Посидев немного на собственном рюкзаке, я вдруг поняла, что у меня была самая настоящая галлюцинация.

— Так, я ведь бежала по лесу, правильно? — начала рассуждать я вслух сама с собой, и при этом в моей голове тут же возникло воспоминание, как я куда-то от кого-то бегу. — Затем упала и, наверное, головой ударилась, вот у меня и случилась галлюцинация. Ведь откуда в Сибирской тайге будет сад с яблоками, да и этот дом со всеми современными удобствами?

Почесав голову, согласилась с собственными доводами и, встав, стараясь отогнать от себя страх, начала осматриваться вокруг, чтобы понять, куда идти дальше.

— Бояться, и ныть будем потом, когда поймем, что окончательно помираем, а пока мы живы, то будем искать выход! Мы — это я, — опять подбодрила я себя вслух, и нервно усмехнулась своей не очень смешной шутке.

Стоило мне встать на ноги, как передо мной вдруг возникло две протоптанных тропинки, а посреди них камень.

— Вау! — вскрикнула я от радости и неожиданности, и даже подпрыгнула на месте. — Если есть тропинки, значит, они куда-то ведут! И их кто-то протоптал! Еще и камушек есть, правда без надписи, — продолжила вслух рассуждать я.

Версию о том, что это звериные тропы, я отвергла сразу же, как только увидела следы от ботинок. И почти вприпрыжку побежала по той тропинке, где были более четко видны человеческие следы, довольно крупного размера. Но это ведь мелочи! Главное где-то здесь есть люди. Возможно это охотники!

«А может быть браконьеры, или какие-нибудь маньяки», — хмыкнуло язвительно подсознание, сразу же поубавив мой энтузиазм.

Дальше я шла уже медленнее и насторожено всматривалась вперед. В лесу щебетали птички, то тут то там стучал дятел, на небе серели тучки, и все сильнее и сильнее пахло озоном. На всякий случай, я вытащила из рюкзака плащ, с резиновыми сапогами и переоделась. Если внезапно польет ливень, то я защищена со всех сторон.

Я старалась не наступать на следы, и из виду их не терять. Шла долго, или мне так показалось? Я посмотрела на свои механические часы на руках, и застонала, поняв, что их там нет.

— И когда я умудрилась их потерять? — пробурчала я себе под нос.

Часы дарила мне мама, когда мы с ней были еще в хороших отношениях и из-за этого их было жальче сильнее всего. Пока шла, от нечего делать погрузилась в воспоминания того дня. Мама купила мне шикарное платье, туфли на высоком каблуке, отвела в салон красоты. Я себя чувствовала очень взрослой и красивой девушкой. В ресторане родители заказали стол в отдельном кабинете с «Караоке» и позволили пригласить несколько подруг. Было очень весело. Мы пели танцевали, ели сладкое. Тортики для меня все детство были под запретом, а тут, что называется дорвалась. Потом всю ночь мне было так плохо, что я готова была на стенку залезть. С тех пор на тортики я смотреть не могу. Наелась на всю жизнь.

Вспоминая о прошлом, я чуть не сбилась с тропинки, но вовремя опомнилась и вернувшись к чьим-то следам, пошла дальше.

Спустя какое-то время я почувствовала, что устаю, и решила немного перевести дыхание.

«Пару минут посижу, и пойду дальше», — подумала я, и сняв тяжелый рюкзак повернулась спиной к тропинке, чтобы привалить его к дереву, а заодно и самой сесть.

Повернувшись обратно, я замерла, чувствуя, как все мои волоски на загривке встали дыбом от ужаса, а сердце сделало кульбит, и упало в желудок, потеряв там сознание.

— Дежавю, — прошептала я одними губами, смотря на этот раз не в льдисто синие, а в темно карие глаза белого тигра.

В голове тут же появились воспоминания о том, как я убегала от белых тигров, пока они за меня дрались.

«Убежала называется», — тоскливо подумала я, рассматривая белого красавца с черными полосками. Тигр же в свою очередь смотрел на меня, и как мне показалось, с очень плотоядным и даже предвкушающим блеском в глазах.

Мы замерли друг на против друга, я, потому что боялась пошевелиться и спровоцировать хищника на действия, а тигр, наверное, просто наслаждался моим страхом, и, как любой кот, ожидал, когда же мышка побежит, чтобы с ней наиграться всласть, а потом скушать.

Умирать не хотелось, совершенно…. И от жалости к себе, я не удержалась и всхлипнула, и это послужило сигналом для хищника.

Я успела повернуться в надежде убежать от него, но он в один прыжок настиг меня и ударив лапами в спину, повалил на живот.

Лесная подстилка не дала мне возможности удариться слишком больно, к тому же я выставила руки вперед, но не успела я коснуться ими земли, как большая туша прижала меня своим нехилым весом, распластывая под собой. От паники, охватившей меня, я даже закричать не смогла, а все мышцы почему-то парализовало, и выбраться из-под тигра мне, при всем желании не удавалось. Я даже барахтаться не могла. Просто лежала и ждала своей мучительно смерти. Сердце готово было вырваться из груди, перед глазами появились черные точки. Страх настолько сильно завладел каждой клеточкой моего тела, что я не сразу поняла, что хищник не пытается меня есть. Он просто лежит на мне, и не двигается.

Какое-то время я еще не понимала этого, и сходила с ума от ужаса, но бояться слишком долго невозможно, и постепенно мой панический страх начал сходить на нет, медленно трансформируясь в недоумение.

Как только я успокоилась, то сразу же поняла, что могу управлять своим телом, и конечно же попыталась вылезти из-под огромного кота. В голове почему-то появилась мысль, что он тупо уснул, вот и не двигается. Но не тут-то было, стоило мне пошевелиться, как тигр недовольно рыкнул, и я мгновенно притихла. Чувствуя, как сердце ускоряет ритм, а мысли, прыгают из стороны в сторону, словно трусливые зайцы.

Спустя какое-то время, поняв, что тигр так и не двигается, я вновь попыталась дернуться, и опять услышала рычание, больше похоже на бурчание. Пришлось замереть и тут же всем телом ощутить тарахтение. Это, как кошки урчат, если их погладить. Только от тигра, это слышалось, как рокочущее тарахтение. Он положил на мою голову свою морду, и от души затарахтел, заставив содрогаться все мое тело, от непонятных эмоций.

Я затаила дыхания, прислушиваясь к зверюге, пытаясь проанализировать его поведение, но на ум не приходило ни одной мысли, зато по телу от звука, что издавал хищник, стали расходиться мелкие мурашки, подтягиваясь почему-то все ближе и ближе к пояснице.

«Какого…?» — мысленно задалась я вопросом, ощущая прилив крови в нижнюю часть моего тела, ну или если по-простому, то самое что ни на есть настоящее возбуждение.

От недоумения я опять попыталась дернуться, а тигр вновь отозвался недовольным рыком, на мои действия, и убедившись, что я успокоилась продолжил свое тарахтение.

Мой мозг впал в ступор, когда я поняла, что между ног стало мокро. А зверь вдруг притих, и я поняла, что он глубоко вдыхает запах моего возбуждения.

«Так и есть», — поняла я, когда он привстал и спустившись вниз, просунул свой нос между моих ног, и вдохнул с такой силой, что мне показалось, мои джинсы сейчас от этого вздоха сползут.

Пока я продолжала лежать в ступоре, совершенно не понимая, что происходит, тигр начал стягивать мои джинсы… руками. Когда до меня дошло, что у тигров не бывает рук, которые ныряют под живот и со знанием дела расстегивают пуговички, мои джинсы уже покинули мои ноги, как и трусики, а я, прогнувшись в спине, оттопырила свою попку, как похотливая кошка, совершенно охреневшая от собственного поведения.

Мозг отказывался воспринимать действительность, в глазах поплыл туман. А мужские сильные пальцы нежно заскользили по моим мокрым складочкам.

— Что же это? — вырвалось у меня, толи возмущение, от того, что он медлит, толи удивление собственному поведению.

— Все хорошо, расслабься, — раздался тихий мужской голос с приятной хрипотцой, позади меня.

И я, положив голову на мягкую лесную подстилку, закрыла глаза, и даже призывно махнула попкой.

Стоило его языку коснуться моей промежности, как тысячи маленьких атомных бомб взорвались в моем животе, а я зашипела, выгибаясь еще сильнее, навстречу дарителю такого крышесносного оргазма.

— Какая чувственная кошечка, кто бы мог подумать? — услышала я сквозь шум в моей голове, голос мужчины, и тут же ощутила, как его плоть начала медленно входить в меня. — И узкая, до невозможности. — добавил незнакомец.

И тут я почувствовала дискомфорт, сначала легкий, затем он начал усиливаться и превращаться в жгучую боль.

Я закричала от неожиданности, и попыталась уползти.

Незнакомец, тут же с ориентировался и повалил меня своим горячим большим, и абсолютно голым телом, придавливая к колючей лесной подстилке.

— Невероятно, ты девственница, — выдохнул он мне в шею и укусил за загривок.

Меня в этот момент мгновенно прошило током сквозь весь позвоночник, и парализовало, боль между ног усилилась, и я закричала еще громче — теперь уже не только от боли, но и от бессилия и паники, которая словно снежная лавина начала накатывать на мое сознание.

«Кто-то насилует меня! А я как похотливая кошка подставила свой зад!» — запоздало осознала я, и поняла, что теряю сознание, от захлестывающих меня панических эмоций.

«Тихо, тихо кошечка, все хорошо, сейчас все пройдет», — услышала я в своей голове все тот же мужской голос, и не выдержав, отключилась.

Очнулась и почувствовала самый прекрасный в мире аромат. Ничего лучше никогда не ощущала. От удовольствия, сграбастала руками источник запаха придвинулась ближе и вжавшись носом, вдохнула и затарахтела, как тот самый кот.

Знакомый звук мгновенно заставил протрезветь и открыть глаза. Очень медленно отодвинулась от источника запаха и поняла, что оказывается нахожусь на руках у самого красивого мужчины в мире, сильно похожего на Аполлона, с подозрительно знакомыми карими глазами. Это в его шею носом, я только что тыкалась.

Спустя несколько мгновений до меня вдруг дошло, что у мужчины голый торс, и еще он куда-то идет, и явно куда-то меня несет. И не только меня, но и мой рюкзак, за своим плечом. А я сама, тоже не совсем одета. Верхняя рубашка с бюстиком на месте, а все, что ниже — нет, и плащ куда-то подевался.

Память вернулась в этот же момент. И я поняла, что только что случилось. И кому я не так давно, отдала свою девственность, прямо в лесу, под деревом.

Это он. Он меня насиловал, и подарил первый в мире настоящий оргазм.

«То, что я трогала сама себя, не считается», — мелькнула мысль где-то на задворках сознания.

А я изгибалась и… и вообще думала, почему-то, что он тигр.

Мой мозг опять впал в ступор.

Одно из двух, или я до сих пор валяюсь в той канаве, и у меня галлюцинации, или… На меня напал тигр, но превратился в этого Аполлона, и лишил девственности.

— Нет, ты не валяешься в канаве, мы тебя давно оттуда с братом достали, и у тебя не галлюцинации, на тебя действительно напал тигр, то есть я, и лишил девственности, — вдруг ответил мне незнакомец, своим особенным чуть хрипловатым и очень сексуальным голосом.

Пока я пыталась осознать, каким образом он прочитал мои мысли, незнакомец, усмехнувшись, продолжил:

— У тебя такая живая мимика, что очень сложно не догадаться, о чем ты сейчас думаешь. Кстати, мое имя Гром, а твоё?

— Вера, — на автомате ответила я.

Гром вдруг резко споткнулся, что я чуть было не улетела с его рук, но в последний момент он меня удержал, и выпрямившись крепко прижал к своей голой и твердой словно сталь груди. Я не выдержала и незаметно для него провела по ней пальцами, исключительно для того, чтобы удостовериться, что мышцы у мужчины действительно, очень жесткие, а кожа, невероятно нежная.

Взгляд Грома был такой странный, что я никак не могла разобрать, о чем он в этот момент думает.

— У тебя очень странное имя, — спустя какое-то время прокомментировал он мой ответ.

— Ничего странного, — пожала я плечами, и почему-то обидевшись на него, решила подколоть: — вот у тебя намного страннее, больше на кличку пса похоже, чем на имя человека.

Но вместо того, чтобы разозлиться, или тоже обидеться, мужчина весело усмехнулся:

— А кто сказал, что я человек?

— А кто ты? — опешила я.

— Ты же сама говорила, что я тигр, — продолжая чему-то радоваться, ответил он, и пошел дальше.

Я какое-то время переваривала его слова, но мозг отказывался давать мне правильный и вразумительный ответ, и поэтому я, чтобы окончательно не превратиться в идиотку, пускающую слюни, решила поговорить о насущном.

— А куда ты меня несешь?

— К себе домой.

— Зачем? — спросила я, и почесала нос пальцем, так как тот требовал вновь уткнуться в шею мужчины, и дышать, дышать, дышать…

— Как зачем? — совсем не наигранно удивился мужчина, приподнимая свои коричневые, идеально изогнутые брови вверх. — Ты моя самка, будешь со мной жить.

Я многозначительно покивала. А потом покачала головой.

— Ты ошибся, я не твоя самка, — спокойно сказала я, дивясь нашему странному диалогу, а еще, собственным чувствам.

Почему-то вместо того, чтобы трястись от страха, что какой-то маньяк, превращающийся в тигра и обратно в человека меня только что изнасиловал, а я чувствовала себя в полной безопасности, и вообще, как будто насытившейся.

«Может быть потому что ты была совсем не против этого самого насилия?» — опять подало голос моё подсознание, но я отмахнулась от него, не желая слушать, и чуть было не пропустила ответ Грома:

— Моя, — с уверенностью в голосе сказал он, и в подтверждение к этому чуть сильнее прижал меня к себе, и одарил опять этим самым странным нечитаемым взглядом.

А я поймала себя на мысли, что последний раз, меня на руках носил мой отец, когда мне было лет пять, примерно. А позже, меня не кому было носить на руках. И даже в универе, когда мы участвовали в каких-нибудь конкурсах, никто из сокурсников не желал меня нести на руках, так как все они были или ниже меня ростом, или с меня ростом, и смотрелось бы это всё, мягко говоря, смешно. А в руках же этого мужчины, я впервые за много лет, почувствовала себя миниатюрной нежной барышней.

Действительно Аполлон, и не только по красоте, но и по габаритам.

Пока размышляла черт знает, о чем, мы дошли до поляны, очень сильно похожей на ту, на которой я оказалась после галлюцинации, или то, не было галлюцинацией? Теперь я и не знаю, чему уже верить. Так вот, мы дошли до поляны, блондин что-то шепнул, и перед нами вдруг появилась дверь, он открыл ее, и мы вошли в самый обыкновенный коридор, самой обыкновенной квартиры, чем-то похожей на ту, в которой я очнулась, только с другим интерьером.

Мужчина донес меня до винтовой лестницы, поднялся на второй этаж, внес в большую спальню, положил на постель, и я вдруг поняла, что он совершенно голый. То есть не только торс, но и то, что ниже. И не просто голый, но и очень готовый.

Я сглотнула, увидев его габариты, и инстинктивно сжала колени, вспомнив, как больно мне было, когда он в меня втиснулся. Правда сейчас я боли не ощущала. Но память о ней осталась.

— Располагайся, — сказал Гром, с ироничной улыбкой на чувственных губах, будто опять подслушал мои мысли. И поставив на пол мой рюкзак, добавил: — Чувствуй себя, как дома, теперь ты здесь хозяйка. А я в ванную, скоро вернусь. Надеюсь, что ты приготовишь нам вкусный обед, я жрать хочу. И да… помойся, а то от тебя потом воняет.

После его последней реплики, все очарование момента исчезло, и я раскрыла рот от возмущения и обиды, а этот хам демонстративно скривился, и помахал возле своего идеально прямого носа рукой. Пока я хватала воздух ртом, думая, как ответить на его колкость, он обернулся и, показывая мне мускулистую спину, шикарные подтянутые ягодицы, а также длинные накачанные ноги, вышел из комнаты.

Стоило блондину покинуть меня, как перед моими глазами, прямо рядом с кроватью, проявилась куколка, с напуганными глазами и запричитала:

— Хозяюшка, хозяюшка, бегите, мы его задержим, только бегите прямо сейчас, он вас потом не отпустит.

На этот раз, мой мозг заработал быстрее, не знаю, что сработало. Куколка, здравый смысл, или обида на блондина, но я поняла, что даже если это галлюцинация, то она очень правильные вещи говорит. Я бросилась к рюкзаку, хотела его открыть, чтобы достать свои вещи, но куколка, опять замахала руками на меня.

— Не надо, потом оденетесь, времени мало, мы его задержим, и с лесом договоримся, он следы ваши временно изменит, но долго он сдерживать стража не сможет, не положено! Страж хозяин здесь!

— Так если он хозяин, как же я тогда спрячусь?

— Вам до вашего дома надо добраться, он вас оттуда….

Она осеклась, недоговорив, и ее взгляд стал отсутствующим, будто девушка к чему-то прислушивалась, но «вернулась» она через пару мгновений и быстро затараторила:

— Быстрее, быстрее, умоляю вас!

Быстрее, так быстрее, мне дважды повторять не надо.

Схватив рюкзак, я помчалась из комнаты. Затем вниз по лестнице, и к выходу. Дверь была открыта, и я шмыгнула на улицу. Оборачиваться на этот раз не стала.

«Меньше знаешь, быстрее уносишь ноги», — сказала я сама себе, и постаралась, как можно быстрее перебирать конечностями по тропинке уходящей вглубь леса, и при этом стараясь не сильно морщиться от иголок и шишек, которые впивались в мои голые ступни.

Не знаю, сколько я так бежала, но в итоге плюнула, и остановившись, открыла рюкзак, оттуда достала скомканные джинсы с трусами, сапоги, и носки. Оделась, закинула рюкзак за спину, и побежала уже гораздо быстрее.

Мне показалось, что я увидела уже знакомый камень, и я припустила еще быстрее. Но добежать так и не смогла, так как белая тень, скользнувшая на перерез, сбила меня с ног, повалив на бок.