Пройдя еще немного вдоль по улице, они оказались перед эксклюзивным коктейль-баром, куда Эбби давно мечтала попасть, но ее скромный бюджет не позволял такой роскоши.

Люк провел ее внутрь, и они уселись на обитом бархатом диванчике.

Эбби с восторгом оглядывалась по сторонам, и ей хотелось ущипнуть себя.

— Чего тебе хочется? — спросил Люк, пододвинув к ней меню. — Какой-нибудь коктейль с солеными орешками или что-то более существенное?

«Больше всего я хочу тебя», — мысленно ответила Эбби.

— Бог мой, это потрясающее место. Ты только посмотри, что у них тут в меню. Названия некоторых коктейлей я вижу впервые в жизни. Нужно обязательно попробовать их. Думаю, моя диета может подождать еще немного.

— Если я еще раз услышу от тебя слово «диета», — строго взглянул на нее Люк, — я не ручаюсь за последствия.

— Ты не доверяешь им?

— Во-первых, они неэффективны. Большинство людей теряют вес, но стоит им бросить это дело, как вес снова возвращается, и иногда они набирают даже больше килограммов, чем сбросили. И во-вторых, ты выглядишь красивой именно такая, какая есть.

— Спасибо. — Эбби потянулась к нему и взяла его за руку. — Мне не нравилось мое тело.

Люк сжал ее руку своими теплыми сильными пальцами, и по ее телу прокатилась волна желания.

— Оно у тебя восхитительное.

Эбби улыбнулась, но ее улыбка тут же погасла. Эбби опустила глаза и посмотрела на их руки. Как было бы здорово, если бы на ее пальце красовалось не это дурацкое кольцо, которое она купила себе сама, а то, которое подарил бы ей Люк.

Немного погодя официант принес им их напитки и тарелку со всякими вкусностями. Эбби сделала пару глотков и почувствовала, как алкоголь ударил ей в голову. А может, ее пьянило то, что Люк смотрел на нее так, словно вспоминал каждую секунду их близости. Эбби отвела взгляд и опустила глаза.

— Наверное, то, что рядом со мной не было любящих родителей, сказалось на моей самооценке.

— Определенно.

— Знаешь, я всегда немного завидовала Элле, — вздохнула Эбби. — Расти хотя бы с одним из родителей, который знает, что такое забота о детях, и иметь старшего брата, — это же так здорово. Вот почему я скрывала от нее правду о своем прошлом. Но, насколько мне известно, той девочки с выдуманными родителями больше не существует.

— Думаю, ты недооцениваешь Эллу, и я понял, о чем ты говоришь, — кивнул Люк, а потом вдруг помрачнел. — А я никому, кроме тебя, не рассказывал, что в тот вечер порвал с Кимберли.

Эбби отставила свой коктейль в сторону.

— Думаешь, она с кем-то поделилась случившимся? Перед тем как?..

— Не могу сказать с уверенностью. После того, как она уехала от меня, и до того, как она попала в аварию, прошло несколько часов. Она могла просто сидеть в машине и плакать.

Эбби понимала, почему Люк так сильно казнил себя за смерть Кимберли. Как он мог признаться кому-нибудь, что порвал с ней за два часа до ее трагической гибели? Это принесло бы родителям бедной девушки еще больше страданий. И если бы он даже сказал им правду, разве не стал бы после этого осуждать себя еще больше? Пары расходятся каждый день. Каждую минуту или секунду по всему миру люди рвут отношения. Разве Люк знал, что после разрыва с ним Кимберли погибнет в автокатастрофе? Такое невозможно предугадать.

И в случившемся определенно не было его вины.

Но его признание помогло Эбби понять, какое чувствительное сердце пряталось за его маской безразличия. Люк переживал, что родители Кимберли будут страдать еще больше, когда узнают, что он больше не хотел встречаться с их дочерью.

— Она была очень расстроена, когда уезжала от тебя?

— В том то и дело. Знаешь, я до сих пор не могу понять, что это было. Кимберли не казалась мне огорченной. Словно она знала, что я собирался порвать с ней. Я даже подумал… Мне так показалось… Даже не знаю… У нее словно от сердца отлегло. Но с другой стороны… — Люк задумчиво покачал головой. — Может, я просто не почувствовал, что с ней творилось. Я продолжаю себя спрашивать, слышал ли я ее вообще?

— Возможно, за эти два часа она успела поговорить с кем-нибудь из своих друзей, — предположила Эбби. — Когда женщины огорчены, они поступают именно так. Они ищут поддержки у своих подружек.

— Если и так, то никто из них ничего не сказал ни на похоронах, ни после них, — ответил Люк. — Теперь ее родители смотрят на меня как на убитого горем жениха своей дочери, который не может пережить случившуюся с ним трагедию. — Его губы скривились в улыбке. — И кажется, думая так, им становится легче. Они находят утешение в том, что кто-то, кроме них, до сих пор опустошен ее гибелью.

— Но ты в самом деле по-прежнему оплакиваешь ее. Это ведь процесс, а не временные рамки. Ты переходишь на новый уровень, когда готов к нему. У некоторых людей уходят годы, чтобы справиться со своим горем, у других целая жизнь, а некоторые так и не могут смириться со своей потерей. Правил, как вести себя в подобных ситуациях, не существует.

— Теперь я понимаю, почему ты получила эту работу. На этих красивых плечах держится очень мудрая голова.

Эбби отмахнулась от его комплимента и глазами указала на последнюю оливку, лежавшую на тарелке.

— Будешь?

— Она твоя, — улыбнулся Люк и пододвинул к ней тарелку.

В понедельник утром он первым делом отправился в свой лондонский офис, чтобы внести изменения в свое расписание, в процессе чего не присущая ему спонтанность вызвала у сотрудников небольшой сердечный приступ. Странно, но, кажется, никого из них не удивило то, что он «помолвлен» с Эбби Харт. Они, как и все остальные, с легкостью поверили в этот обман.

— Люк, я всегда считала тебя темной лошадкой, — заметила Кей, его личная помощница средних лет. — Но я очень рада за вас двоих. И я обожаю читать колонку, которую ведет Эбби. В прошлом году ее совет помог мне избежать развода с Джоном.

— Я не знал, что у вас проблемы? — удивился Люк.

— Я хотела бросить мужа, потому что он прекратил помогать мне по дому и просто сидел на диване перед телевизором. Но у Эбби я прочла, что большинство пар не разводятся из-за корзины грязного белья. Зачастую проблема кроется глубже. Она точно угадала, предположив, что дело может касаться денег. Бедняга Джон переживал по поводу проблем на работе, что загоняло его в депрессию. Он стыдился сказать мне правду, и, если бы не Эбби, я бы так ничего и не узнала. Эта девочка — просто гений.

— Она очень особенная, правда? — не сдержал улыбку Люк.

— Я не помню, когда в последний раз видела тебя улыбающимся, — просияла Кей. Потом она чуть подалась вперед, и ее взгляд стал серьезным. — Наверное, ты хранил ваши отношения в секрете из чувства уважения к родителям Кимберли. Но они должны порадоваться за тебя. Ведь прошло целых пять лет.

Как обычно, стоило ему подумать о родных Кимберли, как все внутри у него сжалось. Люк позвонил им и объяснил, что его помолвка с Эбби ненастоящая и что он просто оказывает ей помощь. Он ничего не рассказал самой Эбби, потому что она настаивала, чтобы никто не узнал, что ее жених — чистой воды выдумка. Но Люк не мог позволить, чтобы родители Кимберли узнали о его «помолвке» от кого-то другого, особенно со страниц газет.

— Да, я сказал им.

— Знаешь, — улыбнулась Кей, — я до сих пор не могу понять, как вам удавалось хранить ваши отношения в секрете так долго? Это выводит выездку темных лошадок на совершенно новый уровень.

— Поверь мне, это было нелегко, — сдержанно ответил Люк.

По дороге домой, где его ждала Эбби, чтобы отправиться в аэропорт, Люк проходил мимо элитного ювелирного салона. Он остановился и чуточку помедлил у витрины, понимая, что ведет себя самым неприсущим ему образом. Но он не мог выбросить из головы тот случай, когда Эбби показывала продавщице в магазине свое колечко и как сильно засмущалась при этом. Почему бы не купить ей что-нибудь такое, что ей не стыдно будет надеть? Люк хотел порадовать ее, а еще избавиться от угрызений совести, мучивших его за то, что он установил такие короткие сроки для их любовного романа. Он открыл дверь салона и попросил показать ему подвеску с бриллиантом с витрины. И как только подвеска была куплена, он продолжил свой путь домой.

Если честно, Люк не ожидал, что будет с таким нетерпением ждать этой поездки. И дело не в том, что он не отдыхал лет сто. Он не мог дождаться, когда останется на частном острове вдвоем с Эбби. У них был потрясающий секс, и Люк заводился, стоило ему только представить ее в своей постели. А еще ему было весело с ней. Она смешила его, а он не мог вспомнить, когда улыбался в последний раз до того, как она ворвалась в его жизнь и потребовала, чтобы он стал ее мистером Совершенство.

Люк, конечно же, считал себя далеким от идеала, особенно в том, что касалось личных отношений, но ему нравилось играть роль ее жениха, потому что это давало ему свободу делать и говорить вещи, которые обычно смущали его.

Он не был чувствительной и особо общительной персоной и предпочел бы разрабатывать какой-нибудь автомат со сложными функциями, чем вести беседу с живым человеком. По крайней мере, первого можно было запрограммировать, чтобы он выполнял его команды.

Но в компании Эбби Люк чувствовал себя расслабленно, и ему нравилось то, что они такие разные. Ему нравились ее смех и ее позитивный настрой. Ее находчивость временами казалась ему немного безумной, взять хотя бы то, что она притворялась, будто встречается с человеком, которого никогда не существовало, а потом давала дельные советы, как вести себя в отношениях. Не говоря уже о том, что она предложила установить срок, когда должен закончиться их короткий роман.

Люк хотел, чтобы следующая неделя запомнилась Эбби на всю жизнь и чтобы она хоть как-то компенсировала ее несчастливое детство. Он собирался баловать ее, давая ей возможность почувствовать себя настоящей принцессой и наслаждаться каждой секундой этих жарких деньков.