Когда я думала, что еще немного и просто упаду, старушка вдруг резко остановилась, что я чуть было не врезалась в неё, так как по инерции продолжала переставлять ноги.

Сначала я не поняла, что случилось, а затем услышала топот знакомых ножек, это её внучок опять появился.

— Через два пролета и на лево, будет выход в дом Первого Стража, — сказал он.

— Морок… — выдохнула я от облегчения.

— Но у нас большая проблема, — продолжил мальчик игнорирую моё высказывание.

— Я уже поняла, — ответила старушка. — И тебе надо срочно уходить.

Она явно обращалась к своему внуку.

— Я уйду только с тобой, бросай её, пусть сама идет, здесь немного осталось! — недовольным голосом прошипел паренек.

— На втором пролете лестница неустойчивая, ты же это знаешь, она не сможет на нее забраться, — ответила старушка. — Уходи, дальше мы сами.

И она дернула плечом, за которое я её держала, жестом поясняя, что надо двигать ногами.

Мальчишка, однако никуда не ушел. Он стоял на месте, и какое-то время очень громко недовольно сопел и пыхтел нам в спины. Но потом все же, куда-то умчался.

— Давай девочка, надо поторапливаться, — сказала женщина и ускорила свой шаг.

Через пару минут я поняла, почему надо поторапливаться, потому что все маленькие волоски на моем теле встали дыбом. Так как я вновь услышала эти звуки — скрежет тысячи когтей, и писк тысячи существ, казалось со всех сторон, сползающихся к нам.

— Я не понимаю, — прошептала я. — Зачем они это делают?

— Только альфа мог отдать этот приказ, — запыхаясь проскрипела старушка, продолжая идти вперед, похоже она тоже устала, пока мы бродили по тоннелям. — И если он это сделал, то он крупный дурак. Так и знала, что маленькая поганка все-таки переубедит его. Какие мужики все-таки падкие на женские прелести. Она же его за нос уже несколько лет водит, а он как увидит её, совсем перестает соображать. Раньше, хоть отец его сдерживал, но сейчас отца нет, и остановить его некому. Иногда говорят, найти свою пару — это божественное чудо, но для нашего альфы — это проклятие.

— Вы хотите сказать, что ваш альфа пошел против Стражей, из-за того, что Молайя его пара?

— Против Стражей у него не получится, они с него клятву взяли, а вот против тебя, отчего бы и не пойти, с тобой-то никто магическую клятву не заключал, а Стражи прямого приказа не давали. А если приказа нет, значит его легко обойти. Ох уж эта амбициозная сучка. Погубит ведь всех…, — пробормотала она, продолжая ускоряться.

А я, слыша приближение тысячи крыс, тоже ускорилась, даже про усталость забыла. Потому что прекрасно понимала, что, если они нас догонят, мне придет конец, и я не уверена, что быстрый, скорее всего они отдадут меня обратно Малойе.

— Бабушка, Первого Стража нет на территории, — опять появился мальчишка, и в его голосе я четко услышала панические нотки. — Тебе надо уходить, она все равно не сможет убежать. Ей крышка!

— А ну не мешайся под ногами! Я знаю, что делаю! — рыкнула старушка на неугомонного мальчугана, и он вновь куда-то умчался. А женщина продолжая идти, вдруг начала говорить уже со мной: — Мы с тобой толком не разговаривали. Но я вот что тебе хочу сказать. Ты дева на наших не серчай, они приказ альфы не могут нарушить. Сила альфы похлеще любой магической клятвы нас всех держит. Альфа он и есть альфа. Но мы не хотим этой войны, многие не хотят. Мы мира и спокойствия хотим. Да, чтобы детишки от голода не плакали. Раньше, до того, как отец Малойи решил напасть на Стражей, мы знаешь, как хорошо жили. Я вообще Морока еще девочкой помню. Он мне жизнь спас, я тогда по глупости в овраг свалилась, позвоночник перебила, сдохла бы там с голоду, а он меня нашел, и на руках до дому унес, родителям из рук в руки передал, еще и успокаивал по дороге, сказки всякие рассказывал, чтобы я хоть немного отвлеклась от боли и страха. Это уж сотни три лет прошло, как. Он поди уж и забыл, а я-то хорошо помню. Они всегда нам на уступки шли, и никогда не притесняли, и как к рабам не относились. Мои родители в доме Морока работали, мама на кухне, а отец плотником. Страж ни одного плохого слова им не сказал, наоборот всегда уважительно относился. Мне игрушки из разных миров приносил. Да и не только мне, он всем нашим детям старался игрушки в подарок дарить на разные праздники, и даже специально засадил целую плантацию разными сладкими ягодами, только для малышей.

А вот когда альфа приказ отдал уходить глубоко в норы, с тех пор Стражи нас и возненавидели. Предателями посчитали. Мы ведь обязаны были прийти им на помощь, или хотя бы предупредить, но вместо этого спрятались глубоко под землей. Они после того, как с Серо-Сребрыми разобрались этих законов придумали, что мы чуть с голодухи первые годы не по умирали все. Стражи ведь запретили нам на поверхность выходить. А у нас там плантации, сады, в общем, всё сельское хозяйство, а под землей без солнышка мало что можно вырастить. Это когда дети заплакали от голода, ведь запасы еды все по заканчивались, наш альфа пошел на поклон к Стражам — умолять, чтобы он позволил нам на его поля вернуться. Стражи позволили, но запретили им на глаза попадаться, сказали, что сразу же убьют, и разбираться не будут кто прав, а кто виноват. Хотя раньше они всегда во всем разбирались, даже если кто-то из наших чудил серьезно. А теперь… — старушка тяжко выдохнула. — Так что ты сама дева думай, кто враг, а кто тебе друг…

— Да я и так уже многое поняла, мне ведь убежать-то от Малойи ее же соплеменники помогли, я бы так и не вырвалась, — ответила я. — А вы почему не подчиняетесь альфе?

— А я сама себе альфа, — усмехнулась женщина. — Прорицательница я, на меня сила альф не действует. Так, — резко перевела она тему, — это последний пролет, здесь очень опасная лестница, берись за оба моих плеча, ага — вот так, и иди вслед за мной.

Я ухватилась за плечи женщины, и мы пошли. Лестница действительно была очень неустойчивая, но мы все же сумели забраться на нее, особенно когда поняли, что времени нам осталось считанные минуты, потому что топот тысячи ног, и этот мерзкий писк, был совсем близко.

Она открыла какую-то дверь, судя по звуку, из металла, и подтолкнула меня вперед.

— Давай поторапливайся! — рыкнула она на меня.

И я быстрее начала перебирать ногами и руками, так как дверь была низкая, и пришлось заползать в нее на четвереньках, да еще и жмуриться от яркого света, который пробивался сквозь закрытые веки, а затем шипеть от болезненных ощущений, так как глаза опять нещадно зажгло.

Я думала, что старушка останется там, но нет, она захлопнула дверь за нами, и вновь положив мою ладонь к себе на плечо, пошла дальше.

А я надышаться не могла родным запахом Морока. Весь дом пропах мужчиной, и мне казалось, что вот он, где-то здесь, что сейчас спасет меня, укроет в своих ласковых объятиях, защитит от этих ужасных существ. Но все не так просто… Блондина не было, а дверь, которую захлопнула моя проводница, уже кто-то пытался снести.

— Неужели они придут сюда, в дом Стража? — с ужасом прохрипела я заплетающимся языком, легкие нещадно палило, и мне не то что говорить, даже дышать уже было больно.

— Судя по звукам, придут, — мрачно заключила старушка, ведя меня вниз по лестнице, и куда-то поворачивая.

— У вас есть какой-то план? — неуверенно спросила я, так как женщина всё еще мену куда-то целенаправленно вела, и не бросила.

— Не самый лучший, но это единственный способ спастись. Мне во сне о нем сказала незнакомка.

— И что это за план? — спросила я, входя вслед за женщиной в какое-то помещение, и тут же поперхнулась от запаха целых двух чужаков. И запахи эти очень сильно напоминали мне запах Темникова.

— Есть план, — ответила крысолюдка, и я услышала злобный рык и грохот аж с двух сторон, как будто оба чужака одновременно попытались на нас броситься, да им что-то помешало.

— Где мы, что происходит? — с удивлением спросила я.

— Это оборотни, — пояснила мне женщина, — их держит тут в клетках Страж, судя по их взглядам в них нет разума.

Принюхавшись, я начала догадываться что это за оборотни.

— У них черная гладкая шерсть? — на всякий случай уточнила я.

— Да, — подтвердила она мои догадки.

— Родственники Жени, — потрясенно выдохнула я.

— Нам нужно открыть клетки, — ответила старушка.

— Зачем, они же нас порвут? — сиплым голосом спросила я.

— Я не знаю, решать только тебе, — пожала плечами женщина. — Если надо я могу показать, как открыть замок, я знаю слово, давай шепну тебе его на ухо, а ты дальше уже сама думай, только дай мне подальше уйти.

Она подтянула меня за одежду, заставив наклониться и шепнула на ухо слово «Грым».

— Нужно подойти к клетке и шепнуть его.

Не успела она договорить эту фразу, как вверху что-то с треском грохнулось, и мы услышали такой жуткий скрежет и писк, что я от страха со всей силы крикнула:

— Грым!

Обе клетки одновременно с визгом открылись, и я поняла, что хищники оказались рядом с нами, не знаю, как бы они поступили дальше, если бы не крысолюды, что ворвались в помещение.

— Ложись, — крикнула мне крысолюдка, и ударила по ногам, сбивая с ног, а затем, дернув, за плечо, заорала: — поползли.

Заорала она потому что попыталась перекричать сумасшедший рев и писк. Кажется, хеисы вступили в схватку с крысолюдами. Я была рада, что ничего не вижу, потому что, судя по звукам и хрусту и запаху крови, зрелище было не для слабонервных.

Я сначала не поняла, куда меня тащит упорная старушка, а затем наткнувшись на порог до меня дошло, что это клетка.

Споро подскочив на ноги, я чуть ли не кувырком запрыгнула за порог, и услышала, как старушка закрывает нас изнутри, громко хлопая металлической решеткой.

— Отлично, теперь не открыть, — выдохнула она, и еще на всякий случай попинала клетку, за которой разворачивалось кровавое побоище.

А я тем временем наощупь отползла подальше от звуков, пока не уперлась лбом в противоположную стену. Затем развернулась и прижалась к стене спиной, и обняв собственные колени, попыталась прийти в себя, хотя звуки что раздавались за клеткой как-то не особо придавали стимула давя на мою и так расшатанную психику. Очень сильно захотелось расплакаться, да только сил совершенно не было, даже на истерику.

Крысолюдка подошла ко мне и усевшись рядом, что-то сунула мне в руку, и прокричала на ухо, потому что иначе за всем этим рыком, визгом и писком, я бы её не услышала:

— Поешь, это мясо сырое, твоим котятам полезно, а то ты целые сутки ничего не ела.

Сжав ладонь, я поняла, что в руке у меня оказалось что-то склизкое и сильно пахнущее кровью. Я думала, что меня стошнит, но урчащий живот и полный рот слюней говорили совершенно об обратном. И сунув кусок в рот, я начала его тщательно пережёвывать и как это не странно, но вкус сырого мяса мне очень понравился, и стоило проглотить его, как захотелось еще.

— Мда уж, война войной, а обед по расписанию, — нервно усмехнулась я, вытаскивая флягу из-за резинки штанов, и запивая сырое мясо водой.

Не знаю, сколько прошло времени, судя по ощущениям целая вечность, перед тем, как наконец-то я услышала еще два до боли родных и знакомых грозных рыка.

После этого, звуки борьбы, практически сразу же сошли на нет. И я услышала, как тысячи мелких ножек разбегаются кто-куда. Стараясь подальше убраться с глаза Стражей.

Я вся превратилась в слух, стараясь понять, что там происходит. Почему больше не слышно рычания? Ведь хеисы должны быть где-то там? И они же скорее всего должны напасть на близнецов? Ведь они же хищники?

Стало страшно за моих мужчин. Что если они проиграют в этом поединке? Они ведь и про Женьку говорили, что он слишком опасен, и с ним даже им обоим будет сложно совладать, а этих ведь двое!

Все бы отдала сейчас за то, чтобы хоть одним глазком увидеть всю ситуацию, и понять кто побеждает, и вообще побеждает ли? Потому что, судя по звукам, сейчас за решеткой не то что борьбы нет, но и вообще, кажется, никого нет. Ведь я даже дыхания ничье больше не слышала.

— Что там происходит? — прошептала я, отлипая от стены, и поворачивая голову к сидящей рядом крысолюдке. — Куда все делись?

Я ожидала, что проводница сейчас ответит мне на вопрос, но к моему удивлению, её дыхание тоже прекратилось, будто она куда-то исчезла.

А меня в этот же момент мгновенно, кто-то подхватил на руки. И судя по запаху это был Морок.

— Котенок, — выдохнул он мне в лицо и начал покрывать его нежными поцелуями.

Я вцепилась в мужчину, всеми конечностями и всхлипнула от переполнявших меня чувств.

— Ну вот, теперь осталось последнего Стража спросить, согласна ли она, передать свои полномочия? — вдруг услышала я знакомый женский голос.

— Что? Где мы, что происходит? — завертела я головой, прислушиваясь и принюхиваясь к обстановке.

И поняла, что оказалась в той самой пещере, из которой еще совсем не давно пыталась вызволить близнецов, а рядом со мной и Мороком стоит Гром, который тут же положил свои горячие ладони мне на ноги, и еще двое незнакомцев. Ого, и судя по запахам, это были те самые хеисы, только они стали пахнуть чуть-чуть по-другому. И я не сразу смогла уловить, что именно в них изменилось.

— Вера, — шепнул мне Гром, подходя еще ближе, и поворачивая своими ладонями моё лицо. — Что у тебя с глазами?

Я тут же вцепилась руками в предплечья мужчины, и опять всхлипнула. Как же, мне хотелось, наконец-то расслабиться, порадоваться тому, что мои близнецы рядом, и что наконец-то все закончилась, мы с котятами в безопасности. Однако, судя по тому, что от меня требуют какого-то решения, здесь и сейчас, опять что-то не так?

— Молайя что-то прыснула мне в лицо, в глаза попало, и я не могу открыть веки, очень больно, — пожаловалась я, Грому, потянувшись за поцелуем и порцией ласк от мужчины, и он тут же накрыл мои губы своими.

— Я долго буду ждать? — поторопил нас надменный и явно недовольный голос духа междумирья.

— Еще пару минут, — зло рыкнул в ответ Морок.

— Послушай Вера, — прошептал мне в губы Гром, нехотя лишая меня нежной ласки. — У нас троих появилась возможность покинуть этот мир прямо сейчас, сложить все полномочия, отказаться от них, и дух междумирья мгновенно перенесет нас в наш мир. А здесь в этом мире, отныне появятся другие Стражи.

— А как же Женя? — встрепенулась я.

— С ним всё будет хорошо, — тут же успокоил меня Морок. — О нем позаботятся его родные — отец и старший брат, они смогли обратиться, пока дрались с крысолюдами.

— Я ничего не понимаю, но, его не убьет этот мир?

— Нет, — продолжил Гром. — Если ты в его пользу, откажешься от служения междумирью. Он станет Стражем номинальным, а его отец и брат обязаны уже будут за ним проследить, и вернуть ему разум. Им это сделать будет легче, все же они его старшие родственники. И когда твой друг очнется, то уже он продолжит службу полноценным Стражем.

— Подожди, — схватила я ладони Грома своими руками, потому что он хотел их забрать. Но мне сейчас было необходимо, чтобы оба близнеца касались меня. — А как же, разве мой мир меня не выгонит, не уничтожит? Мне же там было плохо?

— В том то и дело Вера, в своём мире тебе будет становиться только хуже. Потому что ты уже больше не принадлежишь ему. Ты теперь оборотень полноценный. И тебе в твой мир возвращаться — это самоубийство и сто процентная смерть нашим котятам. Поэтому именно здесь и сейчас ты должна решить, идешь ли ты с нами, в наш мир — мой и Морока?

— Я не успею попрощаться с родителями? — прошептала я, понимая, что выбора у меня нет. Получается, что только так я смогу спасти Темникова, да и жить в междумирье после всего того, что случилось, совершенно не хотелось.

— Нет, — ответила в место близнецов дух Междумирья. — Решай прямо сейчас, или ты уходишь в свой мир, или в мир братьев Семмиль, или же продолжаешь оставаться Стражем.

— Я иду вместе с Мороком и Громом, — тихо ответила я.

— Громче, не слышу тебя! — прогремела на всю пещеру дух Междумирья своим холодным тоном.

И прочистив голос, я чуть ли не заорала в ответ:

— Я отказываюсь от того, чтобы служить Междумирью, и иду в мир Грома и Морока!

— Отлично! Да будет так! — довольным голосом ответил дух Междумирья, или как уже оказалось все-таки бог?

Мужчины вцепились в меня чуть сильнее, и мы куда-то полетели.

В мгновение ока, мы все трое упали на что-то очень мокрое и холодное, но не очень твердое, а все мое тело резко обдало ледяным ветром. Поднявшись на ноги я спешно начала обтряхивать, судя по консистенции — снег.

— Вот же….

И тут я впервые услышала, как матерятся близнецы, причем такие крепкие выражения подбирают, что я даже заслушалась, потому что в моем мире подобных выражений я не слышала, а тут явно упоминалось сношение духа Междумирья с какими-то неизвестными мне существами, причем, судя по интонациям, именно дух Междумирья должен был выступать явно не в роли «верхнего».

Хотя, спустя несколько секунд мне тоже захотелось посмотреть на то, как эту суку, или это все же был он — кобель? В общем, я запуталась с этим странным богом, который толи женщина толи мужчина, да и не важно уже, потому что я тоже хотела очень громко материться, так как близнецы объяснили мне, что случилось.

— Нас этот подонок закинул в самую огромную ледяную пустыню, нашего мира! — с раздражением сказал мне Гром, прижимая меня к своему горячему голому телу.

— Вы оба голые да? — поняла я.

— Да, — сказал Морок. — И это не самые плохие новости. Мы то все равно обратиться сможем. Вот только тебе обращаться сейчас опасно и твои глаза… — Мужчина подошел ближе, и аккуратно погладил меня по лицу, — тебя бы надо быстрее врачу показать. Не нравится мне, что ты до сих пор не можешь видеть, это ненормально для оборотня.

— И, что делать будем? — спросила я, наощупь обхватывая горячее тело мужчины, пытаясь и самой согреться и его согреть.

— Будем выбираться, — зло рыкнул Гром, подходя со спины, и обнимая меня. — И все же тебе придется обращаться, Вер… иначе ты просто не выживешь здесь.

— А как же котята? — спросила я.

— У нас будут еще, малышка, — тихо сказал мне на ухо Гром, а затем, я почувствовала, как меня давануло такой резкой силой, что все кости разом хрустнули, и я сначала закричала, а затем уже зарычала, оказавшись на четвереньках, и наконец-то открыв глаза, и увидев двух голых мужчин, стоящих на белом снегу.

«Какого черта!» — попыталась сказать я, правда изо рта раздалось лишь грозное рычание.

Но вместо того, чтобы ответить, близнецы тут же обернулись, превратившись в двух огромных белых тигров, выше меня в холке сантиметров на пятнадцать, примерно.

«Так надо, не злись котенок, — ответил мне Гром, уже мысленно. — Твое здоровье для нас важнее, а в человеческом обличье, тебе здесь не выжить».

Я сначала хотела возразить, но затем прислушавшись к себе, и не ощутив никакой боли, а оглядевшись по сторонам, поняла, что возможно поступила бы так же, если бы это касалось здоровья обоих мужчин. Ведь вокруг на несколько километров от горизонта до горизонта простиралась действительно снежная пустыня. И в человеческом обличье мне здесь точно не выжить. И стоило мне «надеть» свою шкурку, как тут же стало в добрую сотню раз теплее.

Мысленно выдохнув, я решила — бог с ним с этим обращением и самоуправством Грома, главное, что мы все вместе, и живы, а остальное… я надеюсь, что всё будет хорошо.

За следующие несколько дней, я поняла, почему так смачно матерились мужчины, ведь даже в наших толстых теплых шкурах и то было холодно, особенно, когда начался буран.

Мы сначала пытались идти сквозь него, но затем, Гром с Мороком, плюнули, и решили пережидать бурю под снегом. Быстро вырыв нору, мы все втроем залезли в неё, и сложившись в «кучу-молу», как я уже за эти дни привыкла называть наши «ночевки», и потеснее прижавшись друг другу, притихли, стараясь не тратить кислород.

«Да, — мысленно усмехнулась я, уже засыпая, — неприветливо меня встретил новый мир». Местную звезду, под названием Аиша, на хмуром небе, я так и ни разу не увидела. Только лишь бесконечную ледяную пустыню от горизонта до горизонта. Хорошо, что хоть близнецы знали куда идти, они как-то умели ориентироваться в пространстве.

«Все будет хорошо, не переживай котенок, осталось всего три дня пути, если будем идти с той же скоростью», — ответил Морок, подслушав мои грустные эмоции, и лизнул в нос.

С каждым днем, я все сильнее и сильнее сближалась с мужчинами. И если по началу, я могла слышать только направленные мысли братьев на меня, то уже вчера, мы все трое могли ощущать даже отголоски наших эмоций.

Близнецы сказали, что раньше они могли чувствовать, только друг друга, а теперь появилась я… и стала третьей.

Не знаю, плохо это для них было или хорошо, мужчины пока сами не поняли. Ну или не знали, как это объяснить, потому что в их эмоциях я ощущала очень сильное смятение и непонимание.

Я не стала на них обижаться за подобные мысли. Видимо за это время стала немного по-другому к ним относиться. Да и все то, что произошло со мной, это очень сильно изменило мое отношение к жизни. Я стала более сдержаннее, и уже менее обидчивой. Это раньше я по каждому поводу дула губы, а сейчас… сейчас мне уже этого не хотелось. Мне хотелось просто быть рядом с мужчинами и желательно родить нормальных здоровых малышей. И я уже даже не была так категорически против похода в храм. Мне кажется, что даже если я и не их пара, то близнецы все равно не бросят меня сразу же там — в храме… Я видела, что они очень нежно и ответственно ко мне относятся. А любовь… что ж, как там в поговорке говорится — «насильно мил не будешь»? И если я не их пара, то значит буду ждать свою судьбу. Правда при этих мыслях мне становилось невыносимо больно, а сердце словно в тисках сжимал, какой-то бездушный маньяк.

А еще за эти дни, пока мы путешествовали по ледяной пустыне, я впервые мысленно смогла нормально поговорить с мужчинами. И стать не только эмоционально ближе, но и многое наконец-то узнать.

Первый делом я конечно же спросила про Темниковых.

Оказалось, что они все трое пришли в Междумирье, видимо в поисках меня. И первыми близнецы ощутили отца и старшего брата Темникова, и даже удивились. Ведь пройти на территорию невозможно, разве что на границу, и уж точно не оказаться на поляне, возле дома Морока. И конечно же, оба близнеца были очень недовольны, да еще и оба Темниковых, при виде огромных тигров начали в них палить из оружия. Гром с Мороком на них очень быстро напали и обезвредили. Но убивать не стали. Потому что обнаружили третьего нарушителя. И быстренько затащив полумертвые и изрядно покусанные тела в клетки, что находились в доме Морока, побежали за еще одним нарушителем к границе. Им как раз и был уже Женя. Он каким-то непонятным образом оказался на моей территории, потому и я, тоже прибежала.

Уже позже близнецы, порассуждав между собой, поняли, что не спроста эти мужчины смогли оказаться в Междумирье без их ведома. Вполне возможно, что тут руку приложил сам дух Междумирья. И когда все Темниковы обратились в хеисов, то Морок с Громом поняли — эта семейка их шанс. Вот только им еще надо было как-то обратиться и стать полноценными оборотнями, ведь, Стражи должны быть разумными, а не глупыми животными. И нападение крысолюдов спровоцировало Темниковых старших на оборот. Ну, а когда Гром с Мороком прибежали на мой зов, и хотели уже со злости поубивать и Темниковых и крысолюдов, то их быстренько перенес к себе дух Междумирья, и объявил свои условия замены.

И что самое страшное, меня в тот момент дух Междумирья не собирался переносить, это Гром с Мороком заставили его сделать, начав угрожать, что уничтожат всех крысолюдов подчистую. Потому, скрепя зубами дух Междумирья и согласился обменять меня на Женьку. Ну и в отместку закинул нас в ледяную пустошь.