, — перебил он. — И ты сильно ошибаешься, если думаешь, что это несерьезно. Я сказал, что крест твой, носи и попрощайся со всеми своими демонами и с Льюисом заодно. Я не хочу больше видеть его рядом с тобой.

Она опустила голову, медленно выдыхая и пытаясь найти другие аргументы. Как ни крути — Стивен прав, но жгучая жажда узнать о своей необычной силе что-то новое не давала покоя. А Стеф прекрасно понимала, что если она уйдет от Криса, то он ей ничего не расскажет просто из мести.

— Он обещал мне свою Книгу, — наконец прошептала она.

— Ну и что? — фыркнул Стив. — Слушай, у меня такое ощущение, что ты просто ищешь поводы продолжать с ним общаться.

— Это не так…

"…или так?"

Она задумалась, вспоминая его нежный голос и обещания, услышала, как скрипнул стол, когда Стивен резко оперся на него, подняла глаза, встречая его прямой усталый взгляд.

— Стеф, что с тобой происходит? Я тебя не понимаю, хоть убей, я честно пытаюсь, но не понимаю, — она закрыла глаза и выдохнула:

— Да я сама себя не понимаю… сегодня столько всего случилось, у меня скоро голова взорвется, — она виновато посмотрела на него, прошептала: — Давай отложим это все до завтра, а?

— Еще раз отложим, — убито выдохнул он, потер лицо, дотянулся до ее рук и сжал в ладонях, заглянул в глаза, — Стефани, ты меня любишь?

Она вздрогнула и опустила глаза, чувствуя как бешеное сердце пытается вырваться из груди на волю. Парень отпустил ее руки и опять откинулся на спинку дивана:

— Долго думаешь. В субботу возле студии ты говорила это очень уверенно.

— А ты говорил, что это просто настройка для записи, — перехваченным голосом прошептала она, Стивен фыркнул:

— И ты поверила? Стеф, ты можешь себе представить, чтобы я делал такое с Эшли или кем угодно другим, чисто ради качества записи?

— Кто тебя знает? — закрыла лицо руками она. — Ты псих и музыкальный маньяк, от тебя чего угодно ожидать можно.

— Но уж не признаний в любви, — криво улыбнулся он.

— Ты сказал, что в наше время эти слова ничего не значат.

— Но для тебя — значат.

— А для тебя — нет, — она пожала плечами, забираясь на диван с ногами и обхватывая колени. — Ты сказал, что я слышу это тысячу раз в день, и что это затертая фраза. И ты мне ее сказал ради записи. А до этого никогда не говорил.

Она понимала, что ведет себя как маленькая девочка, выпрашивающая конфету, но уже не могла остановиться. Стивен вздохнул и покачал головой:

— Стеф, я говорил это сотни раз, другими словами, поступками, чем угодно. И могу только удивляться тому, как ты умудрилась не понять.

"А мог бы просто сказать. Было бы понятнее и проще."

— Пойдем, покажу кое-что, — он поднялся, она спустила ноги с дивана, с опаской вжимаясь в спинку:

— Когда у тебя в прошлый раз был такой голос, ты искупал меня в озере.

— Не переживай, — чуть улыбнулся он, — купать не буду. Просто не хочу тащить это все со второго этажа.

— Ну пойдем, — они поднялись по ступенькам, Стеф окинула взглядом извечный бардак в студии, заваленный нотными листами стол, кучи мятой бумаги на полу и диване, шарики из фольги. Стивен убрал с дивана гитару, смел на пол бумагу и карандашные стружки, кивнул ей:

— Садись, сейчас я. — Подобрал с пола единственный не смятый лист, скомкал и сунул в карман пайты, Стеф заметила:

— Что это?

— Черновик, надо выкинуть, — отмахнулся он, стал копаться в столе, достал толстую папку и вернулся на диван, усевшись рядом со Стефани. — Вот, моя коллекция эмоций, — он чуть смущенно улыбнулся, двинул плечами, — вообще-то, я хотел сделать это по-другому, но раз уж так получилось…

Открыл папку, достал несколько сколотых скрепкой нотных листов, исписанных от руки, пролистал и сунул девушке, стал нервно перебирать остальные.

— Там везде есть дата. Слова я не писал, но я думаю, с этим ты и сама отлично справишься. — Она молчала, внимательно пробегая глазами строчки, Стивен нервничал все сильнее. — Не то чтобы супер-круто, но по-моему, достойно. Как думаешь?

— Охренительно красиво, — прошептала она, не отрываясь от листов, он с облегчением улыбнулся:

— Забирай.

— В смысле? — удивленно подняла взгляд Стефани, он пожал плечами:

— В прямом. Это тебе, — он щелкнул ногтем по пухлой папке на коленях, — это все тебе. Твой танец в третьей серии, — он кивнул на листы у нее в руках, — наш разговор у фонтана, — взял следующую пачку из папки и передал ей, пролистал следующую, — твой день рождения. Тот раз, когда я тебя искупал… Прогулка на озеро, тут, вроде, две, — он перебирал листы, потом махнул рукой и сложил их все в папку. — В общем, разберешься, там все подписано. Этого нет в электронном виде, так что в интернет оно не попало, тут вообще все в единственном экземпляре. — Он задумчиво погладил папку и откинулся на спинку дивана, в первый раз посмотрев на удивленную и смущенную Стефани, улыбнулся, пытаясь скрыть смущение, — сейчас ты дебютируешь как актриса, но с твоим голосом тебе рано или поздно захочется выпустить альбом. Вот тогда и пригодится, — он помолчал, чуть наклонился, прижимаясь плечом к ее плечу, тихо сказал: — Я хотел раньше отдать, но не был уверен, что ты примешь.

"Да я и сейчас не уверена, что имею на это право."

Она сидела, не чувствуя тела, в душе ревел такой ураган, что разобраться в своих чувствах казалось невозможным. От его плеча по венам растекалось тепло, воспламеняющее сердце, заставляющее думать совсем не о музыке.

"Что мне делать? Как с этим справиться? А нужно ли? Господи, что со мной творится…"

Стивен сполз ниже, уложил голову на ее плечо и тихо с улыбкой сказал:

— Вот приблизительно так выглядит признание у нас, психов и маньяков. Простенько, но со вкусом, не избито, возможно, даже с претензией на оригинальность, — он запрокинул голову, провел носом по ее щеке: — Как тебе?

— Супер, — прошептала Стефани, прижимаясь щекой к его волосам, нащупала его руку и крепко сжала, ощущая качку, как от средней силы шторма или бутылки крепкого вина. Он чуть приподнялся, сбросил папку на пол и обнял Стеф за плечи, прижимая к себе, она с трудом увернулась от его губ и уткнулась лицом в шею, сминая в пальцах его рукава и дрожа всем телом. Стив прижал ее сильнее и нежно прошептал на ухо:

— Что такое?

— Я боюсь, что если начнем — останемся здесь до утра, — с трудом выговорила девушка, Стивен тихо рассмеялся и тронул губами ее ухо:

— А чего тут бояться? Оставайся, — начал целовать ее шею, спускаясь все ниже, хитро улыбнулся: — Это не страшно, абсолютно.

— Стив… — он тронул языком ямку над ключицей и она на мгновение задохнулась, вцепившись в него изо всех сил, попыталась взять себя в руки и отстраниться. — Я не могу остаться на ночь, вдруг, кто-нибудь заметит, откуда я приду утром.

— И что? — он вздохнул и отодвинулся, устало посмотрел в ее глаза. Она виновато поджала губы и погладила его плечо:

— Я очень хочу Книгу Криса. Он обещал мне ее завтра привезти, а если узнает о нас — просто из вредности не покажет ни страницы. — Стивен нахмурился, Стеф состроила умоляющие глазки и подхалимски погладила его по щеке, пролепетав: — Ну постарайся меня понять. У меня не было наставника, я ничего о своей силе не знаю, и даже не знаю, откуда могу узнать. А что, если мой демон — еще цветочки? Это опасная сила, я могу по незнанию что-нибудь натворить, случайно… помнишь, Бэт подралась с Эшли? — парень кивнул, она вздохнула: — Это я им пожелала, случайно. И Лили упала из-за меня. И Мари. Я даже лучшей подруге умудрилась подгадить, совершенно случайно. Я не хочу так, — она продолжала атаковать его умоляющим взглядом, ласково гладя щеку и зарываясь пальцами в волосы. Наконец он закрыл глаза и выдохнул:

— Ладно, сегодня ночуешь у себя, — она улыбнулась, он опять потянулся к ней, Стеф продолжила уворачиваться:

— Так я пойду?

— Не так быстро, — промурлыкал парень, придвигаясь к ней ближе и наваливаясь на спинку дивана. Диван качнулся, опасно накренившись, Стив замер, через секунду они оба прыснули от смеха, он улыбнулся: — Я бы сказал, что надо купить диван побольше, но учитывая, что скоро весь трейлер перестанет быть моим — проще сделать вот так, — он подхватил ахнувшую девушку и уложил на ковер, удобно устроившись рядом. — Гораздо лучше, а?

— Отлично, — улыбнулась она, в очередной раз уворачиваясь от поцелуя, — мне еще не пора?

— Время детское, расслабься, — он покрывал поцелуями ее шею, решимость встать и уйти таяла, как айсберг в пустыне.

— Стив, я не уверена, что мы сможем остановиться, — тяжело дыша прошептала она, предпринимая слабую попытку подняться, парень прижал ее грудью к полу, хищно улыбнулся:

— Не беспокойся, у меня с некоторых пор самурайский дан по самоконтролю, я тебя остановлю, — отбросил с лица волосы и все-таки поймал ее губы. Поцелуй был жадный и крепкий, отшибающий мозги напрочь, Стеф выгнулась дугой, прижимаясь к нему всем телом, плотнее, до боли, как будто каждый миллиметр кожи стремился коснуться и больше не отрываться никогда от этого нереально восхитительного тела. Ее руки лихорадочно метались по его спине от шеи до пояса, распустили шнуровку на груди, забрались под воротник. Одежда ужасно мешала, она была настолько лишней, что избавиться от нее казалось естественным и правильным, но все, что она могла себе позволить сейчас, это задрать его пайту и запустить ладони в мягкое тепло, жадно сминая и царапая спину, прижимая сильнее…

— Стефани, — такую интонацию в его голосе она слышала впервые, такое нереальное сожаление, как будто он проиграл в карты свою жизнь и просит дать ему пистолет, — вот сейчас самое время.

Она продолжала целовать его шею, прикусывая кожу и глубоко вдыхая его запах, до боли плотно забивающий легкие, растекающийся по венам пряным высокоградусным жаром.

— Стеф, тише, все, — он с улыбкой отстранился, мягко поцеловал ее в щеку. — Кому-то пора спать, а кому-то — думать о своей собачьей жизни и перспективах ее улучшения. Давай, вставай.

Она недовольно заурчала, продолжая к нему прижиматься, Стив хохотнул, похоже, получая от процесса море кайфа. Встал, поднимая ее на ноги, поправил одежду, обнял:

— Пойдем, я провожу тебя.

Они осторожно спустились по ступенькам, Стеф с трудом попала ногами в туфли, выпила воды, только здесь понемногу приходя в себя. Пошла в ванную к зеркалу, поправила волосы, криво улыбнулась — глазища дикие, губы напухшие, на щеках нездоровый румянец.

"Ничего, к утру пройдет".

Обернулась к Стивену, набрасывающему куртку.

— Как рука?

— В порядке, — он улыбнулся, опять прижимая ее к себе, Стефани подумала, что никогда не видела его таким счастливым.

"У него сейчас срыв контрактов, бешеные штрафы, испорченная репутация и вообще вся жизнь летит к чертям. Как он может так улыбаться?"

— Слушай, ты говорил, что второй альбом сорвался из-за того, что все песни в интернете…

— Угу, — они вышли, он закрыл трейлер и обнял ее, медленно повел в сторону парка. — Давай через окно, там меньше свидетелей?

— Давай. И еще говорил, что та музыка, которую ты хочешь подарить мне, в сеть не попала, — она заглянула в его лицо, — так может, сделать из нее второй альбом? Это будет гораздо быстрее, чем писать новые песни.

Он укоризненно посмотрел на нее и качнул головой:

— Я не "хочу подарить", я уже подарил. Все, музыка твоя, она изначально не была предназначена для альбома, — он погладил ее плечо и поцеловал встрепанную макушку, — забудь об этом, а? Джо разберется, а потом я новую напишу.

— Ладно, — она опять прижалась к нему, осторожно запуская руку в его карман, нащупала мятый лист. Когда они дошли до окна, бумажка незаметно перекочевала в ее карман.

"Посмотрим, что ты так старательно прятал".

— Ну что, до завтра? — предвкушающе мурлыкнул парень ей на ухо, Стеф хихикнула, он постучал в окно и дождался тихого скрипа рамы и удивленной мордашки Мари, помахал ей рукой: — Открывай шире, — поцеловал хихикающую Стефани, подсадил на подоконник, дождался, пока она переберется внутрь. Окликнул ее, протягивая крест, поймал за ворот и поцеловал еще раз, вися на подоконнике на одной руке. Когда они все-таки попрощались и закрыли окно, глаза Мари были больше и круглее, чем литр воды в невесомости, а ширина улыбки превышала физически возможную минимум вдвое. Она прижала кулаки к груди и запрыгала на одном месте, шепотом вопя:

— Стеф. Дикие, отняшкать их котяроидом, пушистые бегемоты. Что это было? Ты мне немедленно все расскажешь.

— Позже, — с комично-пафосным лицом подняла ладонь Стефани. — Мне надо в душ.

Схватила сумочку и полотенце, позорно прячась за дверью от еле слышного восторженного визга подруги.

"Когда я приду, она уже уснет."

Тихо пробравшись в душевую, Стеф включила горячую воду и оперлась о стену, только теперь понемногу приходя в себя. Воспоминания кружили голову, не желали покидать память, как навязчивая песня или грохот рок-концерта.

"Что мы наделали… А если Крис каким-то образом узнает? Вот не могли один день потерпеть"

Она отбросила с лица волосы и сменила воду на холодную, задохнувшись от неожиданности. Через минуту ледяная вода перестала обжигать, она запрокинула голову, подставляя ей лицо, еще горящее от поцелуев.

"Но как же это было восхитительно… Это стоит чего угодно. Даже если Крис не даст мне Книгу — оно того стоило.

И чего было в таком случае уходить? Осталась бы."

От холода она уже начала дрожать, сменила воду на кипяток, потом опять на холодную. Не помогало.

"И как я буду спать в таком состоянии?"

Тело еще помнило его руки, в горле стойко держался его запах, мышцы продолжали сокращаться в сумбурном порядке, как будто по ним все еще путеществовали волны страсти. Голова кружилась, мозг еще не верил, что это все-таки произошло — такое нереальное, всепоглощающее счастье ее давно не затапливало с головой. Никогда, наверное.

"Стивен… мой друг, мой ночной музыкант, мой-мой-мой…"

По телу пробежали колючие мурашки, не желающие смываться ни холодной водой, ни горячей. Она проторчала под душем еще минут двадцать, пока окончательно не смирилась с тем, что так просто от этого состояния не отделаться.

"Под одеялом должно быть легче."

Куда там. Прикосновение мягкой ткани пробудило память о совсем других прикосновениях, взбудоражило фантазию, подняв со дна сознания мысли о том, как было бы здорово увидеть в одеяле его. Только в одеяле. Все остальное будет мешать. Мысли текли патокой, обволакивали сонное сознание, пока не убаюкали ее, мягко погрузив в сладкие сны.

* * *

 

ГЛАВА 2, 54й день съемок

вторник, 16 июля, 54й день съемок, 8/9 лунный день

Когда зазвонил будильник, Мари в комнате уже не было, на кровати лежал желтый листок с огромным восклицательным знаком по центру, Стеф улыбнулась и не стала его трогать. Пошла в душ, долго с улыбкой рассматривала в зеркале свое лицо и шею, трогала кончиками пальцев красные следы от поцелуев и свежие синяки — маленькие доказательства большого события.

"Все хорошо. Все будет хорошо"

Хотелось петь и прыгать от радости, хотелось закричать на весь мир о своем счастье… и одновременно хотелось никому-никому не говорить, жадно оставить это знание только для себя, как будто от того, что кто-то узнает, ее счастье станет меньше.

Тщательно расчесавшись, она уже подумывала о том, чтобы начать краситься, но вовремя остановилась — это выдаст ее с потрохами, она никогда в жизни не красилась утром. С сожалением отложив косметичку, Стефани вернулась в комнату, оделась, мурлыкая под нос что-то веселенькое, с удовольствием впрыгнула в туфли на самой высокой шпильке и чуть ли не вприпрыжку побежала завтракать.

Перед самой дверью сердце сжало коротким страхом, она глянула на любимый столик Криса, только сейчас подумав о том, что ей предстоит еще один тяжелый разговор… но столик был пуст, зато на угловом диване задумчиво потягивал кофе Стив, мигом вернувший ей радужное настроение. Она сдержала желание броситься прямиком к нему, не спеша прошла по залу, поздоровавшись со своей группой, взяла поднос и только тогда позволила себе улыбнуться Стивену:

— Доброе утро, — она опустилась на стул напротив, чувствуя, как заливается краской. Парень загадочно улыбнулся и медленно ответил:

— Офигенное. Обожаю утро.

Стеф смутилась еще больше, начала ковыряться в тарелке, не зная, что сказать. Она прекрасно понимала, что они выглядят как парочка шпионов с явками-паролями, но не могла заставить себя болтать непринужденно.

— Стеф, — его вкрадчивый шепот пустил по телу волну мурашек, она подняла глаза. Он чуть улыбнулся и оперся о стол, наклоняясь ближе, — мне это не снилось?

Она хихикнула и пожала плечами:

— А бывают у двух людей одинаковые сны?

— Бывают, если обоим хочется одного и того же, — усмехнулся он.

— Хм, — Стеф изобразила задумчивость и почесала бровь, — а вот такое после снов бывает? — на секунду оттянула ворот, показывая красное пятно на шее, Стивен прикусил губу, сдерживая улыбку, опустил глаза, Стефани тоже сделала вид, что поглощена рассматриваением тарелки, изо всех сил борясь со своим лицом, которое норовило побить все рекорды по ширине улыбки.

— Как спалось? — задумчиво протянул Стив, заставив Стефани опять залиться краской.

— Хорошо… хотя и немного сложно. А тебе?

— А у меня со сном вообще не сложилось.

Стеф укоризненно погрозила пальцем:

— Твой режим не приведет ни к чему хорошему.

— Ну почему? — загадочно промурлыкал парень, — то, к чему он привел, ты через время споешь. Еще десяток таких ночей — и я наберу материала на альбом.

Стеф улыбнулась и вздохнула, качнула головой:

— Ты сегодня работаешь?

— После обеда.

— Тогда иди спать, у тебя еще есть время, — она понизила голос и добавила: — Я позвоню вечером.

— Буду ждать, — он хитро сверкнул глазами, от чего Стефани бросило в жар. — До вечера.

Она кивнула, он одним глотком допил кофе и ушел, она осталась ковыряться в тарелке и пытаться разобраться в собственных мыслях.

* * *

Телефон Криса не отвечал, на съемках он тоже не появился, зато Эшли буравила ее таким злобным взглядом, что Стеф заподозрила ее в осведомленности. Подошла к ней на перерыве, как бы невзначай поинтересовалась, не видела ли она Льюиса. Блондинка с натужной вежливостью сказала, что ничего не знает, но по всему ее виду было ясно, что она готова заплевать Стефани кислотой.

На обеде он тоже не появился, но в процессе работы Сэм обмолвился, что Льюис приедет завтра, сегодня придется обойтись без него.

"За книгой поехал. Но почему телефон отключен? Мог бы сказать."

Вечером режиссера опять покусала муза, так что съемки закончились на закате, под дружную ругань осветителей и операторов. Быстро переодевшись, Стеф бросилась в парк, написала Стивену смс: "Если не спишь, приходи к роднику". Устроилась поудобнее на лавочке и включила музыку, приготовившись ждать. Мобильный пиликнул: "Иду", буквально через пару минут она увидела знакомый силуэт и тихо позвала:

— Стив, — он подошел, нащупал в темноте ее руку и сжал:

— Привет. Как съемки?

— Как обычно, — он сел рядом, она обняла его за пояс и тихо добавила: — Только Криса не было.

— Я знаю, говорят, он уехал. Только машина его почему-то на парковке. — Парень обнял ее за плечи, уткнулся лицом в шею, зарываясь в волосы и медленно выдыхая: — О, боже, как хорошо… бесконечный день.

Стефани улыбнулась, прижимаясь к нему крепче.

— Устал?

— Устал, — кивнул он.

— Спал?

— Нет, — он выпрямился и кривляясь мотнул головой, — не получилось. Утром Джо приехал, были… дела. А потом были съемки, — он опять вздохнул и обреченно простонал: — А через полчаса идти к звукарям. И опять до ночи, как же я не хочу туда…

Стеф сочувственно погладила его по руке:

— Что я могу для тебя сделать?

Он чуть улыбнулся:

— Сядь на край, — она пожала плечами и пересела, Стивен улегся на лавку, устроив голову на ее коленях и с широкой улыбкой промурлыкал: — Отлично. — Стефани тихо рассмеялась и запустила пальцы в его волосы, парень блаженно прикрыл глаза и медленно проговорил: — И-де-ально… всю ночь бы так лежал, если бы никуда идти не надо было.

— А нельзя это перенести?

— Теоретически, можно. Но для этого нужна уважительная причина, вроде проблем с оборудованием. Моя головная боль не покатит, я об этом даже заикаться не буду.

Стеф сразу же прикрыла глаза и пролечила его всего, потом на секунду задумалась и хитро улыбнулась:

— А если света не будет?

— Тогда отложат, конечно. Но с чего бы ему не быть?

— С того, что я его выключу, — Стивен открыл глаза и недовольно двинул бровями:

— Как?

— Очень просто, — она улыбнулась и хлопнула в ладоши, как будто тушит свет в трейлере.

Где-то далеко грохнуло и мигом стало еще темнее, чем было. Стивен округлил глаза и встал, вытягивая шею в попытке рассмотреть главный корпус, шокировано повернулся к Стефани:

— Все потухло, Стеф. Все.

— Значит, ты можешь никуда не идти? — она ковыряла каблуком плитку, изображая скромняжку, — и вечер свободен?

— Не знаю, наверное, — он вернулся на лавку и достал телефон, набрал кого-то. — Что случилось? — с полминуты послушал и кивнул: — Понял, до завтра, — положил трубку, посмотрел на Стефани и покачал головой. Она не видела в темноте его выражение лица, но голос был озадаченный: — Как долго не будет света?

— Не знаю, — она легкомысленно развела руками, — я конкретное время не заказывала. А что?

— Потухло все по эту сторону перевала, даже фонари на трассе. Причина не у нас, а где-то в городе.

Она перестала кривляться и нахмурилась в ответ на его серьезный тон:

— Ты что, не рад? Вернуть как было?

Стив спрятал телефон и обнял ее, задумчиво вздохнул:

— Не знаю. Вроде и хорошо, но… лучше б я отработал, честно.

— Почему?

— Потому что не верю, что такие возможности даются просто так. За все в этом мире надо платить, а уж за такое плата вообще должна быть непомерной, и то, что с тебя ее пока никто не потребовал, еще не значит, что этого не случится в будущем. — Он наклонился и поцеловал ее в макушку, добавил почти шепотом: — Помнишь, как в сказке: "Отдашь мне то, о чем не знаешь".

Стефани вспомнила Криса и его слова о том, что детей у него не будет. Постаралась отогнать эту мысль, крепче обняла Стивена:

— Вот для этого мне и нужна Книга. Может, оттуда я хоть что-то узнаю.

— Когда он обещал ее привезти?

— Сегодня.

— М-да. Звонила?

— Отключен, — вздохнула Стеф. — Мне кажется, Эшли что-то знает, но она не хочет говорить. Сэм сказал, что Льюис будет завтра. — Парень кивнул и потер глаза, Стеф погладила его по щеке: — Слушай, иди спать, а? Ты, по-моему, на ходу отключаешься.

Он хитро улыбнулся и поймал губами ее ладонь:

— Пойдем со мной.

— Колыбельную спеть? — иронично фыркнула Стеф, парень придвинулся ближе, целуя ее шею, шепнул:

— Можно и спеть, для начала…

— Стив, не выделывайся, — она хихикнула, игриво прикусывая его ухо. — Не надо мне ничего доказывать, ты больше суток не спал.

— Ну и что? — его шепот пустил по коже щекотные мурашки, девушка закрылась плечом от его губ:

— Сейчас доползешь до кровати и отрубишься до обеда.

— Вместе доползем…

— Я до своей, ты до своей.

— Подумай хорошо, Стеф, — он добрался до ее губ и стал медленно целовать, она чувствовала, как тает решимость прогнать его спать, но все-таки прошептала:

— Сам подумай… у нас впереди море времени, куда спешить?

— Не знаю, — его губы касались ее кожи, он продолжал целовать ее, — у меня такое ощущение, что если я отпущу тебя сейчас, то другого шанса уже не будет.

— Ой, да ладно тебе, — она погладила его по щеке. — Что может случиться за ночь?

— Что угодно, ночь длинная.

— И ты ее всю проспишь, а завтра будешь свежим, бодрым, — она хитро улыбнулась и добавила в голос страстной хрипотцы, — и полным сил.

— Я всегда полон сил, — он поднял ее и посадил к себе на колени, жадно впиваясь в губы поцелуем, она отвечала, понемногу теряя ощущение времени, голова кружилась, страсть затапливала тело, отчаянно стучась изнутри волнами горячего удовольствия и желания продолжить банкет прямо здесь — никто не увидит, они одни в этой части парка…

— Стив, подожди, — она задыхалась от возбуждения, хваталась за его плечи, пытаясь не упасть. — Хватит, все. Пойдем спать, завтра продолжим.

Сердце колотилось как бешеное, Стивен молчал, продолжая прижимать ее к себе, наконец чуть ослабил хватку и тихо выдохнул:

— Ладно, да, ты права… я правда отключаюсь. Пойдем.

— Пойдем, — она улыбнулась, поглаживая его щеку, зарылась пальцами в волосы. Парень мягко погладил ее спину и опять прижал к себе, крепко целуя.

* * *

Сон сверкал. Переливы золота и бриллиантов смешивались вокруг, было так тепло, как будто ее закопали в песок на пляже. Жар бегал по коже волнами, в ушах шелестел песок и шумел океан, блики отражались от воды и дробились радугой.

Завораживающее сияние.

Щеки коснулось мягкое тепло, она улыбнулась, подаваясь ему навстречу, протянула руки, обхватывая его за талию и прижимая к себе. Ощутила на губах его дыхание, сердце заколотилось сильнее, радужные блики перед глазами полыхнули особенно ярко.

"Стивен? Я же отказалась к нему идти…"

Поцелуй обдал жаром, она запустила пальцы в его волосы, чувствуя странную неправильность. Попыталась открыть глаза, но сверкающие переливы не пропадали.

"Мне это снится?"

Его губы спустились горячей дорожкой по шее, талию обхватили сильные руки, нырнули под одежду, заставляя тело затрепетать от желания.

Она опять попыталась открыть глаза. Не получилось.

"Что происходит? Это странно… это не сон."

Бросив попытки открыть глаза, она сосредоточилась на ощущениях, погладила его шею, провела ладонями по плечам, по рукам… Маленькая родинка за ухом, рельефное тренированное тело.

"Это не Стивен."

Сердце сжалось от страха, она попыталась оттолкнуть того, кто ее целует, но рукам явно не хватало силы — он, похоже, даже не заметил. Тогда она собрала остатки силы воли и попыталась укусить целующие ее губы.

Радужный калейдоскоп вспыхнул, резанул глаза болью и понемногу потух. В темной комнате светилась только луна в окне — электричества, похоже, все еще не было. Вдвоем на маленькой кровати было тесно, она ощущала его тело везде и это вызывало болезненно-острое желание. Подавив дрожь, она тихо позвала:

— Крис?

— Привет, малыш, — он опять поцеловал ее, погладил по щеке. Стефани попыталась отодвинуться, но уперлась в стену.

— Как ты вошел?

— Попросил твою подружку открыть, — он самодовольно хохотнул. — Не бойся, она этого не вспомнит. И сладко проспит до утра, даже если здесь будет очень шумно… так что не стесняйся. — Он опять начал ее целовать, Стеф отстранилась, чувствуя внутри нарастающую панику:

— Крис, ты с ума сошел? Так нельзя.

— Расслабься, никто не узнает, — его рука под ее футболкой пришла в движение, заставив ее задохнуться от эмоций, парень игриво прикусил ее шею, довольно промурлыкав: — О, теперь гораздо лучше, не правда ли?

Поцеловал ее, не дав ответить, его руки продолжали путешествовать под одеждой, обжигая болезненной страстью, он приподнял Стеф, стащил с нее футболку, навалился сверху, прижавшись грудью к обнаженной коже.

"Откуда такие ощущения? Раньше же…"

Он продолжал ее раздевать, она тонула в вязкой истоме, изо всех сил пытаясь сопротивляться, но сил не хватало.

— Крис, стой…

— Все хорошо.

— Подожди, нет…

— Шшш, Стеф, малыш, расслабься, — он опять закрыл ей рот поцелуем, она отворачивалась, но тело почти не слушалось, как будто она им не владела. Его шепот обжег губы: — Стефани, я люблю тебя. Все хорошо. Все хорошо…

* * *

 

ГЛАВА 3, 55й день съемок

среда, 17 июля, 55й день съемок, 9/10 лунный день

Мир пылал, языки пламени плясали сверху, по бокам и в глазах рогатого демона. Ей не было страшно, она смотрела в них с удивлением.

— Давно не виделись, Бренда, — зубасто улыбнулся демон. — Я скучал по тебе.

Он протянул когтистую ладонь и погладил ее по щеке, она с трудом отвела взгляд от его глаз и осмотрелась — чудовище сидело на ее груди, но она совершенно не чувствовала его веса, только жар пламени со всех сторон.

— Моя драгоценная, ты так выросла, — он приблизил к ней лицо, переместил руку с щеки на шею, — пора делиться силой.

Горло сдавило, демон расхохотался, запрокидывая голову к пылающему небу, девушка дергалась, пытаясь вырваться, схватилась двумя руками за его запястье, но не смогла оторвать от шеи его пальцы. В глазах все плыло, постепенно становилось темнее, его смех отдалялся…

* * *

В комнате было темно и тихо, солнце еще не взошло, но проснувшиеся птицы уже распевались за окном.

"Что-то не так."

Внутри нарастал холод, больно сжалось сердце от непонятного ощущения, как будто она проспала экзамен или опоздала на самолет.

"Что случилось?"

Едва открыв глаза, она почувствовала чужое присутствие, неудобное ощущение вторжения, через секунду поняла — запах. Пахло чем-то чужим, чем-то, чего тут быть не должно.

"Кто здесь?"

Протерев глаза, рассмотрела в тусклом предрассветном сумраке спящую Мари, больше никого не было. Села на кровати и поняла, что совершенно голая — пижама валялась на полу неопрятной кучей. И вспомнила.

"Господи, пусть это будет сном."

Сердце провалилось в ледяную пропасть, на глаза навернулись слезы, она плотно зажала рот ладонью, чтобы не заскулить и не разбудить Мари.

"Черт возьми, это было. Это не сон. Как это могло случиться?"

В ушах шумело, виски пульсировали болью, грудь сдавило так, что сердце бессильно затрепыхалось, как пойманная птица.

"Нет, пожалуйста, нет. Пусть я сейчас проснусь и все будет в порядке…"

Она крепко зажмурилась, чувствуя катящиеся по щекам слезы, больно прикусила ладонь, пытаясь смириться с мыслью, что то, что случилось, было на самом деле.

"Он пришел сюда ночью и мы… и я его не остановила. Как я могла? Как это произошло, черт возьми, как?"

Память подбросила пару кадров, полных животного исступляющего желания, удушливого жара и лихорадочной возни под одеялом. Живот опять резануло судорогой желания, Стеф согнулась от боли.

"Значит, он все исправил, как обещал… и сразу пришел проверить, насколько эффективно.

Черт, черт, черт"

Она пощупала шею, не нашла креста и стала вглядываться в вещи на тумбочке, подняла с пола пижаму, перетряхнула — нету.

"Зачем он его снял, еще можно понять. Но куда он его дел?"

Страх опять перехватил грудь тугими веревками, она поднялась с кровати, стала копаться в вещах на столе, нервно перебирая косметику и одежду, обшарила тумбочку, пол, все что можно.

"Нигде нет, господи, да что за… неужели он унес его с собой?"

Вернувшись на кровать, она вывернула футболку и попыталась надеть, ощутила густой запах Криса и нервно сорвала ее, глаза опять запекли.

"Мне надо в душ."

Натянула что-то, висящее на стуле, взяла полотенце и почти бегом понеслась по коридору, закрылась, наткнулась на зеркало и чуть не вскрикнула, увидев свое отражение. Глаза были непроглядно-черные, а лицо такое бледное, что проступающие вены казались фиолетовыми, серые губы дрожали, круги под глазами делали ее похожей на зомби.

"Что со мной?"

Стефани подошла к зеркалу, тронула пальцами веки, оттянула ворот, увидев на шее новый засос.

"Это Стивен или Крис? Господи, как можно быть такой шлюхой…"

Она с ненавистью сорвала с себя одежду, включила ледяную воду и вылила на грудь полбанки геля для душа, стала яростно натирать кожу мочалкой, задыхаясь от обжигающего холода, уперлась руками в стену, сотрясаясь от беззвучных рыданий.

"Я себя ненавижу. Ненавижу"

Выровнялась и продолжила до красна натирать тело, руки дрожали, легче не становилось. Ее колотило, по лицу текли слезы, мгновенно смываясь водой, в голове пульсировала боль, от отвращения к себе тошнило.

"Боже, какая же я дура… как я могла? Почему я его не остановила?"

Ноги подкашивались, она сползла на холодный кафель, сжалась в комок, обхватив колени, уткнулась в них лицом, продолжая заливаться слезами. Мокрые волосы липли к спине, вода била в затылок, внутри дрожала глыба льда, крошась осколками, больно впивающимися в сердце.

Ничего не менялось. Слезы не заканчивались, она попыталась взять себя в руки и поднялась, выключая воду.

"Хватит страдать. Надо что-то делать."

Растерлась полотенцем и натянула джинсы, подобрала с пола упавшую кофту, заметила рядом мятую бумажку. Подняла, развернула, резкие угловатые буквы плясали перед глазами.

"Тот стих, который прятал Стивен. Из кармана выпал."

Этим утром, таким болезненно-несмешным,

Я молился бы о прощении мне всего,

В чем когда-либо согрешил,

Я бы резал свои молитвы о бритвы струн,

Извлекая из них стоны тех,

Кого никогда уже не спасут.

Сердце дергалось в ритме агонии обреченных…

Если б ты знала, как сильно

Я хотел тебе сделать больно.

Она зажала рот ладонью, руки тряслись, мятый листок прыгал перед глазами.

"Он писал это, когда узнал, что я уехала с Крисом на пляж. Господи, Стивен, прости, я такая дура. Если бы я могла все исправить…"

Этот день, проклятое солнце несется ввысь.

Я молился о буре, бескрайней и смертоносной,

Чтоб вы с ним ни за что не спаслись.

Я мечтал станцевать хип-хоп на ваших могилах,

Осыпая твой гроб цветами за то,

Что врала, что меня любила.

Я просил небеса о громах и тучах черных,

Умоляя, чтоб тебе было хоть миг

Точно так же больно.

"Просил — получи. Мне больно. Так больно, что нет сил сдвинуться с места. Только вряд ли тебе станет от этого легче."

Эта ночь, бескрайняя, душная, ненавижу.

Как я страстно желал твой голос,

Как молился его услышать.

Слыша в тысячный раз: "Абоненту на вас плевать",

Содрогаясь от жажды найти вас

И зубами в клочки порвать,

В кулаке сжимая до хруста остатки воли,

Я молился богу и дьяволу

Подарить тебе море боли.

"Море. Океан. Бесконечную вселенную боли, которая сейчас разрывает меня изнутри. Ты хотел, чтобы я это почувствовала — отлично. Мечты сбываются."

В эту ночь я узнал, как страшно порой бывает

Изрытой язвами боли душе,

Когда ненависти не хватает,

Когда выпито все, когда силы оставили поле боя.

А когда-то давно, в прошлой жизни,

Я мечтал быть твоим героем,

Я хотел подарить тебе свет, обернуть собою…

Я наверное никогда

Не избавлюсь от этой боли.

"Я тоже хотела подарить тебе свет, друг мой. Весь свет, который у меня есть, до последнего лучика… но он погас сегодня ночью. Я ни за что не признаюсь тебе в том, что сегодня сделала, а соврать не смогу — ты видишь меня насквозь. Да ты и так все поймешь… и никогда не простишь, для тебя это важно, ты не раз говорил.

Все пропало. Этой ночью я убила наши не начавшиеся отношения с особой жестокостью.

Прости меня, Стивен, если сможешь. Я себя простить, наверное, никогда не смогу."

Слезы катились ручьями, ползли по шее, она прислонилась к стене, медленно сползая на пол, забилась под умывальник, стремясь спрятаться от всего мира. Перед глазами все плыло, где-то в горле рождался тихий безнадежный скулеж окровавленной собаки, которую сбили машиной, переломав все кости, и оттащили на обочину умирать.

Она протерла глаза, пытаясь сфокусировать взгляд и все-таки дочитать.

Эта ночь никогда не закончится, время спит,

Мысли бродят кругами,

В груди метроном стучит,

Отбивая в стотысячный раз: "Она не придет".

Боль свернулась петлей вокруг шеи -

Она еще подождет.

Я встречаю рассвет и тебя на дороге знакомой,

Понимая, что никогда

Не смогу тебе сделать больно.

"А я смогла.

Господи, Стивен, почему я тебя не послушала и не ушла вчера с тобой? Почему не осталась у тебя позавчера, далась мне эта проклятая Книга? Почему согласилась ехать на пляж, я же знала, что ты будешь ждать? Почему я такая бесхребетная — куда поведут, туда иду?

А вы с Крисом перетягиваете меня, как канат, я скоро просто порвусь"

Скомкав лист, она сунула его в карман, несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь прийти в себя. Поднялась с пола, оперлась о раковину, хмуро уставившись в зеркало. Лицо было как будто чужое, искаженное ненавистью и отвращением.

— Шлюха, — выплюнула Стеф в свое отражение. — Дрянь. Предательница…

По щекам опять покатились слезы, она растерла их ладонью и прошипела, пристально глядя в свои глаза:

— Реви сколько хочешь, тебя это не спасет. Ты его не стоишь, он ни за чтобы так с тобой не поступил… — Губы скривила презрительная усмешка, она хмыкнула: — Хотя, кто его знает? Со своей Самантой же поступил, — Запрокинула голову и истерично рассмеялась, включила воду, стала плескать на лицо, пытаясь успокоиться.

Внезапно в дверь постучали, раздался приглушенный голос Криса:

— Стеф, малыш, ты тут? Мари сказала, ты купаешься.

Она застыла. В голове гудел рой мыслей, в глубине грудной клетки бились остатки истерики, грозящие взорваться опять.

"Что теперь делать? Обрушить на Льюиса все то, что я думаю о себе и о нем впридачу? И что это даст? Он не поймет. Он думает, что в самом деле меня любит. И уверен, что я его люблю, и что этой ночью все было зашибись."

— Стефани, у тебя все в порядке?

"Если я ему это все выскажу, то будет то, чего я изначально боялась — я останусь одна. От Криса придется уйти, а к Стивену я не осмелюсь даже приблизиться."

— Стеф, ты меня слышишь?

Он постучал в дверь, она еще раз плеснула воды на лицо, посмотрела в зеркало.

"Если изнасилование неизбежно — расслабься и получи удовольствие.

Если сделать вид, что все так и было задумано, удастся сохранить хоть каплю самоуважения. Прикинуться, что все нормально, продолжить вести себя, как будто ничего сверхъестественного не произошло.

У меня будет парень, у меня будет его Книга, проблему с сексом он решил, крест я у него заберу, что-нибудь придумаю… и все будет хорошо. Я актриса. Я смогу."

— Стеф?

— Что? — она пригладила волосы и открыла дверь, сделав каменное лицо. — Обязательно было вытаскивать меня из-под душа?

— Прости, — он сверкнул виноватой улыбкой, поцеловал ее в губы и потерся щекой о ее лицо, тихо шепнув: — Доброе утро… как спалось?

"Вчера меня об этом спрашивал Стивен. Больше никогда не спросит."

— Хорошо, — улыбнулась она, — но тебя я хотела хорошо треснуть.

— За что? — округлил глаза он.

— Ты не мог меня нормально разбудить? Я почти ничего не помню.

Он хитро улыбнулся и опять поцеловал ее:

— Я хотел, чтобы ты проснулась в процессе… По-моему, в этом есть особый кайф.

— А по-моему, нет, — нахмурилась она, — не делай так больше.

— Ладно, не буду, — он обнял ее, с обидой прошептав на ухо, — а ночью тебе все нравилось. Ты так кричала.

"Не говори об этом, пожалуйста."

— Зачем ты снял с меня крест?

— Меня бесит этот крест, — отодвинулся парень. — Почему ты его носишь? Верни Эвансу и забудь о нем.

"О кресте или об Эвансе? Даже не знаю, что будет сложнее."

— Я не буду его возвращать, — хмуро проговорила Стеф, опуская глаза.

"Я со стыда сгорю раньше, чем он скажет хоть слово."

— Тогда просто выкинь, — нервно скривился Крис, — я не хочу его видеть.

— Куда ты его дел?

— Не скажу, — он показал язык, делая вид, что изящно пошутил, Стефани поморщилась и хмуро рыкнула:

— Не веди себя, как ребенок. Где мой крест?

— Это крест Эванса…

— Это мой крест, — вызверилась она, уперлась в его глаза яростным взглядом, прошипела: — Говори, где крест.

— Стеф, успокойся, — шокировано поднял ладони парень, она озарено распахнула глаза и замолчала.

"Если на него не действует мой взгляд, значит, крест у него. Приказывать бесполезно, надо подлизываться и хныкать, обижаться, давить на жалость… попробуем."

— Крис… — она напустила полные глаза слез и положила ладонь на его грудь, — ну пожалуйста… он мне очень нравится. Мне пофиг, кому он раньше принадлежал, знал бы ты, как трудно было его получить.

— В смысле? — нахмурился блондин, Стеф закатила глаза и выдохнула:

— Он мне его проспорил. Мы соревновались, кто дольше сможет петь одну ноту, я чуть сознание не потеряла, так старалась, — она потянулась к нему и стала покрывать лицо поцелуями, — ну отдай… я не буду его при тебе носить, обещаю.

— Я куплю тебе другой, — неуверенно пробормотал парень.

— Я хочу этот, — капризно надула губки она, изобразила грозного ребенка и уперлась в него взглядом исподлобья, безапелляционно заявляя: — Хочу.

— Стефани…

— Хочу, — подпрыгнула на месте она, сделала умильное личико и пролепетала: — Тебе жалко, что ли? Что тебе стоит?

— Ладно, — закатил глаза парень, покачал головой и полез в карман. — На, вымогательница. Только не носи при мне, я тебя прошу. Увези его к родителям, или куда-нибудь… короче, подальше, хорошо?

— Хорошо, — просияла она, выхватывая крест и пряча в карман, там зашуршала бумага, резанув сердце болью.

"А я бы ни за что не пожелала тебе страдать, друг мой."

Стало так обидно, что он это написал… Стефани прикусила губу, сдерживая слезы, пристально посмотрела в голубые глаза Льюиса, светящиеся теплом и всепрощением.

"Он меня правда любит. Может, и я смогу его полюбить?"

— Ты уже накупалась? — погладил ее плечи парень, она кивнула, он улыбнулся: — Идем завтракать?

— Идем, только вещи занесу.

* * *

Крис галантно открыл перед ней дверь столовой. Наградив его улыбкой, Стефани шагнула внутрь и замерла, пронзенная неверящим взглядом с углового дивана. Блондин обнял ее за талию и что-то сказал на ухо, она не слышала — она смотрела на Стивена. Буквально за секунду его ошарашенные глаза стали холоднее вечной мерзлоты, лицо окаменело, он уставился в чашку, обхватил ее ладонями и неподвижно застыл.

"Господи, что я наделала…"

Перед ее лицом звонко щелкнули пальцами, она вздрогнула и повернулась к Крису:

— Что?

— Я с тобой разговариваю, вообще-то, — обиженно буркнул он. — Чего Эванс на тебя так уставился?

— Не знаю.

"Почему мне вчера вечером на голову кирпич не упал? Все было бы так мирно, так спокойно — расследование, заупокойная служба, похороны… и никаких ледяных взглядов. Он пострадал бы недельку, написал бы пару слезливых песен, а потом нашел бы себе какую-нибудь хорошую девушку, без паранормальных заскоков. Или вернулся бы к своей Саманте, она была бы рада."

— Стеф.

— А? — она вздрогнула, опять поднимая глаза на Криса.

— Да что случилось? — парень усадил ее за свой любимый столик. — Садись, я сейчас все принесу.

— Хорошо.

Он ушел к стойке, она уткнулась взглядом в стол, шею сводило от желания посмотреть на Стивена, но Стеф кусала губы, изо всех сил сдерживаясь — ничего хорошего она не увидит. В сумке завибрировал телефон, Стефани дотянулась и посмотрела на экран, не вынимая трубку из сумки — сообщение от Эванса: "Что случилось? Ты плохо выглядишь".

Она достала зеркало, мельком взглянула на себя и убрала — ничего не изменилось с утра, все та же бледность и круги под глазами.

"Странно… Крис ничего не сказал по этому поводу."

Стефани быстро набрала сообщение: "Все нормально. Вечером пообщаемся, я сейчас не могу говорить".

Телефон опять пиликнул: "Он уже привез тебе книгу?".

"Черт, Книга. Я совсем о ней забыла из-за всего этого."

Она увидела, что Крис возвращается, и быстро набрала: "Еще нет".

Блондин поставил перед ней поднос, улыбнулся:

— Тебя покормить? А то ты вечно час копаешься в тарелке и в результате ничего не ешь.

"Не вечно, а только когда ем с тобой. Почему-то так выходит, что в таких случаях у меня настроение ни к черту и совершенно не до еды."

— Не надо, я сама, — она попыталась улыбнуться, сунула одну руку в сумку, выключая звук телефона. — Ты, кстати, привез Книгу?

— Да, — кивнул парень, нахмурился, — слушай, Стеф… ты не обидишься, если я тебе ее не отдам?

Она непонимающе нахмурилась:

— Мы же договорились…

— Да, я знаю, — он вздохнул и потер лицо, наклонился ближе, понизив голос: — Мне не жалко, просто, понимаешь… я достаточно тебя знаю, чтобы предвидеть, что будет после того, как я ее тебе отдам.

Ее сердце заколотилось чаще, по спине пробежала неприятная волна.

"Что? Что он имеет в виду? Как он узнал?"

Крис отложил вилку и взял ее за руки, тихо проговорив:

— Я боюсь за тебя, малыш. Ты же прочитаешь ее залпом, всю сразу, а потом начнешь пробовать и… можешь просто не выдержать нагрузки, понимаешь?

"Фууух…"

Она улыбнулась, поднимая ладонь:

— Не переживай, я торжественно обещаю этого не делать.

— Это ты сейчас так думаешь, — горько вздохнул Крис, — и мне так казалось, в свое время. А потом получается, что Книга оказывается у тебя в руках, и ты не можешь остановиться, истощая силы и вгоняя себя в какую-то странную зависимость. Когда перед тобой подробный и понятный рецепт, кажется, что сделать все правильно проще простого, что ничего страшного не случится, что обязательно нужно попробовать. И ты ни о чем больше не можешь думать, эта мысль постоянно маячит в голове и ты в конце концов решаешься на что-то одно, потом на еще одно, и еще. — Он сжал ее ладони, умоляюще глядя в глаза: — Стеф, малыш, послушай меня. Тебе это не нужно. Давай я лучше буду сам рассказывать тебе информацию из нее, понемногу, по страничке в день? Мы будем пробовать вдвоем, я тебя подстрахую и если что, поделюсь силой.

Она молчала, задумчиво рассматривая их переплетенные пальцы. Когда он сказал "ничего страшного не случится", она очень четко вспомнила себя саму, одолеваемую теми же мыслями. Как карман жег телефон, в котором была одна-единственная страничка "Рецептов", которая так круто изменила ее жизнь. Как она была совершенно уверена, что помнит рецепт до последнего слова, и как потом наделала кучу ошибок. Как в голову ударило всемогущество, заставляющее поверить, что она может вертеть всем миром, а в результате только вредящее близким ей людям.

"Но теперь-то я знаю, что почем в этом деле, и во второй раз точно не попадусь. В любом случае, мне нужна эта проклятая Книга. Она поможет поверить, что все идет по-моему, что это я так решила."

— Крис, — она тяжело вздохнула и потерла лоб, — просто дай мне Книгу. Я обещаю, что даже не открою ее, будем заниматься вдвоем, как ты хочешь… просто мне будет спокойнее, зная, что она у меня есть.

— Стеф, ты не понимаешь… — начал он, но она перебила, подняла ладонь:

— Это ты не понимаешь. Помнишь, вчера свет пропал? Это я сделала, случайно. И Лили тогда упала потому, что я ей этого пожелала, — она криво улыбнулась в ответ на удивленный взгляд Криса. — Это еще не полный список. Мне нужна твоя Книга просто для того, чтобы знать, что мне есть, где взять информацию о своей силе, а то я уже реально начинаю бояться сама себя, — она передернула плечами, — это правда страшно. Как будто носишь в кармане бомбу с голосовым управлением, но не знаешь, на какую фразу она запрограммирована.

Парень молчал, хмуро кусая губы, вздохнул:

— Ладно, давай я скину тебе сканы, а ты пообещаешь их не открывать без меня.

— Давай, — радостно согласилась она, Крис улыбнулся и полез за телефоном. — Я залил на обменник, сейчас дам ссылку.

Ей пришлось достать телефон, он мигал сообщением, она отвернула экран от Криса и быстро прочитала: "Стеф, забей на эту гребаную книгу, я тебя прошу. Я спинным мозгом чую, добром это не кончится".

Она на миг прикрыла глаза, мысленно извиняясь перед Стивеном, и закрыла сообщение. Открыла ссылку, пошла передача файла. Стефани жадно смотрела на полоску прогресса, затылком чувствуя холодный взгляд Эванса, но не находя в себе сил отказаться от таких близких и желанных знаний. Они болтали ни о чем, она не могла сосредоточиться, постоянно проверяя процент загрузки, и наконец передача закончилась. Стеф сразу нажала "открыть", выбрала файловый менеджер для распаковки архива… и программа попросила ее ввести пароль.

Подняв неверящий и до глубины души обиженный взгляд на Криса, она увидела на его лице снисходительную улыбку:

— Я же просил не открывать.

— Зачем ты его запаролил? — зло рыкнула она, откладывая трубку, парень усмехнулся:

— Я тебе уже все объяснил, поверь, это для твоего же блага.

— Я сама решаю, что для меня благо, — хмуро бросила она, поднимаясь со стула, он схватил ее за локоть, в очередной раз больно сжав руку:

— Стеф, подожди, не злись, — она опять дернулась, но при всем желании не могла вырвать руку из капкана его пальцев. — Ну малыш. Сядь, а? Давай спокойно все обсудим, я же не отказываюсь тебя учить, просто не хочу давать все сразу. Мы осторожно пройдем все, что там есть, шаг за шагом. А потом я дам тебе пароль и ты сможешь все распаковать. Книга уже у тебя, чего ты опять злишься?

Она чуть успокоилась, уже по инерции буркнув:

— Пароль можно подобрать.

Парень тихо рассмеялся и встал, поцеловал ее в висок:

— Я в курсе, что ты умная девочка, умеешь пользоваться гуглом и сможешь найти программу для подбора пароля. И именно поэтому я ввел в него буквы, цифры, пробелы и символы. И он очень длинный, даже самый лучший переборщик будет взламывать его месяцами, так что тебе проще смириться, ты быстрее узнаешь все от меня.

Стеф больно прикусила губу, чтобы не начать орать на него, подняла глаза, уже готовясь потребовать проклятый пароль с Тем Самым взглядом.

— Не делай этого, малыш, — с болью в голосе прошептал Крис, — это меня сильно обидит, а тебе не поможет — у меня сейчас достаточно сил, чтобы сопротивляться.

"Ты не знаешь пределов моих сил."

Она колебалась всего секунду, потом медленно выдохнула и закрыла глаза.

"Черт с ним, с паролем. Я все равно буду с Крисом, ничего это не изменит."

Блондин радостно прижал ее к себе, стал целовать, она отвечала на автомате, опять чувствуя внутри острое болезненное возбуждение, не задевающее тяжелую от мыслей голову.

"Черт с ним. Пусть будет как будет. Так, как хочется, все равно уже не получится, так что разницы нет. Черт с ним. Гори оно все."

Мимо простучали тяжелые шаги, щеку обдало поднявшимся ветром с до боли знакомым запахом запретного плода. Хлопнула дверь, заставив ее вздрогнуть.

"Прости меня, друг мой. Я такая дрянь, что просто тебя не стою."

— Я так люблю тебя, малыш, — прошептал Крис, прижимая ее к себе. — Я никого так не любил.

— И я тебя, — она улыбнулась, почти чувствуя, как трескается кожа от ненатуральности этой улыбки.

"Скоро я научусь говорить это искренне. Ты любишь меня, Крис, не важно, по какой причине. Зато я могу быть в тебе уверена, а Эванс… он просто увлечение, короткий эпизод, который скоро забудется. Я научусь тебя любить, найду в тебе бесценные мелочи, привыкну к твоим недостаткам. Я смогу."

Она закрыла глаза и попыталась не думать ни о чем.

* * *

На обеде она со страхом входила в столовую, но окинув взглядом комнату, расслабилась — его здесь не было. У стойки сидел толстячок Джо, расплывшийся в улыбке при виде нее:

— Здравствуй, красавица. Полдня тебя ищу, присоединяйся, нам есть, что обсудить.

Она с извиняющимся видом сжала ладонь Криса и пошла к стойке, села рядом:

— Добрый день. Что случилось?

— Все прекрасно, — сверкнул улыбкой мужчина, — или ужасно, все зависит от точки зрения, — он хитро прищурился и понизил голос, — и немного — от твоего ответа.

— На что?

— На предложение компании снять клип на "Скажи", — Она вздрогнула, он улыбнулся еще шире: — Я сам в шоке. Вы, ребята, так всколыхнули массы, что руководство готово закрыть глаза на некоторые грешки моего охламона, если вы согласитесь сниматься за обидно смешные гонорары. Работать придется параллельно с сериалом, на выходных, и очень напряженно, но Стивен это заслужил, а ты, я надеюсь, окажешь ему эту маленькую услугу по старой дружбе, а? — Он хитро прищурил один глаз и понизил голос: — Ну или не по дружбе… Я говорил с пиарщиками, они пищат от счастья — ваши видео и песни дико подняли рейтинг сериала, а фото с тем блондинчиком на парковке вызвало двусмысленные слухи, так что писаки теперь камеры сгрызть готовы за новые подробности. Кстати, чего это вы с ним решили тогда уехать? И сейчас за ручки пришли, как школьники, — Джо выглянул из-за ее плеча, смерил Криса взглядом: — По-моему, я ему не нравлюсь, — смешливо надулся и пробурчал: — Плохой человек, хорошим я всегда нравлюсь.

— Он мой парень, — деревянным голосом проговорила Стеф, увидела, как с лица собеседника сползло клоунское выражение, сменившись непониманием.

— Парень? — гораздо тише спросил он, — а Стив тогда кто?

Она отвела глаза, тихо выдавила:

— Друг.

— Угу, — косо усмехнулся он, — друг. В мое время это по-другому называлось, — вздохнул и опять натянул маску весельчака: — Да какая разница? Давай я оставлю тебе документы, ты на досуге изучишь, и через Стива передашь. — Он открыл кейс и бухнул на стойку пачку листов: — На, наслаждайся. А мне пора, — поднялся и помахал рукой, — до скорого.

Стеф кивнула и уставилась в стойку, придвинула документы, вздрогнула от хлопка двери за спиной. Начала читать, но поняла, что не понимает ни строчки, закрыла. Вернулась за стол, сунула листы в сумку, попыталась впихнуть в себя обед, но поняла, что это выше ее сил.

Крис что-то говорил и смеялся, она очень старалась улыбаться в ответ.

* * *

Солнце еще не село, но закуталось в тучи, как старательно болеющий в плед, света уже почти не было, только западный край неба лихорадочно багровел. Крис ушел в спортзал, дав ей возможность побыть одной и все-таки попытаться прочитать контракт. Листы белели в полумраке, вызывая головную боль, слова никак не желали складываться в предложения.

Сердце внезапно замерло, а через секунду сорвалось в галоп, слух различил тихие шаги за спиной, она крепко зажмурилась, но не обернулась.

"Зачем так рано? Я не могу сейчас, это слишком…"

— Стеф?

— Привет, — она положила листы на бортик фонтана и уставилась на свои руки. Он молчал. Тишина давила на плечи, все сильнее сгибая спину. Его голос был холодным и сухим, как арктический ветер:

— Ничего не хочешь мне сказать?

"Только "прости" и "я люблю тебя". Но ты не простишь, а я не люблю. По крайней мере, мне нужно в это верить."

— Стеф, что случилось? — он подошел ближе и она опустила голову еще ниже, больно кусая губы и уговаривая глаза не намокать. — Стефани, я с тобой разговариваю, вообще-то, ты можешь мне ответить?

Он отодвинул листы и сел рядом, взял ее за плечо и попытался развернуть к себе, она закрыла лицо руками и приглушенно выдавила:

— Прости. У нас ничего не получится. Уходи, пожалуйста.

— Что? — неверяще выдохнул он. — Какого хрена? Вчера все было отлично, сегодня "у нас ничего не получится"? Что случилось, ты можешь мне объяснить?

Она молча покачала головой, не поднимая взгляда, он взял ее за подбородок и заставил поднять голову, она крепко зажмурилась, чувствуя, как по щекам все-таки побежали горячие слезы. Рука Стивена на ее подбородке дрогнула и ослабила хватку, он взял ее лицо в ладони и вытер мокрые дорожки большими пальцами, голос потеплел:

— Стефани, да что случилось? — Она попыталась отвернуться, он прижал ее к груди, заворачивая в полы своей куртки и крепко обнимая. — Что он с тобой сделал, а? Лучше скажи сама, иначе я пойду выбивать это из него, а потом отправлюсь либо прямо в тюрягу, либо сначала в больницу, а потом в тюрягу, в зависимости от того, кто из нас окажется быстрее.

— Не надо, — прошептала она.

— Тогда рассказывай, — он поцеловал ее в макушку, заставив вздрогнуть от резанувшего болью чувства вины.

"Я его не стою. Я шлюха и предательница."

По щекам опять потекли слезы, она закрыла глаза руками, еле слышно прошептав:

— Не могу. Мы не должны больше видеться, Стив. Прости.

— Почему? — рыкнул он, отодвигаясь, — Стеф, говори.

— Нет, — всхлипнула она. — Уходи. Все…

— Ты хочешь меня бросить? — полуутвердительно прорычал он, убирая руки, — ладно, как хочешь, дело твое. Но я имею право знать, в чем причина. Ты меня не любишь?

— Не люблю, — как могла уверенно прошептала она, он хмыкнул:

— Врешь. Ты любишь Льюиса?

— Да.

— Опять врешь. Значит, причина не в этом. В твоей проклятой книге?

— Нет.

— Хм, — он помолчал. — Странно. Ну ладно, не хочешь говорить — не надо, я буду говорить. — Он отодвинулся еще дальше, холодно процедил: — Вообще-то, когда с тобой разговаривают, принято смотреть на собеседника, или хотя бы в его сторону.

Стефани качнула головой, на отрывая глаз от земли, прошептала:

— Я не могу, прости.

— Это неуважение, Стеф, — еще холоднее добавил он.

— Прости, — она опустила голову ниже.

Он помолчал и невесело усмехнулся:

— Хреновая какая-то любовь получается… Без уважения, без доверия и вообще, — в голосе сквозануло истерическим смехом, он вздохнул, — знаешь, Стефани, я может и не эксперт в этой области, но я считаю, что если два человека любят друг друга, единственная причина не быть вместе — это смерть. Все остальное — отговорки. Но если уж ты придумала себе какую-то такую офигенную причину, то позволь мне хотя бы ее узнать, может, это изменит мое мировоззрение.

Сарказма в его голосе было столько, что хватило бы на сотню ехидных музыкальных критиков, Стефани глубоко вдохнула, сдерживая дрожь, согнулась еще сильнее. Парень помолчал несколько секунд и продолжил еще более ядовито:

— Не катит, угу. Ладно. А как насчет поговорить о твоем павлине? Как оно, целоваться с парнем, которого не любишь, за книгу? Знания бесценны, да? Или наоборот, это обходной маневр, как спать с преподом за оценки?

Она вздрогнула, тело скрутило болью еще сильнее, Стив замолчал и пораженно выдохнул:

— Ты что, спала с ним? Боже, Стеф. Ты… — она готова была провалиться сквозь землю, он замолчал, в тишине парка раздавалось только тяжелое дыхание. Потом он тихо и убито сказал: — Что может случиться за ночь, да? Ночь длинная, мы с тобой в этом много раз убеждались… а теперь ты убедилась с ним. Почему, Стефани? Я могу узнать, а?

Она молчала, дыхание перехватывало где-то в солнечном сплетении, по лицу рекой текли слезы. Он медленно продолжил:

— Не могу, понял, не дурак… Где ж я так провинился, а? За что? Наверное, я сильно подпортил себе карму в прошлой жизни. Если верить во всю эту потустороннюю фигню, то мне тебя послали для того, чтобы я чему-то научился. Интересно, чему? Выть на луну от безысходности, зная, что ты укатила неизвестно куда со своим павлином? Или писать озверительно-злые стихи о худшем дне в своей жизни? Кстати, это ты черновик потянула? — Она кивнула, он невесело хмыкнул: — Значит, ты меня понимаешь.

Она опять вспомнила этот проклятый стих, поняла, что весь день носит его с собой, сжалась в комок еще сильнее.

— Стеф, скажи хоть что-нибудь, — гораздо тише попросил он. — Дай мне какое-нибудь объяснение своего поведения, соври, если хочешь. Просто дай мне причину, на которую я могу все валить, чтобы быстрее забыть тебя и успокоиться. — Он мягко положил ладонь на ее плечо, очень по-дружески, как тогда, когда успокаивал ее и помогал забить на проблемы. Это было еще хуже криков, сарказма и обвинений, она мигом почувствовала себя не просто последней дрянью, а грязью под ногами, пылью под шкафом, микробом, не достойным к нему прикасаться.

— Прости, — она глубоко вздохнула, пытаясь взять себя в руки. — Помнишь, я говорила, что тогда… пыталась вызвать демона?

— Угу, врала. Я помню. И что?

— Да. Это был не вызов, а приворот. Я приворожила Криса, он в меня влюбился и теперь будет любить всегда. Я не нашла в своих "Рецептах", как можно это снять, поэтому так хотела его Книгу.

Она замолчала, со страхом ожидая его ответа, Стивен помолчал, потом холодно спросил:

— Все? — Она кивнула, он резко выдохнул и рыкнул: — Так и знал, что это связано со всей этой магической чепухой. Ну приворожила, и что? Раскаялась, преисполнилась смирения и решила до конца дней быть с ним? Я в шоке с тебя. Если он тебя любит, значит надо с ним спать, иначе никак? Да если бы я спал с каждой дурой, которая считает, что любит меня, я бы умер от истощения.

— Он правда меня любит…

— О, да, — Стивен опять излучал сарказм. — Он любит, бедняга, а я так, погулять вышел, — Стеф молчала, парень покачал головой и медленно выдохнул, глядя в небо: — Знаешь, мне его, конечно, по-человечески жалко, но своя рубашка как-то ближе к телу, и между своим счастьем и его, я без всяких угрызений совести выберу свое.

— Ты еще можешь полюбить кого-то другого, а он — нет.

— Это он тебе сказал? — с сарказмом фыркнул Стивен. — Але, проснись. Он тебе что, мало врал? И вообще, ради него одного делать несчастными нас обоих — это вообще нифига не честно. Ты себя можешь наказывать за всякие придуманные грехи сколько хочешь, а меня за что? Я ничего плохого не делал.

— Ты изменял своей девушке, — прошептала Стеф, — а значит, можешь опять сделать то же самое.

Он пораженно выдохнул:

— Так, да? Охренеть… Может, ты, конечно, не в курсе, но любовь — гадина наглая и плевать хотела на все. Она не предупреждает, что придет, не стучится в двери, она тупо вламывается к тебе, раскидывает везде свои вещи, разваливается на твоем диване и хватает пульт, а потом щелчком пальцев посылает тебя за пивом, и ты бежишь, как радостный дебил, потому что счастлив, что она вообще пришла. И ей глубоко параллельны все условности типа кто с кем встречается или у кого какие планы, если ей тесно — она ломает стены, если холодно — сжигает все, что под руку попадется. И ты ничего ей не предъявишь, потому что кто ты и кто она… А если у тебя не так, Стефани, то либо это нихрена не любовь, либо ты о своем поведении сильно пожалеешь.

— А если она уйдет? — тихо спросила Стеф.

Стив хмыкнул, тихо ответил:

— Уйдет — останешься в пустом доме с поломанными стенами… Но только она не дура уходить оттуда, где хорошо. Если организовать ей полный комфорт, никуда она не уйдет, и тут уже все зависит от тебя. Лично я ради нее в лепешку расшибиться готов. А ты, я вижу, нет. Для тебя какая-то книга гораздо важнее.

— Я не могу без нее справиться со своей магией.

Парень зарычал, злобно хлопнув по бортику ладонью:

— Да фигня вся твоя магия, мой крест может с ней справиться. Все что угодно можно разрулить, если достаточно сильно захотеть. А быть с человеком, которого ты не любишь, из каких-то абстрактных соображений — это полная фигня и это тебе выйдет боком, можешь считать это пророчеством. Он постоянно давит на тебя, и тебя это рано или поздно угробит. Настоящей любви нужна свобода, право выбора и пространство, огонь не горит без воздуха, понимаешь?

— Магический — горит, — тихо сказала Стеф, глядя на свои руки. На кончиках пальцев появились синие лепестки пламени, охватили всю ладонь. — Магия ломает мир, — она сжала пальцы в кулак, он продолжал гореть, — этот огонь не потушишь.

— Любой огонь можно потушить, было бы желание, — он резко подался к ней и схватил за руку, его крупная ладонь обхватила весь ее кулак целиком, языки пламени исчезли. В его голосе появилось горьковатое торжество, — нужно просто захотеть… но ты не хочешь. — Он убрал руку, пламя опять заплясало, Стефани в первый раз за вечер подняла глаза, пытаясь рассмотреть его ладонь, ахнула, увидев плохо различимое в темноте пятно ожога, протянула руку, погасив огонь:

— Дай, я вылечу.

— Нет, — он с усмешкой убрал руку за спину, она чуть не плача придвинулась ближе:

— Дай.

— Не надо, пусть останется, на память об этом знаменательном вечере.

Она прикусила губу и крепко зажмурилась, прижав кулаки к груди и представляя, как его рука опять становится чистой и здоровой. Услышала, как парень тихо вздохнул:

— Даже память мне оставить не хочешь… За что ж ты со мной так жестоко?

— Прости…

— Хватит извиняться, — поморщился он, медленно поднялся и поправил одежду. — Ладно, я ухожу. Но адекватного объяснения я от тебя так и не получил, так что это не конец, еще увидимся.

— Не надо.

— Почему?

— Так будет легче друг друга забыть. Лучше не видеться и не… оставаться вдвоем. Это тяжело.

Он фыркнул:

— Ты правда думаешь, что если мы не будем пересекаться, то забудем друг друга? У меня очень хорошая память, Стеф.

"У меня тоже. К сожалению."

— Прости, — в который раз вздохнула она. — Постарайся забыть…

— Нифига, — зло фыркнул он. — Я просто подожду, ты сама придешь, когда поймешь, что сопротивляться этому притяжению тяжело и бессмысленно. Главное, чтобы не было поздно… ну, это уже моя проблема.

Стефани осторожно подняла взгляд, уже было достаточно темно, чтобы он не рассмотрел в ее глазах ничего лишнего. Тихо спросила, с ни на что не надеющейся риторической интонацией:

— Ты хочешь сказать, что если я одумаюсь и приду, ты сможешь простить мне то, что я спала с Крисом? — Он резко замер и отвернулся, она с болью развела руками: — Долго думаешь. Видишь, тебе не нужна я, тебе просто хочется потешить уязвленное самолюбие. Скажешь, не так?

Стивен продолжал молчать, глядя в сторону, Стеф почувствовала, как по щекам опять покатились слезы.

"Да когда же вы закончитесь…"

Порадовалась, что в парке уже темно, встала, взяла белеющие листы и медленно пошла в комнату.

* * *

 

ГЛАВА 4, 56й день съемок

четверг, 18 июля, 56й день съемок, 10/11 лунный день

Когда пришла Мари, она все еще сидела за ноутом, яростно натирая пекущие глаза. Подружка закрыла за собой дверь и медленно подошла к ней, села рядом на кровать, тихо спросила:

— Что случилось?

— Все в порядке, — суховато дернула щекой Стефани, не отрываясь от монитора, — а что?

— Ты знаешь, сколько времени? — вздохнула Мари, Стеф поморщилась и бросила взгляд в угол экрана:

— Четыре сорок три.

— Ты спала вообще?

— Нет, мне нужно кое-что сделать, — она закончила изменять настройки и в очередной раз запустила перебор паролей, наконец оторвалась от монитора и посмотрела на Мари:

— Как дела?

— У меня как дела? — ахнула рыжая, — это у тебя как дела, подруга, что с тобой творится? У меня даже Бетти уже спрашивала, не на диете ли ты, не принимаешь ли какие-нибудь лекарства, и что за хрень у тебя в жизни происходит.

— В смысле? — нахмурилась Стеф, Мари взяла ее за пояс джинсов и пару раз дернула:

— Ты похудела, Стефани, сильно. А учитывая, что ты и была не особенно толстой, это выглядит странно. Что происходит?

Стеф опустила глаза на свой пояс, действительно — растянутая дырка была через одну от той новенькой, на которую она сейчас застегивалась.

"Если бы ты знала, насколько мне сейчас на это наплевать."

Мари вздохнула, потерла лоб:

— Ладно, это еще фигня… Что у тебя с Эвансом? Вчера он тебя провожал и вы выглядели счастливыми выше крыши, про позавчера я вообще молчу, а сегодня ты целуешься с Льюисом, а Стив ходит как поднятый мертвяк, постоянно молчит и на мебель натыкается, — она взлохматила волосы, попыталась заглянуть в глаза Стеф, но та опустила голову.

"Теперь и от тебя придется прятать взгляд, амиго. И постоянно помнить о том, что Стивен твой друг и ты можешь рассказать ему все, что от меня услышишь. И что увидишь."

Она приложила усилие и легкомысленно улыбнулась:

— Так бывает. Короткое увлечение, которое прошло. Сейчас я с Крисом и буду с ним еще долго, а Эванс это как-нибудь переживет, у него это тоже было не особенно серьезно.

Мари неверяще покачала головой:

— Что ты говоришь, Стеф? Что за бред? Он из-за тебя с девушкой расстался, он тебе такие песни пишет, он говорил, что… — она прикусила губу и зажмурилась, глубоко вздохнув, — и вообще, ему сейчас и так хреново, у него полная задница по контрактам из-за той утечки файлов в интернет, которая произошла, между прочим, из-за тебя. И из этих файлов сейчас каждая собака знает, насколько вы близки, так что про "короткое увлечение" можешь мне не сочинять. Он не рассказывал, что у вас там случилось на записи, но судя по тому, что случилось потом, это было нечто. А теперь ты даешь задний ход и целуешься с Крисом. Не стыдно?

Лицо Стефани дрогнуло, по спине прошла холодная волна, глаза опять попытались намокнуть.

"Да, мне стыдно. Так стыдно, как никогда в жизни не было, именно поэтому я не могу больше быть с ним. Но ты этого не поймешь, рыжая, ты бы ни за что не поступила так подло и низко, как запросто поступила я."

— Стеф, — Мари погладила ее по руке, опять пытаясь заглянуть в глаза, — прости, ладно, может быть, это не мое дело… но если ты захочешь рассказать, я всегда в твоем распоряжении.

Стефани криво улыбнулась, иронично закатив глаза:

— И ты можешь поклясться, что не расскажешь о том, что услышишь, своему другу Эвансу?

Мари с полной готовностью открыла рот для утвердительной реплики, но потом посмотрела в ее глаза и закрыла. Поджала губы, сгорбилась и пожала плечами, тихо вздохнула, чуть ли не умоляюще прошептала:

— Ему очень плохо, Стеф. Он просил зайти перед завтраком, я сейчас собираюсь к нему… а он обязательно спросит, как ты тут. Что я должна ему сказать?

Стеф отвернулась к монитору:

— Что хочешь. Он твой друг.

— Ты тоже мой друг, — с болью выдохнула рыжая, — и меня ваше вот это… достало уже. Почему вы не можете определиться и встречаться уже нормально?

— Я сейчас "нормально" встречаюсь с Крисом.

— Ты же его давно не любишь, — простонала Мари, хватаясь за голову, — Стеф, твою мать. Что происходит?

Она опять уставилась в монитор, хотя программа еще не закончила просчет, холодно бросила:

— Ты куда-то собиралась, нет?

Мари фыркнула и резко встала:

— Ну и как хочешь.

Схватила со стула куртку и ушла, громко хлопнув дверью, по коридору простучали частые шаги. Стефани закрыла лицо руками и тяжело вздохнула.

"Охренеть, минус еще один друг. Такими темпами их у меня вообще не останется."

Она еще раз оценила уровень прогресса на экране, открыла браузер, немного подумала и зашла на фейсбук — пять сообщений, три заявки в друзья, куча новостей. Щелкнула на список друзей, прокрутила — с этим не общаемся, с этим тоже, этот достал, это кто вообще?

"Ничего удивительного, что я сюда не захожу. Хотя… Стивен говорил, что везде меня подабавлял. Надо его найти."

В списке из восемнадцати друзей искать было легко, фото в профиле было из "струн", не особенно удачное, но заставляющее улыбнуться.

"Друг мой, как же здорово было с тобой просто общаться, без всяких заморочек. Почему мы не оставили все как было? На этом фото ты такой милый, улыбаешься… хорошо, что ты знаменитость, и я всегда могу посмотреть на тебя в интернете. Наверное, это все, что мне остается.

А Мари сейчас общается с тобой в реале. Она твой друг, как раньше была я, с ней ты не ссорился, ей ты продолжаешь улыбаться. Как бы я хотела взглянуть на тебя ее глазами…"

В глазах на миг потемнело, а через секунду она увидела до боли знакомую тропинку к трейлеру. Все казалось каким-то слишком большим, а земля была непривычно близко, Стеф почувствовала, как понемногу разгоняется сердце — это Мари, она видит ее глазами, как и хотела.

Маленькая рука с разноцветными кольцами на пальцах постучала в дверь, она почти сразу открылась, появился встрепанный и какой-то мятый Стивен, криво улыбнулся и помахал рукой:

— Заходи, козявка. Как оно?

— Каком кверху, — хмуро фыркнула Мари, зашла в комнату и открыла холодильник, взяла единственный бутерброд и откусила, с набитым ртом пробормотав: — Нифига она мне не сказала, сидит с вечера за компом, делает вид, что все в ажуре, — прошла к дивану и села, Стивен уже сидел напротив, там, где обычно сидела Стеф. Мари прожевала еще один кусок бутерброда и подозрительно принюхалась: — Слушай, чем у тебя так воняет? Такое ощущение, что ты побрызгал стог сена духами и сжег на втором этаже.

Парень криво улыбнулся и фыркнул:

— Да так, ерунда. А что, прямо так сильно воняет?

— Ужасно. Ты что-то неудачно готовил?

Стивен рассмеялся и поднял брови:

— Ты правда не знаешь, что это за запах? — рыжая отрицательно качнула головой, Стив опять рассмеялся, удивленно поднял брови: — Капец, козявка, сколько тебе лет? Такое ощущение, что мы в разных мирах росли.

— Это трава? — ахнула Мари, — Стив, ты что?

— А что? — он хмуро оперся на стол. — Я чуть-чуть. Знаешь, как тяжело живется рокеру с непереносимостью алкоголя? Когда вокруг одни счастливые пьяные рожи, а ты ходишь один трезвый, как дурак.

— Стефани знает? — вздохнула Мари, Стив вскинулся и округлил глаза:

— Ты что, конечно нет. Не говори ей. Она и что я курю не знает… я же бросил, когда с ней лично познакомился, ты же говорила, что она не любит, — он потер лицо и виновато посмотрел на девушку, — а сейчас опять начал.

— Балбес ты, Эванс, — рыжая откусила еще и на пару секунд стало тихо, Стивен улегся на стол, со вздохом уткнулся лбом в сложенные руки:

— Как же мне хреново… Джо сказал, мы с ней будем в клипе сниматься на выходных, в субботу ландшафтные где-то на море, в воскресенье на студии. Попробую что-нибудь выяснить.

— А она уже согласилась? — Мари доела и отряхнула руки, встала налить себе воды. Стивен пожал плечами:

— Не знаю. Я думаю, согласится — она считает, что это она виновата в моих денежных проблемах.

— А кто?

— Я виноват, только я… хотя, если бы она взяла трубку, — он резко выпрямился и тоже встал налить себе воды. — Я звонил ей раз сто, веришь? У меня было столько всего, что нужно ей срочно сказать, меня просто разрывало, я писал на почту, на фейсбук…

— Мог бы мне позвонить, — хмуро перебила его Мари, — я бы ее нашла.

— Так выходной был, — он вернулся за стол, отпил воды.

— Все равно бы нашла. Признайся уже, что тебе просто хотелось напиться.

— Хотелось, — вздохнул он, опять укладываясь на стол. — Давно хотелось. Эта хрень, — он указал глазами наверх, — вообще нифига не помогает.

— "Эта хрень" разрушает мозги, — наставительно произнесла Мари.

— Подруга твоя разрушает мозги, — зло выплюнул Стивен, выравниваясь. — Я нихрена не понимаю, что у нее в голове творится.

— Я тоже, — вздохнула рыжая, поднялась и стала мыть стакан. — Мне пора, амиго. Спасибо за бутер, я вечером еще попробую с ней поговорить, позвоню, если что.

Стивен встал с дивана, подошел к Мари и положил руки ей на плечи. Низко наклонился, так, что их лица оказались на одном уровне, посмотрел ей в глаза и медленно торжественно произнес:

— Друг мой хоббит, выясни хоть что-нибудь, ты — моя единственная надежда.

Мари вздохнула и боднула его в лоб:

— А ты не балуйся больше веществами, а то превратишься в дендроида.

— Не могу обещать, — он выпрямился и шутливо мотнул головой, — все в твоих руках.

Мари неодобрительно поджала губы и пошла к выходу, вышла из трейлера, вразвалочку побрела по тропинке в парк. Запрокинула голову к небу, вздохнула, еле слышно пробормотав: "Стефани, Стефани…".

"Хватит, все."

Стеф закрыла глаза и открыла их в своей комнате, на кровати перед компьютером. За окном всходило солнце, с экрана улыбался веселый парень Стивен. Она хмуро захлопнула ноут и стала одеваться.

* * *

В столовой было людно, Крис кормил ее завтраком, за соседним столиком хихикали сестры-костюмерши, непалевно щупая друг друга за коленки под столом. В сумке запиликал телефон, Стеф виновато улыбнулась Крису и достала трубку — сообщение от Эванса: "Привет)".

"И что он хотел этим сказать?"

Она поморщилась и спрятала телефон, взяла чашку. Пиликнуло еще раз: "Ты читала контракт?".

"Черт, контракт. Я совсем о нем забыла…"

Она вздохнула и написала: "Да. Я согласна".

Он ответил мгновенно: "Мне нравятся эти слова, говори их почаще;)".

Стеф чуть улыбнулась, но сразу же взяла себя в руки и нахмурилась, Крис приподнялся и заглянул в экран, присвистнул:

— А я смотрю, он не сдается. Упертый тип, — сунул ей в рот кусок булки и хитро приподнял бровь, — мне стоит начинать ревновать?

— Не стоит, — пробормотала она с набитым ртом, дожевала и улыбнулась, — у него нет шансов.

— А вот эти слова нравятся мне, — парень поцеловал ее в щеку и с наигранной страстью прошептал на ухо: — Говори их почаще, малыш.

Она рассмеялась и с нежностью посмотрела на него, чувствуя, как внутри понемногу просыпается чувство, с которым она смотрела на него на кастинге — та теплая солнечная истома, заставляющая расслабиться и успокоиться.

"Он любит меня. Так приятно чувствовать уверенность в том, что ты кому-то нужен. Не сейчас нужен, не для чего-то нужен, а просто глобально нужен, всегда."

На столе опять пиликнул телефон, она взяла. "Ты в курсе, что у нас в пятницу запись "Скажи" вдвоем?"

Она распахнула глаза, повернулась к Крису:

— Какой сегодня день недели?

— Четверг, — фыркнул он. — Потерялась?

— Да, — вздохнула Стеф, — есть немного.

— Чего он к тебе прицепился опять? — Крис в очередной раз сунул ей булку, — он не знает, что у нас все хорошо и он в пролете?

— Знает, — она написала: "В курсе", отправила. — Наверное, он просто боится за свою песню.

Телефон опять пиликнул: "Давай сегодня порепетируем".

— Нет, — грозно нахмурился Крис, — Стеф, никаких репетиций, мне это не нравится.

— Да я и не собиралась, — она тихо фыркнула, отправляя короткое "нет". — Я позанимаюсь сама или с Дэл, будет больше толку.

— Хорошо, — он чмокнул ее в щеку и опять попытался накормить, Стефани поморщилась:

— Хватит, не хочу, — прочесала пальцами волосы, откидываясь на спинку стула. — Чего всем так срочно вдруг понадобилось снимать клип? В пятницу запись, в субботу уже съемки… Звукари всю ночь будут пахать, что ли?

— Конечно, а как ты хотела? Это бизнес, малыш. Из-за того видео и песен вы с Эвансом сейчас на гребне, фанатов интересует все, что с вами связано, надо ловить момент. — Он отпил кофе и криво улыбнулся: — Знаешь, если бы я не знал точно, что он потерял из-за этой фигни кучу бабла, я был бы уверен, что это продуманный пиар-ход для раскрутки второго альбома.

— С ним разорвали контракт на второй альбом, — тихо ответила Стеф, парень отмахнулся:

— Сегодня разорвали, завтра опять подпишут. Просто известный или скандально известный — какая разница? Это шоу-бизнес, здесь на скандалах зарабатывают.

— Так ты специально потащил меня на пляж через парковку, полную журналистов? — полушутливо прищурилась она, Крис улыбнулся:

— А что, ты против? Отличный способ объявить всему миру, что мы вместе. И фотки получились классные.

— Я не видела.

Блондин округлил глаза:

— Ты что? Да мы везде. Ты в интернете вообще бываешь? И кстати, я тебе сто лет назад заявку в друзья отправлял, ты до сих пор не ответила.

— Сегодня добавлю, — виновато поджала губы она, — у меня нет времени. — В сумке опять запиликал телефон, она поморщилась и не стала смотреть. — Пойду, мне Бетти зачем-то сказала зайти пораньше.

— Давай, — он чмокнул ее в губы, она взяла сумку и вышла, а зайдя за угол, достала телефон.

"Я зайду к тебе вечером, сегодня Мари с Алексом ночуют у меня, так что у нас будет вся ночь на репетиции."

Она зло выдохнула и написала: "Я сказала НЕТ".

Он ответил почти сразу: "Павлин в негодовании, ага?".

Стефани сжала зубы и удержалась от очередного сообщения, бросила телефон в сумку и пошла к Бэт. Стилистка сидела в кресле и что-то рисовала, тихо напевая под нос, а увидев Стеф, широко улыбнулась:

— Привет, я уже заждалась. Раздевайся.

Стеф потянула через голову водолазку:

— А что случилось?

— Платье твое привезли, будем подгонять, — Бетти сияла, Стеф против воли тоже улыбнулась, недоверчиво прищурившись:

— Какое платье? Лили решила устроить нам бал?

— Да ну, дождешься от нее, — фыркнула Бэт, — это для клипа. Там три костюма, но мне больше всего нравится платье. Смотри, — она взяла с дивана темно-бордовый сверток и расправила, явив взгляду Стеф какое-то брутальное нагромождение цепей, шнуровок и кожаных вставок на кровавом бархате. — Круто, а? Надевай, давай, я помогу.

Стефани с трудом облачилась в тяжелое платье, посмотрелась в зеркало, отметив, что темный цвет только сильнее подчеркивает ее бледность и круги под глазами. Бетти возилась сзади, одергивала длинный подол, потом выпрямилась и посмотрела на нее в зеркало. И мигом растеряла половину хорошего настроения. Вздохнула, поджав губы, скомкала ткань на спине Стеф, заставив ее натянуться на талии, щелкнула языком:

— Обалдеть… Зря я дала им твои размеры на момент начала съемок. Джуди говорила, что ушивала твою форму, но не говорила, что настолько. — Она провела ладонью по лицу и стала натягивать платье в разных местах, бормоча под нос: — Здесь убрать, здесь тоже, тут… — Бетти выпрямилась, хмуро глянула Стеф в глаза: — Грудь где? Чашки лифа я не ушью, придется подкладывать. Блин, — она взяла со стола игольницу и стала закалывать на ней платье, невесело ухмыльнулась: — Плохо кормят, что ли? Зачем так худеть? Кто разрешал, а? Скажи спасибо, что ты постоянно в хламидах бесформенных снимаешься, а то за тебя бы уже взялись… хотя, скорее всего, и так возьмутся, жди.

— Что в этом плохого? — нервно поморщилась Стеф. — У меня в контракте сказано, что я не должна толстеть, а худеть могу сколько хочу. И вообще, сейчас так модно.

— Мода это мода, — задумчиво вздохнула Бетти, ущипнула ее за щеку и усмехнулась, — а анорексия — это болезнь. Так что мой тебе совет — возьми свой вес под контроль, а то им займется тренер… Только не прямо сейчас, — тут же вскинулась она, но через секунду сдулась и махнула рукой: — Хотя, ты не успеешь потолстеть до съемок, забудь. Снимай, только осторожно. Вот это наденешь потом.

Стеф посмотрела на "вот это" и округлила глаза:

— Это что, купальник?

— Ага, — Бэт что-то писала, обернулась через плечо и ухмыльнулась, — кусочек секса, куда ж без него. Зато ушивать легко.

Девушка со вздохом качнула головой и стала стаскивать платье.

* * *

На обеде к ним за столик подсела Мари, завела непринужденный разговор с Крисом, потом как бы невзначай спросила:

— Ты до скольки сегодня занята?

— Как обычно, — ответила Стеф. — А что?

— Эванс говорил, у вас с ним репетиция…

— Не знаю, с кем там репетиция у Эванса, — прохладно приподняла бровь Стефани, — но у меня репетиция с Дэл.

Крис довольно ухмыльнулся, Мари с трудом сдержала хмурую гримасу и глубокомысленно кивнула:

— Угу, как скажешь. Так до скольки?

— Боюсь, что до ночи, — вздохнула Стеф. — А что ты хотела?

— Пообщаться, — невинно захлопала глазами рыжая. — Мы с тобой так редко видимся.

Стефани понимающе приподняла брови и сделала вид, что поверила:

— А Алекс куда делся?

— У него дела, — Мари быстро допила чай и вскочила: — Мне пора, до вечера.

Крис проводил ее взглядом, повернулся к Стеф:

— Что это с ней?

Девушка недовольно двинула плечом и понизила голос:

— Она переживает о моем весе и самочувствии, — скорчила рожицу и шутливо спросила: — Ты тоже считаешь, что я похожа на анорексичку?

— Ты что, конечно нет, — блондин погладил ее по плечу. — Ты немного похудела, но тебя это совсем не портит, — он наклонился к ее лицу и понизил голос: — Это из-за того, что у тебя нет "магнита", ты тратишь собственную силу на все, что делаешь. — Потерся щекой о ее лицо и поцеловал, — потерпи еще чуть-чуть, мы все исправим. Ты мигом расцветешь, вот увидишь.

"Что значит "собственную"? А чью же я буду тратить потом?"

Она прикусила язык, чтобы не задать этот глупый вопрос, вспомнила, что в комнате с утра включенный ноутбук перебирает пароли к Книге Криса, спросила:

— А когда мы начнем заниматься по твоей Книге? Ты говорил, по страничке в день, но мы до сих пор не начали.

— Какая ты нетерпеливая, — он опять поцеловал ее. — Сначала "магнит", потом занятия, иначе от тебя вообще ничего не останется.

— Хорошо, как скажешь, — Стеф сдержала недовольную гримасу и подумала, что надо запустить просчет еще и на стационарном компе дома.

"Я все равно до нее доберусь. Терпеть не могу, когда меня пытаются ограничивать в информации, даже если это делают самые близкие люди."

* * *

Еще не войдя в музыкальный класс, Стефани услышала оттуда подозрительно знакомый смех. Замедлив шаг, прислушалась и различила голос преподавательницы и еще один, мужской, мурлыкающий соблазнительно-расслабляющими обертонами, пускающими по коже мурашки даже на таком расстоянии.

"Ты же говорил, что не любишь демонстрировать свои таланты всем подряд… или она — не все подряд? Или это специально для меня, чтобы заставить ревновать? Или наоборот, чтобы доказать, что тебе и без меня хорошо? Быстро же ты успокоился, друг мой."

Она вошла в класс, увидела сидящего за роялем Стивена и эротично облокотившуюся о крышку Дэл, кивнула обоим:

— Привет. Занимаемся?

— Да, только тебя ждали, — в сто зубов улыбнулся Стив, заставив ее поморщиться от чувства ненатуральности. Он заметил и улыбнулся еще шире: — А ты, я вижу, без настроения?

— Что ты, — она наигранно распахнула глаза и тоже изобразила лыбу до ушей, — я просто счастлива. Начнем?

— С удовольствием, — они смотрели друг на друга с выражением неземной радости, преподавательница переводила недоверчивый взгляд с одного на другого, все больше округляя глаза, наконец подняла ладони:

— Ребята, давайте настроимся на работу.

Стив перевел взгляд на нее и хищно прошептал:

— Как скажете, учитель.

Дэл захихикала, как маленькая девочка, улыбка Стеф дрогнула, но тут же опять засияла ярче прежнего.

"Делайте что хотите, я не позволю вам увидеть мои настоящие чувства. Дэл на них плевать, Стив их и так знает, но я все равно буду улыбаться, исключительно для себя. У меня все хорошо. Все отлично."

Дэл села за рояль и расправила листы, обернулась и улыбнулась Стивену:

— Первая партия твоя.

— Начинай, — мурлыкнул он, бросил быстрый взгляд на Стеф, она с готовностью улыбнулась ему пустой улыбкой куклы Барби.

"Я актриса, друг мой. Может, не самая лучшая, но уж улыбаться я умею на отлично, ты сам меня учил. Нравится?"

Он перестал скалиться, на миг закрыл глаза и отвернулся. По залу разлилась насквозь знакомая мелодия и Стеф больно прикусила губу, готовясь не дрогнуть, когда он запоет.

"Это работа. Нельзя мешать рабочее и личное."

Бросила осторожный взгляд на его профиль, отвела глаза.

"Как же, не смешаешь тут…"

— Стив, — они оба обернулись на недовольный голос Дэл, — ты здесь вступаешь, не спи. Давай еще раз.

— Да, прости, — он потер лицо и кивнул, — еще раз.

* * *

Когда преподавательница решила, что лучше уже некуда и пора спать, Стеф готова была бежать в комнату со всех ног и жрать зеленые шарики горстями. Стивен каждый раз пел так, как будто это последняя песня в его жизни и в ней он должен успеть выразить все то, что больше никогда не скажет. Ее бросало в дрожь раз за разом, а он как будто издевался, выделяя голосом то "меня бросая", то "так не бывает".

"Это мои слова. Это я говорила, что таких чувств не бывает, а он спорил. Этого действительно не должно было быть. Я все испортила… или просто вернула в норму? Мне же хорошо с Крисом… "

Она в очередной раз бросила осторожный взгляд на Стивена.

"Но как же круто было с тобой, друг мой. Ты в моей жизни как кусочек другой реальности, слишком классной, чтобы быть правдой, но оставляющей яркие воспоминания о невероятном.

Я буду хранить эти воспоминания, как самое ценное сокровище."

Она взяла сумку и пошла к выходу следом за Дэл, Стивен негромко окликнул ее:

— Стеф, задержись на минутку.

Преподавательница удивленно обернулась, Стефани — нет. Опустив глаза, она буркнула: "Всем пока" и вышла, с трудом обойдя Дэл в дверном проеме. Спустилась по лестнице, почти бегом дошла до комнаты и рухнула на кровать, закрыв лицо руками. Ее качало, сердце подбрасывало на каждом ударе все тело.

"Я должна его разлюбить. Чтобы он там ни говорил, он не простит мне Криса, а значит, шансов нет. И все эти танцы с ревностью только ради того, чтобы ему полегчало. Он хочет убедиться, что до сих пор мне нравится, чтобы поверить, что это не я бросила его, а он меня. Для некоторых это очень важно."

Раздался стук в дверь. Она вскочила, поправила волосы:

— Кто?

— Это я, Стеф.

"Стивен, какого черта? Тебе мало?"

— Что ты хочешь?

— Открывай, надо поговорить.

— Не о чем нам говорить. Уходи.

Он фыркнул:

— Ты забыла, мы сегодня ночуем вместе? Открывай, я стучался чисто ради приличия, у меня ключ есть.

"Мари, зараза рыжая. Это тебе с рук не сойдет."

Она подошла и открыла дверь, хмуро сложила руки на груди, глядя как парень с хозяйским видом бросает куртку на стул и усаживается на кровать Мари. Глубоко вдохнула, успокаивая нервы, и стала собирать расческу и косметику в сумку для душа.

— Куда-то собираешься? — весело осведомился Стивен, она сухо кивнула:

— Да. Переночую у Криса.

— Макс уже приехал, — без улыбки ответил он.

— Потерпит, — Стеф взяла полотенце и пошла к выходу, — спокойной ночи.

— Подожди, — он вскочил и поймал ее у двери, взял за локоть, — чего ты боишься? Раньше тебя ничего не смущало в такой ситуации.

— Что ты от меня хочешь? — вздохнула она, глядя в сторону.

— Расскажи мне все.

— Что?

— Как это случилось? — в его голосе было столько сухого самоконтроля, что оставалось только догадываться, сколько боли под ним скрыто. Она чувствовала, как подрагивает его рука на ее локте, изо всех сил контролировала дыхание, пытаясь скрыть подступающую истерику, молчала. Он повторил: — Как, Стефани? Почему ты так упорно отказывалась идти со мной, но с легкостью… — он замер, не осилив следующее слово, выдохнул и куда тише спросил: — Что произошло той ночью?

— Ничего, — тихо ответила она, медленно пожала плечами, глядя в пол, — он пришел и… и все.

— Просто пришел, — криво ухмыльнулся парень.

— Да.

— Ну а сейчас я "просто пришел", — Стив с сарказмом развел руками, — развлечемся? А завтра "просто придет" кто-нибудь еще. Жизнь полна сюрпризов.

— Пусти меня, — она попыталась забрать руку, но он не отпустил, ехидно фыркнув:

— А что, боишься не совладать с собой? Ты же у нас такая слабовольная — куда потянут, туда идешь. Пришел Крис — с Крисом развлекаешься, пришел я — можно и со мной. Потому и убегаешь, да? Чтобы случайно не поддаться искушению. Чтобы не говорить потом своему павлину: "Знаешь, прости, он пришел и — упс, — так получилось".

— Хватит, — поморщилась она. — Случилось как случилось, все, поздно рассуждать. Ничего уже все равно не изменишь.

"…если бы я могла изменить. Но я не могу."

— А почему сразу "хватит"? — ядовито процедил он, — нет, я хочу поговорить об этом.

— А по-моему, ты просто хочешь отомстить, — рыкнула она. — Тебя грызет, что ты был так близко, но не успел. И теперь ты хочешь реванша, чтобы потом посмотреть на моего парня свысока и с легким сердцем забыть обо мне.

— Что? — неверяще ахнул он, отпустил ее руки и потер лицо, запрокидывая голову, — твою мать, это полный предел. Как тебе это в голову пришло?

— Элементарно, — тихо выдохнула она. — Я знаю, что ты меня не простишь. Зачем еще в таком случае приходить?

— Я просто хочу понять, — он взял ее за плечи и мягко сжал, привел пальцами по щеке, взял за подбородок, заставив сердце заколотиться сильнее в предчувствии.

"Раньше ты целовал меня в таком положении…"

— Не надо, — тихо попросила она, не поднимая глаз. — Пожалуйста. Я не хочу изменять Крису…

Он резко выдохнул и отодвинулся, прошел по комнате до кровати, развернулся, опять бросился к ней, как мечущийся по клетке зверь, рыкнул:

— Крису нельзя, да? А мне можно, я переживу. Чем он лучше меня? Своей магической фигней, супер-книгой, чем? — Она молчала, он сел на кровать Мари и улыбнулся оскалом маньяка: — Я знаю, чем. Он просто не оставляет тебе выбора. А тебе это и нравится, тебе так удобно — быть слабой и податливой, подчиняться давлению с любой стороны. В этом моя ошибка, я должен был ничего не спрашивать, а просто тащить тебя к себе, ты бы пошла. Как пошла за своим павлином тогда на парковке, как зомби, не думая.

Она сжалась, вспомнив тот вечер — она действительно не думала тогда. Крис потянул ее за собой и она пошла, оставляя за спиной Стивена, скорчившегося над отнявшейся рукой.

— Я прав, да? — он сложил руки на груди, закивал, — да, так и есть. Стефани бесхребетная, твоя любимая роль. Трепетная жертва обстоятельств, вся такая ни в чем не виноватая и со всех сторон несчастная.

Она стояла как замороженная, опираясь спиной о дверь и глядя в пол где-то у его ботинок, внутри гудело и дрожало, сил сдвинуться с места не было, иначе она давно бы уже сбежала. Тишина вибрировала в ушах, прерываемая только редким глухим стуком, почти неслышным.

— Стефани, — тихо позвал он, она не шевельнулась. — Стеф, прости. Ладно, я перегнул палку, на самом деле я так не думаю, — в его голосе действительно было раскаяние, но она все еще не могла поднять глаза. Стивен подался вперед и протянул к ней руку: — Иди сюда. Иди и давай все обсудим спокойно.

Нежность в его голосе резанула сердце болью, Стеф на миг подняла глаза, чтобы увидеть его лицо и протянутую ей навстречу руку, сжалась еще сильнее. В этом жесте было столько тепла и дружеского участия, это было именно то, что она в нем любила больше всего — умение понять и поддержать в трудный момент… Сердце сжималось болью на каждый удар, глаза жадно впивались в его руки, ноги немели — одно решение, несчастных три шага и можно броситься в самые теплые объятия в мире, прижаться к самому доброму человеку на свете, разреветься и все-все рассказать…

"И проявить ту самую бесхребетность, о которой ты только что говорил, друг мой. Ты меня все равно не простишь, даже если услышишь, как дьявольски сильно я об этом жалею и сколько бы отдала, чтобы все исправить.

Так что я не поддамся этой минутной слабости."

Она попыталась отвести глаза, это было так трудно, как будто его руки их притягивали. Задышала чаще, зажмурилась, отвернулась, прижала ладони к щекам. Поняла, что все лицо мокрое от слез, они капают на пол, вызывая тот самый глухой стук, приоткрыла дверь и медленно вышла, изо всех сил стараясь не упасть, ноги подкашивались. Услышала в спину безнадежное: "Стеф…", всхлипнула и пошла быстрее, растирая слезы по лицу. Столкнулась с выбежавшей из-за угла Мари, попыталась ее обойти, но рыжая схватила ее за руки:

— Господи, что с тобой?

— Уйди, — рявкнула Стеф, высвобождаясь и устремляясь дальше по коридору.

"Ты теперь по ту сторону баррикад, рыжая. Больше никаких откровений, ты все равно ему все расскажешь."

Стефани добежала до ванной, закрылась, бросила вещи на полку. Села на пол и наконец разревелась не сдерживаясь, уткнулась лицом в колени. На миг задумалась о том, как Стивен опишет их разговор рыжей…

…и через секунду уже видела глазами Мари, сидящей на стуле напротив Стива. — Ты можешь мне объяснить, что случилось? — рыжая дергала его за рукав, но парень продолжал смотреть на свои руки с таким лицом, как будто они были по локоть в крови. Наконец тихо сказал:

— Я все испортил.

— В смысле? — Мари участливо склонилась ниже, заглядывая в его лицо. — Что тут у вас было? Как испортил?

— Как обычно, — нервно выдохнул он, разгибаясь и растирая ладонями лицо. — Я ей такого наговорил, что просто… кто меня за язык тянул? — он поднял взгляд и с болью посмотрел на Мари. — Я полный придурок, боже, как я мог… — Он опять уткнулся лицом в ладони, она сжала его плечо и вздохнула:

— О чем вы говорили?

Он помолчал, потом откинулся на стену и убито посмотрел на подругу:

— Она считает, что я ее не прощу за то, что она спала с Льюисом. И сейчас просто хочу переспать и бросить из чувства мести и личного удовлетворения.

— А ты простишь? — грустно свела бровки домиком Мари, он посерьезнел и отвел глаза, поджал губы, неуверенно пожал плечами. Рыжая вздохнула и поднялась, развела руками: — А чему ты удивляешься тогда?

Он помолчал, стал рыться в карманах, достал ключ и протянул ей:

— На, не понадобилось. Ты сама-то что-нибудь узнала?

— Узнала, — недовольно буркнула Мари, забирая ключ. — Я лазила в ее ноутбуке и раскопала, чем она занималась всю ночь. — Стивен с интересом поднял глаза, Мари опять села и понизила голос: — Она пыталась взломать пароль к какому-то архиву. И до сих пор пытается, комп еще работает. И твое письмо на фейсбуке она не читала, хоть в истории и стоит твоя страница.

— Что за архив? — настороженно спросил Стивен, — ты думаешь?..

— Думаю, да, — кивнула рыжая, — это что-то магическое. Иначе она обратилась бы к своему другу за помощью, она говорила, что ее лучший друг работает где-то в сфере компьютерной математики, он бы ей точно помог.

— Книга, — убежденно кивнул Стив, ухмыльнулся, — вот сученок, а? Отдал ей книгу, а пароль не отдал. Чего он хотел этим добиться?

— Не знаю, — поморщилась Мари. — Иди спать, а? А я пойду попробую вытащить Стеф из душа, а то она там околеет с ее любовью к ледяной воде.

Его лицо опять исказилось чувством вины и злости на себя:

— Передай ей, что мне очень жаль, ладно? Я с ней еще поговорю.

— Ладно, иди давай, — Мари поднялась провожать Эванса, а Стефани открыла глаза и вскочила с пола, быстро собирая вещи.

"Не хочу ее видеть. Рыжая предательница."

Быстро добежав до двери, она выскочила в парк и понеслась куда-то в глубину темных аллей, по лицу опять катились слезы, бесконечные, как Санта-Барбара.

"Никому нельзя верить, ни-ко-му. Все предают, даже я. Особенно я."

Очередная аллея закончилась тупиком, Стеф бросила вещи на последнюю лавочку и села, обхватив колени двумя руками, слезы продолжали катиться по щекам.

"Стефани бесхребетная. Да, это я.

Если бы мне сказали об этом пару месяцев назад, я бы в лицо рассмеялась — никогда такого не было. Я всю жизнь была Стефани-боец, Стефани-метеор, Стефани-"себе-на-уме". Мне никто не указывал, я сама решала все, сама заставляла себя ходить на бесчисленные дополнительные занятия и заниматься до изнеможения, пока результат не удовлетворит самого придирчивого критика — меня саму. Что случилось?

Это любовь, детка?

Ха. Сразу к двоим?"

Она вытерла слезы и невесело усмехнулась — нет, не к двоим. К одному.

"Я люблю своего друга, несносного перфекциониста, психа и маньяка. Люблю так сильно, что если не держать это чувство в узде, оно затопит меня и поглотит лавиной, снося любые препятствия как карточные домики.

Вот только он меня больше не любит. Потому что я его предала. И любые попытки наладить отношения все равно рано или поздно упрутся в непробиваемую стену из моего чувства вины и его обиды.

Так что мои вынужденные отношения с Крисом — не такой уж плохой выход.

Вынужденные отношения…"

Стеф прикусила губу, вспоминая сверкающую бриллиантами ночь, свои слабые попытки сопротивляться, грубоватую нежность Криса, уверенного, что все идет как надо.

"За все в этом мире надо платить — ты был прав, друг мой. В прошлое полнолуние я сделала выбор за Льюиса, решив за него, кого ему любить. Луна еще не успела завершить цикл, а я уже получила за это сполна — теперь он сделал выбор за меня. Какая жестокая справедливость."

Она набросила на плечи полотенце, пытаясь защититься от проползающего под свитер холода, криво улыбнулась.

"А еще я заставила Мари заявить о своей любви к Алексу гораздо раньше, чем она была к этому готова. И нет разницы, хорошо у них все в результате или плохо — я вмешалась, влезла со своей силой, куда не звали… стоит ли теперь удивляться, что рыжая так отчаянно ломится в мою личную жизнь, не разбирая дороги? И пусть ее глаза светятся желанием помочь, мне-то ее помощь нафиг не нужна, но ей не объяснишь.

Магия ломает мир. А мир защищается как может."

Она посмотрела на свою руку, действительно заметно истончившуюся, сжала пальцы в кулак.

"За все надо платить.

Вылечила болячку Стивена — потеряла в собственном весе. А может, не стоило трогать его руку? Может, лишенный возможности играть на своей любимой гитаре, он написал бы что-нибудь особенное? Или хорошо подумал в тишине, принял какое-то важное решение? Он же сам говорил, что дни без музыки позволяют ему по-новому взглянуть на творчество, почувствовать, насколько это для него на самом деле важно…

Сколько еще таких ситуаций можно вспомнить? Лили, Эшли… А вдруг "Скажи" стала бы ее лучшей песней? Вдруг это изменило бы ее жизнь?"

Стеф против воли сжала кулаки, чувствуя нервную дрожь острой ревности, прошивающей тело от пяток до макушки. Эту песню она считала своей даже больше, чем те, что писала сама — она ни за что не отдала бы ее.

"Я умудрилась забрать у блондинки песню, отбить парня и заставить подраться с подругой. Ничего удивительного, что она меня ненавидит.

А вдруг Льюис — любовь всей ее жизни? Интересно, если каким-то образом снять с него приворот, он вернется к Эшли?"

Она поняла, что слезы наконец-то унялись, задумалась о проклятом привороте. Вспомнила, как штудировала "Рецепты" в поисках способа снять заклинание, но так и не нашла.

"Может, в Книге Криса есть? Мари так уверенно сказала, что Шарк смог бы мне помочь, а я о нем даже не подумала. Надо ему написать."

Она похлопала по карманам, но мобильника не нашла, вспомнила, что оставила его на тумбочке. Встала, сняла с плеч полотенце, поежившись от сырого воздуха, быстро пошла в здание. Простучала каблуками по спящему коридору, резко открыла дверь комнаты, увидев сидящую на кровати Мари. Рыжая оторвала взгляд от книжки и посмотрела на Стеф щенячьими глазками, набирая воздуха для прочувствованного монолога.

— Молчи, — прицелилась в нее пальцем Стефани, — молчи или услышишь много чего неприятного, о чем я завтра буду жалеть.

Подружка скорчила виноватую мордочку и выдохнула, сгорбилась, закрыла книжку. Поднялась расстелить постель, потом опять обернулась, решительно упирая кулаки в бока:

— Нет, я скажу.

Стеф бросила вещи на кровать и сложила руки на груди с таким видом, как будто Мари прочитала на столбе: "Не копать. Высокое напряжение" и радостно вонзила в землю лопату. Рыжая задышала чаще, медленно наливаясь румянцем, открыла рот, закрыла, открыла опять. Стефани вздохнула и склонила голову на бок, прохладно наблюдая за мучениями Мари. Рыжая на миг закрыла глаза, сжала кулаки и выдохнула, отвернулась и буркнула: "Спокойной ночи" с интонацией "что б ты сдохла".

Стеф криво улыбнулась и качнула головой, потушила свет, разделась и залезла под одеяло. Дотянулась до компьютера, включенного весь день, вошла в систему. Пароль он не вычислил, впрочем, она все равно сохранила файл отчета — пригодится. Открыла почтовый ящик, нашла два непрочитанных письма от Шарка, стало стыдно.

"Прости, дружище, я совсем о тебе забыла."

Первое письмо было длинным и веселым, второе состояло из пары строчек: "Зазвездилась, да? На старых друзей уже времени нет? Ничего, обратишься ты ко мне в трудную минуту…".

Стеф улыбнулась — он любит грозиться, но на самом деле всегда готов помочь. Удивительное создание — здоровенный, бородатый, создающий впечатление хмурой грубой громадины… а на поверку — веселый, добрый, очень умный и абсолютно безотказный плюшевый медведь. Она пару секунд подумала и вдохновенно взялась за клавиатуру.

"Приветствую тебя, о величайший из великодушнейших. Прошу простить мне мое недостойное поведение, оправданий сочинять не буду, ибо никакие оправдания не умаляют моей вины перед тобой, мой любезный друг. Надеюсь на снисхождение к моим грехам и молю о милости, ибо очи твои зрят сквозь пространство-время и видят истину — час печали настал для меня.

В эту тяжелую минуту меня может спасти только твоя помощь, потому что, думается мне, никто не сразится с атаковавшими меня чудными цифрами отважнее, чем ты.

Жду ответа с нетерпением и надеждой, твоя я."

Она отправила письмо и посмотрела на время — половина первого ночи, у Шарка в Китае сейчас уже обед завтрашнего дня.

"Надеюсь, он не занят."

Обновив страницу через минуту, она радостно улыбнулась — ответил.

"Что за наглые цифры посмели атаковать тебя? Они вообще в курсе, что у тебя друг — математик? Ты им скажи, я их даже отсюда достану."

Она тихо рассмеялась и изложила суть проблемы, дала ссылку на архив и прикрепила отчеты программы-переборщика паролей. Шарк обещал препарировать неподатливый файл в свободное время и сразу же отписаться, Стеф поблагодарила и скромно попросила содержимое сканов не читать. Он прислал смайл, она фыркнула и выключила компьютер — она хотя бы попробовала. Для человека, работа которого состоит в обеспечении безопасности информации, приложить усилия для того, чтобы информацию получить, а потом даже не заглянуть туда — нереально. Можно было даже не пытаться, он все равно прочитает.

"Ну и ладно, я ему все объясню. Если он сможет открыть архив… А если не сможет, вопрос снимется сам собой."

Сунув ноут под тумбочку, она надела крест, достала наушники и завернулась в одеяло, крепко зажмурилась и мысленно взмолилась:

"Господи, пусть у него получится. Пожалуйста-пожалуйста"

* * *

 

ГЛАВА 5, 57й день съемок

пятница, 19 июля, 57й день съемок, 11/12 лунный день

Когда завибрировал будильник, Мари уже не было, на тумбочке Стеф, рядом с телефоном, лежала конфета с приклеенным желтым стикером без надписи. Она криво улыбнулась и выключила будильник, нахмурилась — телефон показывал пять непрочитанных сообщений.

"С чего бы пять? Раньше было только два — те, которые я не осмелилась читать на пляже."

Она передернула плечами при воспоминании о том вечере, открыла входящие — Эванс.

23:47 "Стефани, я правда так не думаю. Давай поговорим."

"Мы уже достаточно наговорились, друг мой."

02:14 "Слушай, почему одна глупая фраза, сказанная сгоряча, должна перечеркивать все то хорошее, что между нами было?"

"Потому что в порыве злости люди говорят правду. Ну, или то, что является правдой для них. А твоя субъективная правда оказалась очень жестокой… и справедливой, как мне ни больно это признавать."

5:32 "Тебе уже пора вставать и начинать собираться. У нас сегодня запись и я бы очень хотел поговорить с тобой до нее. Жду тебя в столовой."

"Жди сколько влезет."

Она вздохнула и переставила будильник на час вперед.

"Пропустим сегодня завтрак, ничего страшного. Будем считать, что я проспала и не успела поесть, прибегу сразу на площадку, с мятым лицом и мокрыми волосами. Приятных мне снов."

Взгляд упал на конфету с желтой бумажкой, Стеф фыркнула и отвернулась к стене, опять пытаясь заснуть.

Стук в дверь заставил ее подскочить, она схватила телефон — будильник не звонил. Хрипло крикнула:

— Кто?

— Это я, малыш, — она выдохнула с облегчением и стала снимать с шеи крест. — Ты чего не пришла на завтрак?

— Одну минуту, — спрятав крест в тумбочку, она поднялась и открыла дверь, подставила щеку для поцелуя. — Привет. Я проспала.

— Я так и понял, — Крис улыбнулся и протянул ей горячий стаканчик и бумажный пакет с булкой: — Ешь быстрее и иди умывайся, я заправлю твою кровать.

— Не надо, — она смущенно улыбнулась и отпила кофе, парень пересадил ее на кровать Мари и стал расправлять одеяло:

— Надо-надо, кушай, — вытащил из-под подушки запутанные наушники, фыркнул и смотал в клубок, положил на тумбочку. Увидел конфету и хитро прищурился: — Ух ты, ты начала следить за весом? Это правильно, набирайся сил. В понедельник полнолуние, отпросимся со съемок пораньше и поставим тебе "магнит", нам надо успеть до девяти вечера. А потом начнем изучать Книгу по полной.

— Слушай, — она задумчиво потеребила стакан, — а существует ритуал… ну, отворота? Чтобы снять приворот?

— Хочешь от меня избавиться? — шутливо надулся Крис, развел руками, — не выйдет, нет такого ритуала. Привороженный обречен любить только одного человека, всю жизнь. Он может не быть с ним, может даже жить с другим человеком, выйти замуж или жениться, родить детей. Но все это время он будет любить того, к кому приворожен. Будет страдать, скорее всего, сопьется или ударится в какое-нибудь мозговое извращение — психологию, религию, творчество… Может даже заболеть по шизоидному направлению, но точно не разлюбит. А что?

— Да так, — она допила кофе и схватила банную сумку, — спасибо за завтрак, я в душ и потом сразу на площадку. Встретимся там.

Быстро чмокнула его в губы и убежала умываться, чтобы он не видел ее лица.

"Охренеть "комбинация бессмысленных действий"… Зачем я вообще тогда сфоткала эту проклятую страницу "Рецептов"?"

Стеф закрыла за собой дверь душевой и оперлась о раковину, заглядывая в свои глаза. Отражение смотрело на нее так, как будто только что разбило ее машину и не знало, как бы помягче об этом сказать. Телефон пиликнул сообщением, она глянула на экран — Эванс. Бросила трубку на тумбочку и стала раздеваться.

* * *

На съемках Эшли все время сверлила ее злобным взглядом, Стеф гадала, с чего бы, но потом ее озарило — запись. В прошлую пятницу они записывали "Скажи" вдвоем и Стеф была на втором плане, песня должна была стать звездным часом Эшли — по крайней мере, таковы были прогнозы. А сегодня "Скажи" записывается вообще без нее, а Стеф внезапно превратилась из второй скрипки в приму, да плюс стала центральной персоной двух скандалов.

Из случайно подслушанных разговоров Стефани узнала, что Лили и спешно нанятая команда сценаристов всю неделю переписывают сценарий с учетом внезапно возросшей популярности Стеф, и добавляют экранного времени Стивену, который согласился расширить свою роль из-за финансовых проблем с компанией. Теперь они оба будут больше сниматься, а на выходных еще и клип.

"Гребаный клип. А я там еще и в бикини буду прыгать. Боже, дай мне сил дожить до понедельника…"

— Стефани, — она обернулась на голос Сэма, недовольно мнущего в руках какую-то бумажку. — Твои сцены отложены. До обеда идешь репетировать в студию, после обеда запись. Никуда не уезжай, у тебя вечером еще одна примерка, а завтра с утра съемки.

— Ясно, я пошла, — она помахала рукой Крису и побрела в сторону студии, хмуро поджимая губы и стараясь не думать о том, по чьей милости ее сорвали со съемок.

В студии он был один, задумчиво крутился на стуле в наушниках, постукивая пальцами по подлокотнику. Когда она вошла и села напротив с недовольным видом, Стивен стянул наушники на шею и широко улыбнулся:

— Доброе утро. Ты сегодня проспала?

— Надо было на больничный уйти, — криво улыбнулась она, он округлил глаза и оташатнулся в притворном страхе:

— Ты что? Даже не говори такого, нам с тобой никто не позволит болеть еще минимум недели две, пока страсти не улягутся. — Она отвернулась, показывая, что шутку не оценила.

— Зачем ты меня вызвал?

— Поговорить, — парень тоже перешел на серьезный тон, — тебя же по-нормальному не дозовешься, только так, — она пожала плечами, игнорируя наезд, он нервно выдохнул: — Стеф, нам следующие трое суток работать вместе практически непрерывно, нам надо во всем разобраться, чтобы личные проблемы не мешали…

— Да не испорчу я твою песню, — грубо перебила его девушка. — Никакие личные проблемы не помешают мне сделать все как надо. Что-нибудь кроме этого тебя волнует?

Он укоризненно посмотрел на нее и откинулся на спинку стула, она мигом пожалела о сказанном, но промолчала. Здесь было так тихо, что шорох ткани его рукава, трущегося о подлокотник, звучал громогласно. Стеф рассматривала пульт, стараясь ничем не выдать своего напряжения, Стивен вздохнул и очень тихо спросил:

— Ну и как мы теперь с тобой будем общаться?

Она прикусила губу, чтобы не ляпнуть очередную грубость, так же тихо ответила:

— Не знаю. — Все-таки не выдержала и истерично глубоко вздохнула, прижимая ладони к лицу, шепотом добавила: — Мне это все ни чуть не приятнее, чем тебе. Но что теперь делать, я не знаю. Может, что-то еще и можно исправить, — она глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться, выпрямилась и попыталась на него посмотреть, с косой горькой усмешкой добавила: — Но такому бесхребетному существу как я это не под силу.

Он поморщился, с болью прошептал:

— Я же извинился, хватит.

— А причем тут ты? — развела руками Стеф, поднимая к потолку стремительно мокреющие глаза, — ты всего лишь сказал вслух то, что я и так знала, — в сумке заиграл веселую мелодию телефон, Стефани невольно улыбнулась — мелодия Шарка, — вытерла уголки глаз и шепнула: — Извини, одну минуту.

Стив устало кивнул, она полезла за трубкой и опять заулыбалась, читая сообщение: "Проверяй почту:)".

"Значит, все получилось. Шарк, моя лапочка, ты лучший"

Она спрятала телефон, продолжая улыбаться, поймала чуть потеплевший, заинтересованный взгляд Стивена, он потер подбородок:

— Можно спросить, что тебя так обрадовало?

Стеф попыталась спрятать улыбку и с независимым видом качнула головой:

— Это не относится к работе.

Он приподнял брови и хмуро отвел взгляд:

— Вот так мы теперь будем общаться? Только по работе, значит?

— А что тебя не устраивает? — вздохнула она, опять сутулясь и опуская взгляд. — Ты же сам прекрасно понимаешь, что дружить уже не получится.

— Давай мы это как-нибудь после выходных решим, а? — поморщился он.

Она подняла не него непонимающий взгляд, Стив вздохнул и прочесал пальцами волосы, глядя в сторону, неохотно пояснил:

— Нас будут снимать сегодня на записи, для дневников сериала. И мне очень настоятельно рекомендовали изобразить более чем теплые отношения с тобой.

— Зачем? — недовольно округлила глаза она, — я думала, что после тех фото с парковки все убедились, что я встречаюсь с Крисом, и успокоились.

— Не все так просто, — он криво улыбнулся, стал смущенно рассматривать руки. — После той утечки файлов в сеть фанаты решили, что мы с тобой — пара. Какой-то "авторитетный источник" из съемочной группы раструбил на всю сеть, что мы много времени проводим вместе. Позавчера на юТубе появилось видео с камер супермаркета, помнишь, мы на тележках катались? — Она кивнула, он вздохнул, разводя руками: — Там пятиминутная нарезка нашего ралли по овощным рядам. — Стеф вспомнила особенно яркий момент их "ралли" и тихо фыркнула, сразу же смутившись и попытавшись вернуть лицу непроницаемость. Стивен улыбнулся, — но сок видео не в этом. Помнишь, уже возле кассы ты вымазалась повидлом из пирожка и я тебе лицо вытирал? Так вот… камера снимала сверху, а я к тебе наклонялся, на видео кажется, что мы целуемся.

Стеф уже открыла рот для возмущенного заявления, но парень поднял ладонь:

— Это еще не все. В тот вечер, когда ты напилась валерьянки, поцеловала Эшли и покаталась на звезде босиком, помнишь, мы проходили мимо Макса с девочкой? Они нас сфоткали, — Стефани сжала зубы и зажмурилась, потирая виски, Стивен продолжил, — фотография мигом разлетелась по всем телефонам на километр вокруг, так что кто ее выложил в интернет — уже не доищешься. Ну и последнее, — он помялся и заерзал на стуле, заставив Стеф настороженно сжаться. — В одной из песен с моего телефона, выложенных тогда… ну, ты помнишь, — голос Стивена дрогнул, пустив по ее спине мурашки, он наконец решился и выпалил: — В каждом куплете первые буквы строчек складываются в слово "Стефани". Фанаты заметили.

Она беззвучно ахнула, закрыла глаза, чувствуя как опять пробуждается в глубине грудной клетки холодный тупой нож.

"Зачем ты это сказал? А зачем ты это сделал? Друг мой, да как прикажешь забывать тебя, если ты такое творишь?"

Он замолчал, она приоткрыла глаза и бесцветным голосом спросила:

— И что дальше?

Он потер лицо и ответил, стараясь на нее не смотреть:

— А дальше пиарщики взяли весь этот беспредел, добавили ваши с Льюисом фотки с парковки, сочинили еще десяток "случайных утечек информации" и написали нам еще один гребаный сериал, только на этот раз играть придется в реале и круглосуточно. Мне даже план действий дали, — он полез во внутренний карман и вытащил сложенную вчетверо бумажку, развернул и протянул ей, — на, полюбуйся.

Стеф настороженно взяла листок, пробежала глазами — даты, события, примечания… красным подчеркнутые слова "снимки", "интервью".

— И что нам за это будет? — она отдала список, заранее нахмурилась и подняла на него глаза.

— Почет и уважение компании, — криво улыбнулся парень, — и неофициальная прибавка к гонорару, но об этом никто не должен знать. Что скажешь?

— Я могу отказаться?

— В принципе, можешь, ты-то им ничего не должна сверх того, что оговорено в контракте. Но будь готова к тому, что тебя разыграют как пассивный объект — ты все равно попадешь в прессу, даже если ничего не будешь делать. Потому что твой павлин на этот фарс с радостью подписался, я тоже не имею права отказаться — я у них под колпаком.

— А Крис тут причем? — простонала она. — Я думала, хоть его это обойдет.

— А он не сильно страдает, — с издевкой фыркнул Стивен. — Ему пиарщики отвели роль победителя, так что он в полном кайфе.

— В смысле? — не поняла Стеф, парень нервно оскалился и ядовито пояснил, встряхнув в ладони список:

— По вот этому плану он, как и в сериале, персонаж со всех сторон положительный, любит тебя и ведет себя паинькой. Ты — юная наивная девица, сбитая с пути истинного коварным соблазнителем, то есть, мной. А я в сериале играю эгоцентричного деспота, который издевается над учениками и считает всех пылью под своими ногами, — он закатил глаза и развел руками, — и по законам жанра, меня ждет кара и расплата. Сначала я прикидываюсь ангелом и соблазняю тебя, потом ты одумываешься и возвращаешься к своему святому павлину, а я мучаюсь и страдаю, понимая, что по-настоящему тебя любил. — Он пылал негодованием, Стефани молчала, боясь вставить слово. — Ко мне прилипает образ страдальца, всем меня жалко, под это дело публика потихоньку забывает мои пьяные дебоши и захлебывается соплями под две мои новые слезливые песни, контракт на которые был подписан вчера. Я на какое-то время исчезаю, потом резко выпускаю второй альбом и еду в тур в его поддержку.

Стеф чуть улыбнулась:

— Контракт возобновили?

Он поморщился и уже спокойнее ответил:

— Пообещали подписать новый, если все выйдет так, как хотят пиарщики.

— Ясно. Значит, надо постараться, — она заметила короткий благодарный взгляд, который Стивен тут же отвел, сделав вид, что жутко занят бумажкой в руках. Неудобное молчание затягивалось, она прочистила горло и бодро спросила: — Ну так что у нас по плану на сегодня?

— Запись, — парень развернул список, — во время записи и в перерывах нас будут снимать для дневника, мы должны изобразить веселье и дружеское общение с обнимашками. Потом дадим короткое интервью и свободны.

— И все? — приподняла брови Стеф. — Не так уж страшно.

"Ага, конечно. А теперь представь, как эти руки тебя обнимают. Все еще не страшно?"

По спине прошлись мурашки, она постаралась сохранить лицо спокойным. Стив отложил листок:

— Идея всей этой канители в том, чтобы не давать никаких конкретных доказательств. Люди сами придумают все, что хотят видеть, а мы потом, если захотим, сможем с честными глазами говорить, что ничего подобного не было и все это домыслы прессы.

— Умно, — двинула бровями Стеф, посмотрела на экран мобильника, — обед скоро, я хотела еще в комнату заскочить.

— Да, конечно. Встретимся после обеда, — он встал, снял наушники и спрятал лист в карман, на миг замялся, потом шагнул к поднявшейся Стеф, положил ладонь на ее плечо и тихо сказал: — Спасибо.

Она набрала воздуха чтобы ответить, но запуталась в вариантах, смущенно кивнула и вышла в коридор, ускоряя шаг. Отпечаток его руки на плече горел до самой комнаты, она очень старалась об этом не думать, но ничего не получалось.

В комнате было пусто, она закрылась на ключ и достала ноутбук, проверила почту, скачала долгожданную Книгу на ноут и на телефон. Радостно подскакивая на каждом слове, написала Шарку письмо на пол-экрана о том, какой он замечательный, выключила компьютер и с трепетом открыла на телефоне первую страницу. Листы были пожелтевшие и кое-где мятые, а витиеватый почерк выдавал в авторе романтика середины прошлого века.

"Книга таинств искусства, писана адептом Мэттью Брауном со слов моего уважаемого учителя, Чарльза Брайана Дженкинса. 3 апреля 1938 года."

"Нихрена себе, сколько ей лет. Совру Шарку, что мне это для друга, который учится на историка. Вряд ли он вникал в текст после такого заголовка.

Так, что здесь еще есть?"

Введение, общие сведения о мире, строение человека, схема энергетических каналов… Стеф приложила нечеловеческое усилие и оторвалась от экрана.

"Это надо читать вдумчиво и не спеша, все по порядку. Ночью займусь."

Она сунула телефон в сумку и пошла на обед. Крис уже был там, мило болтал с Мари и Алексом, рядом с ним стоял заботливо приготовленный пустой стул, а на столе — лишняя порция. Увидев Стефани, он радостно замахал рукой:

— Ну наконец-то. Как репетиция?

— Как обычно, — хмуро поморщилась Стеф, блондин понимающе покачал головой и погладил ее по колену, придвинул ей тарелку:

— Я же говорил тебе, что он псих. Легче два часа железо качать, чем десять минут с ним работать. Я вообще не понимаю, как в одного человека влазит столько самовлюбленности, самоуверенности и веры в собственную гениальность.

Мари смерила его недобрым взглядом и прохладно буркнула:

— Я тоже не понимаю. Бывают же такие.

Алекс напрягся и закашлялся, пряча глаза, Стефани укоризненно посмотрела на обоих и сделала вид, что ничего не слышала. Пожала плечами в ответ на непонимающий взгляд Криса, махнула рукой и изобразила сосредоточенное копание в тарелке. Остаток обеда прошел под невидимым прессом непонятой шутки, Стеф вздохнула с облегчением, когда рыжая с парнем ушли работать. Крис проводил ее до студии и стал целовать у самых дверей, она попыталась отстраниться, но резко дернулась от ударившей по глазам вспышки — их сфотографировали.

Довольная морда одного из операторов расплылась в улыбке:

— Отлично. Давайте внутри еще пару кадров сделаем.

Не успела Стефани открыть рот и возмутиться, как Крис уже тащил ее в студию, она потерянно оглядывалась, ища у кого спросить обо всем этом безобразии, но увидела внутри еще одного оператора с камерой, которому позировал у пульта Стивен.

"Понятно, спектакль для публики уже начался."

Незнакомая дама в розовом костюме, представившаяся как "просто Эмили" решительно строила всех присутствующих и рассказывала, кому как стать, Криса через пару минут отпустили, Стеф начали снимать с Эвансом.

— Улыбайся, Стефани, смелее, — дама поправила ей волосы, положила руку Стивена на ее талию. — Позитивнее, ребята, — она улыбнулась, камера опять защелкала. — Все, отлично. Теперь еще пару кадров возле микрофонов и хватит. Пойдемте все туда.

Толпа увлекла их за собой, Стеф вздохнула, поймала ободряющий взгляд Стивена и отвернулась, вышла в коридор. Их помучили еще минут десять, потом фотограф ушел, остался только оператор, снимающий непрерывно и молча.

Наконец показуха закончилась и началась запись, в тишине студии Стеф так отчетливо слышала дыхание Стивена, что невольно под него подстраивалась, ощущая какую-то странную близость. Музыка в наушниках качала все тело, его голос пускал по коже дрожь, заставляя вспоминать тот вечер, когда он впервые поставил ей эту песню.

"Я уже все сказал… Господи, это было неделю назад, а кажется, что сто лет прошло. Столько всего случилось. Почему мы так долго топтались на месте?"

Началась ее партия, Стеф собралась и сосредоточилась, помня об обещании сделать все идеально, не смотря ни на что.

"Ты говорил, что я должна сиять, а не скрипеть сжатой пружиной… но как я могу сиять, когда пою об этом? Сам бы попробовал."

Но через минуту она поняла, что придраться в его исполнении не к чему — Эванс идеален. Он звучал так, как будто исполняет эту песню годами и настолько ее изучил, что уже работает не над качеством звука, а над тонкостью эмоционального наполнения каждой строчки.

"Ничего удивительного, что ты тиранизируешь нашу "соломенную команду", друг мой. Ты отдаешь музыке себя всего, добиваясь идеального результата, не жалея времени и сил — понятное дело, ты имеешь право требовать от остальных того же. Надеюсь, я тебя не разочарую."

Песня закончилась, бородатый звукарь вопросительно посмотрел на Стивена, тот с каменным лицом буркнул в микрофон:

— Еще раз.

Музыка заиграла опять, Стефани с затаенным страхом скосила глаза на парня, но он продолжал смотреть прямо перед собой, она прикусила губу и попыталась взять себя в руки.

"Значит, все-таки разочаровала. Ну ничего, нужно просто сделать в этот раз лучше, я смогу. А если не смогу, спою еще раз. И еще раз."

Песня наполняла изнутри, пропитывала душу так, что когда звукарь потребовал перерыв и она сняла наушники, музыка все еще играла в голове, сознание покачивало в ее ритме непрерывно, в ушах слегка шумело. Дама в розовом кинулась к ним, притащила оператора, стала тараторить о своих идеях по поводу "случайных" кадров для дневника съемок. Стеф смотрела на нее как на навязчивую муху, которая своим жужжанием нарушает невесомую гармонию предрассветной тишины. Поймала понимающий взгляд Стивена, которого дамочка схватила за руку и подтащила к ней, он чуть улыбнулся и тихо сказал:

— Сильно устала?

Стеф пожала плечами, рассматривая надпись на его футболке:

— Не очень… Что тебе не нравится? Если ты объяснишь, быстрее получится как надо.

Он улыбнулся шире и приобнял ее за плечи, наклонился ниже:

— Все хорошо. А теперь посмотри на меня и улыбнись.

Она удивленно подняла глаза:

— Что?

— Улыбнись, — он шутливо тронул согнутым пальцем ее нос, — нас снимают.

По телу прошла неприятная волна от осознания того, что это все ненастоящее, но она послушно изобразила радостную улыбку, заглядывая ему в глаза:

— А звук?

Стивен скривил рожицу и показал язык:

— Без звука, — махнул рукой, начал наматывать на палец шнурок ее капюшона. — А теперь, когда я скажу "давай", оба поднимаем взгляд на камеру и смущенно смеемся. Готова? — она вздохнула и кивнула. — Давай.

Почти натуральный смех, почти настоящее смущение… Она мягко отодвинулась, высвобождаясь из его ненавязчивых объятий, Эмили показала большой палец и хлопнула оператора по плечу:

— Отлично. Пойдем еще группу Тони снимем.

Они ушли, атмосфера сразу перестала быть суетливой и карнавальной, Стив отошел, сунул руки в карманы, как будто не знал, куда их деть. Звукарь укоризненно посмотрел на них обоих по очереди, погрозил пальцем и качнул головой, но ничего не сказал. Стивен надел наушники, жестом пригласил Стеф к микрофону. Они оба помолчали, возвращаясь к первоначальному настрою, она кивнула звукарю, показывая, что готова, мужчина встал с кресла и наклонился к своему микрофону, грозно прицеливаясь пальцем в Стивена:

— Если ты через час не закончишь, я до конца съемок буду звать тебя "еще раз".

Стивен фыркнул и пожал плечами:

— Посмотрим. Включай.

* * *

Когда их наконец выгнали, ей казалось, что эта песня поселилась в ее голове навечно. Было темно, в парке почти никого не было — пятница, все разъехались. Телефон в сумке пиликнул сообщением, Стеф поморщилась и достала: "Я тебя не сильно утомил?)". На секунду закрыла глаза, запрокинув голову к небу, выдохнула и закрыла сообщение. Зашла в настройки, поставила на сигнал смс от Эванса другой звук.

"Вообще не буду смотреть, что он пишет."

Медленно побрела по аллее к фонтану, села на бортик, отписалась маме, что на этих выходных занята и не приедет. Открыла Книгу Криса, стала читать с самого начала, на второй странице поняла, что для такого насыщенного дня это занятие слишком утомительно, стала листать страницы в поисках картинок. Где-то на втором десятке глаза зацепились за слово "сияние" в заголовке, она вчиталась.

"Кольцо первого порядка, придает обладателю свойство притягивать взгляд и покорять сердца, особенно противоположного пола. Рекомендуется адептам профессий, связанных с личным обаянием, умением убеждать и складно врать. Возможно непрерывное использование."

Дальше шло описание самого ритуала, заставившее Стеф недоверчиво протереть глаза, а потом схватиться за горло — только первая часть рецепта содержала трех животных, по-разному убитых в определенные дни и часы. Тошнотворные подробности заставили ее перелистнуть изображение, на следующей странице глаза выделили слово "магнит" и Стефани опять стала вчитываться.

"Кольцо первого порядка, является неотъемлемой частью любого набора больше пяти колец. Собирает и накапливает энергию существ, пребывающих в эмоциональном и физическом контакте с адептом, уменьшает расход собственной энергии, увеличивает силу всех колец порядка. При использовании рекомендуется расширить круг общения и категорически не рекомендуется длительный контакт с одним существом, по причине проявления у него возможных неблагоприятных последствий как слабость, обморок или болезнь. Чем больше и быстрее адепт желает получить энергию, тем плотнее должен быть контакт с существами-донорами.

Внимание. Ритуал проводить только при помощи наставника"

Стефани закрыла программу для чтения и медленно спрятала телефон. Откинулась на статую рыбы, потерла лицо, пытаясь осмыслить прочитанное.

"Так вот о чем ты говорил… Я не буду тратить собственную энергию на магию, потому что буду собирать и накапливать чужую. А если буду общаться с кем-то слишком долго, для него это плохо кончится, обалдеть."

Она посмотрела на свою руку, потом пощупала бок, оттянула штанину джинсов, оценивая, насколько они стали ей велики.

"Интересно, а если ничего не магичить? Хотя, с моим характером и неумением держать язык за зубами, я постоянно буду срываться. И что теперь, красть чужую энергию? Обалденно будет наблюдать, как люди рядом со мной постепенно слабеют и начинают падать в обмороки… но продолжать худеть, ходить постоянно бледной как смерть и с кругами под глазами тоже не хочется."

Перед глазами всплыла картина, испугавшая ее позавчера в душе — собственное отражение, похожее на восставшего мертвяка. В ту ночь Крис снял с нее крест и она опять видела своего демона, он говорил, что пора делиться силой…

"А ведь именно тогда я резко стала плохо выглядеть. Может, проблема именно в нем, и на самом деле мне этот гребаный "магнит" не нужен? Надо спросить у Криса, может ли дух забирать энергию."

Она посмотрела на сумку, думая, что в Книге должен быть ответ, вздохнула и закрыла глаза — читать не хотелось, эти страшные рецепты навевали жуть. После ритуалов, полных точных цифр и подробного описания кровавых убийств, бабушкины "Рецепты" действительно казались чем-то несерьезным, деревенским развлечением скучающих старух, суеверных и необразованных.

На втором этаже вспыхнул свет, заставив ее поднять голову и посмотреть на окна музыкального класса. В сумке опять пиликнул телефон, Стеф криво улыбнулась — Эванс, не стала смотреть. Из окон донесся неприятный звук нажатия одной и той же клавиши раз десять, телефон пиликнул еще раз. Стефани вздохнула и потянулась к сумке, открыла сообщения.

"Ты хорошо поработала сегодня, запись получилась классная. Надеюсь, я не слишком тебя достал?)"

"Звонил Джо, сказал что мы с тобой выезжаем на съемки клипа в три часа ночи, чтобы с утра сразу начать снимать. В без пятнадцати три мы должны быть на парковке с вещами."

"Эй, если ты не ответишь, я должен буду спуститься к тебе и сказать это лично."

Посмотрев на окна, она пожала плечами и отправила ему пустое сообщение. Телефон опять пиликнул:

"У тебя есть возможность поспать целых три с половиной часа… ну или можешь сидеть здесь и слушать меня. Что тебе сыграть?:)"

Стефани улыбнулась и опять откинулась на рыбу, расслабляя спину и шею — идти в комнату не хотелось. В одном из окон появился знакомый силуэт, распахнул створки и оперся о подоконник, она пыталась убедить себя, что сейчас слишком темно и он ее не видит, но сердце все равно забилось чаще. В его руках тускло вспыхнуло светлое пятно, телефон Стеф опять выдал короткую трель:

"Ну что ж, постараюсь тебя не разочаровать)"

Он отошел от окна, через пару секунд в парк полилась знакомая мелодия, заставившая ее улыбнуться — какая-то очень вольная аранжировка "Yоu'rе bеаutiful". Доиграв, он практически без паузы начал следующую песню, но ее Стефани не узнала. Когда закончилась и эта, телефон пиликнул: "Спокойной ночи, увидимся через три часа)" и Стеф со вздохом поднялась на ноги, забросила на плечо сумку. Свет погас, погрузив парк во тьму, но тут же засветились окна танцевального зала, освещая дорогу. Она прикусила губу и пошла быстрее.

"Что ты творишь, Эванс? Зачем? Ты же сам прекрасно знаешь, что как было уже не будет. Прекрати травить душу несбыточным и дай мне тебя забыть… хотя, в эти выходные это будет сложно. Тогда потом — новая жизнь должна начинаться с понедельника."

Следующие окна загорелись и погасли, она быстро прошла по коридору до комнаты, увидела знакомую кратину "Мари в ожидании" и сделала вид, что ей все равно. Бросила сумку на кровать, заметила на своей тумбочке еще три конфеты с желтыми стикерами, достала спортивную сумку и стала собирать вещи для поездки. За спиной громко захлопнулась книга, скрипнула кровать, грохочущие шаги годзиллы опасно приблизились и остановились рядом. Стеф выпрямилась и устало посмотрела на суровую и решительную Мари, грозно сложившую руки на груди. Рыжая убедилась, что ей удалось обратить на себя внимание, достала из кармана конфету и с грохотом припечатала ее к тумбочке рядом с остальными четырьмя. Опять сложила руки на груди и добавила во взгляд суровости.

— Что ты от меня хочешь? — обреченно вздохнула Стеф.

Мари протянула ей руку и тоном, не терпящим возражений, заявила:

— Мир. Дружба. Жвачка. И никак иначе.

Стеф вяло пожала ее ладонь и кивнула:

— Можно без жвачки.

Рыжая просияла и плюхнулась на ее кровать:

— Тогда ешь конфеты.

— Не хочу, — поморщилась Стеф, — я потом.

— Во сколько уезжаете?

— В три. Надо собрать вещи, сходить в душ… и куда-то деть еще полтора часа.

— Спать не будешь?

— А смысл? Лечь и встать.

— Ну да, — вздохнула Мари. — Тогда можно поболтать, нам как раз есть о чем. — Стефани напряглась, отвела глаза, стала излишне внимательно складывать вещи. Рыжая надулась и обиженно заявила, — я не собираюсь ничего ему доносить. Ты можешь мне рассказать по секрету.

— По секрету? — иронично скривилась Стеф, — тебя даже ребенок расколет, а уж этот змей и подавно.

— И что теперь, не общаться со мной? — перешла на серьезный тон Мари, — знаешь, меня это обижает.

— А меня обижает, когда копаются в моих вещах и в моем компе, — хмуро ответила Стефани. — Когда кому-то отдают ключ от моей комнаты, когда при куче народу стебутся над моим парнем. Не знаешь, кто это делает?

— Я не буду больше лазить в твоем компе, — хмуро вздохнула Мари, — мне пришлось.

— Конечно не будешь, я его запаролила. — Стеф застегнула сумку и потерла лицо, тихо спросила: — У тебя таблетки от головы есть?

— Есть, не надо тебе их пить, — Мари встала и открыла окно, вернулась на кровать, — ты просто переработала и перенервничала, ложись, я тебя почешу и все пройдет.

Стеф секунду поколебалась, потом махнула рукой и легла, уложив голову на колени подруги. Мари запустила пальцы в ее волосы, пустив по коже колючие мурашки, стала выводить ногтями длинные сложные узоры и прямые полосы, перебирать волосы, гладить шею и лоб. Стефани медленно расслаблялась, потихоньку отъезжая на волнах мягкого кайфа, почти уснула, когда слуха коснулся шепот Мари:

— Знаешь, я заметила одну странную вещь. Позавчера я проснулась с грязными ногами, как будто куда-то ходила ночью, причем босиком, а я же так никогда не хожу… Ну и, это значит, что либо я стала лунатиком, либо кто-то на меня посмотрел тяжелым взглядом и попросил забыть о моей прогулке. — Она помолчала, не дождалась ответа и спросила: — Надеюсь, я не торчала в коридоре в одной пижаме, пока вы тут развлекались?

— Нет, — так же шепотом ответила Стеф, — ты просто открыла дверь. — Она глубоко вздохнула и перевернулась на бок, подставляя для массажа затылок, закрыла глаза, попросила: — Не спрашивай о позавчера, ладно? Я не хочу об этом говорить.

— Об этом не хочешь, — чуть язвительно вздохнула Мари, — об Эвансе тоже не хочешь, съемки уже в печенках сидят. Поговорим о моде? — Стеф тихо фыркнула, рыжая стала по новой прочесывать пальцами ее волосы. — Ладно, как хочешь, можешь молчать. А я тогда расскажу тебе длинную печальную историю про моего хорошего друга. — Она прочистила горло и завела голосом сказителя: — Однажды, в одной маленькой, но гордой съемочной группе жил один мой друг. И нравилась ему одна девушка.

— Мари, — укоризненно перебила ее Стеф, рыжая хлопнула ее по плечу:

— Так, или лежишь кайфуешь и слушаешь мою историю, или встаешь и собираешь сумки, а я иду спать, — Стеф вздохнула и промолчала, подруга одобрительно похлопала ее по плечу и опять закопалась пальцами в волосы. — Вот так вот… О чем это я? А, ну жил, короче, парень. С девушкой этой он был не знаком, но очень хотел познакомиться, даже подружился с ее подругой, чтобы, значит, через нее. Но когда подруга предложила его представить, он почему-то отказался, — она вздохнула и задумчиво вопросила потолок: — Почему? Дурак потому что. Ну, это не главное. — Стефани невольно улыбнулась, Мари заметила и ущипнула ее за щеку. — Этот мой друг, вообще, знаешь, хороший парень — умный, талантливый очень, помогает всем… но вот именно с этой девушкой он почему-то никак не мог контакт наладить. Но все выспрашивал про нее, чем занимается, что любит, к чему стремится. Интересовался, короче. Ну и однажды все-таки познакомился, вроде все нормально закрутилось, но оказалось, что у нее есть другой, и друг мой в пролете. Но он не сдался — ха, надо знать моего друга, — он не из таких. Он долго и упорно добивался своего и таки добился — они были рады-счастливы, слушали одну музыку, пили из одной чашки и придумывали имена для будущих детей… А потом эта девушка внезапно опять вернулась к своему бывшему, никому ничего не объяснив. И получилось такое вот уравнение: друг мой ее любит, она моего друга тоже любит, бывшего ее никто не любит, он какашка, — Стеф открыла глаза и хмуро скосила их на рыжую:

— Ты…

— Я, — хлопнула ее по макушке Мари, — говорю, а ты слушаешь. Иначе ты прямо сейчас встаешь и идешь в душ. Хочешь?

— Нет, — Стеф выдохнула и закрыла глаза, — я молчу.

— Вот и молчи, — она поправила ей волосы и куда серьезнее продолжила: — Короче, в уравнении только одна неизвестная фигня — что такого произошло, что все так внезапно и глупо поменялось?

Мари замолчала, в тишине шелестели волосы Стеф. Стефани сглотнула терпкий комок и тихо спросила:

— Он правда интересовался мной еще до того, как мы познакомились?

— Ага. Недавно признался, что со мной начал общаться из-за тебя. Я пообижалась чуть-чуть и забила, не перестал же теперь.

— Ему тоже понравился клип Эр Джея? — с легкой насмешкой поинтересовалась Стеф, Мари улыбнулась:

— Не-а, он о нем даже не знал, пока я не показала. Но потом, конечно, кайфанул от него.

— А как он тогда?..

— Увидел тебя в парке, еще в первую неделю съемок. Но подойти побоялся.

Она вздохнула и промолчала, больше спрашивать было не о чем.

— Стеф, — Мари еще больше понизила голос, — ты его еще любишь?

"Еще как. Но тебе я об этом не скажу."

— Кого? — спросила Стефани, Мари хихикнула без веселья:

— А о ком ты первом подумала? Можешь мне не отвечать, я просто… — она грустно вздохнула и прошептала: — Ему очень плохо без тебя, Стеф. Очень. И тебе плохо, я вижу, перед всеми ты улыбаешься, но мне можешь не врать — ты не любишь Криса. Но я не могу понять, почему ты с ним. Что произошло тогда такого, что все изменилось? — Стеф молчала, чувствуя, как начинают печь глаза, Мари погладила ее по голове и очень тихо, нерешительно спросила: — Он тебя изнасиловал?

Стеф фыркнула, закрыла лицо руками и поднялась:

— Ты что, не говори ерунды. — Поправила встрепанные волосы и улыбнулась подруге: — Интересная история, но мне пора в душ. Ложись спать, я буду тихо.

Мари грустно вздохнула и посмотрела на нее долгим взглядом, пересела на свою кровать, стала укладываться. Стеф в очередной раз перебирала вещи в сумке, в голове навязчиво крутилась песня, которую играл Стивен, а она не узнала. Мельком оглянувшись на Мари, она решилась и спросила:

— Слушай, глупый вопрос… Ты не знаешь, что это за песня? Засела в голове, не могу вспомнить, откуда. — Она на миг прикрыла глаза, вспоминая, стала напевать мотив, отбивая ритм ногой. Заметила, как насмешливо дрогнуло лицо Мари, замолчала. Рыжая поджала губы, сдерживая улыбку, тихо ответила:

— Это песня Эванса, из тех, которые выложили в воскресенье, — хитро прищурила глаза и улыбнулась: — "Трек № 32"… но фанаты зовут ее "Стефани".

Стеф замерла, через секунду взяла себя в руки и схватила сумку для душа, незаметно кидая туда мобильник. Набросила на плечи полотенце и пошла к двери, буркнув через плечо:

— Ясно, спасибо. Спокойной ночи.

Дошла до ванной, почти переходя на бег, включила воду в кабинке, чтобы создать шум. Достала телефон и открыла папку с музыкой, стала листать безымянные файлы в поисках записи номер тридцать два… нашла.

Села на тумбочку, убавила звук и включила. Послушала вступление, удовлетворенно кивнула — оно. Остановила, чувствуя как внутри опять покрывается изморозью длинное лезвие.

"Может, не слушать? Мари так загадочно улыбалась… интересно, она сейчас спит или опять копается в моих вещах, в поисках доказательств своей сумасшедшей теории про изнасилование?"

Стеф закрыла глаза, уже привычно настраиваясь смотреть глазами рыжей, но вместо комнаты увидела косяк какой-то двери. Мари стояла согнувшись и прижималась ухом к замочной скважине, бросила опасливый взгляд вдоль коридора… и Стеф поняла, что за шелест она слышит — козявка стояла у двери душевой, подслушивая, что тут делает Стефани.

"Когда ты смотришь в бездну, бездна смотрит в тебя…

Подойти к двери и постучать, что ли?"

Она перестала подсматривать за этой юной шпионкой, отложила телефон и стала раздеваться. Тщательно вымылась, завернулась в полотенце и пошла назад в комнату. Мари спала в той же позе, в какой лежала, когда Стеф уходила, такая невинная… Стефани тихо улеглась на кровать и достала наушники, включила остановленную песню, внутренне сжимаясь в ожидании.

Сотни бесконечных веков,

Тысячи бесцельных ночей -

Ежедневный плен,

Форт моей души.

Армия из взглядов твоих

вытащила сердце на свет

Неудержимым притяжением

Из тюрьмы.

Не знаю, нужно ли тебе мое рваное сердце,

Но мне некуда деться,

некуда деться.

Я уже понял, без тебя мне никогда не согреться,

Мое глупое сердце,

на всех мегаГерцах

Уже об этом стучит.

Не молчи.

"Когда это было записано?"

Она открыла свойства файла, посмотрела дату — двадцать девятое, десять сорок семь… ее день рождения. Задолго до того, как они начали открыто говорить о своих ненормальных чувствах.

Светом в моей темной ночи

Ты пришла без всяких причин -

Еженощный сон,

Фатум надо мной.

А теперь мелодией струн

я оставлю след в тишине

Неуловимым очертанием

Имени.

Стеф замерла, остановила воспроизведение и открыла браузер, нашла текст этой песни на каком-то фанатском сайте, убедилась, что ее догадка верна — кто-то любезно выделил первые буквы строчек каждого куплета. В ленте обсуждений было сто с копейками страниц, поначалу фаны удивлялись и строили предположения, были даже фотки какой-то другой Стефани с "Талант-Тина", в более поздних комментариях появились ссылки на блог того самого "авторитетного источника из съемочной группы", их со Стивеном фотки, которых Стеф вообще не помнила, какие-то смелые заявления.

"Почти месяц назад… неужели я тебе тогда уже нравилась? Черт, дружище, почему ты молчал так долго, мы могли бы…

Ну? Чего могли бы? Поздно уже думать об этом, зачем я вообще это слушаю…"

Она закрыла сайт и опять открыла проигрыватель. Поколебалась пару секунд и включила.

Не знаю, нужно ли тебе мое рваное сердце,

Но мне некуда деться,

некуда деться.

Я уже понял, без тебя мне никогда не согреться,

Мое глупое сердце,

на всех мегаГерцах

Уже об этом стучит.

Не молчи.

Стоила ли свечек игра?

Только не поставить бы все.

Если здесь наш старт,

Финиш — в облаках.

Ангелы со взглядом убийц

дар-проклятье мне принесли -

Неугасимое сияние

Истины.

Начался проигрыш, Стеф вздохнула и потерла лицо, опять потянулась остановить песню, опять не решилась.

"Мне иногда кажется, что ты пророк, друг мой. Почему-то все всегда выходит именно так, как ты говоришь, можно вспомнить десяток ситуаций, когда я тебя не послушала и поплатилась за это.

Дар-проклятье… Неужели ты уже тогда знал, что все плохо кончится для нас обоих? Почему же тогда так настойчиво продолжал ломиться в мое сердце, не замечая моего сопротивления?"

Я видел, как выл на луну кто-то серый,

Я знаю, что жизнь нас заставит не раз

Платить по счетам

напряжением в нервах,

Но не сейчас,

прошу, не сейчас.

Я может быть тоже не лучший, не первый,

И может, не стою — прости, если так.

Но все же, как сильно мне

хочется верить,

Что буду с тобой

не только в мечтах.

"У него тут такой голос, как будто он это прошлой ночью записывал, а не месяц назад."

Она посмотрела на время, подумала, что им все выходные сниматься вместе, обреченно потерла лицо и уткнулась в подушку.

Возьми, прошу, себе мое рваное сердце,

Ведь мне некуда деться,

некуда деться.

Я уже знаю, без тебя мне ни за что не согреться,

Мое глупое сердце,

на всех мегаГерцах

Давно об этом стучит.

Не молчи, не молчи, не молчи…

Она выключила песню, вытащила наушники и сунула в сумку, приготовленную для поездки. Достала из тумбочки и надела крест, поставила будильник на пятнадцать минут третьего, закрыла глаза. В голове шумели все сегодняшние песни, перетекая одна в другую, почему-то заиграла "Yоu'rе bеаutiful", исполненная голосом Стивена. Замелькали кадры их съемки, дама в розовом, недовольный главный звукарь, грустно улыбающаяся Мари…

Звонок телефона она услышала только с третьего раза, протерла глаза и взяла трубку — сообщения. Все три от Стива.

"Шел мимо твоего окна, заметил, что свет не горит. Ты там не проспала?"

"Не молчи."

"Эй, если не ответишь, я пойду колотить в дверь, мы можем из-за тебя опоздать."

Она глянула на время и вздрогнула — без пятнадцати три. Сорвалась с постели, радуясь, что заранее собрала сумку, провела по волосам расческой, очень тихо вышла из комнаты и побежала к парковке. Все уже были в сборе — водитель, дама в розовом и Стивен, он как раз укладывал свою сумку в багажник. Окинул Стефани недовольным взглядом, взял из рук сумку и положил к своей, закрыл и молча сел на заднее сидение. Водитель открыл дверь для Стеф, потом усадил Эмили, завел машину и выехал на трассу. Они перекинулись парой дежурных фраз, дама на переднем сидении объявила, что собирается спать, и устроилась поудобнее, заставив всех заткнуться. Стивен невозмутимо достал наушники и изобразил сон, Стеф уставилась в окно, но через минуту тоже задремала.

* * *

 

ГЛАВА 6, 58й день съемок

суббота, 20 июля, 58й день съемок, 12/13 лунный день

— Стеф, подъем, — его голос звучал очень мягко, она с трудом приоткрыла один глаз и хрипло спросила:

— Приехали?

— Нет еще, — Стивен улыбнулся с извиняющимся видом и кивнул куда-то вперед: — Я просто хотел тебе кое-что показать.

— Что? — она протерла глаза и выровнялась, размяла затекшую спину. — Сколько времени?

— Часов пять, солнце недавно взошло, — он внимательно смотрел на совершенно пустую дорогу, петляющую между лесистых гор. — Смотри, сейчас.

Стефани послушно вперила сонный взгляд в серую ленту дороги, но через секунду распахнула глаза во всю ширь. Из придорожных кустов выскочил какой-то мелкий грызун с кисточкой на хвосте и бросился через дорогу длинными прыжками, водитель притормозил, но зверек до своей цели так и не добежал. С неба внезапно упал здоровенный черно-белый орел, сцапал грызуна когтями и опять взмыл вверх. Водитель ахнул, провожая взглядом уносящийся крылатый силуэт на фоне светлеющего неба, Стефани протерла глаза и обернулась к Стивену, не зная, что сказать. Он молчал и загадочно улыбался, она открывала рот, пытаясь найти слова.

— Вот это да, — полуобернулся к ним водитель, — нечасто такое увидишь. Я думал, такие здоровенные только в заповедниках остались.

— Да, — тихо ответила Стеф, продолжая удивленно смотреть на Стивена, одними губами прошептала: — Как?

Он с улыбкой пожал плечами, развел руками:

— Вот так как-то. Ложись спи дальше, нам еще долго ехать.

Опять сунул в уши музыку и сложил руки на груди, закрыл глаза, показывая, что разговор окончен. По его губам продолжала бродить загадочная полуулыбка, Стеф потерла лицо и тоже откинулась на спинку.

"Откуда он знал? Как?"

От мыслей кружилась голова. Она закрыла глаза и пообещала себе подумать об этом позже.

* * *

Когда ее разбудили во второй раз, они уже прибыли на место съемок. Едва выйдя из машины, Стефани округлила глаза — она никак не ожидала, что будет задействовано столько народу. Живописный участок пляжа метров пятидесяти длиной был оцеплен охраной, внутри оцепления стояло несколько фургонов с техникой, десятки людей в форменной одежде расставляли оборудование, раскладывали бесчисленные провода, строили какие-то помосты и навесы. У кромки воды сидели на камнях парни в водолазных костюмах с баллонами, что-то яростно обсуждая.

— А водолазы зачем? — непонятно у кого спросила Стеф, ей ответила Эмили, бодренько выскакивающая из машины:

— Для подводной съемки, конечно, — схватила Стефани за руку и указала на один из фургонов: — Вон там тебя ждут, давай, поторопись. И вот это отнеси.

Стеф взяла протянутый пакет, хотела еще что-то спросить, но дама в розовом уже тащила за руку Стивена, что-то ему тараторя. Приоткрыв пакет, она узнала бордовый сверток и пошла к указанному фургону. На пороге ее встретила красотка, неприятно напоминающая Бетти своим коронным взглядом, в котором читалось: "О мой бог, с чем мне приходится работать… Ну ничего, я сделаю из тебя конфетку" Стефани обреченно поздоровалась и протянула ей пакет, готовясь к худшему.

Спустя бесконечность времени "худшее" закончилось и она стояла перед зеркалом, пытаясь понять, нравится ли ей то, во что ее превратили — образ кислотно-яркой красотки ей еще не доводилось примерять ни разу. Звезду на заднице без вопросов закрасили, волосы немного завили и взбили в пышную копну, макияж был под стать дюжине разноцветных тончайших полосок ткани, которые налепили на ее белый купальник в самых разных местах, на ногах пока были родные туфли, но сниматься ей предстояло босиком. В бикини было холодно, поэтому ей дали теплый халат, смотревшийся со всем этим шелковым беспределом просто чудовищно. Визажистка продолжала мазать и пудрить ее, нанося последние штрихи, когда в фургон ворвалась Эмили, с порога отпустила пару ругательств в пространство и обессиленно рухнула на диван, схватившись за виски. Пудрящая Стефани женщина понимающе покосилась за плечо, насмешливо спросила:

— Все так плохо?

— Просто предел, — прошипела та, не отнимая рук от лица. — Меня предупреждали, что Эванс невыносим, но я не ожидала, что он невыносим настолько.

Стеф помялась, решая, ее ли это дело, потом тихо спросила:

— Что-то не так?

— Все не так, — рыкнула женщина, рывком выпрямляясь и швыряя на диван какую-то папку. — Он отказывается сниматься. Нашел время. Дотянули, твою мать, до последнего, а теперь выясняется… — Она глубоко вздохнула и сжала подлокотники, пытаясь взять себя в руки, уже тише продолжила: — Его менеджер пообещал все уладить, но по телефону ему это как-то не удалось. Он сказал, что приедет, как только сможет, но ему ехать только от аэропорта полдня, тут смысла нет. — Она согнулась в кресле и запустила пальцы в волосы, сминая укладку, Стефани еще более осторожно спросила:

— А что ему не нравится?

— Все ему не нравится. Абсолютно все — костюм, сценарий, концепция, все, — Она покачала головой, медленно вздохнула, осмотрела Стефани с ног до головы и ее лицо внезапно смягчилось, голос стал спокойным и вкрадчивым: — Слушай, Стефани… а может, ты с ним поговоришь? Вы друзья, вместе уже работали, ты должна знать, как его успокоить.

Стеф фыркнула и иронично закатила глаза:

— Успокоить? Я вас умоляю, это Эванс. Он псих, единственный способ его успокоить — это сделать все так, как он хочет, и ему плевать, с какого раза у вас это получится.

— Очень тонко подмечено, — раздался из-за двери ядовитый голос Стивена, а через секунду в проеме появился он сам, в таком виде, что у Стеф на время отнялся язык.

Первым, что бросалось в глаза, был голый торс, прикрытый только многочисленными разнокалиберными цепями, потом она заметила, что куртка на нем все-таки есть, кожаная и непроглядно-черная, но она так пошита, что застегнуть ее невозможно — воротник начинался почти у рукавов. На рукавах болталась длинная бахрома и цепи, несколько тонких цепочек украшали странно уложенные волосы и высокие черные ботинки, в которые были заправлены облегающие серые штаны с широким поясом.

Стеф с трудом отвела взгляд и подобрала челюсть, Стивен криво улыбнулся и тронул пальцами воротник, с сарказмом ухмыльнувшись:

— Как тебе? Круто, да? Подходит под мою песню, охренительно подчеркивает основную идею. — Он подошел к Стеф и резко отодвинул ее руку, которой она придерживала пояс. — А тебя во что обрядили? — Распахнув полы халата, он на миг замер, Стефани со страхом смотрела в его глаза, чуть расширившиеся в первую секунду, а потом опасно сузившиеся. Его лицо окаменело, налившись холодной яростью, он медленно обернулся и прошипел:

— Это что?

Эмили нервно поправила волосы, как будто не знала, куда деть руки, пожала плечами:

— Костюм…

— Мне показывали другой костюм, — прорычал Стивен, — и говорили, что купальник только для подводной съемки. Где красное платье, которое мне показывали?

Женщина кивнула на мирно лежащий на столе сверток:

— Оно для павильонных съемок. — Она поморщилась и нервно крикнула: — Я не виновата в том, что тебе сказали не все. Сейчас уже поздно выделываться, время идет. Нам пора начинать снимать.

— Вам пора — вы и начинайте, — огрызнулся он. — Я в этом дерьме сниматься не буду, — он кивнул на Стеф, испуганно кутающуюся в халат, — и она не будет. Или ищите другой костюм, или пакуйте оборудование.

— Да как ты не поймешь? — патетично воздела руки Эмили, — сейчас в любом клипе должна быть обнаженка, в любом. Иначе его просто не поставят в ротацию.

— У нас есть кадры в воде, — он хмуро сложил руки на груди, Эмили качнула головой:

— Этого мало.

— Выкручивайтесь как хотите, — фыркнул он, повернулся, чтобы уйти, но столкнулся в дверях с ассистенткой режиссера, которая молча протянула ему мобильник и сразу убежала. Парень посмотрел на трубку так, словно она была отвратительным насекомым, Стеф напряглась, ощущая внутри острое желание бежать отсюда, пока не рвануло.

— Я слушаю, — спокойно сказал Стивен, каменея еще сильнее, сжимающие трубку пальцы побелели от напряжения. Он молчал, из динамика раздавался плохо слышный искаженный голос. Стефани перевела взгляд на Эмили, на лице которой бессильная злость понемногу сменялась облегчением. Голос Стива проскрипел металлом по нервам: — Я понял.

Он очень аккуратно захлопнул телефон и положил его на стол. Поднял взгляд на улыбающуюся Эмили и явно сдерживая рвущийся наружу рык, очень тихо сказал:

— Ищите мне майку и снимаем. — Женщина радостно подхватилась и выбежала из фургона, Стивен поднял тяжелый взгляд на визажистку, мнущуюся у зеркала: — Ты закончила? — Она пожала плечами, он кивнул на дверь: — Оставь нас.

Женщина обиженно фыркнула и бросила на стол кисточку, скривилась и вышла, громко хлопнув дверью. Стеф сжалась, не зная, чего ожидать, парень медленно выдохнул и сел на диван, не глядя на нее, сполз по спинке, прикрыл глаза и похлопал по сиденью рядом с собой:

— Иди сюда. — Она медлила, он приоткрыл один глаз и устало прошептал: — Слушай, хоть ты не начинай, а? Тебе сложно?

Стеф плотнее запахнула халат и подошла, села рядом, он опять закрыл глаза и нащупал ее руку, мягко сжал, продолжая молчать. Она не знала, что сказать, поэтому тоже откинулась на спинку и уставилась в потолок, чувствуя как его пальцы мнут ее ладонь. За стеной раздавались нервные голоса и топот, гремел металл, шумело море. Стефани закрыла глаза и попыталась выделить из этой какофонии дыхание Стивена, нашла и попыталась слушать только его.

— Мне правда говорили, что у нас будут другие костюмы, — вдруг тихо сказал он, Стеф мягко ответила:

— Тот, что на тебе сейчас, тоже неплохо смотрится.

— Этот… — он нервно сжал ее ладонь, сцепил зубы, сдерживая ругань, потом выдохнул и тихо ответил: — Я не хочу уподобляться попсовым мотылькам-однодневкам, которые в клипах тусят с полуголыми моделями и сверкают смазливыми мордочками и химическими мышцами, стараясь своей яркостью приправить безвкусную песню. "Скажи" не для этого, понимаешь? Я не хочу этой приторностью забить смысл песни. И вообще, я во всех контрактах особо подчеркиваю, чтобы не было никакой пошлятины и обнаженки. — Он отпустил ее руку и потер виски, обреченно прошептав: — Я не знаю, почему Джо меня в этот раз так подставил.

— Может, у него не было выбора, — пожала плечами Стеф. Стивен глубоко вдохнул и медленно выдохнул, уронил руки на диван, медленно покачал головой, глядя в потолок. Потом повернулся к Стефани и попытался улыбнуться:

— Пообещай мне одну вещь. Если я когда-нибудь еще раз решу напиться, собери все свои силы и дай мне по морде.

— Лучше я покажу тебе то, что мы сегодня снимем, — фыркнула она, он скривился и качнул головой:

— Беспощадная женщина. — Решительно выдохнул и рывком поднялся, встряхнулся как пес, протянул ей руку: — Пойдем, покажем им всем, что нас так легко не сломить.

Стеф улыбнулась и взяла его руку.

* * *

Солнце стояло в зените, немилосердно выжаривая из кожи влагу, их обоих постоянно терли, мазали и пудрили, но это не спасало от жары и бьющего в глаза солнца. На этот раз они застряли на сцене, в которой Стефани подбрасывала вверх два длинных куска ткани, они должны были красиво развеваться на ветру и зрелищно опадать вниз. Но переменчивый ветер, неожиданно налетающий каждый раз с новой стороны, игнорировал все усилия толпы рабочих, пытающихся его укротить всеми доступными средствами. В сцене была только Стефани, Стивен сначала смотрел, потом устал жариться на солнце в своих кожаных рукавах и куда-то ушел. Спустя полчаса отпустили и Стеф, режиссер дал час на отдых и подготовку к купанию, чему все были дико рады — бирюзовые волны манили прохладой.

С нее сняли лишние полоски ткани, оставив только купальник, и указали на один из маленьких фургонов, в котором можно перекусить и отдохнуть. Едва войдя, она несказанно кайфанула от потока воздуха из кондиционера, осмотрелась, увидев свернувшегося на длинном заднем сидении Стивена, невольно улыбнулась и отвела взгляд. Открыла холодильник, провела равнодушным взглядом по штабелям пиццы и бутербродов, взяла банку йогурта, села на такое же сидение возле холодильника. Глаза опять упорно поползли в его сторону, Стеф воровато оглянулась по сторонам, убеждаясь, что никто ее не видит и никто сюда не идет. Встала, пересела поближе.

"Я не имею права быть с тобой, но смотреть мне никто не запрещал… Конечно, это здорово помешает мне в деле избавления от Проблемы № 1, но ведь новая жизнь начинается только с понедельника, у меня еще целых полтора дня."

Она прижала холодный йогурт к щеке и стала изучать лицо спящего парня. И сразу заметила, что оно совсем не умиротворенное — брови хмурились, мышцы челюсти еле заметно напрягались, ресницы подрагивали.

"Тебе снится что-то плохое?"

Она сочувственно потянулась к нему рукой, но замерла, понимая, что если он проснется, будет очень неудобно. Привлекать к делу свою особую силу тоже было страшно — после размышлений в парке она вообще боялась ею пользоваться. Стеф задумалась, потом просияла и метнулась в соседний фургон, достала из своей сумки крест, вернулась и осторожно положила его рядом со спящим парнем. Его напряженное лицо понемногу расслабилось, заставив ее удовлетворенно улыбнуться, она сбросила туфли, поудобнее уселась у стены и открыла йогурт. Было тихо и прохладно, монотонный шум на улице успокаивал, она не заметила, как сама отключилась.

А проснулась от прикосновения холодного металла к коже, резко распахнула глаза, вздрогнула и вжалась в сиденье, увидев совсем рядом лицо Стивена. Он понимающе улыбнулся и отодвинулся, протягивая ей крест:

— На, сама надевай, — почесал затылок и виновато поджал губы, — надо было его погреть, я не додумался.

— Да ладно, уже пора вставать, наверное, — она зевнула и взяла протянутый крест, перевернулась на бок, прижимая его к груди, но через минуту открыла глаза — спать уже не хотелось.

Стивен сидел напротив, задумчиво глядя на нее, кивнул на крест:

— Чего сразу не надела?

— Тебе снилось что-то плохое, — она отвела взгляд, пряча смущение, — я подумала, что должно помочь.

— Плохое? — он понурился и задумчиво прикусил губу, — плохое это плохо.

"О чем это ты, друг мой?"

Она внезапно вспомнила пикирующего на дорогу орла и спросила:

— Откуда ты узнал про птицу?

Стивен загадочно улыбнулся и как-то очень грустно посмотрел на нее:

— Это долгий разговор. Вечером расскажу, если время будет.

Она хотела еще что-то спросить, но их позвали с улицы.

"Быстрей бы вечер."

Стеф нервно сжала кулаки и пошла работать.

* * *

Съемки под водой изматывали ничуть не меньше, чем скачки по пляжу под палящим солнцем — там хотя бы было, чем дышать. В прозрачной воде, пронизанной ярким светом, плавали длинные полоски разноцветной ткани, двое водолазов постоянно носились вокруг и раскладывали их в переменчивой массе воды так, как хотелось режиссеру, плавающему тут же в маске и с грузом на поясе. Маску Стеф держал инструктор, она старалась постоянно держать его в поле зрения — так было гораздо спокойнее. В очередной раз выписав замысловатый пируэт между струящимися лентами, она дождалась сигнала об окончании съемки и показала жестами, что устала и плывет наверх. Глотнув свежего и соленого воздуха, она почти почувствовала себя счастливой, улыбнулась отдыхающему водолазу, который помог ей выбраться на надувной пирс, осмотрелась. На берегу готовились к съемкам сцен Стивена — на камнях раскладывали полосы черной воздушной ткани, крепили к его костюму. Стеф поморщилась и отвернулась — ей тоже не нравилась концепция, но ее мнения никто не спрашивал.

Весь клип строился на контрасте между ними двумя — цветной и радостной Стеф и черно-металлическим хмурым Стивеном. Она на пляже танцевала и смеялась, играя с цветными лентами, которые трепал ветер, Стивен — боролся с ураганом, который создавался здоровенным вентилятором с метровыми лопастями. С тыльной стороны стоял специальный человек, который сыпал на эти лопасти цветную пыль и кусочки яркой бумаги, это все летело на Стивена, который в процессе должен был еще и на гитаре играть, такой же черной и лакированной, как и он сам.

Под водой от нее тоже требовалось улыбаться и баловаться с лентами, обвивающими ее тело и висящими в воде, поначалу ей даже понравилось. А от Стивена, наверное, опять будут добиваться агонии и страданий — он был в черной рубашке и кожаных штанах, в ботинках, на руке даже часы были. Стилистка носилась вокруг него с иголкой, пришивая к спине черную ткань, которая вкупе со зверским выражением лица делала его похожим на какую-то очень мрачную бабочку-людоедку. Наконец они закончили, Стивен медленно пошел по качающемуся пирсу, за ним три человека несли метров пять черных покоцаных "крыльев". Подойдя вплотную к Стеф, парень изобразил кривую саркастичную усмешку и спросил:

— На кого я похож?

— На медузу апокалипсиса, — фыркнула Стефани, он прыснул и брезгливо приподнял пальцами цветную ленту, обвивающую ее запястье:

— Стрекоза элэсдэшная.

Она подозрительно наморщила лоб и протянула:

— Что-то у тебя все сравнения какие-то наркотические. С чего бы?

Он напрягся, пожал плечами и отвернулся:

— Просто к слову пришлось. Работаем?

Стеф понимающе улыбнулась и соскользнула в воду. Это была первая сцена сегодня, в которой они снимались вместе. Она старалась не думать об этом, но все равно подсознательно ожидала того самого обещанного Бэт "кусочка секса"… и была даже немного разочарована, когда от них потребовали только взяться за руки и медленно отпустить. Это была ее последняя сцена в воде, больше ее никто не задерживал, Стеф с радостью выбралась наверх, переоделась и устроилась в машине спать.

Когда ее разбудили, солнце уже садилось, водолазы вытаскивали на берег оборудование, разбирали плавучий пирс. Стефани опять одели в сухой купальник и те же цветные тряпки, с которых все начиналось. Выйдя на площадку, она увидела мокрого Стивена, мелко дрожащего под одеялом со стаканом кофе, режиссер подозвал их обоих и стал объяснять, что от них требуется в последней на сегодня сцене. И чем больше он говорил, тем сильнее мрачнел Стив. Речь шла о встрече двух противоположностей, которые весь клип стремились друг к другу и наконец дорвались. Режиссер распинался о том, что они должны показать страсть, неудержимое стремление навстречу, жажду обладания…

Стефани опасливо отодвинулась от скрипящего зубами Стивена, который с трудом дослушал вдохновенный монолог и коротко рыкнул:

— Хватит. Хватит опошлять мою песню притянутым за уши сексом, его там нет и не будет.

— Мальчик мой, — ядовито скривился режиссер, похлопывая по колену папкой, — с того момента, как ты подписал контракт, и до того момента, как я посчитаю, что выполнил свою работу, я и только я решаю, что тут будет. А твое дело — играть. В противном случае тебе придется продать половину своих органов для того, чтобы оплатить день работы всех этих людей. — Он свысока покивал, глядя на сопящего от злости парня. — За работу, солнце скоро сядет.

Стивен закрыл глаза и выдохнул, играя желваками, резко развернулся и пошел к месту съемки. Стеф догнала его, сочувственно толкнула плечом и очень тихо сказала:

— Не парься, потянем время. Сыграем как хочешь ты, а потом будем тупить и изображать тугих — все равно времени мало, при плохом свете они снимать не будут.

Парень остановился и с подозрением посмотрел на нее, прищурился:

— Саботаж?

Она поиграла бровями, невинно поджала губы:

— Вольная трактовка указаний. — Он фыркнул, она понизила голос: — Как ты хочешь это сыграть?

— Не пошло, — рыкнул он, нервно осмотрелся, сунул руки в карманы. — Понимаешь, так, как будто… ну ты же слышала песню. По сценарию мы тут изображаем двух идиотов, которые друг друга любят, но никак не могут словиться, а теперь мы вроде как встретились, ну и… — он замялся, их позвали с площадки, Стив выровнялся и медленно пошел, напоследок угрюмо буркнув: — Главное — без пошлятины.

— Хорошо, — она кивнула, внутренне собираясь и готовясь.

Когда режиссер увидел их рядом, то сначала попросил Стеф подняться на цыпочки, потом ей быстренько построили низкий помост из ящиков, позволяющий сократить разницу в росте так, что ей практически не приходилось задирать голову для того, чтобы посмотреть в его глаза. Вся сцена состояла из короткого движения навстречу друг другу и замирания практически нос к носу. Снимали крупный план, Стефани старалась не подать вида, насколько ее это смущает. Прямой взгляд Стивена заставлял сердце биться часто и сильно, дыхание прерывалось, она дубль за дублем пыталась с собой совладать и успокоиться, но результат не нравился ни Стиву, ни режиссеру. Когда он в очередной раз распинался, описывая те чувства, которые хочет увидеть, Стивен тихо позвал ее, прикоснувшись к руке чуть выше локтя:

— Стефани, — она вздрогнула от прошившего руку разряда, подняла взгляд, тут же опустила, чувствуя как его пальцы проводят горящую дорожку до плеча, по шее, мягко гладят ее щеку. Он наклонился к ее уху, зарываясь лицом в пышные волосы, зашептал, пуская по шее мурашки: — Успокойся и соберись, скорее всего, это будет последний дубль. Дыши медленно и глубоко, слушай море… Хорошо, — она почувствовала щекой его улыбку и не смогла сдержать свою. — Отлично. А теперь возьми меня за руку.

— Зачем? — тихо ответила она, — все равно не видно будет…

— Возьми, так надо. — Она нащупала его руку, ледяную и дрожащую, сжала в инстинктивной попытке согреть. Он опять улыбнулся: — Закрой глаза. Представь, что ты в тишине и в темноте, сделай шаг назад, — она отступила, он стал одной ногой на ее ящик, продолжая прижиматься щекой к ее щеке. — Сейчас я отодвинусь, ты откроешь глаза и медленно сделаешь шаг ко мне, а я — к тебе. Не отпускай мою руку и ни на что не смотри, только на меня. Смотри мне в глаза и представляй, как я протягиваю тебе солнце, а ты его берешь.

В следующее мгновение он отодвинулся, а она сжала зубы, пытаясь взять себя в руки. Медленно открыла глаза, увидела на его лице мягкую улыбку, такую нежную, что сердце защемило от невыразимого желания подарить ему всю радость, которая только есть на земле… Он мягко потянул ее к себе за руку, она сделала медленный шаг вперед.

Их лица становились все ближе, его глаза притягивали и звали, магия его гипнотического голоса понемногу рассеивалась…

"Ты протягиваешь мне солнце… а я не имею на него права."

…и Стеф захлестнуло горчащее чувство вины, заставившее в последний момент с болью закрыть глаза и опустить голову. Она услышала тяжелый выдох Стивена, сжимавшие ладонь пальцы дрогнули и отпустили ее руку, оставив после себя саднящее чувство невосполнимой потери. Где-то совсем рядом ахнула женщина, Стеф вздрогнула, вспомнив, что они тут, вообще-то, не одни — вокруг толпится несколько десятков людей. Подняв испуганный взгляд на режиссера, она увидела на его лице шок и легкое смущение, но через секунду он взял себя в руки и хмуро буркнул:

— Снято, мать вашу… Собираемся.

Люди зашумели, стали расходиться, стилистка схватила Стеф за руку и потащила к фургону, молча и как-то неуверенно пряча глаза.

"Они все это видели. Боже, как стыдно…"

Оглянувшись через плечо, она рассмотрела Стивена, которого опять завернули в одеяло и повели в другой фургон, он смеялся и громко разговаривал с костюмером.

"Ладно, возьмем себя в руки и сделаем вид, что так и было задумано. Все порядке, это просто съемки."

* * *

Солнце почти село, сумерки скрадывали очертания скал, ветер с океана стал холодным. Стефани не спеша шла по пляжу, все замедляя шаг — ей нравилось то, что она видела, хотелось посмотреть на эту картину подольше. За спиной рабочие паковали оборудование, машины по очереди выезжали на дорогу и устремлялись в сторону города, все суетились и шумели… а впереди было только небо и краешек солнца, укрытого пурпурными полосами облаков, только тихий плеск волн, разбивающихся о крупные камни, только сидящий на этих камнях одинокий сгорбленный силуэт.

Она почти остановилась, не дойдя до него пары метров, но потом взяла себя в руки и сделала последние шаги, с независимым видом села рядом и протянула ему куртку. Стивен чуть улыбнулся и снял наушники, набросил куртку на плечи:

— Спасибо. Уже пора?

— Через десять минут выезжаем, — она уставилась в горизонт, пытаясь скрыть вдруг одолевшее смущение, парень шутливо толкнул ее плечом:

— Все в порядке?

— Устала, — поморщилась она, помялась, понизила голос, — ты обещал мне кое-что рассказать вечером.

— А уже вечер? — он с притворным удивлением осмотрелся, — надо же, действительно, — потер затылок, взлохматив мокрые волосы. — А что я должен был рассказать? Что-то про птичку?

— Про птичку, — криво улыбнулась Стеф, — и про то, откуда ты так много знаешь о том, что еще не случилось.

— Заметила, значит, — довольно улыбнулся он, опять повернулся к морю. — Понимаешь, Стефани… в мире бывают такие вещи, которые очень сложно объяснить, — он на миг скосил на нее глаза и фыркнул в пространство: — Кому я рассказываю? Ты это лучше меня знаешь… В общем, попытайся поверить в то, что я скажу, не меряя это рамками нормальности, ладно?

— Я попытаюсь, — она настороженно покосилась на него, Стивен задумчиво похрустел пальцами и спросил:

— Знаешь, что такое дежавю? — Она кивнула, он продолжил: — Бывает у тебя?

— Пару раз было, — девушка пожала плечами, — давно, еще в детстве. А что?

— Я говорил с многими людьми об этом, все говорят, что у них это проявляется как ощущение, что ты уже был в этой ситуации и видел все то, что происходит, — он помолчал и повернулся к ней, — но никто не мог сказать, что будет в этой ситуации дальше, — Стеф смотрела на него, все больше округляя глаза, Стив хитро улыбнулся, — а я могу.

— Ты хочешь сказать, что видишь будущее? — недоверчиво прищурилась она, он склонил голову на бок:

— Я вижу сны и почти сразу их забываю. Это не только и не столько будущее… просто иногда так бывает, что я что-то точно знаю, на сто процентов. Хотя, если логически порассуждать об источниках моей уверенности, то получится, что я взял это с потолка. Но в результате все выходит именно так, как я знаю. Поэтому я всегда настаиваю на своем, когда уверен, — он иронично закатил глаза, — а люди думают, что я просто упрямый и самоуверенный тиран.

— Потому что ты и есть тиран, — развела руками Стеф, — упрямый и самоуверенный. И думаешь, что все вокруг такие же железные, как и ты.

Он перестал улыбаться и отвернулся, утопил взгляд в горизонт. Медленно глубоко вдохнул, опустил голову, выдохнул и вдруг прямо посмотрел в ее глаза, чуть качнул головой и очень тихо сказал:

— Я не железный, Стефани.

Она вздрогнула от пробежавших по позвоночнику мурашек, дыхание перехватило в груди — столько боли было в его голосе. Она хотела отвести глаза, но его прямой и открытый взгляд не отпускал, продолжая притягивать как магнитом. Его губы дрогнули в ироничной горьковатой улыбке, как будто он говорил ей то, что она понять не в состоянии, и прекрасно знал об этом. В этот миг он выглядел таким уязвимым, что Стеф ощутила жгучее желание прижать его к себе и до утра говорить только о том, как много он для нее значит. Мигом испугалась этой мысли и закрыла глаза, опуская голову. Его ироничный шепот опять всколыхнул тишину:

— Маленькая демонстрация способностей, самое время. — Она удивленно распахнула глаза, он уже успел опять натянуть маску веселого непробиваемого циника, щелкнул пальцами и указал на воду, провозгласив: — Рыбка, — Стеф резко развернулась в сторону океана, успев увидеть играющую рыбу, высоко выпрыгнувшую из воды. Стивен в этот момент криво улыбнулся и еще раз щелкнул пальцами, указав за спину: — Ящик, — Раздался грохот и ругань, обернувшись, она увидела нескольких грузчиков, склонившихся над здоровенным развалившимся коробком. — Ну и наконец, гвоздь программы, — парень взял ее за воротник и наклонился к самому уху, прошептал: — Положи голову мне на плечо.

— Что? — Стеф непонимающе отшатнулась, но в следующую секунду удивленно распахнула глаза, услышав за спиной голос Эмили:

— Стефани, положи ему голову на плечо, пожалуйста.

— Что? — она обернулась, увидев как женщина пробирается поближе к ним, неуклюже оступаясь на камнях. Эмили нашла ровный участок и присела, тщательно прицеливаясь в них объективом:

— Офигенный кадр, — довольно улыбнулась и с мягким нажимом повторила: — Голову на плечо, Стефани, будь добра.

— Твою мать, — прошипела Стеф себе под нос, отворачиваясь и прижимаясь виском к пахнущему новой кожей плечу, Стивен тихо рассмеялся, похлопал ее по колену:

— Нелегкий труд звезды, привыкай.

За спиной защелкал затвор камеры, Стеф закрыла глаза, глубоко вдохнула, пытаясь выделить из богатого букета ароматов вечернего пляжа запах Стивена. Не получалось — новая куртка забивала все остальное, заставляя Стеф нервно морщиться. Эмили довольно провозгласила:

— Первый день съемок объявляется закрытым. Разбегаемся по машинам, едем на студию. У вас есть отличная возможность поспать в фургоне, в котором отдыхали днем, еще там есть еда и кондиционер.

— Отлично, — Стивен хищно улыбнулся и поднялся, подал Стеф руку, — я голодный, как волк, — Она поймала его взгляд и лицо на миг обдало жаром, но она очень постаралась это скрыть. Сунула руки в карманы, сжала в кулак ладонь, еще помнящую его прикосновение. Рванулась к машине следом за Эмили, но парень придержал ее за рукав, многозначительно приподняв брови:

— Мы не договорили, — потянул ее в сторону уже заводящегося фургона, махнул рукой Эмили: — Мы сюда.

Она кивнула с понимающей улыбкой, села в машину, почти сразу уехала. Стивен добуксировал Стеф, захлопнул дверь, кивнул в окошко водителю и их машина тоже тронулась. Стефани окинула взглядом маленький фургон — здесь стало гораздо теснее, всюду громоздились коробки и свертки, но к длинным задним сидениям пройти еще можно было. Парень отпустил ее рукав, пробрался к холодильнику, стал увлеченно там копаться. Стеф вздохнула и протиснулась мимо него, села у стены, открыла зашторенное окно. Мимо проносились еле различимые в темноте скалы, в стекле отражалось ее лицо, бледное и усталое.

— Держи, — Стив бросил ей на колени запаянный в полиэтилен бутерброд, сам сел напротив и вгрызся в большую пиццу, вторую положив рядом. Стеф задумчиво посмотрела на бутерброд, по привычке считая себя не голодной, но довольное урчание Стивена, со зверским удовольствием раздирающего зубами свою пиццу, подействовало на ее аппетит весьма возбуждающе.

"Ему нужно сниматься в рекламе чего-нибудь вкусного. Он умудряется есть всякую незамысловатую ерунду с таким кайфом, как будто это самая лучшая еда в мире."

Она невольно заулыбалась, украдкой глядя, как парень увлеченно облизывает пальцы и срывает упаковку со второй пиццы. Поняла, что дико хочет есть, и тоже распаковала бутерброд, на пробу откусив маленький кусочек. Организм отнесся к этому решению весьма благосклонно и она сама не заметила, как в руках осталась только пустая пачка. Подняв взгляд в поисках мусорной корзины, она увидела Стивена, с улыбкой наблюдающего за ней.

— Что? — смутилась Стеф, парень замотал головой и улыбнулся еще шире:

— Ничего. Просто давно не видел, чтобы ты нормально ела. — Он взял у нее пакет и встал, пошел выбрасывать, вернулся с бутылкой воды и чуть смущенно добавил: — Ходили даже слухи, что ты на диете.

— А слухи про мою анорексию не ходили? — фыркнула Стеф, — я бы не удивилась. У нас в школе сочинять слухи, похоже, любимое развлечение каждого второго. Вспомни, какие про нас с тобой слухи ходили.

— Ну, — он пожал плечами и окинул ее хищным взглядом с ног до головы, пробормотал: — Они были небеспочвенны…

Стеф опять бросило в жар, она взяла у него из рук бутылку, пытаясь скрыть смущение занятостью, попыталась открыть и не смогла. Стивен тихо фыркнул, дотянулся и отвинтил крышку, иронично приподняв брови:

— Силы нет? Каши мало ела? Хотя, знаешь, глядя как тебя в последнее время кормят с ложечки, я понимаю, почему ты так похудела. Если бы меня кормил этот слащавый павлин, непрерывно сюсюкая и не давая в руки вилку, меня бы сразу стошнило. Не знаю, как ты до сих пор держишься, — он ухмылялся, явно ожидая агрессивной реакции, Стеф медленно выдохнула и молча отвернулась к окну. Стивен криво улыбнулся и добавил еще более ядовито: — Он, наверное, все так делает — медленно, аккуратненько, по чуть-чуть, как девочка. И целуется, наверное, точно так же, да?

"Если сравнивать с тобой, то да. Но с тобой нельзя сравнивать."

Она невольно вспомнила их первый поцелуй, жадный и страстный, задержала дыхание, криво улыбнувшись — первый поцелуй лежа, у нее ни с кем такого не было.

— А в постели он тоже приторно-сладкий и предупредительный, как вышколенный швейцар?

Яда и злости в его голосе становилось все больше, Стеф болезненно сжала виски и тихо выдохнула:

— Хватит. Зачем ты это говоришь?

— Провоцирую тебя, — с вызовом подался к ней Стивен, приподнял брови, — возрази, убеди меня, что я не прав. Расскажи, какой он на самом деле, что тебе в нем так сильно нравится, что ты так быстро все решила.

Она сжалась и потерла лицо, опять ощущая внутри тянущую боль.

— Зачем? — с трудом подняла взгляд, встретившись своими потухшими и смертельно усталыми глазами с пылающими злостью глазами Стивена. — Что это изменит?

— Ты не любишь его, — убежденно сказал парень, она нервно выдохнула, закрывая руками лицо:

— Я…

"… это прекрасно знаю"

— …полюблю, — Стеф медленно кивнула, — со временем. Он меня очень любит.

Он нервно зарычал и откинулся на спинку, закрывая лицо ладонью, потом резко наклонился к ней и взял за руки, сжимая их в пальцах и с яростной убежденностью глядя в ее глаза:

— Это я тебя очень люблю, а он тут вообще ни при чем. Он из другой оперы, его в плане не было.

Стефани горько улыбнулась и попыталась забрать руки:

— Так бывает, что все идет не по плану.

Стивен замер и очень серьезно спросил:

— Что случилось той ночью? — Она молчала, он придвинулся еще ближе, прижал ее ладони к своей груди и заглянул в глаза снизу вверх, зашептал: — Стеф, пожалуйста, расскажи мне, иначе я с ума сойду, сочиняя версии. У меня уже голова кругом идет от этого, говори как есть, я переживу. Мне просто нужно знать правду. — Она чувствовала, как бешено колотится его сердце, чувствовала, как ее собственное бьется в истерике, не понимая, почему ему нельзя вырваться из клетки ребер и прижаться к груди Стивена — так близко, так обманчиво просто, даже вставать не надо, достаточно немного наклониться и можно будет положить голову ему на плечо, уткнуться лицом в шею, до боли глубоко вдохнуть его запах, наполняясь им и пьянея от ощущения, что здесь ее место, отныне и во веки веков.

— Стефани, пожалуйста, — он гипнотизировал ее пронзительным взглядом, она не выдержала и закрыла глаза, по щекам побежали две мокрые дорожки. Попыталась освободить руки и вытереть лицо, но Стивен продолжал крепко прижимать их к груди одной рукой, второй взял ее за подбородок и заставил поднять голову. С болью в голосе спросил: — Что он с тобой сделал? Как ему удалось так молниеносно изменить твое мнение?

Она тяжело дышала, пытаясь совладать со своим взбесившимся сердцем, наконец не выдержала и всхлипнула, вырываясь из его рук:

— Я не знаю, — Забилась в угол у стены, закрыла лицо руками и простонала сквозь слезы: — Не знаю, как это получилось, понятия не имею. Он просто пришел и… — голос ее окончательно оставил, все тело колотило, она оторвала ладони от глаз и бросила взгляд на шокировано застывшего Стивена, горько выкрикнула: — А чего ты ждал? Подтверждения идеи Мари про изнасилование? Не было ничего подобного, я сама хотела, я точно помню. Я потом сама не могла понять, почему так случилось, но в тот момент я точно его хотела.

Стивен отодвинулся, медленно откинулся на спинку, потер лицо. Задумчиво посмотрел на нее и качнул головой:

— Этого не может быть.

— Может, поверь, — невесело фыркнула она, — я там была и все было именно так. — Он молчал и невидяще смотрел в пол, на лице светилась святая уверенность в собственной правоте и в том, что весь остальной мир сошел с ума. Стеф обхватила колени и тихо спросила: — Почему тебе так сложно в это поверить? Так бывает.

— Не в этот раз, — качнул головой он, поднял глаза, — не с нами, Стеф. Я знаю.

— Откуда? — устало выдохнула она, он опустил голову.

— Можешь считать это полным бредом, но вспомни птицу и попробуй мне поверить, — Стивен помялся и тихо продолжил: — Ты мне снилась. Давно, я тогда еще только начал музыкой заниматься, не обратил особенно внимания… но когда увидел тебя в реале, меня как будто громом поразило. У меня всегда так, — он на миг улыбнулся, бросил на нее короткий взгляд и опять уставился в пол, — что-то снится, я забываю об этом, но когда это начинает сбываться, сразу вспоминаю. А потом вспоминаю другие сны, связанные с этим, это… сложно объяснить, — он качнул ладонью, неуверенно усмехнулся, — и я точно знал, что мы с тобой будем вместе, еще когда ты даже не знала, кто я такой.

— Самоуверенно, — попыталась улыбнуться она, он развел руками:

— Так ведь сбылось, — потом нахмурился и рыкнул: — Только твоего гребаного павлина в моих снах не было.

— Это магия, — обреченно вздохнула Стеф, хмуро запустила пальцы в волосы, — она ломает мир. Я бы что угодно отдала за возможность вернуться в тот момент, когда я решилась на этот проклятый ритуал и все отменить. Но сейчас уже поздно, я искала в своих "Рецептах", спрашивала у Криса, он сказал, что приворот снять невозможно.

— Он врет, — убежденно рыкнул Стивен, — но это не имеет значения, ты сама сказала, что магия ломает мир, так хватит громоздить одно неудачное решение на другое. Просто завязывай со всей этой ерундой и с Льюисом заодно. Ты его не любишь.

— Почему я тогда не смогла сопротивляться? — задумчиво спросила Стеф, вспомнила его твердое бугристое тело, опять вызвавшее болезненное возбуждение.

— Этому точно есть причина, — хмуро опустил голову парень, — просто мы ее не знаем.

— Отмазка для совести, — вздохнула Стеф.

— Ты хочешь сказать, что любишь его? — недоверчиво поморщился Стивен, Стеф с болью выдохнула:

— Я не знаю.

— А меня? — чуть насмешливо прищурился он, она на миг испуганно посмотрела в его глаза и сразу потупилась.

"Я не могу сказать "да" и не могу соврать… Почему я до сих пор не научилась тебе врать?"

Прикусила губу и прошептала:

— Не знаю…

— Боже, как же я ненавижу эту фразу, — взвыл Стив, хватаясь за голову, замер на секунду, потом выдохнул и прицелился в нее пальцем: — А я знаю. И кое-что я могу тебе сказать со стопроцентной уверенностью — мы еще будем вместе. Потому что я видел сны с тобой, которые еще не сбылись. И они сбудутся.

— Нет, ты сам говорил, что Криса там не было, — обреченно покачала головой Стеф. — Магия ломает мир.

— А я сломаю твою гребаную магию, — рыкнул Стивен. — Не знаю как, не знаю когда, но я это сделаю. И тогда мы посмотрим, кто кого на самом деле любит. А сейчас ложись спать, нам завтра работать.

Он хлопнул в ладоши, чертыхнулся, встал и потушил свет руками. Вернулся на свой диван, завозился, укладываясь. Стефани продолжала сидеть у стены, отрешенно глядя в окно.

"Если бы ты знал, как я хочу, чтобы ты оказался прав, друг мой. Но боюсь, что это невозможно. Проклятая магия уже сломала мой мир… но как же хочется верить в чудо."

* * *

 

ГЛАВА 7, 59й день съемок

воскресенье, 21 июля, 59й день съемок, 13/14 лунный день

Съемки в студии начались засветло и затянулись до ночи. В целях меньшего износа рабочей силы до обеда снималась Стефани, а Стивен спал. После обеда парня разбудили, а ее отпустили отдыхать, и первым делом она отправилась в душ — смывать осточертевшую краску. Черная и густая, как смола, к последней сцене она покрывала ее всю, даже лицо и волосы. Сегодня концепция клипа кардинально поменялась — павильон состоял из отделанных под мрамор серых колонн на плиточном черном полу, белых стен, каких-то готических арок и постаментов. Стеф по всему этому холодному великолепию полдня ходила, ползала и валялась, постоянно изображая страх и агонию… и убегая от потоков проклятой черной краски. Ближе к обеду густая масса загнала ее в угол, Стефани покрылась художественными мазками и потеками. Это еще не считая того, что последние полчаса она еще и плакала, размазывая по лицу остатки макияжа вымазанными в краске руками.

Под душем она проторчала не меньше часа, пытаясь избавиться по большей части не от краски, которая смылась довольно легко, а от тяжелого осадка внутри. Создаваемая реквизитом давящая атмосфера нагоняла жуть, липкая краска вызывала отвращение, крики режиссера, еще со вчерашнего дня злого на них обоих, добивали окончательно. Так что, едва выйдя из душевой и завернувшись в халат, она взяла телефон и спряталась в гардеробной между бесконечными стойками с одеждой. Залезла с ногами на стул, проверила почту, прочитала новое письмо от Шарка, немного поднявшее настроение. Увидела один пропущенный вызов от Мари и два от Криса, не стала перезванивать никому — это у них выходной, а она занята.

Открыла Книгу, продолжила листать страницы, читая только названия и общие рекомендации по применению. Спустя полчаса выключила и задумчиво вздохнула — странные цели преследовали создатели этого раздела "искусства". Если в бабушкиных "Рецептах" все было подчинено, по большей части, очень бытовым и мирным проблемам — тараканов вывести, болячки вылечить, привлечь удачу в рыбалке и охоте, заговорить веревку на прочность, — то Книга Криса основной упор делала на манипулирование людьми. "Магнит" тянул силу из всех окружающих, "сияние" заставляло всех попадать под обаяние заклинателя и проникаться к нему доверием, "рука" вызывала у людей невиданную щедрость, "шпилька" — необоснованный страх перед заклинателем, "шепот" позволял навязать кому угодно нужные заклинателю мысли…

Стефани потерла лицо, пытаясь прийти в себя и избавиться от головокружения, вызванного недосыпом и усталостью, опять открыла Книгу. Посмотрела на номер страницы — тридцать вторая, а всего восемьдесят с чем-то файлов.

"Просмотрю хотя бы названия, потом надо будет вчитаться поподробнее… хотя, я еще ни разу не видела здесь ритуала, снимающего действие какого-либо "кольца". Неужели приворот действительно никак нельзя снять… Бабушка, почему ты меня совсем не учила?"

Она со злостью перелистнула страницу, еще одну, еще… взгляд зацепился за слово "сладострастия", она вернулась к этому месту и начала читать с начала страницы.

"Золотая узда, кольцо второго порядка, основа — "сияние". Вызывает у выбранного существа непреодолимое чувственное влечение к заклинателю, усиливает действие "сияния" (только для выбранного существа), увеличивает силу сладострастия и частоту возможных соитий (только между выбранным существом и заклинателем). Ослабляет чувство стыдливости и волю к сопротивлению, вызывает у выбранного существа особые зрительные и слуховые ощущения во время соития. Со временем привязывает выбранное существо к заклинателю, по причине того, что совершая соития с другими существами, выбранное существо будет испытывать слабые эмоции, сравнения не выдерживающие.

Рекомендуется для выдвижения в фавориты к влиятельным особам и удержания их подле себя как можно дольше. Внимание — требует больших затрат энергии. Использовать только вместе с "магнитом""

Стеф на минуту закрыла глаза, пытаясь совладать с расходившимся сердцем, встряхнула головой и еще раз внимательно перечитала с начала. Зажала рот рукой, сдерживая подкатывающую истерику, задышала чаще.

"Особые зрительные и слуховые ощущения… завораживающее сияние той проклятой ночи. Ослабляет волю к сопротивлению…

Твою мать, Крис. Как ты мог, подонок, как ты мог? Узнал про проблемы с ощущениями и радостно решил их, мигом побежав проверять… Господи, почему это со мной происходит?"

Она убрала телефон в карман и сжалась в комок на стуле, обхватив колени и спрятав лицо в махровых складках халата. Ее трясло от злости, обиды и жалости. Злости на себя, обиды на себя и жалости к себе.

"Это я во всем виновата. Не надо было говорить Крису о слабых ощущениях, не надо было вообще с ним ехать. А вообще, не надо было его привораживать, с этого все началось, это был мой первый шаг по дороге в ад. А теперь я иду туда все быстрее, Крис указывает мне путь, а Стивен уныло плетется следом, постоянно уговаривая остановиться и повернуть назад… а когда я его в очередной раз не слушаюсь, продолжает идти за мной, потому что боится, что по дороге я куда-нибудь вляпаюсь.

Как я могла не удержать такого парня? Проклятая магия."

Она вытерла слезы халатом, достала наушники, включила самый убойный альбом своей самой жесткой группы, навернула громкость и крепко зажмурилась, ожидая пока боль и злость растворятся в диких визгах гитары и грохоте барабанов.

* * *

Огонь ревел над ней, языки пламени изгибались в завораживающем танце, облизывая плечи демона, сидящего на ее груди. Монстр погладил когтями ее щеку, улыбнулся пустой пастью:

— Моя Бренда, ты опять пришла… А я уж думал, ты обо мне забыла, — он расхохотался, поглаживая двумя руками ее шею. — Но ты же не могла так поступить, верно, моя драгоценная? Ты пришла отдать мне то, что мне так нужно. — Его когти мягко вдавились в кожу, он наклонился к самому лицу, грозно рыкнул, сдавливая ее шею: — Вот только ты плохо вела себя в последнее время. Милая моя, мне мало, — он распахнул пасть и заорал ей в лицо: — Очень, очень мало.

Она изо всех сил пыталась хотя бы отвести взгляд, но тело ее не слушалось. Демон оторвал одну руку от ее шеи и прицелился когтями в ее глаза, медленно приближая длинные острия к векам, почти нежно прошипел:

— Бренда, моя милая, моя дорогая… сегодня я пожалею тебя и возьму чуть меньше, но завтра ты отдашь мне все. Тебе стоит задуматься о способах получения силы извне, раз твоих собственных нам двоим катастрофически мало. — Его когти коснулись кожи под глазами и процарапали на щеках длинные дорожки до шеи, демон улыбнулся: — Я знаю, ты нашла отличный способ получить то, что нам надо. Решайся скорее, иначе станешь очень-очень непривлекательной.

Он схватил ее за горло двумя руками, а в пустой глубине его глаз она увидела свое отражение, кричащее и плачущее. Отражение бледнело, лицо становилось худее и старее, глаза ввалились, нос заострился, губы сморщились и усохли.

— Достань нам силу, Бренда. Достань.

Его когтистые пальцы сжимали ее шею, в ушах звенел ее собственный крик…

* * *

Рядом визжала женщина. Стеф протерла глаза и увидела ее — бледную, перепуганную костюмершу, она сидела на полу, мелко тряслась от страха и указывала на Стеф дрожащим пальцем, непрерывно повторяя захлебывающимся голосом:

— Ты… ты… ты…

— Что? — грубо рыкнула Стеф. — Успокойся и скажи нормально. Ты что, мать твою, тут увидела? Мышь? — женщина отрицательно замотала головой. — Таракана? А что?

В гардеробную ворвалась еще одна дама, удивленно обвела взглядом комнату, взяла за руку костюмершу и помогла встать:

— Что случилось?

— Она, — продолжала захлебываться дрожью женщина, — она, она…

— Что произошло? — дама обернулась к Стеф, та пожала плечами:

— Не знаю, я спала. А она заорала и разбудила меня — мышь, наверное, увидела. — Стеф нервно поправила халат и встала. — Наши не закончили еще?

— Нет, работают, — женщина обняла костюмершу, стала тихо просить ее успокоиться, увела. Стефани перестала изображать раздражение и медленно выдохнула, опять опускаясь на стул — у нее подкашивались ноги.

"С ума сойти… больше никогда не буду спать без креста, даже ходить не буду без креста, из рук выпускать не буду.

Вот это посидела отдохнула…"

Она пошла в гримерную за сумкой, но подойдя к самой двери, остановилась, узнав голос той дамы, которая увела истеричку-костюмершу.

— …правда, что ли? Тебе точно не показалось?

— Девочки, я вам клянусь, — всхлипнула костюмерша, — я видела, так и было, чем хотите клянусь. Ну я же не наркоманка какая-нибудь, откуда у меня галлюцинации? Там темно, конечно, но я все равно видела, — она опять всхлипнула и задыхающимся, как после истерики, голосом, зашептала: — Сидит с открытыми глазами, дышит часто-часто, прямо перед собой смотрит, а глазища белые, без зрачков. И лицо все белое, только губы черные и круги под глазами черные, и по щекам от шеи, вот тут, вены черные расходятся… Ну как мертвяк, девочки, ну честно, — она опять заплакала, ее стали утешать.

Стефани осторожно сделала шаг назад, потом еще один, тихо развернулась и пошла в сторону их павильона. В голове бился страх, перед глазами стояло ее собственное лицо, отраженное в глазах демона, иссушенное и больное. Она осторожно пощупала свою щеку — мягкая и теплая, как раньше. Осмотрелась в поисках зеркала, взгляд нашел арку, ведущую в комнату ожидания перед туалетом, там зеркало точно есть. Стеф ускорила шаг, вошла в темное помещение, щелкнула выключателем — ноль эффекта. Махнула рукой — какая разница, через арку из коридора проникает достаточно света. Подошла вплотную к одному из больших зеркал, всмотрелась в свое лицо в полумраке… да, бледное. С кругами под глазами от усталости и недосыпа, но никаких черных вен или…

В темноте зеркала за ее спиной возникло висящее в воздухе белое лицо, исчерканное черными трещинами, и зловеще щелкнуло зубами.

Стеф задохнулась от страха, всхлипнула и схватилась за сердце, внутри разлился космических холод, сковавший все тело. Ноги подкашивались, она почувствовала, как к шее прикасается что-то холодное…

— Стеф, ты чего? — Ее развернули спиной к зеркалу, белое лицо приблизилось и посмотрело на нее глазами Стивена. — Я что, правда такой страшный?

— Стив? — дрожащим голосом прошептала она, наконец узнавая лицо под гримом, по телу волной прокатилось облегчение, лишая остатков сил. Она глубоко прерывисто вздохнула и разревелась, закрывая лицо руками.

— Стефани, да что такое? — он попытался убрать ее руки от лица, со смехом в голосе взял за плечи: — Прости, я не думал, что ты так перепугаешься… Слушай, ну хватит.

Она не могла прекратить плакать, слезы лились непрерывным потоком, парень озадаченно потоптался рядом, потом обнял ее за плечи и прижал к себе:

— Стеф, все, успокойся. Блин, никогда в жизни больше тебя пугать не буду…

— Дурак, — между всхлипами прошептала она, оторвала одну руку от лица и стукнула его в грудь. — Дурак.

— Прости, — он тихо рассмеялся. — Что, правда так страшно?

— Уйди, гад, видеть тебя не хочу, — прошептала она, пытаясь отодвинуться, ее все еще колотило, слезы лились ручьем. Было стыдно за то, что она никак не может успокоиться, хотелось спрятаться и умыться.

— Ты в порядке? — он чуть отодвинулся, заглядывая в ее лицо, она опять стукнула его в грудь и отвернулась. Он хохотнул, прижимая ее к себе, положил подбородок на ее макушку, стал гладить спину. — Все нормально, успокойся. Я сейчас умоюсь и пойдем поищем тебе палку, сможешь бить меня сколько захочешь.

— А палку зачем? — все еще дрожащим голосом прошептала Стеф.

— Чтоб руки не отбить, я костлявый очень, — он сказал это так серьезно и печально, что она подняла глаза, чтобы посмотреть на его лицо, и понять, шутка ли это. Из коридора раздался шорох, потом глаза слепанула вспышка, заставившая крепко зажмуриться. Стивен исчез, через секунду из коридора раздался его голос, шипящий ругательства. Стефани вышла в арку и застала картину "попался папарацци": мелкий лысоватый мужик в футболке и джинсах стоял у стены, плюща лицо о плитку и блея:

— Вы не имеете права. Пустите сейчас же.

Стивен держал его за вывернутую за спину руку одной рукой, второй пытаясь вытащить карту из здоровенного фотоаппарата. Увидел Стеф и рыкнул:

— На, достань, мне не удобно.

— Это незаконно, — опять заголосил мужик. — Помогите, убивают. На помощь.

Из-за поворота раздался частый цокот каблуков и визг Эмили:

— Эванс, твою мать, пусти его. Это свои.

— Что? — он обернулся к подбегающей женщине, — какого хрена?

— Пусти, я сказала, варвар, — она стала отдирать его от фотографа, Стивен отошел, вытер руку о штаны и хмуро облокотился о стену. Эмили отряхнула помятую жертву, вырвала из рук Стива камеру и вручила мужику, изобразив улыбку в сто зубов: — Простите нас, ради бога. Они сегодня второй день снимаются, очень устали, все на нервах, — обернулась к Стивену, мигом сменив улыбку на зверский оскал, и прошипела: — Извинись.

Стив смерил фотографа уничтожающим взглядом с ног до головы и процедил "извините" тоном, от которого вянут цветы, а с деревьев осыпаются листья, птички и белки. Мужик изобразил высокомерный кивок и провозгласил:

— Ничего, я профессионал, я привык, — огладил камеру и хитро улыбнулся Эмили: — Зато я снял такой кадр.

— Пойдемте, покажете, — дама потащила его дальше по коридору, обернулась через плечо, послав Стивену злобный взгляд. Он хмуро откинулся на стену, глядя в потолок, потом посмотрел на Стеф, грустно пожал плечами и отлепился от стены:

— Пойдем и мы собираться, съемки закончились, нас водитель ждет.

— Пойдем, — она потерла лицо и вздохнула, — только умойся сначала, ради всего святого…

— Точно, — он улыбнулся и царапнул подбородок, посмотрел на краску на пальце, потом на Стеф: — И ты умойся, я тебя вымазал.

Она посмотрела в темный арочный проем и передернула плечами:

— Я в машине вытрусь.

* * *

В машине их было трое — Стефани, водитель и Стив, грымза в розовом осталась на студии, чему были рады все без исключения. Стивен дремал, медленно сползая по сидению, Стеф смотрела в окно на проплывающий мимо ночной город со светящимися небоскребами, и тонула в ворохе мрачных мыслей.

"Крис сказал, что завтра поставит мне "магнит" и я мигом расцвету. Демон сказал, что если я не найду способа получить больше энергии, он будет брать мою, пока я не исчерпаюсь до полного ужаса. Стивен сказал, что вся моя магия — стена ошибок, которую я строю все выше и выше, укладывая новые кирпичи неверных решений. Мари сказала, что ей стало тяжело со мной общаться с тех пор, как у меня появился Тот Самый взгляд, что я сильно изменилась не в лучшую сторону… А я что думаю?

Черт, я настолько увязла во всем этом, что уже не могу выделить из путаницы в голове собственные мысли и желания.

Крис… любит меня. Потому что я его приворожила. Конечно, он сказал, что полюбил меня раньше, но Стивен считает, что Льюис мне постоянно врет. Кому верить?

Льюис — мой парень. Ночевал у Эшли, гулял с другими девушками, магией заставил меня переспать с ним. Обещает вечную любовь, силу, красоту и могущество.

Эванс — мой… ночной музыкант. Бросал меня в озеро, поил чаем, писал мне песни, подарил крест, спасающий от демона. Ничего не обещает.

Мари — моя подруга. Любит-ценит-все прощает, кормит печеньками. Обещала, что если я так и буду метаться между двумя парнями, потеряю обоих. Оказалась права.

Демон — моя ошибка и большая угроза.

Выходит, что счет практически равный — Мари против Криса и Стив где-то посередине. Или считать его другом? Если считать другом, то он и Мари, которые мне желают только добра и не врут, задавят авторитетом не раз проштрафившегося Криса."

Она отвернулась от окна, бросила короткий взгляд на спящего парня, обреченно откинулась на спинку.

"Что делать? Сказать Крису, что я не хочу ставить "магнит" — он потребует обосновать. И что ему ответить — "Эвансу приснилось, что это плохо"? Сказать, что не хочу тянуть силу из других людей — так он мне не говорил, как работает "магнит", я сама это узнала из его Книги, возможности прочитать которую он мне не дал. Признаться, что я взломала пароль? Не хочется… обидится и откажется учить меня, а из одной только книги я много не узнаю, там не особенно подробно все описано…

Что делать?"

Водитель немного сбавил скорость и заложил крутой вираж, заезжая на заправку, от резкой остановки Стивен проснулся, потер глаза и попытался потянуться, что плохо получилось в тесноте машины. Поймал задумчивый взгляд Стефани и приподнял брови:

— Что случилось?

Она молча качнула головой и отвернулась, водитель вышел из машины, скрылся за дверью магазина.

"Что делать? Как сделать так, чтобы не проводить этот ритуал и при этом избежать объяснений?"

На миг ей захотелось открыть двери и просто рвануть через всю заправку в сторону сверкающего города, затеряться в бетонных джунглях и изчезнуть.

— Стефани, что такое? — Стив тронул ее за локоть, заглянул в лицо, — ты себя нормально чувствуешь?

— Нет, — она почувствовала, как дрожат колени от страха оказаться все-таки в той ситуации, которой ей так хотелось избежать. — Стив… — она посмотрела в его глаза и серьезно спросила: — Ты мой друг?

Он саркастично скривился и фыркнул, невесело усмехнувшись:

— Черта с два. Я тебе уже объяснял, что такое дружба — это явно не наш случай.

Она с болью опустила ресницы и отвернулась к окну, чувствуя разливающийся внутри дрожащий страх — ей придется выбирать самой. И самой выкручиваться, лавируя между Крисом, демоном и собственными страхами.

"Что делать?"

В голове шумело, она лихорадочно перебирала варианты, пытаясь найти лазейку для спасения.

"Крис сказал, что мы должны отпроситься со съемок, чтобы успеть провести ритуал до того, как закончится полнолуние. Во сколько он говорил? Вечером, то ли в шесть, то ли в девять… Надо просто не быть там в это время, следующее полнолуние только через месяц, за месяц я что-нибудь придумаю.

Водитель привезет нас прямо в школу, как я могу сбежать?"

— Стеф? — парень подсел ближе, попытался заглянуть в глаза, но она их опустила, он обреченно выдохнул: — Ладно, черт, да. Я твой друг, — хмуро потер лицо и с сарказмом процедил в потолок: — Друг, товарищ, брат и любимая собака. Что случилось?

— Помоги мне, — прошептала она, поднимая глаза. — Мне нельзя ехать в школу.

— Почему? — нахмурился он.

— Нельзя, — повторила она, кусая губы, — я тебе потом расскажу, мне надо как-то… где-то задержаться до завтрашнего вечера. Я не знаю, как это сделать.

Она прерывисто вздохнула и обхватила плечи руками, пытаясь сдержать дрожь. Стивен выровнялся и осмотрелся, потом наклонился к ней и тихо сказал:

— Приоткрой дверь немного.

Стеф мигом успокоилась от его делового тона, открыла дверь, округлила глаза, когда парень достал из внутреннего кармана складной универсальный нож и привычным движением выщелкнул лезвие. Сунул его под каблук, нажал, через пару секунд раздался хруст и Стивен выпрямился, пряча нож и рассматривая половину лезвия. Заметил на ладони кровь, чертыхнулся и облизал царапину, Стеф закрыла глаза, сосредотачиваясь, а когда открыла, парень вытирал совершенно целую ладонь о штаны. Улыбнулся ей и тихо сказал:

— Спасибо, — наклонился, практически улегшись на ее колени, и стал что-то делать за дверью. Выпрямился уже без лезвия, еще раз осмотрелся и вернулся на свою половину. — Значит так. Когда остановимся, скажешь водителю, что тебе плохо и нужно в туалет. Попросишь меня пойти с тобой, потому что у тебя голова кружится и тяжело идти.

— А он мне поверит? — нахмурилась она.

— Ты второй день похожа на свежую утопленницу, — фыркнул Стив, — конечно, поверит. Сумку оставишь в машине, иначе будет подозрительно выглядеть. Там есть что-нибудь супер необходимое?

— Конечно.

Он усмехнулся:

— Можешь рассовать по карманам, только много не бери.

Она бросилась рыться в сумке, жалея, что в джинсах так мало карманов, а в кофте вообще нету, попыталась засунуть косметичку в задний карман, но он был категорически не согласен. Стивен тихо рассмеялся и протянул руку:

— Давай сюда, — спрятал куда-то в куртку, потом выглянул в окно и стал быстро закидывать в сумку все, что она вытащила. — Водитель идет. Бросай, хватит, что взяла то взяла. Я спать, а ты веди себя как раньше.

— Изобразить больную? — прошептала Стеф, парень фыркнул, укладываясь:

— Тебе не надо для этого прикладывать усилий. Все, молчи, я сплю.

Он опять закрыл глаза, Стеф отвернулась к окну, глядя как подходит водитель. Они завелись, выехали на дорогу, начали набирать скорость, устремляясь к выезду из города… и Стеф почувствовала еле ощутимую вибрацию и легкое головокружение от того, что машина кренится на правый борт, как корабль. Водитель стал оглядываться, сбросил скорость, чертыхнулся и осторожно съехал на обочину.

— Что-то случилось? — спросила у него девушка, мужчина мрачно сжал зубы и процедил:

— Сейчас посмотрим.

Вышел, захлопнул дверь, она услышала отдающиеся в салоне пинки по колесу. Стивен открыл глаза и кивнул ей на дверь. Выйдя на улицу, Стеф потерла лицо и слабым голосом спросила:

— Это надолго? Я успею в туалет сбегать?

— А тут есть? — водитель хмуро осмотрелся, она закивала:

— Да, я тут была, вон там возле кафе…

— Что, прямо невтерпеж? До школы не дотерпишь?

— Не знаю, — она потерла живот и прохныкала: — Я как-то плохо себя чувствую… и голова кружится весь вечер.

Мужчина посмотрел на нее и вздохнул:

— Да, ты какая-то бледненькая… Ладно, иди, — постучал по крыше машины и заглянул внутрь: — Проводи девочку, ночь на улице.

— Хорошо, — Стив вышел и потянулся, приобнял ее за плечо, — пошли, девочка, я тоже не против посетить заветное место.

Они пошли в сторону светящейся витрины ночного кафе, водитель достал телефон и стал кому-то звонить. Стивен ускорил шаг, повернул за ближайшее здание, достал свой телефон и выключил. Улыбнулся Стеф:

— А ты совершенствуешься как актриса.

— Спасибо, — она улыбнулась. — И что теперь делать?

— Что хочешь, — он раскинул руки, запрокинул лицо к небу: — Свобода, — хитро улыбнулся и прищурил один глаз, — по крайней мере, на ближайшие полчаса-час.

— А потом?

— А потом мы положим тебя в больницу, — вздохнул он, развел руками в ответ на недовольный взгляд Стеф: — Что? Не нравится — придумай что-нибудь получше, у меня было не так уж много времени на размышления. Изобразишь обморок, поедем в больницу, там посмотрят на твой зомбячий внешний вид и начнут обследовать, пытаясь найти причину. А отрицательный результат — еще не результат, в медицине, по крайней мере. Так что до вечера тебя продержат там точно, — он сунул руки в карманы и пнул попавшийся под ноги камешек, — как раз успеешь рассказать мне, зачем тебе все это нужно. — Она опустила глаза, продолжая размеренно вышагивать вдоль пустынной улицы, Стивен взял ее за локоть и остановил, — а лучше, прямо сейчас.

Подтащил к автобусной остановке, усадил на лавку, сел рядом:

— Рассказывай.

— Сегодня полнолуние, — вздохнула Стеф, — оно закончится завтра вечером, до этого времени мне в школе появляться нельзя.

— Потому что?..

— Крис хочет… сделать кое-что магическое. А я не хочу, — она пожала плечами. — Все.

— И ты решила сбежать, — с горькой уверенностью вздохнул Стивен. — Не сказать своему павлину, что ты против, не объяснить ему свою позицию — просто сбежать. Это так на тебя похоже, — в его голосе было море яда, Стефани осторожно подняла глаза, попыталась оправдаться:

— Я не могу объяснить ему, почему не хочу это делать. А отказать просто так тоже не могу — он поймет… кое-что, что я хочу от него скрыть. Он считает, что этот ритуал сделает мне лучше.

"Разговор слепого с глухим… Ты знаешь, что я взломала Книгу, я знаю, что ты знаешь, но мы не можем об этом говорить, потому что узнали об этом таким способом, о котором лучше молчать."

— Что за ритуал?

Стеф замялась, начала хрустеть пальцами:

— Он сделает так, что я буду понемногу тянуть жизненную силу из окружающих людей, тогда не будет так сильно расходоваться моя собственная… и я перестану худеть, — она пожала плечами, — так Крис говорит. У него это уже есть.

Стивен помолчал.

— И каковы причины твоего отказа? Ну, кроме чисто этических.

— А что, этических мало?

— Думаю, для тебя — да, — фыркнул Стив, окинул ее взглядом и с кривой улыбкой развел руками, — если ты решилась на приворот… по моему скромному мнению, принуждать человека влюбиться — это самое неэтичное, что только можно придумать.

"Это ты еще про "золотую узду" не знаешь."

Она молчала, обиженно рассматривая пальцы, парень не сдавался:

— Так почему, Стеф?

— Не хочу громоздить одно неверное решение на другое, — рыкнула она, не поднимая головы, он хохотнул:

— Умнеешь, — она помолчала и добавила:

— К тому же, демон сказал, что я должна это сделать как можно скорее, а мне почему-то кажется, что ему не стоит верить.

— Подожди, "демон сказал"? — Стивен шокировано выдохнул, — ты же говорила, что не понимаешь его? И вообще, ты его не видела, когда спала с моим крестом.

— Я сегодня уснула без креста. Так получилось, я не думала, что отключусь. Меня разбудила какая-то истеричка, она сказала, что видела, как у меня лицо побелело и черные вены выступили. Раньше такого не было, — она невольно подняла ладонь и пощупала щеку. — Я начинаю бояться по-настоящему.

Стивен ошарашенно выдохнул и хлопнул себя по лбу, убито прошептав:

— Охренеть я в тему пошутил… Черт, я же не знал, — Он положил ей руку на плечо, сжал, — ты еще злишься?

— Да не злюсь, забудь, — она ссутулилась, опять вспомнив свое лицо в глазах демона, — просто страшно.

Он попытался что-то еще сказать, не нашелся, шепотом выругался и обнял ее двумя руками, прижимая к себе. Она с готовностью уткнулась ему в грудь, пытаясь отгородиться от мира и опять представить их двоих в какой-то параллельной реальности, где все по-другому и все можно, как тогда, возле студии. Страх понемногу отступил, в сознании утвердилась мысль, что никто ее ни к чему принуждать не будет, она свободна по крайней мере до следующего полнолуния. По телу разлилось приятное тепло, свернулось клубком в груди, в ушах отдавался стук сердца Стивена.

"Самый лучший звук в мире… Почему я не могу, как все нормальные девушки, иметь парня и гулять с другими? С другим… он так близко. Можно немного поднять голову и дотянуться губами до его шеи. Интересно, как он отреагирует?"

Она чуть сдвинулась, подняла лицо к его воротнику с расстегнутыми верхними пуговицами, глубоко вдохнула, пропитываясь его еле ощутимым терпким запахом, смешанным с ночной прохладой и сложным букетом из мыла, кожаной куртки и чего-то странного, волнующего и непонятного. Его сердце под щекой забилось сильнее, а руки на ее плечах медленно окаменели… и отодвинули ее.

Стеф ссутулилась и уставилась в землю, плотнее кутаясь в кофту — там, где он только что ее касался, стало очень холодно. Голос Стивена звучал чуть хрипловато и сложно было понять, разозлен он или обижен.

— Знаешь, почему я никогда ничего не беру на прокат? — Она молча пожала плечами, он ответил: — Потому что когда пользуешься чем-то чужим, каждую секунду держишь в голове, что это не твое. Можно делать с этим что угодно, но пройдет время и это придется вернуть хозяину. Некоторым такое положение вещей доставляет удовольствие, некоторым плевать, но лично меня дико, дико бесит. Лучше вообще ничего, чем так.

Девушка прикусила губу до боли, попыталась сделать голос спокойным, но он все равно звучал так, как будто ее держат за горло:

— И что теперь делать?

— То, что ты и предлагала — меньше видеться, меньше париться, больше работать и пытаться забыть все, что было, и все, чего не будет. Клип мы досняли, скоро пиар-спектакль закончится, интерес к нашему скандалу поугаснет и ты будешь везде светиться со своим павлином. — Он вздохнул, голос стал размеренным, как будто он пересказывает нудный фильм: — Будешь выступать на всяких шоу, может, запишешь еще пару песен. А я закроюсь в студии с горой стимуляторов, напишу второй альбом, поеду в тур… Все будет классно, короче.

Стеф кусала губы, сдерживая рвущийся наружу плачь, собралась с силами и шепотом спросила:

— Ты меня никогда не простишь?

И застыла. Не дыша, не думая, боясь поднять глаза и оттого слушая с жадностью, остро воспринимая каждый шорох, шелест ветра, скрип кожи его рукава… тихий и полный боли голос:

— Не знаю.

Она выдохнула, горько хохотнула:

— Ты же не любишь эти слова.

— Потому и не люблю, — он выровнялся, потянулся за телефоном. — Пора везти тебя в больницу.

— Да, самое время, — со злой иронией покачала головой Стеф, забираясь с ногами на лавку и утыкаясь лицом в колени.

* * *

 

ГЛАВА 8, 60й день съемок

понедельник, 22 июля, 60й день съемок, 14/15 лунный день

Когда она проснулась, было уже светло и довольно шумно, в окно маленькой палаты заглядывало солнце, Стивен спал на стуле для посетителей. Стеф осторожно поднялась с кровати, боясь разбудить его скрипом матраса, взяла мобильный, посмотрела время — половина двенадцатого.

"Да, стоит попасть в больницу ради того, чтобы выспаться до обеда в рабочий день."

Тихо подошла к окну, стала рассматривать стоящие на парковке машины, знакомых не нашла и вернулась на кровать. Взяла телефон, проверила почту, ответила всем троим, интересовавшимся ее здоровьем. Поняла, что делать больше абсолютно нечего и открыла Книгу Криса, продолжая изучать многочисленные способы вертеть людьми. Читать было не интересно, ритуалы вызывали отвращение, она листала все быстрее, пробегая страницы взглядом по диагонали.

На стуле в углу шевельнулся Стивен, сел, протер глаза. Посмотрел на нее, чуть улыбнулся и хриплым голосом сказал:

— Доброе утро, больная. Как ты тут?

— Так же, как и ты, — она с облегчением отложила телефон и пожала плечами, — только гораздо удобнее. Как ты умудряешься спать сидя?

— Если очень хочется, можно и стоя уснуть, — фыркнул он. — А я вообще как кошак бродячий — где никто не трогает, там и сплю. Как самочувствие?

— Я не больная, — шепотом рыкнула Стеф, Стивен посерьезнел:

— Это ты так думаешь, — встал, потянулся, оперся о подоконник и сложил руки на груди, — а меня твой врач вчера полночи пытал, расспрашивая о том, почему у тебя такие анализы, как будто ты месяц пахала, как раб на галере, при этом ничего не ела и испытывала постоянное психологическое давление.

— Когда они меня выпишут? — нахмурилась Стеф.

— Завтра утром, если будешь хорошо себя чувствовать, — он иронично закатил глаза. — Пока ты спала, приезжал Сэм собственной персоной, говорил с врачами и подписал кучу бумаг, гарантирующих, что если ты загнешься на съемках, никто не подаст в суд. Еще их подписали твои родители.

— Они здесь были? — округлила глаза Стеф, Стивен кивнул:

— Утром, уехали уже.

— Жесть, — она потерла лоб, мысленно убеждая себя, что оно того стоило и что если совсем припечет, она признается родителям, что соврала в больнице.

Стивен подошел и присел на край кровати, внимательно всмотрелся в ее лицо:

— Сегодня ты выглядишь лучше, — помолчал и спросил, — это из-за магии?

— Это из-за того, что я уже давно не спала так много, — фыркнула она, парень поморщился:

— Ты поняла, что я имею в виду. Врач сказал, что у тебя организм истощен, как после тяжелой болезни. Он, конечно, предположил, что к такому может привести излишнее увлечение диетами и тяжелый график работы, — он как-то странно посмотрел на нее и добавил, — или сильное психологическое потрясение, вроде смерти близкого человека.

— У меня все живы и здоровы, слава богу, — отмахнулась она, вздохнула и хмуро откинулась на подушку, — но постоянно чувствовать себя способной причинить кому-то вред неосторожным словом или мыслью — это, конечно, напрягает. А знать, что мои силы постоянно тянет демон… Черт, сколько бы я отдала за возможность вернуться в тот вечер.

— В тот, когда мы познакомились возле родника? — хитро прищурился Стивен, Стеф качнула головой:

— Нет, в следующий, — потерла лицо и невесело улыбнулась, — когда мы разговаривали на фонтане, а потом ты играл Джеймса Бланта. Тогда еще дождь был, помнишь?

— Помню, — задумчиво кивнул Стивен. — Это тогда ты приворожила своего павлина?

— Да, — Стеф начала нервно хрустеть пальцами. — Я тогда пришла из парка, все сделала, потом попыталась лечь спать, но увидела кошмар и решила больше не ложиться. Пошла в столовку, мы еще кофе пили с тобой… а потом Дэл подавилась, — она невольно фыркнула и с сарказмом добавила, — моя первая жертва.

— Я так и знал, что это ты сделала, — выровнялся Стив. — За что ты ее так?

— Не нравится она мне, — показала язык Стеф. — Не знаю, может быть, это просто зависть.

— К чему? — поднял брови парень. — Что в ней такого, чего тебе не хватает?

— Она красивая, — вздохнула Стеф, Стивен фыркнул, она улыбнулась, — ну, не просто красивая… она хорошо одевается, ярко красится, всегда с укладкой, с маникюром. Я не люблю краситься — я всегда и без косметики неплохо выглядела, но когда получила приглашение сниматься, думала, что увековечу себя во всем блеске профессионального макияжа. А вместо этого меня одели в мешок и притрусили пылью. А у Дэл все будни как на подиуме. — Стефани грустно улыбнулась, пожала плечами, с сарказмом добавила, — но высокомерие и стервозность это с лихвой компенсируют.

Стивен хитро улыбнулся и игриво приподнял брови, с долей самодовольства заявив:

— Она пыталась меня совратить на съемках "струн".

— Правда? — округлила глаза Стеф, чувствуя как внутри поднимается волна тяжелой, вибрирующей от напряжения ненависти. Попыталась это скрыть, иронично изогнула бровь, — и как, ей удалось?

— Нет, — с достоинством вздернул подбородок Стив, — у меня была девушка и я не повелся.

— Но хотелось? — полуутвердительно прищурилась Стефани, Стив замялся, ковыряя пальцем ладонь и изображая стесняшку.

Открылась дверь и в палату заглянула молоденькая девушка в халате:

— Уже проснулись? — вошла и осмотрелась, с легким недоумением спросила, — это все ваши вещи?

— Да, а что? — Стеф думала, что ее отругают за телефон, но девушка как-то помрачнела и гораздо тише спросила:

— Вам что, не сказали, что вас переводят?

— Куда? — нахмурилась Стеф, девушка сложила бровки домиком и виновато поджала губы, растерянно посмотрела на Стивена и спросила:

— Вы родственник?

Стеф хотела ответить, но парень успел раньше:

— Да. Куда переводят?

Девушка стушевалась еще больше и прошептала:

— В онкологию… вам доктор должен был сказать.

Стивен окаменел и медленно опустил взгляд, Стеф выровнялась, пытаясь держать себя в руках, размеренно произнесла:

— Этого не может быть, кто-то ошибся. Мой доктор говорил, что завтра я выписываюсь. Пожалуйста, проверьте все еще раз.

Девушка опустила взгляд в папку, стала листать, лихорадочно дергая страницы и роняя листы, дрожащим голосом повторила:

— Вас переводят, вот заключение… я не знаю, почему вам не сказали, — чуть не плача подошла к Стеф и взяла ее за руку, читая надпись на медицинском браслете, — Стефани… что? — Она подняла растерянный взгляд и спросила, — вы не Эмма Уэйкфилд?

Стеф вздрогнула, услышав как на краю кровати медленно выдохнул Стивен, закрыла глаза. Посмотрела на девушку и ядовито проговорила:

— Нет, я не Эмма Уэйкфилд. Будьте внимательнее, если бы тут сидела моя мама, вы имели бы еще одного пациента.

— Простите, — пролепетала девушка. — Я тут новенькая, я… простите.

Подобрала рассыпавшиеся бумаги и выбежала из палаты. Стеф проводила ее взглядом, потерла лицо и пытаясь скрыть нервы, фыркнула:

— Офигеть прикинулась больной… — Посмотрела на Стивена и села, наклонившись к нему, встревоженно тронула за рукав, — Стив?

Он продолжал смотреть в одну точку с таким лицом, как будто не слышит, что к нему обращаются. Пальцы побелели, вцепившись мертвой хваткой в одеяло, руки дрожали. Стефани села ближе, осторожно погладила его плечо:

— Стив, все в порядке?

— Нет, — тихо ответил он, голос был напряженный до предела. Стеф неуверенно придвинулась ближе, поднялась на колени, чтобы быть выше, мягко погладила его окаменевшую спину, обняла, уложив свой подбородок на его макушку, как недавно делал он сам. Сказала предельно спокойным голосом:

— Все хорошо. Эта дура просто перепутала палаты, — несмело погладила его по голове, перебирая пальцами волосы. — Слушай, ну ты же знал, что мы соврали врачам…

— Кто тебя знает, — прошептал он, — с вашей гребаной магией можно ждать чего угодно. — С усилием разжал пальцы, отпуская смятое одеяло, а потом рывком обхватил ее за талию и прижал к себе с такой силой, что у Стеф дыхание из груди вылетело, а ребра ощутимо прогнулись. Стефани улыбнулась, крепче обнимая его плечи, прижалась щекой к макушке, запустила пальцы в жесткие волосы, готовая не дышать до полного обморока, только бы он не разжимал руки.

"Спасибо тебе, новенькая девочка."

В голове шумело, комната качалась, внутри разливалось тепло, затапливая с головой. Стивен чуть сдвинулся в ее руках, устраиваясь удобнее, вдохнул и замер, как будто хотел что-то сказать и собирался с силами.

"Скажи, что ты прощаешь меня и что мы будем вместе, скажи, скажи…"

— С ума сойти, — наконец прошептал он, — мы с тобой разговаривали прямо перед тем, как ты решилась на всю эту магическую канитель… Если бы я знал. Если бы я был чуть смелее, чуть настойчивее.

Она погладила его по плечам, вздохнула:

— Я начала готовиться к ритуалу задолго до того, как мы с тобой познакомились. Когда я помешала твоей репетиции возле родника, я набрала воду, помнишь? Это было не для Мари, а для приворота, последний ингредиент. Я почти неделю готовилась, ты ни в чем не виноват.

— Значит, надо было раньше с тобой знакомиться, — зло рыкнул он, прижимая ее сильнее. — Мари мне предлагала, а я ходил, как идиот, на судьбу надеялся… дождался.

— А может, это и есть судьба? — тихо спросила она, чувствуя, как ускоряется сердце. Стивен молчал слишком долго, заставляя ее нервничать, потом медленно разжал руки и отодвинулся:

— Нет, судьба бы со мной так жестоко не поступила.

Стеф почувствовала, как опять просыпается внутри полузабытый нож, убрала руки и поджала колени к груди в инстинктивной попытке защитить болящее сердце. Стивен сидел, сгорбившись и не глядя на нее, рассматривал дрожащие руки, медленно качнул головой:

— Нет, ничего не выйдет… Может быть где-то, в параллельной реальности, где я смелее, а ты умнее. Но не здесь. Здесь нам надо просто оставить всю эту фигню в прошлом и жить дальше, чем раньше, тем лучше. Ты все равно своего павлина не бросишь, ты уже столько раз собиралась, что я в это не верю. И даже если он сам тебя бросит, то я тебя простить не смогу, я пытался. — Он поднял глаза и с болью посмотрел на нее, неверяще качнул головой, — как ты могла? У меня в голове не укладывается… неужели это вот так просто, неужели существует какая-то сила, способная заставить забыть любимого человека за одну ночь?

"Существует, она называется "золотая узда"… но если я скажу тебе об этом, ты вряд ли изменишь свое мнение. Ты просто будешь еще больше ненавидеть меня и мою проклятую магию."

Она сидела как во сне, не чувствуя тела, не в силах пошевелиться. Только нож в груди растекался металлом по венам, выжигая все внутри. Стивен невидяще смотрел куда-то в ее сторону, не пытаясь поймать взгляд.

— В понедельник, когда ты ездила на пляж, я думал, что взорвусь от злости. А потом ты приехала и все было так хорошо… Черт, это была лучшая ночь в моей жизни, я был уверен, что уж теперь-то все точно будет хорошо. Прошел день и ты… — он замолчал, недоуменно приподнял плечи, посмотрел на нее потухшим взглядом, полным боли и смертельной обиды, — ты меня вообще когда-нибудь любила? Или это так было, развлечение, нервы пощекотать?

Она медленно вдохнула, чувствуя, как воздух обжигает легкие, прошептала:

— Я тебя до сих пор люблю.

Он зажмурился и с силой потер лицо, выровнялся и рыкнул:

— Не верю, — резко встал, прочесал пальцами волосы. — С этим всем пора заканчивать. За тобой приедут завтра, надеюсь, это буду не я. Пока.

За ним хлопнула дверь, комната стала потрясающе пустой и холодной. Стеф сидела неподвижно и смотрела прямо перед собой, отстраненно наблюдая, как с картинки реальности медленно выцветают краски.

* * *

 

ГЛАВА 9, 61й день съемок

вторник, 23 июля, 61й день съемок, 15/16 лунный день

Утро было странным — очень теплым и немного сладковатым. Еще не открыв глаза, она задумалась о том, откуда появилось это ощущение, но так и не поняла. После бесконечного дня, прожитого под девизом "давай держись", ночь казалась спасением, благословенным временем, когда можно плакать сколько хочется, не думая о том, что кто-то может зайти и спросить в чем дело.

Слова "я не смогу тебя простить" висели над ней черным знаменем, звучали в голове навязчивой мелодией, постоянно маячили рядом, непрерывно, даже во сне. И утром ее первым ощущением было чувство невосполнимой потери, как будто от нее половину отрезали и сказали, что теперь ей надо учиться жить так.

Но этот странный сладкий привкус воздуха… откуда?

Она медленно открыла глаза, а через секунду вздрогнула и распахнула их во всю ширь — она была не одна на кровати. На подушке рядом лежал Крис, с улыбкой всматриваясь в ее лицо и поигрывая прядью ее волос.

— Выспалась, соня? — Он нежно погладил ее по щеке, она потянулась и стала тереть глаза:

— Да, пожалуй. Тебя прислали меня забрать?

— Ага, — она попыталась подняться, но он удержал и придвинулся ближе, — лежи, нам некуда спешить.

— Почему это? А съемки?

— Проспала ты съемки, — тихо рассмеялся он, переворачиваясь на спину и потягиваясь. — Сейчас обед уже, половина второго. — Она округлила глаза, он хитро прищурился: — Не переживай, я обо всем договорился. Мне медсестра сказала, что ты в три часа ночи купалась, значит, легла еще позже. Я решил, что будить тебя в семь утра не стоит, и попросил, чтобы тебе записали еще день, позвонил Сэму, сказал, что Эванс ошибся и тебя выписывают не утром, а вечером. Так что ты вполне успеешь поесть, сходить в душ и поболтать со мной. Классно?

— Да, спасибо, — она изобразила слабую улыбку и села на кровати, — так ты тут с семи утра?

— Да, — он самодовольно сложил руки на груди и с намеком приподнял брови: — И я не терял времени зря. Чувствуешь?

— Что? — нахмурила брови она, он закатил глаза:

— Ну сосредоточься. Неужели не чувствуешь?

Она глубоко вдохнула и закрыла глаза, пытаясь понять, что изменилось со вчерашнего дня. И вспомнила тот сладкий запах, все еще маячивший где-то в горле. С опаской посмотрела на Криса и спросила:

— Что ты со мной сделал?

— Запитал силой под завязку, — довольно улыбнулся он. — Можешь в зеркало посмотреть, сразу увидишь.

Она стала оглядываться в поисках косметички, но через секунду вспомнила, что она осталась где-то в бездонных карманах Стивена. Грудь на миг хлестнуло болью, но она заставила себя не думать о нем. Поднялась и пошла в ванную, посмотрелась в большое зеркало над раковиной. Удивленно округлила глаза — она выглядела гораздо, гораздо лучше. На самом деле, она уже давно не выглядела такой здоровой — глаза чистые и блестящие, с голубовато-белыми белками и яркой радужкой, кожа светлая и гладкая, на щеках румянец, даже волосы, казалось, стали гуще и ярче. Стефани прикоснулась к щеке, невольно улыбнулась, открыла воду и стала умываться. Вышла и с благодарностью кивнула Крису:

— Спасибо огромное, я твоя должница.

— Какие долги, я тебя умоляю, — он обнял ее и усадил к себе не колени, поцеловал в шею. — Я знаю, как плохо жить без "магнита", такого врагу не пожелаешь. Жаль, конечно, что у нас ничего не вышло вчера, но это не смертельно. Я буду понемногу подпитывать тебя до следующего полнолуния, а потом ты сможешь жить на полную, не думая о затратах энергии, будем заниматься по Книге, я тебя всему научу, — Он крепко обнял ее, радостно прижимая к себе, заглянул в глаза: — Как ты тут? Я тебе звонил.

— Я видела, я была занята, — она отвела глаза, — это были… напряженные выходные.

— Я знаю, — он погладил ее плечи, недовольно дернул щекой, — Эмили говорила, что вы почти не спали толком, так, урывками — в машине, в гримерке… фотки показывала.

Что-то в его голосе заставило ее насторожиться, Стеф отстранилась, заглянула ему в лицо:

— Какие фотки?

— Со съемок, с пляжа, — он сделал подчеркнуто спокойное лицо, тихо добавил: — Из фургона.

— Я не помню никаких фоток, — нахмурилась она. — Покажешь, у тебя есть?

— В интернете есть, — он полез в карман, достал телефон и стал клацать, повернул ей экран. Стефани увидела яркий и пафосный сайт сериала, дневник съемок, пост с позавчерашней датой. Прочитала: "Сегодня наконец закончились съемки долгожданного…" и не стала читать дальше, прокрутила страницу, рассматривая миниатюры прикрепленных к посту фотографий. Первые три изображали ее и Стивена в костюмах, на четвертой они спали на задних сидениях в фургоне. Стеф зашипела сквозь зубы, возмущенно подняла глаза на хмурого Криса:

— Вот коза, а?

— Кто?

— Эмили, сучка розовая, — Стеф нервно пролистала фотки дальше, увидела пару силуэтов на фоне заката, ткнула в них пальцем: — Это она нас заставила, — прокрутила дальше, в поисках фотографии, снятой наглым папараццы, но с удивлением поняла, что ее там нет. Были фото в костюмах для павильона, спящий на трех стульях в гримерке Стивен, вымазанная в краске Стеф — и все.

"Надо же… Куда же ты воткнешь этот восхитительный кадр? Если не сюда, значит надо ждать еще большей подлянки."

— Чем тебе не угодила Эмили? — тем же прохладным голосом спросил Крис, Стефани злобно фыркнула:

— Да она задрала со своими фотками, — скривилась и изобразила ненатурально-доброжелательный тон Эмили: — "У меня есть гениальная идея. Стань сюда, руку сюда, положи голову ему на плечо".

Крис чуть улыбнулся:

— Так эти фотки постановочные?

— Конечно, — Стеф нервно поправила волосы, посмотрела на парня: — Ты что, ревнуешь?

— Ну, — он неуверенно пожал плечами, виновато посмотрел на нее, — ты же меня знаешь. Клип должен был быть про любовь, вы два дня не отходили друг от друга, я не знаю, что там было в сценарии. — Он ненатурально хохотнул и двинул плечами, — сейчас во всех клипах сплошная порнография.

— Ой, не парься, — она отмахнулась и взлохматила ему волосы, — в этом клипе мы только два раза были в кадре одновременно, и то только за руки держались. Там Эванс увидел, что у него костюм с открытой грудью, так такую истерику устроил, что костюмерам пришлось срочно искать рубашку.

Крис расхохотался, обнял ее:

— Да, ему, пожалуй, нельзя сниматься в таком виде — всех фанаток распугает своими костями. Я его вообще никогда без футболки не видел, стесняется, наверное.

Она спрятала улыбку и сделала вид, что не замечает, как самодовольно напряг руки Крис.

"Уж ты бы не отказался сниматься даже голым, ты любишь свое тело и любишь им хвастаться. Не знаю, плохо ли это — ты приложил немалые усилия для такого результата и имеешь полное право гордиться своими мышцами, как я горжусь своим голосом или танцевальной техникой.

А Стивен, как обычно, имеет много талантов, о которых вообще никто не догадывается, потому что он не горит желанием демонстрировать их всем и каждому. И я даже не могу сказать, кто из вас прав — это просто два разных взгляда на жизнь."

— О чем задумалась? — Крис поцеловал ее в щеку, погладил по плечу. Она вздохнула:

— Ни о чем, вспомнила, как ползала по полу вся в краске, жуткий был день.

— Моя девочка, — он прижал ее крепче, нацеловывая щеки и шею, — забудь об этих выходных, хочешь, выпишемся сейчас и поедем куда-нибудь? Мы на сегодня все равно свободны, у меня только вокал в восемь и тренажерка в девять… Хотя, я думаю, Дэл меня не казнит, если я не приду… а вот Дэн казнит. Так что до девяти мы свободны. Поехали на пляж? Или в парк? Или купим поесть и найдем красивое место где-нибудь вдоль перевала? — его глаза светились предвкушением, Стефани чуть улыбнулась и кивнула:

— Давай, — закрыла глаза, отвечая на поцелуй.

"Прости меня, милый мальчик Кристофер Льюис… Прости, что приворожила, лишив тебя права выбора, прости, что доставила столько неприятностей из-за проблем, к которым ты не имел никакого отношения. Прости, что не смогла сохранить в себе ту любовь, которую к тебе когда-то испытывала, которая заставила меня пойти на самый неэтичный поступок в мире. Прости, что после того, как меня обидел не ты, я эгоистично хватаюсь за тебя, как утопающий, который обезумев от страха, топит того, кто пытается его спасти.

Один бог знает, как я себя за это ненавижу… но по-другому не могу, твои глаза — единственное цветное пятно в моем черно-белом мире."

* * *

Когда они добрались до школы, уже темнело. Крис прямо с парковки побежал в тренажерный зал, пообещав позвонить вечером. В комнату идти не хотелось — на горизонте маячил подробный отчет Мари о каждой минуте выходных и покаянная объяснительная на тему "почему я такая зараза и для чего мне телефон". Стефани достала наушники, включила плейлист со старыми альбомами классических рокеров и прогулочным шагом отправилась в парк. Случайный порядок воспроизведения почему-то выбирал песни одна другой печальнее и пронзительнее, где-то через час неспешного вышагивания по темным аллеям Стеф готова была забиться в какую-нибудь мрачную нору и тихо реветь до утра.

"Почему музыка так влияет на психику? Ведь с научной точки зрения, это всего лишь колебания воздуха на определенной частоте… хотя, слова "я люблю тебя" — это тоже колебания воздуха. Стив говорит, они ничего не значат."

В ушах заиграла аэросмитовская "Сrаzу", Стеф тихо рассмеялась в небо, прикусила губу.

"Тайлера тоже зовут Стивен.

Теперь это открытие останется со мной навсегда."

Она осмотрелась, пытаясь понять, в какой край парка забрела, наугад развернулась и пошла в сторону светящихся окон школы. Дойдя до первой аллеи, свернула к фонтану, медленно пошла в его сторону, рассматривая окна школы — в танцевальном зале кружилась мелюзга из второй группы, мелькнула рыжая шевелюра Мари. В музыкальном классе тоже горел свет, но она не слышала, занимается ли там кто-нибудь — в ушах Брайан Адамс просил простить его за то, что он не может перестать любить…

Она перевела взгляд на фонтан только тогда, когда почти уперлась в него. И вздрогнула всем телом — на бортике сидел Стив. А рядом сидела девочка из второй группы, красивая, раскрасневшаяся и милая до безобразия. Она пучила глаза на Стеф, Стивен за ее спиной тоже смотрел на Стефани с легким недоумением, а она замерла, совершенно не способная сдвинуться с места и не знающая, что сказать. В ушах хрипловатый голос с легким акцентом проникновенно пел о том, что помнит запах кожи своей любимой и каждое ее движение в ту ночь…

Она сорвала наушники и с трудом сглотнула колючий комок. Опустила глаза, попыталась сделать голос уверенным и спокойным:

— Простите, не хотела мешать.

Развернулась на сто восемьдесят градусов, думая только о том, как бы не упасть на негнущихся ногах, сделала осторожный шаг, потом еще один. За спиной вернулись к прерванному разговору, девочка весело щебетала о каком-то курьезе на съемках, Стивен смеялся.

Стеф бешеным усилием заставляла ноги гнуться, унося ее все дальше от этой идиллической картины.

"Как можно забыть любимого человека за одну ночь, спрашивал ты? По-моему, тебе это отлично известно, мой бывший друг. Мой бывший ночной музыкант, мой бывший… центр вселенной.

Что произойдет со вселенной, если притяжение центра внезапно исчезнет? Я не эксперт в физике таких масштабов, но почему-то мне кажется, что ничего хорошего. И что вряд ли после этого во всей вселенной останется хоть один спокойный уголок… Вот только рано или поздно все стабилизируется. Галактики соберутся в новые группы, планеты прочно вцепятся в новые орбиты, мир найдет себе новый центр, потому что свято место пусто не бывает, никогда, это закон.

Для этого понадобится время, но в масштабах вселенной оно течет очень быстро. Даже в масштабах нашей планеты, моя жизнь — не просто капля в море, а скорее молекула воды… Ага, а в масштабах микробов — когда я мою руки, наступает апокалипсис."

Она остановилась на краю парка, на миг задумалась, выбирая направление, пожала плечами и пошла в сторону тропинки к озеру, нервно ускоряя шаг.

"Хватит мерить себя чужой линейкой — вселенной наплевать на людей, людям наплевать на микробы… Стивену наплевать на меня. Надо и мне учиться плевать на все и всех, жить ради себя и строить карьеру, заниматься тем, что нравится, совершенствоваться в том, чем люблю заниматься."

Она опять надела наушники, мгновенно узнав песню. Сердце дрогнуло и рванулось в галоп, грудь пережало болью, как тугой веревкой, как будто барабанщик молотил не по тарелкам, а по ее солнечному сплетению. С трудом сделав вдох и выровнявшись, она осторожно пошла по тропинке.

"Завтра начну на всех плевать. Прямо с утра встану и плюну на весь мир, и буду ходить спокойная и красивая, думать о съемках и собственном здоровье.

А сейчас доковыляю до озера и буду лежать на траве, смотреть в небо, думать о законах вселенной и ждать, когда кончатся слезы. Должны же они когда-нибудь уняться, ресурсы организма не бездонны… надеюсь, это случится до того, как Крис закончит тренировку. Очень не хотелось бы опять врать ему, он этого не заслуживает."

* * *

Когда он позвонил, она продолжала лежать на холодной траве. Слезы действительно кончились, оставив на висках стянутые дорожки и пропитав склон до самых грунтовых вод, но легче почему-то не стало.

"На этом месте еще лет пять ничего не вырастет. Надо его запомнить, чтобы не портить землю в других местах — чую, это не последний мой вечер старой музыки."

— Да? — голос почти спокойный, почти.

"Он не заметит."

— Ты еще не спишь, малыш?

— Нет, ты освободился?

— Да, сейчас молнией в душ и я весь твой. Пойдешь гулять?

— Да, конечно. Встретимся в парке?

— Давай, я позвоню.

Она положила трубку и поднялась. Посмотрела на туфли и сняла их, взяла в руки. Пощупала пальцами ног холодную траву и медленно побежала по тропинке, постепенно наращивая темп — нужно успеть в парк до того, как Крис позвонит, это позволит избежать неудобных вопросов и очередного вранья.

"Мне надоело тебе врать. Ты несешь в мою жизнь свет, а я в твою — только ложь, боль и предательство. Пора что-то менять."

Почти полная луна ярко освещала кроны где-то высоко, до тропинки ее свет почти не добирался, поэтому она не сразу заметила темный силуэт, бегущий навстречу. А когда заметила, прятаться уже было поздно, пришлось делать вид, что все в норме и она каждый день тут бегает с туфлями в руках. Сердце ускорилось еще больше, Стивен добежал до небольшого просвета между деревьями, залитого лунным светом, притормозил. Стеф постаралась уверенно смотреть мимо, но глаза все равно нашли его лицо, удивленное и растерянное. Он попытался поймать ее за локоть:

— Что ты тут делаешь?

Стефани с огромным трудом увернулась, его пальцы мазнули по рукаву, она побежала дальше, оглянулась через плечо:

— Прости, я спешу.

Ноги дрожали от желания понестись во весь опор, но она старательно держала тот же темп — он все равно бегает быстрее, если захочет, он догонит ее не напрягаясь. Расстояние росло, сердце больно бухало в ребра, шагов за спиной слышно не было. Тропинка повернула и Стеф позволила себе ускориться, убегая от все нарастающего чувства смертельной обиды и холодного одиночества — он не стал ее догонять.

"Ну и ладно, ну и как хочешь. Не сильно-то и хотелось, и вообще — я занята, меня парень ждет. Любящий, все прощающий и самый лучший, не то что некоторые. А ты вали к своей маленькой милашке, мой бывший друг, скатертью дорога."

Злые слезы опять навернулись на глаза, она постаралась отвлечься и думать о хорошем. О Мари, о Крисе, о повышенном гонораре… На что потратить неожиданные деньги?

Попавшийся под пятку острый сучок заставил ее зашипеть от боли и поставить первым пунктом в списке покупок крепкие ботинки.

"Пожалуй, мне понадобится много обуви без каблука."

Зазвонил телефон, она глубоко вдохнула, выравнивая дыхание, и ответила:

— Ты уже?

— Да. Ты где?

— Решила прогуляться по лесу. Иди в парк, я подойду буквально через пять минут.

— Чего это тебя в лес потянуло?

— Не знаю, захотелось. Где ты будешь?

— На твоем любимом фонтане.

Она невольно передернула плечами и поморщилась:

— Давай не там, там слишком людно. Может, на третьей аллее?

— Как хочешь… А что, ты решила сегодня не слушать своего любимого пианиста?

— Нет, — она прикусила губу и выдавила улыбку, — сегодня я хочу слушать только тебя. Жди, я почти пришла.

— Хорошо, малыш, — в его голосе было столько радости, что ей стало стыдно за то, что даже такая малость от нее способна его обрадовать.

"Я так редко говорю тебе приятные вещи…"

— Давай, скоро буду.

Тропинка вышла к узкому проему в ограде, Стеф отряхнула ноги и обулась, пошла в сторону парка. Услышала с одной из лавочек голос Мари, свернула в сторону — рано с ней встречаться, надо успокоиться достаточно, чтобы изобразить жизнерадостность и пофигизм в отношении их общего знакомого, которому рыжая мигом побежит докладывать.

"Что ей сказать? Что мы с ним хорошо подумали и решили оставить все в прошлом? А вдруг Стивен ей все расскажет, как было?"

На очередной лавочке сверкнул улыбкой Крис и она постаралась выкинуть из головы лишнее.

— Привет, — села рядом, ответила на поцелуй, — как тренировка?

— Да как обычно, — он криво улыбнулся и виновато заглянул ей в глаза, — Дэн о тебе спрашивал.

— Твой тренер? — Стеф распахнула глаза. — Каким боком я его вдруг заинтересовала?

— Он не только тренер, — вздохнул Крис, — он еще и диетолог… Сэм привез твои документы из больницы, кучу рекомендаций и всякой ерунды, которую ему там всучили, свалил это все перед Дэном и потребовал, чтобы он взял тебя под контроль. Так что он интересовался у меня, почему ты так похудела, расспрашивал о твоем графике занятий и всяких предпочтениях в еде, есть ли у тебя на что-нибудь аллергия… у тебя есть аллергия?

— Нету, я образец здоровья, — поморщилась Стефани, — была бы мужчиной — служила б морпехом.

— О, тебе бы пошла форма, — игриво приподнял брови парень, опять целуя ее. — В общем, я ему сказал, что ты похудела из-за того, что мало спишь и нервничаешь из-за съемок.

— И что он?

— Пока ничего, думает. Скорее всего, будет общаться с тобой завтра, составит рацион, может быть, скажет ходить в спортзал. Но это вряд ли, ты и так скоро наберешь вес, я буду тебя подпитывать. А через месяц все будет вообще классно, — он радостно обнял ее, она улыбнулась.

— Слушай, ты же сейчас берешь энергию из своего "магнита", да?

— Да, это мое первое "кольцо", я с ним уже год почти. Дядя сказал сразу его поставить, потому что у меня слабый природный резерв. А что?

— Мне просто интересно, — она с невинным видом пожала плечами. — Магия — часть мира, на нее тоже должен действовать закон сохранения энергии… Ну, знаешь, ничего не берется из ниоткуда и не исчезает в никуда, — она заметила, как мигом помрачнел Крис, понизила голос, — и мне стало интересно, откуда берет силу сам "магнит"?

— Из мира, — немного помявшись, ответил парень, — все живое излучает энергию, как наше тело излучает тепло. "Магнит" ее собирает и накапливает, а в случае надобности предоставляет в распоряжение мага.

— И можно ничего не делать, просто жить как жил, а энергия будет накапливаться? — она продолжала косить под дурочку, а он мрачнел все больше.

— Ну, как — ничего не делать… Надо больше бывать в тех местах, где люди активно излучают, больше общаться. На стадионах, на праздниках там…

— А это не вампиризм? — осторожно спросила Стеф. — Я не сделаю никому плохо своим "магнитом"?

— Нет, что ты, — он попытался улыбнуться. — Нет… ну, может, чуть-чуть, — увидел ее округлившиеся глаза и пожал плечами, — только если долго общаться с одним человеком.

— И что, я не смогу весь день провести с подружкой? — нахмурилась Стеф. — А родители, я же с ними под одной крышей живу?

— О родителях не переживай, — качнул головой он, — у "магнита" маленький радиус действия, он тянет силу только из тех, до кого ты можешь дотянуться рукой, дальше уже не работает. Так что, если ты не будешь круглосуточно с ними обниматься, ничего с ними не случится.

— А на собаку он действует?

— Он действует на всех живых существ, — кивнул Крис, — собаки, птицы, рыбки… Из кошки только ничего не вытянешь — они сами вампиры.

— Так вот почему во всех сказках ведьмы заводят кошек, — усмехнулась Стеф, Крис тоже улыбнулся, замялся, явно в ожидании других неудобных вопросов. Стефани его не разочаровала:

— А какие еще рецепты есть в твоей Книге?

— Разные. Я сейчас "сияние" ношу, ты тоже можешь себе поставить… хотя, ты и без него светишься, — он поцеловал ее, уткнулся лицом в шею, — ты очень красивая. Если поставишь "сияние" — вообще не сможешь ходить по улице без охраны.

Стеф улыбнулась, запустила пальцы в его волосы, загадочным шепотом спросила:

— А можно сделать так, чтобы научиться хорошо играть и всем нравились мои фильмы?

Он с улыбкой кивнул:

— В ветке "сияния" что-то такое есть на втором или третьем уровне… не помню, мне до этого еще далеко.

— А можно… — она на миг изобразила смущение, — сделать так, чтобы вызывать у человека… особые ощущения?

— В смысле? — Крис напрягся, чуть отодвинулся, заглядывая в ее лицо, Стеф повела плечами, еще больше сутулясь, прошептала:

— Ну, особенные… желание?

— Зачем тебе такое? — попытался улыбнуться Крис, — у кого ты собралась вызывать желание?

— Не я, — она осторожно подняла глаза и, сжавшись, добавила: — Ты.

— Я? — он округлил глаза, нахмурился, — малыш, в чем дело? Я тебя не понимаю.

Она тяжело вздохнула, потерла лицо:

— Понимаешь… в ту ночь, когда ты ко мне пришел, ну, тогда… было так странно, — она с извиняющимся видом поджала губы. — Мне казалось, что я вижу свет и слышу море, и ощущения были такие… невероятные, — она смущенно опустила глаза. — Ты не колдовал надо мной?

— Ты что, конечно нет, — выдохнул Крис, с облегчением провел ладонью по лицу. — Ну ты выдумала… Я бы никогда не стал колдовать над тобой, ни в коем случае. Ощущение света у тебя было, скорее всего, из-за сильного прилива энергии, я же тогда специально накапливал ее, чтобы хватило на обмен и не повторилась та ужасная ситуация на пляже.

— В смысле — из-за прилива энергии? — нахмурила брови Стеф, он пояснил:

— Энергия передается двумя способами — прикосновением и мыслями. Энергетический обмен между людьми тем сильнее, чем плотнее они друг к другу прижимаются и чем более сильные эмоции испытывают. Только в естесственном случае этот обмен обоюдный, а "магнит" позволяет брать, ничего не отдавая взамен. То есть, он тянет энергию из людей, когда я к ним прикасаюсь и когда они обо мне думают. Поэтому я стараюсь понравиться как можно большему количеству девочек — когда они обо мне думают, я получаю их энергию, даже если меня нет рядом. — Он с улыбкой посмотрел на Стеф, жадно ловящую каждое слово, и наклонился к ее уху, страстно шепча: — А самое большое количество энергии передается через секс. Отсюда и супер-ощущения.

— Правда? — она доверчиво заглянула в его глаза. — Так это было из-за энергии… а в больнице ты как меня подпитывал?

— Отключил "магнит" и обнимал тебя с семи утра до двух часов дня, — с улыбкой развел руками он, понизил голос и обнял ее, — и все время думал о тебе.

— Понятно… а вообще, есть такой ритуал? — Она изображала любознательную школьницу, с открытым ртом слушающую мудрого учителя, он вздохнул и с улыбкой качнул головой:

— Нет такого ритуала, расслабься. Ну или есть, но не в моей Книге, я о таком не знаю. — Опять обнял ее и стал медленно целовать шею, — все было по-настоящему, малыш, и я с удовольствием докажу тебе это в любой момент, хоть сейчас. — Он прикусил ее ухо, заставив поморщиться от резанувшей живот боли возбуждения, она задышала чаще, он стал целовать ее, запуская руку под кофту, Стеф мягко прижала ее, не дав продвинуться дальше. Он прошептал: — Что такое? — Она замешкалась с ответом, он опять прикусил ее ухо, — малыш, я бешено скучал без тебя все выходные, а обнимать тебя спящую и постоянно бояться разбудить — это вообще было то еще испытание, — он усмехнулся, целуя ее шею, прижал крепче. — Я сегодня выгнал Макса ночевать к другу, комната на всю ночь в нашем распоряжении.

Она прикусила губу, пряча глаза и стараясь дышать медленнее.

"Как восхитительно складно ты врешь… как бессовестно гениально, в глаза, господи, как ты мог? "Нет такого ритуала", конечно, а как же.

Сказать тебе, что все знаю и даже знаю, как этот ритуал называется? Нет, конечно нет, не стоит обижать единственный свет моего мрачного существования… Интересно, в чем еще ты мне врал?"

— Стеф, да что с тобой? — он чуть отодвинулся, заглядывая в ее глаза. — О чем задумалась?

— Прости, — она поцеловала его в щеку. — Ты не обидишься, если я откажусь?

Он мигом надулся, всем своим видом показывая, что обидится просто смертельно, и пробормотал:

— Не обижусь, что ты. А в чем дело?

— Я устала, — она изобразила умирающего лебедя и обняла его, прижимаясь щекой к его плечу. — Я с четверга не спала в своей постели, все время какие-то короткие отключки в скрюченном положении, то на стульях, то в машине, в больнице мне вообще не удалось нормально отдохнуть, только когда ты рядом спал. — Она виновато заглянула в его глаза снизу вверх, — я просто боюсь, что оказавшись под одеялом, мигом отключусь. Давай завтра, а?

— Макс будет просто счастлив, — с сарказмом процедил Крис, вздохнул, недовольно скривился, — ладно, не хочешь — не надо, я тебя не заставляю.

— Прости, — она опять изобразила вину и покаяние, мысленно выдумывая причину поскорее разойтись по комнатам.

"Ты такой милый… пока все идет так, как ты хочешь. Но стоит только попытаться тебе перечить — более хмурого и недовольного типа в мире не найдешь. Спи сам, милый мой."

Тишина медленно опутывала их собой, как паутиной, сначала невесомо, потом стало понятно, что выбраться уже не получится. Крис с тяжким вздохом убрал руки с ее плеч, тихо спросил:

— Спать?

— Да, пора уже.

Они взялись за руки и быстро пошли в здание, он проводил ее до комнаты, дежурно поцеловал, ушел. Стеф кивнула читающей на кровати Мари, стала разуваться. Рыжая громко захлопнула книгу и недовольно спросила:

— У твоего телефона опять проблемы с хозяйкой?

— Да, — Стеф бросила туфли под кровать и села. — А что?

— Ничего, — показала язык Мари, опять открыла книгу и уставилась в нее. Стеф посмотрела время, убрала телефон и села на кровати, достала ноутбук. Попыталась написать письмо Шарку, застопорилась на второй строчке, закрыла. Открыла сайт сериала, пролистала дневник съемок, посмотрела фотки с записи в пятницу, видеоотчет…

"Мы здесь такие милые, как будто и правда юная парочка."

Вздохнула и закрыла. Посмотрела время — полдвенадцатого. Когда-то в это время она ходила слушать, как Стивен играет на рояле.

Закрыла ноутбук, опять достала туфли и сумку, встала, пошла к окну.

— Что ты делаешь? — Мари перестала делать вид, что читает. Стеф открыла окно и села на подоконник, с независимым видом заявив:

— Собираюсь выйти в окно.

— Ты что? — Мари вскочила, отбросив книжку, — Стеф, не шути так.

— А кто тебе сказал, что я шучу? — она улыбнулась, мягко бросая туфли и сумку вниз, перекинула ноги на ту сторону, подмигнула рыжей: — Не парься, я так уже делала.

Осторожно оттолкнулась и прыгнула, опять ударилась ладонями, но кроме этого никаких проблем не заметила. Встала, отряхнулась, достала мобильный и начала искать туфли. Нашла, обулась, подобрала сумку и задрала голову, широко улыбаясь Мари, выглядывающей из окна, громко шепнула:

— Ты меня не видела, окей?

— Окей, — буркнула рыжая, вздохнула и закрыла окно.

Стефани поправила одежду и тихо пошла по темной аллее к парку, потом в сторону фонтана, внимательно прислушиваясь к голосам вокруг. На лавках смеялись, разговаривали, но это было далеко — первая аллея не особенно популярна, здесь слишком светло из-за окон… и только фонтан закрыт от света густыми кронами, если там кто-то и есть, то их не видно. Она очень тихо кралась к своему любимому фонтану, пока не убедилась, что на бортике никого нет. Расслабилась и смелее подошла к скульптуре рыбы, села, повесив сумку на оттопыренный плавник, стала рыться внутри в поисках наушников…

— Ждешь концерта?

Она вздрогнула, голос Стивена был холодный и ядовитый, заставляющий ежиться от неприятных мурашек. Она порадовалась, что сидит к нему спиной и может позволить себе секунду на то, чтобы успокоить сердце и взять себя в руки. Постаралась сделать лицо спокойным и обернулась, всматриваясь в темный силуэт, вразвалочку шагающий по аллее.

— Музыка остается музыкой, вне зависимости от наших разногласий.

Он подошел и остановился напротив, ухмыльнулся:

— Не можешь уснуть без моей музыки?

— Могу, но зачем? — она двинула плечами и отвела взгляд, царящий вокруг полумрак скрывал его лицо, но она могла только по его позе сказать, какие чувства он испытывает — злость и обиду, которую пытается маскировать тоннами сарказма.

— А если я перестану играть? — он запрокинул голову и развел руками, — у меня в фургоне есть, на чем практиковаться.

Стефани прохладно посмотрела на него:

— Ты потеряешь больше, чем я.

Он хмыкнул, покачался на каблуках, потом сел рядом с ней и с вызовом заявил:

— Поговорим?

Ее сердце застучало чаще, но холодный рассудок жестко осадил расшалившуюся фантазию.

"Если бы он хотел помириться, начал бы совсем по-другому."

Она попыталась изобразить незаинтересованность:

— А нам есть, о чем?

— Двум умным людям всегда есть, о чем поговорить, — с тем же сарказмом ответил он, она тихо усмехнулась:

— Ты никогда не считал меня умной.

Он хохотнул и отвернулся, похлопал ладонью по бортику:

— Удобная штука этот фонтан. Я тут сегодня отличный вечер провел.

— Я видела, — Стеф снисходительно улыбнулась, изо всех сил скрывая злую дрожь. — Она очень милая.

— Понравилась? — ядовито усмехнулся он, она фыркнула:

— А мне-то зачем? Главное, чтобы тебе нравилась.

— А мне и нравится, прекрасная девочка. Веселая, красивая и без ума от меня, — он самодовольно откинулся назад, вытянул ноги, с ожиданием посмотрел на Стеф.

"Провокация, мой бывший друг? Мы это уже проходили."

Она флегматично приподняла брови, бросив на него короткий взгляд:

— Ну и чего ты тогда тут сидишь и мне об этом рассказываешь? Иди к ней, если она тебе нравится.

— Не хочу, маленькие девочки очень милые, но они быстро надоедают. — Он самодовольно усмехнулся и сказал тоном прожженного ловеласа, уставшего от приключений: — Нет в них глубины, понимаешь? Все эти детские заморочки, какие-то глупые принципы, подростковые представления о жизни… Поищу себе, пожалуй, даму постарше, зрелую и опытную.

— Вперед, — фыркнула она.

— Дэл, например, — вкрадчиво добавил Стивен, пристально глядя на нее, Стеф приложила титаническое усилие, чтобы лицо не дрогнуло от ярости. Сказала, как будто просто поддерживает не очень увлекательную беседу:

— Почему ее?

— У нее красивое имя, — он проговорил медленно, растягивая звуки: — Дилайла… Прелесть, да?

— Угу, — Стеф тихо фыркнула и не смогла сдержаться: — Отлично подойдет для первых букв строчек куплета.

Он замер, Стефани кожей почувствовала его напряжение, вспомнила, как он обычно каменеет в ситуациях, когда внутри бушуют слишком сильные эмоции, которые сложно контролировать. Прикусила губу, чувствуя себя виноватой за то, что сказала это. Уже собиралась извиниться, но он успел прийти в себя, и очень спокойно и холодно ответил:

— А еще потому, что ты ее не любишь и считаешь красивее себя, — в его голосе было столько яда, что хватило бы отравить Тихий океан, — и в этом ты права, как никогда.

Она на секунду закрыла глаза, пытаясь взять себя в руки.

"Я тоже умею держать удар, ты тут не единственный актер."

Ее голос был легким и чуть насмешливым:

— А ты всегда выбираешь женщин исходя из моего к ним отношения?

— Не всегда, буквально вчера начал, — он усмехнулся, — но мне уже очень нравится.

— Что именно?

— Твоя реакция. Твоя злость и ревность. Это так восхитительно, — он повернулся к ней, она ответила прямым взглядом:

— С чего ты взял, что мне есть дело до тебя и твоих девок?

— Ну как же, ты же меня любишь.

— Ты уверен?

— Ты же это сказала.

"Я сделала глупость. Больше это не повторится."

— Это было давно, — она пожала плечами и отвернулась, он фыркнул:

— Вчера.

— Прошла целая ночь, — загадочно протянула Стеф, — даже за одну ночь может случиться что угодно, ночи длинные.

— И что же ты успела за эту длинную ночь? — ядовито, но с глубоко упрятанной болью спросил Стивен. Стеф чуть улыбнулась уголком губ.

"Я заметила."

Вздохнула, затягивая с ответом, повела плечом:

— Много чего… Знаешь, в мире есть вещи, позволяющие забыть кого угодно за одну ночь.

— Нет таких вещей, — хмуро рубанул он.

Она грустно и снисходительно качнула головой:

— Ты слишком самоуверенный, как всегда.

— А ты, как всегда, неумело врешь, — зло рыкнул Стивен, Стеф повернулась к нему и посмотрела в глаза:

— Не веришь?

— Нет.

— Хочешь попробовать?

— А ты рекомендуешь?

— Конечно, — она с улыбкой закатила глаза, как будто соблазняла его попробовать новый десерт, — ты будешь впечатлен.

— А ты когда впечатлилась? В ту ночь, когда "он просто пришел"?

"Да тебя же уже трясет от злости, боже мой. А ведь пришел с намерением поиздеваться надо мной… Так тебе и надо. Получай, мой бывший друг."

— Да, именно в ту, — она хитро приподняла брови, — волшебная была ночь.

Он ответил не сразу, опять заставив ее победно улыбнуться — проняло мистера Эванса.

— Ты хочешь сказать, что он заколдовал тебя? — фыркнул он, тщательно изображая снисходительное недоверие. — И ты не могла сопротивляться? Ты правда думаешь, что я поверю в эту чушь?

— Почему нет? — развела руками Стеф, — ты же умеешь отличать ложь от правды. И тебе прекрасно известно, что в некоторых случаях сопротивление бесполезно.

— Но это не значит, что надо делать все, что от тебя хотят, — рыкнул он, окончательно выходя из себя. Она тоже перестала прикидываться и хмуро кивнула:

— Значит. Это магия, ей невозможно сопротивляться, — она продолжала на него смотреть, чувствуя как замирает сердце в ожидании его ответа.

Стивен задышал чаще, выровнялся, посмотрел на нее с болью и обидой:

— Все возможно. Признайся уже, что просто не хотела сопротивляться, тебе самой нравилось все, что он с тобой делал.

Стеф сжала зубы, чувствуя как изнутри поджигает душу медленно вскипающая злость, глубоко вдохнула, из последних сил пытаясь сдержаться, но все-таки взорвалась и крикнула:

— Встань.

— Что? — удивленно поднял на нее глаза парень, она поймала его взгляд и уже не отпустила. Собрала всю кипящую внутри злость и прорычала ему в лицо:

— Вставай, я сказала, — Его глаза остекленели, он медленно поднялся с бортика, продолжая растерянно смотреть на нее. Стеф встала напротив и со злобной улыбкой скомандовала: — На колени.

Парень помедлил секунду и опустился на колени, став с ней почти одного роста. В его глазах отрешенная апатия боролась с каким-то интуитивным ощущением, что он что-то делает не так. Стеф приблизила свое лицо к его, с сарказмом и болью прошипела:

— Нравится? Приятно, когда с тобой такое делают? Или не очень, а? — с демонической улыбкой запустила пальцы в его волосы, сгребла их в кулак, продолжая заглядывать в глаза. — Что-то мне подсказывает, что тебе не нравится… Так что же ты не сопротивляешься? Ведь нет ничего невозможного.

Он продолжал молча смотреть в ее глаза с отсутствующим видом, она развела руками:

— Странное ощущение, да? Твое тело, твои мысли… было твое — стало чужое. Вот так вот просто, раз — и все. И ты ничего не можешь сделать… — она с напускной иронией призадумалась, — или можешь? Ты же у нас все можешь, ты Стивен, мать твою, Всемогущий, — Она запрокинула голову и истерично хохотнула в небо, опять в упор посмотрела на парня: — Что ж ты не сопротивляешься? Попробуй, вдруг получится?

На его лице не дрогнул ни один мускул, только взгляд стал еще более растерянным, с оттенком страха.

— Не получается? — понимающе закивала Стеф. — Ну ничего, ты еще пробуй. Ведь нет ничего невозможного, да? Или ты не хочешь сопротивляться? — Она наклонилась еще ближе, провела ногтями по его щеке, по подбородку, взяла за шею. Цинично приподняла бровь: — Похоже, тебе это нравится… ты же не сопротивляешься, значит — нравится. Продолжим? — Сильнее сжала его горло и прошипела: — Раздевайся. Давай, расстегивай рубашку, вот так.

Он задышал чаще, руки медленно поднялись к воротнику и стали расстегивать пуговицы, Стеф следила за его пальцами с самодовольной улыбкой, а когда он расстегнул пояс, опять посмотрела в его глаза и похлопала по щеке:

— Достаточно. Ложись, — парень замер, в глазах была бездна непонимания, почему он делает то, что делает, грудь поднималась и опускалась так часто, как будто он боролся с истерикой. Стеф чуть надавила на его плечо и повторила: — Лежать, мой дорогой. Давай, тебе же это нравится.

Он осторожно сел на плитку дорожки, потом лег, глядя в небо и продолжая часто дышать. Стефани сделала пару шагов вразвалочку вдоль его распростертого тела, развернулась и наклонилась, заглядывая в лицо с поддельным удивлением:

— И это нравится… надо же, — Переступила его пояс и уселась сверху, сжав коленями его талию, поманила пальцем: — Иди сюда. — Он чуть приподнялся и оперся на локти, она криво улыбнулась: — Классно, да? Я вижу, тебе нравится. Или нет? — помолчала, глядя в его растерянные и испуганные глаза, крикнула: — Говори.

— Нет, — перехваченным голосом ответил парень, — не нравится.

— Так что же ты не сопротивляешься? — Она вся дрожала от бурлящих внутри эмоций, схватила его за воротник и встряхнула: — Давай. Не хочешь? Тогда продолжаем банкет, всем же все нравится. Поцелуй меня. — Она наклонилась ближе, почти касаясь его, продолжая в упор смотреть в его глаза. — Целуй, мать твою.

Его тело под ней мелко дрожало уже целиком, дыхание срывалось на хрипы, веки подрагивали, как будто он пытался закрыть глаза и не мог. Стефани мягко взяла его за горло, почти нежно, криво улыбнулась:

— О, первые признаки сопротивления… Интересно, а если я их случайно не замечу, это будет считаться преступлением? Ведь до этого тебе все нравилось. Давай не будем останавливаться на таких мелочах, просто поцелуй меня и забудем об этом, — она впилась взглядом в его глаза, сминая сопротивление и прессуя волю, увидела, как до предела расширились его зрачки, занимая всю радужку, и приказала: — Целуй.

Стивен прерывисто глубоко вдохнул и запрокинул голову, закрывая глаза. Из носа хлынула кровь, потекла по губам и шее, по руке Стеф, которой она продолжала держать его за горло. Девушка отдернула руку, с тревогой всмотрелась в его бледное лицо. Стив медленно приоткрыл глаза и вытер губы, посмотрел на кровь на ладони, поморщился. Осторожно лег на землю и тихо хохотнул в небо, скосил глаза на Стеф.

Она достала из заднего кармана платок, вытерла руку, скомкала и бросила на его грудь, с горьким сарказмом фыркнув:

— А говорил, что не железный. — Встала, подошла к бортику и стала копаться в сумке, достала влажные салфетки, опять начала вытирать руку. Стивен осторожно поднялся, сел на фонтан, самодовольно посмотрел на нее поверх прижатого к носу платка:

— Нет ничего невозможного.

Она поморщилась и бросила салфетку в сумку:

— За время, которое тебе на это понадобилось, тебя можно было отыметь во всех положениях.

— Ну, — иронично улыбнулся он, — раз ты этого не сделала, значит, ты правда меня любишь.

— Я тебя ненавижу, Эванс, — прочувствованно прошептала она, взяла сумку и забросила на плечо, — я бы полжизни отдала, лишь бы во второй половине не было тебя. Так что если тебе дорога твоя жизнь и здоровье, держись от меня подальше, а то — клянусь — могу не сдержаться и пожелать тебе сдохнуть.

Она сорвалась с места и почти побежала по аллее, внутри клокотала злость, руки дрожали, глаза были сухие, как пески пустыни.

"Держись от меня подальше, Эванс. Отныне и навсегда."

Добежав до комнаты, она увидела внутри свет и остановилась — Мари. Она ведь заметит ее состояние, начнет расспрашивать и потом обязательно расскажет Стивену. Нельзя к ней идти.

Стеф развернулась и пошла в ванную, тщательно вымыла руки, закрылась в туалетной кабинке, пытаясь успокоиться и придать себе уверенный вид. Не получалось.

"Интересно, как он?"

Она закрыла глаза, пытаясь уверить себя, что делает это чисто из любопытства и желания позлорадствовать. Перед глазами появилась темная тропинка к трейлеру, окровавленная рука потянулась к ручке двери, схватилась за нее и замерла. Он остановился, тяжело дыша и опираясь на дрожащую руку, потом открыл дверь и осторожно поднялся по ступенькам, захлопнул, оперся о нее спиной и сел на пол. Посмотрел на руки, сжимающие ее платок, на них тут же закапала кровь, он чертыхнулся и прижал платок к лицу.

Поднялся и пошел в ванную, в зеркале над раковиной отразилось его бледное растерянное лицо, залитое кровью, рубашка в бордовых пятнах. Стив открыл воду и вымыл руки, склонился над раковиной, умываясь и заляпывая красным зеркало и стены. Кровь не останавливалась, он намочил платок и прижал к носу, вышел, снял рубашку, забросил под кровать. Стал копаться одной рукой на полках кухонного шкафа, уронил банку с чаем, достал аптечку. Не смог открыть одной рукой, отложил платок и стал копаться двумя, по столу сразу же застучали красные капли. Он быстро достал несколько баночек, выбрал три разных таблетки, Стеф узнала только аспирин. Закинулся и запил водой прямо из чайника, опять взял платок, лег на кровать и замер, уставившись в потолок.

Стефани открыла глаза в кабинке, обхватила сумку, раскачиваясь вперед-назад и борясь с диким желанием вылечить этого гада.

"Мне же не сложно. Он и так уже получил, он все понял. Хватит с него."

Она опять зажмурилась, увидела потолок его трейлера и решилась.

"Будь здоров, мой… кто?

Какая разница… Да и не мой уже, даже не друг — неизвестно кто, непонятно почему я вообще желаю тебе здоровья, а не мучительной смерти.

Если бы ты меня любил, ты бы простил мне что угодно.

А я ничего тебе не буду прощать, просто исправлю то, в чем сама виновата. Будь здоров, талантливый парень по имени Стивен."

Картинка дрогнула, Стив чуть приподнялся на локтях и посмотрел в сторону двери, тихо спросил:

— Кто там?

Не дождался ответа и лег обратно. Осторожно перевернулся на бок, отнял от лица платок, посмотрел на него, пощупал нос. Тихо пробормотал:

— Офигеть…

Осторожно встал, опять пошел в ванную, умылся, кое-как прополоскал платок, бросил на край раковины. Вытер руки и достал из заднего кармана телефон, выбрал в списке контактов "Дилайла" и нажал вызов, с нехорошей ухмылкой глядя в зеркало. Гудки прервались почти сразу:

— Алло?

— Привет, — он сказал это таким соблазнительным голосом, как будто не здоровался, а говорил особый пароль, известный только им двоим, едва услышав который, следовало раздеваться и прыгать под одеяло с известной целью. Дэл эротично рассмеялась, кокетливо протянула:

— Эванс, ты в курсе, который час? Хорошим девочкам давно пора в постель… спатки, — она опять рассмеялась, он улыбнулся, промурлыкал:

— Какое счастье, что ты никогда не была хорошей девочкой.

— А ты? — с наигранным удивлением ахнула она, — неужели решил перестать быть хорошим мальчиком?

— Да, решил, — криво усмехнулся он. — Надоело возиться с примерными девочками, решил поучиться непослушанию. Будешь моей учительницей?

— О мой бог, Эванс, — она опять рассмеялась. — Не ожидала, честное слово. Что на тебя нашло?

— Давай я буду плохим мальчиком и не отвечу. — Он широко улыбнулся, — жду тебя в танцевальном зале.

— Через полчасика, окей? — промурлыкала она.

— Как скажешь. До встречи.

Он положил трубку и опять посмотрел в зеркало, пощупал нос, тяжело вздохнул и качнул головой. Криво ухмыльнулся и прошептал, глядя в свои глаза:

— Чему угодно можно сопротивляться, было бы желание. У меня нету, я задрался… Так что все, драгоценная моя.

Послал в зеркало ненавидящий воздушный поцелуй и стал раздеваться.

Стефани открыла глаза и глубоко вдохнула, на миг замерев с полными легкими, выдохнула. Казалось, что-то мешает дышать, воздух попадает в легкие, но не попадает в кровь, заставляя чувствовать себя обессиленным полутрупом.

Щелкнула дверь, из коридора кто-то вошел, каблуки простучали в сторону смежной с туалетом душевой. Зашумела вода, раздался тихий радостный смех, потом мелодичный голос Дэл, напевающий припев какого-то современного поп-хита.

У Стеф перехватило дыхание от неимоверно сильного порыва пожелать ей чего-нибудь болезненного, отвратительного и не совместимого с жизнью.

"Нельзя, нельзя, возьми себя в руки… от этого еще ни разу никому не становилось лучше."

Голова кружилась от злости, в глазах темнело пятнами, шум в ушах искажал все звуки и периодически переходил в тяжелый стук сердца, отдающийся болью в голове.

"Нельзя, она ни в чем не виновата. Не она, так другая, Стив звезда, стоит ему пальцами щелкнуть — мигом очередь выстроится…

Господи, как же я его ненавижу"

Желание уничтожить Дэл сменилось желанием испепелить Эванса.

Перед глазами на миг возникло его самодовольное лицо, вспыхнуло и исказилось страхом…

Стеф вздрогнула и обхватила себя руками.

"Нет-нет-нет, ни в коем случае"

Мысль о том, что даже такой короткий кадр в ее голове способен причинить ему вред, заставила покрыться холодным потом. Она закрыла глаза, опять в спешке настраиваясь на него, чтобы проверить и убедиться, что с ним все в порядке.

Стив стоял в душевой кабинке, держась руками за голову и упираясь локтями в стену, стена покачивалась, раздавалось частое дыхание.

"Господи, нет, я не хотела. Пусть с ним все будет в порядке, я желаю ему только хорошего, будь здоровым-здоровым-здоровым"

Парень медленно выровнялся и опустил руки, открыл воду сильнее, подставил лицо под душ. Вытер глаза и потянулся за шампунем.

Стеф выдохнула и опять сгорбилась, слушая, как поет Дэл. Прикусила губу, пытаясь взять себя в руки, тихо сняла туфли и бесшумно вышла. Обулась в коридоре, быстро дошла до комнаты, скользнула внутрь. Не стала включать свет, сделала вид, что не заметила, как пошевелилась еще не уснувшая Мари. Тихо переоделась и забралась под одеяло с головой, достала мобильный, стала бездумно листать страницы Книги Криса. Слова мелькали перед глазами, мозг не желал складывать их в осмысленные предложения, экран дрожал. Она помаялась еще пару минут и выключила, опять настроилась на Стивена, с дрожащей внутри злостью наблюдая, как он чистит зубы, придирчиво выбирает рубашку, вытирает туфли.

Этот странный мазохизм вызывал прилив гордости за то, что она умудрилась до сих пор ничего не сжечь и никого не убить.

"Растем, умнеем. Скоро стану прекрасной актрисой и сделаю в самоконтроле того самого самурая, о котором ты говорил, мой бывший друг."

Стивен проверил время и пошел в сторону здания школы, в темном парке было уже пусто, из окон светился только угол студии. Он вошел через боковой вход, поднялся на второй этаж, вразвалочку прогулялся по гулкому паркету пустого коридора. Скрипнула дверь танцевального класса, вспыхнул свет, Стив прошел к ряду стульев и сел, вытянув ноги и откинувшись на стену. Стало очень тихо. Он смотрел в темные стекла окон, окна отражали пустой класс.

"На этом самом месте меня когда-то ударил Крис. За то, что танцевала с тобой, мой бывший друг… Это было так волшебно."

Стив достал из кармана телефон и наушники, выбрал из списка "Запись № 57", поставил на непрерывное воспроизведение. Раздался резкий, неприятный звон, как будто кто-то пытался не извлечь из струн звук, а порвать их каждой нотой. И хрипловатый, дрожащий голос Стивена запел: "Этим утром, таким болезненно-несмешным…".

Стеф резко вышла из контакта, сжимая зубы и кулаки, раскрылась — было жарко, вся кожа горела так, как будто ее натерли перцем. Внутри все сворачивалось в узел, в голове шумело.

Но прошло каких-то несколько минут и она опять не смогла сдержать желание посмотреть на него. Он все еще сидел неподвижно, отбивая пальцами по подлокотнику ритм песни, она закончилась и заиграла снова. Где-то на середине из коридора раздался цокот каблуков, Стивен выключил музыку, встал, повернулся к зеркалу. Поправил воротник, волосы, улыбнулся. Открылась дверь.

Дэл вошла в танцевальный зал с видом военнокомандующего, въезжающего в триумфальную арку. Злое торжество сквозило в каждом шаге, в гордом повороте головы, в эротичном изгибе спины, в чуть прищуренных глазах… Она всегда ярко красилась, но сейчас ее макияж не просто выглядел вызывающе, а наводил на мысли о ночном клубе, в ярко освещенном зале она казалась случайной гостьей, которая вот-вот испарится туда, откуда пришла.

Стивен отвернулся от зеркала и окинул взглядом ее обтянутый черным костюмом силуэт:

— Ты опоздала.

— А ты заждался? — полуутвердительно фыркнула она, чувственно улыбаясь, сделала пару медленных шагов к нему, позволяя насладиться зрелищем. — Когда мужчина внезапно и срочно просит женщину о встрече, он должен быть готов к ожиданию. — Дэл склонила голову набок и отбросила за спину длинные волосы. — Зачем я тебе понадобилась?

Стивен шагнул к ней и провел обратной стороной ладони по плечу, пропустил между пальцами прядь волос:

— Мне жизненно необходима твоя консультация, — она запрокинула голову и понимающе улыбнулась:

— По какой песне?

Стив пожал плечами и мягко снял с ее плеча бретельку:

— Какая разница?

Дэл хитро улыбнулась и положила ладонь на его грудь:

— Большая, Эванс — мы должны завтра врать одинаково.

— Тогда, — он глубоко вдохнул и криво улыбнулся, — пусть это будет "Скажи".

Красотка улыбнулась и медленно скользнула ладонью по его груди до воротника:

— Маркетологи назвали ее "Тебя касаться".

— Они везде найдут секс, — невесело фыркнул он, она тихо рассмеялась, положила вторую руку на его грудь:

— А ты, похоже, со своей соплячкой секса так и не нашел.

Парень на секунду замер, потом медленно выдохнул и тронув кончиками пальцев ее губы, холодновато проговорил:

— Милая моя Дилайла… у тебя такой красивый голос, — она улыбнулась, он переместил пальцы на ее шею, — но сейчас лучше молчи.

В следующую секунду он резко наклонился к ней, а Стеф поспешно отключилась, дернувшись на кровати и вжавшись в стену спиной. Ее колотило, перед глазами стоял последний четкий кадр — светящееся торжеством лицо Дэл, с закрытыми глазами и ожидающе приоткрытым ртом.

Она с мазохизмом призналась себе, что до последнего надеялась, что все каким-то образом обойдется.

"Не обошлось."

Злые слезы жгли веки, хотелось пожелать проклятой суке все придуманные Данте прелести, а ему… ему…

"Я никогда не смогу пожелать ему ничего плохого."

Она выпуталась из одеяла, было так жарко, как будто демон из сна добрался до нее в реальности.

"Что делать? Куда идти? Как избавиться от этой разрывающей душу злости, никого при этом не покалечив? Душ? Парк? Озеро? Куда?"

Она вскочила, натянула джинсы поверх пижамы, набросила куртку, обулась. Услышала, как на своей кровати заворочалась Мари, Стеф сделала вид, что не заметила, и вышла из комнаты. Дернулась в сторону душевой, потом развернулась и пошла в парк, почти бегом пронеслась по темным аллеям и остановилась, только услышав плеск воды в чаше родника. Шагнула к нему, намотала волосы на кулак и опустилась на колени, медленно склонилась над чашей, рассматривая отражение неба и своей тени. Набрала воздуха и окунула лицо в ледяную воду, задержавшись настолько, на сколько хватило дыхания. Разогнулась, вытерла глаза, запрокинула лицо к небу, глубоко вдыхая теплый воздух с запахом мокрой земли и травы, сладковатых цветов, далекого озера…

"Жизнь не кончилась. Все идет как шло, это ничего не изменило. Да если бы я не подглядывала за ним, я бы даже не знала.

Черт…"

По лицу опять покатились слезы, заставив ее склониться над водой и умыться. Она поднялась с земли, села на лавочку в густой тени деревьев, поджала ноги к груди, крепко обхватив их и уткнувшись в колени подбородком.

"Жизнь продолжается, независимо от того, насколько мне плохо. Она будет идти своим чередом, даже если я сдохну. Какая разница, что он там с ней сейчас делает?"

Внутри опять запылал огонь, протекая из-под век, она в очередной раз подавила желание сделать Дэл какую-нибудь пакость, сосредоточилась на рассматривании неба.

"Нужно расслабиться… почему я не взяла с собой телефон и наушники? А впрочем, какая разница — в моей голове всегда полно музыки. Главное, выбрать правильную. Медленную и спокойную…"

Но внутри бился только металл, разрывая сердце жестким ритмом, дикий, бешеный, вызывающий желание упасть на колени, рванув на груди одежду и зарычать в небо гроулом, пугая все живое в радиусе километра.

"Надо сходить на концерт. Жаль, не с кем."

Она криво усмехнулась, вспоминая лицо Криса в тот вечер, когда они ездили на концерт вместе… и выровнялась.

"Крис. У меня есть парень.

Да, он не разделяет мои музыкальные вкусы, но он вполне сможет помочь мне забыть о разрывающей на части злости и обиде. И это не месть, это нормальные отношения между парнем и девушкой."

Она вскочила с лавки и понеслась назад в школу, посмотрела на светящиеся окна танцевального класса и злобно усмехнулась.

"У кого-то случайный перепих, а у кого-то — серьезные отношения. Каждому свое, мой бывший друг. И я постараюсь, чтобы ты об этом узнал."

Скрипучая дверь, пустой коридор мужского крыла, знакомая комната, замок открывается после мысленного приказа. Спящий Крис, похожий на ангела с расслабленным лицом и рассыпавшимися по подушке волосами, посеребренными лунным светом. На второй кровати шевельнулся Макс, она шепнула: "Спи" и парень обмяк, задышал ровно.

Тихо разделась, сложила одежду на стуле с вещами Криса, села на его кровать и осторожно забралась под одеяло. Коснулась губами его щеки, запустила пальцы в волосы, прижалась сильнее. Он приоткрыл глаза, сонно улыбнулся:

— Привет, малыш… передумала?

— Да, — она почувствовала его горячие руки на талии и хищно улыбнулась: — Передумала. Иди сюда.

* * *

 

ГЛАВА 10, 62й день съемок

среда, 24 июля, 62й день съемок, 16/17 лунный день

Она проснулась от скрипа ящика стола, задвинутого сонным и встрепанным Максом — он снимался во второй группе и вставал рано. Парень виновато посмотрел на нее и смущенно кивнул, одними губами прошептав: "Спите, я уже ушел". Стеф закрыла глаза, но спать уже не получилось — легкий шок в первую секунду от того, что она проснулась не в своей комнате, взбодрил не хуже ледяного душа.

"Хорошо, что я сейчас постоянно ношу крест. Только надо сделать так, чтобы Крис его не заметил."

Макс продолжал шуршать в комнате, Стеф вспомнила о Мари и настроилась на нее. Рыжая тоже просыпалась, одевалась, иногда поглядывая на ее пустую кровать. Потом взяла мобильный и набрала смс: "Спишь?". Отправила Эвансу. Включила свет, пощупала одеяло и подушку Стеф, вздохнула. Взяла ее ноутбук, включила, дождалась загрузки и ввела в поле пароля: "Стефани". Неверно. Почесала затылок и ввела дату ее рождения. Опять неверно. Последняя попытка — "Слэш". Не подходит. Чертыхнулась и выключила, положила как было.

Открыла тумбочку, осмотрела стопки белья и пустой угол, в котором обычно лежала пижама, хмыкнула, закрыла. Пощупала висящее на стуле полотенце. Опять хмыкнула. Села на пол возле кровати Стеф, провела по нему пальцами, растерла между большим и указательным пыль, провела возле своей кровати, сравнила. Опять глубокомысленно хмыкнула и встала.

Подошла к стулу, на котором висела одежда, тщательно осмотрела, сняла со свитера длинный белый волос, вздохнула. Хорошо присмотрелась и сняла еще один, темно-русый и очень жесткий. Хлопнула себя по лбу и покачала головой. Обшарила карманы всех трех кофт, висящих на стуле, в одной нашла мятую бамажку, достала, развернула.

"Этим утром, таким болезненно-несмешным…"

Быстро пробежала глазами и злобно выдохнула:

— Ох и задница же ты, Эванс…

Смяла как было и положила обратно. Вытащила из-под кровати сумку Стеф, аккуратно перерыла вещи, открыла аптечку, перебрала лекарства. Достала блистер с зелеными шариками и педантично пересчитала оставшиеся драже. Вздохнула. Сложила все как было, взяла с тумбочки телефон Стеф, открыла браузер, зашла в историю просмотров. Увидела текст песни и довольно хмыкнула, закрыла браузер, открыла проигрыватель. Посмотрела на открытый плейлист и вздохнула, закрыла все. Аккуратно вытерла с экрана и корпуса следы своих пальцев, вернула мобильник на тумбочку.

На ее кровати звякнул телефон, она взяла — Эванс, смс.

"Не сплю, приходи. И захвати те таблетки, которые ты давала Стеф перед записью в прошлую пятницу."

Мари озадаченно почесала затылок, пожала плечами и стала рыться в чемодане, нашла аптечку, взяла таблетки. Потом посмотрела на стул с одеждой, хмуро выдохнула и достала из кофты Стеф смятый стих, спрятала себе в карман. Взяла с тумбочки пачку желтых самоклеющихся листочков, написала: "Позвони мне СРОЧНО", приклеила на телефон Стеф. Закрыла комнату и зашагала к трейлеру Стивена.

Свет в фургоне горел на первом этаже, дверь оказалась незаперта, Мари вошла и осмотрелась, пораженно ахнув — кухня выглядела так, как будто здесь кого-то оперировали. Раковина и тумбы были заляпаны кровью, на столе высилась гора мятых и окровавленных бумажных салфеток, распотрошенная аптечка, пустые упаковки от таблеток, мокрое полотенце и полная пепельница окурков, в воздухе висел дым. Лежащий на разложенном кухонном диване Стивен запрокинул голову, криво улыбаясь Мари, и выдохнул в потолок порцию дыма. Раздавил недокуренную сигарету в пепельнице и осторожно сел:

— Утречко, амиго… Как спалось?

Мари покачала головой и по очереди открыла все окна, подошла к столу и села напротив Стивена, осторожно отодвинув полотенце:

— Что случилось?

Он фыркнул и с сарказмом скривился:

— Я разозлил Стефани. — Достал из-под дивана миску с окровавленными салфетками, смел в нее мусор со стола, убрал обратно под диван, осторожно поднялся и стал убирать аптечку. Мари достала из кармана таблетки, положила на стол:

— Слушай, по-моему, тебе не обезболивающее нужно, а врач. Ты выглядишь еще хуже, чем Стеф после той ночи. — Стивен замешкался возле раковины, Мари посмотрела на его сгорбленную спину, с нажимом повторила: — Стив, что случилось?

— После какой ночи? — он развернулся, начал вытирать стол, на столешницу упала капля крови. Он ругнулся и запрокинул голову, Мари вздохнула и забрала у него полотенце:

— Ложись, я вытру, — протерла стол, начала убирать на тумбах. Стивен прижал к лицу салфетку и смущенно пробормотал:

— Не трогай, я уберу.

— Молчал бы, — фыркнула Мари, — уберет он… Давай рассказывай, что вы опять вчера устроили. Как я понимаю, ночевала она не у тебя?

— В смысле? — Стив приподнялся на локте и нахмурился, — она что, не ночевала в комнате?

— Ее привел Льюис где-то в половине двенадцатого, — недовольно пробормотала Мари, отжимая окровавленную тряпку, — она практически сразу сиганула в окно и смылась. Потом пришла уже ночью, переоделась, легла, повертелась минут сорок и вскочила как ошпаренная, выбежала из комнаты, ничего с собой не взяла, даже мобильник. — Стивен ухмыльнулся, лег обратно на диван. Мари посмотрела на него и продолжила вытирать тумбы. — Больше не приходила. Кровать холодная, вещи на месте… я думала, что она, как обычно, под душ полезет моржевать — так нет, полотенце сухое, — она вымыла руки и налила себе воды, села за стол. — Я оставила ей записку, чтобы она позвонила, но ты же ее знаешь… попробую поймать на обеде. — Она помолчала, рассматривая бледное лицо Стивена, вздохнула: — Ты знаешь, что с ней?

— Она в ярости, — с гордостью в голосе усмехнулся Стив. Мари вздохнула и потерла лоб:

— Что ты сделал, что такой довольный?

— Трахнул Дэл. Или она меня, я так и не понял, — он хохотнул, посмотрел на пораженно замершую Мари, пожал плечами: — А что? Стеф можно, а мне — нет? Мы с ней не встречаемся.

Рыжая с тяжким вздохом взялась за виски, вздохнула:

— Ты дурак, Эванс? — Он усмехнулся и потянулся за таблетками, взял одну, запил из стакана Мари, опять лег. Девушка откинулась на спинку и спросила: — Это она за Дэл тебя так уделала?

— Нет, это еще до Дэл было. После мы не виделись.

Мари нахмурилась:

— А за что тогда, если после Дэл вы не виделись?

Стив загадочно поиграл бровями:

— За то, что я оказался сильнее нее.

— Нашел, чем гордиться, — фыркнула Мари, он перестал улыбаться и приподнялся на локтях:

— Не говори ей про всю эту фигню, — он обвел глазами кухню, Мари невесело фыркнула:

— А ты думаешь, она не заметит? Ты уверен, что сможешь работать сегодня?

Стив отмахнулся:

— Пройдет, вчера было то же самое, само прошло.

— А таблетки тебе нафига тогда? — хмуро кивнула на аптечку Мари, Стив посерьезнел и отвел взгляд:

— Мои кончились. А твою я пил после пьянки, она тогда пришлась кстати и здорово помогла, лучше аспирина.

— А как она у тебя оказалась?

— Стеф отдала, — Стивен задумчиво порассматривал руки, тихо добавил: — Так получилось. — На секунду поднял взгляд на Мари, широко улыбнулся и сел, в глазах опять появился нехороший огонек, — не говори ей про Дэл, я хочу видеть ее лицо, когда она узнает.

Мари полезла в карман и бросила на стол мятый лист, зло рыкнув:

— А когда она вот это читала, ты ее лицо не видел? — Стив потянулся к бумажке, развернул, бросил быстрый взгляд и положил обратно, криво улыбнулся Мари:

— Где взяла?

— В кармане у нее, — прошипела рыжая. — Знаешь, Стив, я раньше думала, что ты весь такой хороший, а злая Стеф заставляет тебя страдать своим пренебрежением.

— А теперь? — иронично усмехнулся парень.

— А теперь я вижу, что ты еще хуже нее. — Его брови удивленно дернулись вверх, Мари ядовито кивнула: — Да, представь, даже ты не совершенен. Я раньше спорила, когда тебя называли психом и маньяком, теперь не буду. Тебе доставляет удовольствие заставлять ее страдать. — Она схватила со стола мятый лист и поднялась выбросить. Стивен сидел, глядя в стол, сказал тихим, холодным голосом:

— Это она заставляет меня страдать. Я просто защищаюсь.

— Трахая Дэл? — ядовито фыркнула Мари, — а потом будешь наслаждаться ее лицом, когда она об этом узнает, да? — Стив скривился и отвернулся, Мари хмуро уставилась в стакан, тихо добавила: — Знаешь, перед тем, как говорить ей в лицо про Дэл, представь свое лицо после того как окажется, что она сегодня ночевала у Криса.

Стив дернулся, но сразу же отмахнулся:

— Да ну, она бы к нему не пошла.

— Уверен? — иронично улыбнулась Мари. — Где же она провела ночь, если не со мной и не с тобой? Остается только один вариант.

— Нет, — с напускной уверенностью выпрямился Стив, — да ну, она старается вообще держаться от него на расстоянии… Скорее, она просидит всю ночь где-нибудь на лавке или в душе, рыдая и слушая музыку, это больше на нее похоже.

— Ты плохо ее знаешь, — покачала головой Мари, — в этом омуте такие черти, что лучше не будить.

Стивен фыркнул и отмахнулся, задумчиво отвел взгляд. Рыжая встала из-за стола, вымыла стакан. Оперлась о раковину и окинула задумчивым взглядом кухню и хмурого притихшего Эванса, сгорбившегося над столом, вздохнула:

— Я уже не раз говорила, что вы с ней — два придурка, которые постоянно усложняют жизнь себе и друг другу. Но по-моему, сейчас вы перешли на качественно новый уровень, и это плохо кончится для вас обоих, — она оттолкнулась от тумбы и пошла к выходу, буркнув на ходу: — Я позвоню.

Хлопнула дверью, хмуро сунула руки в карманы, пошла к корпусу.

Стеф открыла глаза, нехорошо улыбаясь.

"Само вчера прошло, говоришь? Ну-ну."

Осторожно сняла с шеи крест, сунула в стоящую под кроватью туфлю. Перевернулась на другой бок, обнимая спящего Криса, закрыла глаза.

"Встретимся за завтраком, мой бывший друг. И посмотрим, у кого будет круче морда."

* * *

На завтрак Стивен не пришел. На обед тоже. Из случайно подслушанного разговора Стефани узнала, что он взял на сегодня выходной.

"Не проходит само, да, мой бывший друг?"

Дэл за завтраком сияла, впрочем, как и всегда. Но на Стеф не бросила ни единого взгляда, как будто ничего и не произошло.

"Подождем, когда появится Стив. Не может же он болеть вечно."

Крис с самого утра не отлипал от Стефани, она улыбалась во все тридцать два, внимательно глядя по сторонам — все ли видят, как у них все хорошо?

Мари на обеде подсела к ним за столик, весело пощебетала ни о чем, как бы в шутку осведомившись о том, где Стеф шлялась полночи. Стеф сделала загадочные глаза и кивнула на Криса. Рыжая просияла так, как будто была счастлива за нее выше крыши, отовралась про занятость и сбежала. Стефани тут же извинилась перед Крисом и помчалась в туалет, закрылась и принялась шпионить.

Мари сидела на лавке в парке и смотрела на экран телефона, держа палец над строчкой "Эванс, музыка". Вздохнула и опустила трубку. Стала рассматривать аллею, заметила идущего к ней Алекса и помахала рукой:

— Привет, освободился уже?

— Нет, вырвался на минутку. — Парень поцеловал ее в лоб и обнял, заглянул в лицо, подозрительно прищурился: — Что печалит тебя, падаван юный? Тревогами поделись с Йодой мастером.

Рыжая вздохнула и кивнула на телефон:

— Мне надо донести до одного хорошего человека одну плохую новость. Но этот человек в последнее время такой гад, что так ему и надо… но мне его все равно жалко. Думаю вот, звонить или сходить? Может, ему будет проще узнать это не лично, чтобы не прикидываться, что его это не волнует. А с другой стороны, говорить важные вещи по телефону — вроде некрасиво.

Алекс вздохнул и уперся лбом в ее лоб, заглядывая в глаза, провозгласил:

— Сдается мне, мой несдержанный падаван, ты лезешь опять в дела не свои, — перестал кривляться и уже нормальным голосом продолжил: — Перед тем, как пытаться кому-то принести добро, подумай — возможно, он будет больше это добро ценить, если сходит за ним сам.

— Мастер мудр, — вздохнула Мари. — А делать-то что?

— Сделай вид, что ни о какой плохой новости знать не знаешь, — у Алекса завибрировал телефон, он посмотрел на экран и выключил. — Мне пора, я позвоню, — поцеловал ее в кончик носа и встал, погрозив пальцем: — И меньше лезь не в свое дело.

— Ладно, — она опять достала телефон, повертела в руках, спрятала. Опять достала, буркнула: — Два придурка, — резко бросила трубку в карман и встала, решительно направляясь в здание.

Стефани открыла глаза и криво усмехнулась.

"Отлично, подождем, нам спешить некуда."

* * *

На ужине Стивен тоже не появился. Стеф изображала, что весело болтает с Крисом, но оборачивалась каждый раз, как кто-то открывал двери в столовую, и мрачнела все больше.

— Кого-то ждешь? — как бы между делом, но с глубоко упрятанной ревностью поинтересовался Крис, она невинно улыбнулась:

— Мари обещала прийти пораньше, мы с ней с выходных нормально пообщаться не можем. Я ей хотела про съемки клипа рассказать.

— А что, там было что-то особенное? — еще более напряженно улыбнулся парень, Стефани призвала на помощь все свое актерское мастерство и восторженно округлила глаза:

— Я снималась под водой. Это так круто, ты не представляешь.

За спиной опять хлопнула дверь, она приложила усилие и не обернулась, зато Крис приветственно кивнул кому-то и улыбнулся Стеф, тихо шепнув:

— Ну вот и все, пришел конец твоей вольной жизни.

Она непонимающе обернулась и увидела идущего в их сторону квадратного тренера. Он широко улыбнулся и поставил на их стол свой поднос, пододвигая себе стул:

— Разрешите нагло присоседиться, — протянул Стеф широченную ладонь и представился: — Дэн, честь и совесть твоего организма отныне и до конца съемок. Чего кушаешь так плохо, не вкусно? — Он кивнул на ее почти полную тарелку и с энтузиазмом вонзил вилку в свою отбивную, прожевал, уважительно покивал и приподнял брови: — По-моему, супер. Или ты не любишь мясо?

Стеф опять открыла рот для ответа и опять не успела вставить слово, потому что здоровяк продолжил:

— Это ты зря, мясо надо любить. Мясо — главный супер-источник женской красоты, — он отправил в рот еще кусок, философски пожал плечами, — впрочем, как и мужской. Правильно говорю? — он с ожиданием глянул на скалящегося во все зубы Криса и потребовал: — А ну, покажи красоту.

Блондин с готовностью надулся, сцепил пальцы в замок и стал играть грудными мышцами, отчетливо проступающими под футболкой. Стефани вспомнила, как его перекривляла Мари, улыбнулась, Дэн с усмешкой кивнул ей на парня:

— Видала? Моя школа. Если будешь правильно кушать и заниматься, тоже станешь супер-женщиной, — отправил в рот еще кусок мяса и кивнул на ее тарелку: — Ты кушай, кушай. Потом поговорим, после ужина.

— У нас еще съемки, — в первый раз открыла рот Стеф, тренер нахмурился:

— До скольки?

— До посинения, — фыркнула она. — Точнее, пока Сэму не надоест… но посинеем мы, наверное, раньше.

— Понятно, — вздохнул Дэн. — Это плохо, конечно, мне придется с ним это обсудить… ну ничего, решим этот вопрос. Тогда просто дай мне свой номер и встретимся, как только вы закончите.

— Хорошо, — Стеф достала телефон. — А что, мне придется ходить в спортзал?

— Пока нет, — тренер сохранил ее номер и дал ей свой. — Пока мы тебе просто составим рацион и будем следить за режимом. Но если результат будет не супер, тогда да, — он одним движением вилки собрал остатки с тарелки и отправил в рот. — Но ты не переживай, я в любом случае сделаю из тебя красавицу, максимум за месяц. — Он осмотрел свою пустую тарелку, полную тарелку Стеф, недовольно качнул головой и вздохнул: — Спасибо за компанию, я пойду. А вы кушайте, вечером увидимся.

Стеф проводила взглядом его широкую спину, вздохнула и посмотрела на старательно пытающегося не смеяться Криса. Взяла телефон и сменила имя только что сохраненного контакта с "Дэн" на "СуперДэн". Крис увидел и все-таки рассмеялся, обнял ее:

— Он клевый. Поначалу, конечно, немного ошеломляет, но вообще очень классный и понимающий мужик, его только надо слушать и делать как он говорит.

Она улыбнулась и качнула головой:

— Он всех так подавляет или только подопечных?

Крис фыркнул и понизил голос:

— Он подавляет все живое, что весит меньше него. А он весит сто восемь килограмм.

Стеф глубоко вдохнула и взялась за виски, закрывая глаза:

— Помоги мне, боже…

— Да ладно тебе, ты скоро и так наберешь вес, — парень обнял ее, прошептав на ухо: — А через месяц вообще больше никогда не будешь париться своим здоровьем, "магнит" решает очень много проблем. — Поцеловал ее в шею и кивнул на тарелку: — Доедай и пойдем, а то скоро Сэм прибежит нас торопить.

— Я уже наелась, — она отодвинула тарелку и встала.

"Эванс так и не пришел… хотя, он и раньше частенько просыпал ужин.

И вообще, какое мне дело? Пусть хоть… хоть…"

Она взяла сумку и обняла Криса, медленно выходя из столовой.

"Плевать мне на Стивена, у меня есть Крис. Самый лучший в мире Крис.

И еще я хорошо умею врать."

* * *

Съемки опять затянулись, Сэм бесился из-за потерянного времени и гонял всех до седьмого пота. Когда за окнами почти стемнело, Стеф заметила стоящую у стены Мари, рыжая нервно грызла ногти и почти не смотрела на площадку.

"Странно, обычно, если она приходит на мои съемки, то болеет руками и ногами."

С трудом дождавшись вожделенного "всем спасибо, все свободны", Стефани подошла к Мари и настороженно заглянула в глаза:

— Что случилось?

— Стеф… — она глубоко вдохнула, как будто собиралась громко и решительно высказаться, но глянула за спину подруги и натянула на лицо ненатуральную улыбку: — Привет, Крис. Я украду ее на минутку?

Блондин, уже успевший схватить Стефани за руку, разочарованно вздохнул:

— А, да, Стеф говорила, что хочет с тобой увидеться, я забыл… Ладно, мне все равно пора в спортзал, — он чмокнул ее в щеку и уже уходя крикнул: — Не забудь позвонить Дэну.

— Хорошо, — она кивнула и обернулась к Мари, понизила голос: — Пойдем в комнату?

— Не знаю, — подруга хмуро окинула взглядом толпу народа вокруг, со смертельной укоризной посмотрела на Стеф и почти шепотом спросила: — Что ты сделала с Эвансом?

У Стеф на миг замерло сердце, потом нерешительно забилось снова, словно задумываясь перед каждым новым ударом, стоит ли напрягаться.

— Что с ним? — перехваченным голосом прохрипела Стефани, Мари так же тихо ответила:

— Тебе лучше знать. Я нашла его в трейлере без сознания, полтора часа назад. Алекс отвез его в больницу, но врачи до сих пор не могут разобраться, в чем проблема — в сознание он не приходит, а в крови такой коктейль, что трудно что-то понять… Что ты с ним сделала, Стеф?

Стефани перекосило от прозвучавшего в голосе подруги обвинения, она хмуро скривилась и шепотом рыкнула:

— Он сам с собой это сделал. Пусть теперь выкручивается, гребаный терминатор, никто его не заставлял выделываться…

— Стеф, — Мари сверкнула глазами, заставив ее замолчать, глубоко вдохнула и уже спокойнее продолжила: — Я не знаю, что у вас там произошло, если не доверяешь мне, можешь не рассказывать… но использовать в качестве мести свою особую силу — это подло, Стеф. Как бы там ни было, чтобы он там тебе ни сделал, он может быть последним гадом и уродом, но он человек. Он не может противостоять твоей силе, и поэтому использовать ее — низко и подло, ты должна это прекратить.

— Я ничего не делала, — опустила голову Стефани, — он просто взял на себя гораздо больше, чем мог выдержать… и теперь, наверное, какое-то время будет от этого отходить. Это не какое-то заклятье, которое можно взять и снять за минуту, понимаешь?

— Но ты можешь как-то ему помочь? — почти уверенно спросила Мари, Стеф хотела соврать, но потом посмотрела в ее повзрослевшее от боли лицо и спросила:

— Почему ты так о нем заботишься?

Рыжая на миг посмотрела ей в глаза, но тут же вздохнула и отвернулась. Помолчала, пожала плечами:

— Он хороший. Я не уверена, что смогу тебе объяснить, у него есть недостатки… да у него море недостатков, — Она крепко зажмурилась, закрыла лицо руками и на секунду замерла, потом убрала руки и выровнялась. — Просто поверь, ладно? Он хороший, у меня чутье на хороших людей… и я не хочу, чтобы ты с ним так поступала. Помоги ему.

Стеф скептически поджала губы, сложила руки на груди:

— Знаешь, я, может быть, не такая хорошая как он, но я тоже человек. И я не хочу, чтобы со мной поступали так, как поступил он. Это, конечно, не магия, но тоже не особенно приятно. — Мари бросила на нее короткий сочувственный взгляд, Стеф кивнула: — Да, я знаю про Дэл. — Увидела, как расширились глаза Мари, и криво невесело усмехнулась: — Я могла бы убить их обоих щелчком пальцев, но я умею держать себя в руках. И я клянусь тебе, я никогда ему ничего плохого не желала и не делала, ни магией, ни как-либо еще, и то, что с ним сейчас происходит — его выбор и его вина.

— Честно? — с надеждой свела бровки домиком рыжая, Стеф чуть улыбнулась и кивнула:

— Честно. Ты же видела Дэл, с ней все в порядке.

— Да, видела… Стеф, — она умоляюще сжала ее руки, — все равно, слушай, помоги ему. Я тебя очень прошу. — Стефани отвела взгляд от ее потемневших синих глаз, Мари шепнула еще тише: — Пожалуйста, Стеф. Я понимаю, он гад, но… хотя бы ради того, что он классно играет. Ты же ходила его слушать задолго до того, как вы начали общаться. Представь, что вы незнакомы, что он просто музыкант… ну Стеф. Тебе что, сложно? — Мари подпрыгнула на месте, сжимая ее руки. — Да не будь ты задницей вомбата. Ну пожалуйста, Стеф, ради меня.

— Ладно, — Стефани хмуро подняла ладони, сдаваясь. — В какой он больнице?

— Я тебя обожаю, — рыжая прыгнула ей на шею, дрыгая ногами, отпустила и улыбнулась: — В ближайшей, там где ты лежала. Сейчас поедешь?

— Мне надо встретиться с тренером, ночью поеду.

— Спасибо, — Мари опять полезла обниматься, — Стеф, святые капибары, — отодвинулась и заглянула ей в лицо: — Ты просто няшка, и он это обязательно поймет, вот увидишь.

Стефани перестала улыбаться и пожала плечами, хмуро буркнув:

— Боюсь, что когда он это поймет, мне уже будет наплевать.

Подруга понурилась и бросила короткий взгляд в ту сторону, куда ушел Крис:

— Не знаю. Крис тоже хороший, но… вылечи Стивена. И разбуди меня, когда придешь, хоть пообщаемся. Ладно?

— Ладно, — Стефани попрощалась и стала звонить суперДэну.

* * *

Дорога ложилась под колеса с размеренным шорохом, плавно и быстро, гораздо быстрее, чем ей бы хотелось. В колонках тихо пел Роби Уильямс, навевая истерическое желание взять скальпель и с нежной улыбкой расписать свою кожу кровавыми цветами. Она пыталась выключить, но в тишине одолевали мрачные мысли, а под тяжеляк накатывало желание убивать, пришлось признать, что кровавые цветы — еще вполне приемлемый вариант.

"Если я сойду с ума, виноват будешь ты, гребаный псих. Надеюсь, тебе сейчас очень хреново и ты жалеешь о своей упертости."

Пристроив машину на полупустой парковке, Стефани вошла через центральный вход и поздоровалась с дамой на ресепшене, спросив, где можно найти мистера Эванса.

— Но сейчас к нему нельзя, — с улыбкой добавила женщина, — время посещений закончилось, приходите завтра.

— Хорошо, спасибо, так и сделаю, — Стеф кивнула и посмотрела ей в глаза, — здесь пусто. В холе никого нет и не было за последние десять минут.

Женщина пару секунд посмотрела перед собой пустым взглядом, потом достала из-под стойки книгу и сползла по спинке кресла, устраиваясь поудобнее, улыбнулась и погрузилась в чтение. Стефани удовлетворенно кивнула и пошла к лифту, поднялась на третий этаж, нашла нужную комнату. С полминуты помялась под дверью, все больше теряя решимость, потом тихо вошла и с облегчением выдохнула — Стивен спал.

"Интересно, он спит потому что поздно, или потому, что так и не пришел в сознание?"

Тихо подойдя к кровати, она присела на край, провела рукой над его расслабленным лицом, повторяя процедуру лечения, уже проверенную в тот день, когда он мучился похмельем. Вроде бы, бледность немного сошла… или нет? Стеф затаила дыхание и осторожно взяла его ладонь, сосредотачиваясь, закрыла глаза, изо всех сил представляя, как из его тела испаряется смесь таблеток, никотина и всего остального, что он успел в себя впихнуть, взамен наполняя его всего светом и здоровьем.

"Когда он был в сознании, было проще — он хотя бы говорил, подействовало или нет… а сейчас я как узнаю?"

Она открыла глаза и медленно убрала руку, всмотрелась в его лицо… постаралась убедить себя, что парень выглядит гораздо здоровее, чем когда она пришла.

"Ладно, я честно сделала, что могла. Моя совесть чиста."

Стивен вдохнул чуть глубже, чем обычно, Стеф с тревогой всмотрелась в его лицо. Увидела, как подрагивают веки — что-то снится.

Улыбнулась.

Поймала себя на желании опять к нему прикоснуться, хоть на миг, не для лечения — просто так, в удовольствие…

"Нет.

Мы проходили уже это все, хватит. Мы как столкнувшиеся в космосе кометы — раз ударились и больше никогда не встретимся, только осколки веером во все стороны и траектория чуть сломалась.

А ты тоже похудел, мой бывший друг, скулы выступили, пальцы истончились… я буду скучать по твоим рукам."

Она прикусила губу и крепко зажмурилась от накативших волной воспоминаний — руки Стивена на грифе гитары, руки Стивена порхают над клавишами рояля, сжимают чашку, перебирают ноты, греют ее руки, держат ее за подбородок…

"Господи, а я почти поверила, что смогу тебя забыть"

Она решительно встала и забросила на плечо сумку, пошла к двери.

— Вот так просто возьмешь и уйдешь?

Тихий голос ударил в спину, заставив замереть, она полуобернулась, с усилием удерживая непроницаемое лицо:

— А чего ты ждал?

— Того, для чего ты приехала, конечно, — в мягком тоне вкрадчиво прорезался яд, заставив Стеф криво улыбнуться:

— Я приехала тебя лечить. Как вижу, помогло, значит, мне нечего здесь больше делать.

— А как же душеспасительные беседы, попытки остаться друзьями, мимолетная вынужденная ласка наконец? Ты же меня лечила, могла ощупать всего с ног до головы, — он чуть приподнялся на подушке, ехидно развел руками, — и как ты сдержалась, я не пойму?

"Какая я молодец, что сдержалась."

Стеф флегматично пожала плечами:

— По-моему, мы оба уже поняли, что друзьями нам не быть. А по поводу всего остального ты мне тоже все очень доступно объяснил, я не тупая, мне два раза повторять не надо.

— И ты вот так просто смирилась? — добавил еще больше сарказма Стив, Стефани все-таки обернулась полностью, сложила руки на груди, грустно улыбнулась:

— Не трать на меня яд, у меня уже иммунитет. Да, я смирилась. У меня есть парень и я буду строить с ним нормальные отношения, основанные на взаимном уважении и благодарности. А любовь приходит и уходит, иногда по несколько раз в день, я не хочу полагаться на такую ненадежную вещь.

Стивен на миг шокировано дернул бровями, но почти сразу взял себя в руки и подобрал челюсть, пораженно выдохнул, заставляя Стеф прикладывать бешеные усилия для того, чтобы сдержать торжествующую улыбку.

"Я все-таки научилась тебе врать. Понял, гад? Я актриса, я все могу."

Она пару секунд полюбовалась его растерянным лицом, изобразила ненатуральную вежливую улыбку:

— Уже поздно, мне пора.

— Подожди, — очнулся Стив, девушка обернулась, вопросительно приподняв брови, он задумчиво склонил голову набок: — Почему ты тогда приехала, если не?

— Меня попросила Мари, — пожала плечами Стеф, — она за тебя переживает.

— Понятно, — он широко улыбнулся, тут же поджал губы и опустил глаза, — спасибо.

— Скажешь ей сам, тебя скоро выпишут, — она поправила сумку и махнула рукой: — Пока.

— Стеф.

— Что? — с долей раздражения обернулась она, уже держась за дверь. Он сел на кровати и тихо спросил:

— Ты меня еще любишь?

Она замерла и решительно отрезала:

— Нет.

— Врешь, — самодовольно улыбнулся Стив, она нервно поморщилась и куда тише ответила:

— Это вопрос времени. Я разлюблю тебя.

— Уверена?

— Да.

— Почему? — он выглядел таким самодовольным и ироничным, что она не смогла сдержаться и криво улыбнулась, бросила на него наигранно-восхищенный взгляд, прижав ладони к груди:

— Потому что недавно узнала, что в этом мире вообще нет ничего невозможного. Главное — захотеть и приложить усилия. И все получится.

Он тихо фыркнул, но ничего не сказал, продолжая иронично улыбаться. Стефани до дрожи сильно захотелось стереть с его лица эту наглую улыбку, она приоткрыла дверь, обернулась через плечо и с подвохом позвала:

— Эванс, — выдержала паузу и, не ожидая ответа, вкрадчиво спросила: — А ты меня еще любишь? — Увидела, как он резко замер и отвел глаза, победно улыбнулась: — Спокойной ночи.

Аккуратно прикрыла за собой дверь и пошла к выходу. Ноги подкашивались от пережитых эмоций, но душу грело злое торжество — она была собой вполне довольна.

* * *

По пустой трассе она гнала на пределе скорости, но все равно приехала поздно, почти все окна школы уже потухли.

"Крис, наверное, звонил…"

Она специально оставила телефон в комнате, чтобы ничего не объяснять — врать не хотелось, а на правду он бы сильно обиделся.

Дверь комнаты оказалась незаперта, Стеф тихо вошла, переоделась и подошла к кровати Мари. Рыжая спала, свернувшись в три погибели как кот, ее совсем не хотелось будить. Стефани пошла к своей кровати и уже хотела лечь, когда заметила на тумбочке желтый листок с надписью: "Ты обещала", тихо фыркнула и опять вернулась. Села на кровать Мари, мягко тронула ее за плечо:

— Мари? — Рыжая приоткрыла глаза и потянулась, Стеф с надеждой шепнула: — Ты уверена, что хочешь вставать и болтать со мной?

Подружка потерла глаза, перевернулась на спину и пробормотала:

— Не надейся, Стеф. Ты мне все расскажешь, — села повыше, закинула руки за голову и скомандовала: — Начинай.

— Твой бесценный Эванс в порядке, — криво улыбнулась Стефани, — по крайней мере, язвил и спорил вполне бодро.

— Спасибо, — улыбнулась Мари, — но я не об этом. Как прошли съемки клипа? И что с тобой случилось, что ты оказалась в больнице?

— Съемки — нормально, — поморщилась Стеф, — а в больницу я попала специально, чтобы не приезжать сюда, у меня… было кое-что запланировано, но я в последний момент передумала, а повода отказываться не было, пришлось соображать на ходу. Эванс помог мне всем соврать, — она попыталась сделать голос бесстрастным, но получилось плохо. Мари сочувственно нахмурилась:

— У вас что-то произошло?

— Не то чтобы, — помялась Стефани, отводя глаза. — Мы поговорили, подумали… он сказал, что не может меня простить и что пора заканчивать с нашей дерьмовой дружбой. Ну и, — она с напускным весельем развела руками, — мы и закончили. Все.

— Ты уверена, что все?

— Да, — она демонстрировала решимость, даже не пытаясь понять, насколько она настоящая, — все. Мы будем общаться по работе и не более.

— Останешься с Крисом? — убито вздохнула рыжая, Стеф кивнула:

— Ты сама говорила, что он хороший. И он меня любит.

— Это неправильно, Стеф, — качнула головой Мари, Стефани подняла ладонь:

— Не надо, ладно? Мы разберемся. Я понимаю, что тебе Эванс нравится больше, но с ним покончено. Он гребаный непредсказуемый псих, который утром говорит одно, а вечером другое. Мне такое счастье нафиг не надо, я задралась, — она нервно отбросила с лица волосы и встала. — Все, хватит об этом. Ложись спать.

— Как скажешь, — тяжело вздохнула Мари, кутаясь в одеяло.

Стеф потушила свет, улеглась, достала телефон, но поняла, что совершенно не хочет слушать музыку, никакую. Поставила будильник, хмуро уставилась в потолок, пытаясь ни о чем не думать.

— Стеф? — шепотом позвала Мари.

— А?

— Ты его любишь?

— Нет, — рыкнула Стефани. — Хватит, спи.

— Ладно.

Мимо прокралась на мягких лапах еще минута тишины, рыжая опять завозилась на кровати и хихикнула:

— Стеф.

— Что?

— А кого именно ты не любишь?

Стефани беззвучно чертыхнулась и сжала зубы.

"Ты опять не назвала имени, гребаный вопрос-ловушка…"

— Можешь не отвечать, — ехидно шепнула подружка. — Спокойной ночи.

"Очередная спокойная ночь. Обожаю ночи."

* * *

 

ГЛАВА 11, 63й день съемок

четверг, 25 июля, 63й день съемок, 17/18 лунный день

Она сидела за столом и ошарашенно изучала два подноса, поставленные перед ней улыбчивым тренером. Вокруг суетились сонные люди, рядом сидел Крис и гладил ее руку, улыбаясь с дикой смесью сочувствия и злорадства.

— Что из этого я должна съесть? — наконец спросила Стеф, Дэн щедро развел руками:

— Все, что хочешь. Лучше это, — он указал на тарелку с овсянкой и каким-то вареньем, хитро улыбнулся, — но вообще, как хочешь — можешь оба меню слопать, я себе еще приготовлю.

— То есть, это теперь у меня такой завтрак? — она взяла ложку и колупнула кашу, задумчиво ляпнув ее обратно. Дэн придвинул себе второй поднос и улыбнулся, важно подняв палец:

— Первый завтрак. Еще будет второй, потом обед, потом перекус, потом ужин и второй перекус перед сном, — он усмехнулся, расправляясь со своей порцией, сделал вид, что не расслышал, как Стеф тихо чертыхнулась, прищурился: — Что ты сказала?

— Я лопну, Дэн, — обреченно вздохнула она, рисуя ложкой узоры из варенья. Тренер хохотнул и весомо положил огромную ладонь на ее плечо, заглядывая в глаза:

— Ты справишься.

Она фыркнула, Дэн с Крисом рассмеялись… за спиной открылась дверь и затылок обжег неприятный взгляд. Стеф не обернулась.

"Я тебя не вижу. Мне на тебя плевать."

— Слушай, а вкусно, — она распахнула глаза и кивнула довольному тренеру, он гордо выпятил грудь, чуть не уронив стол:

— А то. У меня опыт приготовления овсянки — лет двадцать, — на миг замер и понурился: — Капец, какой я старый…

Вздохнул и вонзил ложку в свою кашу, поднял глаза на Криса, старательно сдерживающего лыбу и они опять рассмеялись. Стеф тоже улыбалась, старательно не замечая высокую фигуру, едва не зацепившую ее локтем. Стивен прошел к своему любимому столу, взял чашку кофе и задумчиво в нее уставился.

Тренер о чем-то оживленно разговаривал с Крисом, Стефани попыталась поймать нить беседы и присоединиться.

"Только что было так весело и легко… Пора привыкать к тому, что самочувствие и настроение Эванса — не мое дело."

— Правда, Стеф? — дернул ее Крис, она с готовностью улыбнулась и рассмеялась, многозначительно качая головой, этого оказалось достаточно, чтобы от нее отцепились и продолжили разговор.

С огромным трудом запихнув в себя последнюю ложку совершенно безвкусной каши, она пошла относить поднос. И так внимательно смотрела под ноги, что умудрилась не заметить поднявшегося Стивена и почти врезаться в него на полном ходу. С трудом удержав равновесие, она с извиняющимся видом пожала плечами:

— Прости.

Он понимающе кивнул и взял у нее поднос, поставил на стойку. Улыбнулся:

— Выглядишь гораздо лучше.

Сердце забилось чаще, но она постаралась этого не показать.

— Спасибо, ты тоже. А ты как? Уже готов вернуться к работе?

— А тебе даже не все равно? — ехидно усмехнулся он, заставив Стеф поморщиться и с улыбкой понизить голос:

— Это простая вежливость, Эванс. На такие вопросы принято отвечать, что все классно, вне зависимости от правды. Мне пора, — она улыбнулась еще шире, — хорошего дня.

Вернулась к столу, взяла руку Криса, ответила уверенной улыбкой на его настороженный взгляд.

— Идем?

— Да, конечно. Все в порядке?

— В полном, — она поцеловала его в щеку, помахала Дэну, вышла в коридор, краем уха слушая Криса.

"Подчеркнутая вежливость в общении с человеком, которого раньше мог толкнуть, боднуть и обозвать придурком к обоюдному удовольствию, это так… как будто тебя после долгого отъезда не узнала собака, как будто чужие люди живут в твоем доме, как будто пожертвовал всем ради мира во всем мире, а этот мир объявил тебя сумасшедшим.

Господи, за что?

Неужели я правда такая плохая, неужели я этого заслуживаю?"

— Стеф, ты меня слышишь?

Она подняла глаза на недовольного Криса, крепче сжала его руку:

— Прости. Что ты говорил?

"Чем раньше я тебя забуду, мой бывший друг, тем лучше. Так что я буду очень стараться."

* * *

Мари влетела в комнату прыгучим рыжим вихрем, счастливым и беспощадным:

— Стеф, оттушканить тебя мохнопузой коалой, ты уже видела?

— Чем меня оттушканить? — прищурилась Стефани, отрываясь от экрана. Подружка подпрыгнула еще выше, сжимая кулаки и нетерпеливо пританцовывая:

— Хватит прикидываться, опоссума тебе в косметичку. Клип вышел.

— И что? — Стеф сложила руки на груди, с вселенским терпением наблюдая истоптавшуюся на месте Мари, — вышел и вышел, зачем меня тушканить?

— Ой, ну тебя, я с Алексом посмотрю, — она махнула рукой и выскочила из комнаты, Стефани пожала плечами и вернулась к недописанному письму. Шарк ей уже два отправил, а она все над одним мается…

— Стеф, тебе что, правда ни капельки не интересно? — Мари висела на двери, со скрипом покачиваясь и корча изнывающую от дефицита общения мордочку. Стефани со вздохом закрыла браузер и встала, протягивая подружке ноутбук:

— На, смотри.

— А ты?

— Не хочу, — она поморщилась и вышла из комнаты, услышав в спину:

— Стеф, твою ж мокролапую выдру… Стеф.

Стефани ускорила шаг. Видеть Эванса не хотелось, даже на экране. Она так старательно пыталась перестать о нем думать, даже перечитала пару десятков писем от Шарка и Мими, пытаясь напомнить себе, что жизнь не кончается за оградой школы…

"А мир так громко и ярко напомнил мне о реальности. Надо отвлечься."

Ноут остался у Мари, Крис потел в спортзале, гулять не хотелось.

"Что делать? Чем забить голову и занять время? Почему Сэм именно сегодня решил закончить пораньше…"

Она пошла в столовую, хотя есть совсем не хотелось, а если откровенно — тошнило от одной только мысли о еде. Рацион, составленный Дэном, был рассчитан, похоже, на взрослого мужика, а не на хрупкую девушку, хотя тренер уверял ее в обратном.

Столовка была полупустой, Стефани налила себе воды и села в углу, старательно ни на кого не глядя — хотелось помолчать. В кармане пиликнул телефон, она узнала сигнал сообщения от Эванса, поморщилась и не стала открывать.

"Что хорошего он мне может написать? Ну его."

Мимо шелестело время, рядом смеялись и шептались люди, через пару минут Стеф каким-то шестым чувством поняла, что говорят о ней, и прислушалась. Уловила только обрывки, что-то о клипе.

"Может, все-таки посмотреть его? Это же работа, и моя тоже."

Телефон пиликнул опять. Любопытство показало мелкие зубки, пробуя на прочность ее выдержку, но пока проигрывало.

От компании за угловым столом отделилась одна девочка, подошла к столу Стеф и смущенно остановилась рядом:

— Привет, слушай… можно к тебе?

— Садись, — пожала плечами Стефани, бросила взгляд на притихшую компанию, внимательно следящую за разговором, усмехнулась.

"Вроде бы, нас с ней кто-то представлял… убей не помню, как ее зовут. Массовка такая одинаковая."

— Мы тут с девочками обсуждали ваш с Эвансом клип, — девушка засмущалась и помялась, — поспорили чуть-чуть по поводу того, как снималось… Может, ты нам расскажешь? Пожалуйста, нам очень интересно.

В кармане опять пиликнул телефон, Стеф на ощупь отключила звук и обреченно вздохнула:

— Спрашивай.

— Правда? Класс. Девочки, идите сюда.

Стайка подруг сорвалась с места и облепила стол Стефани, защебетала на сто голосов, перебивая друг дружку и в шутку пихаясь локтями.

"Прекрасный способ занять время… надо будет потом спросить у Мари их имена."

Стефани натянула усталую улыбку и попыталась расслабиться.

* * *

Они сидели на самой темной лавочке третьей аллеи, Крис блаженно валялся на ее коленях, расспрашивая о новых знакомых. Когда он пришел в столовую после тренировки, девочки еще продолжали засыпать ее вопросами, но она извинилась и сбежала — они успели ее утомить.

"Такие милые и приятные… а раньше смотрели на меня, как на пустое место, больше внимая уделяя новым сумочкам и босоножкам Эшли. А теперь, похоже, в тренде я. Надолго ли?"

— О чем мечтаешь? — Крис тронул ее руку, она улыбнулась:

— О том, чтобы Дэн перестал меня кормить.

— О, малыш, как я тебя понимаю, — он рассмеялся. — Мне тоже поначалу было очень сложно столько есть, но потом Дэн научил меня относиться к еде как к тренировке, как будто это просто такое упражнение — съесть все, что на тарелке.

— Не хочу, — проныла Стефани. — Я хочу получать удовольствие за столом, а не пыхтеть от нагрузки.

— Не волнуйся, он отцепится, как только ты наберешь вес, — парень поднялся и сел, прижал ее к себе, поцеловал в шею, шепча на ухо: — А я позабочусь о том, чтобы это случилось как можно скорее.

Стеф улыбнулась, с благодарностью целуя его в ответ, помялась:

— Слушай, ты говорил, что когда подпитывал меня в больнице, отключал свой "магнит"… а как ты это делал? В моих "Рецептах" нет об этом ни слова.

— Не удивительно, — фыркнул Крис. — Твои рецепты, наверное, и духов не привязывают, а так, просто чуть-чуть подправляют естественное течение энергии.

— Каких духов?

— Ну, духов "колец", помнишь, я говорил тебе, что после каждого ритуала приходит дух? — Она кивнула. — Ну вот, этот дух является как бы хранителем "кольца". Сначала, когда он только приходит, ты его почти не понимаешь, а потом вы привыкаете друг к другу и можете общаться. Он может подсказать, что сделать для того, чтобы "кольцо" работало лучше, ты можешь попросить его о каких-то дополнительных услугах, — Крис хитро улыбнулся, — не бесплатно, разумеется.

— В смысле "не бесплатно"? — насторожилась Стеф.

— Духи питаются энергией, естественно, если хочешь от него чего-то большего — отваливай ему больше силы.

— А ее количество можно контролировать? — с ушах глухо забухало от напряжения, Крис не заметил, продолжая рассказывать:

— Когда ты его призываешь, то отдаешь определенное фиксированное количество, пока "кольцо" работает — отдаешь по чуть-чуть, но постоянно. Чем сложнее ритуал, тем больше нужно силы, а если ты хочешь, чтобы дух сделал что-то, что не входило в первоначальный контракт ритуала, тогда придется отстегнуть ему отдельно. Но это надо быть с ним в хороших отношениях. — Он самодовольно улыбнулся, — я со своими все время общаюсь, уже всех троих довольно хорошо понимаю, особенно удава, который отвечает за "магнит", он со мной дольше всех. — Крис опять поцеловал ее и спросил: — А кто у тебя? Ты так и не сказала.

Она на миг закрыла глаза, напряженно анализируя все их общение по поводу магии, все его рассказы, все ответы на ее вопросы.

"Сказать или нет? Ты единственный, кто может мне помочь…

Но, судя по твоему пренебрежительному отношению к бабушкиным "Рецептам", твое решение моей проблемы будет таким же, как решение нашей проблемы с сексом. Когда я сказала, что не получаю настоящих острых ощущений, ты мгновенно нашел подходящий выход из ситуации в своей Книге… вот только эти ощущения такие же настоящие, как и наша любовь.

Да, ты, скорее всего, предложишь мне способ решить мою проблему, вот только каким боком мне это выйдет потом? Ведь не все так просто, как кажется, за все приходится платить. Хорошо, если сразу, а если нет?

Стивен говорил, что по таким счетам жизнь начисляет бешеные проценты… Почему я его не слушала?"

— Малыш.

— А? — она потерла лицо, посмотрела на парня, — задумалась, извини… о чем мы говорили?

— На кого похож твой дух?

— На кота, — напряженно улыбнулась она, — белого. А что, это имеет значение?

— Да не особенно, — улыбнулся он. — Просто дух принимает тот вид, который у тебя ассоциируется с целью ритуала. Значит, дух, который должен был помочь приворожить меня, похож на белого кота? — Он рассмеялся и поцеловал Стефани, — клево.

"Да, клево… двухметровый рогатый демон из гудящего пламени, с когтистыми лапами и пустыми глазами. Если он соответствовал моей цели, то этот ритуал должен был тебя не приворожить, а сжечь заживо."

— Крис, а почему ты сказал, что поможешь мне поставить "магнит", что, самой это делать нельзя?

— Конечно, нет, — посерьезнел он.

— Почему?

— Понимаешь, малыш, — вздохнул Крис, — когда ты проводишь такой ритуал, это не то же самое, что пожелать кому-то споткнуться. Это сложный процесс, для ритуала не зря выбирают определенный лунный день, точное время и место, готовят составы для возжиганий и напитки… Это все — звенья цепочки действий, позволяющих найти зазор между нашим миром и миром духов, приоткрыть этот зазор ровно настолько, насколько надо, а потом надежно его закрыть. Если хотя бы что-то одно из этой цепочки будет не выполнено, или выполнено неправильно… — он крепче обнял Стеф и замолчал.

— То что? — настороженно спросила она.

— То все может кончиться очень плохо. У меня из-за этого погиб дядя.

Она вздрогнула, попыталась выровнять голос, но он все равно звучал хрипло:

— Что с ним случилось?

Крис помолчал, медленно ответил:

— Он допустил ошибку в составе одного порошка. Он был очень опытным магом, но замахнулся на "кольцо" слишком высокого уровня, а там каждая мелочь очень важна, ну и… что-то пошло не так, а он не справился с выбросом силы. — Стеф смотрела на него, Крис как будто повзрослел за одну фразу, с его лица стаивала маска беззаботного плейбоя, а из глубины проступало все четче хмурое лицо озлобленного подростка, рано узнавшего, что такое боль и несправедливость. Она мягко сжала его ладонь, погладила пальцы.

— Ты очень его любил?

Парень встряхнулся и улыбнулся, мигом взяв себя в руки, скорчил веселую рожицу, прищурил один глаз:

— Да не особенно… если честно, он был тем еще старым козлом. Просто, когда он закрылся на ночь в подвале, а утром не вышел, я пошел туда, думая, что он слишком устал, чтобы подниматься наверх и остался спать там, — Крис нервно усмехнулся и тряхнул головой, как будто прогоняя из нее невеселые мысли, — а вместо усталого учителя нашел высушенный труп с черными венами, постаревший лет на двадцать.

Стеф на миг задохнулась, ноги как будто примерзли к полу. В памяти всплыла сцена в туалете студии, когда в зеркале за ее спиной возникло белое лицо, испещренное черными трещинами, выщерило зубы… Послышался захлебывающийся рыданиями голос костюмерши, всхлипывающий: "Девочки, я вам клянусь, я видела…"

— Стефани, малыш, что с тобой? — Крис заглядывал в ее лицо, она поняла, что вцепилась в его руку изо всех сил, разжала пальцы.

— Прости, я просто… не знаю, — она потерла лицо. — Неужели можно умереть всего лишь из-за какой-то ошибки в порошке?

— Можно, — хмуро кивнул Крис, прижимая ее к себе, погладил по плечу. — Поэтому я и не хочу, чтобы ты изучала мою Книгу самостоятельно. Мой дядя был очень сильным и опытным магом, он мог такие вещи, до которых мне еще расти и расти, но одна ошибка в одном составе — и все. — Он истерично хохотнул, лицо прорезала злая усмешка: — Надеюсь, в аду у него много друзей.

Стефани передернуло от его тона, она посмотрела в затуманенные воспоминаниями глаза, удивилась плескавшейся в них непрогляглядно-черной ненависти… и замерла, оглушенная внезапной догадкой.

"Одна ошибка в одном составе. У старого, опытного мага.

Как он мог допустить эту ошибку?

Или правильнее будет спросить, откуда ты о ней узнал?

Твой учитель, которого ты называешь "тем еще старым козлом", собрался что-то колдовать, закрылся в подвале, а утром из него не вышел. Ты пошел за ним и нашел на полу труп. Откуда тебе знать, из-за чего он погиб? С чего такая уверенность, что причиной была именно ошибка в составе?

Разве что ты сам помог ему совершить эту ошибку."

Она очень отчетливо представила Криса, крадущегося ночью к столу учителя, как он с холодной ненавистью во взгляде подмешивает что-то в одну из баночек… а потом с удовлетворением рассматривает высушенный труп.

"Если это правда, то я обнимаю убийцу."

Она закрыла глаза, пытаясь справиться с собственным взбесившимся сердцем, почувствовала, как Крис целует ее волосы, с трудом поборола желание вырваться и убежать без оглядки.

"Господи, зачем я вообще взяла в руки проклятые "Рецепты"? Что теперь делать? Да, Крис умеет решать проблемы, но от его методов охренеет любой инквизитор… ни за что не попрошу у него помощи, хватит. У меня есть крест и я больше никогда без него не усну."

* * *

Когда он проводил ее до комнаты, на пороге уже ждала Мари, подпрыгивающая от вербального недержания:

— Стеф, во имя пяточек енотов, ты должна это увидеть.

— Не хочу, — отмахнулась Стефани, усаживаясь на кровать и пытаясь найти ноутбук. Подружка плюхнулась рядом, достала ноут из-под подушки и открыла, с гордостью заявляя:

— Ваш клип бьет рекорды по просмотрам и лайкам. Он уже обогнал все остальные саундтреки, причем не только "Поцелуя душ", но и "Струн". Ты должна посмотреть, он такой клевый.

— Не хочу я его смотреть, отстань, а? — поморщилась Стефани, Мари скорчила недовольную рожицу и проныла:

— Ну тогда хотя бы введи пароль, я посмотрю. Я отошла и он уснул, а когда загрузился опять, то потребовал залогиниться.

— Давай, — обреченно вздохнула Стеф, Мари развернула ей ноут, Стефани подняла ладонь над клавиатурой… заметила какие-то ворсинки на кнопках и стерла их ладонью, с трудом сдержав желание спросить подружку, в какой чулан она лазила с ее ноутбуком.

Бросила на нее короткий взгляд и заметила в глазах какое-то странное возбужденное ожидание.

"Ах ты ж юная шпионка… Рукава тебе от жилетки, а не мой пароль."

Стеф взяла ноут и встала с кровати, отвернувшись от подружки, вошла в систему, создала новую учетную запись без пароля и с кривой улыбкой вручила компьютер Мари:

— Наслаждайся.

— Ты создала мне учетку? Спасибо, — рыжая сияла такой неподдельной радостью, что Стеф слегка усомнилась в своих подозрениях. Подруга тем временем уже загружала клип, алчно потирая руки: — Стеф, святые хомячки, он правда классный. Может, все-таки посмотришь? Хотя бы начни, если не понравится, остановим.

— Нет, — отвернулась Стеф, Мари вздохнула и навернула звук, раздался шум моря и первые аккорды вступления, больно царапнувшие сердце воспоминаниями.

Стефани попыталась сделать вид, что ничего особенного не происходит, достала телефон, увидела двенадцать непрочитанных сообщений.

Услышала свой голос, трепещущий от невыразимой смеси обиды, разочарования и надежды, горло перехватило с такой силой, как будто это было только что. Как будто она в этот самый момент стоит в пустом коридоре у студии, глядя в спину уходящему Стивену, еще ощущая на губах его вкус, еще чувствуя тепло его рук и жар солнца, которое ей дали подержать, а потом отобрали.

"Сейчас это слушают тысячи людей. Тех, кого я никогда не видела и никогда не увижу, весь мир может просто зайти в интернет и услышать, насколько мне было больно."

Ее голос внезапно сменился голосом Стивена и она вспомнила, что это другая запись, в тот раз, когда они изображали пару перед камерами и фотографировались для сайта сериала.

"А ты звучишь уверенно, мой бывший друг. Похоже, для тебя это не так уж важно, просто очередная песня для очередного сериала."

Начался припев, Стефани встала, взяла сумку для душа и вышла из комнаты.

Прошлась до конца коридора, потом обратно, заглянула в столовую и увидела, что там пусто. Вошла, не стала включать свет, что-то пить тоже не хотелось, но она для вида налила себе чашку кипятка и села на диван в углу, грея руки и тупо вперив взгляд в стену.

Поняла, что плавно текущие мысли, скачущие с Криса на Мари, постепенно стали крутиться только вокруг Стивена. Пару минут попыталась отвлечься на что-то другое, но вспомнившееся "другое" было еще хуже.

"Ладно, пусть это будет Стивен. Может, это отвлечет меня от картинок с демонами и убийцами."

Из темноты опущенных век проступила другая темнота, чуть разбавленная лунным светом — парень бежал по тропинке к озеру.

"Какой дурак бегает среди ночи?"

В практически непроглядной темноте мелькнул отблеск воды, он ускорил бег и опасно заскользил по крутому склону, остановившись у самой воды. Наклонился и зачерпнул ее в ладони, плеснул в лицо, запрокинул его к небу, замер, тяжело дыша. В кармане заиграла смешная мелодия из детского мультика, Стивен на ощупь вытащил телефон и ответил:

— Ты на время смотрела, хоббит?

— Сам смотри на свое время, — пробурчал недовольный голос Мари, — у меня тут Стеф пропала, а тебе бы только время.

— Куда пропала? — не слишком впечатлено вздохнул парень, медленно поднимаясь по склону.

— Если бы я знала, куда, я бы тебе не звонила, — огрызнулась рыжая. — А будешь вести себя как бука — не расскажу, что я нашла в ее компе. — Стив молчал, размеренно шагая вверх по склону, Мари засопела: — Почему ты не спрашиваешь?

— Потому что ты все равно расскажешь, без разницы, спрошу я или нет, — терпеливо объяснил он, усаживаясь на траву. — Давай, говори, тебя же разорвет, если не скажешь.

— А вот возьму и не скажу, — фыркнула рыжая и бросила трубку.

Стивен вздохнул и посмотрел на экран, набрал ее и опять прижал телефон к уху:

— Говори.

— Тебе же не интересно, — кривлялась Мари, Стивен молчал. Рыжая посопела пару секунд и сдалась: — Ладно, слушай… короче, она не стала смотреть со мной клип, сказала, что не хочет. Да и вообще, знаешь, она пришла уже без настроения, такая хмурая, как будто Льюис ее чем-то обидел. А до этого уже второй день только музыку слушает и пишет письма. У нее есть друг в Китае, она с ним постоянно переписывается, и подружка здесь, эта пишет реже, но у нее письма прикольнее…

— Подожди, — перебил ее Стив, — ты что, читала ее почту?

— Да, я ее достала и она сунула мне включенный комп с открытым почтовым ящиком, прикинь? — Мари радостно хихикнула, — я фигею с ее беспечности.

— А ты не считаешь, что это уже чересчур?

— Для пользы дела ничего не чересчур, — решительно заявила Мари. — А если ты такой честный, могу ничего не рассказывать.

— Не можешь, у тебя словесный понос.

Мари обиженно засопела, потом с чувством рыкнула:

— Гад ты, Эванс. Так вот, этот ее Шарк, который в Китае, пишет ей чаще всех. И она ему тоже часто пишет, и про съемки клипа она ему рассказывала. Короче, она ему написала о… хм, — она загадочно помолчала, — об одном интересном событии, которое там произошло. Это сильно ее потрясло и вообще заставило пересмотреть свои взгляды на жизнь, так и написала, прикинь? Какому-то Шарку, который черте где и вообще ничего не знает. А мне ничего не хочет рассказывать, я тут изнываю, а она молчит, как партизан.

— Она просто знает, что длина твоего языка стремится к бесконечности, а количество костей в нем — к нулю.

— Ну тебя, я серьезно.

— Я тоже.

— Эванс, гад. Что у вас там случилось?

— Мари, — Стивен медленно выдохнул и лег на траву, похрустел спиной и усмехнулся, — как говорит Стеф в таких случаях, "умерь свое любопытство, это неприлично".

— Знаешь, что? — гневно взвилась Мари, — обратишься ты ко мне за помощью, гад. Я на тебя обиделась и вообще. Выхухоль костлявый…

Она бросила трубку, Стивен тихо рассмеялся и перевернулся на бок, стал набирать сообщение: "Еще не спишь? Сегодня прекрасный промозглый холод, отличный повод выпить чего-нибудь горячего) Я угощаю". Выбрал из списка контактов "Кортни" и отправил.

"Тебе, похоже, вообще наплевать, мой бывший друг.

А Мари молодец. Я ничего не писала Шарку про клип, ни слова. Она это выдумала и соврала Стивену, для того, чтобы он рассказал ей хоть что-нибудь о том, что там было. А потом она сможет прийти ко мне, и используя то, что расскажет Эванс, вытянуть из меня остальное. Какая хитрая маленькая разведчица, наглая и несносная, но потрясающе неуловимая. Если бы я не шпионила за ней, ни за чтобы не узнала."

Стефани открыла глаза в темноте столовой, вылила из чашки остывшую воду и набрала горячей. Вернулась за стол, минуту понаблюдала, как злющая как черт Мари пинает подушку, потом попыталась вспомнить имя девочки, которая сегодня расспрашивала ее о клипе.

Перед глазами возникла незнакомая комната, мало отличимая от ее собственной, только вещи были другими. На кроватях сидело трое девчонок, одна красила другой ногти, третья втыкала в ноутбук.

— Девчонки, почти лимон просмотров.

— Да ладно, так быстро? — симпатичная девочка с кудряшками попыталась заглянуть в экран, но вторая, красящая ей ногти, хлопнула ее по руке:

— Не вертись, я размазала. Ну и что, подумаешь — миллион… Это из-за Эванса, даже если бы он выложил видео со своим завтраком, просмотров было бы не меньше.

— Да, я бы глянула, — хихикнула кудрявая. — Он в этом клипе просто супер… да он везде супер. Не представляю, что этой бездарной Росс надо было сделать, чтобы сняться с ним.

— А я представляю, — криво усмехнулась сидящая за ноутбуком, — сейчас многие начинающие звезды это делают.

— Ты думаешь? — вздохнула девушка с кисточкой, — она же, вроде бы, с Льюисом.

— И что? Сегодня с Льюисом, завтра с Эвансом. А послезавтра вообще с Сэмом, чтобы ей больше экранного времени отвели. Марго говорила, что Лили переписывает сценарий и вообще, компания чуть ли не саму Маргарет Куинс напрягла написать несколько новых рассказов, чтобы выделить больше сцен Эвансу и этой шалаве.

— Охренеть, — вздохнула кудрявая, — и чем она его привлекла? Ни кожи, ни рожи, тощая как жердь, ходит вечно в ботанских свитерах и бесформенных джинсах…

— Она хорошо поет, — перебила ее подружка, любуясь маникюром, — и танцует.

— Ой, сейчас кто угодно хорошо поет, была бы студия и хороший специалист. А наши звукари очень хорошие, достаточно сравнить, как Эшли поет в живую и на записи, чтобы понять их уровень, — девчонки засмеялись, кудрявая гордо усмехнулась, — а одними танцами себе карьеру не сделаешь.

— Это смотря, где танцевать, — с намеком приподняла брови подружка, завинчивая лак, — если у кого-то на столе, то почему нет?

Кудрявая фыркнула, собираясь что-то добавить.

Стефани медленно открыла глаза. Криво усмехнулась, посмотрела в потолок. Встала, прошлась до стойки, поменяла воду на горячую и вернулась обратно. Влезла на диван с ногами, уперлась в колени лбом, закрыла глаза.

"Вот гадины.

Хотя, стоило ли ожидать чего-то другого?"

Но необоснованная обида уже пустила корни, оплетая сердце и стягивая все туже, мешая дышать, заставляя делать глубокие, тяжелые вдохи.

"Неужели я действительно кажусь человеком, который пробивает себе дорогу наверх тем самым местом?

Да какая разница… это просто зависть, обычная женская зависть, нелогичная и жестокая, не признающая оправданий и способная толкнуть на любую подлость. Нужно быть готовой.

А ведь казались такими милыми. Улыбались, спрашивали, восхищались… Как так можно? Неужели нельзя ненавидеть тихо, без этого фальшивого подлизывания?"

Нащупав в кармане наушники, она выбрала самый длинный плейлист и включила, вернувшись в прежнюю позу — так было тепло и удобно. Музыка заполняла тишину в голове, не давая ни о чем задуматься, но не находила отклика в сердце, Стефани даже не особенно замечала, что играет. Время тихо тащилось мимо, пока кто-то не вошел в столовую и не включил свет.

Подняв голову и приоткрыв глаза, она вздрогнула и замерла — в дверях стоял Эванс. Пока Стефани пыталась справиться с лицом и придать ему подобающее безразличие, Стивен усмехнулся и вошел, сел напротив:

— Страдаешь в одиночестве?

— Отдыхаю от навязчивого общества, — скривилась она, он с уважением приподнял бровь, показывая, что сарказм оценил, но не поверил.

— И как отдыхается?

— Минуту назад было отлично, — она поняла, что он не отцепится, и вытащила наушники, — а теперь не очень.

— Неужели? — он поднялся и пошел к стойке. — Кофе будешь?

— Нет, — она надела наушники и закрыла глаза, но через минуту опять услышала его голос:

— Не делай вид, что все в шоколаде, я прекрасно вижу, в каком ты состоянии, — он сел напротив, поставил перед ней чашку кофе. — Рассказывай.

Она хмуро посмотрела на чашку, потом на парня:

— Я сказала, что не буду.

— Не выделывайся, — поморщился Стив, — я вижу, что тебе плохо. Пей и рассказывай.

— С какой радости? — наконец не выдержала она. — Ты мне не друг и не брат, чтобы что-то тебе рассказывать, отцепись.

Он криво улыбнулся и подпер подбородок ладонями, заглядывая в ее глаза, мягко понизил голос и вкрадчиво спросил:

— Скучаешь по тому времени, когда можно было прийти и все рассказать, да? Когда можно было спать на моем диване, читать мои черновики? Когда, если приснился кошмар, можно было подняться на второй этаж и тебя обнимут, успокоят, уложат и на ночь поцелуют… Классное было время, да?

Она смотрела на него со смесью раздражения и бесконечной усталости, потерла лоб и тихо спросила:

— Слушай, у тебя кофе кончился? Так возьми и иди отсюда, мне, вот честно, вообще не до тебя и не до твоих попыток компенсировать скрытые комплексы и уязвленное самолюбие за мой счет.

Стивен фыркнул и качнул головой:

— Учишься врать? Неплохо, определенные успехи есть. Но я все равно тебя насквозь вижу…

— Хватит, — перебила она, поднимаясь, — ты достал, мир не вертится вокруг тебя, понимаешь? Как же вы меня задрали все…

Сунув телефон в карман, она стала выходить из-за стола, но парень поймал ее за руку:

— Почему не отвечаешь на сообщения? Боишься, что твой павлин увидит?

— Я их не читаю вообще, — рыкнула Стеф, вырывая у него руку, — можешь не тратить время.

— Не верю.

— На, посмотри, — она, чуть не плача от психов, бросила на стол телефон и вышла из столовой, хлопнув дверью. Ее трясло от злости, хотелось взять что-нибудь большое и разбить об его голову.

"Гребаный самовлюбленный эгоист, ненавижу. Все вокруг только и думают, как бы сделать свою жизнь веселее за чей-то счет, только я не пойму, почему этим кем-то должна быть я? Господи, когда уже выходные… уеду отсюда и на два дня думать забуду обо всех этих двуличных уродах."

* * *

 

ГЛАВА 12, 64й день съемок

пятница, 26 июля, 64й день съемок, 18/19 лунный день

Она не выспалась настолько, что трезвонящий будильник разбудил ее только со второй попытки. С трудом разобравшись спросонья, как его выключить, она задумалась, почему ее разбудил ноут, а не мобильный. Вспомнила, куда делся телефон, и обозвала себя дурой.

"Надеюсь, он не будет в нем копаться… хотя, если вспомнить, как я дала ему ноутбук, лучше не тешить себя напрасной надеждой."

Глянув на время и поняв, что опаздывает, она быстро оделась и побежала умываться, но когда влетела в столовую, все равно застала недовольного Криса в компании еще более недовольного Дэна.

— Всем привет, — она сделала вид, что всегда с утреца ходит с отпечатком подушки на лице. — Что сегодня на завтрак?

— Реактивная овсяночка с вареньецем, — улыбнулся Дэн, пододвигая ей тарелку. — Реактивная — потому что съесть ее надо со скоростью истребителя. Хотя так делать, конечно, нельзя. Надо есть не спеша и…

— Где твой телефон? — перебил его Крис. — Я звонил тебе.

— Не знаю, — она взяла ложку и зачерпнула каши, — потеряла, наверное.

— Как ты умудрилась? — фыркнул Крис, тренер добавил:

— Надо сказать менеджерам, пусть повесят объявление…

Его опять перебили. Открылась дверь, вошел громко смеющийся Стивен, на ходу болтающий по телефону:

— …да, я знаю, с ней это бывает. Все, я нашел ее, приятно было пообщаться, до свидания, — подошел к Стеф и протянул ей телефон, с гаденькой улыбкой шепнув: — Тебе мама звонит.

Стеф приложила бешеное усилие, чтобы не заметить обращенных на нее взглядов, процедила "спасибо" и взяла трубку:

— Да, привет.

— Стефани, слушай, какой приятный мальчик. Почему ты мне о нем не рассказывала? Это же ты с ним на том видео, да? Такой милый, да еще и красавчик — не упусти, — мама хихикала, судя по всему, все еще под впечатлением от разговора с Эвансом. Стеф молчала, заставляя себя дышать ровно и не смотреть на Криса. — Слушай, я хотела тебе вчера позвонить, но заработалась… я смотрела твой клип. Ты так похудела, мы с папой в шоке просто. Тебя что, заставили по контракту?

— Нет.

— А почему тогда? Вас там что, не кормят?

— Кормят, — сухо ответила Стеф, — и как раз сейчас рядом со мной сидит мой тренер и диетолог, который контролирует, чтобы я хорошо ела.

— Шутишь, что ли? — озадачилась мама, Стеф фыркнула:

— На полном серьезе. Только на еду у меня осталось пять минут.

— Это ты так намекаешь, что я тебе мешаю? Ладно, позвони мне вечером, когда освободишься.

— Хорошо.

— Пока.

Она положила трубку, старательно не замечая испепеляющего взгляда Криса, сунула в рот ложку каши, продолжая сверлить взглядом стол. Дэн прокашлялся и приподнялся, положил ладони на плечи Крису и Стеф, мягко сжал и провозгласил:

— Пойду я. А вы, ну… кушайте хорошо.

Забрал свой поднос и смылся за дальний столик. Стеф опять взяла ложку, сосредоточенно набирая кашу.

— Что это было, Стеф?

Его голосом можно было пилить деревья, она невозмутимо пожала плечами:

— Эванс нашел мой потерянный телефон.

— Какого хрена твой телефон у него делал? — парень хлопнул ладонью по столу, зазвенела посуда, на них стали оборачиваться. Стефани все-таки подняла голову и устало посмотрела на Криса:

— Я сказала тебе, я его потеряла. Откуда он у Эванса, я понятия не имею.

— Ты с ним виделась? — чуть не трясясь от злости, прошептал Крис, Стефани качнула головой:

— Нет.

— Говори правду, — еле слышно прошептал он, глядя в ее глаза сверлящим тяжелым взглядом, — правду, малыш, я жду. Ты была с ним после того, как я проводил тебя?

Стеф попыталась вдохнуть и поняла, что не может. Грудь сдавило, болью сжимало все тело, все сильнее и сильнее. Крис продолжал давить на нее колючим взглядом:

— Говори, иначе станет хуже.

— Да, — наконец выдохнула Стеф, с облегчением выравниваясь и вдыхая полной грудью. Крис стукнул по столу двумя руками и поднялся, Стеф быстро добавила: — Это не то, о чем ты думаешь.

— Да конечно, — парень взял свой поднос и пошел относить, стремительно вышел из столовой, хлопнув дверью.

Стефани беззвучно застонала и схватилась за голову, через минуту услышала, как кто-то сел рядом и подняла глаза. Дэн смущенно улыбнулся, взял ее тарелку и добавил в нее ложку варенья. Потом посмотрел на Стеф, вздохнул и добавил еще одну. Придвинул ей кашу, похлопал по плечу и поднялся:

— Кушай, кушай. Уже времени мало, давай.

Встал и вернулся на свое место. Стеф криво улыбнулась, прикусила губу и взяла ложку.

* * *

На обеде было как-то подозрительно мало людей, даже Мари не пришла. Дэн поставил перед Стефани поднос и куда-то ушел, а Крис с ней вообще с самого утра не разговаривал, так что Стеф ела одна. В очередной раз обернувшись на звук открывшейся двери, она кивнула Алексу и жестом позвала к себе за столик. Когда парень подошел с подносом и сел, она спросила:

— Ты не в курсе, куда все делись? А то мне уже страшно.

— Мне тоже, — сделал страшные глаза он. — Особенно после того, как Мари прыгнула на меня, дрыгая ногами, руками и каждой кудряшкой, и при этом из ее вопля, вместившего полный перечень субтропической фауны, я выделил только слова: "Маргарет приехала". Ты не знаешь, случайно, кто это и почему она вызывает столько страсти?

— Маргарет, — задумчиво протянула Стефани, — Маргарет Куинс? Она написала тот цикл рассказов, по которым мы снимаем "Поцелуй душ". Я случайно слышала, что ее напрягли написать новые рассказы для сериала, но для чего ей понадобилось приезжать? Странно. Или это другая Маргарет?

— Вряд ли, — вздохнул парень, — мелкая излучала запредельно много счастья, значит, именно эта. Она от нее фанатеет, зачитывает мне отрывки вслух, долго объясняя, почему именно этот человек поступил именно так, — он мученически зажмурился и потер лицо, — потому что для того, чтобы понять их мотивы, нужно знать сюжет с самого начала, а там книг сто, наверное. — Он с тяжким вздохом посмотрел на Стеф и обреченно добавил: — Но боюсь, что рано или поздно я выучу их все.

Стефани не выдержала и рассмеялась, покачала головой:

— На тебя она тоже прыгает от избытка чувств?

— Да она на всех прыгает, — отмахнулся Алекс, задумчиво нежно улыбнулся, — мне нравится, она такая забавная.

— Тебе, может, и нравится, — фыркнула Стеф, — а мне тяжело. Она не пушинка, но ей фиг объяснишь.

— Она привыкла. Она самая младшая в семье, а старшие все крупнее и сильнее нее, она все детство провела у кого-то на руках и привыкла, что можно прыгать на всех с разбегу, им все нравится.

— Да, — с оттенком зависти вздохнула Стеф, — хотела бы я себе парочку старших, на которых можно прыгать с разбегу.

— Так у тебя же есть, — рассмеялся он, — ровно парочка и оба спортсмены, — увидел ее окаменевшее лицо и запнулся, — ой. Прости. Я чего-то… не знаю даже, чего я так. Ляпнул просто.

— Ничего, бывает, — она взялась за вилку, с филигранной точностью нарезая мясо микроскопическими кубиками. За спиной открылась дверь и повалила толпа, сразу стало шумно. За стол рядом плюхнулась довольная Мари и с порога запищала:

— Стеф, глазастый совенок, ты ни за что не догадаешься, что только что было.

— Ты поражала своим словарным запасом миссис Куинс? — равнодушно проговорила Стефани, продолжая пилить мясо. У рыжей отпала челюсть, она посмотрела на смущенно копающегося в тарелке Алекса, хмуро и решительно выдохнула и спросила:

— Что случилось?

— Я… — начал Алекс, но Стеф его перебила:

— Мы обсуждали то, что я вчера потеряла мобильник. А утром его нашел Эванс и принес в столовку, после чего Крис устроил мне скандал. Еще вопросы?

— Никаких, — вздохнула Мари, угрюмо сложила руки под подбородком и сдула с глаз локон, — я так понимаю, слушать про Маргарет тебе не интересно?

— Ты сегодня проницательна, как никогда, — пробормотала Стеф, рыжая встала и улыбнулась:

— Тогда я возьму себе еду и вернусь. Не скучайте, я быстро, — она подмигнула Алексу и ускакала, парень проводил ее взглядом и наклонился к Стеф:

— Ну прости, я правда не подумав ляпнул. Не порти настроение Мари, ладно? А то она после того, как с тобой поссорится, вечно ходит весь день хмурая.

— Не буду, — натянула улыбку Стеф, — не переживай.

"Какая прелесть. Какая, мать ее, забота. Настроение Мари — вещь государственной важности, а на мое всем плевать с высокой колокольни."

— Я вернулась, — подружка плюхнулась на стул, наколола на вилку кусок салата и скормила Алексу. — Так из-за чего на тебя взъелся Крис? Не может быть, чтобы только из-за мобильника.

— Может, — Стеф кивнула и положила в рот кусок мяса, делая вид, что очень занята пережевываньем. Мари немного попрыгала на месте, потом выпалила:

— Маргарет сказала, что будет смотреть на наши съемки. И что подпишет мне книгу, но только одну. И что новая выйдет почти сразу же после того, как мы снимем по этой новой три серии. Прикиньте? Новая книжка. Хотя раньше она говорила, что серия полностью закончена и новых книг не будет. Круто?

— Конечно, — с бесконечным смирением в голосе кивнул Алекс, Стеф криво улыбнулась и промолчала, но Мари не сдавалась:

— Она сказала, что новая книга по-новому раскроет образы героев и будет специально для вас со Стивеном. И еще сказала, что ее очень вдохновило то видео, где вы репетируете.

— Двойной гонорар ее вдохновил, — фыркнул Алекс, — ей за экстремальные сроки пообещали кучу денег.

— Какие экстремальные сроки? — надулась Мари.

— Она и наша Лили должны предоставить новый сценарий уже на следующей неделе, так что все выходные они будут в авральном режиме сочинять и утверждать у руководства проекта новый сюжет. У меня есть знакомый в группе, которая занималась разработкой сайта сериала и сейчас его админит, так он говорил, что руководство заказало переработку сайта. Там будет новый дизайн и куча всяких фишек, к тому же, их фотограф перенес какую-то свою работу из-за заказа для сериала.

— Фотограф? — озадаченно нахмурилась Стефани, — странно. Это не Мэл Бэйли?

— Нет, Бэйли слишком дорого обошелся компании, будет другой.

— Жаль, — вздохнула она, — вот вокруг него бы я попрыгала, выпрашивая автограф. Но, видно, не судьба.

— О, разговоры о судьбе? — голос Криса звучал ехидно, но без злости. Стефани обернулась, настороженно ожидая подвоха, но его не последовало. — Можно присоединиться?

— Конечно, — Мари заерзала вместе со стулом, освобождая место. — Как съемки?

— Нормально, — блондин сел рядом со Стеф и толкнул ее плечом, тихо спросив: — Ты как?

— Я как? — она пораженно выдохнула и запрокинула голову, с сарказмом провозгласив в потолок: — Да я лучше всех. А что, какие-то проблемы?

— Никаких, — улыбнулся он, — я во всем разобрался. — Взял ее вилку и наколол кусочек мяса, попытался ткнуть его девушке: — Кушай, тебе надо заботиться о здоровье.

— О своем позаботься, — фыркнула Стеф, отодвигаясь и вставая из-за стола. — Мне пора.

— Остынь, — он взял ее за руку, но она успела освободиться, резко задвинула стул и вышла из столовой. Крис догнал ее, попытался обнять, — Стефани, малыш, успокойся. Я поговорил с Эвансом и больше не злюсь, все в порядке.

— Офигеть теперь, — фыркнула она, — если ты не злишься, значит мир прекрасен.

— Хватит язвить, — он все-таки обнял ее и поцеловал в щеку. — Я знаю, я ревнивый, вспыльчивый и несдержанный, это ужасно. Но ведь я еще и самый любящий и нежный, а? — Он опять стал целовать ее, — Стеф, малыш, ну ты же меня знаешь. Я чуть с ума не сошел от ревности, оббегал всю школу пока его нашел, а потом чуть не убил, пока добился правды.

У нее внутри все смерзлось в одно мгновение.

— Что ты с ним сделал?

— Поговорил по душам, — самодовольно ухмыльнулся Крис. — Мне понравилось, ему — нет. Зато, надеюсь, после этого разговора он поумнеет и перестанет так глупо шутить.

Она медленно выдохнула и закрыла глаза.

"Стивен Ли Эванс, самодовольный ты эгоистичный псих… надеюсь, ты остался цел и невредим после этого разговора. А если нет, я желаю тебе скорейшего выздоровления. Сама не знаю, почему мне все еще не наплевать, но пусть будет так."

— Ты не хочешь вернуться и доесть? Времени еще много.

— Нет. Пойдем лучше посидим где-нибудь.

— Не обижаешься? — Крис потерся лицом о ее шею, с пошловатой улыбочкой заглянул в глаза: — Я раскаиваюсь и готов искупить свою вину любым способом.

— Искупишь, — криво улыбнулась Стеф, — пойдем, преступник.

* * *

Съемки опять закончились поздно, уже давно стемнело, а Сэм все никак не желал их отпускать. Едва избавившись от грима, Стефани бросилась в комнату и закрыла глаза, настраиваясь на Стивена, но самые ужасные опасения не оправдались — парень сидел за компьютером и работал в какой-то программе для музыкантов, ничего особенного не происходило. Она с облегчением открыла глаза, достала ноутбук и проверила почту. С удивлением прочитала письмо от Шарка, в котором он сообщал, что скоро прилетит домой. О цели поездки он уклончиво писал, что "по делам фирмы", но понятное дело, это было далеко не главным.

Зазвонил телефон, Стеф глянула на экран — Крис. Ответила:

— Да?

— Куда ты так быстро смылась? Я хотел пригласить тебя на поздний ужин.

— Крис, боже мой, только не еда опять, — она мученически зажмурилась и простонала: — Дэн меня в гроб загонит такой диетой.

— Да ладно тебе, ты так говоришь, как будто съедаешь все, что он тебе приносит. И я тебя не в столовую зову, а на пикник. И если не хочешь есть, можем ограничиться вином и фруктами, я угощаю.

— Тогда можно, — она отложила ноутбук и встала с кровати. — Сейчас?

— Без проблем, буду ждать тебя на парковке.

— Давай, я быстро.

Она положила трубку и переобулась в кроссовки, накинула куртку, поправила джинсы.

"Кудрявая сучка из массовки сказала, что я одеваюсь в мешковатую фигню… и она права. Вот только месяц назад эти джинсы сидели отлично, а сейчас в каждую штанину можно кроме ноги еще и руку по плечо засунуть. Интересно, диета Дэна поможет? Было бы неплохо."

Она взяла телефон и пошла к выходу. Крис ее уже ждал, они сразу прыгнули в машину и выехали с полупустой парковки на трассу.

— А куда мы едем? — только сейчас поинтересовалась Стеф.

— На озеро, только немного с другой стороны, — она вздрогнула, но парень не заметил, продолжая азартно рассказывать, — я недавно ходил в школу через лес… ну, так получилось, надо было, — он смущенно отмахнулся, Стефани с трудом сдержала ухмылку, вспомнив звонок Мари. — Короче, пришлось пройтись пешком. Так я там нашел такое красивое место, сдуреть можно. Оно как будто предназначено для того, чтобы сидеть там вдвоем и смотреть на звезды. Там очень красиво.

— Покажешь, — улыбнулась она, старательно скрывая чувства, накатившие от одного воспоминания о долгих вечерах, которые она провела на озере не с Крисом.

"Этого больше не будет. Забудь о нем."

В кармане запиликал телефон, Стеф достала и удивленно приподняла брови — мама. Ответила:

— Привет. Я забыла тебе позвонить, мы только освободились.

— Я так и поняла, — ехидно фыркнула мама. — Как вы там?

— Нормально. Я не приеду сегодня. Может, завтра к обеду. Или к вечеру.

— А что так?

— Мы… на пикнике, — она покосилась на Криса, — отмечаем выход клипа.

— Понятно, — вздохнула мама, — мы тут тоже отмечаем, надеялись, что ты присоединишься, но если нет — сами управимся.

Стеф поморщилась и промолчала, объяснять ситуацию у нее не было ни малейшего желания, тем более, когда рядом сидит Крис.

— А кстати, с кем ты там отмечаешь? — в ее голосе появилась вкрадчивая интонация бульварного журналиста, напавшего на сенсацию, — уж не с тем ли милым мальчиком…

— Нет, — отрезала Стеф, — ма, я занята.

— Ладно, ладно. Отмечайте, до завтра.

— Пока.

Стеф положила трубку и отключила звук, покосилась на Криса, он улыбнулся:

— Клип, кстати, получился отличный, — Стефани пожала плечами, Крис толкнул ее локтем, — да ладно тебе, не скромничай. Ты в бикини смотрелась просто потрясно, а танцы под водой — это вообще отдельный кайф, на это можно смотреть бесконечно. Когда ты там кружишься между цветными лентами, кажется, как будто тебе вообще не надо дышать, как будто ты родилась и выросла под водой и тебе там вполне комфортно. Это так круто, малыш.

— Спасибо, — смущенно улыбнулась она. — На самом деле, все это было не так просто, но я рада, что в результате хорошо получилось.

Крис еще немного порассказывал о том, как она прекрасно сыграла, но через пять минут тема была исчерпана и в машине повисла тишина. Стефани смотрела в окно, изо всех сил борясь с нахлынувшими воспоминаниями — на этом берегу Стивен бросил ее в ледяную воду… как давно это было? Кажется, что с тех пор прошло лет сто.

"Было так весело. Я была злая, мокрая и разобиженная на весь мир, но это было круто. Где мне найти себе еще одного такого неадекватного психа?

Если мне такой попадется, ни за что не буду в него влюбляться. Буду вести себя как юное, глупое, бесполое существо, неспособное вызвать симпатию, зато вполне подходящее для долгих разговоров и гонок на продуктовых тележках…

Господи, Эванс, лучше бы мы никогда не были знакомы"

— Приехали, — радостно провозгласил Крис. — Как тебе место?

"Как мне место, на котором две недели назад из моих рук пил человек, которого я люблю и которого больше никогда не увижу настолько близко?"

— Очень красиво, — она улыбнулась, — темно только.

— А у меня есть вот это, — парень достал из багажника светильник на батарейках, включил. — Лучше? Давай постелим, помоги мне.

Они накрыли траву покрывалом в двух шагах от обрыва, Крис достал корзинку с фруктами и вином, наполнил бокалы.

— Ну что, за твой первый клип? За удачное начало твоей будущей блестящей карьеры в шоу-бизнесе.

— И за то, чтобы следующий клип был с тобой, — она улыбнулась, видя как он засветился от этих слов, они выпили. Крис отставил бокал и поцеловал ее, Стефани ответила, чувствуя, как поцелуй становится все настойчивее и крепче.

— Эй, парень, ты что задумал? — она игриво прикусила его губу, он поиграл бровями:

— А ты что, против?

— Ну ты даешь. Мы на улице, вообще-то.

— Ну и что? Здесь никого нет, — он опять потянулся к ней, она поцеловала и мягко отстранилась:

— Это сейчас здесь никого нет. А вообще, вон там есть тропинка, которую используют в качестве беговой дорожки все, кому не лень.

— Я знаю, там Эшли бегает, — он отмахнулся. — Они все бегают утром, расслабься.

— А еще там бегает Эванс, а с его графиком он может сорваться когда угодно, — Стефани мягко, но решительно убрала его руки из-под своего свитера. — И вообще, тут холодно, меня это совсем не заводит.

— Уверена, что проблема именно в этом? — Стефани почудился намек в его голосе, она настороженно нахмурилась:

— Что такое?

— Я нашел кое-что в твоей комнате, — он посерьезнел, как-то очень неприятно улыбнулся, — и почему-то мне кажется, что это все неспроста.

— Что неспроста? — напряглась Стеф. — Крис, хватит напускать туман, что случилось? И вообще, что значит "ты нашел кое-что в моей комнате"? Что ты там искал?

— Именно то, что нашел, — он хмуро отставил бокал и полез в задний карман джинсов, — вот это. Я же просил тебя от него избавиться.

В его руке покачивался на цепочке крест Эванса.

У Стефани за секунду все нервы смерзлись в ледяной ком, голос звучал глухо и тихо:

— Где ты его взял?

— В твоей сумке, — парень намотал цепочку на палец, стал небрежно поигрывать крестом. — Малыш, скажи мне честно, что в нем такого особенного, а?

— Ничего в нем нет, я его терпеть не могу, — поспешно выдохнула Стеф, Крис фыркнул и рассмеялся:

— Понятное дело. Но вообще-то, я имел в виду крест. Что такого в этом гребаном потертом аксессуаре, что ты так упорно не хочешь с ним расставаться?

— Ничего, — она собрала все свое мужество и актерское мастерство, прекрасно понимая, что если ошибется, может крепко влипнуть. — Крис, клянусь тебе, я напрочь забыла про этот крест, как только ты мне его вернул. Просто бросила в сумку и все, потом мне было не до него.

— Правда? — с намеком улыбнулся парень, она закивала:

— Конечно.

— Тогда может быть, тебе пора избавиться от него? — Он собрал цепочку в кулак и подбросил крест на ладони, наблюдая как Стеф следит за его манипуляциями, затаив дыхание.

— Нет, — напряженно ответила она, — я его выиграла и я хочу, чтобы он у меня остался.

— И это единственная причина? — он еще раз подбросил крест на ладони, гораздо выше, цепочка блеснула в луче светильника. — Стефани, малыш, или ты скажешь, почему тебе так дорога эта безделушка, или я отправлю ее в полет к середине озера.

"Я не могу ему приказать, пока у него крест"

Стеф лихорадочно пыталась придумать выход, когда за спиной раздался ледяной раздраженный голос:

— Или вы перестанете ломать комедию и отдадите игрушку хозяину.

Она обернулась, глядя на стремительно шагающего в их сторону Эванса. Он выглядел как демон преисподней — бесшумный, встрепанный и злой, с темными глазами, от взгляда которых хотелось спрятаться.

— А тебе какое дело, Эванс? Ты же проиграл эту безделушку. — Крис опять подбросил на ладони крест, любуясь страхом на лице Стеф и злостью Стивена, — или все не так просто?

— Все очень просто, Льюис, — рыкнул Стив, подходя ближе, — ты сейчас просто отдашь мне крест и он просто исчезнет, перестав омрачать вашу безоблачную жизнь.

Крис усмехнулся еще ехиднее, в очередной раз подбрасывая цепочку на ладони, подождал, пока Стивен потянется за крестом, но в последний момент отклонился и без размаха швырнул его в сторону озера.

Стеф сорвалась с места в отчаянной попытке успеть поймать его до того, как он долетит до воды — откос не такой уж крутой, она успеет…

В середине прыжка ее с силой рвануло вниз и припечатало о землю, выбив из легких воздух. Дрожащий от злости голос Стивена рыкнул:

— С ума сошла? Там от самого склона омут метров пятнадцать.

Она шокировано смотрела в его бешеные глаза, думая только о том, что она упустила момент и уже поздно, катастрофически поздно, она не успела…

— Стив, — осознание накатывало волнами, заставляя все тело вздрагивать, она поняла, что держится за его футболку, разжала пальцы и закрыла лицо руками, захлебываясь от рыданий, — Стив, прости… Господи, прости меня, я такая дура…

— В чем дело? — раздался озадаченный голос Криса. — Мне может кто-нибудь объяснить, что такого было в этом гребаном кресте?

Стефани продолжала лежать на траве и заливаться слезами, рядом поднялся с земли Стивен и холодным шепотом ответил:

— А ты, мать твою, мог спросить это до того, как бросать его в озеро?

Раздался глухой удар, потом еще один, Стеф оторвала руки от лица, пытаясь протереть глаза и разобрать хоть что-нибудь в неверном свете слабого фонаря и ущербной луны. Парни катались по земле, осыпая друг друга ударами и невнятными проклятиями. Она села, пытаясь справиться с истерикой, и крикнула:

— Хватит. Вы, два придурка, а ну прекратили заниматься ерундой и начали думать, что теперь делать.

Возня на земле прекратилась, первым поднялся Стивен и отряхнул одежду, поправил волосы, подошел к краю склона и посмотрел вниз:

— Что делать… крест доставать, что еще.

— Ты сам сказал, там глубоко, — обреченно вздохнула Стеф.

— Ну и что? У нас есть другой выход? — нервно фыркнул Стив, подходя и помогая ей подняться. — Ты как?

— Никак, — она отряхнула одежду, посмотрела на Криса, который тоже осторожно поднимался с земли и щупал слегка помятое лицо. — Зачем ты это сделал?

— Мне кто-нибудь объяснит, что такого в этом гребаном кресте? — раздраженно пробормотал Льюис. — Я ничего не понимаю.

Стефани с надеждой посмотрела на Стивена, но он пожал плечами и сделал вид, что вообще ни при чем:

— Я тоже много чего хотел бы понять, — удобно устроился на покрывале и взял из корзины яблоко. — Рассказывай, Стеф, у тебя хорошо получается.

Крис раздраженно посмотрел на нагло грызущего яблоко Эванса, хмуро сложил руки на груди и повернулся к Стефани:

— Малыш, в чем дело? Рассказывай.

Стефани затравленно переводила взгляд с одного на другого, но так и не найдя поддержки, сдалась. Села напротив них и решительно выдохнула:

— Я тебе соврала.

— Новость, — иронично фыркнул Стивен с набитым ртом, поймал два злобных взгляда и поднял ладонь с огрызком: — Молчу, рассказывай дальше.

— Крис… помнишь, я говорила, что приворожила тебя? — Он кивнул, она и продолжила: — Я допустила несколько ошибок в рецепте…

— Что? — ахнул Крис, распахивая глаза. — Малыш, ты что? Почему ты мне не говорила?

— Я не знала, что это так важно, — поморщилась она, — и поначалу не придала этому особого значения… а потом начались сны.

— И что в них было? Ты говорила с духом? Что он сказал? — Крис так неподдельно переживал за нее, что ей стало легче и она чуть расслабилась:

— Я не говорила с духом. Я соврала тебе в том, что это кот… это не кот, — она сжалась, обхватив колени, Крис поднялся и сел рядом, обнял ее, стал гладить по плечам:

— А кто? Говори, малыш, не бойся. Я тебе помогу, слышишь? Почему ты не рассказала мне сразу?

Она пожала плечами, прижимаясь к его груди и глядя на Стивена, который с королевской невозмутимостью выбирал из корзины второе яблоко. Крис поцеловал ее, шепотом спросил:

— Кто к тебе пришел, малыш?

— Сначала мне приснилась бабушка, она сказала, что я ошиблась в рецепте и теперь буду какое-то время мучиться бессонницей.

— У вас с ней при жизни были хорошие отношения?

— Самые лучшие.

— Хорошо. Что дальше?

— Дальше мне снилось падение в огненный колодец, — она передернула плечами, Крис обнял ее крепче. — Я просыпалась через минуту, но когда засыпала в следующий раз, то падение продолжалось. С каждым разом я падала все глубже, а когда долетела до дна… он пришел.

— Кто это был? Или на кого похож?

— Не знаю, — она прерывисто вздохнула, вытерла скатившуюся слезу, — он очень страшный, Крис. Двухметровый, с длинными когтистыми руками и головой динозавра, рогатый, похожий на Чужого, которого облили бензином и подожгли… Он вышел из стены колодца, а я лежала на камне и не могла пошевелиться, а он смотрел на меня и говорил что-то непонятное, страшным рокочущим голосом. У него были пустые глаза, полные боли… Сначала я его не понимала, но потом начала различать отдельные слова. Потом фразы. А сейчас он толкает спичи, как заправский политик. — Она заметила, что Крис перестал ее обнимать, подняла глаза и увидела на его лице такой беспросветный ужас, что испугалась еще сильнее, — Крис?

— Стефани, господи, это просто… твою мать, — он поднял глаза и медленно покачал головой. — То, что ты осталась жива, это… у тебя был шанс один из тысячи, если не меньше, ты понимаешь?

Она отвела глаза и передернула плечами:

— Поздно уже об этом думать. Надо думать о том, что делать, когда он придет, а у меня нет креста.

— Он придет? — еще больше округлил глаза Крис. — А причем тут крест?

Стеф посмотрела на Стивена, поймала ироничный взгляд и кривую улыбку, он сделал приглашающий жест, призывая ее продолжить рассказ.

— Один раз так получилось, — наконец решилась она, — что я уснула рядом с Эвансом.

— Так получилось? — с сарказмом выдохнул Крис. — Как же это "так получилось"?

— Помнишь, когда мы с тобой ездили на озеро в первый раз? Когда я вернулась, то опять увидела этот кошмар и пошла выпить кофе, а в столовке Эванс писал песню. Я помогла ему, — она смущенно улыбнулась, — ну, ту песню, ты помнишь… а потом уснула прямо за столом.

— А, я понял, — улыбнулся Крис, куда спокойнее глядя на нее. — И что дальше?

— И мне не приснился демон. Я поняла, что это из-за креста и, — она бросила на Стивена предостерегающий взгляд, — поспорила с Эвансом на него и выиграла. Стала спать в этом кресте, демон больше не снился. Но если так получалось, что я засыпала без него, то опять видела демона. А теперь не знаю, что делать.

— Ты пробовала надеть другой крест?

Она уже открыла рот, чтобы сказать "нет", но поймала взгляд Стивена, решительно кивнувшего, и ответила:

— Пробовала, не помогло. У него необычный крест.

— В смысле?

— Расскажи, — она повернулась к Стивену, он пожал плечами и максимально сжато пересказал историю своего креста.

— Понятно, — Крис помолчал, бросил задумчивый взгляд на озеро. — Почему ты мне раньше не рассказала?

— Потому что это не было проблемой, — фыркнула она. — Я не знала, что это так серьезно, меня, в отличие от тебя, никто не учил.

— Ясно, ладно, — он отодвинулся, заглядывая ей в лицо, — а теперь расскажи мне подробно, как проходил ритуал и какие конкретно ошибки ты допустила.

Она стала перечислять все, что делала, даже Стивен заинтересованно притих и перестал изображать скуку. Крис выслушал все, уточнил детали, потом спросил:

— Ты говоришь, свечи прогорели, зеркала лопнули… а вода?

— Ничего с водой не случилось, — качнула головой она, — какая была, такая и осталась.

— Странно, — нахмурился парень. — Судя по количеству ошибок, испортиться должно было все, — он вздохнул и еще тише добавил: — Включая тебя и еще человек двадцать, которым не повезло оказаться рядом… Что же не так с водой?

— Хм, господа маги, — привлек их внимание Стивен, — я тут вспомнил… Ты говорила, что набирала воду для ритуала в тот вечер, когда мы познакомились у родника?

— Да, тогда, — она настороженно нахмурилась. — А что?

— Не знаю, насколько это важно, но, — он почесал бровь и пожал плечами, — буквально за пару минут до того, как ты пришла, я из этого родника пил. И когда наклонялся, крест выскользнул из-за пазухи и плюхнулся в воду…

Его перебил громко ахнувший Крис. Стефани обернулась, удивившись его пришибленному выражению лица. Льюис смотрел в землю ошарашенными глазами, потом схватился за голову, с чувством прошептав:

— Охренеть… Стефани, ты просто…

— Что? — дернула его за рукав Стеф. — Говори.

— Ты, — он задыхался от какого-то истерического приступа смеха, качал головой и переводил взгляд со Стефани на озеро, — Стеф, это полный предел, кому расскажи — не поверят. Первый опыт в магии, блин… сдуреть можно.

— Крис, — она встряхнула его за плечи, парень потер лицо и глубоко вдохнул, поднял ладонь:

— Я в порядке, я… сейчас. Я тебе все объясню, я просто в шоке, — он выпрямился и прочесал волосы пальцами, резко выдохнул, собираясь с силами. — Понимаешь, малыш… я тебе уже говорил, что для правильно проведенного ритуала нужно найти зазор в мир духов, приоткрыть его на необходимую ширину и надежно закрыть. Так вот, в твоем случае используются очень слабые составляющие, которые должны были приоткрыть микроскопический зазор и не особо-то и изменить мир, но, — он весомо поднял палец, — ты умудрилась провернуть все это в неподходящий день, что резко увеличило зазор, это первое. Второе — ты умудрилась заменить самый слабый компонент — родниковую воду, на воду освященную. — Он опять тихо истерично рассмеялся, качнул головой, — а судя по тому, что этот крест смог оградить тебя от того, что выбралось через тот здоровенный зазор, который ты открыла… сила в этом кресте огромная и воду он зарядил очень и очень ощутимо. — Крис опять задумчиво уставился в пространство перед собой, потом медленно произнес: — Знаешь, я вообще удивляюсь, что то, что прорвалось в наш мир, не убило на месте тебя, меня и тех, кто был рядом.

У Стеф перед глазами мелькнула изгибающаяся в конвульсии Мари, захлебывающийся кашлем за дверью Крис.

— Помнишь, тебе было плохо под моей дверью? — медленно произнесла она, Крис поднял глаза и кивнул. — Я тогда как раз закончила ритуал. А когда услышала, что ты начал кашлять, то напоила тебя остатками воды. Той самой.

— Охренеть, — запрокинул голову Льюис. — Стеф, я… черт, — он перестал веселиться и задумчиво уставился на свои руки, — я мог умереть. С ума сойти, я мог реально умереть у тебя под дверью, если бы ты не напоила меня святой водой.

— А еще эту воду пила Мари, утром, — вспомнила Стефани, — во время ритуала у нее было… что-то вроде припадка.

— А ее ты зачем поила?

— Просто так, она давно хотела попробовать воду из этого родника, я ей принесла.

— Вполне возможно, это спасло ей жизнь, — вздохнул Крис, потер лицо. — Слушай, я в полном шоке и если честно, вообще ничего уже не понимаю. Но я знаю человека, который поймет. Он гораздо умнее меня в этих вопросах и он точно мне поможет, единственная проблема — с ним не так просто связаться. Он далеко живет и мне придется гнать на пределе весь день, чтобы до него добраться, а потом еще поискать по разным местам.

— Так чего ты ждешь? — в первый раз подал голос Стивен. — Вперед, я провожу Стефани.

Крис бросил на Эванса недовольный взгляд, потом вздохнул и кивнул:

— Да, времени мало, — перевел взгляд на Стеф и мягко погладил ее по щеке: — Держись, малыш. Тебе придется не спать где-то часов десять-пятнадцать, я позвоню, как только свяжусь с ним. Продержишься?

— Да, — вздохнула она, он прижал ее к себе и поцеловал в лоб:

— Умничка. Все, я поехал, будь на связи. Люблю тебя.

Еще один поцелуй и он прыгнул за руль, машина выбралась на укатанную грунтовку и газанула. Стеф проводила взглядом удаляющееся пятно света и обессиленно опустилась на траву. Поймала взгляд Стивена, задумчивый и какой-то потухший, закрыла глаза, он с долей удивления сказал:

— Похоже, он и правда тебя любит.

— Похоже, — вздохнула Стефани, открывая глаза.

— А ты так нагло ему врешь, — иронично приподнял брови парень, она отвернулась:

— Он тоже мне врет, это ничего не значит.

— Это значит, что ты не можешь ему верить. — Стив поднялся и стал собирать вещи, сложил покрывало, выключил фонарь. Стефани отметила, насколько сразу стало легче — электрический свет как будто отпугивал спокойную тихую магию озера.

"Это место больше не будет прежним. Жаль."

— Пойдем, — он протянул ей руку, она взяла, не задумываясь о том, насколько это плохо или хорошо — произошедшее как будто отрезало их троих от предсказуемого мира нормальных людей, здесь и сейчас это не имело никакого значения.

Они медленно пошли по тропинке к школе, молча и тихо. Перед ее глазами все мелькали кадры недавнего прошлого — Крис с ухмылкой подбрасывает на ладони крест… он блестит, падая обратно на ладонь. Летит, медленно вращаясь, в сторону озера — каких-то три шага, но это было так долго. Можно было столько раз успеть его поймать.

— Черт, почему я кинулась за крестом сама? — задумчиво вздохнула в пространство Стефани. — Я же могла подхватить его магией… могла заморозить поверхность озера, он бы просто упал и остался лежать, мы бы потом спустились и подняли. Почему я об этом не подумала? — Стивен молчал, она опять смотрела перед собой, видя переливающийся в полете крест, вдруг встрепенулась: — А ты? Почему ты его не поймал? У тебя отменная реакция, ты бы успел.

— Знаешь, — невесело фыркнул Стивен, — когда в озеро одновременно летели крест и ты, я, уж извини, выбрал тебя.

— Черт, — она остановилась и пораженно выдохнула, закрывая лицо руками, — если бы я не дернулась, ты бы успел…

— Не факт, — он мягко тронул ее локоть и подтолкнул в сторону школы, — пойдем, не стой.

— Да, — она опустила руки и продолжила идти. По лицу текли слезы.

"Почему я не придумала ничего лучше, чем кинуться ловить его руками? Было столько других вариантов. Я могла…"

— Стеф, не убивайся так, — Стивен тронул ее за рукав, заставив поднять глаза, — это всего лишь кусок металла.

— Это семейная реликвия, — убито выдохнула Стеф. — А из-за меня…

— Это кусок металла, Стефани, все.

— Нет…

— Да.

— Что тебе скажет семья, когда узнает…

— Это целиком и полностью мое дело, я старший и единственный наследник семьи, мне его подарили, этот крест только мой и я могу распоряжаться им как хочу. Захочу — продам, захочу — утоплю в озере.

— Стив, — она опять остановилась, — прости. Я все что угодно сделаю, чтобы его найти, честно, что угодно.

— Иди быстрее, а? — нервно ответил он. — А если хочешь что-то сделать, можешь вылечить мои руки, твой павлин мне их опять онемел по самые плечи, обе.

— Да, сейчас, — она с готовностью прикрыла глаза, направляя на него такой мощный исцеляющий импульс, какой только могла представить.

— Спасибо, — тихо сказал Стивен, потирая запястья, помолчал. — Так значит, для этого не обязательно прикасаться? — Она неопределенно повела плечами, он добавил: — И рядом находиться тоже не обязательно, да? — Она опять пожала плечами, но он этим не удовлетворился. — Так?

— Не обязательно, — вздохнула Стефани. — Но так я не могу быть уверенна, подействовало или нет.

— Ясно, — он помолчал и тихо спросил: — В ту ночь, когда… мы с тобой ставили эксперимент на возможность сопротивления магии, когда это плохо кончилось… это ты меня лечила, да? Потом, когда я уже ушел?

— Да.

— Почему?

— Потому что знаю, как после этого хреново, — отвернулась Стеф, — и решила, что с тебя и так хватит.

— Понятно, — он хмуро выдохнул и отбросил с лица волосы. — У меня чуть паранойя не началась.

— От чего?

— Я чувствую, когда ты меня лечишь. А тут — ощущение есть, а рядом никого нет. Я думал, что с ума схожу. — Она промолчала, он добавил: — А ты меня еще когда-нибудь лечила на расстоянии?

— Может раз или два, — равнодушно двинула плечами Стеф.

— Зачем?

Она прикусила губу и вздохнула.

— Иногда… я же все это мысленно делаю, это не ритуал, для которого надо что-то мутить со свечами и зеркалами. Короче, иногда я думаю о плохом. А так как не знаю, какая моя мысль сработает, то сразу пугаюсь, что она уже сработала. Ну и сразу лечу, просто на всякий случай, ничего же плохого не будет.

— Хм, — протянул Стивен с какой-то странной интонацией, — значит, каждый раз, когда ты меня ни с того ни с сего лечишь, это значит, что ты мысленно пожелала мне сдохнуть, и сразу же испугалась, что уже сдох? Забавно.

— Я никогда не желала тебе ничего плохого, — хмуро опустила голову Стеф. — Сегодня Крис сказал, что… говорил с тобой, и я предположила, что ваш разговор закончился как обычно — твоими онемевшими руками.

— И решила пожалеть мои бедные руки? — иронично фыркнул он.

— И решила восстановить справедливость, — поморщилась Стефани. — Магия — это нечестно, она ломает мир и нарушает законы. А я просто вернула все в норму.

— А о чем ты думала, когда привораживала своего павлина? — ядовито осведомился Стив. — Тогда тебе не казалось, что магия — это нечестно?

Стефани медленно приподняла плечи, глядя в землю под ногами, тихо ответила:

— Тогда я ни о чем не думала, кроме того, что человек, которого я люблю, в упор меня не замечает и гуляет с другими, — она с трудом сглотнула твердый комок. — А когда любишь, ничего не слишком. И ничего не страшно. И плевать на справедливость и на весь мир, есть только ты и он, все остальное — преграды, которые надо преодолеть или уничтожить.

— Ты меня пугаешь, — невесело усмехнулся Стивен.

— Я сама себя боюсь, — без тени иронии ответила Стеф. — А тебе-то чего бояться?

— Ну как же, ведь сейчас ты любишь меня, — с сарказмом фыркнул он. — Кто тебя знает, кого ты запишешь в "преграды" и что сотворишь.

— Я не люблю тебя, я пытаюсь тебя разлюбить — это разные вещи. К тому же, за последний месяц я здорово поумнела, — он фыркнул, она криво улыбнулась, — и научилась держать себя в руках. — Помолчала, тихо добавила: — Я слышала, как поет в душе "твоя драгоценная Дилайла", собираясь встретиться с тобой в танцевальном классе.

Стивен сбился с шага, бросил на нее ошарашенный затравленный взгляд, Стефани прохладно улыбнулась:

— Как видишь, и с ней, и с тобой все в полном порядке. Я расту. Так что ничего не бойся, — она криво улыбнулась и подмигнула ему, — гуляй с кем хочешь.

Он остановился и с каким-то нервным, злым недоверием взял ее за плечи, приблизил свое лицо к ее, заглядывая в глаза:

— Не ври, что тебе все равно.

— Мне все равно, — раздельно сказала Стефани. — Повторить?

— Повтори.

— Можешь гулять с кем хочешь, — медленно проговорила она с улыбкой, — я никому ничего не сделаю. У меня есть парень, он меня любит и я должна тратить силы и время на то, чтобы попытаться полюбить его, а не на погони за твоими красавицами-однодневками. Нам больше нечего делить, Стивен.

Его имя прозвучало слишком нежно, резануло слух. Она вдруг подумала, что уже очень давно не называла его по имени, как будто боялась прикасаться к такому личному слову. Оно ее и подвело.

— Врешь, — удовлетворенно ухмыльнулся парень, выравниваясь. — Очень убедительно, но все-таки врешь.

Она пожала плечами и стряхнула его руки, пошла в сторону школы. Стивен догнал ее гораздо более уверенный, чем минуту назад.

"Я научусь. Запомню свою ошибку и больше ее не повторю.

Надеюсь, у нас больше не будет общих песен. И еще надеюсь, что Крис найдет какой-то выход, иначе… иначе я просто двинусь мозгами, и уже ничего не будет иметь значения"

Конец третьего тома