Я не выдержала и расхохоталась. Смеялась долго и со вкусом.

Но когда поняла, что Темников не смеется и смотрит на меня очень даже серьезно, то резко успокоилась, потому как заподозрила, что-то не ладное.

— А штамп в паспорте, и свидетельство о регистрации где? — спросила я его, а ироничная улыбка с моего лица так и не сходила. Стало интересно, что же задумал Женя, какую еще лапшу он мне будет на уши вешать? А самое главное в чем смысл? Для какой цели весь этот цирк?

— Может быть пройдем в гостиную и там поговорим? — светским тоном сказал он, и выставил руку в сторону коридора, указывая мне путь.

— Ладно, — качнула я головой и пошла вперед.

Всё никак не могла привыкнуть к тому, что не надо разуваться у порога. Эти хоромы ведь все равно каждый день убирает приходящая уборщица.

— Присаживайся — указал он мне на одно из кресел, больше похожих на огромные мягкие тюфяки, что стояли в большой гостиной, — я сейчас покажу копии твоих документов, жди меня здесь.

Ждала я мужчину не очень долго, даже успела несколько раз показать языки очередным скульптурам большой черной кошки и шакала. Правда шакал был какой-то странный, больше на волка похож, однако слишком гладкошерстный.

А Женя действительно принес мне копию паспорта, и копию свидетельства о бракосочетании.

— А оригиналы где? — хмыкнула я, все еще не веря в этот непонятный фарс.

— Ты сменила фамилию, я отдал твой паспорт на замену, — как ни в чем не бывало ответил Темников

«Ладно, будем поддерживать странную игру», — мысленно усмехнулась я.

— Вот пока не увижу оригиналы, верить не буду, — сказала я, возвращая копии документов мужчине. И встав с кресла добавила: — Ну ладно, с тобой интересно, весело и всё такое, спасибо огромное за заботу, но мне пора, отдай мне документы, и я поеду домой.

Я подошла ближе к нему, он сидел на против меня в кресле, и опять вытянула перед ним руку, ладонью вверх.

— Вера, ты устала, — вдруг сказал он мне тихим вкрадчивым голосом, будто я душевно больная, глядя на меня снизу-вверх, — тебе нужно просто немного отдохнуть, и все будет хорошо.

Мне совершенно не нравился тембр его голоса и гнилые намеки. Это что-то новенькое и попахивает довольно скверно.

— Темников, твоя шутка затянулась, — сказала я, опустив руку, потому что держать её уже устала, да и подташнивать меня опять стало и в голове зашумело.

Пришлось сглотнуть несколько раз слюну, и приоткрыть рот, чтобы чаще и глубже дышать ртом, а не носом, потому что я опять стала улавливать слишком много запахов.

— Вера! Тебе плохо? Давай ты лучше полежишь? Успокоишься, а?

Он резко вскочил, заставив меня сделать пару шагов назад и покачнуться, так как голова сильно закружилась. Через несколько мгновений я поняла, что паркет уходит из-под ног. Попыталась обрести равновесие, отойдя еще на пару шагов назад, но как назло, сделала только хуже, и начала падать.

Темников успел меня поймать, и подхватить на руки.

— Отпусти меня, — зло зашипела я, и попыталась вывернуться из его рук, от чего мне стало еще хуже.

Женя, тут же уложил меня на мягкий диван, стоящий рядом с креслами.

— Полежи тут, я сейчас принесу тебе попить чего-нибудь кисленького, — прошептал он, и чмокнул меня в висок.

Я зарычала от злости и бессилия, и перевернувшись на живот уткнулась носом в мягкую обивку дивана. А сама вдруг подумала, вот же, наверное, тяжко будет потом его оттирать, если я прямо на него сейчас вывалю внутренности своего желудка. Но эта мысль к сожалению, не помогла унять тошноту.

Женя появился через несколько минут, и правда принес мне холодного чая с лаймом. Выпила немного напитка, и стало легче, но к сожалению, не на столько, чтобы встать и хорошенько вломить однокурснику, за его глупые шутки.

— Вер, — он сел на диван, рядом с моей головой и начал меня гладить по волосам. — Ты как?

Я услышала в его голосе неподдельную тревогу, но голову от его руки все равно отодвинула подальше, нефиг морду баловать, и трогать меня. И не открывая глаз спросила:

— Темников, какого хрена происходит, что за странную игру ты затеял?

Мужчина почему-то затаил дыхание на несколько мгновений, будто о чем-то размышлял, а затем протяжно выдохнув, ответил:

— Наверное ты права, и стоит сразу тебе все рассказать, а не начинать наши отношения со лжи. Мой старший брат горько пожалел о том, что долгое время скрывал от своей жены правду. Конечно много воды утекло с тех пор, и она его простила, но все равно, мне этот опыт не хотелось бы повторять. Пять лет они не жили, а воевали между собой. Я так не хочу. Я хочу, чтобы у нас с тобой всё было иначе.

Я открыла глаза, настолько любопытным и необычным был его ответ.

— Я тебя очень внимательно слушаю, — сказала я, глядя снизу-вверх на мужчину, а он в этот момент смотрел куда-то в сторону.

— Ладно, начну с самого начала, но пообещай, что, чтобы необычного ты не услышала сейчас, не перебивай меня пожалуйста, — он пристально посмотрел мне в глаза.

— Хорошо, — покаянно ответила я. А сама навострила уши. Уж больно загадочно выглядел сейчас Женя.

Выдохнув, Темников начал свой рассказ, хотя я назвала бы это сказкой, и, наверное, покрутила бы у виска пальцем, если бы сама тоже не побывала в сказке несколько дней назад…

— Это случилось пятнадцать тысяч лет назад. Мои предки, — он указал на скульптуры большой черной кошки и шакала стоящие в разных частях комнаты, — пришли в этот мир. У них было две ипостаси, — когда Женя сказал это, он не смотрел на меня, и поэтому не видел, как расширились мои глаза от удивления. Сделав небольшую паузу, видимо для того, чтобы я прониклась сказанным, мужчина тем временем продолжил: — Одни могли превращаться в больших черных кошек, чем-то отдаленно похожих на современных ягуаров и леопардов. Но у них были более вытянутые шеи, зауженные морды, большие уши. Другие же были похожи на современных шакалов, но гораздо больше их по размерам и само собой в несколько раз сильнее и выносливее. Эти скульптуры в точности отображают их внешний вид. — Женя кивнул на статуи Египетских богов. — Они пришли в этот мир, так как в своем мире стали изгоями. О том, что именно случилось никто не знает, эту постыдную часть своего прошлого предки вычеркнули из своей истории и по всей видимости решили начать с чистого листа в этом мире среди людей. Поэтому в древних архивах нет ни единого упоминания о том, как и почему они оказались в этом мире

Конечно же учитывая их силу, долголетие и возможность превращаться в животных сделало их правящей династией. Они правили людьми больше десяти тысяч лет.

Женя небрежно махнул рукой на изображение Клеопатры — царицы Египта.

— Она была последней из царствующих двуликих (так они называли себя), пока с ней не расправилось человеческое войско.

— Ты спросишь почему же наши предки проиграли обыкновенным людям, если правили до этого тысячелетиями? На самом деле всё очень просто, — он хмыкнул, разглядывая профиль древней красавицы. — Двуликие перестали размножаться в этом мире. По всей видимости на них как-то повлияла экология, или же местные вирусы, и с каждым годом на свет стало появляться все меньше и меньше детенышей. Первыми окончательно вымерли они, — он махнул рукой на статую шакала. — Нам повезло, что наши предки всерьез задумались о том, что их ожидает точно такая же судьба. Точнее сказать, это Клеопатра задумалась об этом, и пыталась донести до совета древних свою мысль. Но двуликие были слишком горды, и не желали разбавлять свою кровь недостойными и слабыми одноликими. Тогда Клеопатра пошла против совета, и сама понесла от человеческих воинов. Она специально выбрала самых сильных, и умных, чтобы её будущие дети унаследовали, сильную кровь.

— Марк Антоний и Юлий Цезарь? — переспросила я, вспоминая историю.

— Да, именно от этих мужчин она родила трех сыновей и дочь.

Женя с неким удивлением перевел на меня свой взгляд. Видимо не ожидал, что я вообще смогу поверить в его рассказ. А я тут еще и вопросы всякие наводящие задаю и слушаю его с внимательным взглядом. Да я бы и не поверила, ни за что на свете, если бы сама недавно не столкнулась с двуликими, только другой породы.

Мне надоело лежать, да и не тошнило вроде больше, поэтому я села, поджав под себя ноги, и уставилась на однокурсника, ожидая от него продолжения рассказа.

Хмыкнув на мои телодвижения и никак это не прокомментировав, Женя продолжил:

— Этим она подала пример для своих собратьев. И многие увидев, что даже одна из самых гордых кошек клана готова была лечь под слабеньких людишек ради потомства, решили последовать её примеру. Мужчинам было проще, а вот женщинам гораздо сложнее. Самкам кошек пришлось идти против своей природы, так как они готовы отдаваться только лишь самому сильному самцу, который смог бы победить их в поединке. Ну ты же знаешь, как у кошек заведено, — Женя улыбнулся и подмигнул мне. — Она будет орать от боли, но самца не подпустит, пока он ее не придавит к полу, схватив зубами за шкирку, да не оттрахает, как следует.

Я скривилась от такого сравнения, а затем покраснела, вспомнив, как сама млела, когда близнецы меня вот так вот придавливали за шкирку к земле, особенно Гром… он ведь меня так девственности лишил. Боже, как же давно это было, кажется, что в прошлой жизни…

И тут меня осенило!

Ведь это что же получается, если Женя говорит сейчас о том, что оборотни когда-то существовали, то и мне значит ничего не приснилось? И мои оборотни сейчас возможно находятся в реальной опасности, пока я тут прохлаждаюсь?

— Но это все лирика, — вырвал меня из панических размышлений голос Темникова. — Вроде бы все были счастливы, однако совету не понравилось, что Клеопатра посмела нарушить их заветы. Тогда-то и началась резня. Совет решил, что ублюдков полукровок надо уничтожить — стереть с лица земли всех до одного, так как они оскверняли само существование расы двуликих. Похоже на тот момент они возомнили себя чуть ли не богами. Хотя и не мудрено, учитывая культ поклонения кошкам в Египте в те времена.

И началась война… Царица успела спрятать не только своих детей, но и детей своих соплеменников, вместе с обычными людьми (родственниками и слугами) через тайные проходы под городом, сами же они старались сдерживать противников. Совет решил тогда использовать человеческого царя, приемника Цезаря — Октавиана Августа. У Октавиана была многотысячная армия, во много раз превышающая на тот момент личную армию Клеопатры и Антония. Именно Антония Клеопатра признала своим официальным мужем. Кстати, у наших историков есть мнение, что именно из-за того, что двуликая совершила священный ритуал — бракосочетания с человеком и дало толчок к этой кровавой резне. До этого они ведь несколько лет наблюдали со стороны, но не вмешивались.

Во время той резни полегло очень много истинных двуликих, более девяносто процентов. Оставшиеся же разделились на два лагеря. Одни защищали и оберегали потомство своё и своих погибших друзей и родных, чтобы вырастить и передать свои заветы, а вторые наоборот разыскивали и пытались убивать выродков, так и не желая признавать их своими приемниками. Так как считали их недостойными существования, и осквернителями расы двуликих.

Последняя битва произошла ровно две тысячи лет назад. На той битве погибли последние представители чистокровных двуликих. Остались лишь полукровки — их дети. Которые смешиваясь между собой уже почти не имели проблем с потомством, поэтому было решено дальше не разбавлять кровь. Так как оборотни побоялись окончательно утратить свою силу. Ведь оборачиваться у полукровок уже не получалось. Только лишь в очень редких случаях, и то боль при этом они испытывали настолько сильную, что сходили с ума.

Однако мы унаследовали от наших древних предков — физическую силу, отличную память, сильную чувствительность к запахам и звукам, ну и долголетие конечно же. Наши предки могли жить по две тысячи лет, некоторые из нас доживают до трех сотен лет.

— А сколько лет тебе? — не удержалась и спросила я.

— Мне всего сорок, — огорошил меня мужчина. Так как выглядел он на двадцать три года максимум. — По меркам моей расы я достиг своего совершеннолетия десять лет назад и сейчас полноценно вхож в дела клана.

— Мда… история очень занятная, — пробормотала я. — А причем же тут я?

Женя какое-то время смотрел на меня с удивлением. Не ожидал он, видимо, что я так быстро поверю в его поистине фантастическую историю и не побегу от него с криками: «Помогите, псих!». А затем вновь заставил поперхнуться воздухом:

— Притом, что ты одна из нас.

Моя челюсть не выдержала этого знания и упала в обморок. Ну то есть я неприлично открыла рот.

Женя протянул руку, пытаясь провести пальцем по моей скуле, не сразу сообразив, что он делает, я успела лишь захлопнуть свою варежку. А отдернулась от мужчины уже позже, когда ощутила прикосновение.

Его взгляд был очень странным, я бы назвала это жаждой, смешанной с тщательно сдерживаемой яростью, злостью и бессилием. Будто он шел по пустыне несколько дней, увидел долгожданный оазис с источником, но подойти к источнику ему не дают. Сжав руку в кулак, он опустил её, и уставившись на мои губы продолжил свой рассказ:

— Я почувствовал тебя, когда только увидел, но сразу не понял кто ты. У тебя был очень слабый запах, но меня к тебе все равно тянуло, а я никак не мог понять в чем причина, и поэтому начал подкалывать тебя, и постоянно доставать. Мне всё казалось, что ты специально так себя ведешь. — Я выгнула одну бровь в немом вопросе, и Женя тут же пояснил мне: — Не прихорашиваешься, как все девчонки, а наоборот пытаешься сделать из себя чучело. Я почему-то решил, что ты таким неординарным поведением решила зацепить рыбку покрупнее, а по мелочам не размениваться. Все провинциалки пытаются задержаться в Москве, и каждая мечтает выйти замуж за Москвича.

На последнее замечание я не удержалась и скептически хмыкнула.

А Женя поняв мой посыл, начал оправдываться за свои умозаключения:

— Иначе какой смысл ехать сюда учиться, если это можно сделать в любом другом ВУЗе своего зачуханного маленького городка, или даже через интернет. Сейчас возможностей полно. И для этого не обязательно тащиться в Москву.

Я могла бы промолчать, но в этом плане Женя все же смог меня задеть, и поэтому не выдержала.

— А о карьере ты не задумывался? — спросила я, чуть подавшись вперед. — В конце концов престиже самого учебного заведения? В нашем, как ты выразился — «зачуханном городке», между прочим, важен не сам диплом, а то место где ты его смог получить. И лично я не собиралась оставаться в Москве, конечно надежда устроиться на работу в столице была, но я не обольщалась, потому что прекрасно понимаю, что если нет блата, то значит и работы не будет. А блат на пустом месте не заработать. Поэтому я сразу для себя решила, что особо и не буду себя мучить и прыгать через голову, а отучусь попытаюсь устроиться, не получится, вернусь домой. Я амбициозна, конечно, но не до такой степени, чтобы продаваться ради Московской прописки.

— Послушай, таких, как ты я еще ни разу не видел, все девчонки с которыми я общался, я имею ввиду обычных людей, даже на нашем курсе, приехали в Москву именно за тем, чтобы задержаться здесь, причем любым способом. А выйти замуж удачно, так это по сути вообще мечта любой женщины.

— Господи! — взъярилась я. — Да что за чушь ты несешь!

— Да ладно тебе Старцева, неужели ты не хотела бы встретить мужчину своей мечты, и окольцевать его? Ни за что не поверю, или ты настолько фригидна, что тебе вообще пофиг на мужчин?

Мне этот разговор начал надоедать и откровенно бесить. Объяснять что-то однокурснику я не собиралась. Такие как он, все равно не поймут. Только нервы зря потрачу. Поэтому скрипнув зубами и сдержав свою злость, я выпрямила спину и добавив как-можно больше холодных ноток в свой голос произнесла:

— Не буду с тобой спорить, ты уже составил свое мнение о женщинах, не собираюсь тебя разубеждать, не вижу смысла оправдываться. А просто хочу, чтобы ты наконец-то объяснил мне, с чего ты взял, что я «одна из вас» и собственно для какой цели я тебе понадобилась.

В глазах мужчины мелькнули неуверенность и злость, а на челюсти заиграли желваки.

— Ладно, я продолжу, — сказал он, сжимая свои руки в кулаки и теперь уже смотря куда угодно, но только не на меня. — Я сразу заметил насколько ты красива, да и походка у тебя была профессиональная, как у модели, такое ничем не изменить. У меня возникло мнение, что ты профессиональная актриса. Потому и задирал тебя постоянно, хотел вынудить показать настоящее лицо. Думал, что не выдержишь… Но уже ко второму курсу понял, что невозможно два года подряд носить маску. Где-нибудь да ты прокололась бы. И начал злиться еще больше, потому что ты меня зацепила этим. Очень сильно. — Он громко выдохнул и продолжил. — Тем, что такая независимая, сильная… чем-то напомнила кошек нашего клана. Когда я поймал себя на этой мысли, то задумался, почему меня так сильно на тебе переклинило? И пытался уловить твой запах. Но пахла ты, как совершенно обычный человек. И тогда я решил просто отстать и не трогать тебя. Тем более, что ты-то на меня вообще внимания не обращала. Это знаешь ли очень сильно уязвляло. И я подумал, что ты сама однажды ко мне прибежишь. Но прошел целый год, а тебе, судя по твоему поведению, вообще было наплевать. Что я есть, что меня нет.

Я не знал, как к тебе теперь подступиться. Вновь задирать — не хотелось. А подойти с каким-то предложением…. Я знал, что ты меня пошлешь, так как ты всех уже наших послала. И когда ты подошла и спросила про поездку в лес, то я решил, что это мой шанс. Я попробую всё сначала, именно в лесу на природе попытаюсь тебя как-то заинтересовать.

А ты пропала в первый же день.

Ты даже не представляешь, что я тогда почувствовал.

И знаешь, что самое отвратительное? — он посмотрел на меня с виной во взгляде. — Я тогда мог спокойно тебя найти, просто по твоему запаху, однако думал, что ты и сама вернешься, не поверил, что ты потерялась. Да и Анька, эта зараза, почему-то умудрилась меня убедить, что ты где-то рядом. Ведь запах твой всё еще витал в воздухе. И мне тоже показалось, что ты совсем близко. Но когда ты и на второй день не появилась, я уже понял, что это ненормально.

Я потом, когда пошел тебя искать, впервые почувствовал себя бессильным. Ведь я не мог взять твой след. Мне казалось, что твой запах везде. Я бродил кругами по лесу, но так и не мог ничего уловить. Будто кто-то махал у меня перед носом тобой, будто ты совсем рядом.

— Ты потому и не останавливался, и продолжал поиски? — спросила я, понимая, что возможно — это из-за того, что рядом находилось междумирье он не мог взять мой след. В обычном лесу, без проблем бы нашел.

— Да, я был уверен, что ты где-то рядом. А когда нашел… лежащую там в таком виде, чуть не одурел от твоего запаха. Я не знаю почему, но твой запах изменился. И я понял, что ты одна из нас. Вот, только пахнешь ты немного иначе. Не как наши самки. Однако я на сто процентов уверен, что ты двуликая, и кровь у тебя чище, чем у наших старейшин.

Он пристально посмотрел на меня, видимо надеясь найти ответ на свой вопрос. Вот только я ничего не понимала. Ведь если он прав, то получалось, что это мой отец был одним из этих самых двуликих?

Мама-то точно нет.

— И в тот момент, когда я ощутил твой запах, то окончательно утвердился в своей мысли сделать тебя своей.

— Так значит я действительно слышала тот телефонный разговор, — прошептала я, глядя в никуда.

— Какой еще разговор?

— Ты разговаривал со своей мамой обо мне, она говорила тебе поторопиться, потому что отец хочет меня отдать кому-то там…

— Ах это, я думал ты спишь, — пожал он плечами. — Проблема в том, что я рассказал отцу о тебе, в надежде, что он меня благословит на брачный ритуал. Однако он затеял другую игру и решил отдать тебя моему старшему брату.

— У вас что мало женщин что ли, ты же говорил, что проблема с рождаемостью вроде решилась?

— Мы живем обособленно кланами, и стараемся больше не смешиваться с людьми, чтобы не терять свою силу. Самка за свою долгую жизнь приносит максимум двух, иногда даже трех котят. Самки почему-то рождаются реже, и на всех самцов в кланах их не хватает. Другие кланы своими самками делиться не желают. Воевать из-за самок тоже никто не хочет. Потому что в свое время навоевались уже, и все хотят жить мирно. Поэтому самки достаются только лишь тем, кто сильнее, кто главнее по значимости. Слабым же самцам даже разрешают жениться на человеческих женщинах, но заводить от них потомство на данный момент запрещено. Однако сильному самцу нужна сильная по крови самка. Это наша физиология, понимаешь? Мы стремимся к улучшению своей крови, к более сильному потомству. Потому я и выбрал тебя. Но отец считает, что ты больше подойдешь моему брату, а я не достоин пока иметь собственное потомство и самку.

Какое-то время мы оба молчали. Женя ожидал моей реакции на сказанные им слова, а я пыталась переварить ту информацию, о которой только что узнала.

Получается, что существуют целые кланы оборотней, которые не умеют обращаться. И этим кланам нужны самки и потомство. Сильное потомство. Вот Женя и вцепился в меня и моих детей.

Как романтично… До встречи с близнецами, я, наверное, обиделась бы на то, что меня воспринимают лишь, как самку, приносящую годное потомство. Но сейчас мне просто не до собственной уязвленной гордости и женских обид. Ведь есть близнецы — отцы моих детей, и у меня такое чувство, что время уходит, будто вода просачивается сквозь пальцы, и если я, как можно быстрее не вернусь к ним, то возможно потеряю их навсегда.

— Ну надо же, как интересно! — усмехнулась я, глядя на Темникова. — А как насчет меня и моего мнения? Я, например, не желаю быть ни твоей ни чье-то еще самкой.

Женя устало выдохнул.

— Вера пойми, если не я, то кто-нибудь другой тебя обязательно заберет себе. Например, ваш Западно-Сибирский клан. У главы трое не женатых сыновей. Тебя могут отдать в жены одному из них, или всем сразу, чтобы не париться и обеспечить абсолютную защиту. Многомужество у нас часто случается. Проще охранять и оберегать свою самку.

Я почему за тобой и поехал, потому что понял, что тебя надо срочно забирать в Москву. О, как я был счастлив, что ваши тебя еще не учуяли. Но это был вопрос времени. Ты просто из дома никуда практически не выходила.

Я покачала головой. Поверить не могла, что все настолько серьезно.

— Да ладно тебе, — недоверчиво улыбнулась я, — многомужество, серьезно?

Видя мою реакцию и скептицизм на лице, Женя недовольно сверкнул глазами, и даже чуть подался вперед, пытаясь донести до меня свои страхи.

— Да пойми же ты! У тебя больше нет выбора Вера! Ты одна из нас. А у нас каждая сильная самка на счету. Тем более, что теперь о тебе уже все знают, так как ты побывала в перинатальном центре моего дяди. Эта больница создана только для нас — потомков двуликих. Именно в ней дядя занимается проблемами ослабления нашей крови. А еще принимает и обследует беременных самок абсолютно всех кланов.

У тебя взяли анализы, и то, что ты одна из нас подтвердил дядя и отправил эту информацию совету старейшин. Мне сейчас мать сообщение написала, и сказала, что тебя могут у меня просто забрать. Ты и твои дети имеют большую ценность. Дядя вообще уверен, что ты чистокровная двуликая, тоже из кошачьих, но не нашей породы. Твоя кровь очень сильная. И теперь уже не может быть и речи, о твоем возвращении домой. Поэтому чем быстрее будут готовы документы, о том, что у тебя моя фамилия, тем лучше для тебя.