Графитовая графиня

Патрацкая Наталья

Уникальное произведение, которое перекрывает время и пространство один взмахом ресниц ГГ. События происходят с девочкой подростком, которая быстро растет, попадая то в некий медный дом, то в курятник, то во дворец царский, то сама участвует в постройке города. А потом, что потом, потом волны любовных проблем, череда рабочих будней, которая не обходится без загадочных ситуаций.

Это доходчивое повествование исторических и житейских историй, которые без сказочного варианта в мир не выходят. Есть ли детектив? Без него не обходится, но он не является приоритетным, он вторичен. Как второй план.

 

 

Часть 1. Медная графиня

 

Глава 1

Дом с башенками стоял на краю деревни. Крыша дома поблескивала в солнечных лучах рядом с речкой. Дом украшали вертикальные выступы. Первый этаж по периметру был облицован зеленоватым мрамором. Все дорожки на участке были выложены зеленоватой керамикой, по ним бегал стройный молодой человек.

Вскоре ему это занятие надоело, и он крикнул в сторону окон:

— Отец, все! Я уезжаю, мне такие каникулы надоели!

— Езжай, Федор, куда хочешь, — тихо проговорил седой мужчина. Он, словно из-под земли возник за спиной Федора.

— Опять ты меня пугаешь, Афанасий Афанасьевич! Я смелый, но твои появления из ниоткуда меня приводят в бешенство!

— А ты не злись. Живи спокойно, хотя это тебе не дано. Тебе надо прожить ни одну жизнь за свою жизнь: в качестве археолога ты узнаешь прошлое, в качестве тренера узнаешь настоящее, в качестве конструктора перейдешь из настоящего в будущее.

— Ты прозорлив, отец! Я буду тем, кем буду, по ситуации. Кстати, к тете Даше приехала племянница Катерина. Девчонка, что надо. Я ей, случайно, не родственник?

— Знаю, что она приехала. Наше родство с ней носит древние корни, тебе на ней не жениться, но если ты ее встретишь, помогай. Теперь ты можешь уезжать, я позову Катерину к себе.

Катерина шла по деревне. Она приехала к тетке Даше на время летних каникул. Пожилой мужчина шел девочке навстречу. Он остановился, засмотрелся на нее и попросил пройти рядом с ним. Он был красив на закате своих дней и божественно хорош.

Дальше — больше он пригласил девочку к себе домой. Его звали Афанасий Афанасьевич. Катерина видела его еще в прошлом году, он жил в шикарном доме. Чопорный особняк обслуживали дворецкий, повар и шофер. Одна женщина убирала и приводила дом в порядок по утрам, когда хозяин спал.

Катерина осмотрела помпезный дворец, и ей стало не по себе. Что-то жуткое сквозило среди лепнины и огромных картин. Она невольно поежилась. Ей захотелось уйти из чужой тайны, не узнав ее. Но хозяин предложил девочке сделку, или контракт.

Он предложил ей пожить в его доме без особых обязанностей, но с одним условием: она не должна покидать его дом на протяжении летних каникул, которые якобы оставили ему врачи для жизни.

За службу у него она получит столько денег, что сможет купить себе новый дом такой же площадью, как и его старый дворец.

Что касается его дома, то он продаже не подлежал. Девочка, зная, что деньги достаются кропотливым трудом, согласилась на условия Афанасия Афанасьевича. Хозяин пообещал, что тетку Дашу он предупредит о ее месте нахождения.

Дворецкий жил на первом этаже и особняк практически не покидал. Повар и шофер спать уходили к себе домой. Покупками для дома занимался шофер, иногда он брал с собой повара, если ехал за продуктами.

Катерина быстро поняла, что может покидать дом с шофером. И поездки по делам дома стали дня нее приятным занятием. Отрицательно сказывалось еще одно условие контракта, у нее не могло быть наличных денег, но она могла выбирать себе необходимые вещи и продукты, а шофер оплачивал ее запросы с электронной карты хозяина.

Две недели пролетели, как отпуск.

Дальше стало сложнее и Катерине захотелось покинуть дом Афанасия Афанасьевича, но сделать этого она не могла. Она готова была разорвать контракт, но обратной дороги у нее не было на ближайшие два месяца. Хозяин не требовал ее присутствия рядом с собой в комнате, она могла перемещаться по дворцу и небольшому газону вокруг дома в любое время.

Женщина, приходившая по утрам для уборки особняка, с Катериной не разговаривала. Она собирала белье в стирку, и приносила назад чистое и выглаженное. Мужчины, обслуживающие хозяина, были до неприличия немногословны.

Хозяин с Катериной много не говорил. Больше двух фраз в день от него нельзя было дождаться. Девочка была готова разговаривать сама с собой. Она всегда легко общалась с людьми и от их исповедей часто уставала, а теперь она была в словесном вакууме. В доме она насчитала пять телевизоров разных времен и ни одного компьютера. Не было и телефонов, что ее неприятно удивило. Но была всемирная библиотека.

Книги стояли в закрытых шкафах, со стеклянными дверями. Удивительно, но книги оказались без признаков старения бумаги. Катерину этот факт поразил настолько, что она втянулась в чтение. Все книги были такими, словно их только, что принесли из типографии. Но, посмотрев на годы издания, она удивилась еще больше.

В библиотеке находились книги старше пятьсот лет и более! Вскоре Катерина заметила, что книжные шкафы достаточно герметичны, что дверцы закрываются плотно и без усилий с ее стороны.

Через пару дней она почувствовала посторонний запах в книжном хранилище, он отгонял ее от книг. Книги, словно просили ее, чтобы она их не трогала!

Катерине ничего не оставалось, как смотреть телевизор. Один телевизор был древний с линзой, заполненной водой. Второй телевизор был черно — белым с трехцветным фильтром.

Третий телевизор украшала комнатная рогатая антенна. Четвертый телевизор был с большим экраном, цветной и толстый. Пятый телевизор с плоским экраном стоял в спальне графа Афанасия Афанасьевича.

Девочка посмотрела на экраны пяти телевизоров, работающих согласно своему времени изготовления, и застонала от жалости к себе любимой. И ни одного телефона! Это для нее оказалось вообще за пределами понимания. Информации извне постепенно исчезала из жизни девочки.

Поездки с шофером сократились из-за постоянного не понимания ее трат хозяином. Катерине захотелось посмотреть на луну, которая еще могла светить в окно без разрешения Афанасия Афанасьевича. Она решила пойти к луне, к природе.

Девочка нашла садовые инструменты и рьяно взялась за благоустройство земли, лежащей вокруг особняка. Но из ее затеи ничего не получилось. Катерина быстро поняла, что штыковая лопата постоянно натыкается на что-то твердое. Она присела на корточки и раскопала землю руками.

Под землей везде находились железо — бетонные плиты! То есть, вокруг дома росла только трава на небольшом слое почвы!

Катерина от бессилия села на траву и почувствовала взгляд из окна, но даже голову в сторону старца не повернула. Взгляд девочки уткнулся в ограду, но колючей проволоки и собак она не заметила, от этого легче ей не стало.

От нечего делать Катерина стала делать все гимнастические упражнения, которые приходили ей в голову.

Несколько дней девочка все силы тратила на различные упражнения.

Катерина умудрилась взять газету из почты Афанасия Афанасьевича и прочитала следующие строчки: «Под воздействием атмосферы медь покрывается прочным, нетоксичным слоем окисла — патиной, которая придает медной кровле «сапфировый» оттенок.

Патина защищает медь в современных неблагоприятных экологических условиях, так же, как и в прошлые века.

Особенно удобно использовать подобный материал для медной кровли, низкие температуры не влияют на пластичность меди, поэтому с медью можно работать при любых, даже низких температурах».

Именно после прочтения этих строк Катерина захотела себе дом, покрытый медной кровлей, чтобы ей легче было переносить западню Афанасия Афанасьевича.

Во дворе Катерина увидела, как в горшочном цветке, заполненном землей, но без цветка копошился воробей.

Девочка запела песенку:

В горшке цветочном без цветка купался воробей. Его работа так легка, что весел воробей. Он набросал земли вокруг, он разметал крупинки. И счастлив маленький мой друг, посеял он смешинки.

Хозяин, услышав песенку Катерины, разрешил ей на пару часов выходить за ворота усадьбы в поисках местных приключений.

Девочка зашла к себе в комнату, открыла шкаф с одеждой, выбрала желтый брючный костюм. Она подошла к зеркалу, и увидела в нем девочку с растрепанными волосами. Ей стало стыдно за свой внешний вид. Катерина пошла в душ, вымылась, почистила зубы, и рассмеялась белозубой улыбкой.

Она отжала волосы полотенцем, высушила их феном, прочесала гребнем и запрыгала на одной ножке от радости. Она надела желтый легкий костюм, бело — желтые босоножки и, пританцовывая, спустилась на первый этаж дома.

Дворецкий выпустил девочку за ворота особняка.

Катерина шла по деревне в надежде встретить кого-нибудь, чтобы услышать нормальный человеческий голос. Она увидела около одного дома широкую скамейку, доски которой были стянуты Медными полосами.

Скамейка стояла недалеко от скромного деревянного дома под величественной березой.

Золотистые ветви березы так красиво шевелились от легкого ветра, что девушка решила сесть на скамейку и оглядеться. Она вспомнила, как впервые приехала в гости к тете Даше в деревню.

Солнце светило сквозь шторы, точно так же, как медный ковш, в который оно попадало своими лучами. Но солнце и медный ковш общими усилиями не делали из нее звезды. Сейчас все звезды — певицы, тонкие, маленького роста и весом до 50 кг. Вероятно для того, чтобы сцена под ними не проваливалась, — думала Катерина.

Да, быть звездой, — не для нее, а для певчих птичек. Она постоянно думала: не быть ей звездой, у нее другая весовая категория.

Есть лошади беговые, а есть тяжеловесы, которые тяжести медленно, но везут. Они ближе к Катерине, а еще ближе к ней сизифов труд. Так вот, прошлым летом она проехала от железнодорожной станции до деревни на настоящей телеге с деревянными колесами. Телегу везла обычная лошадь.

На следующее утро Катерина пошла на речку в одних плавках.

Соседка Семеновна выпрыгнула из-за плетня и закричала:

— Девушка, ты совсем совесть потеряла! Грудь уже появилась, а ты ее не прикрываешь! Ты — большая девочка, нельзя так ходить по деревне!

Катерина остановилась, глаза на соседку вытаращила, и совсем не могла понять, за что к ней такая немилость. Ей в этот момент было лет 10–11, а вес у нее как раз был килограммов 50. Тетя Даша ее на весах для овощей взвешивала. Ум у Катерины девичий, а внешность крупная. Нет, она не была толстой, она была именно крупной девочкой. На ней все рельефы фигурной местности сразу стали видны.

Дошла девочка в плавках до речки, а там перо на берегу валяется, гуси купаются. Она опять глаза вытаращила, и никак не могла понять, где в этой речке можно искупаться?! Смотрела девочка на реку и боялась зайти в воду, а вокруг нее ласточки летали и в берег прятались, в ямки — гнезда.

Забралась Катерина на косогор с гнездами ласточек и огородами прошла в дом.

Тетя Даша в деревне овощеводом работала. Жилистая она была да загорелая в области рук до локтя и ног до колен. Катерина была вся белая, незагорелая. И еще она брезгливая была до чертиков. Смотрела она на чугунки на печке и нос воротила.

А чего нос воротить? Здесь другой еды никогда не было. Тетя Даша крупно порезала картошку, потом ее на сале обжарила, на стол поставила. Рядом репчатый лук положила целыми стрелками. Катерина давилась, есть хотела, но не могла, сало в сторону откладывала.

Да, еще. Тетя Даша, дочь свою Тамару от цыгана родила. Цыганский табор проходил мимо деревни, дочка и родилась. Конечно, к тому времени, когда Тамара подросла, тетка Даша ей законного отца предъявила. Она замуж вышла за военного в отставке Ивана Кузьмича, уж очень он был красивый, с усами.

Вот Иван Кузьмич и стал официальным отцом дочери тети Даши. Ох, и любили же друг друга Тамара и Иван Кузьмич, даром, что не родные, а лучше родни были. Ох, жизнь порой портянка! Иван Кузьмич шибко портянки после армии любил, все в сапогах ходил.

Катерина, сидя на медной скамейке, заметила Петушка, который выбежал из курятника тети Даши.

Девочка запела песенку:

Дождик, дождик с солнышком, Он совсем не мокрый, Он, как будто зернышко, Золотой и добрый.

Солнце ослепляло дождь. Дождь в лучах солнца казался не мокрыми каплями, а солнечными лучиками. Петушок прыгал через лужи под солнечным дождем.

Петушку навстречу из курятника вышла курочка, и остановилась под навесом.

— Петушок, ты, почему бегаешь по лужам, так нельзя! — закудахтала Пеструшка.

— Пеструшка, не волнуйся, посмотри какой золотой дождик! Он теплый!

— Скажешь, тоже! Дождь он сырой, а добрая и теплая, — это пыль на дороге!

— Пеструшка, быстро повернись к курятнику! Посмотри, что с ним стало!

— Петушок, ты опять выдумываешь, — сказала Пеструшка и медленно повернулась к курятнику, — О, что с нашим курятником стало, — закудахтала курочка.

— Сам не знаю, наш курятник стал солнечным дворцом! — прокукарекал Петушок.

От песенки спетой Катериной, черный от дождей курятник превратился в золотистый домик и засиял своими новыми стенами в лучах солнца, под тонким солнечным дождем.

Из курятника выбежали еще пять курочек, и остановились под золотистым навесом. Курочки топтались на одном месте, и не могли кудахтать от волнения.

— Пеструшки, вы, почему молчите? — закукарекал Петушок.

— Ой, Петя, ты посмотри, что стало с нашим курятником внутри, — еле слышно сказала старшая пеструшка.

Петушок и его шесть курочек вошли в курятник и остановились у входа. Они от удивления не могли шагнуть или взлететь на насесты. Вместо семи шестов в грязном от помета курятнике, они увидели золотистое помещение, созданное из дерева, но покрытого сиреневым лаком. По периметру курятника расположились полочки из тонких жердочек. На полу стояли золотистые корзинки для несушек. Вода сияла чистотой в деревянном корытце. Во втором корытце лежало золотистое зерно.

— Пеструшки! Класс! Мне нравиться! Выбирайте себе места! Трое слева, трое справа, я в центре. По местам!

Пеструшки не сговариваясь, взлетели каждая на своем месте и радостно закудахтали. Вскоре они сели в свои корзинки и снесли шесть золотых яиц. Петушок оценил свой труд и радостно закукарекал! И напрасно.

Услышав крик петуха, — прибежала тетя Даша. Она всплеснула руками и села у входа в курятник на золотистую от лака скамеечку.

— Курочки, что это такое? — спросила усталая тетя Даша.

В курятнике все молчали.

— Чудо, какое! И яйца золотые!

И вдруг на глазах петуха и курочек, которые сидели на новеньком и удобном насесте, тетя Даша резко изменилась. Из усталой женщины в ситцевой, длинной юбке, подоткнутой с боков ее непонятной фигуры, она превратилась в приятную, стройную женщину в джинсах и белой футболке. Ее великолепные волнистые волосы лежали на плечах.

Запел громко и радостно Петушок.

Из дома выскочил заспанный Иван Кузьмич в старых, синих тренировочных штанах, вздутых на коленях, и закричал:

— Ну, петух, ты меня достал! Спать не доешь после обеда! Я можно сказать древний обычай выполняю — сплю после обеда, а ты будишь! Голову оторву!

Иван Кузьмич вдруг осекся, он увидел красивую женщину у входа в великолепный курятник.

— Так я еще сплю? — спросил он себя, и коснулся стенки курятника.

После того, как Иван Кузьмич коснулся золотистого дерева, он стал резко изменяться на глазах у жены и всего курятника. Лицо мужчины стало ровным и приятным. На самом Иване Кузьмиче появился спортивный костюм, который его делал стройным. Прическа у него стала мужской стрижкой, а не сваленной кошмой.

Из-за угла дома вышла соседка Семеновна. Она подошла к онемевшим от удивления людям и птицам:

— Что здесь произошло? Все такие крутые! А курятник, какой красивый! Соседи, когда новый курятник успели построить?

— Семеновна, не волнуйся и ничего не трогай! — закричала тетя Даша.

— Еще чего, и присесть не дают на новом крыльце, — возмутилась пожилая женщина и уселась на крыльцо курятника.

Естественно, что старушка немедленно превратилась в приличную женщину неопределенного возраста.

— О, — простонал изумленный Иван Кузьмич.

В это время солнце спряталось за тучки, а дождик прекратился. Хмурое небо окружило курятник и всю компанию.

Тетя Даша встала, вошла в курятник, взяла шесть золотых яиц и вышла на крыльцо:

— Люди добрые, смотрите, какие яйца сегодня снесли наши курицы, — сказала она.

Все смотрели и молчали.

Из дома выскочила Тамара, девочка лет десяти и закричала:

— Мама, папа, вы, куда все ушли?! Я вас жду!

Она удивленно замолчала, увидев красивых людей, чем-то похожих на ее родителей, стоящих на пороге золотистого курятника.

— Ой! А вы кто? — спросила Тамара.

— Тамара, не волнуйся! Я — твоя мама, а он — твой папа. А вот — наша соседка Семеновна, — и она показала на моложавую симпатичную женщину.

— Вы мне сказку сказываете? — спросила недоверчиво Тамара. — Моя мама в джинсах никогда не ходила.

И тут девочка увидела золотые яйца в лукошке в руках матери.

— Хорошо, — сказала она. — А яйца настоящие?

Тогда девочка просто схватила одно яйцо, но оно из ее рук вырвалось и покатилось. Тамара побежала за яйцом и исчезла за углом дома. В это время очнулся ее отец и побежал за дочкой.

За углом дома стояла древняя старушка с клюкой и держала в руке золотые осколки от скорлупки, в которых стоял маленький, желтенький цыпленок.

Рядом на велосипеде, на большой скорости проехал мальчик. Он выхватил цыпленка из рук старушки и скрылся. Еще через минуту мальчик на велосипеде остановился у курятника.

— Ваш цыпленок? Забирайте, — и кинул маленького цыпленка.

Цыпленок пока летел по воздуху, вырос в большого петуха, и чуть не ушиб соседку Семеновну. Велосипедист развеселился:

— Здорово здесь у вас, я сейчас ребят позову.

Через пять минут семь юных велосипедистов остановились у курятника. Они сразу заметили золотые яйца в лукошке у тети Даши, которая не знала, что с ними делать. Восторженные возгласы издали мальчишки на велосипедах.

Подошел Иван Кузьмич и сказал, что Тамару не догнал, но за ним притащилась старуха с клюкой.

На крыльце очнулась соседка Семеновна.

— Привет! Ты откуда будешь в наших краях? — обратилась она к старушке с клюкой.

— Бабуля, я соседка твоя Тамара, мне восемь лет!

— Я сама старая, но не настолько, чтобы не знать соседей старше себя.

И тут петух, выросший за две секунды полета, клюнул клюку старушки. И старушка на глазах у всех превратилась в девочку Тамару. Потом петух подлетел к лукошку и клюнул все яйца по очереди, и из яиц вылупились цыплята, которые мгновенно превратились в больших курочек.

Велосипедисты радостно засмеялись от такого зрелища.

В это время из курятника выбежали петух и шесть курочек, они увидели молодого петуха и пять курочек. Два петуха затеяли драку.

Велосипедисты улюлюкали и подбадривали петухов — драчунов. Вдруг у велосипедов выросли крылья, и они улетели с поля боя с недовольными возгласами.

Победил Петушок из курятника, и сразу вышло солнышко, и пошел солнечный дождик.

Катерина тихо запела свою песенку:

Дождик, дождик с солнышком, Он совсем не мокрый, Он, как будто зернышко, Золотой и добрый.

Солнце протянуло свои лучи и сказало:

— Спасибо, Катерина!

С неба на землю посыпался не град, а золотое зерно. Зерно упало в землю, и вскоре выросло целое поле пшеницы.

С неба вернулись велосипедисты и уставились удивленно на поле пшеницы, которого не было.

Хозяева курятника пришли в себя, и пошли к своему старому, деревянному дому. Стоило им зайти на крыльцо, как их дом в мгновенье ока превратился в новый дом.

Солнце помахало им лучами и спряталось за тучку.

Петушок после победы решил, что у него теперь одиннадцать курочек и очень обрадовался. Но пять курочек, вылупившихся из золотых яиц, не смогли перейти порог курятника и превратились в скульптуру из пяти курочек. Рядом с ними стал скульптурой побежденный петушок из золотого яйца.

Петушок и пеструшки сели на свои насесты и задремали.

В это время взревели семь юных велосипедистов и уехали с места бывших чудес, которое стало неинтересным. На насестах в золотистом курятнике вздрогнули и продолжали дремать курочки.

Вокруг курятника остались лежать золотые скорлупки. Прилетели вороны и стали клевать золотую скорлупу и превратились в групповую скульптуру из ворон.

Поле пшеницы заколосилось золотым зерном. Из него напекли золотистых пирожков и угостили ими петушка и курочек.

Увидев, что из дома на подносе несут пирожки, приехали мальчишки велосипедисты и схватили по пирожку, но кушать пирожки не решались. Но, посмотрев, что Тамара и тетя Даша едят пирожки, тоже съели по парочке пирожков, и ничего с велосипедистами не случилось.

Зато откуда не возьмись, появилось солнце и осветило два новеньких велосипеда у курятника. Катерина и Тамара сели на велосипеды и присоединились к остальным велосипедистам, а ездить на них они давно научились. Проселочные пыльные дороги хороши и для курочек и для велосипедистов, когда дождь не идет, пусть и золотистый.

Тетя Даша и Иван Кузьмич посмотрели вслед детям и решили, что себе они купят себе мотоцикл с коляской. В коляску посадят соседку Семеновну, и будут ездить по ближайшим деревням, не ожидая попутных машин. Местные они все.

Издал Петушок победный клич. Из курятника вышел петушок и курочки, погулять, на людей посмотреть, себя показать. Петушок прибавил в весе и стал солидным петухом, ему теперь и на насест лень взлетать. Пеструшки взлетали, а он лениво сидел в уютной низкой корзине. Стал Петушок напоминать хозяйского кота.

Солнце засветило, дождик пошел, а он посмотрел, посмотрел на солнышко, но Катерина песенку не спела. Солнышко обиделось и нечего не сказало. Среди новых яиц одно яйцо было серебристое. Из серебристого яйца вылупился новый петушок, он быстро и радостно рос, легко взлетал на насест.

Однажды он решил заменить старого и ленивого Петушка. Два петуха устроили петушиный бой. Посмотреть бой двух петухов приехали все велосипедисты. Ребята болели за нового серебристого петушка. Бой был хорош. Один петух, отъевшийся и медлительный, брал своей массой, второй худой и шустрый побеждал скоростью. Велосипедисты наблюдали за петушиным боем. Курицы кудахтали и не знали за кого болеть. После боя они снесли яйца и из них вылупились курочки.

Старые курочки притихли. Тетя Даша зашла в курятник и сказала, что новая смена курочкам подрастает. На второй бой петухов пришла вся деревня. Велосипеды стояли в стороне. Победитель становился лучшим петухом деревни. Победил молодой, серебристый петушок. Старые курочки отказались ему служить, они остались со старым петухом. Курятник поделили на две части: для молодых и старых. Солнце из-за туч не показывалось.

Катерина еще раз спела песенку:

Дождик, дождик с солнышком, Он совсем не мокрый, Он, как будто зернышко, Золотой и добрый.

Катерина посмотрела на часы и заторопилась в особняк.

Девочка шла и видела свою мечту: медная крыша поблескивала в солнечных лучах. Дом сиял, украшенный вертикальными медными полосами. Первый этаж по периметру облицован зеленоватым мрамором, расположенным между листами меди. Все дорожки на участке выложены зеленоватой керамикой. Ей мучительно захотелось вернуться в особняк Афанасия Афанасьевича.

Афанасий Афанасьевич и ухом не повел в честь возвращения Катерины. Она даже обиделась на его вопиющее безразличие.

Он спросил:

— Катерина, ты принесла истории из деревни?

— Я сама принимала участие во всех историях.

— Именно, что сама! Но тебя не могли не достать истории, если они происходили с тобой? — возмутился Афанасий Афанасьевич.

— Достали еще как! Особенно петухи и курочки.

— Отлично! Теперь тебя достанет компания медной скамейки.

— Я буду жить жизнью тех, кто сидит на медной скамейке!? — возмутилась Катерина.

— А куда тебе деваться? Часть времени ты прогуляла.

— А вы меня не накажите за мое отсутствие?

— Обязательно накажу. Я накажу тебя Катерина. Тебя не было — пять часов. Пять дней ты проведешь в подземелье. Ты, вероятно, заметила, что у меня на участке растет только трава?

— Заметила, — угрюмо ответила Катерина, прикидывая, что такое пять дней подземелья.

 

Глава 2

Афанасий Афанасьевич, не вставая с кресла, нажал на мраморную чернильницу на столе. Пол под Катериной сдвинулся в одну сторону, и она в стойке оловянного солдатика опустилась в подземелье.

Бывший пол стал для нее крышей и занял прежнюю позицию. Катерина не успела испугаться при падении, и теперь озиралась ни столько с испугом, сколько с удивлением.

Она оказалась в помещении с медными стенами, с изоляционным потолком. Она вышла из комнаты, в которую опустилась по воле хозяина, и стала обходить все подземелье. Тревожного чувства она не испытывала от промышленного порядка.

Возникло ощущение, что время в подземелье несколько другое. Ее заинтересовала кухня, все же предстояло здесь прожить пять дней! Она увидела раковину, кран. Открыла кран, из него пошла пузырьками холодная вода. Рядом на столе стояла электрическая плитка со спиралью накаливания. В столе в трехлитровых банках находились крупы. Катерина нашла соль, но сахар не было. Нашла банку с чаем. Заметила кастрюлю, чайник. Пять дней с этим можно было прожить. Признаков холодильника она не обнаружила.

Телевизора, приемника она не заметила.

Катерина насчитала пять странных комнат и кухню. Свет везде был одинаковый — матовый. Выключателей нигде не было. Вот и все на первый взгляд. Она поискала глазами табурет или стул. Их не было. Она обошла комнаты, но не нашла не одного лежбища. Она решила опереться на медную стену, но она оказалась теплой. Катерине все больше хотелось сесть или лечь.

Взгляд упал на пол. Пол оказался полной загадкой, но разгадывать ее не хотелось. Катерина опустилась на пол, он весь покрыт знаками. Она заметила выступ на полу, и ударила по нему пяткой.

Выступ сдвинулся вместе с частью пола. Куда-то вниз вела лестница. Недолго думая, она стала спускаться в настоящее подземелье. Небольшое помещение в скале имело выход! Катерина согнулась и прошла в сторону света метров двадцать и она — на воле!

Вот и заточение! Она осмотрелась: вокруг стоял лес. Темнело. Лесные шорохи вселяли в душу страх. Ее взяли за плечи! Катерина вздрогнула всем телом, и невольно оглянулась. Она была в руках некоего Олега, выходца из деревни Медный ковш! Откуда он здесь? — промелькнула мысль в голове Катерины. — Его ведь нет вообще.

— Катерина, рад встречи! — как ни в чем, ни бывало, проговорил Олег.

— Вы кто?

— Сама сказала, кто я.

— Подождите. Я читала в газете, что вы летели на самолете, пилот остался жив, а вы пропали!

— Смешная девочка! Так я нашелся. Посмотри на меня — это я Олег.

— Но этого не может быть! Я даже сказку придумала, будто вы превратились в летучую мышь! — возмутилась Катерина.

— Ты была под домом в медном подвале?

— Была.

— Так именно над этим местом наш самолет вел себя странно. Это не медные помещения, это некий генератор аномальных явлений. Хорошо, что ты из него выбралась.

— У меня наказание: сидеть в генераторе пять суток.

— Хорошее наказание, но еще лучше, что ты от него сбежала.

О себе. Летчик Федор успел посадить самолет на поле, но взлететь он не смог и придумал, что самолета нет. А сам он по его замыслу — катапультировался, а я по его выдумке — пропал. Вот он опять уехал подальше от этих мест. А теперь я тебя спасу на самолете. Я могу управлять самолетом, и уже расчистил площадку для взлета. А жил я в сарае у некой тети Даши. Она такие блинчики печет — закачаешься!

— С их запахами я знакома.

И в это мгновение зашумел бор, послышался лай собак.

В воздухе прозвучал выстрел. На поляну выскочили охотники с собаками. Собаки дружно бросились к Олегу и Катерине. Охотники остановили их командными голосами. Олег, недолго думая, под шумок исчез. Осталась Катерина одна, у нее даже мысль возникла, а был ли Олег здесь?

Охотники окружили девушку, и повели в усадьбу. Они поклонились Афанасию Афанасьевичу, и ушли вместе с собаками.

Хозяин стоял у окна и смотрел на Катерину пронзительным взглядом. Она содрогнулась от мысли, что наказание неминуемо, а лезть в генератор аномальных явлений ей не хотелось. Катерина стояла между воротами и домом и не знала, что ей делать. Она нерешительно пошла к хозяину.

— Олега видела? — спросил граф Афанасий Афанасьевич. — Вот и хорошо, больше не увидишь. Не бойся в подпол ты больше не пойдешь, выбралась из него и молодец, считай, что пять дней прошли.

— Афанасий Афанасьевич, а вдруг вы болеете, потому что живете на генераторе аномальных явлений?

— Да я потому и жив, что живу на этом генераторе. Его для меня построили. А ты смотрю, за меня волнуешься, ценно. Завтра начнешь ходить на прогулку до медной скамейки. Твое задание я не отменял.

— Опять слушать ерунду жителей дома тети Даши?

Непокорная Катерина, на следующий день дошла до медной скамейки, но села на попутную машину, и уехала в город.

Катерина остановилась рядом с Тамарой. До начала занятий оставалось минут десять. Они могли себе позволить несколько минут постоять на улице. С первого взгляда молодые особы поражали своей полной противоположностью. Их объединяли только десять минут, которые обе были готовы потратить на праздный разговор.

— Если девушка идет на высоких каблуках, то она находится в состоянии полной боевой готовности, — проговорила Катерина, необыкновенно красивая особа с сапфировыми глазами, с волосами до пояса, которые укрывали ее не хуже норковой накидки, а блестели так искусно, что видно было, что над ними работал мастер стилист.

Она посмотрела на проходящих мимо нее девушек и, вероятно, поэтому сделала свое заявление.

— Катерина, ты лучше скажи, чем волосы моешь? Они у тебя лучатся и искрятся! — задала свой вопрос Тамара, особа с серыми глазами, с белыми, крашеными волосами, которые никуда не струились, а просто торчали от любого ветра во все стороны. Она стояла в старых кроссовках и каблуки ее вообще не волновали.

— Тамара, я тебе говорю о каблуках, а ты мне задаешь вопросы о волосах, — возмутилась Катерина, которая тратила силы, время и золотые монеты на сложную окраску волос и шампуни лучших фирм людского мира, но говорить об этом считала излишнем. Катерина возвышалась над Тамарой сантиметров на десять за счет каблуков на туфлях, достойных подиума, а не кафеля перед учебным заведением.

Напротив них стояли два накаченных парня, они разговаривали неизвестно о чем, но глазами вдоль и поперек измеряли девушек. Судя по частоте взглядов, парни по своим симпатиям к девочкам благополучно разделились.

— Олег, ты, почему глаз с каблуков Катерины не сводишь? Нравятся туфли? А ты завтра на нее посмотри! У нас первой парой будет физкультура, так они обе придут в кроссовках! Разницы между подружками не будет вообще! — заметил Антон.

— Знаю, Катерина свои волосы спрячет в хвост и станет скромной, но сегодня она превосходно смотрится. Я так бы и подошел к ней, — мечтательно сказал Олег и сорвал лист с гортензии, — а, то стоим мы тут с тобой, как две пальмы в пустыне.

— Тебя плющит от каблучков, и на лирику потянуло. Олег, ты подойди к Катерине, скажи, что домашнюю работу сделал досрочно, она тобой сразу заинтересуется, — сказал Антон.

Мимо двух пар прошла группа студентов, которая сразу зашла в здание. Вслед за группой ушли парни. Катерина, увидев, что Олег исчез с толпой, хотела уже пойти вслед за ним, но не смогла сдвинуться с места. Она захотела пожаловаться на ситуацию Тамаре, но та исчезла вслед за остальными.

Катерина подняла одну ногу над землей, но вторая нога за первой не последовала. Шикарная туфля приклеилась намертво к асфальту. Каскад волос опустился к земле вместе с ней. Она стояла на одной ноге на огромном каблуке без дополнительной точки опоры, изображая цаплю, пытаясь руками оторвать туфлю от земли.

Неожиданно она почувствовала, что неведомая сила поднимает ее от земли. Она подумала, что вернулся Олег. Но это был не он. Это был робот, которым оканчивалась лестница, висевшая из летающей тарелки, где она через минуту оказалась с одной туфлей.

Внутри летающей тарелки стоял полукруглый пульт управления и три кресла, намертво прикрученных к дну или полу. За спинками кресел находилась полукруглая стена, за которой была еще одна кабина полукруглой формы. В одном кресле сидел импозантный молодой человек с длинными ушами антенн. Во втором кресле сидел старик с бородой и со смеющимися глазами. Это был сам хозяин Медного треугольника.

Присмотревшись к нему, Катерина успокоилась.

Сверху раздался голос диктора:

— Катерина, занимайте третье кресло, оно ваше на данный момент времени. Спокойствие! С вами все будет в норме! Вы находитесь на борту летающей тарелки 0,8. На ноги наденьте золотистые сапожки, они стоят рядом с вашим креслом. Наденьте на себя золотистую курточку и такие же брюки, они лежат на кресле. Ваше мини платье сойдет за майку. Все. Да, знакомьтесь, рядом с вами сидит Афанасий Афанасьевич — хозяин Медного треугольника. Меня зовут Темный Хан. Перед вами находится пульт управления. Переоделись? Садитесь в кресло.

Катерина выполнила все приказания и села рядом с гномом. Перед стариком находился пульт управления с меньшим числом сенсорных кнопок, чем перед Темным Ханом. Девушка посмотрела на надписи на кнопках. И ей стало грустно от собственной неловкости. У нее возникло ощущение, что она находится не в своей тарелке. Она окинула взглядом свой золотистый наряд, скрывающий фигуру, и замерла в ожидании. Она почувствовала, что летающий объект набирает скорость.

Афанасий Афанасьевич заговорил скрипучим голосом, он сказал Темному Хану о том, как он понимает цель данного полета. От скрипучего голоса Катерину передернуло. Ей стало страшно. Она поняла, что они улетают в прошлое людей. В голове мелькнуло мысль, что ее одели не по моде прошлых веков, и вообще могли бы заранее подготовить к полету, хотя бы морально и материально.

— Катерина, — заговорил Темный Хан, — мы не могли вас предупредить о полете по многим причинам. Мотив полета вы бы восприняли патетически. Мы решили проверить одну сказку. Улыбайтесь. Мы летим в район Древних гор. Ваша задача стать на время дамой Недр. Помните фильм людей, где хозяйку Медной горы изображала великолепная актриса? У вас брови треугольником, это нас и подкупило. Ваша внешность так и просится на большой экран.

— Я поняла, вы отправляете меня лет на пятьсот в прошлое. Тогда я косу заплету, а то у меня костюм непригодный для дамы Недр. А в прошлое мы, в какое время года попадем?

— Самый болезненный вопрос. Сотню лет я могу угадать, но время года не могу предсказать. Я знаю, что ты умеешь шить и вязать. Наряд себе сама сделаешь. Я и Афанасий Афанасьевич обязательно тебя найдем. Мы все втроем войдем в прошлое, но по прежнему опыту известно, что мы можем оказаться в разных местах. Тебе будут служить ящерки. Афанасий Афанасьевич с ящерками найдет общий язык.

— А нельзя было просто сделать декорации и снять фильм в нашем светлом мире?

— Нам нужна историческая достоверность. Катерина, девушка вы закаленная. Ничего, выкрутитесь из ситуации. Вы уже готовы к полету? Внимание: минутная готовность. Мы пролетаем над Медными горами. Катерина и Афанасий Афанасьевич катапультируются. Я оставлю корабль в потаенном месте. До встречи в прошлом!

Все ничего, но что-то не получилось в расчетах Темного Хана. Катерина почувствовала, что время вокруг нее резко изменилось. Она катапультировалась, и очнулась на снегу. Мимо нее проезжали люди Кареглазого Хана и взяли ее, как золотистую добычу. Девушку связали и положили на коня. Она не стонала, а только крепко сжимала губы и зубы, чтобы ее не было слышно. Катерина подумала, что надо бы свалиться с коня на очередном подъеме. Ей трудно было сбежать с завязанными ногами. Ей хотелось быть найденной, значит, лучше всего побег осуществить можно на околице деревни.

Со связанными руками и ногами очнулась Катерина на околице деревни. Девушка подняла голову и увидела перед собой странную деревню. Над трубами домов вился дымок. По деревне на санях, запряженных одной лошадкой, ехал мужик. Вдруг он оживился, увидев, на снегу золотистое бревно. Подъехав ближе, мужик увидел странную девушку. Спрыгнул мужик с деревянных саней и подошел к Катерине. Смотрит, а на снегу лежит красивая девушка с золотистыми волосами в золотистой одежде, но со связанными руками и ногами. Мужик положил ее в сани, и домой привез.

Жена мужика сбегала за знахаркой. Катерина очнулась в доме, где вместо стекол на окнах были натянуты бычьи пузыри. Девушка медленно оживала в избе местной знахарки, пропахшей сушеными травами. Она исцелялась физически, но совсем не могла ответить на вопросы: кто она и откуда.

Чем жили люди в то время? Чем кормились? Есть рыба в реке — поймают. Есть зверь в лесу — поймают в ловушку, или убьют копьем, стрелой. Есть поляна — засеют рожью. Вот и сыты. А у кого корова или коза были — те люди богатые. Кто с пчелами умел дружить, у тех и мед водился. Чтобы жить в деревне, надо было работать в поле, или животных держать.

Катерина быстро поняла, что в деревне надо работать, чтобы жить.

Вспомнила она уроки домоводства в школе, самые простые уроки кройки и шитья. Сшила она себе платье длинное из холста белого по типу ночной рубашки, расшила его узорами. Но это платье захотела взять себе жена деревенского богача. Продала она платье за продукты. Взяла девушка котомку и пошла по горам, по долам, а к вечеру домой вернулась. Так и стала она ходить по Медным горам.

Когда пища у Катерины заканчивалась, она шила платье, отдавала его за продукты и опять шла в горы. Тянули ее горы несказанно. Нашла она в горах пещеру большую. И будто свет в пещере был. Но в том месте, где свет шел, мог и дождь пойти. Пошла она в подземелье, слюду нашла. Закрепила она слюду в местах, где свет в пещеру проникал. И дождь к ней в пещеру уже больше не попадал. Температура в пещере была более постоянная, чем на земле, это и привлекало девушку.

Катерина украсила пещеру. Она сделала себе кровать из мешка с соломой, и тепло стало лежать ей в пещере. Нашла девушка в подземелье сапфиры, обменяла их на шкуру медведя у охотников. Так и стала она жить в пещере. Найдет, что внутри гор — обменяет в деревне на нужную в ее хозяйстве вещь. А саму Катерину стали называть: дамой Недр.

Девушка все больше узнавала секреты гор. Зрением она обладала, как у кошек, и в темноте все хорошо видела. Горы к ней привыкли и она к ним.

Люди в деревнях, что рядом с горами были расположены, привыкли к тому, что в горах живет дама Недр, которая стала разбираться в том, чем горы богаты, и с людьми умными по этому поводу беседу держала.

Знала она, где руда медная, где железо находится, где уголь для печи найти можно. Дрова с земли в пещеру она больше не носила, а уголь и горел жарче, и меньше его нужно было, чем дров. Люди сами продукты ей несли в обмен на медь или уголь. Однажды девушка нашла прожилки блестящие в породе, каменья самоцветы обнаружила.

Одежду себе стала шить красивую, каменьями обшивать. Люди из деревень даму Недр еще сильнее стали уважать, кланялись ей в пояс, когда с просьбой шли или ей чего в дар несли. Приручила Катерина ящериц себе служить, много их в ту пору в горах бегало, подкармливала она их. А потом и ящерки ей стали приносить то, что она просила. Заходили к ней в гости люди, они все понимали.

Пещеру Катерина, как дворец украсила, все у нее блестело и сияло, светом сквозь слюду освещалось. Дама Недр достигла своим трудом благополучия, и стала скучать в пещере. Хотелось ей, чтобы люди оценили красоту ее и ее жилища, а может, ей любви человеческой захотелось. Девушка взрослела. Однажды пришел парень, он показался Катерине знакомым. Она назвала себя Катериной. В его голове, словно молния, прошла и вышла. И Катерина пыталась вспомнить, откуда она знает парня по имени Олег, но не могла. На желание ее, как по сказочному велению и появился красивый парень в проеме пещеры. Взгляды их удивленные встретились, любовь зародилась и засветилась в самоцветах на одежде дамы Недр. Парень в лаптях, в длинной рубахе, вышитой по горлу, и двинуться с места не мог.

Олег, а это был он собственной персоной, стоял и смотрел на Катерину, одетую в ослепительное от самоцветов платье. Он приметил красоту пещерного дворца. Парень оказался по природе своей такой, как дама Недр: не хотел он коров пасти, не хотел рожь сеять, не хотел рыбу ловить, и на охоту ходить.

Остался он у дамы Недр. Стали они вместе делами внутри гор заниматься. Олег в пещере прижился, словно домой попал. Ящерки его признали. Оживилось подземелье. Олег улучшил быт дамы Недр тем, что сам мастерил ей домашнюю утварь, и все самоцветами украшал. Даму Недр присутствие молодого человека не раздражало до поры до времени, но однажды ей надоела суета Олега, и стала она все чаще уходить из своего дворца подземного.

С далеких времен, если, что и ценилось среди женщин, так это каменья самоцветные, драгоценные, сапфиры сиреневые. Во времена Кареглазого хана много тех каменьев находили в горах Медных. А горы те с Севера на юг тянулись. Много людей из войска его в горах тех осталось, коренными жителями стали, все самоцветы найти пытались для хана и своих женщин.

Люди с серыми глазами с кареглазыми людьми из войска хана исподволь переплелись. За пять — шесть веков много чернооких людей народилось. Во многих семьях глаза у матери карие, а у отца — серые.

А отчего все это произошло?

Сероглазые люди были русоволосые, но триста лет кареглазого ига даром не прошли. В стране мало осталось семей, в которых были бы светловолосые, сероглазые люди в нескольких поколениях. До города Древнего Новгорода не дошли войска хана, может, в тех местах, и живут сероглазые да русоволосые люди?

В горах долго вели раскопки люди из войска хана. Искали они в горах руду медную да покладистую, чуть не золотою ее считали, стрелы медные из нее делали, монеты чеканили, и находили в горах каменья самоцветные.

Были в войске хана знатоки каменьев самоцветных. Хан оставил своих людей в горах, чтобы искали они камушки, что глаза радуют и здоровье берегут. Долго люди хана в горах работали, с лучшими местными мастерами совет держали, какой камушек, как называется, да какую пользу принести может.

Добыли они каменьев на два сундука всех цветов радуги.

Тяжелы камешки, хороши камешки, хоть на шапку их, хоть на женские украшения. С добром те камешки соглашались, а со злобою расставались.

Камешки все хитрые, хоть и неживые, а есть в них сила непонятная. Узнал про сундуки Кареглазый хан, обрадовался. А камни, будто про то узнали и не захотели к хану ехать.

Люди с сундуками в горах заблудились. Таскали они сундуки, устали, ноги сбили, руки мозолями покрылись от ручек, с голоду стали падать, а выход из гор найти не могут, так и обвились их косточки вокруг сундуков.

Пробегали рядом с сундуками ящерки, видели они косточки слуг хана.

Подняли они крышку сундука с самоцветами, обрадовались несказанно, в другой сундук заглянули и заплясали, от радости и ну бегом к даме Недр. Ящерки те слугами были, услужить даме Недр — им в радость, а она их за то и любила, и не обижала, и дороги им в горах не путала.

Сундуки пришла посмотреть сама дама Недр, за ней бежали ящерки, как шлейф. Ящерки, возглавляемые Катериной, все знали, что в горах делается, и про то гном Олег все Катерине докладывал. Обрадовалась дама Недр, увидев набор каменьев самоцветных, почувствовала она в них силу невиданную, поняла, что с большим умом каменья подбирали, и темная их ценность — обеспечивать здоровье того человека, которого они признают своим Хозяином, или Хозяйкой.

Если уж правду сказывать, то это ящерки и гномы по приказу Афанасия Афанасьевича сбивали с пути слуг хана. Знал он про работы по поиску самоцветов, но решил дать им возможность создать полную коллекцию каменьев, и теперь дама Недр была хозяйкой двух сундуков, дающих здоровье и благополучие их хозяину.

Жадной дама Недр не была, и она понимала, лишнее взять — это плохо. Вот и умерли те, кто собирал эти самоцветы, их сияние было сильнее дозволенного. Нельзя собирать больше одной коллекции камней. Одна коллекция — помогает, а от двух коллекций — погибают.

Велела дама Недр ящеркам спрятать один сундук там, где он стоит, а каждой ящерке бросить по одному камню обычному на сундук.

Знала она, как хан войска свои считал. Спрятался сундук под горой камней. Поставили ящерки с помощью Олега второй сундук на медвежью шкуру, ухватились за нее со всех сторон, и потащили в покои дамы Недр.

Этот сундук всегда был при ней, никому она про него не сказывала. Исправно ящерки служили даме Недр, пищу с земли приносили и одежду. Смотрела она на самоцветы из сундука, но надолго сундук нельзя было открывать, душа не разрешала. Ящерки и гномы не советовали ей держать сундук открытым.

Через некоторое время забрел в горы к даме Недр мужик, который ее нашел на снегу и на своих санях в дом увез. Приглянулась мужику дама Недр. Затуманила она мысли его, и отпустила с Богом. На прощание положила в руку мужика камень желтый, самоцвет красоты невиданной, неслыханной.

Поднялся мужик на землю, лег на травушку — муравушку, долго лежал, ничего не мог вспомнить, но чувствовал, что силы к нему пришли богатырские. Вскочил мужик на ноги, и ну бегом в сторону деревни. Где был, где камень нашел — не помнил мужик.

Помнил он, что в горных пещерах бродил, свет увидел, на него пошел, а потом будто все исчезло, и очнулся с камнем в руке. Камень тот красивый да сияющий, прямо солнце яркое. Решил мужик про то, что не помнит, людям не говорить, мол, нашел камень самоцветный, и все.

Хан Кареглазый не мог успокоиться, что два сундука с самоцветами в горах остались, посылал он за ними своих людей, но люди возвращались без сундуков. Не нашли люди хана сундуки, не давали им ящерки найти дорогу. Дама Недр свой сундук с каменьями хорошо хранила. Найти ее или ее сундук, было невозможно. Сундук, лежащий под камнями, был такой же, да что-то в нем было лишнее.

Странные дела творились в том подземелье. Звери, живущие поблизости, умирали рано и странной смертью. От сундука дамы Недр добро и здоровье шло, а от зарытого сундука сила шла злая и людям в ту пору непонятная. Никто из людей не знал и не ведал про тот сундук. Но место, где сундук был зарыт, люди чувствовали, рыть землю там не рыли, а трупы зверья разного находили. Сами люди в том проклятом месте старались не бывать, но слухи шли.

Когда слуги хана собирали самоцветы, один мужичок, бросил в тот сундук камешек не самоцветный, но странный, который в одежде своей носил. Мужичок тот здоровым мужиком был, пока этот камешек не нашел.

Камешек он не мог бросить просто так на землю, долго он его с собой носил, а нашел его далеко от гор, когда с войском хана шел по степи чужой, по Степной стране, где местные жители песни пели длинные, да тягучие.

В тех степях было место одно заколдованное, боялись туда местные жители ходить.

Один житель степей рыл там землю, да умер вскоре, а почему не понял никто. Крепкий мужик был. Птицы, звери там умирали, трупы их разлагались, а воронье, мясо их не трогало.

— Очень плохое место, — говорили про него жители.

Неожиданно для Катерины ее путешествие подошло к концу. Рядом с ней стоял хозяин Медного треугольника — Афанасий Афанасьевич. Они вышли из пещеры дамы Недр, где их ждала летающая тарелка и Темный Хан.

— Катерина, так почему один сундук приносил много горя, а другой много здоровья? Ты теперь знаешь ответ на этот вопрос.

Она напрягла свои извилины и ответила:

— Во втором сундуке лежал радиоактивный камень.

— Правильно. Его судьбу ты проследишь в следующем полете, а сейчас прыгай к своей туфле на каблуке.

Катерина по веревочному трапу спустилась с летающей тарелки на кафельный двор. Ее нога вошла в забытую туфлю. Она подняла ногу. Нога поднялась вместе с туфлей. Все было в порядке. Из здания вышли студенты. Они окружили Катерину. Они смотрели на нее восхищенно.

— В чем дело? — удивилась Катерина.

— Катерина, ты наш герой. Страна гордится твоим полетом в сапфировое время.

Некоторое время Катерина, как и все посещала занятия, которые проходили в кабинетах. Ничего необычного не происходило, пока она и Олег не вышли на балкон. Студентам категорически запрещалось выходить на балкон, выполняющий функцию взлетной площадки.

Катерина и Олег хотели поговорить без лишних ушей, но были мгновенно подняты роботом на борт летающей тарелки. Им вдвоем предназначалось выяснить судьбу сундука с самоцветами, содержащим кроме всего прочего радиоактивный элемент.

Катерина очнулась в поезде в возрасте семи лет, она сидела у окна и смотрела на свой дом, который они медленно проезжали. За окном промелькнула ее детская площадка. Она увидала свою бабу Варю, которая сидела на любимой скамеечке. Девочка хотела заплакать, но рядом с ней сидела ее мама, а на столике лежала газета за 1958 год.

…Катерина родилась на берегу реки в роддоме, стоящем на городской улице. Те времена подернуты пеленой времени. Улица тех времен была весьма приличной. На ней стояли бодренькие дома трех — четырех этажей желтоватого цвета. Во дворе длинного, кирпичного дома у Катерины было прозвище Красавица. Кто ей дал сие прозвище ей неведомо, но иногда ее так называли. Катерине было в ту пору лет пять — шесть. Она была крупной девочкой, выше своих сверстниц.

К семи годам у Катерины были две длинные косы, но в четыре года у нее еще была стрижка, типа каре, с челкой. С такой прической ходила и ее подружка Танечка. Девочки дружили под взглядами своих бабушек.

Детская площадка была довольно большой, она располагалась по длине дома. С одной стороны она была ограничена домом, а с другой стороны штакетником, за которым проходила железная дорога. Вот такое место и вырастило Олю до восьми лет.

Отец Танечки был конструктором. Они жили весьма прилично по тем временам. У них была двухкомнатная квартира в соседнем подъезде. Бабушка Танечки была весьма интеллигентной и постоянно делала Катерине замечания из-за цыпок на руках, или из-за сопения носом. Она Катерину несколько раз кормила вместе с Танечкой. Катерина своим постоянным аппетитом повышала способности Танечки поглощать пищу.

Девочки несколько раз играли в комнате конструктора в прятки и прятали за шкафом, стоящим так, что за ним был свободный угол. Больше всего Катерине нравились на столе желтые, остро отточенные карандаши и белые листы бумаги. Семье Танечки вскоре дали трехкомнатную квартиру в кирпичном доме, расположенном на этой же улице, и они переехали. У Танечки родилась сестренка. Пути девочек разошлись навсегда…

 

Глава 3

Поезд шел на север по гряде древних гор, где Катерина была дамой Недр, и поезд повернул в сторону Северной столицы.

Они приехали в большой город. На вокзале Катерина увидела желтые машины с шашечками на боковых дверцах, их называли «Победа». Но поехали они в метро к маминой тете, которая была старше мамы на пару лет. Они остановились у тети Ани. В Северной столице еще стояли дома разрушенные войной, но это не мешало им ходить по Эрмитажу и Петродворцу, где еще не все комнаты были восстановлены.

Недалеко от золотых фигур на мостике, жила кузина бабы Вари, баба Таня со своим братом Сергеем Кирилловичем, они жили на берегу канала, рядом с Невским проспектом.

С городом Катерину и ее маму знакомил муж тети Ани. Тетя Аня с ними по экскурсиям не ездила, она готовила еду и драила кастрюли до зеркальной чистоты. Катерина навсегда запомнила высокого худощавого мужчину, который без устали показывал Северную столицу и ее окрестности. Жили они тогда в одной комнате, в квартире с соседями, в очень старом районе города.

И вот тут произошло чудо. Катерину вытолкнуло в прошлое, которое было с ее предками в доме бабы Тани. Катерина не могла быстро перемещаться из прошлого в настоящее, она медленно скользила по виртуальному времени. Она была приглашена в Мраморный дворец в качестве фрейлины царицы совсем по другой причине.

Для своего времени она была прекрасно образованной, обладала удивительной красотой, приятной во всех отношениях, все эти факторы и стали составляющими причины, почему она появилась в Мраморном дворце. Фрейлинами царицы чаще всего были девушки из древних славянских родов.

На ответственных царских приемах все фрейлины должны были присутствовать, и изображать массовку, сквозь которую проходила царственная чета. На фоне красивых фрейлин важность царицы резко возрастала. Послы засматривались на фрейлин, и это играло положительную роль в деловых переговорах, они были более щедрые и сговорчивые. Катерина наступила атласной туфелькой на краешек платья.

— Ой, чуть платье не испортила, а сегодня прием во дворце! — воскликнула она.

Очередной прием в Мраморном дворце был подготовлен увлекательный: послов развлекали аукционом, на котором продавали новые ювелирные изделия. Царица играла с послами в поддавки, и послы почти даром получали подарки.

Одному послу так понравилась фрейлина царицы — Катерина, сероглазая, статная красавица, что он подарил ей желтый сапфир. Сапфир был закреплен в золотом ажурном диске, а оправа своим контуром, соприкасалась с соломенной шкатулкой, круглой формы и держалась в шкатулке крепко, как будто кто солнце в шкатулке спрятал.

— Сапфир «Соломенная вдова», — сказал посол Катерине. Он из соображения безопасности решил не брать дар царицы, или предчувствие опасности у него было хорошо развито.

Шкатулочку с сапфиром Катерина убрала в секретер стола и закрыла на замок.

В дверь постучали:

— Катерина, Катерина, отвори дверь!

— Господин посол, я уже сплю.

— Спать со мной!

— Нет! Нет!

— Катерина, скажу царице, что ты против мира между нашими странами!

— Господь с вами, господин посол!

Посол ушел. Вскоре пришел с царицей.

— Катерина, мать моя, ты почему не слушаешь господина посла? — крикнула сквозь дверь царица.

— Матушка царица, он требует любви.

— Катерина, отвори дверь! Возьми мир между нашими странами на свою душу!

Царица ушла. Катерина открыла дверь. Посол ворвался в комнату.

— Катерина, ты прелесть! Я твой, душа моя!

Посол, худощавый мужчина, несколько тоньше красавицы Катерины, уже сбрасывал бальные панталоны. Катерина медленно снимала платье. В комнате стояла широкая и прочная кровать. Только теперь девушка осознала всю свою миссию во дворце. Ее долго берегли. Но посол был важный… Тонкое тело посла лежало на Катерине, как на второй перине. Фрейлина вскрикнула, вскочила и выбежала из комнаты.

Иногда Катерине казалось, что из секретера идет лунный свет. Особенно он хорошо был виден длинными, зимними ночами. Свет сапфира ее не пугал, в нем была некая таинственность. Она зажигала свечи в канделябре и писала стихи под сияние сапфира. В такие минуты она открывала шкатулку, и наслаждалась красотой камня, и засыпала от странной усталости.

Окна светлицы выходили на набережную реки. Вид из окна был замечательный: волны плескались в гранит набережной и ночью славно убаюкивали. Если ветер дул с реки, то в комнате становилось немного прохладно.

Мраморный дворец был так велик и красив, что у Катерины не было необходимости, выходить из него. Да фрейлинам и не разрешали отлучаться из дворца. Летний сад был летней радостью фрейлин, иногда их отпускали туда гулять. Прогулки были редкие, но радость доставляли фрейлинам большую.

Родители редко навещали дочь, такое условие ставила царица. Как бы хорошо фрейлины не отгораживались от внешнего мира, но жизнь сама приходила во дворец. Катерина однажды увидела великолепного офицера в форме улана.

Ой, эта форма улана с высоким головным убором, и белой лентой через плечо, делала офицера еще выше и привлекательнее для молодой девушки. Серые глаза улана стали ее преследовать в мечтах днем и ночью.

Дворянин Олег служил в легкой кавалерии. Встречи Катерины и Олега были необыкновенно короткими, или им так казалось, и потому полностью запоминающимися. Оба они были на службе царя и отечества.

Большую радость им принесла встреча на балу, куда улан попал за воинские заслуги. Катерина расцветала от серого взгляда своего героя сердца. Как прекрасно скользить по великолепному паркету дворца с любимым уланом!

Жизнь в такие минуты казалась великолепной.

Она знала, что жизнь во дворце полна скрытой опасности, здесь нельзя было лишнего говорить, нельзя было осуждать действия царицы.

Для того чтобы выжить во дворце, надо было хитрить, льстить царице через любые уши, чьи языки немедленно все доносили к ушам царицы. Превратности судьбы во дворце можно было понять в полной мере.

Катерина смирилась со своей участью, и решила дождаться свободной жизни после службы в Мраморном дворце.

То, что ее могут подставить любому человеку по приказу царицы, она уже хорошо усвоила. Хуже могло быть то, если сам царь или фаворит царицы обратит на нее свое внимание. Катерина от горничной, убирающей в ее комнате, знала, что в таких случаях фрейлины не выживают. Им протягивают с улыбкой бокал с напитком, и после этого их уже никто не видит.

Царица ревнива для своего же блага и для благо всей страны. Готовить яды ее научила бабка, которая была у Королевы незадолго до жуткой ночи.

Бабка царицы приезжала на свадьбу принца Наварры, да и почерпнула опыт правления от самой Королевы. Хитрость и яд, вот две составляющие ее правления, а сыны у нее были больны.

Кровь шла из их пор, а мать правила за их спиной. Эти рассказы впитала царица от своей бабушки и не уступала власти во дворце, хоть на троне сидел ее муж, царь. Фрейлины выполняли все ее требования. Послы знали, кто темный во дворце и оказывали царице все необходимые почести.

И все же не избежала Катерина тяжелой участи красавицы. Посол рассказал самому царю о несостоявшейся любви с фрейлиной Катериной. Царь очень заинтересовался его рассказом. Ему захотелось быть первым, пока царица фрейлину Катерину кому-нибудь не подсунула. Сам царь явился к фрейлине.

Катерина невольно открыла царю дверь, и ощутила холодок ужаса от своей участи. Страх сковал ее, но не впустить царя, она не могла.

Царь был навеселе, море ему было по колено. Он весело заговорил с фрейлиной. Та потихоньку втянулась в разговор. Ласковые движения царя она не смела оттолкнуть. Царь был мастер любви без любви. Нежность его рук заменяла любую любовь.

Он вкрадчиво довел Катерину до абсолютного понимания важности момента, когда она сама была готова кинуться в объятия царя.

Она сняла с себя платье и помогла царю раздеться. Любовь с царем так поглотила фрейлину, что она обо всем на свете просто забыла. Царь ушел, а фрейлина ждала мести царицы. Вскоре Катерина поняла, что она от царя ставится тяжелее день ото дня. Решила фрейлина выйти замуж за улана Олега, но того отправили в действующую армию по приказу царя и отечества.

Много лет фрейлины у царицы не служили, поэтому их состав постоянно менялся. Катерине пришлось покинуть престижную службу при дворе ее Величества.

За службу она получила титул графини и деревню Медный ковш. Родители Катерины к этому времени переехали в Северную столицу, жили в каменном трехэтажном доме, рядом с Невским проспектом.

К родителям и переехала из Мраморного дворца молодая графиня в интересном положении.

Душа Катерины дышала свободой передвижения, свободой выбора наряда. Теперь она могла менять свои платья! Фрейлины ходили похожие друг на друга своими дворцовыми нарядами, как уланы в форме. Катерина с маменькой пошла в магазин «Гостиный двор», выбирать ткани и ленты.

Ей покупали все, что она скромно просила.

Катерина стала писать стихи, чем не очень обрадовала своих родителей, но они так были рады возвращению дочери, что прощали ей все!

Она стала посещать вечера поэтов, читала на вечерах свои стихи, но женщин похвалой редко баловали, и ей стало скучно от несправедливости. Она углубилась в домашние дела и писала в стол, если очень хотелось писать стихи.

Иногда Катерина посещала балы, но достаточно скромные, и не в Мраморном дворце.

Ходила она в театр с маменькой. Жизнь была спокойная и налаженная. Катерина читала газеты и книги. Родители пытались найти ей жениха, но она всех отвергала, что совсем не мешало продолжать быть красивой, цветущей девушкой.

Беременность исподволь нарастала. Скрытые сроки быстро проходили. Катерину приметил барин Олег Тимофеевич, живший по соседству. У него было имение и ни одно. За счет деревенских доходов он спокойно жил в столице, не имея вредных привычек.

Пара они хорошая. Родители стали улыбаться соседу, им уже снились будущие внуки…

В Северную столицу не ко времени явился улан Олег. Барин Олег Тимофеевич пришел в состояние отчаянья. Олег явился с войны нервным и раненым, недовольным всем на этой земле.

Родители Катерины от беспокойства не знали, что и делать. Но Олег случайно встретил женщину на проспекте, и зачастил к ней, в дом весьма странный для приличных людей. Катерина нервно переживала изменения, произошедшие с Олегом.

Между ними, как будто прошел луч света желтого сапфира, так показалось ей. Отношения у них стали прохладные. Она поняла женским своим чутьем, что сейчас ей лучше выйти замуж. Родители постоянно намекали Катерине об Олеге Тимофеевиче.

Барин Олег Тимофеевич вздохнул свободно, когда понял, что девушка к нему стала хорошо относиться, и предложил Катерине выйти замуж. Она согласилась. Свадьба прошла прилично, с хорошим вкусом. Вскоре по обоюдному согласию новых родственников, в одной стене прорубили дверь и две квартиры соединились.

Осеннее серое небо сменилось морозным ясным небосклоном. Редкие перистые облака не мешали солнцу освещать первый лед на водоемах города. Народ и господа с удовольствием меняли сюртуки с накидками на шубы и кожухи, если они были.

Длинные юбки раскачивались под меховыми жакетами. Меха распространяли запах нюхательного табака, которым пересыпали одежду против моли. Нюхательный табак держали в табакерках, считалось высшим шиком нюхать табак и чихать для здоровья. Из труб домов вились струйки дыма.

По проспекту катили кареты и конки.

В морозное утро родила Катерина мальчика Илью. Олег Тимофеевич был несказанно рад наследнику. Сын царя так и не узнал, кто его настоящий отец. Для ребенка приготовили детскую комнату, в которой весела колыбелька, прикрепленная к потолку.

Родители мальчика воспитывали его по всем правилам, и рано стали учить читать. Лет через пять Бог послал им девочку Машу.

Катерина гуляла с детьми сама. Ей нравилось воспитывать детей. Дома ей помогали родители и прислуга из деревни, но воспитание детей она не доверяла никому, пока они были маленькие.

Олег Тимофеевич мечтал, что Илья станет юристом. И мальчик оправдал его надежды. Он хорошо учился и поступил на юридический факультет университета. Олег и Катерина были спокойной супружеской парой, без больших потребностей и затрат. Все у них ладилось. Их деревни процветали.

И урожаи были хорошими. Родители Олега и Катерины жили долго, и были достаточно тактичными, чтобы не мешать им, а только помогать. Илья и Маша росли под присмотром родителей, дедушек, бабушек и слуг.

Все хорошее иногда резко меняется. Умерли один за другим родители Олега и Катерины.

Их усадьбы остались без присмотра. И сразу доходы с деревень стали меньше, а расходы в Северной столице возрастали очень быстро, и быстро росли дети. Пришлось барину Олегу Тимофеевичу ехать по деревням и наводить в них относительный порядок.

Заболел он от непривычной работы и умер в одной из деревень под названием Медный ковш, не доехав до Северной столицы.

Катерина попыталась установить связь с деревнями. Деревни все меньше приносили средств к ее существованию.

Оставить детей на слуг она долго не решалась, но пришлось. Приехав в деревню Медный ковш, она поняла, что в городе им больше не жить, придется вести деревенский образ жизни. Она решила забрать дочь к себе и высылать деньги на учебу сына. Так она и поступила. Дверь между квартирами в доме замуровали. Одну квартиру сдали в аренду. Дома требовали ремонта и не очень дорого стоили.

На некоторое время Катерина наладила деревенский быт. Однажды она посмотрела на желтый сапфир и ей показалась, что он не доволен ее жизнью. Или сапфиру не нравилась жизнь в деревне.

Иногда сияние камня она воспринимала как живой отклик на свои беды. Как могла жить в деревне фрейлина царицы, дама из царской свиты? Не могла. И она вспомнила Олега. Она подумала, что если улан жив, то он ее еще любит.

Катерина назначила нового управляющего всеми деревнями и поехала в Северную столицу, прихватив с собой средства для существования в городе.

Первым делом она занялась ремонтом своего дома, потом обновила гардероб, после этого нашла Олега. Забыть первую любовь он еще не мог. Он к этому времени стал красивым и покладистым мужчиной. Жизнь его многому научила. Катерина и Олег поженились и восстановили вторую квартиру.

Дочь Катерины — Маша подросла, но мало походила на мать. Она не отличалась красотой и статностью матери, поэтому надежды на то, что она станет фрейлиной царицы — не было. Маша была похожа во всем на своего отца — Олега Тимофеевича.

У нее не было вредных привычек, но и хороших было немного. Выдали Машу замуж за такого же спокойного парня, у которого не было особых желаний. Раньше ему желания диктовала мать, теперь — Маша, если сама она не ленилась чего-либо желать.

Оба они были меланхолики.

Дети выросли, и Катерина вновь могла спокойно читать книги. Она с великим интересом прочитала книгу: «История родов русского дворянства». К дворянам Катерина себя относила, но очень хотелось найти предков в книге! Одно было жаль, что все дворяне исчислялись по мужской линии от владык из древнего рода.

И если проследить всех бояр и князей до 19 века, в котором жила Катерина, то получилось, что князья сами себя уничтожали из поколения в поколения.

Каким образом? Они с большим шиком выходили замуж и женились практически на родственниках в разных поколениях. Конечно, были и пришлые из других родов, но люди старались сохранить свой род по линии древнего рода.

Женщины, вышедшие замуж за людей из другого рода, исчезали из списков княжеских родов. Получалось, что чем дальше и больше просматривала книгу Катерина, тем все больше встречала рассказы о бесплодных мужчинах, сыновьях великих родов.

Некоторые княжеские рода сохранились, но очень чувствовалось, что история, то и дело поворачивала вспять, чтобы найти предков всемогущих в другие времена. Фамилии постоянно изменялись несколько странным образом: из кличек получались фамилия целого рода. Катерина пришла к выводу, что прямых предков из древнего рода у нее точно нет, но боковые ветви — она не исключала.

Олег не осуждал пристрастие Катерины к книгам, он знал одно, если жена читает, значит в доме тихо. И ему было с ней покойно. Они жили довольно хорошо. Своих детей у Олега не было.

Дочь Маша удивила своих родственников тем, что уехала жить в деревню, в имение своей матери. С Машей уехал ее муж Антон Иванович. На прощание Катерина подарила Маше — сапфир «Соломенная вдова».

Сын Катерины, Илья окончил университет. Он стал красивым и умным мужчиной. Внешне он напоминал Катерину.

Илью взял личным юристом граф Олег Сергеевич, который часто бывал при дворе. Дочь графа, Лизонька, влюбилась в статного сероглазого Илью. Сам граф был не против замужества дочери.

Он прекрасно понимал, что сохранить и пополнить накопленные предками богатства может вот такой Илья — трудолюбивый и порядочный человек. И еще Илья внешне напоминал царя…

Любовь молодой графини носила вспыльчивый характер. Все ее дома звали Лизонька. Она была летающим, порхающим мотыльком. Ее ручки парили над клавишами рояля. Ее юбки летали по большому дворцу графа. Тоненькая и легкая, изящная и красивая девушка обволакивала своими флюидами благородного Илью. Он рядом с ней казался еще более высоким и крепким мужчиной.

Лизонька имела ярко выраженный темперамент. Живая и подвижная девушка. Долго она не сердилась. Много не переживала. В жизни у нее все было, в смысле дохода и благосостояния.

Свадьбу Лизонька попросила сделать пышную, но без большого количества людей. Собрали целый санный поезд и с колокольчиками объехали все центральные улицы Северной столицы.

Соболиная шуба с горностаевым воротником, прекрасно сохраняла тепло Лизоньки во время поездки. Жить молодые остались во дворце графа.

Илья спокойно переносил причуды жены и хорошо вписался во дворец своего тестя. Любовь молодых диктовалась самой Лизонькой. Ее неуемным темпераментом. Но вот детей у них долго не было. Умная жена, как благородная дворянка, для защиты от беременности использовала золотое кольцо.

Илья мысленно переживал отсутствие детей, не догадываясь о золотом кольце.

Но они были молоды. Работы у него было много, так как Олег Сергеевич, отец Лизоньки, имел свои заводы в городе. Рабочие не всегда были покорны. Да и поставщики имели относительную порядочность. Маша к брату в гости не приходила.

Домой к матери Илья практически не ходил. Лизонька с Ильей общего языка не нашли. Брат все дальше отделялся от сестры.

В семье Ильи появился ребенок. Это Лизонька, наконец, решила стать матерью, и родила девочку. Илья очень рад был дочке, а та большего всего любила лазить по своему большому папе.

Мама у нее постоянно была в делах и очень часто отсутствовала дома. С ребенком сидели мамки — няньки. Лизонька вновь порхала в поисках приключений по Северной столице. Время она чаще проводила с подругами, чем с ребенком.

Внучка царя жила совсем недалеко от дворца, на Канале с золотыми сфинксами. Но царь не знал про свою внучку, и про сына, который жил практически рядом с ним, даже по меркам девятнадцатого века… Долго сказка сказывается, да быстро люди вырастают и старятся. Так и Катерина вернула свою душу в мир людей, и вернулась из длительной командировки.

Катерине опять было семь лет. Домой, в старые горы, вернулась Катерина и ее мама, в кармане у них оставалось 11 копеек. Детская радость в то время стоила четыре копейки. Ее продавала Фрося газировщица. Она стояла за металлической стойкой, под полосатой крышей из ткани. На металлическом прилавке возвышались два стеклянных цилиндра с сиропом, газированная вода без сиропа стояла 1 копейку. За одну копейку можно было купить коробок спичек, но я покупала воду с сиропом. Стаканы мылись на вертушке с фонтанчиком и переворачивались к верху дном на подносы. Вторая радость стоила девять или одиннадцать копеек, естественно это было мороженое, эскимо на палочке за 11 копеек, и молочное мороженое за 9 копеек. В стране сменили деньги. Десятилетняя Катерина поняла, что девяносто копеек старыми монетами, это девять копеек новыми, или три по три копейки старыми. Девчонки жалели об одном, что не накопили желтых монет, а то были бы богаче в десять раз. У Катерины было еще одно удовольствие за восемь копеек, это пакетик прессованного какао с сахаром.

В длинном кирпичном доме у семьи Катерины была комната в пятнадцать метров на пятерых на третьем этаже. Вскоре семье Катерины дали квартиру на три порядка хуже, чем семье Танечки. Хотя состав семьи у них был одинаковый.

Катерине дали двух комнатную квартиру в двухэтажном доме без батарей центрального отопления. В площади они выиграли в удобствах — потеряли.

Дом был деревянный, штукатуренный. Здесь появился первый телевизор. В квартиру Катерины приходили соседи и смотрели дружно на маленький экран. Катерина к этому времени училась в пятом классе. Недалеко от двухэтажных домов построили новый микрорайон из пятиэтажных домов. В них жили счастливые люди, но учились дети в одной школе, расположенной в этом новом микрорайоне. Микрорайон примыкал к красным казармам.

Свою вторую квартиру Катерина хорошо помнит без подсказок. У них была двухкомнатная квартира с печным отоплением. В большой комнате стоял диван, на полочке дивана стояли семь слоников из слоновой кости. Висела картина на стене, на которой медведи ходили по сломанному дереву. Стоял на тумбочке из дуба один из первых телевизоров. Все соседи к ним ходили смотреть телевизор.

Дом был двухэтажный из восьми квартир. В комнате Катерины стояла печь, такая большая, что скорее была частью стены, но со своим углом, который и заходил в комнату, говоря, что этот угол — печь. Печь топили в прихожей, поэтому печь со стороны комнаты была просто теплой. На полу у печи, постоянно грелась черепаха, ее притягивало тепло печи. Погревшись у печи, черепаха ползала по комнате.

Кушать она любила прохладные, капустные листья. Сидела черепаха у печи и грызла капустные листья. Если подача еды задерживалась, черепаха заползала на коврик у постели. Так черепаха говорила, что она хочет кушать. Катерина просыпалась, опускала ноги… и быстро их поднимала, чтобы не наступить на свою маленькую подружку. Потом брала черепашку в руки, вертела ее в руках, рассматривала удивительные глазки животного и панцирь; и приносила корм для черепахи. Это была печная черепаха. Мебель в комнате была с высокими ножками: кровать, стол. Черепашку было видно в любом месте комнаты, а шкаф был так близко расположен от пола, что черепаха под него не заползала.

Черепаху Катерина находила быстро.

Первый рабочий день у Катерины был лет в двенадцать лет, тогда открылся дом Моды. Нужны были модели. Школа от дома Моды находилась через дорогу. В школу пришли две женщины и стали осматривать девушек от 12 и старше. Выбрали Катерину. Она и пришла в дом Моды, где ее научили ходить по подиуму. На нее стали шить брюки, юбки, куртки. Она стояла, а ее обкалывают тканями и обкалывали иголками. По природе своей она не манекен. Долго это не могло продолжаться. Пришло время платить ей деньги, а она их не могла взять. Не могла Катерина взять деньги и все!!! И она ушла из дома Моды. Пришли к ней домой, принесли деньги. На деньги она купила: ласты, маску, трубку. Долго ласты ей служили, а нырять она так и не любила.

Однажды к Катерине подошел рыжий мальчик и сказал:

— Катерина, ты хочешь быть диктором на радио?

Почему нет. Поехали на прослушивание. Она прочитала текст. К ней все сбежались: очень понравилось.

Говорят:

— Прочти еще раз.

Прочитала. Все разбежались. Все, как с модой — дубли не ее стихия.

Как-то в мае Катерина минут за двадцать решила контрольную по математике за четвертый класс, и ее отпустили с урока на улицу. Весна трепетала свежими листочками. Школа была одноэтажная, сюда временно перевели несколько классов из старой школы. Но больше всего в этой школе она запомнила полет первого космонавта, это было за месяц до этой контрольной работы. Шел урок русского языка, уроки прервали, из всех классов школьники выбежали в коридор с возгласами: в космосе человек!

С пятого класса Катерина училась в новой школе. Она придумывала газеты на одном листе из школьной тетрадки. Дверь называлась — Арка Инессы 1. С одноклассницей они рисовали первые газеты на ватмане. Катерина написала первые стихотворные строчки под каждой картинкой. Вокруг школы весной посадили первые деревья, школа новая. Рядом со школой находился гастроном в пятиэтажном доме. Очередь за соевыми батончиками вошла в перечень получения детской радости.

Катерина жила в двухэтажном доме. Деревянный дом с печным отоплением. На первом этаже жила подруга по дому — Валентина. В доме Валентины любили делать одно картофельное блюдо: отварной картофель укладывали на большую сковороду и обжаривали. На кухне готовили на печке с чугунными кругами. Топили углем печь в квартире и печь на кухне, на которой готовили еду. Рядом с печкой всегда стояла метла и кочерга.

В соседнем двухэтажном доме жили остальные подружки. Любимая игра во дворе — садовник, она проходила на лавочке против соседнего дома. За лавочкой стоял стол для настольного тенниса, он редко пустовал. Волейбол — игра общая для всего двора. Двор ограничивал третий дом. Третий дом, от дома снесли и построили кирпичный, двухэтажный. В нем поселилась семья из столицы. Они летом ходили в шлепках. Эту обувь прозвали — москвичками. Первые враги появились просто: Катерина нарисовала всех подруг, и они со мной после рисунков полгода не разговаривали. А красиво она их нарисовала! В пышных юбках, по моде начала шестидесятых годов.

Знакомство с фантастикой было простым.

В квартире Валентины стояла этажерка, на этажерке стояли редкие тогда книги — Ж. Верна. В этой квартире Катерина впервые увидела и запомнила глазунью.

Баня была святым местом раз в неделю для Катерины и ее мамы. Шампуня в то время не было, а было хозяйственное мыло и длинные волосы. В баню стояли длинные очереди. В конце моечного процесса мама выливала Катерине на голову тазик с прохладной водой, со словами: «С гуся вода, с Катерины прочь худоба».

Дома на кухне, в углу — висела икона. Сквозь желтую медь был виден лик, изображенный красками на дереве. Икона при переезде исчезла. В школе проводили ЧВС — час веселых состязаний, предвестник КВН.

Валентина однажды предложила:

— Катерина, пошли в танцевальный кружок, в ДК. Я скажу, что ты уже танцевала.

Пришла. Танцевала. Дошла до выступлений на концертах, выступила в двух, и все. В школе был набор в секцию волейбола. Играла Катерина, тренировалась, дошла до соревнований между школами. Получила прозвище: злой капитан. Ездила в пионерский лагерь. Ей было тогда лет 12–13. Играла в настольный теннис. Лучший теннисист лагеря был к ней не равнодушен. Довольно быстро она освоила премудрости игры. И они вдвоем у всех выигрывали, и больше всех играли. Это не все.

 

Глава 4

С девчонками Катерина играла в мушкетеров. Свои длинные волосы она на конце связывала лентой и подворачивала, так получалась прическа мушкетера, и не меньше.

Ее отправляли на олимпиады, но и их она решала: хорошо, т. е. первые места мне улыбались. Во дворе своего дома, на улице дети играли: в садовника, в теннис, в волейбол, в театр. В новой школе писали ручками со стальными перьями и макали их в чернильницы.

Катерина была высокой, стройной и играла в волейбол. В третьем классе она танцевала в дружном коллективе дома культуры, но танцы ее надолго не задержали. У нее были длинные, роскошные волосы, которые она заплетала в косы и закручивала их так, чтобы они казались меньше. Шампуней в то время не было, я мыла голову мылом в бане. Баня — прекрасное заведение с постоянной очередью находилась в районе дома культуры. Недалеко от бани построили дом моды, куда Катерину взяли в шестом классе в качестве модели. На нее шили юбки, брюки и учили ходить по подиуму.

Одежду и обувь несколько раз Катерине покупал отец. Он выбирал красивые вещи и туфли. К ее тринадцати годам отцу хуже горькой редьки надоело топить печи в квартире на втором этаже, и он уехал в Северный Казахстан один. А Катерина и ее мама продолжали получать крупы и белый хлеб по списку…

Колдун Федор продолжал разработку темы о двух сундуках дамы Недр. Он прекрасно знал, что один сундук с самоцветами, собранный людьми хана и содержащий радиоактивный элемент, был роздан в качестве сувениров. Первый сундук нес в себе отрицательно заряженные элементы.

Судьбу желтого сапфира «Соломенная вдова» он представлял, и знал, что самоцвет оправдал свое название. Теперь ему хотелось найти сундук с положительным набором самоцветов.

Для дальнейших экспериментов колдуну Федору необходимо было дождаться рождения очередной героини для Катерины. Он прослеживал жизни людей, заложенные в компьютерную систему канцелярии перемещений. Катерину нужно было послать в нужное время, в определенное место на Земле.

Душа Катерины, и душа ее героини среди людей должны были бы совместиться без особого дискомфорта. Трудность была в том, что героиня меняла место жизни, но он нашел способ преодолеть сие препятствие.

На этот раз Катерину не похищали с кафельного двора. Она была уже признанной дамой, способной воспринимать задания без юношеского максимализма, и еще молодой, чтобы войти в душу молодой девушки. Пересылка Катерины и ее компании производилась как обычно с летающей тарелки, размеры которой для людей были столь малы, что ее можно было принять за воздушный шарик, но не за летающее средство. Летающая тарелка зависла над нужным объектом, десант фей и эльфов опустился на землю, чтобы встретиться в образе обычных людей.

Прошло пятьсот лет с тех пор, как были собраны сундуки с самоцветами. Осень полыхала в последней фазе золотистого оперения. Катерина сидела у окна. Мысли девушки полетали над осенней природой. В жизни бывают чистые и солнечные дни, а потом происходят события грустные, как дождливый день, или здоровье подцепит где-нибудь осенний вирус.

Вероятно, в такую звездную осень Дама недр и встретила героя, влюбленного в самоцветы. Создавать красивые изделия из драгоценного камня было делом мастера по обработке самоцветов.

Сейчас любое украшение создали бы с помощью специального инструмента, который бы кружился над камнем с приличной скоростью и жужжал бы сильнее мухи. Что за мысли в голове девушки?

Ой, что за странная женщина появилась из золотистого лесного мира, — подумала вновь Катерина, посмотрев очередной раз в окно, на ускользающую осень. Как будто, кто ее заставил в это время выглянуть в окно.

Стройная женщина без возраста в темно-зеленой накидке шла от леса к дому. Скажи кому — не поверят, но Катерина была уверена в том, что незнакомка шла к ней.

— Здравствуй, милая Катерина! — сказала старая дама. — Не удивляйся, что я знаю твое имя. Ты мне привиделась в камнях самоцветных. Они мне все рассказали о тебе. Не удивляйся, милая, я — твоя прабабушка. И не просто прапрабабушка Я — Дама недр.

— Здравствуй, бабушка! Я узнала тебя. Мне сердце подсказало!

— Вот и славно!

— Бабушка, а ты можешь у нас остаться жить?

— Милая, но у тебя совсем нет камней самоцветов, а я без них не смогу долго жить!

— Да, у меня есть только разноцветные листья в лесу и, то только осенью!

— Родная, не волнуйся, все у тебя будет.

Дама недр подошла к окну и сделала властный знак рукой. Из леса немедленно показались два гнома в зеленых куртках. Они несли сундук за ручки.

— Катерина, это твое наследство! Я рада, что могу отдать тебе каменья самоцветные!

Два невысоких человека открыли сундук и исчезли за дверью, а потом и в лесу. Камни самоцветные играли всеми цветами радуги, сияние от них исходило волшебное! О, это было чудесно!

Дама недр была рада предложению внучки остаться в доме. Но ей было достаточно поездки на зеленой машине с гномами в зеленых курточках.

Другим видом транспорта сундук с самоцветами Медных гор к Катерине трудно было привезти. Старая дама умела туманить взгляды и мысли, и те, кто ее встречал по дороге, теряли на время память и ощущение времени и реальности. Она была счастлива, что передала своей правнучке сундук с самоцветами.

В Медных горах постоянно появлялись туристы и геологи. Вытащили они на свет божий все, что можно добыть в недрах гор.

Чувство долга хранило Даму недр для дела доброго. Одно ее не устраивало, что Катерина не сможет быть новой Дамой недр, и жить там, где так долго жили, сменяя друг друга Дамы недр.

Она решила немного пожить в доме правнучки, поскольку она не любила менять свой образ жизни, и готова была уехать в затерянное царство в старых Медных горах. Машина, точнее микроавтобус ее ждал в лесу. Лес все больше терял листву, и ее все больше тянуло в родные места. Днем она сидела дома, смотрела телевизор, и грустила. Вечером появлялась сама Катерина. Становилось веселее.

Взяла Катерина из сундука яхонт лазоревый с двенадцатью лучами, и пошла в книжный магазин. День был теплый, солнечный. В автобус садиться ей не хотелось. Шла девушка быстро. Дорога ей была хорошо знакома. Шла она и вертела в руках камешек лазоревый, и мечтала о красивом парне. И он появился рядом.

Ой! А не камень, ли самоцветный его к ней приставил?

Парень остановился. Остановилась и девушка. Они посмотрели друг другу в глаза. И пошли дальше вместе. Путь не запомнился.

Они разговаривали и смотрели друг на друга. Пошел дождь. Листва полетела с деревьев. Им пришлось разойтись по домам.

— Бабушка, я познакомилась с чудесным парнем, — закричала девушка с порога! — Катерина, и покрутила камень самоцветный, яхонт лазоревый. И он оказался рядом со мной!

— Правильно, внучка! Есть в яхонте сила необыкновенная, исполняет он желания тех, кто обладает этим драгоценным камнем.

— Бабушка, а когда ты пришла, я думала о тебе. Но у меня в руках яхонта не было.

— Эх, Катерина, яхонт всегда был у тебя дома.

— Бабушка, скажи, где яхонт лазоревый в моем доме?

— Яхонт лежит в этой комнате. Он спрятан в шкатулку, выполненную под книгу, но ты книгу — шкатулку в руки не брала.

— Бабушка, все книги не прочитаешь.

— А ты посмотри в шкаф книжный и увидишь книгу — шкатулку.

Катерина внимательно посмотрела в шкаф. Да, книги дома она не перечитывала, она читала новые книги из магазина, а старые книги дома еще не смотрела и не читала. Внимание остановилось на очень старом переплете. Она взяла книгу — это оказалась шкатулка.

Открыла Катерина книгу, а в ней лежала еще одна шкатулка. Открыла она шкатулку, а в ней яхонт лазоревый красоты невиданной!

— Бабушка, я нашла яхонт!

— Да, внучка, это мой камень. Не теряй его. Теперь у тебя много камней, но перед людьми не хвастай камнями. Береги их. Найдется мастер — отдай в работу три камня, но не больше.

Дама недр, в сопровождении двух гномов в зеленых куртках, исчезла в проеме двери, а потом и в лесу с редкой листвой. Вслед за Дамой недр перед Катериной появился колдун Федор вместе с Олегом. Они зашли в комнату.

— Катерина, прощения не прошу. Сам не знал, что нам придется пройти сквозь пятьсот лет, но и это не все. Мы в летающей тарелке притормозили, и лет на сорок отстали от своего времени. Не сразу я понял, что резистор времени не довел до конца на пульте управления.

— Федор, а, как вы объясните то, что мы прыгали галопом по Европе в поясках камней из сундука?

— Вот, родная моя, ты все правильно поняла. Мы будем теперь искать второй сундук. Сундук один был радиоактивный, если ты это поняла, из него и был взят сапфир «Соломенная вдова». Нам надо найти нормальный сундук.

— А что его искать? Он у меня дома, его дама Недр принесла.

— Катерина, ты уверена в том, что сундук у тебя дома?

— Абсолютно! Я сундук открывала и взяла синий сапфир.

— Открой сейчас.

Катерина подошла к нише, в которой она оставила сундук дамы Недр, прикрытый небольшим ковриком. Но под ковриком оказалась скамейка на низких ножках.

— Девушка, ты в своем уме? Какая дама Недр могла сюда прийти, если прошло пятьсот лет?

— А почему нет? Мы с тобой за эти столетия очень даже сроднились.

— Без личных отношений! Мы на работе! Что было давно, то неправда! Правда, в том, что нет сундука! Короче, мы сейчас находимся лет на пятьдесят в прошлом. Тебе, как всегда лет шестнадцать — восемнадцать, действуй.

— А Олег?

Вопрос Катерины повис в степном воздухе…

Прошло время, лет двести — триста. Однажды приехали люди на подводах медь добывать да и наткнулись на сундук, который гномы забросали землей, а рядом скелеты лежали слуг хана Кареглазого.

Взяли люди сундук и вынесли его на волю, про то царице в Северную столицу немедленно сообщили.

Царица приказала доставить ей сундук, но часть камней по дороге сгинули вместе с людьми. Не без этого. Не знала она, не ведала, что нельзя самоцветы эти раздавать, нельзя на них смотреть долго.

Умерла царица от сияния камней. На смену царице царь пришел. Знал он про несчастье с царицей, поэтому держал у себя в покоях сундук закрытым. Позвал царь к себе гадалку и спросил, в чем сила камней. Та была выдумщица большая, но и предвидела немало.

Сказала гадалка, что камни обладают огромной энергией непонятной ей самой, и лучше из палат царя их убрать. Послушался царь гадалку. Убрали самоцветы от царя. Велел он из них украшения смастерить, чтобы красивые были и все разные, и на вкус разный.

Задумал царь раздарить с пользой для себя и своего отечества все самоцветы. Ювелиры, кто украшения те делал, умирали чаще других ювелиров. А сделали из тех каменьев украшения для послов, решили их раздарить на праздниках, ассамблеях.

Одно украшение, выполненное из желтого сапфира, сам царь назвал «Соломенная вдова».

Бабушка Катерины, Варвара, росла красивой, статной, сероглазой девушкой, с большой русой косой, в вверху косы красовался атласный бант. С 14 лет к ней засылали сватов.

К своей бабушке девушка всего один раз и ездила на берега Невы. Бабушка осталась довольна внучкой и очень жалела, что та живет в деревне, но мама Варвары, ехать в город отказывалась.

Отец Варвары, Антон Иванович, в деревне преобразился. Здесь никто его не считал увальнем, как в городе. Здесь его почитали умным и сильным мужчиной. В деревне Соломинка он был на своем месте. Чаще всего Антона Ивановича можно было видеть в кузнеце.

Нравилось ему работать тяжелым молотом. Кузнецом он был отменным. В деревне при нем народ стал строить добротные избы.

Построили на всех хорошую мельницу. Антон Иванович для всех деревенских жителей был отцом родным. Марья в минуты грусти доставала подарок матери — сапфир «Соломенная вдова». Сапфир не очень любил жизнь в деревне, но одобрял действия Антона Ивановича, и покорно сносил грустные взгляды Марьи.

Сапфир лежал в своем золотом обрамлении и грустил вместе с хозяйкой.

В деревне произошло трагическое событие. Одна непокорная лошадь так лягнула Антона Ивановича, когда ее подковывали, что он слег и вскоре умер. Марья онемела от горя и практически сама не передвигалась. Варвара хлопотала вокруг матери.

Марья торжественно, насколько это было возможно в ее ситуации, передала сапфир «Соломенная вдова» — Варваре Олеговне, и умерла. Девушке было лет 15. На память от матери у нее остался сапфир, но дочь считала его маминой безделушкой, и засунула его за печку.

Без сапфира она себя лучше чувствовала, он мистически плохо на нее действовал, он ей мешал своим желтым глазом. Одним словом не сроднились: сапфир и Варвара.

Варвара осталась одна. Грустное состояние от потери отца и матери она переносила с большим трудом.

Рядом с деревней рос лес. Робость ей была неизвестна, она родилась рядом с лесом. Варвара стала ходить в лес за земляникой, за малиной, за грибами. Подруги ее мало занимали, она предпочитала одиночество в лесу. Вместо ружья, она брала с собой легкий лук и стрелы.

Отец по ее просьбе сделал наконечники для стрел. Лук для нее согнул мастер, который хорошо знал свойства дерева, но чаще для людей он плел корзины. Варвара хорошо стреляла по мелкой цели.

Убить медведя из лука она не надеялась, а для самоуспокоения он ей был нужен. Из лука Варвара могла подстрелить утку на лету.

Друг у девушки объявился самый неожиданный — лось. Это дивное животное с ветвистыми рогами всегда выходило на тропу, когда Варвара шла в лес. Первый раз Варвара испугалась лося и повернула назад к дому. Лось остановился и стал бить копытом по земле, словно просил: вернись, не уходи.

Варвара остановилась, повернулась к лосю и подошла к нему, словно, он был простой лошадью. С лошадьми Варвара умела обращаться, но предпочитала ходить пешком, а не скакать на лошади. А лось? Варвара не знала, что можно ожидать от лося.

В котомке у нее лежала краюха хлеба. Она отломила половину хлеба и протянула лосю. Лось огромными, мягкими губами забрал хлеб с ладошки Варвары.

Варвара стала с ним разговаривать, а потом сказала простую фразу:

— Лось, идем со мной.

И лось пошел с ней рядом. Варвара потрепала его по холке. Лось помотал головой. Варвара ничего не собрала в этот день, но у нее стало спокойно на душе. Она погуляла немного с лосем, с этим стройным и гордым животным из лесного мира. И опять сказала:

— Лось, идем домой.

Лось повернулся и пошел провожать ее домой. Когда сквозь деревья стали просвечивать избы, лось остановился. Варвара его поняла и сказала:

— Лось, иди в лес. Мы еще встретимся.

Лось послушно пошел в лес. Еще несколько раз лось встречал в лесу Варвару.

Встречи Варвары с лосем заметил Андрей, сын управляющего, которого когда-то назначила бабка Варвары. Андрей спросил:

— Варвара, что за дружба у тебя с диким лосем?

— Не знаю, но лось меня ждет постоянно на тропе, когда иду в лес.

— Ты его прикормила хлебом?

— Да.

— Варвара, дружба с лосем — это интересно, а ты не боишься? А лук, зачем носишь с собой?

— Мне нравиться попадать в цель.

— Варвара, выходи за меня замуж! Я понимаю, тебе трудно жить одной.

— Давай поженимся, но через год.

Варвара вышла замуж за красавца Андрея, но его вскоре призвали в действующую армию на первую мировую войну. Вернулся он совсем больным человеком, и все же у них родилась дочка Маша, когда Варваре исполнилось 25 лет. Андрей умер, когда Маше исполнилось всего полгода…

Через шесть месяцев после смерти Андрея, Варвара Антоновна вышла замуж второй раз, за вдового мужчину, Артема Ивановича, у него от жены остался сын — Митя. Жизнь Варвары становилась все беднее и труднее. Артем Иванович и Варвара решили поехать в Сибирь, поискать счастье. Остановились они в какой-то деревне, поставили домик с крышей над головой.

Артем Иванович познакомился с политическим ссыльным, помогал ему, чем мог. Ссыльный был грамотный, он и стал учить грамоте Дмитрия, а Машу учить мать не разрешала. Машу, соседи подкармливали ржаным хлебом с молоком, и это было очень вкусно, шло за лакомство.

В Сибири калачики на деревьях не росли, счастье не улыбалось, а холод был жесткий.

Родители Маши решили вернуться на родину, в родную деревню, где им помогли родные, и они остались в деревне. Артем Иванович работал портным, ездил с женой по селам. Они вместе шили одежду тому, кто пригласит, за работу получали кто, что даст, в основном продуктами. Так они содержали и кормили семью.

У них была швейная машинка.

Варвара помогала мужу шить одежду, но вручную. Варвара умела шить руками, как швейная машинка, такие ровные у нее получались стежки. Во время налета странных людей в униформе машинку у семьи конфисковали. Варвара стала работать поваром и кормила комбайнеров. Артем Иванович умер.

Варвара осталась одна с детьми: Володей и Мишей, им помогала Маша, которая в это время уже работала по партийной линии. Митя учился, женился, но неудачно, работал в городском финансовом отделе бухгалтером, позднее преподавателем, погиб на фронте.

Прожила баба Варя 90 лет, и умерла от остановки сердца в 1972 году. Ни разу не была она у врача. Все зубы сами выпали. Все дети родились вне больницы. В 80 лет ей сделали единственную операцию. После выписки она сама выбежала на крыльцо больницы. Лекарства не пила. С кофе не познакомилась. Читать не научилась. Умела заговаривать нарывы. Умела не конфликтовать с окружающими. Единственное лекарство: камфара, разведенная в водке. Глоток этой жидкости и все проблемы со здоровьем были решены. Пережив много войн и голодовок, одной из любимых блюд было: кипяток, сухари, лук, соль…

Мама Катерины без отца места себе не находила, она раздала вещи, остальные сложила в контейнер. Катерина, ее мама и брат поехали к отцу. У девушки была длинная прекрасная коса из русых волос, с которой она и покинула Древние горы навсегда.

Отец снял две комнаты в маленьком деревянном домике на последней улице от степи. Ветер, солнце и отсутствие дождя резко отличало степной климат от уральского климата. Катерина еще немного подросла и стала похожа на взрослую девушку. В маленьких магазинах можно было свободно купить белый хлеб, джем и сыр, все то, что не продавали там, где Катерина покоряла подиум красоты. Сейчас она понимает, что все было правильно и хлеб для фигуры вреден, но этого не понимали мама и бабушка, прошедшие через военный голод. Им хотелось белого хлеба и котлет.

Катерина занималась спортом, и еда не могла до поры до времени испортить ее фигуру. Ей купили коньки Ножи, в честь землячки, олимпийской чемпионки. Зимние вечера Катерина проводила на катке. У отца был сад, в котором кроме яблонь, груш, слив смородины, и ранеток всегда росли цветы тигровые лилии.

До сада ездили на электричке до остановки «Роза». В памяти остались ранетки необыкновенного вкуса и сланцевые яблони. Дачу продали и поехали на море. Черешня, камни на пляже, портреты пионеров — героев. Концерты лилипутов. Божественный вечерний вид на море. Блины на пляже. Бублики. Закрытый музей картин Айвазовского. Это было замечательно!

У Катерины нет обиды на прекрасное время детства на Южном Урале, на великолепное время моей юности в Северном Казахстане. Все было так, как было, а ее родители делали все, чтобы у нее было то, что у нее было.

…Лень писать и не хочется записывать мысли, которые постоянно появляются, и исчезают не записанными…

Катерина почувствовала, что ее волшебная энергия — иссякла, наступила обычная жизнь. Она вспомнила лето, проведенное не в деревне, а на берегу озера.

На берегу прозрачного озера, расположенного среди невысоких гор, находился лагерь для детей и подростков. Катерина сидела на песке с волейбольным мячом под ярким солнцем, ей было лет четырнадцать.

Стройная и высокая девушка с роскошной светлой косой до пояса из второго отряда притягивала взгляд одного из парней первого отряда. Кто-то умный из руководителей лагеря составил первый отряд — из одних парней, а второй — из девушек, младшие отряды были смешанными.

Никто из девчонок не хотел с Катериной играть в пляжный волейбол, а она не могла жить без волейбола, ей становилось скучно. И она, скучая без любимых движений, смотрела на ленивые волны чистого озера.

От первого отряда отделился Антон, и подошел к Катерине:

— Поиграем вдвоем, — предложил парень с почти белыми ресницами, и светлыми волосами.

— Поиграем, — обрадовалась девушка и вскочила на ноги. — Вдвоем, если дадут.

Они встали друг против друга и стали кончиками пальцев бросать друг другу хорошо накаченный мяч. Иногда они складывали руки лодочкой, чтобы отбить нижние подачи, изредка принимая нижние мячи падали на песок.

Что за люди!

Как только девчонки увидели белобрысого парня на своей территория, сразу стали подниматься с песка и протягивать руки к мячу. Парни, заметив оживление среди девушек, медленно стали подходить к ним, круг получился большой, из желающих дотронуться до летающего мяча.

Когда круг стал таким большим, что никто из девушек, кроме Катерины не мог добросить мяч пальцами игроку напротив, то он невольно уменьшился. Девушки вышли из круга, остались парни и Катерина. Она была — счастлива, пока мяч не полетел в озеро.

Катерина не заплакала, а посмотрела на Антона, и он в мгновение око оказался в воде. Девушка вздохнула, всем хорош был парень, но у нее и у самой брови светлые. И с ней в классе учились светлые парни. Потаенная девичья мечта: она хотела парня, похожего на индейца из племени майя. Что с девчонками делают фильмы и книги об индейцах! Никто и не знает.

Антон благополучно достал мяч, и, как верный пес, принес его Катерине. Он ей понравился с первого взгляда, но со второго взгляда она понимала, что ей нужен другой парень, пусть не сейчас, когда-нибудь потом.

Нет, она любила светлых людей, но ей хотелось, чтобы у избранника брови были темнее, и волосы не белобрысые. Этого она никому и никогда не говорила, но мечтать не вредно.

За забором лагеря начинались горы, на которых рос странный, горный лук плоской формы и оглушительно звучала песня «У моря, у синего моря»… Катерине нравилось побережье озера Бай и небольшие походы вокруг него.

Катерина слишком много купалась в довольно теплом озере, и в какой-то момент почувствовала, что зубы сильно заболели, и вдобавок она потеряла голос, стала говорить каким-то фальцетом.

По возвращению из лагеря ей удалили практически здоровые два коренных зуба, чтобы не болели. Фантастика, если смотреть с вершины современной стоматологии и глупость, не имеющая границ. Иногда ей хотелось вставить на место потерянных зубов — сапфиру…

Катерина всего за несколько месяцев до лагеря, приехала вместе со своей семьей в город, расположенный недалеко от космодрома.

Отец снял две комнаты в частном доме на окраине города. Через улицу от дома начиналась бескрайняя степь. Маленький домик состоял из трех комнат и кухни без удобств.

В первой комнате жили дед и бабка, — хозяева домика. Кухня была проходной, в ней стояла печь, которую топили дровами, она и служила плитой для приготовления пищи. В большой комнате стояли огромные фикусы до потолка. Вторая смежная с ней комната была пуста. Во дворе деревянного домика отцвели тигровые лилии, их листья пожелтели.

Отцу Катерины хуже горькой редьки надоело топить печи в квартире, расположенной на втором этаже деревянного дома, где они жили раньше. Они жили в хорошем городе, и рядом с их печными домами уже вырос первый микрорайон с домами, в которых были все удобства, и среди этих домов стояла ее новая школа.

Ей все здесь нравилось, но была потаенная мечта — новый дом со всеми удобствами. Но в жизни бывает так, что мечта выкручивается в противоположную сторону.

Катерина с мамой продолжали получать крупы и белый хлеб по списку. Мама без отца места себе не находила, поэтому она раздала некоторые вещи, а остальные сложила в контейнер. И поехала Катерина с мамой в город, где жил отец.

В маленьких магазинах можно было свободно купить белый хлеб, джем и сыр, — все то, что не продавали в то время в их городе, где они раньше жили. Теперь Катерина понимает, что все было правильно и хлеб для ее фигуры вреден, но этого не понимали мама и бабушка, прошедшие через военный голод.

Им хотелось белого хлеба и котлет…

Вся семья ждала контейнер со своими вещами. Наступило седьмое ноября. Праздничный парад трудящихся прошел по центру Степного города. С этого шествия по городу, и началось знакомство девушки с новым местом обитания. В приехавшем контейнере оказалось сломанное зеркало и вещи.

Разбитое трюмо на фоне фикуса долго было основным украшением большой комнаты. В маленькой комнате постелили матрацы — это и была постель.

Новая ее школа состояла из трех картонных бараков. На площадке у одного из трех бараков залили каток. Катерина на коньках ножах с клюшкой в руках каталась на льду, и пыталась забросить шайбу в ворота. Трое ребят одноклассников ей подыгрывали, они был рады игре с новенькой девочкой.

Появилась она в новой школе в седьмом классе во второй четверти. В класс вошла высокая, стройная девушка в коричневой форме и в черном фартуке с белым воротником — стойкой. Длинная коса спокойно колебалась по спине. Ребята внимательно осмотрели ее с ног до головы.

Учительница представила новенькую:

— Катерина.

Оказывается, кроме роста для взаимного увлечения, необходим одинаковый уровень знаний. Одноклассники скоро поняли, что новенькая не только хороша собой, но и способная ученица.

Только одна девочка из класса превосходила ее иногда в оценках, и то по одному предмету. Среди мальчиков выделялся своим умом полный, симпатичный парень со стоячими в хорошей стрижке русыми волосами. Понятно, что это был Олег, парень русоволосый от природы.

Неназойливо, но постоянно всегда и везде Олег оказывался рядом с новенькой девушкой, со светлой косой на спине. Вот и теперь он крутился на коньках рядом с ней. Полная и теплая ладонь сероглазого юноши при любой возможности пыталась коснуться ладошки девушки. Первая нежная влюбленность овладела им, но природный такт и ум не делали его назойливым.

Олег изменил свой маршрут в школу, либо поджидал Катерину по дороге домой, и если ему удавалось пройти рядом с ней и поговорить, то он был счастлив и спокоен.

 

Глава 5

Отцу Катерины на работе дали жилье в картонном бараке рядом со школой.

Здесь появились покупные металлические кровати, простой стол и шкаф — шифоньер, которые отец сам сделал. Хоть барак и был из картона, но в нем были батареи центрального отопления. Только на кухне стояла плита, которую топили углем или дровами, чтобы приготовить пищу.

Соседом по бараку оказался Антон. Кроме Олега, Антон стал ярким кандидатом на часть ее сердца. Рядом с внешней дверью квартиры Катерины находилась дверь Антона. Это был стройный парень на год старше ее. Их сближали разговоры на общем крыльце четырех квартирного одноэтажного дома, в котором две квартиры выходили на одно крыльцо. Зимой их встречи частыми трудно было назвать, они сталкивались на крыльце, смотрели друг на друга, и иногда шли вместе до школы.

Лето меняло все! Летом появлялось больше возможности быть рядом с домом. Окна кухни Катерины выходили на земельный участок, принадлежавший ее семье. Участок семьи Антона был огорожен более плотным забором, и находился через дорожку в метрах четырех от дома.

Сарафан девушки в яркую зеленую полоску на белом фоне, то и дело мелькал перед глазами юноши. А он, сокращая дорогу, перепрыгивал через ее забор и проходил у нее под всеми окнами.

Но их руки никогда не соприкасались! Странная у них была любовь: зрительная! Они нравились друг другу внешне. Возможно, Антон чувствовал, что он Катерине не пара, и поэтому взял себе в пару другую девушку из ее класса.

Олег почувствовал легкость в душе, увидев Антона с другой девушкой, и решил навестить Катерину у нее дома под предлогом учебы.

Дом типа барака был выполнен из материала похожего на листы картона. При освоении целинных земель так было проще строить. Удобства находились во дворе, поэтому при входе в дом, первое, что можно было встретить — это стоящий на табурете тазик, над которым висел умывальник, действующий при нажатии снизу на штырь.

Штырь поднимался, и из умывальника текла вода. Рядом с умывальником стоял мотоцикл соседа по квартире. Стены, окрашенные серой краской, были далеко не первой свежести, и присутствие бензина и мотоцикла их лучше не делали.

Если повернуть налево по коридору после мотоцикла, можно было попасть на кухню, принадлежащую двум семьям. Детей у соседей было трое, из них двое — двойняшки, которым было меньше года.

От цивилизации в этом доме было центральное отопление, свет и телевизор. Олег заглянул на кухню и прошел в комнату Катерины, в которой стояли две кровати, письменный стол, шкаф.

Вот, где жила новенькая! Олег ее сфотографировал. Катерина полезла рукой в портфель, волосы слегка растрепались в косе. Она в школьной форме, рукава в три четверти слегка оголили руки. Такой снимок стал украшением ее коллекции фотографий.

Случайно или нет, но Катерина появилась всего один раз в доме, где жил Олег.

Кирпичный коттедж, предназначенный на две семьи, располагался на земельном участке. В его квартире царила неправдоподобная чистота. Огромная разница в условиях жизни несколько охладила их пыл.

Любовь Олега к Катерине приняла отвлеченный характер. Они еще гуляли вдвоем по степи, еще играли вдвоем в волейбол, но уже было лучше, если рядом с ним находился его друг и сосед по коттеджу. Ей еще раз пришлось переехать.

В школе характеристику Катерины прочитали всему классу, поэтому она ее запомнила. В характеристике были слова: «…Рекомендуем поступить в технический институт».

Бог мой! Кто бы ей объяснил, что такое институт! Ее родители окончили семь классов школы и училища по специальностям. Они были Уральские труженики.

Сосед по дому Антон, был старше Катерины. Он поступал в технический институт, но завалил один предмет, химию.

Катерина слушала об опыте поступления в институт, открыв глаза и уши. Ей нестерпимо захотелось поступить в технический институт!

Раз в школе сказали, что ее рекомендуют в технический институт, значит надо идти в технический институт! А химию она не завалит, а просто пойдет на другой факультет.

В городе был еще педагогический институт, но он ее совсем не волновал, она не любила других учить, и не любила, когда у нее списывали.

Катерина надумала идти в спортивную школу молодежи, прочитав рекламу в газете. Так однажды осенью она пришла в спортивную школу молодежи, где хотела выбрать волейбольную спортивную секцию.

Администрация школы находилась в почерневшем маленьком деревянном домике. Открыла она старые двери, и увидела очень красивого мужчину, который оказался тренером по лыжам. Голубоглазый тренер с русыми волосами уговорил ее стать лыжницей.

Катерина уговорила Арину, и костяк лыжной секции образовался.

Появились знакомые ребята: Антон и Олег. Тренировки до пяти раз в неделю связывали всех одной целью. Как Катерина выглядела? Рост 169. Талия 63. Волосы, заплетенные в косу, она подворачивала с помощью ленты, получался крендель.

Тренировки сказочные. На лодочной станции брали шлюпки и переплывали на них реку, далее шли по протокам. Руки в кровавых мозолях.

Силовые тренировки: брали приличные булыжники и кидали через спину назад. Плавали в реке рядом с лодочной станцией.

Бегали на скорость на крутой берег реки. На пляже в межсезонье гоняли футбол. Играли в регби на спортивной площадке. А лыжи? Зимой лыжи. Мороз. Снега нет. Скребли снег. Делали лыжню и бегали. Снег выпадал, и тогда лыжня становилась нормальной. Что интересно, в своих лыжников лыжницы не влюблялись…

Катерина с 15 лет много времени проводила на реке. Первый день на шлюпке переплыть реку было трудно психологически.

Однажды на тренировку вышли лыжники. В теплый день была гребля. В каждой лодке сидело по два человека. Катерина была в паре с Тамарой. Они гребли по очереди. Чем ближе к фарватеру реки, тем сильнее ощущалась огромная масса воды под шлюпкой. От фарватера до другого берега было значительно ближе, и чувство страха от неизвестности проходило.

Противоположный берег порос невысоким кустарником, и везде песок и песок.

Хорошо было проплыть на шлюпке еще метров 500 и увидеть совсем ровный берег с небольшими залысинами воды. Вода в таких местах в теплый летний день была горячая, здесь всегда было приятно отдыхать. Лыжники выходили на берег, и гоняли футбол по пляжу. Народу здесь много в воскресные дни, а летними вечерами, да в будни, людей практически не было.

С основного русла реки уходили на лодках в рукав реки, поросший травой, и гребли до выхода в саму реку. Берега в протоке почти одной высоты, где-то полметра, заросшие травой и мелким, редким кустарником.

Один раз именно в такой протоке Катерина сломала уключину на лодке. Пищу и воду на тренировки лыжники не брали. Она не запаниковала от того что, уключина на весле сломалась. Остальные лодки расползлись по протоке и друг друга не ждали, и не догоняли.

Девушкам предстояло возвращаться на базу через большую реку, а весло одно. Они молодые, красивые, в купальниках и со сломанной уключиной в лодке.

На их счастье, мимо на моторной лодке проплывал мужчина неопределенного возраста. Он прицепил шлюпку к моторной лодке, нос у лодки слегка задрался, вода немного заливалась через борт, но к лодочной станции они переплыли.

В день военно-морского флота лыжники переплывали реку в узкой, но глубокой ее части для участия в параде речных видов транспорта. В байдарке сидели четыре человека: Катерина и трое парней, один из них был совсем новенький. Волны в этой части реки всегда приличные.

Новенький парень испугался, стал бить веслом по воде. Байдарка раскачалась. Волны залили ее. И байдарка, как подводная лодка погрузилась в пучину реки с гребцами-лыжниками.

Вынырнули все из воды, а до берега плыть далеко, и в сторону города еще дальше, чем до острова. Опытные лыжники взяли: один байдарку, двое весла собрали, толкают рядом с собой и плывут. Девушке надо было просто самой доплыть до берега. Узкая река в этом месте, да все относительно.

Это место не для плавания, глубокое место, с постоянными волнами. Плыла она, а в голове стучала одна мысль: «Вот так люди и тонут». Тонуть девушке очень не хотелось, и она доплыла до берега одновременно с ребятами. Спасательные средства в байдарку не брали, без страховки проходили тренировки.

Плавали лыжники еще по протокам реки на байдарках — восьмерках. Это уже скоростная регата. От таких тренировок осталось волшебное чувство скорости. Эти байдарки труднее из воды поднимать, да в ангар относить. Ангар находился на острове недалеко от сопок. На берегу находился маленький причал для лодок. От этого причала вставали на водные лыжи.

Если честно, были умельцы, которые на водных лыжах хорошо держались, что касается Катерины, то она раза три врезалась в воды реки и больше не пыталась вставать на водные лыжи.

Еще одним видом водных средств передвижения пользовались лыжники на тренировках: ялы. Восемь человек сидели и гребли, каждый одним огромным веслом. Команда состояла из парней и девушек. Необыкновенно красиво смотрелись загорелые спины, когда мышцы на них шевелились от гребли.

Один раз ялы использовали по назначению. Лыжники поставили паруса на двух ялах, взяли рюкзаки с припасами дней на десять и ушли вверх по реке в поход. Руки сбили в сплошные мозоли.

Парус остался лишь на фотографии. Рядом проплывала баржа, прицепились к ней. Остановились на берегу, с которого видны были трубы небольшого города. Здесь и прожили дней восемь — десять.

На этом же берегу реки жил пожилой мужчина, у него был дом, корова, косы. Лыжники косили траву, мужчина давал за это простоквашу. Без дождей не обошлось, палатки не спасали.

Одну ночь спали в доме этого человека на полу.

Купались в реке, но не со стороны фарватера, а в протоке. Протока была коварной, с воронками. Вода в них крутилась с приличной скоростью.

Когда плавали, темное было в воронки не попасть, а затягивало в них очень сильно. Смотрели друг за другом и помогали выплывать. Обратный путь проделали просто: прицепили два яла к проходящей барже, и доплыли до города.

Катерина мельком посмотрела на экран телевизора, и положила в спортивную сумку кеды. Ей пора было ехать на тренировку. Она повесила на плечо синею сумку с надписью «Аэрофлот» и вышла из картонного барака. Пройдя мимо низкого штакетника, свернула на улицу.

Дорога лежала мимо одноэтажных строений к остановке автобуса.

Полчаса дороги проходят иногда быстро, иногда очень медленно. Вскоре она вышла из автобуса, прошла между деревянными домами и оказалась на крутом берегу реки. Она скатилась с крутого глинистого берега и остановилась у перевернутой шлюпки.

Тренер, Федор Афанасьевич ходил рядом с лодкой и смолил ее бока. Он готовил лодку к новому сезону. Рядком с маленьким деревянным домиком лежали еще пять перевернутых лодок.

В домике у одной стены стояли лыжи в распорках, а основное место занимали лодки, которые вынесли смолить для профилактики молить, а лыжи встали в распорки до следующей зимы.

Весна меняла виды спорта одним дуновением теплого ветра, оставляя запах смолы.

Пришел Олег с лохматыми, светлыми бровями, от нечего делать предложил Катерине изучить основные приемы драки — подсечки. Они немного подрались на глазах у тренера, смолившего лодки, и не доверяющего никому столь важное дело.

Арина, спустившись с плавного косогора, перехватила интерес Олега. Фигура у нее — отменная, и сама по себе она красивая девушка, что уж говорить…

Катерина подошла к тренеру. Посмотрел на нее тренер Федор Афанасьевич и сказал:

— Катерина, куда волосы дела? Ты одна была с длинными косами, а обстриженных девушек, и без тебя полно!

Девушка покачала в ответ головой с двумя хвостиками и промолчала, как объяснить тренеру, что она хотела быть красивой, как ведущая на экране телевизора.

Группа лыжников постепенно собиралась на тренировку. Тренировка предстояла силовая.

Молодые люди забрались на лежащую железную конструкцию, предназначенную, для передачи электричества на левый берег реки. Они зацепили ноги за металлические перекладины, взяли в руки по булыжнику и стали качать пресс.

От таких тренировок пресс остался у Катерины на всю оставшуюся жизнь. Почему именно булыжники применяли лыжники, а не гантели и штанги? Федор Афанасьевич считал, что природный камень обладает дополнительной силой в тренировочном процессе сборной города по лыжным гонкам.

Тренер заставил спортсменов приседать на одной ноге, потом на другой. Он считал, что Земля дает энергию рукам. Ноги и руки наливались мышцами.

Однажды группа лыжников в полном составе пошла на открытие футбольного сезона. Рьяная толпа футбольных болельщиков сильно прижала Катерину к железным воротам перед открытием стадиона. После такого пресса толпы она на футбол больше не ходила.

Лыжники и сами играли в футбол на утрамбованной земельной площадке без забора, расположенной рядом со старой, деревянной церковью.

Надо сказать, что тренировались там, где было можно, где находил место Федор Афанасьевич. Площадка среди старых деревьев, у церкви из почерневшего дерева, была очень красивая. А еще красивее были молодые и юные футболисты и футболистки.

В команде появилась черноволосая, кудрявая Тамара. Это была девушка невысокого роста, обладающая хорошей скоростью, изворотливостью, ловкостью. Футбольный мяч ее лучше слушался, чем Катерину.

Трудно ли играть в футбол с точки зрения девушки? Трудно, хоть и играла Катерина в него в те незабвенные годы, когда играть в футбол ей было под силу, а не просто украшать собою футбольное поле. Никогда она не позволяла себе говорить плохо о футболистах, как бы они не играли. Футбол — славный и трудный мужской вид спорта.

Кроме футбола лыжники играли в регби на стадионе, расположенном метрах в пятистах от церкви. И в регби Тамара играла хорошо. В команде лидером всегда была Арина, но теперь пришла явная ее соперница. Тамара быстро влилась в коллектив, но Арина оставалась непревзойденным лидером.

Катерина обошла Арину в лыжных гонках один раз и то за счет лыжной мази серебрянки. Лыжи скользили отменно по зернистому снегу.

Чувство скорости, легкость в движениях, великолепная погода, красивая лыжня — создавали отличное настроение, которое не омрачило злость Арины!

Да, лыжная мазь — великое таинство победы, которое создавал Федор Афанасьевич. Когда он водил паяльной лампой над поверхностью лыжи, Катерина снимала старую мазь тряпкой с поверхности лыжи.

Паяльную лампу тренер из рук не выпускал, он сам грел мазь, и она сползала с лыж, как снег весной со склонов сопок. Иногда грели лыжи над сухим спиртом, или над электрической плиткой со спиралью.

Обязательно наносили смолу на новые деревянные лыжи. Лучшие лыжи всегда красовались на ногах Арины, и лучшая мазь наносилась тренером на ее лыжи, лучшие спортивные костюмы украшали ее фигуру.

Тренировки на скорость проходили рядом с лодочной станцией на высоком берегу.

Лыжники бегали в кедах по асфальту на скорость несколько раз подряд. У Катерины дела со скоростью обстояли хуже, чем у других девушек, но в целом ее старательность приносила успех и бегала усердно. После бега по асфальту у нее заболела на ногах надкостница так, что ходить она не могла.

Пришла она к спортивному врачу. Врач проверила ее легкие, они вмещали три литра воздуха.

А по поводу ног врач сказала:

— Полежи в ванне, или посиди в теплой воде.

Катерина ответила:

— У меня дома ванны нет.

Врач удивленно посмотрела на красивую девушку, и повела плечами:

— Больше ничем не могу помочь, тогда не бегайте много.

Жила Катерина в то время в бараке с удобствами во дворе. Утром вместо пробежек она делала зарядку, подтягивалась на воротах рядом с домом. Старый штакетник огораживал маленький участок земли под окнами дома, где она жила с родителями.

Там, где в штакетнике находилась калитка, она делала прямой угол ногами и подтягивалась на руках. По поводу талии у нее существовала одна хитрость: от дяди остался в доме суровый солдатский ремень, поэтому она ходила дома, затянув на себе солдатский, широкий ремень с пряжкой. Талия от ремня замечательно сохранялась.

В горах проходили очередные соревнования лыжников. «Здесь вам не равнина, здесь климат иной…». Как же в горах красиво! Сосны. Горы. Озеро. С великим удовольствием лыжники покоряли холмистую местность. Соревнования в горах с заснеженными деревьями прекрасны!

— У Катерины нос блестит после бани, — сказал всем Федор Афанасьевич в автобусе.

В баню ходили все лыжники, неизбалованные домашними ваннами. В деревянной одноэтажной гостинице существовало странное удобство: с первого этажа лыжи подавали на улицу, и на них под окнами наносили лыжную мазь перед лыжной гонкой.

В автобусе лыжники пели песни. Они пели с вдохновением во все свои молодые глотки! Больше так нигде и никогда лыжники не пели. Катерина и Арина хорошо спелись, их голоса красиво звучали в хоре лыжников сквозь запах смолы…

У Катерины появился лыжный приятель, друг по одной поездке, с ним она зашла в магазин, купила чулки с очень красивым рисунком, колготок тогда не было, потом они пошли в кино.

Фильм шел с коротким названием типа «Да и нет». В памяти остались ажурные чулки и название фильма.

На сопках, где катались лыжники, в деревянном домике уместился крошечный буфет, он работал по большим праздникам.

Обычно лыжники обходились без горячих напитков и булочек. Но в конце лыжного сезона буфет работал исправно, соревнования проходили крупные, народ на сопки шел толпами.

После лыжной гонки девушки взяли горячий кофе в бумажных стаканчиках, вышли на улицу из деревянного здания. У ребят нашелся фотоаппарат, и мгновение после кофе остановилось. У лыжников на фото видны белые, связанные наушники, сверху закрытые лыжными шапочками.

Шапочки для всех покупал Федор Афанасьевич, когда ездил в командировку. Костюмы и лыжи тоже он выдавал, даже лыжные ботинки. Куртки у всех свои, варежки свои, щеки красные от мороза свои, но фото не цветное, не выдумали тогда еще цветных фотографий.

Застыли на фотографии: Катерина, Арина, Тамара, Федор Афанасьевич и Олег.

В жизнь Катерины стали входить институтские общежития, нет, она в них не жила. Длинные коридоры, очень длинные удивляли и настораживали. Такое же общежитие было в городе, где Катерина участвовала в студенческих соревнованиях.

Студенческие гонки. Училась она в техническом институте, и выступала за свой институт и город. Жили лыжники на соревнованиях в общежитии, пока местные студенты отдыхали на каникулах. Места необыкновенно красивые и живописные.

Горы, снег и мороз.

Лыжные гонки не отменяли в мороз в тридцать градусов, все соревнования прошли как надо. Лыжная трасса проходила по красивым горам. Слезы из глаз вылетали при спусках и поворотах, темные очки в то время лыжники не носили.

Все общежития одинаковые, да города разные. Ой, как страшно иногда зимой ехать! Погода. Дорога. Лучше не рисковать.

Долетели однажды до одного города, а дальше ехали на автобусе до места, где проводились соревнования. Все на перекладных, так и домой возвращались, но на поезде с пересадкой.

Поезд домой приехал ночью. С лыжами от вокзала до своей улицы Катерина шла пешком. Страшно? Даже не холодно. Ночь. Мороз. Лыжи в чехле. Спортивная сумка. Пальто с рыжей лисой. Молодость многое легко переносит.

Еще от одной поездки остались фотографии. На них рядом со скульптурами стояли: Катерина и Арина. Катерина в пальто, в чулках, в замшевых сапогах, обтягивающих плотно икры ног.

Девушек снимал на фото Олег. Он тоже есть на одной фотографии. Учился Олег в одном институте с Катериной. Снег на лыжне тогда лежал крупнозернистый, очень хорошо скользил в марте.

Солнце светило почти в окно. Окно отражалось в больших очках. Катерина покрутила в руке сапфир и продолжила писать. Она, когда брала сапфир в руки, всегда испытывала желание писать или вспоминать, или придумывать новые истории или конструкции.

Сапфир синего цвета олицетворял осколок ее вдохновения.

Катерина сидела на крутом берегу и смотрела за реку, туда, где находилась пойма реки. Неожиданно, то ли от солнечных лучей, то ли еще от чего перед ее глазами стал возникать Призрачный город.

Девушке захотелось крикнуть:

— Нельзя строить город на том берегу! Там пойма реки!

Но Катерину никто не услышал, а город продолжал строиться. Круглые дома с вогнутыми крышами, возникали один за другим.

— Кто там дома, как грибы выращивает? — спросила Катерина вслух в следующий свой приход на берег реки.

— Это ребята со строительного факультета резвятся, — отозвался Олег.

— Олег, это не сон?

— Катерина, люди работают в круглосуточном режиме. Я и сам им помогаю. Студенты строительный факультет заканчивают, а этот город их коллективный дипломный проект.

— Интересно. Но дипломы — бумажные! А это настоящие дома!

— Катерина, нам помогают известные архитекторы из Северной столицы, с ними разработан совместный проект. Они много домов в городе спроектировали. И я предложил им круглые дома, кстати, после одного разговора с тобой. Ты сказала, что страшно по крышам ходить. Я и придумал вогнутые, круглые крыши, с которых если скатишься, то внутрь крыши. В центре дома проходит сток воды с фильтром. Фильтр делают выпускники твоего факультета.

— А я, почему не знала?

— А ты кого кроме себя видишь? Ты всегда сама в себе. И сейчас к тебе я с опаской подошел: вдруг прогонишь?!

— Слушай, Олег, затопит весной ваш город!

— Не затопит. Мы подключили еще один факультет, ребята разрабатывают проект дамбы, выполняющей роль набережной. Ты сама любишь ту сторону реки, что я не знаю!

— Ты прав. На той стороне реки с берега не надо съезжать по глине, и на скорость подъемы работать не надо, и вода там теплее, и берег мельче. Деньги, где взяли?

— Ты не поверишь!?

— Говори!

— Помнишь, ездили на соревнования в горы? На лыжах ты не лучше всех ходишь, но в тебя влюбился один зритель. Кстати, ты хоть знаешь, что гонки были рядом с правительственным санаторием?

— Кто-то, что-то упоминал.

— Зрители у нас были что надо! Тебя на пленку сняли. Мужик ко мне один подходил. Он спрашивал о тебе, и сказал мне, чтобы тебе подыгрывали в твоих мечтах.

— Припоминаю, что ты и другие из меня идеи тянули. А дома кольцами построили?

— Да, как ты говорила. Почему ты на строительный факультет не пошла?

— Лучше скажи, как с одного берега на другой попасть? На пароме?

— У нас все схвачено. Новый мост — спроектирован. Скоро начнут его ставить в этом месте, где мы с тобой сейчас сидим.

— Мне и сесть нельзя, как сразу мост на моем месте поставят! За что так? Олег, а смысл какой в строительстве города на том берегу?

— Там ветры меньше дуют.

— Принимаю все за шутку, но город на самом деле растет быстро! А город красивый!

На крутой берег реки из крутого автомобиля вышли респектабельные мужчины. Катерина вскочила со своего наблюдательного места. Поднялся и Олег. Уйти им не дали. Мужчины из автомобиля их остановили.

— Привет, Олег! — сказал плотный мужчина с седой шевелюрой. — Познакомь меня с девушкой.

— Шеф, девушку зовут Катерина.

— Отлично, я даже дар речи потерял от неожиданности! Город получит название Катерина, в честь этой девушки! Поздравляю! — сказал величественно мужчина и протянул руку Катерине.

— Вы этикет нарушаете! — неожиданно сказала Катерина.

— Вот те раз! Мою руку отказываются обнять такой милой ладошкой!

— Я нужна здесь? — спросила резко Катерина и, не дожидаясь ответа, скатилась с крутого берега к воде, где группа лыжников собиралась на очередную тренировку.

Катерина подошла к Тамаре:

— Тамара, ты видишь город на той стороне?

— Она еще спрашивает! Вижу!

К ним подошел Олег:

— Красавицы, вас приглашают сегодня в кафе для беседы…

— Олег, ты нас кому продал? — спросила Катерина.

— Катерина, я для тебя стараюсь.

— Не верю, не приду.

— Катерина, ты обязательно придешь! Шеф очень просит.

— Смысл есть, господин, приближенный к финансистам?

— Обижаешь!

Катерина и Тамара явились на ужин. Они скромно сели с краю стола.

— Новая столица региона намечена. Начало работы считаю успешным! — громко вещал Шеф, заметив двух подружек, сказал: Внимание, перед вами молодые особы, чьи лица будут скоро на всех экранах региона! Именно они являются лицом нового города.

Публика за столом активно подняла бокалы, льстиво улыбаясь Шефу. Его рука с бокалом стала центром вселенной, каждый пытался достать своим фужером его фужер. Девушки продолжали скромно сидеть и не высовываться.

Появился Олег, в сопровождении нескольких совсем незнакомых парней. Их представили остальным. Катерина поняла, что пришли проектировщики нового моста через реку. На стойке бара появился телевизор, на его экране возник круглый город с вогнутыми крышами. Люди пришли в восторг, и стали дружно друг друга поздравлять.

В зал вошла Арина. С ней рядом шел тренер Федор Афанасьевич. Они сели рядом подружками.

— Катерина, тебе камень нравиться? — спросил тренер, открывая ладонь, на которой лежал незнакомый ей камень.

— Не знаю, меня камни не интересуют, — неохотно ответила Катерина.

— Такими камнями предполагают декорировать здания в столице региона.

— Здания круглые, к ним такие булыжники не приклеишь, — возразила Катерина.

— Зато приклеишь вертикальные планки, их разная высота украсит фасады навечно.

В это время ветер прошелестел над столом.

 

Глава 6

Два человека окунули лица в салаты. Звуков выстрелов слышно не было. Нависла тишина, которая прекратилась криками. Кричали все. Катерина заметила ствол, исчезнувший в рукаве одного незнакомого человека.

Еще она заметила, что убили двух проектировщиков мостов, которых совсем недавно ей представили. Два официанта исчезли и появились с охраной заведения. Все стало неинтересно и тягостно. За столом шел опрос очевидцев. Катерина сидела за столом, но мысли ее витали где-то очень далеко.

— Катерина, ты спишь? — спросил Олег.

— Нет, не сплю.

— У тебя спрашивают: «Что ты видела»?

— Стволы в рукаве.

— Ты ясновидица? — усмехнулся Олег. — Сквозь ткань видишь?

— Не знаю, но я видела тех, кто стрелял, а звука не слышала.

— Катерина, вы можете описать тех, кто стрелял? — спросил неизвестный ей детектив.

— Нет, только рукава.

— И какие были рукава? — спросил детектив.

— Черные.

— Тут у всех почти черные рукава.

— На рукавах были запонки.

— Какие запонки?

— Красивые, треугольные, синие сапфиры, их еще в древности сапфирами называли.

— Вы только, что говорили, что в камнях не разбираетесь, — заметил детектив.

— И у вас в руке был сапфир треугольный, — меланхолично ответила Катерина.

— Лучше бы ты спала, — сказал Олег.

Катерина послушно прикрыла глаза.

— Господин сыщик, она спит, что ее слушать, — сказал Олег.

— Я ей верю, а вы — пройдите со мной, — сказал детектив.

Оба покинули застолье, окруженное людьми в пятнистой униформе.

«Дома сапфирами не украсишь, если только искусственными», — подумала Катерина. И вспомнила слова о сапфире: сапфир — камень души, постоянства, верности и любви. Помогает отличать правду от ложных данных. Лечит зрение и сердце.

Сапфиры не сапфиры, а новые дома действительно украсили прозрачными камнями, под нежные цвета сапфиров.

Катерина села на свое любимое место на берегу реки. Новых проектировщиков моста, который должен соединить старый город и цилиндрический город еще не назначили. Любимое ее место на берегу строительной площадкой пока не сделали, а в голове у Катерины появилась новая мысль: сделать одну нормальную горку в городе и ее окрестностях, то есть мост сделать в виде склона, а не в виде горизонтального моста.

Получится странный мост. Конструкция моста прорисовывалась достаточно простая: горка над рекой. Катерина сидела и прорисовывала в блокноте общий вид своего моста.

Сзади тихо подошел Шеф. Сопровождающие его лица, остались поодаль.

— Катерина, хорошо получается мост на твоем рисунке! Именно ты и будешь руководить строительством этого моста.

— Согласна.

— Ты дашь идею, выполнят ее другие конструктора и строители мостов. Для тебя есть еще работа. Столица огромного региона должна иметь большую дорожную развязку: самолеты, поезда, машины. Ты местные окрестности обошла на лыжах или бегом пробежала, местность знаешь не понаслышке. Подготовь проект дорог.

— Хорошо.

— Ты только наметишь идею, дорожники справятся без тебя.

— А я?

— А ты, моя дорогая, наметишь идеи строительства дома правительства.

— Круто, но скучно.

— Значит, справишься. У тебя будет охрана.

— Не надо.

— А я сказал, что будет!

— Бог подаст. Мне даже машины не надо, но мне нужен кабинет в доме художников, на последнем этаже с видом на тот берег.

— У художников все помещения заняты.

— А это уже по вашей части, — сказала Катерина и скатилась с горки вниз, прямо по глинистой почве.

На пологом берегу реки стояли пять шлюпок, в одну из них сели: Катерина и Тамара. Солнце светило на всем небе, облака полностью отсутствовали.

— Катерина, почему тебя пасут такие интересные мужчины? — спросила Тамара.

— Хотят меня вместо убитых товарищей приобщить к разработке моста.

— Не боишься?

— У меня выхода нет. Мой проект моста им нравится.

Девушки переплыли реку на шлюпке, вышли на берег и пошли к новым домам. Чудесные белые цилиндры стояли группами, образуя дворы.

— Тамара, а как ты смотришь на круглые комнаты?

— Катерина, но не все стены круглые, внутри все прямо, как обычно ты говоришь: «Ну, прямо».

— А ты хочешь здесь жить?

— Кто мне даст жить в элитном комплексе?

— Я.

— А ты кто такая?

— Сама же говоришь, что город будет называться «Катерина» в честь меня.

— Ты, что сдвинулась на своей особе?

— Нет, мне так сказали. Я — скромная.

— Оно и видно, — обидчиво сказала Тамара.

Четыре шлюпки причалили к берегу. Девушек позвали играть в футбол на пляже, достаточно пустом в это время года. Тренировки на песке — дело обычное.

На высоком берегу реки в машине сидели Олег и Шеф. Они смотрели на другой берег реки.

— Олег, женись на Катерине, не прогадаешь, — предложил Шеф серьезным голосом.

— Знаю. Но вы попробуйте к ней подойти — не получится. Она от вас с горки съедет на своих двоих.

— Еще одно, от нее надо убирать мужчин, которые снискали ее расположение.

— Как прикажите убирать — убивать? — удивился Олег.

— Сами себя уберут.

— Это как?

— Олег, возьми бинокль, посмотри, как эти чудики футбол на пляже гоняют. Посмотри, кто к Катерине клеится. Видишь? Значит, ты Олег — лыжник, и все к твоим услугам. Ты идеи будешь подавать в лыжную группу.

— И какие идеи?

— Примитивные идеи. Скажи им, пусть пойдут на своих шлюпках в поход. Мы дадим палатки, топоры и тушенку.

— Это все положительные подачки, а где отрицательные?

— А здесь уже работать надо! Надо двух ее обожателей поссорить и заставить драться на топорах.

— Круто. Понял.

— Вот так, Олег, так держать!

На следующей тренировке обсуждали недельный поход на шлюпках. Чувство тревоги не покидало Катерину. Она слушала Олега и чувствовала подвох, но раскрыть его сразу не могла.

Лыжникам давали продукты и палатки для похода, но к дарам она привыкла, и считала их естественными, потому что говорили, что дары из своих средств выделяла спортивная школа молодежи.

Олег и Антон ссорились с самого начала похода. Их развели по разным шлюпкам. Когда они выходили на берег, то петухами друг к другу подлетали. Друзья находились в состоянии ссоры.

Катерина к ним была равнодушна, хоть они и говорили ей: «А ты красивая», но эти забияки составляли костяк лыжной группы и дорогого стоили. Лыжники, как спортивная семья.

На стоянке собирали валежник. Рубили старые деревья. Олег замахнулся топором на Антона, тот ответил в шутку. Драка разгорелась на топориках.

Сильные ребята и удары у них сильные. Остальные почуяли нечто чудовищное в драке. Спортсмены сбежались на полянку. Разнять друзей с топорами, казалось невозможным.

Катерина взяла ведро с водой, принесенное для компота, сорвала его с костра, и со всей силы вылила ведро на друзей. Вода была еще теплая, и сухофрукты повисли у ребят на голове и ушах. Драчуны остановились от неожиданности. Топоры у них забрали.

За хворостом Катерина пошла сама, на ребят не смотрела. Прошла она метров пятьдесят, остановилась: перед ней стоял нормальный, живой лось.

Катерина видела лося впервые, да еще так рядом. Большие глаза смотрели на девушку спокойно. Шерсть лоснилась, ее хотелось погладить. Катерина сказала лосю: «привет» и быстро пошла к костру.

Ребята послушали рассказ Катерины о лосе, и предложили посмотреть на памятник Тимофеевичу. Они находились в местах сражения Тимофеевича.

До памятника можно было на шлюпках по реке доплыть, что они и сделали. Вот, где плавала на шлюпках группа лыжников, и где собирались строить столицу региона! Места чудесные. Олег и Антон пожали друг другу руки у памятника великому Тимофеевичу. Лыжники вернулись к палаткам.

Олег саперной лопаткой рыл землю. Он задумал вырыть ямку для тушенки. Дни стояли жаркие. Лопатка стукнула о твердый предмет. Парень расчистил землю, и увидел старый сундук.

Помня о недавней драке, он не стал звать ребят к находке. Лыжники в это время купались в реке. Олег сам раскопал землю вокруг сундука, и стал его вытаскивать.

В это время, чья-то железная рука вцепилась ему в плечо:

— Стой, Олег!

Олег узнал Антона.

— Антон, не мешай!

— Бегу и падаю. Вместе вытащим кованый сундук. Он тяжелый.

Парни прогнулись под сундуком и подняли его из земли. Замка на сундуке не было. Сундук оказался перевязанным веревкой, типа мочалки. Веревку Олег срезал и открыл сундук. В сундуке лежал древний топор, завернутый в старую кожу. Рядом с топором в старых тряпицах лежали сапфиры. Один сапфир был в диаметре 3 сантиметра. Три луча сияли от большого темно — синего камня.

— Олег, а почему сундук такой тяжелый? — спросил Антон, примирительным голосом.

— Сундук медным листом обвернут.

— А, что это за стекляшки прозрачные? Смотри розоватые, желтые, голубоватые…

— Самоцветы, раз они цветные.

— Умен, ты Олег не по годам.

Остальные лыжники, мокрые после купания подошли к сундуку, заглядывая внутрь, через головы друг друга.

— Катерина, смотри, сапфиры! Ты их вспоминала на днях, — сказала Тамара.

— Мне пришлось с ними познакомиться.

— Стало быть, это сапфиры? — спросил Олег.

— Да, сапфиры. А ты бы мог и не дожить до такого счастья, — сказала Катерина.

— Век благодарен буду тебе за компот на ушах, — ответил Олег.

Федор Афанасьевич подошел к сундуку. Удивительно спокойно он воспринял находку.

— Кому отдадим дары природы? — спросил тренер у лыжников.

— Себе возьмем, — ответил Антон.

— Это я нашел сундук! — крикнул Олег.

— Возьми за него на полке пирожок, — ответила ему Тамара.

— Сдадим сундук в краеведческий музей, он находится недалеко от набережной реки, — сказал Федор Афанасьевич.

Лыжники мысленно затаились, они захотели того, не зная чего, но очень хотелось. В краеведческом музее обрадовались сундуку времен Тимофеевича. В музей потянулись посетители на смотрины сундука и его начинки. Нашлись люди, которые сказали, что сундук самого Тимофеевича, его ему сам царь Иван подарил. И истории про Тимофеевича стали сказывать.

…Тимофеевич влюбился в сестру богатого человека. Богатый хозяин был против бедного силача, он самонадеянно не учел силу могучего Тимофеевича. Богач увидел свою сестру с Тимофеевичем и решил помериться с ним силой. Тимофеевич убил богача саблей и сбежал на Волгу. По реке в тот момент плыли люди в лодках — ладьях. Сильный мужчина напросился к ним в товарищи вместо умершего у них человека.

Вскоре пришлось им драться с разбойниками, все сбежали, остался один Тимофеевич. Он кого убил, кого покалечил. За свою удаль он понравился атаману разбойников, который его у себя оставил.

Прошло время, и стал Тимофеевич атаманом разбойников. И так он прославился, что о нем прослышал сам царь Иван. Велел царь Иван расправиться с разбойниками. Услышали о том разбойники во главе с Тимофеевичем, и рванули они с широкой реки Волги в горы Уральские. Нашли они себе пристанище у владельца завода. Некоторое время они завод Демидова охраняли.

Заметил Тимофеевич, что местное население страдает от набегов ханских людей. Решил он избавить население Уральских гор от людей хана. Хозяин заводов помог Тимофеевичу с провизией, дал ему людей.

С первого захода недалеко ушел Тимофеевич со своими людьми. А со второго захода отправился атаман разбойников Тимофеевич покорять Сибирь и при возможности бить людей хана за Уральскими горами.

Несколько зим ослабили силы армии Тимофеевича. Помощь, которую ему выслал царь Иван в виде стрельцов с припасами, сама себя уничтожила. Стрельцы запасы съели, а зиму не пережили.

Силы армии Тимофеевича таяли не зря. Навел он страху на ханских людей. Они почувствовали сопротивление! Тимофеевич не побоялся пойти в неизведанные земли освобождать людей от длительного ханского ига. Убили Тимофеевича люди хана, взяли они его хитростью, а не в открытом бою…

Олег локти кусал, что не утаил сундук от Антона. Местная газета его подвиг расписала. Антона заинтересовал сапфир, такой камень сиреневый, да в сейф бы! Телевидение приехало.

Фотокорреспонденты со всего мира стали приезжать в город, который приобрел популярность. Призрачный город сняли во всех ракурсах и вместе с сундуком прославили по всему миру.

Шеф читал газеты. Ему реклама была на руку. Он знал, что строить. Так было и с мостом. Кому нужен горизонтальный мост? Кто его по всем каналам телевидения покажет в новостях? А мост — горку покажут. Такой Катерина человек, такие у нее мысли, их во время подхватить надо.

Команда мостостроителей возмутилась всеми фибрами своей души.

Они раскричались против проекта Катерины. Ей никто не хотел подчиняться! Над ней люди издевались, как могли и укоряли в смерти двух проектировщиков, будто она хотела их место занять. Катерине мало не показалось. Она была готова провалиться сквозь землю к двум ушедшим на тот свет проектировщикам моста. Но она улыбалась, смеялась и шла на тренировку.

Шеф ждал Катерину в машине рядом с лыжной базой:

— Привет, Катерина! Ты не плачешь от радушного приема проектировщиков моста?

— Сейчас заплачу.

— Рисуй! Черти! Набросай основную идею моста, и размеры с точностью до 10 метров, точнее замерят без тебя.

— Уже все сделано.

— Где твои прорисовки?

— В спортивной сумке.

— Достань.

Катерина расстегнула сумку, но планшета в ней не было.

— Куда делись твои эскизы? — ехидно спросил Шеф.

— Шеф, они здесь лежали, — недоуменно ответила Катерина, перебирая содержимое спортивной сумки.

— А прорисовки были ли они?

— Были.

— Дома остался экземпляр?

— У меня были только прорисовки, а в сумке лежал последний вариант моста.

— Мило. На кого думаешь?

— Знала бы, с собой не брала бы чертежи!

— Я тебе говорил про охрану, а ты все с горки катаешься. Твои чертежи у меня, — сказал Шеф и показал последний вариант моста.

— Ну, вы! У меня слов нет! — искренне возмутилась девушка.

— Были бы мысли, а слова найдем. Мне твой мост нравится.

— Меня КБ не признает.

— Заставим. От тебя будет зависеть их зарплата.

— Вот этого делать не надо! Я не плачу деньги! Я придумываю конструкции!

— Умница, целей будешь! Уважение людей само придет к тебе, по ходу дела.

Катерина лежала и крутилась вокруг гвоздя в сердце, гвоздь из-за острой боли не давал двигаться, и не позволял встать. Попыталась она вспомнить есть ли в доме сердечные лекарства, и с ужасом осознала, что в доме нет таблеток, нет капель. Все давно закончилось, а проблем было так много, что о лекарстве никто не вспоминал. Спроектированный мост, несколько похожий на чертежи оборвался и повис, над рекой.

Тамара позвонила и спросила:

— Катерина, почему тебя нет на тренировке?

— Я лежу на гвозде в сердце, — ответила Катерину.

Ужас от катастрофы не проходил. Она прекрасно понимала, что мост оборвался из-за жадности Шефа. Он жадный человек, он жалел денег на усиление конструкции! Сколько Катерина с ним спорила!

Она показывала ему варианты крепкого моста. Но спонсор деньги на одно давал, а на некоторые элементы конструкции не давал.

Мама принесла новенькие таблетки. Катерина их выпила, но боль еще держалась. Приехала Тамара, провела рукой над сердцем и боль исчезла. Катерина заметила синие сияние, шедшее из ладони ее руки, но промолчала.

Позвонил Шеф, спросил:

— Катерина, почему ты впала в лежку и нигде не появляешься? Могла бы посмотреть на оборванный мост.

От Катерины он слов упрека он не услышал. Что страдать попусту? Взяла она книжку, романчик дома всегда можно было найти.

За день она прочитала роман. Вдруг Катерина перестала читать, ей стало казаться, что круглые дома, это вовсе и не дома, а картонки для съемок. Села она, посмотрела в окно. А вдруг это шутка? И город, и мост, и дороги, которые она рисует в свободное от других мыслей время? Что они задумали?

Откуда взялся сундук рядом с палаткой? Какой еще сапфир!? Вдруг люди готовят все для фантастического фильма, а она со своим неординарным мышлением им помогает?

Боль, пронизывающая сердце гвоздем, исчезла. Катерина успокоилась. Почему ее конструкция плохая? Да она замечательная! Ее специально ослабили, нужно было снять на кинопленку обрыв моста! Плохо, что ее любимый спуск с горы испортили.

Спуск засыпали, зацементировали. Да, это плохо, придется по лестницам спускаться. Катерина села. Встала. Посмотрела в зеркало. Улыбнулась. Но сил не было. Взяла она следующий роман и еще сутки жила в вымышленном мире другой писательницы. Вечером второго дня Катерина позвонила Олегу. Не понятно почему, но Катерина вдруг почувствовала к нему интерес:

— Олег, это я, Катерина. Я вчера не была в институте, плохо было с сердцем.

— У меня тоже болело сердце, и сегодня покалывает, оно у нас с тобой вместе болит.

Катерина поняла, что Олегу не объяснить истинной причины ее состояния. Он все знает, даже то, что она причастна к строительству моста для съемок, или все это настоящее? Катерина позвонила Шефу.

— Шеф, а что вы за кино у нас снимаете?

— Катерина, я не режиссер, ты, о чем толкуешь?

— А почему мост оборвался?

— Так не рисуй глупости, и мост не оборвется.

— Но Олег не пропустил полностью всю конструкцию, часть просто не отдал в изготовление, там сплошная жадность.

— Голубушка, а это уже не твое дело.

— Но глупо…

— Заткнись, родная… — трубка замолчала.

Катерина перевернулась, походила по комнате, слабость давала о себе знать. Сердце кольнуло раз, второй. Девушка взяла таблетку под язык. Но вот нашли большое поле… Они нашли поле для стройки в пойме реки… «Все отлично», — подумала Катерина, сквозь боли в груди. Волна неприятностей прошла через мозг. Она поднялась. Вот и лыжница, а загибается просто так. Нет, надо вставать и действовать.

В дом внесли два торта необыкновенной красоты.

— Катерина, девочка моя, смотри, что тебе принесли, торты, и сразу два.

— Спасибо, мама, один попробую с кофе.

— Какой кофе, если у тебя сердце болит?

— А без кофе я есть торт не хочу.

— Вот ведь, упрямая девушка, делай, как хочешь.

Катерина рассмеялась, боль в сердце исчезла, как и мост, который был нужен для съемок фильма.

Олег сидел у колдуна Федора и говорил ему, что его отношения с Катериной улучшаются, но она жалуется на боль в сердце.

— Олег, а без боли нельзя обойтись! Я к тебе Катерину привораживаю, сердце ее тревожу. А ты, как хочешь?

Олег в ответ:

— Прости, Федор Афанасьевич, тебе виднее.

Прошло пару лет…

Катерина взяла трубку телефона и услышала знакомый голос Тамары:

— Катерина, привет!

— Здравствуй, твой голос не изменился, знакомые интонации.

— Катерина, когда-то ты мне говорила о сапфирах, я думала, что ты сказку рассказываешь. Ты еще вспомни про сундук, который мы нашли на берегу реки, рядом с памятником Тимофеевичу!

— А почему ты напоминаешь о сундуке? Он находится в музее.

— В сундуке был синий сапфир?

— Был. Выкопал сундук Олег, и подрался из-за него с Антоном, вот такая история.

— А, ты не забыла, что ты их компотом разливала? — настойчиво спросила Тамара.

— Это точно, враждовали они непонятно почему. Но не в этом дело, в музей приехал известный колдун Федор, увидев синий сапфир, он сказал, что этот камень излучает энергию добра, и захотел купить его, но музей сапфир отказался колдуну продавать. Колдун рассердился, и сказал, что этот камень может делать большие деньги. Служители музея ответили, что к ним и так людей стало ходить намного больше, чем до этого сапфира — сапфира. Колдун вышел на Олега, который рассказал, где сундук нашел. Олег тогда работал в местной газете, он еще со школы рисовал для газеты карикатуры. А, вспомнила, Олег и Антон поссорились из-за карикатуры! Ведь Олег на друга Антона карикатуры рисовал и в газету помещал.

— С Олегом понятно, страдает из-за своего таланта. Катерина, так, что с сапфиром произошло? Заметь, колдун Федор и наш тренер Федор Афанасьевич, — это тебя на мысль не наводит?

— Подожди, Тамара. Оказывается, в этом сапфире была сила необыкновенная, в нем три луча играли странным образом. Колдун заколдовал служителей музея, вынес синий сапфир, сел в машину…

— Катерина, ты чего замолчала?

— За рулем машины сидел Олег!

— Он, что таксист?

— Угадала, он совершенно случайно оказался свидетелем кражи.

— Катерина, если колдун украл мистический сапфир, то почему он на свободе?

— Это еще одна загадка колдуна. Этот колдун Федор был на судебном процессе, он там всех загипнотизировал, мысли у судей перепутались, и его освободили за отсутствием доказательств.

— Круто все. Они, что так и сидели в зале — заколдованные?

— Нет, они нормальные, но насчет Федора, у них в мозгах возникла дырка от бублика.

— Почему колдун Федор так Олега полюбил?

— Федор сказал, что камень любит Олега.

— Кошмар, ну, мы с тобой сегодня наговорим… Катерина, ты чего хотела еще мне сказать?

— Я хотела сказать, что это был сундук не Олега, а сундук Дамы Недр.

— Колись, откуда такая новость?

— Приезжай, расскажу.

Тамара приехала к Катерине слушать ее рассказ о Даме Недр, но до рассказа они не дошли.

— Катерина, зачем ты этот сундук закопала, который потом Олег откопал? — спокойно спросила Тамара.

— Так получилось, — без эмоций ответила Катерина.

— Слушай, Катерина, а Олег случайно не родственник твой?

— С чего ты взяла?

— Пока не знаю. Пока… — сказала Тамара и вышла из комнаты Катерины.

Катерина задернула шторы.

В это время вернулась Тамара:

— Катерина, ты знаешь, в городе весь транспорт стоит!

— Чего здесь удивительного? Пробок не видела.

— Нет, говорят, по городу провезли синий шар, и все машины встали.

— Синий шар, говоришь?

— Катерина, ты о чем?

— О сапфире.

— Тот, что в нашем музее лежал?

— Да, его украли, но почему его всему городу показывают, непонятно. Это был сапфир «Синяя звезда». Колдун с ним носился.

Население города говорило только о колдуне Федоре и сапфире «Синяя звезда». Жаждущие здоровья за деньги, и без боли, стояли к нему в очереди. Катерина подошла к толпе, которая волнами ходила рядом с его местом обитания.

Она лезла сквозь толпу с криками:

— Пропустите, я жена Федора!

Люди удивленно смотрели на Катерину, но пропускали. В последней комнате, перед входом в обитель колдуна сидел Олег.

— Олег, привет! Пропусти к Федору!

— Катерина, здравствуй! Сама пришла или Тамара прислала?

— Сама, конечно, ты же знаешь, я всегда астрологией и психоанализом занималась.

— Если ты такая умная, скажи, что здесь происходит?

— Психоз любви и почитания Федора.

— Правильно, я тебя пропущу через одну дамочку, уж очень она хорошо заплатила за визит к всемогущему колдуну.

— Я ждать не буду и не заплачу! Дамочка подождет! Не волнуйся, Олег, я ее успокою.

Катерина подошла к даме, и узнала в ней Тамару.

— Тамара, тебя, что здесь интересует? Тихо, я прекрасно помню, что мы участвовали в находке сапфира. Сиди, а я сейчас войду к колдуну, как только выйдет посетитель.

Но Тамара быстрей Катерины вошла к колдуну, но вскоре она из двери вылетела. Волосы у нее были взъерошены:

— Катерина! Ты хороший психолог, вот иди, и всю толпу двумя словами распусти!

Катерина вышла на крыльцо и сказала:

— Господа, товарищи, граждане, все на сегодня свободны! Господин Федор уснул от усталости. Он вас ждет завтра!

Толпа, как под гипнозом, развернулась и растворилась ручейками по городу. Катерина вернулась в комнату.

— Тамара, — сказала она и осеклась.

Перед ней сидел тренер Федор Афанасьевич, больше никого не было в комнате.

— Катерина, приветствую тебя! — сказал тренер.

Она посмотрела на него внимательно:

— О! Федор Афанасьевич!

— Хоть ты узнала, — сказал бывший тренер.

— Вы давно исчезли! — удивилась Катерина.

— Как исчез, так и воскрес!

— Федор Афанасьевич, вы и есть колдун Федор?

— Жить захотелось, стал колдуном.

— Зачем вы украли сапфир в музее? Люди очнуться от гипноза и придут к вам!

— Катерина, этот сапфир дорогого стоит. Ты на нем могла бы безбедно жить, изображая мага, потомственного мага!

— Федор Афанасьевич, я всей толпе сказала, что я ваша жена! Но я не знала, что Федор — это вы!

— В тебе Маг заговорил! Посвящаю тебя в маги! И дарю тебе синий сапфир, «Синюю звезду».

— Спасибо, но…

 

Глава 7

Катерина увидела в руках тренера синее сияние! Вскоре сияние лежало в ее руках, — это был шар с большим количеством плоских граней, он действительно был синим…

— Этот сапфир не из музея?

— Нет, моя радость! Сапфир настоящий и весьма ценный экземпляр.

— Вы, где его взяли?

— Не в музее.

— Мне не стыдно будет пользоваться таким сапфиром?

— Нет. Этот сапфир из сундука дамы Недр. Все тебе надо знать. Вопросы кончились, бери синий сапфир, и лети домой, а меня не ищи, — сказал и исчез за дверью.

Катерина показала Тамаре синий сапфир.

— Тамара, колдун Федор дал мне синий сапфир. Ты не удивилась?

— Нет, — сказала она.

Катерина пошла на кухню, где ее остановил телефонный звонок. Она взяла трубку.

— Катерина, есть срочная работа.

— Поговорим завтра, на работе.

— Нет, сейчас! Я стою под твоими окнами. Катерина посмотри в окно. Моя машина тебя ждет.

В руках Шефа лежал желтый сапфир, или, как его называли, «Соломенная вдова».

— И вы в маги подались, — сказала Катерина, садясь рядом с шефом.

— Катерина, — сказал шеф, и упал замертво, из виска текла струйка крови.

Катерина невольно отшатнулась от него. В окно просунулся пистолет:

— Катерина, верни желтый сапфир, он на пол упал.

Она отрицательно покачала головой.

— Федор, вы зачем шефа убили?

— Он у меня взял сапфир, а это много.

— У нас с ним одна работа.

— Так я и поверил, сапфир подними.

Катерина нагнулась за желтым сапфиром.

Федор ударил ее по затылку, и отодвинул в сторону. Он взял желтый сапфир, и быстро пошел к машине, стоящей рядом. Тамара посмотрела в окно и увидела лежащую на земле Катерину. Она позвонила Олегу, который быстро приехал. Они вдвоем отнесли ее домой.

…В деревне бабы за молодых парней одно время замуж выходили. Счастья — вагон и маленькая тележка. Все, как есть пример брали с главной певицы.

Бабы деревенские себе молодых мужиков находили. А как певица и певец развелись — слезы пошли по деревне. Молодые мужья взбунтовались и с пожилыми, можно сказать супругами развелись. Так и кто кого подставил? Сколько пар счастье свое потеряли и не пересказать.

Иван Кузьмич тем временем на машину «копейку» пересел, тележку к ней прицепил. Они с тетей Дашей так хорошо зажили! Иван Кузьмич овощи те, что тетя Даша выращивала, на рынок на тележке возил. Ой! Хорошо у них в семье стало. Так нет, после развода великой пары певцов и он с тетей Дашей решил развестись, вспомнил, что он ее моложе на пару лет. А кто ему портянки стирал? Сейчас еще фантастика объявилась, но что это такое толком тетя Даша не поймет, знает, что это вместо сказок насочиняли.

Так тетка Даша сама сказки сказывает, но слово такое фантастика никогда не употребляла. Вот оно как бывает! А тетя Даша до сих пор неизвестная, потому что сказки сказывала в устной форме. Она по природе своей — местное, деревенское радио, ее все без рупора слышат.

В прошлом году бабы на ее скамейке губы себе на семечках искусали.

Они все как есть знали: что было, что будет, чем сердце успокоится. Так их никто газетой «Взгляд» не называл. Ой, а сколько раз они актрису с талией в 45 см. вспоминали, и не упомянуть! Она чай ровесница Семеновны. Так она давно баба, ее щеки из-за спины всегда видно, и никто ей лицо не менял, щекастая такая.

Катерина мамину шляпу из норки с краями большими подарила Семеновне, так из-за шляпы щеки Семеновны все равно выглядывали, когда она в ней на телеге ехала. Вылитая боярыня. А в этом году скамейка без семечек осталась. Приехала Катерина, привезла две стопки книжек: одни красные, другие цветастые. Так тете Даше теперь поговорить не с кем. Бабы читают по очереди женские детективы.

Совсем забыла, вчера по телевизору тетя Даша видела физика, значит. Он все по горам ходил, семи тысячники покорял, хотел из человека превратиться в снежного барса. Вот как. Что в этом удивительного? Он все вверх лез, чтобы быть выше земли, а тетя Даша так скажет, можно выйти в чистое поле, и сразу будешь выше ржи, а рожь она над землей растет.

А дело было так, если верить тетке Даше.

— Ой, бабы, — сказала тетка Даша бабам, — Тамара совсем взрослая стала. Признавайтесь, если знаете, кто ее испортил!?

— Даша, ты чего, правда, что ли? — заговорили бабы, щелкая, семечки.

— А то, что Тамара полнеет не в ту сторону!

Бабы смолкли и пошли по дворам деревни «Медный ковш» собирать вторую часть этой истории. На лето в деревню приехали археологи, молодые ребята. Бабы решили найти среди них нехорошего по их меркам мужика. Тамара страдала и не признавалась в том, кто он. Тусклая она стала, и все время ворчала, что в школу идти она не хочет. Дома не могли ничего понять и оставались в полной неизвестности.

Деревня знала все.

Осенью Тамара пошла в школу. Но ходила она в нее странно, мать провожала ее в школу и на работу уходила. А из школы звонить стали, что Тамара уроки пропускает. Запахи на ней появились посторонние. Однажды мать пошла по своим делам мимо школы, смотрит, ее дочь выходит из школы. А ее уже парень поджидает. Они поговорили и разошлись, а запах парня матери уже знаком был. Он прошел мимо нее.

Мать вернулась домой, а дом был полон роз. По всей комнате во всех сосудах стояли крупные вишневые розы. Тамара сказала, что ей цветы подарил ее парень. Первую беременность дочь от матери пыталась скрыть. И тетка Даша молчала до поры до времени.

Возникли новые проблемы. Училась Тамара да не доучилась, а стала будущей мамой. Фигура у нее поплыла. Здесь нервы Тамары не выдержали, и она матери призналась в своем естественном грехе. Что делать? Оставили ребенка, а Тамару срочно перевели в вечернюю школу.

Разносторонний студент археолог Федор к этому времени окончил институт. И они поженились. Тетка Даша думала, что вот выйдет Тамара замуж, будет жить с мужем и к ней дорогу забудет. Нет, явилась со своим мужем. Вздохнуть тете Даше не давала, она из-за нее все больше дома работала, все пыталась дочери угодить.

А Тамара стала такой справной женщиной, что все бабы в деревне диву давались. Хорошая жена из нее получилась. С мужем археологом своим как голубки ворковали. Тетка Даша на них налюбоваться не могла. А муж-то Тамары продолжал копать землю один. Другие археологи больше не приезжали, они ничего здесь не нашли.

Мужик Тамары оказался упорным малым. Таких рвов нарыл, что любо — дорого посмотреть. Дети в его пещерах играть стали. А он отпуск взял да и рыл ямы-то. Тамара ему еду носила прямо в поле, а у самой ребенок в подоле. Бабы над ним смеяться устали.

И откопал археолог Федор — кузнецу. Наковальню в ней нашел, молот, утварь домашнюю. Народ ученый в деревню приехал и люди с камерами. Вскоре находки по телевизору показали. Сподобились. А чего удивительного? Что они сами не находили подковы? Вон у тетки Даши при входе в дом завсегда подкова на счастье висит.

Так они, что удумали? Тамара со своим мужем решили избу себе поставить и остаться жить в деревне. Бабы посмеялись, а они всерьез дом стали ставить. Купили печку странную, типа старой круглой стиральной машинки, она им весь дом стала обогревать.

Дом построили с городскими удобствами. Так вся деревня к ним на экскурсию пришла, посмотреть, как вода из крана бежит. И плита у них чистенькая. И газ у них в баллоне и дров не видать. Все путем. Тамара хозяйственная оказалась. Дома чистота такая, какой у тетки Даши никогда и не было.

Дом так поставили, что найденная кузница оказалась в огороде. Муж Тамары на месте древней кузни свою возвел, современную.

Кузнецом стал работать и в школе учителем. Славно так все получилось. В деревне Медный ковш землю никогда не ценили, а тут ее стали перемеривать, продавать. Домов понастроили на пустом поле. Речку почистили. Вот тебе и Тамара, а как все повернула!

А тетка Даша, как овощи выращивала, так и выращивала. Тамара матери построила теплицу. И тетка Даша стала бригадиром, и по отчеству стали ее звать величать бабы — «Дарья Артемовна». И приснился ей сон, будто в ее доме воды под крышу и все в нем плавает. Проснулась она, а на улице сильный ливень идет, потом молнии засверкали, гром прогремел раз, другой и все успокоилось.

Утром солнце засветило. Если бы не лужи никто бы не поверил, что ночь страшная была. Телефон зазвенел. Тамара к себе мать позвала. Тетя Даша побежала по лужам, думая, что это за спешка, что ее подняли с утра пораньше. А люди стояли у кузни и смотрели в одну из ям. Ямы полные воды, а в одном месте земля словно, светилась. Да что там говорить!

Археолог медь нашел, прямо под своим домом. То — то он все удивлялся, что все, что они в кузне нашли, было из меди, а не из самого железа. Так — то. А горы — то рядом, вот медь и вымылась из раскопок. Ладно, врать тетка Даша не будет, и ей не велели.

Что они нашли, она толком не знает, вынули из земли то, что блестело. А это оказался обыкновенный, старый медный ковш для варения. Смеху было, потом еще вся деревня смеялась.

На тетку Дашу вместо смеха опустилась скука. Всю жизнь в этой деревне прожила, и вдруг скучно стало, хоть волком вой. Ну, ничего ее не радует. Грусть такая — до оскомины. Так захотелось ей уехать туда, куда глаза глядят, вот сесть бы на телегу и уехать.

Оставила она теплицу на куму, приоделась, и поехала на подводе до станции. Колесо деревянное у телеги и откатилась в сторону.

Приехала тетя Даша в город, идет по улице и вдруг у огромной машины оторвалось колесо и покатилось. Страху она натерпелось, колесо от телеги намного меньше будет.

Город он и есть город. Горожанка Арина шла по улице, как у себя по квартире. И вдруг навстречу ей покатилось колесо, оторванное от огромной машины. Как она успела отскочить, неизвестно. Колесо размером с нее ростом мимо прокатилось. Сердце у девушки сжалось от страха.

К Арине подошла странная бабка, каких она давно не видела, и стала ее утешать.

Слово за слово и они познакомились в состоянии общего стресса. Позже оказалось, что шли они в один дом, зашли в один подъезд, поднялись на один этаж. Квартиры оказались рядом. Судьба колесная, не иначе, — подумала Арина, и зашла к себе домой.

Странная для города тетка Даша позвонила в дверь квартиры Катерины, которой дома не оказалось. Тогда она позвонила в дверь к Арине. Стоит тетя Даша перед дверью и держит в руках коричневый чемодан с металлическими углами. Арина пропустила ее к себе в квартиру. Хотя никогда чужих людей в дом не пускала, а тут пропустила и чаем угостила.

Сидят две дамы, разговаривают и чай пьют.

Пришла мать Арины, Люба и сказала, что мать Катерины дня три не видела, ведь они дружат, на улице летом вместе гуляют вечерами.

У тети Даши сердце зашлось:

— А, что если с племянницей Катериной, что случилось?

Три женщины переглянулись и ринулись к двери. Стучат. Кричат.

Из третьей двери сосед выскочил и говорит:

— Что расшумелись? Звать надо полицию. Я шум слышал в квартире, а потом три дня никого не видел.

Тетка Даша к стенке привалилась, потом к двери подошла:

— Запах, — сказал она, и села на пол.

Остальные принюхались и отошли подальше от двери. Соседка Люба первая очнулась, принесла запасные ключи от квартиры соседей. Зашли соседи в квартиру. У входа лежала собака, убитая пулей. На кухне лежала женщина, прикрытая газетой, с пулевым отверстием в области виска. На газете было ярко обведена одна статья о том, что в деревне Медный ковш нашли золотой ковш.

Тетка Даша прочитала и спросила:

— Неужели, сестру мою за медный ковш пришили? У нас в деревне нашли медный ковш, а тут написано, что археолог Федор Комков, зять мой, нашел золотой ковш у себя во дворе. Что же это делается!!?

— Мы читали эту статью, — сказала Арина, — мама еще сказала, что нашли медный ковш, сверкающий, как золотой. Катерину я с детства знаю, так неужели кто-то прочитал статью и ринулся к ее матери? Глупость, какая?!

Когда все стихло, сосед поднял газету с трупа.

Тетка Даша ахнула:

— Это не моя сестра!

— А кто? — спросил сосед.

— Не знаю, — ответила бабка Даша.

Вскоре пришла Катерина и сказала, что это труп подруги ее мамы.

Тетка Даша стала обходить квартиру, в которую редко приезжала. Квартира из двух комнат была небольшой, и какой-то средней во всем. Мебель была ни старая, ни новая, ремонт не напрашивался, но и не светился тем, что его недавно делали.

В общем, здесь можно было жить и на первых порах ничего не менять, что она и сделала.

Так тетка Даша осталась в квартире своей племянницы Катерины, ведь надо было как-то решать все вопросы. Она одному не переставала удивляться: «Почему ей так неудержимо захотелось уехать из деревни»? Оказывается, надо было.

Она стала выходить с соседкой гулять во дворе, к ней привыкли соседи. И, когда она почти свыклась со своей жизнью, к ней приехала Тамара с ребенком и без мужа Федора. Она похудела, осунулась и попросила мать остаться с ней, иначе ей трудно справляться с ребенком.

Тетка Даша посмотрела на свои корявые пальцы в узлах от работы с землей, и осталась, потому что никто не знал, а куда делась мать Катерины?

Понятно, что хотели убить ее, а убили собаку, но где она сама?!

Федор не звонил, Тамара с ним связь не поддерживала. Тетка Даша ее ни о чем не спрашивала. Все говорит: ребенок, ребенок, а ребенок у Тамары — это сын Вова. Вот с ним тетка Даша и стала гулять во дворе, вроде все при деле. Тамара работала. Домашние дела свалились на бабку вместе с внуком, она с ними справлялась. К работе она с детства привычная.

Тетя Даша убирала квартиру и нашла вещи Федора, и ей в них показалось странным. Тамара сказала, что в этой квартире они вместе жили очень мало. Археолог с матерью Катерины не поладил. Тетке Даше стало странно и страшно. Вот помяните ее глупость, но ей казалось, что чужих людей в этой квартире не было! Пока Вова спал, она стала все осматривать, хоть тут и без нее полиция все осмотрела, но медный ковш это дело скоро прикрыл. Всем был понятен припев убийства, а, точнее мотив убийства: медный ковш, который убийце показался золотым.

После того, как тетка Даша в деревне начиталась детективов, которые ей привозила Катерина, ее просто понесло в сторону расследования убийства. Она знала, что медный ковш достали из комков грязи. Федор сказал, что это медный ковш.

Тетка Даша этот ковш сама мыла, на нем письмена были и резьба. А потом, она знает, что такое медный ковш, она в нем завсегда варенье на зиму варила.

Она сказала родственнику археологу, что этот ковш не медный. А он глазами стал вращать, показывая, чтобы она замолчала.

Но причем тут Катерина и подруга ее матери? Федор отвез ковш в город на экспертизу, ясно, что он побывал в этом доме. У него пистолета не было, но ковш был.

Ребенок заворочался в постели. Бабка Даша укрыла Вову одеялом и села в кресло, продолжая осмотр квартиры. Когда она в первый раз в квартиру зашла, здесь был порядок.

Пришла с работы Тамара раньше времени, и с потухшими глазами сказала, что Федор исчез.

Она позвонила ему на мобильный телефон, а ей ответил кто-то чужой, что Федора он не знает, а телефон он нашел и отсоединился.

Тамара пошла под душ, вышла из него спокойная и впервые заговорила:

— Мама, Федор возил ковш на экспертизу. Эксперты сказали, что ковш из золота. Ему лет 200–300. Скорее всего, — это царский ковш. Ковш у Федора изъяли и пообещали 25 процентов заплатить. А кто знает, сколько он на самом деле стоит? И я не знаю. Он мне все это по телефону сказал, а теперь у него и телефона нет.

Тетка Даша посмотрела на Тамару, ее глаза были полны слез. И ей стало ясно, что Федор не хотел никого убивать, но то, что ковш виноват в смерти подруги сестры, стало совсем понятно и без газеты. Тамара пошла, спать, выпив успокоительные таблетки.

Проснулся Вова, и бабка закрутилась с ним. Они крутили мяч, и он закрутился под диван. Полы бабка мыла накрученной шваброй, и не наклонялась, а тут она встала на колени и стала искать мяч.

Она увидела?! Правильно, она увидела край золотого ковша в диване. Как она раньше его не заметила? Она встала с колен, подала малышу шарик, зашла в комнату к Тамаре: она спала.

Что делать? И откуда здесь оказался ковш? Здесь обыск был, но ковша тогда не было! Сколько лет тетка Даша прожила в деревне Медный ковш и все, слава Богу, и было хорошо. А поехала в город, и колесо от телеги отвалилось. На деревне в медном ковше варенье варят, а тут он криминальный объект.

Не выдержала тетка Даша, встала, приподняла диван, смотрит и глазам не верит: в диване лежит четвертинка от золотого ковша! А рядом лежат ножницы по металлу. Она диван опустила, да так резко, что Вова заплакал. Это кто ж такой умный историческую ценность разрезал?

Заглянула она под диван, кусок от ковша больше не светился, видимо в фанерное дно дивана упал весь. Покормила она малыша, и они гулять пошли. Милое дело у бабок выяснить, кто в подъезд заходил.

Тетка Даша соседке Любе все и рассказала, даже про четверть ковша.

А Люба, как засмеется:

— Баба Даша, так 25 процентов от клада уже у вас. Дело можно закрыть. Убитую женщину только жалко.

— Люба видела ковш в земле, по нему дождь хлестал. Я его потом отмыла, почистила. А яму ту зять Федор выкопал, до этого он кузню откопал, а теперь он пропал.

— Баба Даша, я тебе честно скажу, что Арине моей ваш Федор сильно приглянулся.

— А с какого боку мне такая неприятность? Она что ли его спрятала? Он чай у вас дома не сидит?

И тут они увидели, что к подъезду идет сам археолог Федор! Бабка Даша вскочила.

А Люба ее придержала:

— Сиди, баба Даша, с тобой ребенок, а они сами разберутся.

Федор на них и не посмотрел, сразу зашел в подъезд. Бабки притихли, поглядывают за малышом, он в песочнице сидит, и помалкивают. Через минуты две из окна какой-то квартиры вылетел черный предмет и упал в клумбу. Люба прыткой оказалась и вынула из цветов пистолет, потом сама испугалась и опустила его в цветы.

— Баба Даша, а это, что?

— Сама видела, пистолет.

— Так страшно мне стало!

— Мне уже давно страшно, с тех пор, как археологи первый раз приехали в деревню. Боюсь я Федора этого.

Они замолчали, Вова разревелся, им стало некогда. Пока они утешали его, из подъезда выбежал Федор с полиэтиленовым пакетом, но его они не заметили. Через полчаса бабка Даша и Вова вернулись домой. Люба подождала, пока она дверь в квартиру открыла. Бабка Даша зашла в квартиру, посмотрела на Тамару, она спала! Она спала в той же позе, в какой она ее оставила! Бабка Даша на цыпочках подошла к ней: она дышала ровно и просто спала, отвернувшись к стене. Значит, она Федора не видела! Да и они его больше не видели.

Люба, увидев, что у соседей все относительно хорошо, пошла к себе.

Пистолет повторно нашла собака соседа и привела его к Любе, ведь она его держала в руках на клумбе! Вторично заинтересовался этим делом, а овчарка соседа стала героем дня на дворе.

Круче оказалось то, что пистолет забрали для экспертизы, а бабка Даша подумала, надо было от него дуло отрезать ножницами для металла, что под диваном лежат. Она подняла диван, но в нем не было четвертинки от ковша и ножниц для резки металла.

В этот момент проснулась Тамара, бабка Даша ей ничего нового не стала говорить. На улице потемнело и Тамара села у кровати, засыпающего сына.

Бабка Даша пошла на кухню с полной уверенностью, что криминала в этой квартире больше нет. Она все пыталась припомнить, из кого окна вылетел пистолет, но этого она не видела, она его заметила, когда пистолет подлетел к клумбе. Федор здесь был, а, где был пистолет?

Если он его кинул в окно, так это глупо. А. если не он, то кто? Тамара проспала на таблетках. Бабка Даша и Тамара сели пить чай. В дверь позвонили одним звонком, резким и продолжительным.

Бабка Даша пошла открывать. На пороге стояла Люба с восьмушкой от золотого ковша. Бабка Даша прыснула от смеха. Соседка ворвалась в квартиру:

— Баба Даша, ты чего смеешься? Я пришла домой, а на столе рядом с хрустальной вазой лежит этот кусок золота! Это 12.5 процентов от вашего ковша!

Из кухни вышла Тамара:

— О, наш ковш уменьшается! За, что вам 12.5 процентов перепало? Тетя Люба, а я знаю, это доля.

«Был золотой ковш, остались обрезки», — об этом Федор старался не думать, он ехал в деревню Медный ковш. Хотел сделать доброе дело, да злом оно обернулось.

Лучше бы выдал золотой ковш за медный ковш, и никто бы не пришел проверять, мало ли медных ковшей для варки варенья!

А еще он обзывал себя последними словами. Ведь он не убивал женщину, он убил собаку, и совсем не из-за золота. Женщина его с Ариной увидела, прошла бы тихо, так живой бы осталась. Он повез ковш на экспертизу, перед этим решил заглянуть домой, и взять свои вещи. Встретил Арину в подъезде, и так она к нему прицепилась — не оторвать, и до поцелуя дошли.

Тут и появилась эта женщина в парике, она закричала:

— Люди добрые, что же это делается! Федор с Ариной целуется!

Тут Арину и проняло. Спуску она никому не дает. Она оттолкнула любви обильного Федора, забежала домой, схватила пистолет с глушителем, он у нее был от друга, и выскочила на лестницу, сунула оружие Федору.

Все решили секунды странного настроения: Федор убил собаку, а Арина убила женщину в парике. И оба они не заметили, кого убили.

Дело в том, что настоящая хозяйка квартиры была в служебной командировке и вместо себя оставила дома приятельницу, которая обо всех все знала. Она с собой вещей мало принесла, и ходила в одежде и парике хозяйки квартиры. Федор опомнился, да поздно было, ему все казалось, что произошла ошибка, что это был странный сон и только. Вот Арина и опекала бабу Дашу, когда та приехала к племяннице, время тянула.

Ковш Федор взял после экспертизы для съемок, его в комнату к фотографу отвели, чтобы снял его во всех ракурсах и отдал государству. У фотографа оказались ножницы не только для фотобумаги, но и обычные для металла. Он схватил ножницы для металла, отрезал четвертинку ковша, спрятал за пазухой и ножницы прихватил.

Вот и вся история.

Теперь Федор ехал в деревню и боялся всего на свете. У него с собой была восьмая часть ковша, столько же он отдал Арине за пистолет. Они немного повздорили, и он бросил пистолет в окно из ее квартиры, а теперь он не знал, что с ним будет. Радио в электричке вещало, что есть предположение, что в убийстве…

Живет бабка Даша с дочкой, сидит с внуком и чувствует, что жить с каждым днем становится тяжелее. Федор уехал в деревню и помалкивает. Арина к ним не заходит. Тамара получает такую зарплату, что для деревни много, а для города очень мало.

Они втроем на ее деньги жили с большим трудом. Их три человека — хоть реви, и все они неразрывно связаны. Тамара в деревню ехать отказывается, а бабке Даше в городе только в овощном магазине работать, да и то пол мыть или овощи фасовать. Жизнь ее — жестянка!

Пока Вова спал, бабка Даша обошла квартиру с точки зрения уточнения убийства за золотой ковш. Кухню исследовала по сантиметру, по пятнышку.

И она нашла! Женщину убили в висок, но она умерла через минуту после выстрела, и кровью на красном столе, написала «Арина» дальше капли крови, рука у нее упала. Надпись не заметили, красный цвет — на красном, внизу стола — тумбы. Точно, ту женщину Арина приголубила пулей!

Федор женщину не убивал, но собаку мог. Бабка Даша встала с колен и пошла в прихожую, где всегда лежала овчарка. Собака нигде не написала, кто ее прибил. Бабка ползала, смотрела, но никаких следов, все сама и вытерла. Хотя им сказали, что собака и женщина были убиты из одного пистолета. Нет, бабка Даша домой хочет, в деревню, овощи выращивать.

И так ей поесть захотелось! Открыла она холодильник, потом морозильник, смотрит: ягоды мороженные лежат, никто из них варенье не варил. Думает: дай компот сварю. Стала она ягоды доставать, еле оторвала от стенки, так они примерзли. Пока отрывала ягоды, оторвала еще один пакет. Посмотрела в пакет, а в нем, не поверите, ложки лежат, то ли медные, то ли золотые, врать не будет. Ой, блестят! Шесть штук.

Бабка Даша у дочери спросила:

— Что за ложки лежат в морозильники?

Она удивилась для приличия, а потом и говорит:

— Это Люба принесла вместо восьмой части золотого ковша.

— Или она хотела, чтобы мы молчали?

— А что мы такое знаем, чтобы молчать?

Бабка Даша поняла, что Тамара не знает, кто убил женщину в парике, а Люба, выручает свою Арину.

— Тамара, продай эти ложки на жизнь, на хлеб.

— Нет, я ложки продавать не буду, а на хлеб нам хватит.

— У меня мысль есть, я гуляла с Вовой и видела объявление, набирают людей на завод по изготовлению ложек. Отпусти меня на завод, Вову в сад отдам.

— Мама, а тебя на работу возьмут?

— Не беспокойся, меня возьмут, и Вову возьмут в детский сад при этом заводе.

Пришла бабка Даша на завод, а в отделе кадров Люба сидит, она ее и пристроила на работу, как будто язык ей перевязала, чтобы она про Арину не проговорилась.

Так бабка Даша стала городской жительницей, дважды нужной Тамаре.

Тамара сама поехала в деревню. Федора она заметила с лопатой у очередной ямы, рядом с ним копала землю женщина. Тамара узнала Арину, и хотела развернуться и уйти, но передумала и подошла к ним. Они хотели ее прогнать, но передумали, и закрыли собой большой, грязный предмет.

— Тамара, ты абсолютно свободный человек, я тебя не держу, — встретил ее недружелюбными словами Федор.

— Вы чего это откопали? — спросила Тамара, с любопытством рассматривая квадратную глыбу грязи, не обращая внимания на слова Федора.

— Ничего мы не нашли, ты спросила — я ответил.

— Мне уже нельзя узнать?

— Меньше знаешь, целей будешь, — процедила сквозь зубы Арина.

 

Глава 8

Обиженная Тамара хотела развернуться и уйти, но на грязный ком опустилась третья лопата, все посмотрели на нее, потом на хозяина лопаты. Это был Олег.

— Думаю, вы не против того, что я к вам присоединюсь, — пророкотал он. — Федор, говори кто из двух твоя, а вторая девушка будет моя.

— Олег, какого черта ты здесь?

— Не сердись, слухами земля полнится, решил тебе помочь копать, так кто из них моя? А о твоих раскопках я сам узнал, ты все в сети пишешь, а я читаю тебя.

— Олег, твоя Тамара, она у меня получила полную свободу.

— А кто здесь Тамара? — спросил театрально Олег.

— Я, — ответила Тамара. — Мы с тобой еще чистые, а они уже грязные.

— Годится, а теперь давайте посмотрим, что находится в этом грязном коме грязи.

— А ты ком вытаскивал из земли? Ты его откапывал?! — закричал истошно Федор, готовый полезть с кулаками на Олега.

— Чего кричишь? Если нашел, так и очищай чудище из грязи! — наставил Федора на путь истинный Олег.

Федор стал лопатой грязь сбрасывать с непонятного предмета. И тут блеснула молния. Полил ливень. Громыхнул гром. У людей появилось естественное желание спрятаться под навес, но никто с места не сдвинулся. Дождь вылил быстро воду на грязный предмет и ушел полосой в другое место, где уже сверкнула молния, и послышались раскаты грома.

— Ящик! Я его сам вскрою! — пророкотал благодушно Олег, стряхивая воду с волос. И тут же лопатой открыл деревянное творение прошлых веков, окантованное ржавым железом.

Непроизвольно все четверо вытянули шеи в сторону чуда. Это оказался обычный сундучок со старой одеждой, появился запах махры и плесени. Мех, ткань, словно спеклись временем. Арина работала в перчатках, она и стала чистыми руками вытаскивать из сундука: фрак, панталоны и верхнюю накидку, отделанную мехом, башмаки с пряжкой.

— Ну, тут полный набор… — не договорил Федор и расчихался.

Напряжение и скованность прошли, появился смех и полное разочарование. Тамара прощальным взглядом посмотрела на Федора, Арину, сундук и пошла назад на станцию.

Олег догнал Тамару и пошел рядом. Человека нет, собаки нет, а все увязли в круговой ответственности, — так думал Олег, идя рядом с красивой женщиной. В какой-то момент жизни ему пришлось учиться с Федором и заниматься археологическими раскопками. И сейчас ему надо было найти убийцу женщины в парике и части бесценного золотого ковша.

Тамара шла и молчала. Она думала: «Если вас поставили в состояние тупика, говоря всеми фибрами души, что тот человек, который вас поставил в плохое положение — умнее вас, значит надо сделать так, чтобы он сам наслаждался этим тупиком, а самому покинуть эту ситуацию, и заняться другим делом, более приятным и понятным».

Олег тоже покинул раскопки и пошел с Тамарой на станцию. Он понял, что раскопки не его ума дела, а все, что раскопает Федор, он обнаружит более легким путем, чем лопатой.

Он шел и болтал о жизни. А в целом и эта ситуация для него была скучной, и дело с разрезанным золотым ковшом его не привлекало. Тревожить Тамару вопросами по поводу убийства, ему тоже не хотелось.

После дождя появилось солнце. Под ногами чавкала грязь от недавнего дождя. Тамара поскользнулась и слетела по грязи, как по маслу, в кювет с водой. Вода в кювете оказалась неожиданно холодной, ее пронзил озноб. Она крикнула, но язык от холода стал западать, звук получил слабый. Она попыталась вылезти из канавы, но ноги скользили.

Олег продолжал идти, не замечая потери попутчицы. Он скорее почувствовал отсутствие Тамары, чем услышал ее тихий голос. Мужчина остановился, посмотрел в сторону женщины, потом осмотрелся, но ее не заметил. Тогда он пошел назад и стал кричать ее имя.

И только тогда услышал тихий крик. Он сам едва не свалился в яму, расположенную вдоль дороги, для спасенья дороги от лишней грязи и воды.

Тамара стояла в грязной воде, держась за траву и пытаясь вылезти из водяного плена. Олег подал ей свою могучую руку и вытащил из канавы. Продолжать путь в таком виде смысла не имело, мимо не проезжало на колесах ровным счетом ничего. Глушь. Он проявил благородство, достав из рюкзака полотенце и воду в бутылке.

Вскоре рядом с ним шла женщина в его клетчатой рубашке, с голыми ногами, обутыми в кеды. Теперь она излучала флюиды весьма приятные для Олега, и скука стала покидать его мужскую сущность. Олег выкрутил джинсы Тамары и шел, размахивая ими, в надежде, что они высохнут до ниточки.

Тамара заговорила, да так сказочно, пересказывая рассказ матери о своих предках.

Олег слушал ее и не прерывал, так они подошли к станции, и тут он спросил:

— Тамара, я правильно понял, что найденные вещи принадлежат вашему прадеду?

— Да, скорее всего ему. В деревне Медный ковш живут свои легенды.

— Вернемся, посмотрим на вещи в сундуке.

Она посмотрела на свой облик, подумала о близком городском счастье с асфальтом, и решительно ответила:

— Нет, я не пойду назад, там Федор с Ариной. Это они убили собаку и женщину в парике.

— Вы все так думаете?

— Это все знают, только не знают откуда. Ой, проговорилась! Олег, ты никому не скажешь?

— Кому мне говорить, если я — следователь по этому делу.

— Да, влетела, то в грязь, то в следователя, то в мужа.

— Не волнуйтесь, я это уже знал. Мы нашли в клумбе пистолет, который вылетел из окна Арины, и из него были произведены два выстрела.

— Так это она сделала!

— Пока не знаю кто, и пока не приказано их арестовывать. За ними наблюдают из-за слишком успешных раскопок.

— Кто наблюдает, если вы со мной?

— Все тебе расскажи, есть люди рядом с ними.

Тамаре нечем было возразить, она натянула влажные джинсы и они подошли к электричке.

«Кому женщина помешала»? — вот вопрос, над которым думал Олег.

Бабка Даша купила красивые, круглые ломти ананасов — цукатов у продавщицы с золотыми зубами. Колесики. В ее доме никто их есть не стал. А она подумала, что их делают там, где люди долго живут, вдруг ей их долголетие перепадет! В цукатном ананасе она оставила часть зуба. Тогда она купила маленькие, разноцветные цукаты. В них она оставила четверть того же зуба.

Пришлось задуматься о его восстановлении. Позвонила она в стоматологическую частную клинику, там оказались люди хваткие и разместили свои объявления на первых полосах газет, в результате у них запись была на три дня вперед. А она, чувствовала, что последний кусочек родного зуба оставит в цветном цукате, если еще прождет два дня без стоматологического приема.

Пришлось бабке Даше купить телефонный справочник, в нем она нашла номер телефона частной поликлиники, где обещали через четыре часа прием стоматолога. Она не жевала цукаты целых четыре часа, и отварила пельмени из замороженной пачки.

В пельменях последний осколок зуба она не оставила, но сил набралась. Что делать? Поехала бабушка к врачу.

Врачом стоматологом оказался мужчина, очень красивый, правда, свое лицо он вскоре спрятал под маской, а ей пришлось прикрыть глаза.

Его медсестра вместе с ним посмотрела в рот, и вдруг как закричит:

— А, вы собираетесь делать остальные зубы? Я пишу, что у вас один зуб скошенный!

После всех процедур и пяти рентгенов, вышла бабка на улицу с двумя обновленными, белыми зубами. Естественно она пошла в магазин, покупать продукты, которые не будут разрывать зубы на части.

К тетке Даше приехал Федор, посмотрел на нее внимательно и спросил:

— Баба Даша, вы лучше расскажите, кто была бабушка вашей матери!?

Ой, ей страшно стало!

А он опять говорит:

— Мы нашли сундук с мужской одеждой, очень старый. Кто был хозяином одежды, мы не знаем, и догадаться не можем. Скажите то, что слышали от матери.

— Федор, это одежда моего родного деда, моей матери. Я слышала историю его приезда от нее.

В это время к ним позвонили. На пороге стоял Олег и еще несколько человек.

Федор попытался бежать, да было некуда.

— Федор, вы подозревались в убийстве. Вся вина за убийство лежит на вас. Арина говорит, что вы можете подтвердить ее алиби, якобы она была с вами и не могла совершить преступление.

— Где мы были? На раскопках, вы нас видели там.

— Нет, все не так.

Олег со своими людьми быстро развернулся и ушел, как будто, что вспомнил.

Бабка Даша спросила у Федора:

— Что это было?

— Ошиблись дверью.

В дверь позвонили, на пороге стояла женщина со знакомыми чертами лица! Бабка Даша узнала родную племянницу Катерину!

За ней стоял Олег:

— Баба Даша гостью принимай! У Катерины есть тестер лжи, работает через сотовый телефон. Подключаешь прибор к сотовому телефону, и он отделяет всю правду и ложь.

Действительно, скоро вся квартира была полна народу.

Катерина села в кресло, держа в руках небольшой прибор, к нему проводом был подсоединен сотовый телефон. Все по очереди отвечали на вопросы в этот телефон. Электронный обвинитель показал в сторону Арины. Арина взвизгнула, раскричалась, разревелась и призналась во всем.

Федор устало вздохнул. Прибор показал полную его невиновность.

* * *

Федор смотрел на небо с голубоватыми прожилками между перистыми облаками, и придумывал новую идею, которая была далека от благородства. Ему нужна была слава для материального обеспечения.

Только людская молва могла принести ему имя и известность. Слава и известность, хотя чем эти два понятия друг от друга отличаются?

Почти нечем. Добыть себе имя он мог только после того, как его покажут на всех телевизионных экранах. Второй вариант — ему надо сделать видео и раскрутить удачно распутанное дело, которое он раскроет лучше сыщиков.

От сложной задачи Федор ощущал тупость в висках, не найдя решения он вышел на улицу и побрел в сторону центральной части города.

Он увидел свадебные машины, которые остановились практически перед ним. Он с любопытством взирал на красивую невесту. Она его так поразила своими безупречными линиями фигуры, что он потерял ощущение времени.

Невеста покрутилась у памятника, рядом с которым они находились. Ее сняли на фото и видео камеру. Федор тоже успел щелкнуть своим телефоном, и получить удачный снимок девушки в белом платье и ее матери, которую мысленно назвал — мадам Фифа.

Жениха рядом с невестой не было, из этого Федор сделал вывод, что невеста едет на регистрацию брака. В его голове щелкнула мысль, что это именно то, что ему нужно, и записал номера машин.

Федор выяснил адрес невесты по имени Арина, и через пару дней он уже разговаривал с ее матерью, Любой, во дворе их дома. Он завел разговор об экстрасенсах, и мадам поддержала эту тему.

Они обсудили телевизионные программы, из чего Федор сделал вывод, что мадам Люба не прочь засветиться на экране. Дома он набрал на мониторе нужный вокзал, посмотрел на расписание поездов, купил через виртуальную кассу два билета. Дальнейшие его действия никто не мог проследить.

Мадам Люба, то есть мать невесты, сидела дома в полном одиночестве и смотрела телевизор. Ее отдых прервал звонок зятя, он жаловался на отсутствие молодой жены, и спрашивал у тещи, не у нее ли дочь?

Мадам Люба заволновалась, зная, что ее дочь — девушка пунктуальная, честная и не могла она просто так кинуть молодого мужа. Они обсудили этот животрепещущий вопрос, выяснили, кто и что знал из них на эту тему и ни к чему не пришли.

В голове мадам Любы возник образ мужчины, с которым она разговаривала об экстрасенсах. Она вспомнила про его визитку, на которой было написано «экстрасенс Федор». Зять подал заявление в отделение по розыску граждан, где на него подозрительно посмотрели, словно обвиняя его в том, чего он не делал.

Ему их подозрения не понравились, и он поддержал мысль тещи обратиться к господину Федору, но телефон экстрасенса оказался вне зоны доступа.

В отделения по розыску граждан пришел журналист, с просьбой рассказать об интересном случае в их работе. Ему и сказали, что пропала некая невеста Люба, не успевшая стать женой.

Журналист предложил сотрудникам отдела поработать с экстрасенсом для поиска девушки и дал им визитку Федора.

Господин Федор познакомился с невестой Ариной до этого ажиотажа.

Он представился ей режиссером передачи об аномальных явлениях, и предложил поучаствовать в съемках всего несколько минут и за большие деньги. Она из любопытства согласилась, поскольку от природы была любознательная особа. С собой она взяла пляжный набор одежды, как он и потребовал.

Через некоторое время по телевизору показывали программу, в которой господин Федор помогал сотрудникам отделения по розыску граждан разыскивать пропавшую невесту. Он уверенно показал на карте соседней области место, где она находится.

Мадам Люба смотрела передачу по телевизору с мокрыми от слез глазами, и не могла понять, что ее дочь могла делать в соседней области.

В дверь позвонили, это пришел возмущенный зять, который тоже смотрел эту передачу. Его лишили права покидать город, и он не мог поехать туда, куда всех посылал экстрасенс Федор.

Но передача шла дальше. Теща и зять затихли в креслах, взирая на экран.

На место, указанное экстрасенсом Федором на карте, выехали два сотрудника из отдела по розыску пропавших людей, журналист и сам Федор. Зрителям оставалось смотреть передачу. К поиску невесты подключили добровольцев. Целая толпа людей рассеялась по лесу в поисках.

Федор первым нашел холмик и стал его раскапывать. Вокруг него собрались люди. Камера снимала, как разрывают землю, находят нечто завернутое в целлофан.

Зять завопил:

— Это ни она!

Мадам Люба рыдала. В дверь звонили. Зять открыл дверь. Его арестовали по подозрению в жестоком убийстве невесты. Мадам Фифа онемела. Передача по телевизору окончилась. Она не шевелилась. Она впала в оцепенение, не поверив в то, что произошло.

Эту передачу смотрела и Катерина. Вопреки всему она почувствовала страшный и несправедливый обман. Она подумала, что невеста Арина — живая.

И ее молодой муж преступления не совершал. В ее мозгу всплыло лицо экстрасенса Федора. Его взгляд доверия не вызывал. Было в его лице нечто хищное и самодовольное.

Она погладила собаку, прижавшуюся к ее ноге.

— Поехали, Чипа!

Пес тихо залаял ей в ответ.

Катерина заехала к матери Арины, адрес которой узнала в редакции, взяла у нее платочек Арины, и вместе с Чипом поехала на вокзал. Купила два билета на себя и собаку, представив собачьи документы.

Кассир воскликнула:

— Все туда поехала! Знаете, а ведь этот экстрасенс Федор, которого по телевизору показывали, то же туда ездил, и уже два раза!

Катерина не удивилась, а погладила собаку по голове. Они доехали до населенного пункта, о котором говорили по телевизору. Поселок шумел от новостей и гостей, наехавших сюда после передачи.

Нашлись люди, довели Катерину до ямы, из которой выкопали нечто, завернутое в полиэтилен. Чипа молчал, он брезгливо морщился, и покачивал головой. Катерина поняла, что здесь ничего для них страшного не было. Неожиданно пес покрутил головой и побежал в сторону леса. Она бросилась за ним.

Катерина с собакой прошли метров двести по лесу и остановились перед забором из жердей, за которым ходили лоси. Один лось ел, выдирая пищу из-под пляжного платка невесты Арины.

Катерина, от увиденного зрелища, вся встрепенулась, сердце ее сжалось от боли. Пес залаял на лосей. Они ощетинились на него рогами. Катерина залезла к лосям, протиснувшись между жердями в заборе, в ней было столько агрессия, что лось невольно уступили ей дорогу к кормушке.

Она тронула рукой платок Арины, потом попыталась его снять с соломы, которую он обвертывал, но у нее ничего не получилось. Она посмотрела на пса, но он уже бежал в лес. Она последовала за ним.

Издалека Катерина увидела силуэт девушки, привязанной к дереву. Пес лаял рядом. Катерина даже не удивилась, что это был манекен в купальнике невесты.

Чипа продолжал лаять и смотреть вверх на дерево.

Катерина подняла голову и увидела пляжную сумку, которая явно была пуста.

Пес опять подождал, пока Катерина сняла с ветки сумку, и бросился бежать дальше в лес. Он остановился у шалаша, расположенного в ветвях двух дубов. Пес больше не лаял, он скулил. Катерина по лестнице забралась до входа в шалаш, и посмотрела внутрь. Ничего страшного она не увидела.

Невеста Арина спала на боку в свадебном платье, укрытая фатой. Катерина легонько пошевелила девушку, но та не реагировала на руки Катерины. Тело ее было теплым под грязной фатой. Усталость проступила на лице спящей девушки.

Неожиданно она села:

— Ой! — воскликнула она с таким отчаянием в голосе, что пес залаял.

— Арина! — выдохнула Катерина. — Что произошло с тобой?

— Лох я обыкновенный. Я подумала, что мне заплатят за съемки, обещанные неким господином Федором. Да вот ни с чем и осталась.

— Хорошо, что живая, — сказала Катерина, у нее не было сил рассказывать, в какую историю Арина попала.

Девушки спустились на землю.

Для себя Катерина из этой истории поняла, что экстрасенс Федор, обычный авантюрист, и не поможет ей найти черный шар жизни.

Везти сразу грязную невесту домой, которую знает теперь вся страна, она не решилась. Поэтому сняла номер в дорожном отеле. У невесты в огромной пляжной сумке, оказались легкие босоножки, и тонкое платье из полосок ткани. Она и надела сей незамысловатый комплект.

Катерина терзалась сомнениями, как на работе шефу объяснить свое отсутствие. Решение пришло неожиданное, надо поездку превратить в командировку, то есть сделать нечто полезное для фирмы. И она решила посмотреть на новые виды ламп, к коим ее фирма имела косвенное отношение.

Она направилась в магазин, оставив невесту с собакой Чипом.

Сквозь темные очки мир смотрится добрее, серое небо приобретает веселый оттенок, и жизнь катится, не смотря на состояние здоровья, настроение и прочие факторы индивидуального существования.

Белая страница не кажется белой, и не ест глаза своей яркой правдой, а всякую правду и надо рассматривать сквозь темные очки. А заглядывать в любимое прошлое, лучше через темные стекла существования, что-то приукрасив, а что-то и оголив, за давностью лет. Но первую половину двадцатого века трудно рассматривать даже через очень темные очки времени, как не описывай этот период, а все словно наговариваешь, даже если и приукрашиваешь события тех лет, — так думала Катерина, привычно идя знакомой, асфальтированной тропой через лес…

Олег и Катерина вместе пошли к знатоку Медного треугольника. Знаток с ненавистью посмотрел на пришедших, но потом взмахнул рукой и такую глупость рассказал, будто в этом треугольнике есть выход оси земли! И, находясь на территории зоны можно сдвинуть ось земли на долю градуса, а это вполне может вызвать некоторые сдвиги земной коры.

Кто тут сдвинутый был — неизвестно! Еще он сказал, что там часто встречают НЛО. Это Катерина и сама знала, и читала о пятнах в небе.

Подводя итоги, Катерина пришла к элементарному выводу:

— В Медном треугольнике можно сдвинуть ось земли.

— Можно наблюдать НЛО.

Неплохо, но не может она сдвинуть ось земли, но увидеть НЛО? А почему нет? Молодые люди решили поехать летом в Медный треугольник. Им предстояло купить палатку, рюкзаки, одежду, посуду и прочее. Они ходили по магазинам спортивных товаров и искали необходимые предметы особой легкости.

Знаток сказал, что до нужного места придется сделать марш бросок, то есть идти пешком. В день отъезда погода стояла солнечная, плюс двадцать градусов тепла. Катерина и Олег сели в поезд, доехали до маленькой станции. От нее по узкоколейке доехали туда, куда ехали. Снег валил в июне только так!

Ноль градусов. Вот и вся аномалия, но это личное мнение Катерины.

Река Оперная она и есть река. По горам, по холмистой местности несет река свои прохладные воды. И путешественникам через нее пришлось переплывать по пути к аномальной зоне!

Вода — холодная! Пошли они по тропке, неся на себе свой скарб, да тут лишний грамм чувствовался! Шли они по компасу, и пришли на большую поляну с большим числом срубленных деревьев. Срубленные деревья были выложены рядами, словно в лесном театре. В центре поляны был сооружен небольшой помост. Палатки стояли по периметру поляны, слегка спрятанные в листве, покрытой свежим, тающим снегом.

Олег поставил палатку там, где ему посоветовали старшие товарищи по аномальной зоне. Здесь все жили в палатках фирменного пошива, и только один седовласый мужчина жил в темно-серой палатке, сшитой своими руками. Палатка на самом деле была легкой, сверху ее покрывала тончайшая, серебристая фольга, от этого его палатка казалась маленьким чудом.

Хозяином палатки был седовласый человек с тонкими чертами лица, с тонкими костями и широкими плечами. Он был как не от мира сего. При виде этого благообразного старика Катерина забыла об Олеге! Старик был хорош! Олег отошел на второй план, и пошел по периметру поляны знакомиться с соседями.

А Катерина видела перед собой только этого старика! Она попыталась с ним заговорить, но он не обращал на ее слова внимания. Тогда она решила понаблюдать за ним со стороны, поговорить о нем с другими людьми. Ей сказали, что скоро будет его выступление, тогда она все узнает. Люди приезжали в аномальную зону на одну — две недели, а старик практически здесь жил.

Выглянуло солнце. Снег исчез. Зеленая трава стала сапфировой. Листочки засияли с капельками снежной росы. Старик шустро залез на помост и с чувством стал рассказывать необыкновенные истории об аномальной зоне. И еще он попросил подойти к нему тех людей, которые согласны вместе с ним — сдвинуть ось земли. Ему нужны были люди, которые верили бы в то, что ось земли можно сдвинуть силой внушения!

В старика Катерина влюбилась на третьей минуте. Его тонкая кожа на груди выглядывала из расстегнутой клетчатой рубашки. Волосы до плеч серебрились, как фольга на его палатке.

Чувственные пальцы рук шевелись в пространстве, что-то поясняя из его рассказа. Джинсы не первой молодости обтягивали абсолютно прямые ноги, подчеркивая торс, одетый в клетчатую рубашку. Чудо!

Катерина подошла к старику в числе тех, кто готов был сдвинуть земную ось мимо столетий. Да она в тот момент была готова на все, хоть луну с неба достать!

Но достала из рюкзака часть продуктов и отдала их старику, а в ответ увидела его разнокалиберные глаза с веселым прищуром.

Один глаз был немного больше другого, а сами глаза были весьма странной формы, тем не менее — привлекательные. Катерина поняла, чем его можно взять, тем, что в лесу на деревьях не растет.

Старик отобрал трех мужчин и Катерину, и повел их в лес. Буквально в ста метрах от стоянки находился лаз под землю. Катерина поняла, что это была дорога к оси земли. Она оглянулась, но признаков землеройных машин не обнаружила.

Земля вокруг лежала сырая и промозглая. Лезть в нору ей не хотелось. Вход был метра полтора в диаметре. Нагнувшись, она пошла вслед за мужчинами.

Метров через десять появилась пещера. Это же Уральские горы! Тут оказалось несколько пещер, соединенных искусственными, пробитыми в скальной породе лабиринтами.

Свет шел сквозь сеть отверстий над головой, которые при необходимости можно было закрыть.

В одной пещере лежал кусок серебристой пленки. Здесь они и сели на распиленные пни вокруг стола из сколоченных досок.

В этой же пещере стоял верстак с рубанком. Вот, где жил хозяин Медного треугольника! Катерина подумала, что она, Олег и старик — уже треугольник, если не настоящий, то из ближайшего будущего.

Но Катерина не выдержала даже первого сеанса внушения Земле мысли, чтобы она сместила свою ось, и покинула Медный треугольник вместе с Олегом, чему он был несказанно рад. Он уже знал, что хозяина Медного треугольника зовут Афанасий Афанасьевич.

Поездка в Медный треугольник укрепила веру Катерины в существования тайных пещер и сундуков дамы Недр. У нее появилась мысль по лучам сияния синего сапфира улететь в мир дамы Недр.

Для этого надо было послать свои флюиды по лучам времени. Нет, она не уступала Федору в прозорливости! И выпросила у него сапфир «Синее сияние». Оставалось за малым перелететь в иное время…

Но Катерина и сама обладала способностью попадать в странные ситуации. Ее волновал синий сапфир, странные фразы о сундуке и даме Недр. Ей хотелось понять, откуда взялись сапфиры «Синие сияние» и «Соломенная вдова». Почему так изменился ее тренер? Она решила посетить среднюю часть Уральских гор, в качестве попутчика пригласила Олега.

Прошли последние школьные каникулы Катерины…

Сдала Катерина в школе выпускные экзамены, пришла к институту, а там оказалось несколько корпусов. Обошла она все здания, нашла, где принимают документы. Села девушка в юбке защитного цвета у огромного стола и стала заполнять бумаги. Прочитала в приемной комиссии, что в институте есть четыре факультета. Долго боролась между двумя факультетами.

Тут над ее головой раздался чей — то голос, похожий на голос Бога:

— Девушка, заполняйте бумаги на механический факультет!

Человек, который это сказал, растворился в пространстве. А Катерина сидела и думала, а это что за факультет? Заполнила она послушно бумаги на механический факультет. В приемной комиссии ей сказали, какие придется сдавать экзамены, и что ей нужно еще две недели ходить на подготовительные курсы перед сдачей экзаменов. Сдавать предстояло: математику, физику, родной язык.

 

Глава 9

Конек Катерины — математика. Она взяла сборник задач и пошла за дом, где под кленами стоял стол со скамейками. За этим столом она решала все задачи подряд: и по математике, и по физике, и учила формулы. Сосед, как опытный наставник, сказал, что если она какую задачу пропустит, то та и попадет ей на экзамене. Решала все. Физику она решала с меньшим удовольствием, а родной язык не воспринимала должным образом.

Подготовительные курсы ей очень понравились. Она наслаждалась, слушая лекции по знакомым и незнакомым темам одновременно. Лекции проходили в старом здании, а экзамены сдавали в новом, красивом здании. Сверху на нем было написано: «Механический факультет».

Огромный актовый зал. День приема в студенты. Впервые сердце Катерины сказало, где оно находится. Через некоторое время повезли новоиспеченных студентов на машинах в совхоз. Долго ехали по степи, привезли в совхоз «Веселая роща». В степи стояли одинаковые домики недавней застройки. За околицей виднелась стайка берез.

Семь девушек на первую ночь поместили в жилой дом. Внутри чисто. У входа на полу стоял чайник. По центру комнаты стоял круглый стол, состоящей из столешницы без ножек. Во второй комнате находился полог. Под пологом спали молодые. Девушек положили на пол, на кошму. Ночь им запомнилась. Всю ночь их кто-то кусал и кусал. Молодые под пологом шевелились и шевелились.

На следующее утро девушки попросили сменить им место обитания. Почесав в затылке, некий мужчина освободил для них правление совхоза. Место злачное. Маленький домик, в котором за печкой было спрятано огромное количество бутылок. Поставили студенткам семь кроватей. Все удобства во дворе.

Катерина выбрала себе высокого блондина, боксера, способного ее защитить, но у него ее отбил другой боксер, взрослее и сильнее. Что девушка со вторым боксером делала? Побивала рекорды по прогулкам в степи после работы на токе.

Да! Все студенты работали на токе. Зерно сгребали. Один раз Катерину послали работать на кухню. Кухня кормила всех: и студентов, и трактористов. В столовой кормили тех, кто был рядом от нее. Пищу, для тех, кто был в поле, помещали в металлический контейнер похожий на бидон. Контейнера ставили на машину, и увозили в поле трактористам.

Ей повезло: в совхозе она видела полное солнечное затмение. С новой подругой она пошла на ближнюю железнодорожную станцию за конфетами. Идти пришлось далеко. Дорога проселочная. Машин нет. Возвращались еще засветло, но вдруг стало темно-темно.

Подошли девушки к совхозу и увидели, что все студенты с копчеными стеклышками смотрят на солнце. Повезло всем. Они видели ореол солнечной короны. Отработали студенты в совхозе, и домой вернулись. А Катерина потом ходила смотреть первенство города по боксу. На этом ее боксерское увлечение закончилось.

Однажды институтская группа собралась в частном доме сокурсницы, которая обладала изящной фигурой, пышной гривой волос, и огромными, накрашенными ногтями. Первый курс, все еще мало знакомы друг с другом. Математика на первых курсах была достаточно сложная. Танцы сближали молодых. На вечере Катерина познакомилась с молодым человеком, который пообещал ей обручальное кольцо.

На летнюю практику на Тракторный завод города Катерина и ее однокурсница Кира попали в кузнечный цех в одну смену. Кто бы знал, сколько шума было в этом цехе! В первый день они прошли цех, и вылетели из него всей группой, оглушенные ударами прессов, вращением барабанов с песком, в которых снимались с отлитых деталей для тракторов — металлические заусенцы.

Вот эти — то заусенцы, не снятые в барабанах и снимали девушки на практике в третью смену. Однажды Катерина сняла наждаком часть пальца на руке, а когда работа была сделана, то под утро умудрялась заснуть в этом цехе, в этом шуме, с хорошей вентиляцией.

По непонятным причинам за первый год учебы в институте Катерину семь раз показывали по телевизору. Ее показывали в спортивной форме и в обычном платье. Показывали на тренировке и дома, куда приходила целая команда телевизионщиков. У нее брали интервью. Ее показывали молчащую. Ей два раза сделали предложения руки и сердца у рябины, покрытой красными ягодами.

Катерина выглянула в окно, как будто почувствовала, что ее ждут, и увидела однокурсника Ивана. Он был хорош, и чем-то напоминал образ агента из кино. Плащ. Пояс. Обычно молодые люди редко пользуются поясами. В голове промелькнуло, как она к нему заходила в гости. Он тогда ее мгновенно схватил на руки и завалил на постель.

Любовь была столь экспансивной, быстрой и чувственной, что она сама от себя ничего подобного не ожидала. Теперь он стоял и покорно ее ждал. Она надела туфли на слоистой подошве, темно — синее пальто, встряхнула копной волос, которая рассыпалась по плечам и вышла навстречу судьбе.

Высокий, стройный молодой человек стоял у рябины, на которой не было не листочков, ни ягод. Он ждал, от нетерпения дергая пряжку пояса, подчеркивающего его тонкую талию. Его серые глаза внимательно смотрели на окна четвертого этажа, за которыми жила Катерина.

Он был влюблен в девушку своенравную и чувственную. В голове промелькнули прогулке с ней по снежным улицам. Нормальные люди в такую зиму дома сидели, а она гуляла с ним по легкому морозцу, смеялась и разговаривала. Зима резко закончилась, и сейчас было почти тепло. Над землею царила весна, когда снега уже не было, а листочки еще не распустились.

Они вместе пошли в институт, в котором учились. Дорога шла мимо строящегося дома. Молодой человек потянул девушку в сторону стройки, над которой застыл подъемный кран. От будущего дома пробился на свет, как подснежник, только первый этаж.

Иван привлек к себе Катерину. Он обнял ее, судорожно прильнул губами к ее губам. Он пил нектар любви нежно и страстно. Она ответила на поцелуй и вцепилась в его пояс на плаще, словно натянула удила на лошади.

Когда они пришли в институт, сокурсники уже сидели в аудитории, и их совместное появление не осталось не замеченным. Больше всех такое появление Катерины не понравилось сокурснику Федору. Он был в шоке, заметив взволнованность пары, взлохмаченные волосы девушки. А губы? Они были больше нормальных размеров. В его голове промелькнуло красное видение, когда он с ней ходил на концерт. На Катерине тогда сияло алое платье. Его воспоминание прервалось появлением преподавателя.

Как из-под земли рядом с черной доской возникли стенды с кинематикой станков. Студенты забыли о любви и целиком вошли в мир металлорежущих станков. Шикарный мир механики, если его понимать. Следующие две пары проходили у натуральных станков: фрезерных, токарных, расточных.

Вот, где приоритет парней был неоспорим. Девушки только записывали результаты лабораторной работы, но их было мало, в том смысле, что девушек на курсе было значительно меньше, чем парней.

Сюрпризом на последней паре оказалась книга о любви, выраженной в позах, которая путешествовала с парты на пару. Ее кто-то принес, спрятал в книгу со станком на обложке и пустил по студентам. Непутевые возгласы то тут, то там раздавались в аудитории. Жизнь продолжалась.

Ночью станки ощетинились инструментами и столпились вокруг Катерины. Они танцевали танец металлических монстров. Фреза на фрезерном станке подергивалось, как плечико во время танцев. Девушка проснулась и подумала, что накануне переучила кинематику фрезерного станка.

Махина координатного расточного станка стояла в отдельном помещении. Большая станина прятала в своих недрах умную начинку, следившую за точностью перемещения инструмента по программе.

Катерина прошла в цех и собрала чертежи деталей, которые можно было обработать на станке. Ей предстояло перевести станок на числовое программное управление. Такое задание получила она от своего руководителя, доктора технических наук. Иван и Федор отказались от участия в этом проекте.

Катерина работала в одиночестве, спрашивать особо было нечего. Собрав все детали, которые можно было обработать на станке, она под руководством руководителя проекта написала программы, разработала инструменты, которые надо было начертить и внедрить в производство.

Со временем оказалось, что ей надо было только написать программу и начертить то, чего не было в станке, а внедрением могли заняться и другие люди. Эта чудесная работа определила назначение самой Катерины в производственной жизни. На последнем этапе учебы в институте ей предстояло выбрать, кем она будет: технологом или конструктором.

Иван работал в соседнем цехе, поэтому мог сопровождать Катерину на преддипломную практику. Их любовь приобрела дорожный характер, поскольку времени другого на общение у них не было. Прогулки и поцелуи под шорохом листвы рябины носили почти традиционный характер.

Дипломный проект Катерины продвигался, а отношения с Иваном несколько застопорились. Федор, видя, что Катерина охладела к Ивану, подошел к ней с предложением:

— Катерина, стань моей женой после окончания института. Есть возможность получить звездочку на погоны и стать охранником на заводе. Не нравится мне быть конструктором, не хочу я быть технологом, я решил стать офицером охраны, поскольку у них заработная плата на настоящий момент времени выше, чем у молодых специалистов инженеров. А позже я привезу тебе — натуральную бирюзу, похожую на твои красивые глаза!

— Федор, ты с Иваном в одной комнате в общежитии живешь? Вы кого наслушались?

— К нам приходил фотожурналист, снимал нас и сказки рассказывал.

— Теперь понятно, откуда вы на одну тему стали говорить.

Зимой Катерина поехала на первенство области по лыжным гонкам в деревню, расположенную недалеко от озера. Температура воздуха — 40. Тренировки и соревнования отменили на три дня. Лыжники ходили в единственное кофе питаться по талонам.

В кафе звучала одна и та же песня: «Пара гнедых запряженных зарею, вечно усталых…». Для поддержания спортивной формы, два дня в фойе помещения, где расположились спортсмены, звучала музыка: танцевали все быстрые танцы на протяжении многих часов. Спортивного зала в деревне не было.

На третий день тренер купил барана. Ребята привязали барана к батарее отопления, потом животное зарезали, и в соседнем доме сварили еду на всех лыжников. На четвертый день температура воздуха была -35 градусов. Соревнования решили не откладывать.

Мазь растерли на самую холодную погоду. Оделись лыжники для гонки, как всегда, легко. На лыжной дистанции десять километров, первые пять километром ноги съеживались от холода, коченели, потом стали отходить и гореть.

Когда Катерина пришла к финишу, там царил переполох: крупный мужчина — лыжник на дистанции пятнадцать километров отморозил пальцы рук, для него вызвали самолет кукурузник для отправки в город.

На первую сессию Катерина приехала с опозданием, экзамены она сдала, но преподаватели приговаривали — «спортсменка» и снижали оценки на один бал.

Как спортсменка она была освобождена от занятий спортом в институте, зачет ей ставили автоматически. Ее попросили выступить на первенстве потока курса. Надо было пробежать три круга по одному километру. Она обошла девушку, занявшую второе место на один круг. И в дальнейшем в ее жизни были учеба и тренировки. Однокурсники и спортсмены — лыжники.

Отец Катерины любил одни цветы — тигровые лилии. На дачном участке отца, Владимира Артемовича, из года в год, на одном месте, по одной прямой линии росли тигровые лилии. Остальные цветы на их фоне изображали массовку. Тигровые лилии на высоких устойчивых ножках, распускали свои желто — оранжевые лепестки с темными точками, но главное — тычинки, пестики внутри цветка. На ножках внутри цветка были расположены темно — коричневые, пятнадцати миллиметровые полоски, обладающие свойством — мазать носы.

Мама Катерины, Екатерина Андреевна и после смерти отца оставила тигровые лилии на том же святом для них месте. Однажды Катерина приехала на дачу, а там все было не на месте: дверь сорвана с петель, вещи из домика вынесены и в виде узла лежали в кустах смородины. Мама Катерины давно пришла к мнению, что на даче дверь лучше не закрывать на замок, она сделала крючок из проволоки и просто закрывала дверь от ветра, а от людей лучше не закрывать дачную дверь. На даче никто не ночевал, сюда приезжали на световой, водный день. Воду давали три раза в неделю, три раза в неделю на дачах было много людей, в остальные дни здесь хозяйничали неизвестные люди.

Соседи с соседнего участка постоянно просили Екатерину Андреевну продать им участок для разведения цветов. После смерти Владимира Артемовича просьбы стали более настойчивые и соседи из добрых соседей стали превращаться в соседей врагов. На участке, в метре от соседского участка, была сделана артезианская скважина, подкачав насос можно было получить холодную и приятную воду с большой глубины. Соседи пользовались водой из колодца.

Годы шли, и хозяйкой дачи была уже одна мать Катерины, больше родственников рядом с ней не было, а Катерина жила совсем в другой области. Пожилая, незащищенная женщина с каждым днем все с большей опаской приезжала на свою дачу. Дача ее кормила. Здесь росли кусты: малины, крыжовника, смородины. Было два дерева груши, восемь яблонь, сливы. Вдоль забора всегда рос горох и бобы, на солнечных местах постоянно спела клубника. Плодовый оазис с великолепной землей, которая появилась на месте песка, за долгие годы труда садоводов, трудно было продать добровольно.

Соседи уже много раз посчитали, какой доход можно получать от продажи цветов с участка Екатерины Андреевны, эти расчеты им спать не давали. У соседей участок был менее ухожен, руки у них был не те, да и умения не хватала для больших урожаев, а зависти было, хоть отбавляй. Екатерину Андреевну стали пугать на даче, и делать вид, что на ней кто-то без нее бывает. Ее решили заставить продать земельный участок вместе с домиком и деревьями.

Катерина вспомнила, как пил ее отец, большой любитель тигровых лилий. На кухне размером в пять квадратных метров, стол для приема пищи, совмещал в себе функции тумбочки, в нем стояли сыпучие продукты в пластмассовых банках. Справа от стола, на полу всегда стояла бутылка красного вина. Отец Катерины, Владимир Артемович, после трудовых подвигов на даче, приезжал домой и с устатку принимал сто грамм красного вина, после этого у него была любимая фраза «А я пойду»… Красное вино приглушало боль в мышцах после физической работе на даче.

Мама Катерины, Екатерина Андреевна с болью в голове боролась иначе: она пила анальгин, он у нее был всегда и везде при себе. Иногда, чтобы не пить таблетки, она затягивала голову маленьким шерстяным платком. Это была ее болезнь номер один, болезнью номер два была боль в натруженных ногах, от этой боли лечение одно — лечь и заснуть.

До дачи с тигровыми лилиями можно было доехать на автобусе, который идет в местный аэропорт. От автобуса до дачи надо пройти с километр или чуть больше. Можно взять такси, но эта роскошь возможна в том случае, если едет на дачу несколько человек. Деньги на машину, для своего сына, пока он был в армии, Владимир Артемович и Екатерина Андреевна накопили, но вряд ли он их до дачи больше пяти раз довез, лучше бы они на такси ездили, чем собирали деньги сыну Сергею на машину.

Валентина работала лет с четырнадцати и до семидесяти лет с перерывами на отпуска, а сын Сергей нашел себе жену, которая, выйдя за него замуж на работу больше ходить, не стала. Машина им нужна была для того, чтобы возить Милу на развлекательные мероприятия, к которым она готовилась, пока Сергей был на работе.

Родители на свадьбу сына подарили красивый спальный гарнитур. Вот Мила и лежала на новом лежбище, и покидать квартиру, до слов: «Машина подана для развлечений» она не собиралась.

Владимир Артемович не мог понять такое поведение невестки. Детей заводить молодые не собирались или не могли. Иногда Сергей возил Милу на дачу, но и там она умудрялась вести ленивый образ жизни, даже загорать на пляже ей было лень. Она сохраняла красивую фигуру, и особой заботой пользовалось ее весьма недурное лицо. Прожив, лет пять, молодые разбежались. Убежала Мила, прихватив новую мебель из квартиры. Все были на работе, она к дому погнала грузовую машину, и грузчики по ее команде вынесли мебель из квартиры.

Когда вечером народ вернулся с работы, дом был пуст от новой мебели. Мила сказала, что это плата Сергея за ее жизнь с ним. Мила все перевезла к своей матери, которая ей ни в чем не перечила. Оле историю рассказали, когда она приехала к родителям в очередной отпуск.

Катерина с Милой были, у ее сестры в прежний свой приезд. Представьте центральную улицу обычного города, с пешеходными переходами, на которых нет светофоров, так вот, когда Катерина с Милой подходили к пешеходному переходу, все машины на двух встречных дорогах мгновенно останавливались и ждали с наслаждением, когда две молодые дамы дорогу перейдут. Женщины до тридцати, с хорошими ногами, в туфлях на высоких каблуках, в узких и коротких юбках на стройных фигурах действуют на водителей, как тормоз, они застывают и просто смотрят…

Сестра Милы была замужем за летчиком. Пока летчик летал, его жена не работала, сидела с его ребенком дома, после того, как летчик погиб на задании, молодой его жене назначили пенсию, но на двоих ее мало было. Она стала работать. Мила пошла частично по ее дороге, пока была замужем за Сергеем, не работала, когда ушла от него, то вышла на работу, рядом с домом Сергея. Сергей после ухода Милы стал пить больше, машина ему пользы не приносила. На улицах одно время везде и по всем городам стояли киоски с вино — водочными изделиями. Серега после работы купил себе в таком киоске бутылку водки, сел дома в кресле, выпил под закуску Екатерины Андреевны и чуть не умер, приехала скорая помощь и откачала. Миле об этом сообщила Екатерина Андреевна, бывшая жена, до сих пор не разведенная с ним, подбросила ему денег на вторую машину…

Но пред смертью за два года он познакомился со второй свой женой, гражданской. Их познакомили общие друзья. Но хоронить его приехала первая жена — Мила, она дала ему деньги и считала себя виновной в его смерти. И после этого Екатерина Андреевна осталась одна в большой квартире, которая очень нравилась братьям гражданской жены ее сына, но об этом лучше не вспоминать.

Таксист Юра, брат Екатерины Андреевны, мужчина с великолепной внешностью, родился еще до войны. Нормальный парень: русоволосый, голубоглазый, высокий, плотного телосложения. Где фигуру накачал? Занимался хоккеем после войны. Коньки и клюшка в зимний период, были всегда при нем. Голодные годы, а он вырос, что надо. А где у него был минус, при такой внешности? Учился он средне, так, чтобы давали тренироваться, и не более. Девчонки за ним всегда по пятам ходили.

Когда вернулся Юрий из армии, сильно захотел машину «Волгу». А где взять машину, когда первые такси были «Победы». Прошел через «Победу». Получил в свое время и «Волгу» Стал таксистом, как говориться от Бога. Ни одной аварии много лет, ни разу права не отбирали. Сказка.

Полное имя Юры — Юрий Алексеевич! А! В 1961 году число девушек вокруг него значительно возросло. Но, в космосе побывала Валя и Юрию, естественно понадобилась — Валя. А где взять? Нашлась Валя, бывшая гимнастка, с осиной талией, но замужняя. Развелась. Влюбилась в Юру. А у нее ребенок! Господи, усыновил и ребенка.

Он таксист, она шеф-повар. В финансовом отношении все было хорошо по тем далеким временам. Родились две девчонки. Ничего осилили, дочки стали подрастать. Юрий любил новинки, и благодаря машине, у него первого была шариковая ручка. Таксист знал город и все окрестности. Однажды дядя Юра повез племянницу Катерину и свою сестру Екатерину Андреевну, в соседний город в зимний день. Асфальтовая лента шоссе во многих местах была покрыта корочкой льда. Машина закрутилась на одном месте, вокруг оси и благополучно перевернулась в кювет.

Все остались живы. Но, Юрий после аварии стал терять слух. Слух становился хуже, отношения с Валей испортились, быть таксистом Юрий больше не мог, но на работе в этом не признавался, до тех пор, пока можно было скрывать, пока не влетел в аварию: он не услышал свистка милиционера, его машина опять перевернулась, после того, как он врезался в чужое авто. Юрия признали виновным, но не сильно. Наказали его, конечно. Жив, остался, раз наказали.

Валя ушла к другому мужчине. Юрий стал обслуживать машины, за руль его не пускали. Купил слуховой аппарат, вещь достаточно, проблемная и не очень удобная. Какая-то женщина вышла за него замуж уже за почти глухого, уж очень он оставался красивым мужиком, и купила ему машину. Возил Юрий свою жену переулками, не выезжал на улицы со светофорами, с милицией сталкиваться не хотел. Свистки милиции он не слышал. Жизнь стал вести осторожную, скорость сильно не увеличивал.

Нашел Юрий себе друга в образе племянника Сергея. На данный момент времени они были два сапога — пара. Оба любили машины до самозабвения, оба не могли быть за рулем. Сергей постоянно попадал в аварии, потому что не дано ему было сидеть за рулем, а Юрий глох все больше.

Юрий к этому времени уже два раза был в перевернутых машинах, а Сергей всегда вминал машину до мотора. Однако машины у них были на ходу, поскольку умели к ним руки приложить. Пришла к друзьям закадычным еще беда, да каждому своя. Юрий, ремонтируя очередной раз машину на морозе, приобрел воспаление легких, которое перешло в туберкулез. Сергей, работая часто на покраске автомобилей, ухудшил работу своего сердца, он и родился с патологией в сердце.

Одна умная гадалка предсказала дружкам, что жить им осталось совсем немного.

Юрий решил плюнуть на ремонт своей машины, взял у Сергея машину, и поехал по степи ночью кататься, душу после гадалки отводить. Темно в степи и светофоров нет. Правильно! Юрий перевернулся в третий раз! Но въехал он в машину ГАИ, которая умудрилась стоять ночью на перекрестке двух степных дорог! По головке за въезд в машину милиции не гладят. А машина — то была Сергея!

Друзья поссорились!

С ГАИ рассчиталась супруга Юрия, но расплатиться с Сергеем за испорченную машину денег у жены Юрия не было, а у Юрия тем более денег не было.

Сергей привык к больному сердцу и не обращал на него внимания, даже жене не жаловался и про гадалку помалкивал.

Через две недели после смерти Сергея, умер Юрий Алексеевич. Предсказания гадалки сбылись.

Появилось время на мысль о даче Екатерины Андреевны с тигровыми лилиями. Продала она дачу своим соседям по даче, их участок был за ее домиком, со стороны артезианского колодца на даче. Денег у соседей, естественно, оказалось мало, и они выплатили часть суммы и забыли про ее существование, если Екатерина Андреевна напоминала о себе, и о долге соседей, то с ней происходила неприятность или несчастный случай. Самый существенный случай произошел, когда она переходила трамвайный путь, напротив своих окон квартиры, ее толкнули на трамвайные рельсы, она на них упала затылком, так ей заплатили свой долг соседи по даче с тигровыми лилиями.

После падения на рельсы, зрение у Екатерины Андреевны стало резко падать. Еще у Екатерины Андреевны осталась большая квартира, в доме из больших белых кирпичей. Иногда к ней заходила гражданская жена ее сына Сергея, которого к тому времени в живых уже не было.

Крайней осталась сама Екатерина Андреевна. Братья гражданской жены Сергея давили на все клавиши, чтобы ускорить кончину его мамы. Катерина с юности от мамы жила далеко и не знала всех событий до поры, до времени. По завещанию квартира должна была перейти к Катерине, но она чувствовала, что лучше ей этой квартиры не касаться.

Были родственники, которые предлагали заплатить часть денег за квартиру еще при жизни Екатерины Андреевны, чтобы она перешла им постепенно, но гражданская жена Сергея была ближе к хозяйке квартиры и ее во время останавливала. Однажды у Катерины раздался междугородний звонок. Звонила Екатерина Андреевна, сказала, что ей надо срочно приехать к ней. Билет ей купила гражданская жена Сергея, ехала она в вагоне с ее братьями, один из них работал проводником. Приехала она в столицу на сутки раньше назначенного срока прибытия, когда Екатерина Андреевна выходила из вагона, ее кто-то толкнул, и она опять упала затылком, но теперь о нижнюю ступеньку лестницы из вагона.

У Катерины раздался звонок врача с вокзала, ей сказали, что ее мама на вокзале и ее отправляют в местную больницу, ждать прибытие родственников не будут, ситуация очень сложная. Вскоре раздался телефонный звонок из больницы, Катерине перечислили болезни ее матери, и то, что она в очень тяжелом состоянии. После смерти матери, через полгода, увеличилось число звонков от гражданской жены Сергея, она требовала от Катерины доверенность на квартиру. В результате какого-то оформленья и переоформлений бумаг, квартира перешла в собственность гражданской жены Сергея.

Катерине она прислала сумму денег, равную цене памятника на могиле Екатерины Андреевны, в день прибытия этих денег, из семьи Катерины исчезло золото, на сумму, равную цене памятника на могиле ее матери… Братья гражданской жены Сергея, вернули себе деньги, посланные через них Катерине. Екатерина Андреевна металась между Северной столицей, Славными горами и Сухой страной, Владимир Артемович был везде, а его отец проехал те же дороги и еще больше, чем Екатерина Андреевна. Вот вам и одна семья, в которой Владимир Артемович любил тигровые лилии.

На летнюю практику на Тракторный завод города Катерина и ее сокурсница Кира попали в один цех, в одну смену. Кто бы знал, сколько шума было в этом цехе! В первый день они прошли цех, и вылетели из него всей группой, оглушенные, ударами прессов; вращением барабанов с песком, в которых снимались с отлитых деталей для тракторов — металлические заусенцы.

Вот эти — то заусенцы, не снятые в барабанах и снимали на практике они в третью смену. Однажды Катерина сняла наждаком часть пальца на руке, а когда работа была сделана, то под утро умудрялась заснуть в этом цехе, в этом шуме, с хорошей вентиляцией.

К чему люди не привыкают? Но и польза от работы в цехе оказалась ощутимой. Катерина и Кира получили деньги. Они получили деньги за практику на заводе.

Катерина случайно попала в гости к однокурснице Кире. Дверь им открыл ее брат, Марк. Катерина мысленно решила, что Марк ей не подходит в качестве молодого человека, и спокойно прошла за подругой в квартиру времен середины столетия двадцатого века. На круглом столе с квадратными ножками стояла полная ваза слив: огромных, темно-синих.

Косточки свободно вынимались из слив, они ели мякоть сливы с большим удовольствием. Руки вымыли в ванной комнате, Катерина заметила, что она просторная, но с ограниченным течением воды.

На следующий день Марк предложил девушкам проехать за город по местным дорогам на спортивных велосипедах. И что же происходит? Кира отказалась ехать, а Катерина согласилась поехать на спортивном велосипеде вместе с Марком. Велосипеды стояли в прихожей. Марк переоделся в велосипедные трусы. Катерина надела спортивные брюки и вперед…

Коленки быстро замелькали у рам велосипедов. Они, проехав город поперек, выехали на просторы удивительной страны. Деревьев здесь было немного. Встречались сады и поля… Хорошо поработав коленями, они въехали в гигантский стог соломы. Что было? Марк — мужчина с высокими ногами, оказался еще и с длинными и очень шустрыми руками.

Катерина — девушка с полными коленками, стала от него отбиваться, превращая все в шутку. Шутка затягивалась, бои в соломе продолжались минут десять. Боролось Катерина, как тигрица. Марк, почувствовав ее сопротивление, еще сильнее стал ее обнимать. Она удачно вывернулась из его рук и выскочила из стога на дорогу. Осталось — отряхнуть солому из волос, цвета соломы. Из стога выполз Марк и стал вытаскивать солому из своих волос цвета спелой вишни.

Они вновь сели на велосипеды и поехали дальше. Минут через 10 блеснула вода в камышах. Они остановились на привал. Вода в водоеме была теплая. Полные коленки вылезли из брюк, и Катерина осталась в купальнике. Свалились с Марка спортивные трусы, под ними оказалась полоска плавок… Вода охватила них своей прохладной негой, разгоряченные тела…

Марк поднял Катерину на руки. Полные коленки засверкали над водой. Страсть мужчину охватила неземная, но девушка его остановила… Она отбивалась руками и ногами, и так получилась, что с размаха врезала ему в… глаз. Синяк под глазом стал расцветать спелой сливой… Полные колени покрылись мелкими синяками от мужских пальцев, как черешни… Они сели на берегу маленькой речки, и стали просто разговаривать.

 

Глава 10

Выяснилось, что Марк уже проехал тысячу километров на спортивном велосипеде. Ноги у него были необыкновенно стройные, с красивой мускулатурой. Вся его фигура была похожа на фигуру вождя индейцев из нового фильма об индейцах, а Катерина очень любила книги и фильмы об индейцах, а теперь рядом с ней сидел такой мужчина! Великолепный мужчина, с развернутыми плечами, с тонкой талией, с волосами стоящими в прическе, чисто мужской прическе.

Мечта любой женщины.

Как-то вечером они пошли гулять к местному кладбищу, заброшенному и поросшему травой. За кладбищем тянулся яблоневый сад, охраняемый сторожем, с ружьем заряженным солью. Несколько страшновато было ходить среди покосившихся каменных плит, и развалившихся от времени столбиков из кирпичей, указывающих на границу кладбища. С кладбища Марк привел Катерину на территорию детского сада.

Вечером дети детский сад не посещали, но скамейки оставались, и достаточно большие по своему размеру. Естественно они устало сели на одну из скамеек. Руки Марка неизменно потянулись к полным коленям, но до драки дело не доходило. Детский сад просматривался со всех сторон, и Марк держал себя в руках. Скромные его поцелуи — она останавливала рукой. Посидели. Поговорили и пошли в дом, в котором оба мы временно жили.

С синяком под глазом у Марка, и с синяками на коленях у Катерины, не прикрытых коротким платьем, они поехали по местам бывшей его жизни в этом городе, навестить его друзей и подруг. Но его любимый друг детства уехал после института в маленький город с большим заводом.

Мама друга, посмотрев на синяк под глазом Марка, спросила:

— Марк, ты женишься?

Марк удивленно спросил:

— Почему вы так решили?

— А кто, кроме будущей жены может такой синяк под глазом поставить?

Следующим мероприятием был поход в кино в соседний квартал. Теплым вечером из кино возвращались пешком. Марк все пытался поднять Катерину на руки и нести, сколько хватало сил. И сил хватало: держать на руках девушку и не выпускать из рук, а если он ставил ее на ноги, то объяснялся в любви на трех языках. Так они и вернулись из кинотеатра домой.

Марк оказался большим выдумщиком на развлечения, и придумал поездку. Поехали на водохранилище втроем: Марк, Кира и Катерина. Они взяли рюкзаки, одну палатку, и немного еды. Сели на пригородный автобус и приехали на побережье огромного водохранилища. По водохранилищу плавали трупы огромных сомов, они, как бревна качались на мелких волнах.

Молодые люди остановились на высоком берегу водохранилища. Ветер прибил грязь и тину именно к этому берегу, так, что купаться было негде. Поставили палатку рядом с шалашом, который уже стоял тут, но был пуст.

Перед шалашом росли кусты томатов. Спелые помидоры украшали усыхающие кусты. В десяти метрах от шалаша находилось поле с подсолнечником.

Огромные шапки с семечками слегка поникли, в них были почти спелые семечки. Звучала далекая музыка из соседнего лагеря.

Для костра Марк срубил засохшее дерево, когда рубил сучья, то загляделся на Катерину. Топор с размаха воткнул в свою собственную ногу. Пришлось ногу лечить. Следующие развлечения из-за больной ноги Марка, происходили на этой же поляне. Марк заставил Катерину надеть на себя простыню, плотно обернуть тело и лечь на землю. Сам он забрался на единственное дерево и с него снимал ее во всех ракурсах, в том числе и с топором в руках.

В палатке спали втроем. Кира засыпала, отвернувшись к стенке палатки. Марк заснуть не мог, ему сильно мешала Катерина, его руки рыскали по ее телу в поисках заветных мест и находили то, что искали и вторгались в запретную поверхностную зону тела.

Однажды он не выдержал и воскликнул:

— Катерина, из тебя можно сделать отличную женщину!

А Катерина подумала, что связь у них становится медной, ток между нами хорошо пошел! Да и Кира на Катерину не косилась, а вела себя вполне дружелюбно.

Возвращались они домой через поле подсолнечника, вновь сели на автобус и приехали в общую квартиру. На кухонном столе стоял четырехлитровый бидон с молоком, и лежали огромные баранки с маком — лучшая еда после путешествия.

Мама семейства только так могла напоить свою гвардию. Еще она отменно жарила рыбу в большом количестве репчатого лука с золотистой, хрустящей корочкой. Рыба была речная, и очень вкусная. Еще Катерину удивили синенькие, которые были просто фирменным блюдом матери Марка, до этой поездки она никогда и не пробовала баклажаны. Десять дней пролетели, как удивительный сон и настало время прощания.

Марк предложил Катерине пожениться. Отец Катерины выпил по этому поводу рюмочку водочки. Ой, как не хотелось ему отдавать Катерину замуж за Марка!

Причина простая:

— Дочь, он тебя увезет от нас!

Отец оказался полностью прав.

Следующий раз Катерина и Марк увиделись на зимних каникулах. Марк в шапке ушанке носил фотоаппарат, а его голова с роскошной прической из темных волос с проседью на висках была оставлена морозу. В городе из родственников, жила доблестная тетя Наташа, сестра отца, у нее они и остановились. Они получили по отдельному спальному месту, а тетя Наташа ушла спать в кладовку, где у нее стояла кровать. Тетя Наташа была рада приезду молодой пары, уж очень Катерина напоминала ей дни ее молодости.

А они, молодые и неженатые, привезли с собой лыжи и при морозе 20–30 градусов, уезжали на электричке кататься на озеро, расположенное в окрестностях родного города. Так проходили зимние каникулы. Одного города им показалось мало, и они поехали к другу детства Марка, на север Медных гор, в город, где рыси бродят рядом с городом, и есть какие-то необыкновенные огромные заводы странных и дорогих металлов. Там на лыжах и коньках провели они несколько дней.

Друг Марка, был женат и уже имел двое детей. Так, что здесь Катерину назвали Невестой. Все бы ничего, но попытки мужчины сделать из нее женщину стали с каждым днем усиливаться.

Марк готов был любить Катерину, как подобает мужчине. Она не давалась. Она отбивалась от него без звука, а в соседней комнате спали его друзья. Она защищалась всеми фибрами своей души.

От друзей они приехали к ней домой. Дома Катерину совсем потеряли. Марк так понравился ее родителям, что они все ей простили. Кстати, простили только поездку. Марк фотографировал Катерину, она — его, потом он уехал в свой институт в столицу.

Марк прислал свою фотографию, на которой она его сфотографировала. На фотографии застыл его взгляд, которым он смотрел на нее. Этот взгляд стал проникать в ее холодное сердце. Потом были письма, письма и письма.

Встретились они в мае, на первомайские праздники. Она встретила его в пальто, в руках у Катерины была плетеная сумка из прутьев типа соломы, и лент похожих, на провода в оплетке, с кожаными ручками и кожаной крышкой. Красивая сумка, ее ей подарила тетя Аня из северной столицы. Из этой сумки у Катерины вынули две стипендии, приподняв крышку сумки в автобусе.

Кира стала приходить в дом, мама Катерины к ней привыкла. Кира и мама подружились и были похожи друг на друга, больше чем Катерина на свою маму.

С Марком стали происходить странные истории: женщины перестали его интересовать, манила Катерина — девушка с полными коленками. В электричке он вздрагивал, когда видел похожие ноги, с другими женщинами любви не хотел, да она и не получалась. Марка манили полные колени. Голова у парня стала думать, как овладеть этими ногами…

Катерина прошла период поцелуев. Мужчина устал быть рядом с девушкой, не использующей по назначению его мужскую натуру. Любовь стала переходить в состояние кризиса: останутся они вдвоем или разойдемся? Марк соглашался ждать настоящей любви год, до года оставалось три месяца. Почувствовала она, что что-то в отношениях пора менять. Ситуация сложилась так, что они одни остались в одной комнате на ночь, две двери охраняли покой.

Мужчина лежал на кровати и вращался вокруг своей оси. Девушка лежала на раскладушке. Между ними витало полметра воздуха, и этот воздух стал проводящим эмоциональные заряды! Она не выдержала, встала с раскладушки и перебралась на мягкую, свою собственную кровать.

Все было привычно, но рядом лежал мускулистый мужчина, и первое, что она сделала — легла на плечо Марка. Ощущение мужского плеча принесло необыкновенное блаженство. Мужчина обхватил девушку руками.

Дальше?! Что дальше! Все клеточки ее тела ожили и пришли в движение, все эмоции длиною в десять месяцев знакомства выплеснулись друг на друга. Все прикосновения приносили подлинную радость, необыкновенно приятную и неожиданную. Одна мысль тревожила ее: он, что не знает, где что в женском организме находится?

Марк на тот момент времени о своих похождениях ничего еще не рассказал. Он у нее был первый мужчина, а Катерины было 19лет! Трудно расставалась она с девичеством. Она еще пыталась сопротивляться.

Однако упорства Марку было не занимать. Но он не оценил, он не мог поверить, что он первый ее мужчина! И весь подвиг исчез от одной неудачной фразы. Она онемела от неожиданности и нелепого унижения!

Ее обидели до слез, но слез не было. Они оба шли в любовную, нешуточную атаку! Дальнейшие ночи были упоительные. Отношения скрепились бумагой, они сходили в загс, и вскоре заполненное заявление лежало на книгах в книжном шкафу и ждало своей очереди.

Катерина осталась одна. Прошло полтора месяца, и Марк появился. Взяли паспорта, пляжную сумку и пошли на пляж. Тучи сгущались, гроза надвигалась. Они зашли в загс. Марк поговорил с кем-то, позвал Катерину: паспорта уже были на столе, книга записи актов — раскрыта, ей предложили подписать бумагу. Все — они официальные сексуальные партнеры, т. е. муж и жена.

После высокохудожественной прелюдии они расписались. На свадьбу Катерин надела платье, которое осталось от выпускного вечера в школе. Прямое платье было сшито из дорогой белой, импортной парчи, сжатой узкими полосками. Воротник плотно облегал горло, а под ним зиял вырез до груди. Марк надел темно серый костюм с отливом, белую сорочку и галстук. Людей на свадьбе было мало, так хотел Марк.

Вечером мужчина рассказал все о своих похождениях до нее, из чего и получился целый рассказ.

На востоке страны, в деревне жил великолепно сложенный парень, по имени Марк, скорпион по дню рождения. Фигура загорелого местного индейца привлекла внимание взрослой женщины, и она из Марка при случае сделала мужчину.

В Сухой стране, недалеко от Восточного города была деревня, где его семья выстроила дом в сто квадратных метров, но загорал он на столбах, работая местным электриком.

Возмужавший молодой мужчина понадобился и стране, в армию призвали стройного и спортивного жителя не совсем глухой деревни, где у Марка была семья из сестер, братьев, и родителей. И тут у него сильно заболел палец на ноге, да так, что пока палец не отняли, в армию Марка не забрали, так и год прошел.

Армия слабых парней ломает, а сильные парни в армии, как рыба в воде. Что же делал в армии великолепный Марк? Ой! Вы даже не представляете, насколько гражданской оказалась военная жизнь! Марк в армии, пошел в десятый класс еще раз, тогда учились десять лет. Получил второй отличный аттестат.

Ему еще раз повезло: Марк стал заведующим военным складом, где и переливал свинец из аккумуляторов в гантели, которые использовал по назначению. Фигура Марка к окончанию армии была для женщин неотразимой. Да, что гражданская жизнь, непосредственно в его военной части нашлась жена командира по имени Ира, и прожила с ним в любви и согласие пару лет.

Они встречались на складе, где Марк служил, и занимались там любовью. Армия имеет предел, и Марка демобилизовали.

С гантелями Марк приехал в Теплый город, в который за время его отсутствие переехала многочисленная семья. Куда на гражданке податься солдату без погон? В шахту. Да, да в черное, с железной рудой подземелье.

И долго в нем пробыл наш великолепный представитель молодых мужчин? Полгода, год, не больше. Победила научная волна, и Марк занялся изучением физики с таким же ожесточением, с каким добывал железную руду. Он изучал теорию, перерешал целые сборники задач по физике. Стал писать письма одному профессору в Столицу, и спорить с ним по поводу решения задач.

Летом он поступил в институт. Иногда у него люди спрашивали, откуда среди физиков, такой как он? А вы теперь это и знаете. А женщины? Где женщины у физиков? Их там нет. А вот и не так. Есть парикмахеры, а кому-то и преподаватели иностранных языков попадались, одному его будущему начальнику так и повезло: он там женился, на преподавательнице французского языка.

Марк однажды на безрыбье и жрицу любви подцепил, у нее прошел практику любви. Куда девать молодые силы кроме учебы? Все очень просто: велосипед — это и нагрузка, и при хороших результатах на соревнованиях кормили, талоны в кафе давали.

Без женщин все же скучно, и однажды целую зиму Марк переписывался с почтальонками из городов, которые лежали по дороге от Столицы до берега моря. Женщины ему с увлечением отвечали. Летом, после сдачи экзаменов третьего курса института, Марк подготовил свой спортивный велосипед, купил сгущенку и тушенку, взял фляжку воды, пленку от дождя и поехал от Столицы в сторону моря.

Перевал в горах он преодолел с велосипедом на плечах, шел по льду в босоножках. Ни к одной почтальонке по дороге так и не заехал, но в городе на море Марк посетил почтальонку Надю, она его встретила, как жениха. Марку предоставили бесплатно комнату и купили босоножки, которые на перевале изрезал об лед. Наде он так понравился, что еле от нее сбежал, правда, в ранге жениха. Рисковать больше Марк не стал и к почтальонкам больше не заезжал. Приехал домой в Теплый город, с железной рудой под ногами. Именно тогда Катерина и Марк познакомились…

Состояние шока от этого рассказа, прошло не сразу. Шок был вызван тем, что у Марка до Катерины было несколько женщин. На следующий день Марк стал к Катерине придираться: все в ней ни так, как надо. Мужчина добился радости в жизни и все. Дальше рутина человеческих и пастельных отношений.

Съехались родственники и друзья, приехала Кира, сестра Марка. Застолье организовала мама Катерины. Красота на столе была необыкновенная и не сразу поддавалась порчи вилками. Ножи здесь не применялись. Заливная стерлядь долго украшала стол. Свадьба имеет способность быстро заканчиваться. Наступило затишье. Гости примолкли. Молодые оказались в комнате за двумя дверями от общества.

Уяснив, что она у мужа далеко не первая… А что она могла сделать? Сказать, что ошиблась в выборе мужа? Этого она сказать из-за своей гордости не могла, и они перешли в семейную жизнь. У них не было ни кола, ни двора. У нее была комната в квартире родителей, у Марка кровать в общежитии института. Два студента.

Катерина мгновенно почувствовала разницу между жизнью дома и жизнью с Марком, и готова была кусать локти, что вышла за него замуж. Из домашней принцессы она превратилась в золушку. Слезы без причины текли из глаз. Достатка она не ощущала. Время шло, она стала привыкать к новой жизни, молодость побеждает слезы, квартиру она привела в порядок на свой вкус, стало немного веселее.

Но сексу это не помеха, и пока Марк был в комнате Катерины, это занятие было основным. Секс занимал все свободное и несвободное время. Каникулы летние и длинные и теплые.

Они ставили личные рекорды супружеского общения от 9 раз в сутки и меньше. Результаты не заставили себя ждать. В настройке организма наступила пауза, они не использовали никаких предохранителей. На такой паузе молодая пара поехала в город, к его родителям, где еще раз отметили свадьбу.

Марк уехал в Столицу, Катерина в свой город. Остались письма для общения, обычные бумажные письма. Первое отличие замужней жизни: любовь не нарушение дисциплины, не плохое поведение, а мероприятие, разрешенное обществом и необходимое для сохранения семьи.

А как это выглядит в натуре? Секс до изнеможения в круглосуточном режиме. Это уж кого на что хватит. Пресловутая мягкая и подвижная панцирная сетка вполне способна выдержать пару влюбленных чудаков.

Теплые летние ночи и частично жаркие дни ласково обнимали обнаженные, движущие в постоянном ритме натуры.

Можно сказать, что сексуальные упражнения — это большой спорт. Нужно хорошее дыхание, здоровые легкие, крепкие спортивные тела с хорошим прессом. Нельзя скулить от усталости, нельзя сказать, что все надоело, нельзя остановить, нельзя говорить: не хочу. Не имеешь права, госпожа жена! Хочешь, можешь, надо!

Что такое кровать? Это сооружение, говорящее о своих наездниках, и поэтому менее скрипучий пол, намного более спортивная арена для двух крутых, занятых постоянным сексом супругов, естественно с «матами». А еще можно использовать… стол. Спустя время появился плотненький диван-кровать, он ниже и более стоек к супружеским мероприятиям. А, что происходит, конкретно?

Руки зарываются в роскошные волосы, обнимают шею. Завораживающие и интригующие поцелуи покрывают все части тела, иногда оставляя за собой темные, многозначительные пятна. Руки опускаются ниже и ниже по телу, путешествуют по стройным, и волосатым ногам, обнимают торс до изнеможения, сливаются всеми фибрами и клеточками тел.

Движения вкрадчивые, легкие и бесконечно сильные сменяют друг друга. И вот вы достигаете запретных и божественных мест, зарываете руки в кольца крутых волос, ощущаете ни с чем несравнимое удовольствие от прикосновения к человеческой, мужской сущности…

В ваших руках Он мгновенно становится еще более сильным и накаченным. После короткого наслаждения вы вместе меняете положения тел, для более удобного… слияния. Вот уж действительно супруги становятся единым целым!

Далее все решает взаимное понимание без слов. Какие слова! Одни всепоглощающие движение, переходящие из одного в другое. Правильно, что супруги спортсмены оба… Чувственность помогает плыть в море взаимной любви до полного изнеможения, а оно быстро проходит, и силы вновь восстанавливаются для нужных действий.

Ребенок, зародившийся после свадьбы, через месяц стал расти, и ему уже было все равно, где его родители до поры до времени. Климат в городе, был резко континентальный: плюс или минус тридцать пять градусов. Катерин и автомашины — две несовместимые единицы.

Ждала она обычный автобус для поездки в институт, продрогла, минус 30 градусов мороза, с ветром, заболела. Да так заболела, что температура организма 40–41 градус держалась неделю. Кому нужна студентка беременная, да сдающая сессию?

Сдала Катерина экзамены, сбивая температуру до 38 градусов. Стала она отдавать концы, боли в области спины были очень сильные, приехали две скорые помощи: одна по беременности, другая по терапии. Отвезли ее в роддом на сохранение, и положили в коридоре из-за большой температуры под капельницу. Иголка сбилась, и все лекарство затекло на постель.

Чудо: коридор, да лекарственная лужа!

Стала она выходить из болезни, а тут и мартовские праздники! Прилетел Марк, привез розы, отдал в больницу, забрал жену на праздники, да больше не вернул. Появились первые схватки. Катерину отвезли в старый роддом. Через сутки врачи поняли, что с ней лучше не связываться и перевели в новый роддом.

За четверо суток Катерина выпила много упаковок хины, которая лежала на тумбочке, и надо было пить ее по времени, прописанному на каждой упаковке. Выпила она полстакана касторки и запила томатным соком, после чего пять лет на томатный сок не смотрела, но раскрытие не шло.

Крепкий организм рожать, и хотел, но не мог, а время шло. Телефон звонил, все спрашивали, кого она родила. А она за четыре дня в двух больницах побывала, а все не родила. Врач, которая лечила еще в марте, вышла в свою смену, и поняла, что дело серьезное: шейка настолько тугая, что раскрытие больше, чем на один палец не идет, а ребенок давно на выходе, а выйти не может.

Врач руками стала освобождать выход ребенку. Катерине вкололи сильные уколы. Ночью начались роды. Она не пикнула, позвала медсестру и сказала:

— Сейчас закричу.

Медсестра посмотрела на нее и сказала:

— Вставай, идем рожать.

Катерин не кричала, исполняла все команды врачей. Врач, которая ее лечила, принимала роды, и вдруг она взяла и разрезала часть ее тела.

Катерин крикнула:

— Не надо меня разрезать!

Врач освободила дорогу ребенку, а мать потом зашивали два часа. Одним словом, переходив пару недель, за четверо суток родила Катерин мальчика Клима в рубашке.

Марк под матрац, в месте расположения головы ребенка, положил учебники физики. Кстати, физику сын позже и в школе и в институте сдавал на «отлично». В три месяца отец взял сына на руки и говорит: «Чем он на меня похож?» И сам ответил: «Плечами».

Глаза у них тоже были одинаковые. Имя для ребенка придумали: Клим. Мальчика закаливали с первых дней. Пока отец учился у сына физика, нобелевского лауреата, сын обычного физика рос то с отцом, то без него.

Физика, физика, а все про жизнь. В институте Марка физика была хорошо поставлена. В обучении студентов были задействованы и профессора, и академики, их НИИ и учебные университеты.

Чем же занимался молодой отец — студент? В то время темное было — изучить процессы, происходящее в органическом веществе, после проникновения луча лазера.

В частности, Марк собрал лазер в академии технических наук, и лучами лазера пробивал органическое вещество, получались диски внутри призмы, это и стало его дипломным проектом. Кроме физики и языков, сохранилась в рассказах Марка военная кафедра института, и ее руководители, один из тех, кто летал вместе с первым покорителем Полюса. В автобусе Катерина встретила смотрящие на нее глаза молодого человека, такие глаза были только у отца. Когда молодой человек выходил из автобуса он еще раз пристально посмотрел ей в глаза! Да, нет сомнения, у него взгляд и глаза — ее отца! Он мог бы сыграть в кино отца без напряжения. Он запал ей в душу! Но с отцами романов заводить не принято, и она вырвала из сердца, проникающий взгляд молодого человека. Не может он быть героем ее романа.

Отец в войну воевал в этой местности! Он был красив и благороден по своей природе! Он мог понравиться любой девушке, и ей этот молодой человек в автобусе очень понравился. Молодой человек вполне мог быть внуком отца. Где он вышел из автобуса, она запомнила, в этом месте шли жестокие бои много лет назад.

Катерина ходила в местный краеведческий музей и знала историю тех лет. Нужно ли ей искать этого парня из автобуса? Вот нашла себе головную боль! Но у него редкие по красоте глаза отца! Один в один! Что она знает об отце того периода? Он был ранен, лежал в полевом госпитале, где-то недалеко от этих мест! Он не был тогда женат, официальный брак у него один.

Одно к одному. Пару месяцев назад судьба столкнула Катерину с одной пожилой женщиной, она жила здесь в войну, и помнит тот период, хотя и была подростком. Такого быть не может потому, что такого не могло быть!

Надо было все ее слова записать, и если Катерина не путает, то ее старшая сестра работала в госпитале, очень похожем на тот, о котором вспоминал отец! Приехали, вот тебе и автобус!

Это кто ж кого разыскивал? Они ее? Это она опоздала с подобными мыслями, а ее высчитали раньше, и эта пожилая женщина не случайно вышла на нее? Получается, что этот молодой человек, внук сестры пожилой женщины, с которой Катерина разговаривала несколько дней, поскольку они жили в одном номере в санатории.

Она — то им, зачем сдалась? У них родственников и без нее пруд пруди. Вот и вся загадка. Какое отношение она имеет к этой истории? Молодой человек был в черной рубашке в солнечный день. Вот накрутила, а назад теперь не раскрутить…

* * *

Афанасий Афанасьевич решил проникнуть в астероиды прошлого Катерины — Венеры и поучаствовать в ее настоящем времени. Он узнал, что у Катерины есть мама, Екатерина, и тетушка по отцовой линии, Наталья Артемовна, которая не отличалась простотой свой биографии.

Он решил исследовать гены Катерины по женской линии.

Он подумал, что в истории первой половины 20 века мало юмора. И войны этого времени еще не превращены в старую русскую сказку.

Две большие войны, в которых нет единого героя, вокруг которого можно раскручивать сказку о богатырях, но можно писать былины о героях.

Первая мировая война была по принципу слов: воюют все страны! Это было ужасно. Воевали на четырех морях, во всех странах Европы. Стальные шлемы. Первые танки. Газовые атаки. Первые самолеты — этажерки. Что было! Ужас. Чем кончилось? Мужчины Европы и приближенных к ней стран воевали. Женщины служили сестрами милосердия. С отдаленных мест забирались лошади, продовольствие. Страны нищали.

На фоне войны и тяжелого положения населения стала развиваться партия большевиков. Война стала питательной средой, на которой выросла коммунистическая партия. Война переросла в гражданскую войну внутри страны. Плохо было всем: и белым, и красным.

А кто все это начал? Почти забыли.

В памяти людей останется рождение новой техники: самолетов — разведчиков, первых танков. О технике говорить легче, чем о людских потерях.

Альтернатива первой мировой войне. Вместо первой мировой войны объявили бы спортивную олимпиаду, о которой в то время забыли. В олимпиаде могли бы участвовать все страны, имеющие военную технику. Виды спорта должны были быть чисто военными. Например, гонки на танках по пересеченной местности. Полеты на первых самолетах. Гонки военных кораблей на скорость, на точность попадания…

О, так это были бы просто военные учения, в которых могли участвовать цивилизованные страны. Да!

А революция?

Революции в сытых обществах не бывают. А если бы не было революции, не было бы и сплоченной партии большевиков. Кем бы работала партийная бабушка Наталия? Инженером на заводе, естественно на военном заводе или заводе радиодеталей. Гражданская война родила народного героя гражданской войны, героя анекдотов и книги — великого и незабываемого Василия Александровича Чапаева. И прожил он всего 32 года, а по анекдотам он старый человек и ему все Петька помогал по части женщин.

Чем Василий Александрович близок Катерине?

Ее дед был большевиком и был избран председателем колхоза, за что был избит прикладами на глазах у людей. Против большевиков выступали белоказаки. Оказалось, что Василий Александрович воевал против белоказаков на Урале! Сошлись биографии.

А в чем альтернатива может помочь истории? Деда Катерины не избили бы, и он не умер бы в 1936 году. А Василий Александрович? Пусть бы его не ранили 5 сентября 1919 года на реке Урал, тогда бы он возглавлял дивизию, имени своего имени, или бы не был народным героем.

Вторая мировая война. Историю второй мировой войны многие знают наизусть. Чего не хватало великому Ефрейтору? Победы над всеми людьми континента. Да, Наполеон со временем стал сказочной личностью в истории. Что их объединяет? Наполеоновские планы захвата, блицкриг, шествие по Европе, нападение на Великую Россию, почти в одно и то же время года. Приближение к Москве столице.

 

Глава 11

Альтернативная история второй мировой войны. Не было второй мировой войны! Атомные бомбы были бы запрещены при их разработке. Страна, расположенная на восточных островах не пострадала бы от атомной бомбардировки. Все были бы живы, все были бы заняты творческим процессом и обработкой полей и огородов.

Сероглазая Наталья Артемовна родилась в сентябре 1907 года. Она росла в трудные для страны годы. Она была энергичной и способной девочкой, которая всегда хотела учиться в школе. Мать не разрешала ей учиться, но Наталья в школу ходила, училась хорошо, учительница ее любила. Наталья окончила 4 класса. С 13 лет она работала на железной дороге вместе с другими подростками. Они пропалывали железнодорожные пути и убирали вокруг рельсов, деньги она отдавала матери. Позже она работала на мельнице.

В 16 лет Наталья уехала в город Челябинск, где через райком комсомола устроилась на работу. С первой получки она купила платье и хромовые ботики, и так была рада покупкам, что и не передать словами.

Наталия в 1920 году вступила в комсомол, а в 1928 году комсомольская ячейка передала ее в партию. Она была членом бюро комсомольской ячейки, и женским организатором. Комсомольцы ставили спектакли, и показывали их в деревнях. После спектаклей комсомольцы организовывали молодежные вечера с участием деревенской молодежи.

На одном из вечеров Наталья познакомилась с учителем Николаем Гавриловичем. Они полюбили друг друга. Через некоторое время Николай Гаврилович приехал и сделал Натальи Артемовне предложение. Наталья не отказала, она его очень любила. Он был добрый человек, культурный и с хорошей душой. Своей маме Наталья ничего о предложении Николая Гавриловича не сказала. Наталья была комсомолкой, выполняла много общественной работы, — все это ее матери не нравилось.

Мать считала Наталью непослушной дочкой. Она хотела отдать ее замуж за другого человека. Пришли сваты и выдали Наталью замуж. Счастья не было. Родилась дочь. Муж стал вести нетактичный образ жизни. Наталья решила от него уйти. Так началась ее жизнь матери одиночки, ей помогала ее мать.

Николай Гаврилович не женился два года после ее замужества, ждал с ней встречи, но встреча не состоялась. Женился он без любви, счастлив не был.

Наталия вступила в партию большевиков. А куда еще вступать красивой и интересной девушке? Братья Натальи всю ВОВ были на этой войне. Она видела разрушенные дома Ленинграда, окопы под Москвой и землянки партизан в брянских лесах. Она была ранена в Кронштадте, где была комиссаром…

Наталья Артемовна была выдвинута на работу в райком партии. Годы для страны были тяжелые: восстановление народного хозяйства, коллективизация. За свою жизнь она работала в райкоме, в парткоме, в политотделе МТС и в совхозе. Окончила она партийную школу. Работала там, куда ее партия посылала. Была исполнительна и аккуратна.

Наталия следила за учебой младших братьев Миши и Володи, и за первыми их шагами на работе. На работе о них хорошо отзывались. Наталья работала и училась в Ленинграде до войны, но братьев из виду не упускала, посылала им посылки и деньги на жизнь и одежду.

В мирное время Наталья любила ездить в санаторий, расположенный на берегу моря, вероятно потому, что в войну она была комиссаром на флоте. Представьте на корабле комиссар — женщина. Наталья была ростом 165, с хорошей партийной подготовкой, что касается личных связей с моряками, они были исключены. Стрелять Наталья умела из пистолета, который был всегда при ней.

В городе — острове моряков она жила и работала за два года до войны. Ей приходилось присутствовать при первом погружении подводной лодки. Конструктор подводной лодки, Николай Павлович, часто просил ее помочь достать что-нибудь необходимое для подводной лодки. Капитаном подлодки был назначен капитан с ее крейсера, где она была комиссаром, — это незримо связывало их всех троих. Женщину на подводную лодку комиссаром не брали. Капитан был тайной любовью комиссара Наталии.

Натальи было немного за тридцать лет. Женщина с партийным стажем и карьерой, с неудачной семейной жизнью, ценила хорошее отношение капитана к ней. Конструктор Николай Павлович ей просто нравился, и она ему помогала, как партийный работник. Подводная лодка встретила войну в плаванье, ей надо было вернуться в порт города-острова, и она вернулась. Команде корабля пришлось участвовать в наземных военных действиях, пока лодку ремонтировали после плавания. Наталья с капитаном встретилась раз, но в качестве медсестры. Ей пришлось стать медсестрой и пройти военные курсы подготовки.

Комиссаром Наталья была на линии фронта, на любовь время не оставалось, время было на военные действия корабля, и военные действия моряков в прибрежных районах. В результате сильных боев моряков с противником, Наталия была тяжело ранена, и ее отправили в блокадный Ленинград. Позже Наталию переправили по дороге жизни на Урал. Ее отправили лечиться в тыл

…Сериалы идут вперед. У Афанасия Афанасьевича возникла мысль: надо все, что написано превратить в сериал. Задача оказалась трудной, и ранее уже опробованной. Если держаться одного темного героя, и нескольких его ординарцев — это хорошо, но прочитанные сериалы такой магией величия не обладают. Можно представить, что сериал — это заплетенная коса, то есть должно быть три темных героя, а их судьбы должны периодически сталкиваться. Заманчивое направление, но при чтении такого романа, получается перенасыщение информацией, но очень длинные сериалы с такой задачей справляются. Правда сериалы понятны, если их смотреть, а вот смотреть все сериалы не получается.

Хорошо смотрятся те сериалы, в которых есть симпатичные герои, то есть герои льют бальзам лести на душу зрителя, а если герои сами по себе и не затрагивают душу зрителя, то сериалу уделяется время между переключениями программ. Одним словом, Афанасий вновь работал и дома смотрел сериалы. Он не успокоился.

А на тетку Дашу напали болезни. Раз попала в больницу, через три месяца еще раз. Да, думает, надо выходить из болезней. Стала бороться за здоровье сама. Время любви в ее судьбе прошло или нет? Спустя годы, оглянувшись назад, она уже не о чем не жалеет, что было, то было. В ее жизни было несколько мужчин… О, это просто и сложно, и является тайной, которая почти раскрыта и не раскрыта. За многие годы жизни, много воды утекло, много жизней покинуло этот мир. Ушли в иной мир и ее мужчины, не все, конечно, но кое-кто покинул лучший мир.

Катерина помнила советы Натальи Артемевны, родной сестры тетки Даши:

— Каждый человеческий, домашний коллектив, несет свои тайны сохранения здоровья. Не могу сказать, что все мои предки всегда были здоровы, но те, кто хотел быть здоровым — были здоровы. Советы — часть от числа, не полный перечень и лекарственные средства не исключаю, но я не врач. Это мои отрывки из способов лечения. И не без юмора.

От простудных заболеваний.

— Протрите спиртом подошвы ног, грудь, спину. Оденьте сразу носки, теплую футболку и спать…

— На следующий день поставьте горчичники: два — между грудью и горлом.

Четыре — на спину по два с каждой стороны позвоночника, от шеи — вниз.

— Избегать поцелуев.

Это спасет от воспаления легких в ранней стадии.

С детства Катерина слышала одну фразу: простудные заболевания лечат мороженым, но поняла ее совсем недавно, года три назад. Все более чем просто, мороженое едят не тогда, когда болеют, а тогда, когда человек здоров. Однажды зимой стали постоянно есть мороженое вечерами, совсем немного, грамм 50 за вечер, и никто за зиму тогда не заболел.

Еще есть нервные болезни, бич умного общества. Что делать с ними?

— Избегать перегрузок в работе и дома.

— Найти хобби и отстоять на него свое право — это очень сложно.

— Найти возможности для отдыха.

— В семье надо жить интересами семьи.

«О, какие люди еще были-жили на свете», — подумал Афанасий Афанасьевич. Он всегда любил телевизионные передачи о борьбе со старостью, можно сказать, что это любимая тема у всех народов. Ведь ему нужна жена на длительный срок. А, где ее взять? Он маг почти вечный, лет триста прожить ему ничего не стоит.

Вот он и живет один в очередной раз. Теперь он раскатал губы на дочь физика, у которого пока родился только сын Федор, которого маг сразу определил в будущие друзья. Сами понимаете, маг почти не стареет, молод, здоров. Это боги были по три метра ростом и жили по девятьсот лет, потому что яблоки не ели, а маг Афанасий яблоки любит, значит, больше трех столетий ему не протянуть. Сейчас ему было уже лет триста, а выглядел он молодо. Итак, его волновали гены Катерины, которая родилась или родится у физика Федора.

Осталось выяснить, а кем физик Федор мог быть лет пятьсот назад, и кем была его супруга Катерина?

А пока Афанасий наблюдал за самой старой дамой из семейства Катерины, теткой Дашей.

Живет, живет тетка Даша, и вдруг начинает отмирать частями собственного тела. Случайно или нарочно, сердце начинает работать с перебоями на убой, а умирать ей не хочется. И начинает она шпиговать сердце таблетками и витаминами. Если сердцу дать сильное сердечное средство, оно мгновенно становится здоровым, но в голове возникает безумная боль. Умные бабушки, перенесшие инфаркты и инсульты носят с собой сразу 2 таблетки: одну от сердца, и запивают ее сильной таблеткой от головы или от давления. Это круто. Это лучше не использовать.

А что делать? Берет тетка Даша средней силы таблетки и потихоньку приходит в норму, запивая их своими слабыми таблетками от головной боли. И однажды головная боль побеждает сердечную. Начинает она принимать весь известный ассортимент лекарственных средств от головной боли, а голова болит. Ей таблетки глубоко безразличны.

А в это время нога, которая беспокоила умеренной болью в одной части много лет, вдруг начинает вести себя плохо по всей свой длине. Ступа выкручивается и входит в штопор вместо того, чтобы беспрекословно надеть правый башмак.

Понимает она, что дело становится плохим: сильная головная боль трое суток, и нога, которая отказывает по всей длине. Сразу появляется мысль набрать в поисковике слово: «инсульт» и что это такое. Читает она определение инсульта, 99 % слов такие родные, как по заказу написанные. Находит лекарство от инсульта, то есть от тромба в голове, покупает, и чувствует: оно! Помогло! А нога? А ноги? Идет в бассейн, а там хозяйка стоит и пьет эти же таблетки из золотой упаковки.

— Люба, а ты зачем пьешь эти горошки черные?

— Тетка Даша, и вы их пьете? И сколько штук сразу?

— По два горошка.

— А я пью по чайной ложки три раза в день.

— Так это же много!

— А иначе не помогает.

В бассейне тетке Даше говорят: потрогайте ногой пол, тут холодный, а там горячий. Трогает и не понимает разницы.

Позвонила Люба знатоку в столицу, а он говорит:

— Опустите ноги в холодную воду, для улучшения кровообращения.

Опускает тетка Даша ноги в ледяную воду, а ноги не чувствуют холод, зато заболевает поясница, она быстрее почувствовала холод воды. Идет пожилая женщина в сауну, но ноги тепло не чувствуют, но еще ходят, скрипя зубами. Постоянно пьет таблетки от инсульта для головы, чуть опоздала, голова напоминает: пора пить! А ноги? Идет к массажистке. Массажистка испугалась, и первый массаж они делали вдвоем с помощницей. Ноги были в больших синяках. Второй массаж делала одна массажистка.

После двух первых процедур нога входит в штопор, но выходит из него быстрей и без сильной боли. Третий массаж был уделен только ногами, и они в штопор не входили. Поход в сауну через пару дней дал результат: ноги покраснели от тепла и пятки почувствовали жару сауны.

А, голова? Сердцу стало легче и голове. Борьба за собственную жизнь с врагом под названием старение, дело для тетки Даши весьма увлекательное, оно поглощает и средства, и помыслы. И надежда на то, что эта борьба при жизни прекратится, ничем не подтверждается. Сняла острые моменты, появляются тупые, а сними бороться труднее, из-за не сговорчивости тупых проблем.

Можно не бороться и пустить все на самотек, но самотек в организме — конечен. Поэтому становится понятно, почему людей отпускают на пенсию, им предоставляют время на борьбу за остаток собственной жизни, и дальнейшая судьба зависит от самого человека, а чтобы сильно не прибавляли в весе, пенсия носит весьма умеренный вид. И пока это время свободы не наступило, все попытки восстановить молодость в стареющем организме мало имеют общего со словом «удача», но кое-что сделать удается.

Наконец-то найдена причина холодной кожи на ногах! Ура!? Ясно, что теперь надо лечить, но именно это никогда не удастся сделать. Или можно? Обвертывания, похудения, а как на работу ходить на этих, холодеющих ногах?

Зачем? Очень хочется почувствовать теплые собственные ноги, а не холодные мышцы, угасающего тела.

Любые массажисты, а может и не все, но тетке Даше другие не попадались, пытаются кроме массажа тела, делать массаж вашей биографии. Массажисты выуживают из вашей памяти все, чего в обычной ситуации не скажите, но, извиваясь под руками массажистки, расскажите все, как будто массажистка взяла языка, вместо пациента.

Выудив информацию о вас, она ею размахивает, как флагом в последующие сеансы. Когда издеваться словесно ей надоест, массажистка начинает вместо массажа делать нескромные движение, или бьет по одному месту торцом ладони.

Вот тут-то терпение пациентки заканчивается и она мысленно решает, что больше на экзекуцию не придет, но вслух отказать не может, и назначается новый сеанс по улучшению фигуры и функций ног. Самое смешное, чтобы не было поцелуя инсульта, нельзя есть мясо, такой вывод сделала тетка Даша после длительных наблюдений за образованием головных болей. И все прошло. А вес? Трудная тема. Без дорогих таблеток угнетающих аппетит, и позволяющих завтракать одной водой плюс кофе не обойтись.

Наблюдения Афанасия Афанасьевича за теткой Дашей показали, что у нее все силы уходят на борьбу за элементарное здоровье, которое от нее постоянно убегает после рокировки со смертью с ее сестрой.

Еще раз биография сестры тетки Даши:

Наташа (1907), росла в трудные годы, что не мешало ей быть энергичной и способной девочкой, которая всегда хотела учиться в школе. Мать, Варвара Антоновна не разрешала девочке учиться, но Наташа все же в школу ходила, училась хорошо, учительница ее любила. Наташа окончила 4 класса. С 13 лет Наташа работала на железной дороге, пропалывали ее и убирали, деньги отдавала матери, потом работала на мельнице. В 16 лет уехала в Город, где через райком комсомола устроилась на работу.

С первой получки купила платье и хромовые ботики, и так была рада, что и не передать словами. Наташа в 1920 году вступила в комсомол, а в 1928 году ее комсомольская ячейка передала в партию. Все это время она была членом бюро комсомольской ячейки, и женским организатором. Комсомольцы ставили спектакли, и показывали их в деревнях. После спектаклей организовывали молодежные вечера, с участием деревенской молодежи. На одном из вечеров, Наташа познакомилась с учителем Николаем Гавриловичем. Они полюбили друг друга. Через некоторое время Николай Гаврилович приехал и сделал Наташе предложение. Наташа не отказала, она его любила. Николай Гаврилович был добрый человек, культурный и с хорошей душой. Своей маме Наташа ничего о предложении выйти замуж, не сказала. Наташа была членом комсомола. Выполняла много общественной работы, все это матери не нравилось.

Варвара Александровна считала Наташу не послушной дочкой. Мать хотела отдать ее замуж за другого человека. Пришли сваты и выдали Наташу замуж за Андрея. Счастья не было. Родилась дочь, которая через три года умерла. Андрей Александрович стал вести нетактичный образ жизни. Наталья Артемовна решила от него уйти. Так началась ее одинокая жизнь. Николай Гаврилович не женился два года после ее замужества, ждал с ней встречи, но встреча не состоялась. Женился без любви, счастлив не был. Наталья Артемовна, была выдвинута на работу в райком партии, годы были тяжелые, восстановление народного хозяйства, коллективизация. За свою жизнь она работала в райкоме, в парткоме, в политотделе МТС и в совхозе. Окончила партийную школу. Работала там, куда ее партия посылала. Была исполнительна и аккуратна. Наташа следила за учебой младших братьев Миши и Володи, и за первыми их шагами на работе. На работе о них хорошо отзывались. Наталья Артемовна работала и училась в Северной столице до войны, но братьев из виду не упускала, посылала им посылки и деньги на жизнь и одежду.

Наташа любила ездить в санатории на берег моря, вероятно потому, что в войну была комиссаром на флоте.

Представьте на корабле комиссар — женщина. Наташа была ростом 165, с хорошей партийной подготовкой, что касается личных связей с моряками, они были сразу исключены. Стрелять Наташа умела из пистолета, который был всегда при ней. Комиссаром Наташа была на линии фронта в Кронштадте, на любовь время не оставалось, время было на военные действия корабля, и военные действия моряков в прибрежных районах. В результате сильных боев моряков с противником, Наташа была тяжело ранена, и ее отправили в блокадную Северную столицу — Ленинград. Позже Наташу переправили по дороге жизни в Уральские горы в Челябинск.

Наталья Артемовна прожила 80 лет, умерла от остановки сердца в 1987 году. Она — пенсионерка местного значения города Челябинска, состояла в партии почти 60 лет, дочь своего отца и своего времени.

* * *

В далекое прошлое ушли родственники Катерины: бабушка Варвара Антоновна 1882 года рождения, отец Владимир Артемович 1921 года рождения, мама Екатерина Андреевна 1928 года рождения, брат Сергей Владимирович 1953 года рождения, муж Марк Александрович 1942 года рождения. Спасибо им, что они были в этой жизни и делали ее лучше по мере своих сил.

Как Катерина себя вела? Она есть она. Иногда она выкладывалась для родных и близких, а бывало, замыкалась в себе или окуналась в любовные увлечения. Не зря ее назвали в детстве Красавица. Если честно, то писать о себе ей не хочется, и многое написано и вошло в романы.

Помянем добрым словом, ушедшие года.

Помянем добрым словом, кто жил с нами тогда.

* * *

В автобусе Катерина встретила смотрящие на нее глаза молодого человека, такие глаза были только у деда. Когда молодой человек выходил из автобуса он еще раз пристально посмотрел Катерине в глаза!

Да, нет сомнения, у него взгляд и глаза — ее отца! Он мог бы сыграть в кино отца без напряжения. Он запал ей в душу! Но с отцами романов заводить не принято, и Катерина вырвала из сердца, проникающий взгляд молодого человека. Не может он быть героем ее романа.

Отец Катерины в войну воевал в этой местности! Он был красив и благороден по своей природе! Он мог понравиться любой девушке, и ей, похожий на него молодой человек, очень понравился. Молодой человек вполне мог быть внуком ее отца. Где он вышел из автобуса, она запомнила, в этом месте шли жестокие бои много лет назад.

Катерина ходила в местный краеведческий музей и знала историю тех лет. Нужно ли ей искать этого парня из автобуса? Вот нашла себе головную боль! Но у него редкие по красоте глаза отца! Один в один! Что она знает об отце того периода? Он был ранен, лежал в полевом госпитале, где-то недалеко от этих мест! Он не был тогда женат, официальный брак у него один. Это ж надо, как они похожи!

Катерина посмотрела на парня с глазами ее отца:

— Вы выходите?

Парень пошел по салону. За ним проскочила светлая норка.

Катерина вышла на остановке из автобуса.

Свобода зимнего утра! Воздух после выходных дней свежий, как родниковая вода. В темноте утра рядом с дорогой стояли женщины и продавали свой товар. Магазин на снегу работал по своим правилам, каждая продавщица приходила в свой день недели, так, что товары здесь менялись ежедневно.

Для себя Катерина здесь редко, что встречала. Она видела в продаже то, что нужно ее близким или знакомым, но угодить им заочно дело нелегкое. И она проходила мимо утренних продавщиц.

Большие здания фирм всех мастей светились редкими окнами. В это время все люди на работу еще не пришли. Рано. Несколько лет эти здания увядали. В любое время суток светящихся окон было все меньше, позже появились плакаты с номерами телефонов об аренде.

Здания стали оживать. Из них вывозили огромное количество старой утвари. Помещения ремонтировались, появлялся свет в новых светильниках.

Катерина прошла мимо елей и невысоким квадратным зданием, в которое вкатывали огромные рулоны бумаги из машины. Здесь располагалась типография. Еще шагов двадцать, и она прошла мимо вахтера, поднялась на свой этаж. Все. Жизнь застыла до вечера. Всемирная сеть — подруга раннего утра.

А у Катерины прорезалась странная мысль! Взять пару человек, посадить в легкую подлодку или спусковой, глубинный аппарат, завуалировать его под космический, плавающий объект, сделать так, чтобы изображение жителей шло импульсами на подводную лодку бизнесмена. Его приемные устройства уловят эти навязчивые изображения.

Шок обеспечен, а с обеспеченного клиента корпорация получит свою долю выплат. Катерина приступила к широкоформатному внедрению в жизнь своей очередной ахинеи. Она всегда шла в ногу со временем, работала менеджером на фирме, принадлежащей двум странам; была стройна, и в меру красива.

Мужчинами на своей фирме она не увлекалась, они все были женаты, да и она была замужем, когда ее на работу брали. Но жизнь у всех не без фантазий и реальности.

Летающая тарелка с конусообразным дном вращалась медленно над лесом.

Интересно, что высматривали из иллюминаторов на конусе в лесу, в позднюю осень? Листва черным ажуром лежала вдоль малахитовых дорожек, сами дороги были чисты, листва на них уже практически не падала. Маленькие белки, полные и сытые иногда перебегали чистые дорожки.

Видеокамера была установлена внизу конуса, как иллюминатор.

Оператору было бы неудобно смотреть вниз, поэтому плоский жидкокристаллический монитор времени, по которому наблюдали, был установлен внутри летающей тарелки со всеми удобствами.

В команде было три человека. Все явления, возникающее в поле зрения видеокамеры, появлялись на мониторе, записывались на диски памяти компьютера, их легко можно было демонстрировать и устанавливать новые.

В команде летающей тарелки был Олег, он знал о Катерине все.

В фокусе экрана была дорога, на отрезке, в десять метров. Катерина только что прошла в настоящем времени. Датчики памяти из летающей тарелки вцепились в ее мозг. И оказались во времени…

Летящей походкой девушка подошла к парню, одетому в лапти, полосатые штаны, и рубашку на выпуск, подпоясанную веревкой. Он затаил дыхание. Девушка — стрекоза поразила его своей грацией, она почти не касалась земли, в ней была легкая таинственность мироздания.

И эта красивая, необыкновенно величественная девушка с красным колпаком на голове, находилась так близко от него, что он забыл обо всем на свете!

Она появилась из кареты, напоминающей земную стрекозу. Он видел, как приземлилась карета, словно птица, но без взмаха крыльев.

Было о чем подумать, но думать ему никто не дал, ведь из летающей кареты вышла — вылетела вторая девушка с желтым колпаком на голове! О, как она была хороша на фоне голубоватых, прозрачных крыльев! Мысли парня стали путаться. Девушка коснулась его ногтей на руках. И он забылся в тумане нереальности.

Следующим из летающей кареты появился молодой мужчина в зеленом колпаке, он приблизился к парню в лаптях, провел рукой над его головой, и показал своим верхним крылом, чтобы девушки возвращались к летающей карете.

Парень открыл глаза: две девушки подходили к летающей карете, верхние крылья у них были от талии до кисти рук, нижние крылья от ступни до талии. Он хотел крикнуть, но голоса своего не услышал, хотел побежать за ними, но и пальцем не смог шевельнуть.

От бессилия он лег ничком на траве и с восторгом смотрел, как крылатая карета поднимается в воздух.

Летающая карета легко взлетела и мгновенно исчезла за горизонтом, и только после этого парень смог встать и говорить, но говорить было некому!

Он вернулся домой, нарисовал углем летающую карету. Но кто поверит его рисунку! Его взгляд упал на ногти рук, на них было одно слово из пяти букв «Земля». А, это так называется его планета! И он опять погрузился в забытье.

Парень проснулся в лесу. К нему подошли люди в сюртуках, они говорили на странном языке, но их понять можно было, и он их куда-то повел, думая, что за день выдался: то кареты летают, то чужеземцы просят провести к царю.

Однажды на ноябрьские праздники Катерина осталась дома одна.

Стало скучно. Надела она платье с огромным воротником, позвонила Тамаре, и поехала к ней в гости. У подруги сидел симпатичный мужчина. Тамара сидела рядом со своим Федором, а Катерина оказалась рядом с Олегом. Им никто не мешал и не помогал. Понравилась женщина мужчине, он понравился ей. Праздник: поели, попили и пошли по домам. Мужчина вызвался проводить женщину. Они приехали в пустой дом Катерины, и без проблем оказались в постели. Странный оказался мужчина — секундный. Любовь длилась считанные секунды, но мог повторяться снова и снова.

Второй раз Катерина осталась одна. Выручила от скуки, как всегда Тамара. Позвала к себе на праздник. Рядом с Катериной сел ее старый знакомый Олег. Очень хотела Тамара освободить Федора от Катерины, поэтому сталкивала ее с Олегом. Стал Олег мелким бизнесменом. Мама его дачей командовала. Катерине он фото показал. Все напоминало сватовство, но дачей ее не купишь.

Нет, Олег на роль нового знакомого больше не годился. Он устроил махинации с организацией и роспуском фирмы по изготовлению предметов канцелярии, сильно на этом разбогател.

В это время шла переписка между Марком и Катериной…

* * *

Марк, твое будущее: полный повтор прошлого года.

Пляж. Секс и она. По коням, вперед! ИДИОТ!

Катерина.

* * *

Катерина, ничего обещать не надо. Сиди дома. Там твое законное место. Счастливо оставаться!

Марк.

* * *

Марк, могу жить дома. Думаешь одной плохо? У меня собака есть. Я с ней могу погулять.

Катерина

* * *

Катерина, уж полдень на дворе, любимой все не видно.

Обидно… Нечего сказать в оправдание?! И не надо, я не в обиде. Тебя только жаль. Съедят тебя эти чертенята, а мне останутся только кости, но я ведь не собака.

И потом, я сейчас на работе, как белка в колесе. Мне забота нужна, а ты опять на болезнях пала. Понимаю, я финансы зажал, но это только до конца года. Надо! В январе немного расщедрюсь, не обижу. Ты меня хоть иногда навещай. Люблю!!!

Марк.

* * *

Марк, ты хочешь. Чтобы я к тебе пришла? Зачем? Шторы постирать и пыль смахнуть с посуды? Любви- то нет!

Катерина

* * *

Катерина, лучше бы ты домой ко мне приехала, это был бы самый лучший подарок для меня!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Я тебя люблю сильно-сильно!

Страшно скучаю!

Марк

* * *

Марк, красиво пишешь. Зачитаться можно! А на самом деле, если я приеду, мы сходим на болото за родниковой водой. Кстати, у родника бабы собираются. Ищут суженных своих. Или тебя ждут.

Живи спокойно, пей свою воду из болотного родника.

Катерина

 

Глава 12

Написав письмо, Катерина пошла на тренировку. Странная, темная белка перебежала ей дорогу. Она приостановилась. В голове пронеслась мысль о черной кошке, переходящей дорогу. Темная белка по идее к кошке не относилась, значит, можно было идти дальше. Белка быстро побежала вверх по коре сосны и исчезла в ее ветвях.

Асфальтированная дорога повернула в сторону. Катерина шагнула к пустырю, покрытому старой, высохшей травой такой высокой, что в ней вполне могли спрятаться собаки. Катерина знала эту особенность тропы, проходящей через пустырь. Стоило пройти по такой тропе метров сто, как из сухой травы появлялись две собаки: одна светлая, вторая черная.

Попытки прикормить собак успехом не увенчались. Светлая собака пропускала дальше. Черная собака опускала лапы на плечи и не давала пройти. Катерина просмотрела пустырь, и невольно отметила силуэты лежащих в западне собак. Ничего не оставалось, как пойти окружной дорогой. Собаки на асфальтированные дороги, по которым люди ходили значительно чаще, не выходили.

Катерина прошла мимо цветущих желтых цветочков мать и мачехи. Порывы ветра бодрили и заставляли прибавлять скорость. Вскоре она открыла стеклянную дверь, вошла в помещение спортклуба.

После холодного ветра захотелось войти в теплый ветер вертикального солярия. Катерина уцепилась за верхние поручни, и окунулась в потоки воздуха из вентилятора, света из ламп, музыки с дисков. Постояв минут десять среди трех благ цивилизации, она пошла на беговую дорожку, на которой чаще всего бегали тонкие, звонкие и прозрачные девушки.

Подруга ее, Жанна, в спортивный клуб никогда не ходила. Она от природы была стройной девушкой, спорт ее не привлекал, или необходимости у нее в нем не было. Спорт их разъединял, а соединяли разговоры о девичьих проблемах и работа.

Катерина привыкла к Федору, но их сердца были свободны от любви, и только небольшие влюбленности омрачали, или согревали их души.

В первую пятницу августа Катерина почувствовала, что теплое марево продолжается, нарастает жара и ощущение угарного газа. Голова перестала соображать даже после порции холодной воды. Она взяла из сумки носовой платок, намочила его в питьевой воде и выскочила из офиса, приложив треугольник платка на рот, а уголки заложила за уши. Так и шла по улице, не встретив в свой адрес удивленных глаз.

Дома она закрыла окна, включила вентилятор. Налила в ванну прохладную воду для повышения влажности, искупалась в ней. Уснула под вентилятором минут на двадцать, после этого приступила к уборке в квартире, где не была пару месяцев.

Почему — то на кухне все покрылось за это время жирным, желтым налетом. Гречка, которую она два месяца назад, как обычно, из пакета засыпала в стеклянную банку — проржавела, стала зеленоватой от налета.

Пот с лица лил от всех движений. Еще раз пришлось охладиться водой в ванне и продолжить мыть плафон лампы, который просто желтел. На улице градусник показывал сорок градусов тепла, домашний — тридцать градусов. Разница в десять градусов оказалась просто живительной, и не позволяла расслабиться и открыть окно, за которым виднелся белесый туман. Окна в доме напротив практически все были закрыты.

Субботу и воскресение она занималась квартирой с закрытыми окнами. В воскресенье, в семь вечера, она посмотрела в окно и увидела открытые окна в соседнем доме.

Посмотрела в сторону деревьев, они еще были в белой дымке, но внизу появились парни, мужчины которые шли в сторону магазина.

Вот оно чудо! Первыми в магазин пошли мужчины за пивом! Женщины и бабули на улицу еще не выходили. Мать ее вообще только под вентилятором лежала.

Катерина точно знала, что из дома до вечера лучше не выходить, разница в температуре давала возможность работать, употребляя холодную воду, практически вместе с дыханием.

На юге, где она была в отпуске, народ недоумевал, как это при температуре в 38 градусов тепла столько тревоги в голосе диктора ТВ Клюквенного края? На юге жара — дело обычное, они давно обзавелись кондиционерами, поливными машинами на полях, артезианскими колодцами в усадьбах.

В дождливой местности, в которой 27 градусов тепла бывает две недели в году, ни о чем подобном не думали. То, что для других обычно, для жителей Клюквенного края стало невероятным. И если в смог открыть окно, то ощущалась слабость, как от отравления угарным газом…

Любое лето заканчивается, даже такое жаркое.

У Катерины свои истории.

Она набрала номер телефона детектива:

— Простите за то, что вас потревожила, это я — Катерина, если еще меня помните, у меня пропал муж Марк.

— Катерина, что случилось? Очень загадочно говорите.

— Приезжайте, все расскажу.

Детектив был весьма удивлен определению пропавшего мужчины, значит, Марк муж Катерины?

Они поговорили поподробнее.

— У меня есть сведения, что Федор и Марк улетели на одном самолете, и пропали, — проговорила Катерина.

Тамара, сидевшая рядом, невольно воскликнула:

— Но ты, Катерина, буквально на днях сидела в ресторане за одним столом с Марком! Марк на нее положительно влияет, она любит его флюиды за столиком, в кофе.

— Так и оставь его на флюидном уровне, целее будет! — вскричала Катерина — Я не пойму тебя! Я не сводница!

Они посидели немного, и Катерина продолжила рассказ.

— Детектив, что вам не понятно? Федор летел на самолете и катапультировался, то есть спрыгнул с парашютом, а Марк погиб. Мне так сказали, но я не верю, — вновь заговорила Катерина с неким надрывом в голосе.

— Что?! Катерина, ты что бредешь?! — воскликнула Тамара.

— Не кричите, пожалуйста, все так и было, — заплакала Катерина.

— Так надо теперь искать Марка!

— Не надо, дело в том, что Марк и есть Федор! — сказала странным голосом Катерина.

— С меня хватит! Я от таких загадок свихнусь! Теперь еще Марк стал Федором! — воскликнула нервно Тамара.

— Хорошая у тебя память, — сказала Катерина примирительно, но мне жалко Федора отдавать тебе, если он Марк!

— Ладно, Марк сделал пластику? Почему он сменил имя? Ваше окружение все, как на ладони и ни одного не могу понять! — воскликнул детектив.

— Тамара, мужики сами себя наказывают, и сами мстят, но, где Марк? — продолжала плакать Катерина.

Тамара не выдержала новостей и слез Катерины, встала со скамейки и побежала во дворец Афанасия Афанасьевича. Он ждал ее у окна комнаты, из которой почти не выходил.

— Афанасий Афанасьевич! Я честно слушала и записывала всякую ерунду под соусом «они из Медного ковша»! Но ситуация сложилась так, что теперь я участвую в их историях! Или они участвуют в историях друг друга! Мы так не договаривались!

— Тамара, а, что вы хотели, чтобы и сказки были и без вашего участия? Они к вам привыкли, вы стали их частью. Вы упомянули Федора, и он стал частью их жизни! И вы сразу почувствовали, что жизнь у них ни так проста, как могла вам показаться на первый взгляд!

— А мне, что теперь делать?

— Жить их жизнью, которая стала вашей! Все просто.

— Но они — чужие мне люди. У них медная скамейка хорошая и больше ничего.

События развивались и без Тамары.

Детектив поехал к Катерине. Она встретила его в коротком халате, с прической и вкусными запахами с кухни.

— О, детектив. Какими судьбами?

— Твоими чарами.

— А на самом деле?

— Катерина, вот кого ты сейчас ждешь?

— Я никого не жду.

— И ходишь по квартире такой красавицей? Не верю я тебе!

— О, ты же частник от милиции, так чего от меня надо?

— Пропал некий великолепный Федор или Марк, ты случайно его не ждешь?

— Жду. Вот черт, все запомнил!

— И он к тебе сегодня придет?

— Этого я не знаю, но жду.

В дверь постучали барабанной дробью.

— О, это идет он, всегда стучит в дверь, замка не признает.

Катерина открыла дверь. В комнату ворвался красивый мужчина.

— Катерина, это кто у тебя сидит? — спросил он с порога.

— Детектив. Он тебя ищет.

— Зачем? Я не терялся.

— Федор, вас ищет Тамара, а если вы Марк, то вас ищет Катерина, — сказал с долей насмешки детектив.

— Я здесь буду жить, мне не нужны иные женщины, кроме Катерины, — механическим голосом проговорил мужчина.

— Марк, ты пойдешь к ним? — спросила Катерина.

— Нет!

Детектив посмотрел на импозантного Марка. Тут был личный интерес, ведь он всегда любил Катерину, и его злость превышала нормы допустимого, он решил, что найдет способ мести для Марка — Федора под новым именем — Марк. Хотя неплохо было бы понять: кто летел на самолете, и кто не долетел. Марк или Федор? Детектив лучше других знал вариантность Федора, и догадаться о том, кто остался целым и невредимым, ему еще только предстояло.

Вопрос был один: кто такой этот Марк на самом деле? Детектив посмотрел на документы Марка, но ничего не понял. Документы были выданы на имя Марка, но он чувствовал ложь. Марк смотрел на детектива и улыбался, на самом деле он вовсе не знал эту женщину Катерину. Он знал наизусть визитку Катерины, на которой был указан ее адрес. Но в квартире Катерины оказалась некая Катерина, которая приняла его за какого-то Федора и пропустила в дом. В конечном итоге Катерина оставила Марка у себя, тем более что Федора она давно не видела.

В одну минуту можно стать нужным или ненужным человеком, граница между этими состояниями весьма призрачная. Катерина оставила Марка в доме, и оказалась между небом и землей. Приехала пресловутая тетя Даша, всплеснула руками и закричала, что оставлять Марка — неприлично! Потом она закричала на Марка во всю силу легких, она его ругала и проклинала на все лады, называя его Федором! Марк не понимал огромное количество нервных криков, но, понял одно, что его, гонят из дома спокойной женщины! И Марк наперекор тете Даше остался с Катериной, она на него голос не повышала…

Тетя Даша села на электричку и вернулась в деревню, где все доложила Тамаре на медной скамейке. Это новость дошла до ушей Катерины. Этот Федор отвлек ее от мыслей о Марке, всегда по жизни находился тот, кто перекрывал дорогу к Марку. Ключи от своей квартиры она однажды отдала кузине Тамаре, чтобы она там цветочки полила. А она жить осталась в ее квартире, да еще и сына Вову и тетку Дашу пригласила.

Короче, деревенские гости уехали в деревню. Марк остался дома. Федор уехал к Тамаре в деревню.

Дома ситуация была из серии в мире животных. Кошка Сонька толстела, подъедая корм щенят. Они маленькие той — терьеры. Она бежевая, а он черный. Их стройные лапки переминаются с ноги на ногу, они заискивающе смотрят и на Соньку и на больших людей. Лают, нет, они скорее пищат, чем лают. Неплохие ребята. Из-за них по комнате разложены непромокаемые пеленки для туалета.

Сонька — взрослая, изящная кошка, которая всегда ела предназначенную ей пищу. Первые дни она наблюдала за щенками, потом стала подходить к ним ближе. Однажды она встала на задние лапы, а передними по очереди ударила щенят, но видимо им было не больно. Зато Сонька отвоевала право подходить к их корму.

Зачем нужны щенки? Эти маленькие создания отвлекают на себя эмоции больших людей. Люди начинают направлять свои эмоции с людей на собак. И это их великое предназначение. А эмоции бывают разные и далеко не всегда положительные. Со щенками тоже не просто, но они подрастут, они почти выполняют свою миссию — ходить на пеленки. Еще немного и им сделают прививки. После чего они смогут выходить на улицу.

А пока они привыкают к ошейнику и примеряют верхнюю одежду. Щенки все увереннее бегают по комнате, выход из нее надежно перегорожен. На баррикаде всегда сидит Сонька, если не спит. Она любит наблюдать за щенками, она уже не обижается на них, она с ними играет.

Прошедшей весной Катерина влюбилась в партнера по танцам. Нет, до любви они не дошли. Он женат. Но танцы — они здорово сближают. Да, мужа у Катерины давно нет. Она одинокая женщина. И он это чувствовал. Ее руки привыкли ощущать его плечи в танце. Клен — это о нем. Шикарный мужик, пока листва золотая, листва опадает, и он становится незаметным.

А, может быть, кто из родственников мужа узнал о танцах Катерины и донес Лере? Все может быть, а временная составляющая мало кого волнует.

Весеннее тепло. Цветет верба. Трава местами на газонах зеленая, свежая, сочная, хоть коз выпускай, — это идет ноябрь 2013 года. Осень отодвигает зиму, которая возьмет свое позже.

4 ноября народ пытается понять, в чем суть выходного дня, о каком единстве идет речь. Единство Руси. Были княжества — стала страна единая. К власти пришел русский царь. Минин, кстати крестный отец Катерины, кузен ее отца. Возможно, и ее предки родом из начала единения страны. 7 ноября бывший красный день календаря. В воздухе висит забытый праздник, люди десятилетиями в этот день не работали. Странное состояние.

Пожилые люди должны и могут восстанавливать мышечную систему, к сожалению, лечение проходит через болезненные этапы, но здоровье стоит того. Больно, никто не услышит, а баба Даша никому ничего и не скажет.

— И зачем она будет раскрывать на правду людям глаза? — спросила Катерина у Тамары, и поняла, что та далеко ее увела от Федора и разговора о нем.

— Афанасий Афанасьевич, почему вы говорите от лица Анны? — спросила Катерина.

— Она мне больше всех нравится в этом семействе, я знаю ее мнение практически по всем вопросам.

— А, если все сказанное обобщить, то мы выясняли отношения и жизнь людей из клана бабы Даши. Почему?

— Самой слабо ответить?

— Я бы не спрашивала.

— Начнем сначала, баба Даша является — родной сестрой моей жены Тани, хуже того, они двойня, но моей Тани давно нет в живых, и я живу жизнью родственников бабы Даши, очень на нее похожую.

— Но у вас есть сын Федор.

— Он живет отдельно, а мне нужны родственные связи, а вам нужен дом с медной крышей. Дом вас уже ждет, Катерина, по той причине, что вы моя племянница по моей жене.

— А я думала, вы не знаете, что я ваша племянница, — искренне удивилась Катерина.

— Ты не просто племянница, ты — Медная графиня, ответил граф Афанасий Афанасьевич.

Сам Федор редко пользовался воздушным транспортом, он не любил чувство страха, но мог вызвать его у людей.

У Катерины с Федором был винный роман. Он любил букет виноградных вин. Она любила его. Она покупала вино, и, заглушив свою совесть, летела к нему. Любовь зависела от качества вина, чем лучше вино, тем лучше любовь.

Зачем Федор ей был нужен?

У Катерины был такой период в жизни, когда вокруг звенела пустота от неудовлетворенности жизнью. Мир был полон красок, а в ее душе жила серость его одежды.

Вино убивало микробы во рту, и поцелуи становились безопасными, ангины после винных поцелуев не проявляли свою активность, а ей нужны были его поцелуи, для получения состояния удовлетворенности жизнью.

Катерина любила огромное кресло, которое стояло у Федора в комнате, покрытое искусственным мехом под тигра.

Кресло стояло в центе комнаты, и в нем вполне можно было сидеть и тянуть потихоньку из хрустального бокала виноградное вино.

Вино играло в бокале, бокал можно было крутить в руке в лучах люстры из горного хрусталя.

Федор не любил закрывать портьеры, на окнах висела прозрачная легкая ткань с блестками. Количество блесток к низу ткани резко возрастало, и они мирно уживались на красивом рисунке, как танцующие капли вина на дне хрустального бокала.

Он мог долго и много говорить, он ждал ее, ему нужна была ее способность слушать, поддакивать и не перебивать ход его мыслей.

Катерина покорно слушала и играла с бокалом вина. Он с вином не играл, он пил вино, как гурман. Он чувствовал каждую каплю, вина в бокале и испытывал истинное наслаждение от его вкуса.

В доме у него всегда было вино.

Ее задача, заключалась в том, чтобы купить вино не только из нужного сорта винограда, не только знать страну производитель вина, но еще не полениться и прочить, где разлито по бутылкам это вино. О, как Федор следил за всем этим! И только изучив все надписи на этикетке бутылки, и посмотрев ее на просвет, он замечал даже, как приклеена этикетка, и что на ней написано со стороны вина. Если, что ни так, то он начинал ворчать, и до любви дело не доходило.

У Федора еще была странная особенность, Катерина ему больше нравилась в брюках, чем в юбке. Ему нужны были ее накрашенные глаза и уложенные в прическу волосы, ему нравилось смотреть на ее ухоженное лицо и пить вино. Ему нравился вид преуспевающей женщины, сквозь бокал с вином.

Ее все устраивало, она ждала финиша винной церемонии — любви. Винная идиллия нарушалась ее длительностью, она начинала от нее уставать. И появилось разнообразие в их отношениях, появился третий нужный человек. Он нашел себе друга, теперь они пили вино втроем.

Другу Федора, Катерина очень нравилась, и Федор этим обстоятельством был очень доволен. Он издевался над ними. Катерина ушла в ванную комнату, встала под душ, и сама стала, как бокал вина с капельками вина на стенках. Она появилась сияющая из ванной комнаты в аметистовом ожерелье.

Федор пошел с Катериной в другую комнату, оставив третьего человека с бокалом виноградного вина. Ой, как ему нравилось солить третьему, чтобы тот завидовал их любви! Он любил любить при слушателях его любви, его успеха, его мужской возможности. О! Ни с чем несравнимое чувство победы.

* * *

Олег посмотрел передачу об ультразвуке, вот, как получается ультразвуковое обследование: ультразвук встречается с внутренними органами человека и вся картинка отражается на экране. Ультразвуком определяют усталость металла и сварочных швов. Замечательно, никакой фантастики, все реально. Еще бы просканировать ультразвуком человеческие отношения, и все было бы прекрасно.

Проблемы проблемами, но больше всего удручает состояние — тупика, из него порой Катерина выходила, меняя место работы. Работа становилась более трудной, менялись люди, с которыми работала. Вот и сейчас у Катерины — тупик. Работа, накопленная до ее прихода за три года, обычно исчерпывается.

И вдруг, к Катерине подходит Олег и предлагает выйти за него замуж, а Катерина два месяца, как одна. Все бы ничего, но разница во всем. Это Олег моложе Катерины. Хотя других вариантов и нет, а те, кто старше ее исчезли, как мамонты.

Жизнь так складывается, что первые годы на работе Катерина была младше всех, потом возраст стал средним. И наступает такой момент, когда она почти всех старше, и до пенсии остается так мало времени, что менять работу — смешно и невыгодно из-за оформления многочисленных бумаг. Как — будто выросла из очередной рубашки.

Жизнь первая — когда живешь под крылом родителей и бабушек. Жизнь вторая — под крылом мужа и выращиваешь совместных детей. Жизнь третья — живешь без родителей и без мужа, и выращиваешь потомство. Жизнь четвертая — дети переросли родительскую опеку, остается — одиночество, или выбор — выходить замуж в неравный брак. Если честно — одиночество не радует, будущее становится облачным.

И Катерина соглашается на замужество. Вот, интересно, будут ли ее обсуждать все знакомые и незнакомые, а жить-то они ей не помогают, так какое право имеют на обсуждение ее действий? Катерине надоело вспоминать свои старые любовные истории, украшенные бирюзой. Для жизни нужна новая любовь.

Десять лет назад ей предложили выйти замуж, и предложение сделал человек, который два десятилетия на нее влиял своими флюидами, но всему свое время, их отношения устарели и завяли. Сейчас только редкие звонки остались от былых, пылких чувств. Гены по линии отца Катерине передались удивительные, кому они доставались, долго выглядели моложе своих лет, несмотря на все трудности жизни. Это Катерина с детства наблюдала. И вот результат.

Так выходить замуж с разницей в возрасте или нет? Свинцовые тучи потеснили белые кучевые облака, и сразу стало немного спокойней. На окнах разводы повышенной влажности. В душе отголоски переживаний. И тишина. Замужество. Снова лишать себя относительной свободы перемещения, которая, впрочем, и не очень нужна.

Разговаривать одной со стенами не очень хотелось. Перекочевать к бабулям на скамейку, на которой сидят выпадающие из этой жизни люди, что-то не манит. А так можно оттянуть иллюзию старости, которая маячит, а если маячит, значит, бывают и минуты молодости. Вот в эти минуты былой роскоши и надо выйти замуж, не смотря на все препоны, которых, в общем — то и нет. Чьи-то вкусы и требования будут настойчиво вторгаться в ее жизнь.

Вот представьте, если бы вы знали при жизни Ахматовой, что она Ахматова? Может, ей тоже предложили бы руку и сердце? И сразу бы стали фигурой более значительной? Как много девушек выходит за более старых и достигших чего-то в жизни мужчин! Но посмотрите и на обратную тенденцию: женщины, достигшие мировых высот известности, тоже подвержены замужеству на молодых мужчинах. О: мадам Катерина, что ли чего-то достигла? А теперь осталось выкрутиться из замужества, синусоида повернулась стороной мудрости. Почему принимает Катерина такое решение? Бывают в жизни счастливые моменты.

Если экономические связи ослабли, то и санкции носят профилактический характер, но если резать по живому, то больно.

Вчера мне прочитали, как изобрели сгущенное молоко.

Сегодня Катерина прочитала новый указ президента Теплой страны, который своим приказом законсервировал свою страну в собственном соку с кровью. Степень ненависти президента к собственному народу уму непостижима. Самое интересное, что жители Большой страны и Теплой страны с незапамятных времен имеют общие корни, а он вздумал их корчевать приказом, запрещающим всякое общение жителей двух стран.

Жаль. Катерине нравятся медузы в море с йодистой капустой, а как она туда поеду, если у нее никогда не было загранпаспорта и она так стара, что новые языки ей не под силу? Мозг не усваивает новые приказы, разрушающее то, что создано веками, тысячелетиями…

Больше всего поражает политика фрау, сегодня она улыбается президенту Большой страны, а завтра пресмыкается перед королем Заокеанской страны. И, больше всех страдает ее страна от назначенных ею санкций. Самобичевание, вот что такое санкции. Жаль, машины они выпускают крепенькие, и сталь хорошая, но кто теперь их купит?

Взбодрился Президент Теплой страны от очередной патоки санкций, на основании их, он решил, что его страна поднимется круто по экономической лестнице. Вперед, и с песнями. Важно, чтобы технические книги на свой язык успел перевести. Или экономика повысится от умной Стены? Паутина.

А дружно жить не получается, каждый норовит себя показать и других унизить. Это ни есть благородство. И какое благородство ждать от Заокеанской страны? Только корм для рыб в лужах, где нет асфальта.

Что еще. Морская страна. Два брата, не студента. Один проклял другого и проклятый попал в аварию. Кто проклял их мать? Вот, что такое проклятие от слов до дела — сутки прошли. Не поддавайся старшему брату, живи и царствуй! Не вы назначаете санкции, а ваш первый слуга, надо сказать весьма озлобленный человек, раз тешится наказаниями в виде санкций. Алле, старший брат, не того проклял, ваше величество.

Поэты пишут историю в стихах, высказывая мысли в сеть. Писатели высказывают мысли через множество не рифмованных слов. Результат — на литературных сайтах. Публикации в сети породили пишущих людей, способных высказывать мысли пусть не вслух, но в сеть.

 

Глава 13

С некоторых пор бизнесмен Афанасий Афанасьевич обладал огромным капиталом, висел одним из первых в рейтинге богатых людей страны. Но по своей натуре он был бедняк, который любил пожить за чужой счет.

Его средний мужской возраст требовал престижа правительственного уровня. Он очень хотел стать мэром столицы, но это место было надежно занято другим человеком, тогда его осенила скромная мысль о строительстве нового города.

Главный архитектор города рисовал карандашом круги на бумаге.

Он полдня провел в автомобильной пробке, и, добравшись до любимого кабинета, стал крутить карандашные круги. Круг за кругом он приближался к разгадке градостроительства.

Казалось бы, все знают, как и где строить города, но транспортных развязок так много, а доработки стоят так дорого, что у него появилась мечта: создать правильный город с нуля.

Столица создавалась веками, а современный город можно создать быстрее, правда кому он нужен? — думал он. Но эту проблему можно решить, если перевести в новостройки ключевые объекты, организации, промышленные предприятия.

А трудовую столицу оставить в качестве музейного экспоната девяти веков, потому что в ней то и дело проваливалась почва под ногами, под домами и под транспортными средствами. Усталая земля не выносила шахты метро и уход домов в подземелье.

Строители капали землю до тех пор, пока не появлялась твердая почва для строительства очередного многоэтажного строения города.

Архитектор нарисовал очередной кружок, прочертил радиальные линии, радостно прокричал: ура! Его лицо озарилось улыбкой победителя, он был готов к беседе с бизнесменом для решения финансовых вопросов по строительству нового города.

Архитектор и бизнесмен сидели за одним столом, перед ними стоял макет будущего города. Оба влюбленными глазами смотрели на совместное творчество. Деньги и мысль объединялись в одном макете.

Бизнесмен видел в мечтах вывеску: Афанасий Афанасьевич — мэр города.

Глава края находился в своем кабинете. На сегодня у него выезды не намечались. Он блаженствовал в полном одиночестве. Лень медленно подступала со всех сторон, утомление от частых перелетов и поездок пронзало его насквозь.

Он был счастлив в кабинете. Спокойствие нарушилось миганием светодиода на пульте управления телефонами, — это секретарь просила взять трубку экстренной связи. Глава края взял в руку телефонную трубку.

— Извините, но Афанасий Афанасьевич просит аудиенции, — сказала секретарь, не называя Главу по имени, и прикидывая, какую машину она купит себе за эту услугу.

— Пусть войдет…

Афанасий Афанасьевич вошел в кабинет, сел на антикварный стул для посетителей, и положил на стол фотографию макета новой столицы.

— Афанасий Афанасьевич, вы хотите быть мэром новой столицы или сразу президентом страны? — медленно проговорил каждое слово Глава края.

— Я хочу быть мэром города, наброски нового города находятся в работе у темного архитектора.

— А столица вас не устраивает? Девять веков отразились на внешнем облике города. По слухам Адам прожил девять веков, вероятно потому, что людей в то время было мало, а сейчас все быстрее делается. Место для застройки выбрали?

— О том и речь. Река Оперная меня вполне бы устроила, она пройдет через центр города. Сейчас там имеется несколько поселков. На мостах поставим позолоченные скульптуры медведей.

— Афанасий Афанасьевич, неплохо выбрано вами место для нового города. Но кто поедет в ваш город? Или вы думаете, что если построить город, то люди за вами потянутся? Для сохранения любой жизни необходима твердая почва под ногами.

Ваше предложение достаточно мудрое. Мне тоже не хочется проваливаться под землю старого города. Я подпишу приказ о постройки города, на указанной вами земле. Машина у меня очень тяжелая для нынешней столицы.

Жители деревни, расположенной в отрогах гор, считали, что у деревни есть свой дух, который оберегает ее с древних времен.

По местным преданиям и словам очевидцев с одной стороны деревни существует выход в космический портал. Внешний облик деревни менялся на протяжении семи веков. В последние годы деревня словно помолодела, появились новые дома, а старые стали облицовывать плиткой.

Сквозь сапфировую листву вернулась Катерина в умеренный климат деревни. Роскошная береза стояла у медной скамейки. Скамейка была пуста. В воздухе приятно пахло из деревянных ворот дома тети Катерины. Но Катерина решила сразу пойти и покаяться Афанасию Афанасьевичу.

Долго ее здесь не было, и условия контракта она основательно нарушила. Он ее на Малахит не отпускал.

В симпатичном месте гор Афанасий Афанасьевич надумал построить небольшой аэродром для пролетающих частных летательных средств. Несколько мощных вертолетов переоборудовали под летающие станки.

Сверху крутился пропеллер, а снизу у вертолета на той же оси крутился наждачный круг. Над пятью холмами приступили к работе пять вертолетов. Вращающиеся круги весело срезали верхушки деревьев, срезали стволы деревьев, выкручивали их корни из скальной породы вместе с почвой.

Пять водоворотов образовалось в воздухе. Рев моторов стоял неимоверный. Летчики — шлифовальщики работали в защищенных от внешних звуков шлемах.

Труднее стало работать, когда надо было срезать скальные породы, но красота образующихся поверхностей стоила затрат.

В срезы попадали полудрагоценные камни, и зеленые разводы Медных гор. Работа велась в разумных пределах, и на стадии, когда полости между пятью холмами остались небольшими, их залили бетоном с крошкой горных пород. После этого вновь заработали наждачные круги и выровняли площадь до музейного блеска.

Афанасий Афанасьевич был доволен внешним видом площадки для вертолетов, но еще ему нужно возвести дома, супермаркеты и гостиничный комплекс. Прилетели вертолеты со сверлами из особо твердых инструментальных сплавов. Каждый вертолет работал, как сверлильный станок.

В скалистой породе образовались шурфы, в них на цемент — момент, поставили стальные столбы, эти столбы служили опорой строений. Полом на первом этаже служила сама шлифованная площадь.

Зеленый гостиничный комплекс с магазинами был готов среди затерянных гор. Покупатели и отдыхающие прилетали на небольших летательных аппаратах, которые приземлялись на Медную летную полосу.

Весь этот красивый комплекс не выступал над окружающей средой, он вписался в нее весьма естественно.

Что за комплекс без воды?! Гранитную дорожку провели до ближайшего озера в скалах.

Скалистые берега только слегка зашлифовали для общего великолепного вида. Оставалось провести борьбу со стражей таежных мест — комарами. Комары в тайге — аспиды!

До смерти могут закусать, человек от их укусов раздувается, потом сжимается, и его больше не кусают. Но кому хочется расплываться от укусов? В шлифованных поверхностях устроили фонтанчики аэрозоли, от запахов комарики дохли, а люди вдыхали приятные ароматы парфюмерии.

В непроходимых местах основным видом транспорта между населенными пунктами, являлись небольшие вертолеты.

После городских просторов Катерине показалось тесно на маленьком искусственном плато в лесу, она прилетела сюда из любопытства, да так и осталось в новом торговом комплексе.

Катерина встретила Афанасия Афанасьевича, когда он шел по торговому комплексу с целой компанией людей. Она, затаив дыхание, проводила его глазами, потом спросила у продавца, кто он здесь и, услышав, что он хозяин города, решила остаться, но только для того, чтобы хоть иногда видеть этого необыкновенно мужчину.

Афанасий Афанасьевич заметил внимательные глаза. В них было нечто привлекательное. Вскоре он сам назначил Катерину своим заместителем по административной работе с населением.

Мини городок привлекал покупателей своей необыкновенной красотой. Из бескрайних северных и лесных просторов сюда летели с мехами, с драгоценными камнями, и никто не оставался неудовлетворенным покупками.

Лесная сказка всегда была заполнена людьми и небольшими вертолетами. Большие самолеты здесь не садились. Мраморное основание городка сияло первозданной чистотой, потому что дома располагались таким образом, что водоструйные моющие установки насквозь по утрам промывали город, и грязь скатывалась за пределы мраморной площади.

Люди, живущие в тяжелых условиях севера, с благоговением ступали по мрамору торгового комплекса. Им здесь все нравилось.

Озеро заинтересовало Афанасия Афанасьевича, он захотел сделать из него огромный бассейн, который бы мог работать круглый год. Озеро само по себе находилось в граните, питалось подводными холодными родниками, оставалось возвести над ним купол и установить нагревающие установки.

Плохо то, что из-за огромной разницы температуры, пары воды на потолке превращались бы в замерзший лед.

Афанасий Афанасьевич с мыслями об озере остановился рядом с Катериной, ему хотелось услышать ее мнение по поводу очередной мечты.

Она сказала, что есть адсорбенты, которые поглощают избытки влаги, их только надо подсушить. Так создавался все более полезный комплекс для населения в радиусе трехсот километров.

Катерина, девушка с серо — зелеными глазами, становилась хозяйкой. Ее отношения с хозяином города были настолько официальными, что никто их не обсуждал и не осуждал. Афанасий Афанасьевич, когда у него было хорошее настроение, пел для публики пару песен в неделю в местном ресторане.

Катерина сидела рядом и играла на гитаре. Ресторанчик приносил неплохой доход его организаторам. Приезжие отводили в нем душу и прихоти, утоляя голод своей неприхотливой северной жизни.

Постепенно плотность заселения всех домов и гостиниц резко увеличилась. Людям хотелось арендовать площади для разных целей. Цены на аренду становились баснословными.

Появилось казино, компьютерный центр, банк. Дома стали надстраивать вверх. Афанасий Афанасьевич ожидал и не ожидал такой популярности своей затеи. Люди притягивались к острову цивилизации, расположенному на холодных старых холмах, омытых дождями и ветрами.

Из столицы прилетел молодой человек по имени Федор. Он хотел здесь отдохнуть, и дальше полететь.

Но населенный пункт его так заинтересовал, что все накопленные средства он пристроил в виде салона красоты. Афанасий Афанасьевич был весьма элегантным мужчиной, его салон быстро завоевал популярность. Ему не хватало партнерши по бизнесу, среди своих работниц он пару себе не находил.

Вскоре за приключениями прилетела Арина. Стоило девушке опустить зеленый сапог на шпильке на аэродром, как она попала в поле зрение Паши. Он шел к своему вертолету, но не дошел. Девушка в зеленом плаще и в зеленых сапогах его заинтересовала. Они встретились на аэродроме, и оба направились в дневной ресторан. В это время там пел Афанасий Афанасьевич, а на гитаре играла Катерина.

Арина бросила им зеленую бумажку. Афанасий Афанасьевич скосил на нее глаза, заметил и допел песню.

Отец Афанасия был геологом, сына он с детства приучил к мысли, что именно он построит город. Мальчик так и рос, познавая все, что необходимо знать для строительства современного комплекса.

Он пел для собственной души, а деньги воспринимал, как пожертвования для строительства. Что темное для любого успеха? Неповторимость. Отец его так много прошел дорог тропами, что всегда мечтал о рае для ног, о несбыточном счастье в центре непроходимых дорог.

Афанасий Афанасьевич немного путешествовал с отцом, но навсегда запомнил дым костров и вечные палатки.

Баня пользовалась огромным спросом среди приезжих людей, им хотелось отмыться, подстричься, привести себя в божий вид, хоть на денек.

Здесь все было построено для приезжих и проезжающих людей. Люкс обслуживание среди хаоса вечного безмолвия, притягивало не только тех, кто прилетал, но и тех, кто добирался до городка пешком через лесные буреломы. Сюда заходили геологи, но в город проходили только через бани.

Их одежда оставалась в шкафах, а по комплексу они ходили в чистой новой одежде. В оплату здесь брали и деньги, и пушнину, и необработанные драгоценности.

Арине понравился аристократизм комплекса, все лица были так чисты и так различны по своему строению, что ей очень захотелось здесь остаться и пожить, но жить здесь не особо оставляли, все места были только для приезжих людей, цена каждого последующего дня была в два раза больше предыдущего.

Почему? Деньги у приезжих можно было вынуть быстро, а без денег здесь не держали. Решила она устроиться на работу к Федору, но весь его немногочисленный штат был заполнен.

Однако девушка ему очень нравилась. Он задумался, а потом сказал, что не могла бы она заняться созданием этнического музея, и согласовать его с самим Афанасием Афанасьевичем.

Основатель города идею Инны одобрил, и выделил маленькое помещение для музейных экспонатов. Так она стала местной жительницей. Народ ей сам дарил экспонаты, да и люди здесь проезжали, и проходили просто уникальные.

Катерина заглянула к Арине в музей по двум причинам, она хотела найти в ее музее нечто древнее и деревянное. Бедность музея была на грани несостоятельности, но Катерина упорно осмотрела все экспонаты, среди них лежал бубен шамана, образцы обработки шкур северных оленей. Вот здесь она и остановилась.

Экспонаты были уникальные, но ее с детства интересовала мебель, и она подумала: нельзя ли сделать мягкую мебель с мехом?

Потом Катерина подумала: «А почему нет? Можно сделать мягкую мебель с натуральными мехами», — эта мысли засела в ее голове. Катерина хотела забрать лучшие образцы меха из музея.

Ее всегда интересовала мебель во всех ее проявлениях, и декорация для новых зданий.

Интерьер — ее слабость. Арина, заметив внимание Катерины, сказала, что может ее познакомить с теми, кто все это принес. Катерина поняла, что решила задачу по созданию экзотичной мебели с мистическим уклоном, и что она вообще могла теперь покинуть этот Медный ковш, административная работа ее мало привлекала.

Незаметно городок обнесли высокой металлической изгородью, свою изгородь получил аэродром.

Везде стояли проверяющие или пропускающие люди или турникеты.

Мини город превратился в мини крепость от злых зверей, от голодных просителей. Когда Афанасий Афанасьевич почувствовал, что проезжих и приезжих становится все меньше, а из местных жителей деньги и запасы он уже вынул, он разрешил покупать жилье в городке, тем, у кого деньги еще были.

Основатель стал бояться, что его идея заглохнет, как слишком дорогая для местного населения. Окрестные жители все отметились в городке, а на второй визит финансов у них не было.

Катерина предложила идею старую, как мир Севера. Она сказала, что надо создать постоянный приемный пункт пушнины и давать взамен не деньги, а услуги необходимые охотникам.

Одним словом новинку сезона превратить в обменный пункт для местного населения, пусть не полностью, но все, же некую часть помещений для этого надо выделить.

Афанасий Афанасьевич задумался о том, что он снял сливки с Медного края, осталась одна сыворотка и надо что-то придумать еще, а что он пока не знал.

В любой момент комплекс мог стать нерентабельным. Ажиотаж вокруг новинки прошел. Иногда и самые бедные люди бывают богатыми.

И все же Афанасий Афанасьевич заподозрил что-то неладное и вызвал Катерину. Они вдвоем быстро пошли по городку, и поднялись на аэродром. Здесь они встретили Федора, он подходил к вертолету Арины.

— Афанасий Афанасьевич! Откуда и куда? — спросил наигранно весело Федор.

— Федор, молчи! Ты нас не видел! У нас обход местности.

— А куда вся охрана делась? Никого не видел! — спросил Федор у Афанасия Афанасьевича.

— Местность обходят.

— Интересно… — затянул Федор.

— Федор, дорогой, не взлетай, полетишь позже.

— А если мне надо за товаром слетать!?

— Сейчас нельзя, полетишь завтра. Оружие у тебя есть?

— Будет. Сейчас брякну Арине, она принесет.

— Федор, охраняй аэродром, а если, что сообщи мне. Вертолеты не должны взлетать!

— А, если кто прилетит?

— Сообщи мне!

День выдался таким, что приезжих было очень мало. Афанасий Афанасьевич теперь понимал, что охрана работала против его выгоды, они отговаривали всех, кто хотел посетить городок от посещения.

Ему стало не то, чтобы страшно, а как-то не по себе, и, в то же время он почувствовал легкость от того что, узнал правду: почему в городок перестали залетать люди. Он остановился, посмотрел вокруг себя, и подумал, что все это охрана может уничтожить.

Нужна была поддержка или подкрепление. Но все на свете стоит денег, а он был на мели.

Охрана не хотела пропускать бедного старого геолога на комплекс, но старик был настойчив, и звал самого Афанасия Афанасьевича. Хозяину доложили о геологе Михайловиче, так он велел себя называть. Геолога отмыли, переодели в дежурную одежду и пропустили к хозяину комплекса.

— Афанасий Афанасьевич, знавал я вашего отца Афанасия. Он мог не мыться, не бриться, месяцами по тайге хаживал. Мы с ним однажды пойму реки Оперной изучали, так в одном месте обнаружили блестки золотые, да подумали, что их кто обронил. Потому как мы много песка перемыли, но ничего найти не смогли. А я нашел в том месте слиток золотой, самородок значит. Твоей охране его сразу и не показал, слух пошел, обирает твоя охрана людей пришлых, а тебе про то неведомо.

— Простите, а золото при вас?

— Нет, с собой я самородок не взял. Твои охранники меня обыскали, и до тебя бы я слиток не донес.

— Спасибо вам вдвойне.

— Афанасий Афанасьевич, не спеши спасибо говорить, пойдем со мной, покажу золото, оно у меня в надежном месте схоронено.

— А почему я вам верить должен?

— У тебя выхода нет! Обложили тебя охранники!

— Я пойду с вами, но один не могу, со мной пойдет Катерина.

— Катерина? Зови ее. О ней люди хорошо отзываются. Да идем быстрее, пока не стемнело.

Катерина переоделась по-походному, взяла все необходимое для похода. Троица под суровым взглядом темного охранника покинула городок.

Река Оперная протекала по горам с незапамятных времен. Вода в реке была чище своих берегов, которые туристами редко посещались.

Места здесь были таежные, глухие. И лишь иногда попадались редкие профессионалы по ориентированию на местности.

Геолог знал хорошо берега непокорной речки, он ловко ходил по корягам, горам и прибрежному песку и гальке. Афанасий Афанасьевич и Катерина шли за ним, они немного устали от постоянного движения по пересеченной местности.

Внезапно старый геолог остановился и их остановил движением руки. Он услышал голоса и сквозь ветви деревьев увидел людей на берегу реки. Путники снизили скорость и стали идти медленно и тихо. На берегу реки Катерина заметил вторую смену охранников, которые мыли золото.

— Выследили меня твои люди, Афанасий Афанасьевич! Золотишко-то моют ребята, — сказал шепотом геолог, — но его здесь почти нет, крупинки золота могут попасть.

— Когда они успели тебя выследить?

— Так я не первый раз ходил в городок. Вначале я охранникам золото давал, они меня к вашим благам цивилизации и пропускали, а последний раз я сказал, что золота у меня нет, они и не пускали меня, пока я тебя, Афанасий Афанасьевич, не затребовал.

— Михайлович, а с чего это ты решил мне показать, где золото лежит?

— Так, ты чай мне не чужой! Я с батькой твоим много хаживал, а сейчас чую, мой конец приходит. Смерть в шейку бедра постукивает. Последнее дело, когда одна нога отказывает ходить.

— А ты неплохо ходишь и не видно, что нога болит.

— Так, растер ногу змеиным ядом перед тем, как к вам идти. Я подумал, что покажу наследнику его наследство, да и на покой, а тут охранники окопались.

— Что делать будем, Михайлович? — спросил Афанасий.

— Так не знаю. Силы мои на исходе, но до золота здесь ближе, чем до моей берлоги. В другой раз, и я не поднимусь.

— Дорогой ты наш человек, а рукой, можешь показать, где золото находится? Или приметы местности назвать?

— Ох, Афанасий Афанасьевич, золотишко-то оно коварное, пальцем в небе не достанешь, показать бы тебе, так и спал бы спокойно.

— А почему эту речку называют Оперной? В честь оперативных сотрудников уголовного розыска?

— Ты чего? Мы чай ученые, у этой реки название звучит, как название одной оперы, так народ давно стал ее просто Оперной называть.

— Прости, если ты — бывший геолог, то пенсию получаешь?

— Нет. Да и какая пенсия в глуши?

— Есть старые поселки, мог бы оформить!

— Трудно все это. Мы привыкшие, безденежные.

— Хорошо, покажи Михайлович, где золото лежит, а я тебе обязуюсь платить личную пенсию. Найдется для тебя работа.

— Афанасий Афанасьевич, не греши, я в служаки не пойду, не люблю покоряться. Смотри-ка, а твои людишки-то уходят с реки. Подождем, да уж сегодня и покажу золотко, а на ночь схороню вас в одном шалаше, утром и пойдете в городок.

Катерина молчала, пока мужчины разговаривали, и думала о том, что опасно знать, где золото лежит, да еще и в самородках. Ей очень хотелось сбежать, не узнав цели этого похода.

Последний охранник исчез за холмом, как последняя надежда на неизвестность. Мужчины поднялись, и Катерина, помимо своей воли, пошла следом за ними. Реку перешли по поваленному дереву, держась за редкие ветки. Прошли место, где охрана мыла золото, и углубились в чащу, потом неожиданно, оказались на берегу реки, вероятно река здесь делала петлю.

Вечерело.

— Афанасий Афанасьевич, отец твой, здесь смеялся, что мы с ним глину нашли, сделаем, мол, себе посуду, а потом будем продавать, раз ничего путного найти не можем. В этом месте сделали мы привал, костер разожгли, шалаш сделали, вон он стоит, его можно подладить и жить.

— Глина и нам пригодится.

— Не спеши, так вот здесь глина золотая.

— Ты, чего, Михайлович? Золото находится в глине?

— Горшки золотые можно делать из нее.

— А почему об этом вы с моим отцом никому не сказали?

— Сказать-то мы сказали на свою голову, это ведь тут отца твоего — то и убили, он золото защищал. Могилку его могу тебе показать. В глине он захоронен, копал я ему могилу, так золото и нашел, немного, но нашел. Идемте — покажу. Здесь недалеко. Помяни отца, Афанасий Афанасьевич, а после покажу жилу золотую.

Темнело. Катерина разожгла костер. Мужчины разговаривали. Она их перестала слушать, ей было страшно. Она привыкла к лесным походам с отцом, ночных стоянок не боялась, но здесь было жутковато.

Сова ухнула, или дерево треснуло, много новых шорохов, места чужие. Мужчины у могилы постояли и подошли к Катерине.

Она, зная тайгу, прихватила все самое необходимое для однодневного похода. Скромный ужин утолил общий голод. Шалаш оказался очень старым, легли у костра. Ночью разбудили голоса. Костер едва тлел. Старый геолог быстро затушил остатки костра, чтобы их сразу не обнаружили, но запах дыма остался.

— Тут где-то костер был недавно, — услышали они голос охранника. — Мажор, ты нас правильно привел? Ты хорошо следил за хозяином?

— Их геолог вел к золоту, это уж точно. Сегодня наши на отмели намыли золотые копейки, а эти шли за большими рублями. Сам понимаешь, хозяин за копейку не пошевелится.

Афанасий Афанасьевич в темноте усмехнулся, и придвинулся ближе к дереву, сливаясь с ним. Луна спряталась за тучи, темень была вокруг. Катерина приткнулась к Афанасию.

— Федор, ты чего? Я эти места раньше все прошел. Сегодня я знал, куда хозяин с геологом пошли, и где срежут дорогу. Они рядом. Запах дыма чую, но костра нет — потушили.

Михайлович узнал голос Мажора, это он дрался с его другом. Да, похоже, не все знал Федор, вот опять в этих краях оказался.

— Мажор, нам без золота нельзя! Его надо найти! Давай отойдем от этого места подальше, а утром сюда вернемся.

Мажор с Федором пошли обратной дорогой, да видимо споткнулись, закричали, упали. Послышался рев медведя. Прозвучал выстрел. Рев медведя усилился.

— Федор, зачем стрелял? Ты медведя не убил! Что ему твой браунинг!

Рев медведя раздался рядом с Катериной.

— Тога, Тога, не реви. Это — я.

Медведь мотал головой. Старый геолог стоял рядом с медведем и гладил его шею.

— Узнал, Тога, узнал, молодец, — приговаривал он. — Тебя не ранили? Да нет, жив!

Медведь рухнул рядом с геологом. Михайлович нащупал рану у медведя, ощутил липкую кровь и заплакал.

— Федор, медведь умер! Туда ему и дорога! — закричал Мажор. — Смотреть будешь?

— Нет, еще царапнет, лучше пойдем, куда шли.

Медведь дернулся и затих.

Замолчал и геолог, потом тихо проговорил:

— Тогу Афанасий нашел маленьким медвежонком, он с нами ходил, потом подрос и в лес ушел, но меня узнавал, в этих местах он жить любил. Старый медведь был, с Мажором не сладил. Как я Мажора не узнал среди охранников? Больно хороший стал, холеный, вот и не признал.

Афанасий Афанасьевич и Катерина спали под ночной говор старого человека. Через час геолог встал, прикрыл ветками и старой листвой место костра, разбудил остальных:

— Вставайте и идите за мной! Я покажу вам выход золотой жилы. Но останавливаться я вам не разрешу, пройдем дальше нужного места. Перейдем на ту сторону реки, сделаем кружок, и я вас верну.

— Михайлович, а ты не устанешь? — спросил Афанасий.

— Это вы поспевайте за мной! Погоня дело опасное. Надо уходить. У них браунинг, а у нас только мой дробовик.

Цепочкой, быстрым шагом маленькая группа прошла мимо выхода золотой жилы, прикрытой сваленным деревом. Афанасий Афанасьевич на ходу смотрел приметы местности. А Катерина крутила головой, словно запоминая, где и что находится.

Геолог, показав место выхода золотой жилы, стал сильно прихрамывать, словно силы его покинули навсегда. Он тащил свою ногу, массировал ее на ходу, скрипел зубами, но шел вперед и вперед, пока не дошел до переправы. Пройти по сваленному дереву ему было не под силу. Афанасий Афанасьевич тоже не знал, как его перенести. Старик из последних сил забрался на дерево, прополз до средины горной реки и, упал в воду.

Пузыри быстро исчезли, исчез и геолог.

Катерина, всхлипывая, перешла по дереву на другую сторону, потом схватила за руку Афанасия Афанасьевича:

— Идемте быстрей к городу. Мы поднимемся со стороны аэропорта, нас там не ждут. Нам старика не спасти, — она показала на его труп, зацепившийся за корягу. Видно было, что тело без дыхания.

Они решили прийти за телом старого геолога позже, и похоронить его по чести, и вынужденно вернулись в городок, пройдя мимо охраны с гордо поднятыми головами. Надо сказать, этот поход их сдружил.

Афанасий, которому от жизни вдруг перепала золотая жила, на радостях так Катерину обнял, что дальнейшие прикосновения продлились половину ночи. Они просто любили друг друга, потом крепко уснули.

Днем они проснулись. Светило солнце.

Афанасий радостно крикнул:

— Катерина! Мы богатые с тобой!

Катерине мужское восклицание очень понравилось, и она приготовила завтрак. Выйдя из дома, они не обнаружили в городе людей.

Улицы были безлюдные, шаги звучали глухо в пустоте. Афанасий Афанасьевич посадил Катерину в свой личный вертолет, который был закрыт в ангаре, а больше летательных средств на аэродроме и не было. Они поднялись над тайгой. Люди цепочками шли к золотой жиле! Откуда они о ней узнали? На вертолете пулемета не было. Афанасий Афанасьевич полетел над длинной цепочкой людей, шедших к золотой жиле.

Он завис над людьми, открыл дверь в вертолете и крикнул в мегафон:

— Люди! Спокойно! Эта золотая жила моя! Ее нашел мой отец! Возвращайтесь в городок! Золото пойдет на благое дело!

Снизу послышались выстрелы, направленные в дно вертолета.

Афанасий закрыл дверцу и полетел к пустому городку. Он понял, что золото даром ему не получить, вызывать армию ему было не на что. К вечеру люди стали возвращаться в город.

Первой пришла Арина:

— Афанасий Афанасьевич, прости, пошла против тебя, мне так хотелось дарового золота, что сил не было сидеть в музеи без посетителей! Дай мне ночной клуб, и я сделаю тебе золото из ночного воздуха!

— Арина, дам я тебе помещение!

Город развлечений перерастал в нормальный городок, где должно было быть все для нормальной жизни. Народ вернулся в городок, не найдя золотой жилы, о которой им рассказали охранники.

Афанасий Афанасьевич вздохнул свободно, но пойти и еще раз увидеть золотую жилу он не решался, боялся, что золото окажется мифом, а геолог был в этом не помощник. Труп его выловили, нашли в нем пулевое ранение… Захоронили его рядом с другом Афанасием.

Нет, не зря Катерина вертела головой, именно она обнаружила выход на поверхность золотой жилы.

 

Часть 2. Астра с прицелом

 

Глава 1

В тренажерном зале, под громкие звуки музыки, безудержно скучал Марк, накачивая свои и без того прекрасные мышцы. Ему было скучно и грустно. Он встал перед зеркальной стеной с огромными гантелями, похожими на две связанные гранаты, осмотрел себя со всех сторон, сделал самодовольное лицо, положил гантели на место и пошел качать ноги на перевернутом тренажере. Он лежал на спине, а ногами поднимал металлическую платформу, на которой было прицеплены внушительные металлические блины. Сквозь музыкальную перезагрузку он услышал дикие крики из соседних дверей, где находился офис странной фирмы. Молодой человек пошел на звуки голосов. И вот, что он узнал, после того, как помог открыть дверь в офис, используя свою силу по назначению.

Катерина прекрасно знала свой неуемный характер и бесчисленные желания. И теперь она сидела на черном компьютерном столе и бредила странной идеей, как стать богиней. Зачем это ей было нужно — она не знала, но очень хотела стать единственной и всесильной.

Власти над людьми у нее никогда не было, но у нее была бело — черная визитка с яркими буквами, на которой стояло ее имя и телефон с факсом, по которому посылали видимые тексты и картинки. Она задумалась о том, как ей стать Графитовой богиней с происхождением от паровоза?

Она почесала согнутым пальцем подбородок, словно в челюстях находился мозг, и задумчиво посмотрела в голубоватое небо, по которому плыли белые облака. Ничего нового на горизонте не было, а хотелось ей живьем сидеть на белом облаке и болтать ногами в лаковых сапожках.

Какая глупость приходит в голову! Катерина почесала за ухом, потому что ухо к мозгу ближе, чем подбородок. Потом рука потянулась ко лбу и к носу, в котором мозгов никогда не было. А ей нужны были мозги для того, чтобы придумать идею: как стать Графитовой богиней! Так просто! В этот момент она просто физически почувствовала, что ее взяли за шкирку и поднесли к потолку помещения.

В воздухе прогремели слова:

— Я Бог, а ты — никто!

Катерина очнулась на полу. В помещении никого не было, ровным счетом никого. Окна и двери были закрыты. Ей стало тоскливо. Она вспомнила поговорку: «Много хочешь — мало получишь». Девушка потерла ушибленное тело.

Ей захотелось, чтобы ее тело не болело из-за падения с потолка на пол. И тело перестало болеть. Она вздохнула, поднялась с пола, медленно дошла до стула, но садиться на него не стала. Она оглянулась: трона и слуг для новоиспеченной богини не было. На компьютере проклюнулась заставка.

В дверь стучали и кричали ее имя. Кто-то пытался засунуть ключ в замочную скважину, но дверь была прочно закрыта от постороннего вторжения. Богиня по имени Катерина хранила царственное молчание. Мучительно зачесались пальцы рук, она посмотрела на них: на ее пальцах выросли ногти и загнулись милой спиралькой.

Зачесалась голова, и по плечам стали спускаться простые пряди волос. Она нагнулась к ногам: из босоножек торчали темные завитки ногтей. Одежда трещала по швам, груди росли на глазах.

Катерина посмотрела на себя в зеркало: глаза были темными, одежда лохмотьями свисала на загорелом теле.

— А! А! А! — закричала Катерина истошным голосом.

С той стороны двери люди от крика взбесились, сообща надавили на деревянную дверь, и выбили ее. В комнату ввались сотрудники и спортсмены из тренажерного зала. При виде богини, они упали на пол перед ней на колени, словно кто подкосил их ноги.

— О, Боже! — прокричала Катерина.

— Девушка, ты хотела быть богиней? Так будь ею! А я в отпуск ухожу. Я не раб веками работать без отпуска! Устал. Трудись, богиня! — раздался сверху голос Бога.

Люди, лежащие на полу, сжались от страха и на коленях стали выползать из комнаты. Глаза их затравленно блуждали по фигуре Катерины.

— Куда это вы все выползаете? — спросила Катерина, страшным голосом. — Вы будете моими апостолами!

— Как скажешь, царица ты наша графитовая, — проговорила бухгалтер фирмы, Анна Андреевна, она быстрее всех пришла в себя.

Естественно никто Катерину графитовой богиней не считал, но другими титулами ее стали осыпать с ног до головы. Интересный факт, но люди ее слушались! Она затребовала себе опочивальню с янтарными полосами. Она захотела посуду, отделанную жемчугом. Ее желания быстро выполнялось домашними слугами.

На второй день Катерина потребовала собрать зверей, выкрасить их шкуры в цвет графита или простого карандаша, и поместить в белые клетки. Все оттенки черного цвета входила в обиход у тех, кто подобострастно верил в новую святыню — графитовую богиню.

На третий день Катерине надоело играть в богиню. Ей надоело собственное тело, она захотела быть прежней и даже не богиней! Но Бог ушел в отпуск и не сказал насколько дней или веков он ушел. Катерину стали раздирать новые мысли, она захотела контроля над всеми людьми планеты, а не только над сотрудниками! И не больше и не меньше! Над всеми!

И как Бог всеми людьми управляет? И тут она вспомнила, что существуют разные вероисповедания, значит, ей придется не за всеми людьми следить, а только за православными. Она вздохнула с облегчением! Всю жизнь командовала только собой, а тут надо властвовать над всеми! Нет, она принципиально не хотела быть богиней! Три дня отдохнул Бог и мог бы вернуться на работу! Устала Катерина. Ох, устала!

Звери от непривычной окраски стали злыми. Над окрестностями стоял звериный рев, и лаяли, выкрашенные в один цвет, собаки. Катерина посмотрела на себя и взревела в унисон зверям.

В комнату вошла Анна Андреевна:

— Что прикажите, Ваше Высочество!?

— Я богиня!

— Прости, Катерина, но в земных должностях нет звания — богиня, есть царь, принцесса, президент.

— Анна Андреевна, с вами не поспоришь. Тогда дайте мне совет, как следить за всем человечеством?

— А зачем это тебе надо? Слежка — работа весьма утомительная. А потом на географической карте янтарное царство-государство не просматривается. Понимаю, что ты — богиня, но я этого не воспринимаю, но подчиняюсь!

— Будьте человеком, Анна Андреевна, верните мне прежний облик!

— Катерина, ну это даже не смешно… Отстриги ногти, перекрась волосы…

Анна Андреевна не успела договорить, как в комнату влетели три человека. Они рухнули на пол и протянули Катерине длинный экран, который несли три человека.

— Это экран для наблюдения за человечеством! — проговорил средний из трех человек, по имени Марк.

— Вот, все оказывается можно сделать! А почему панорамный экран? — спросила величественно Катерина.

— Этот экран разработан для наблюдения за целыми регионами. Вам принесут плоскую карту мира, на ней будут расположены ручки для перемещения по карте, а экран отразит действительность, — ответил молодой человек с наигранной подобострастностью.

В комнату внесли карту с ручками переключения и установили экран.

— Это все хорошо, — протянула Катерина. — Но как я буду владеть душами людей?

— Катерина, а властвовать над душами людей обязательно? — спросила ехидно Анна Андреевна, стоя в сторонке от перемещений людей с техникой наблюдения. — Посмотришь на экран, и достаточно.

— Что, значит, достаточно?! — прорычала Катерина.

— А то и значит, что Бог в одиночку работает, а у тебя тьма подчиненных выполняют прихоти, — продолжала наставлять ее Анна Андреевна.

— Катерина, я как старший друг, хочу слово молвить, — сказал красавец Марк.

— Марк, вы мне слово на неделю вымолвите или на месяц? — усмехнулась Катерина самодовольно.

— Есть способ следить за душами людей. Вас ведь это волнует? Душа — душ, дуршлаг, — проговорил нервно Марк, загибая пальцы на руке.

— Короче, Марк! Дело говори! — повысила Катерина голос.

— Короче некуда! Нужно взять оптическое волокно, сделать из него букет. С одной стороны ты будешь смотреть через увеличительное стекло на выходы волокон, а взгляд твой проникнет в души множества людей. За день ты вполне прозондируешь целый регион, а слух среди населения разнесется, что графитовая богиня все видит.

— Слушайте, а вы мне нравитесь! Назначаю вас своим первым апостолом.

— Всегда рад служить богам, но в свободное от работы время, которого у меня нет, поэтому апостолом быть не могу.

— Протараторил! Так сделайте душ для души их оптических волокон, и прицепите его к экрану! — воскликнула Катерина радостно и растянулась в кресле во все стороны.

Марк посмотрел на Катерину, восседающую в кресле, его глаза хитро блеснули, и он сказал:

— Ваше Величество, Богиня вы наша! Есть одна деликатная просьба, надо убрать всех детективов из всех книг.

— Что в них останется? Кто будет вести борьбу за справедливость? Кто будет беречь репутацию закона?

— Я прошу убрать детективов из книг, а не из жизни!

— А, как мы будем исправлять книги, ушедших в мир иной писателей? Где мы авторов возьмем, если их нет на свете? — спросила Катерина.

— Надо установить закон, по которому все герои книг должны быть живы до конца книги.

— Это невозможно! Кто вас ко мне пропустил?

— Сам прошел, — сказал Марк и вышел через стенку.

— И чего он убежал? — обратилась Катерина к Анне Андреевне. — Мог бы и еще поговорить со мной. У него интересное предложение и касается душ. Дайте мне книгу со стола, вы лично ее читали? В ней все герои живы? Почему на книге изображен янтарь? Он, что за души людей отвечает, или за их психологический настрой?

— Катерина, в книге погибает любимый человек главной героини.

— Вот это неправильно! Если он любимый человек, значит он мужчина. А мужчины — это Адамы, а они нужны для создания рода. А есть возможность оживить любимого человека печальной героини?

— У него травма, — листая книгу, проговорила Анна Андреевна. — Как мужчина он целый, а как мыслитель — погиб.

— Но если мозг умер, то человек считается умершим. Вы мне про душу скажите, где его душа? В книге написано, где его душа? Мы вызовем по факсу его душу и восстановим его, как героя сериала.

— Тогда он будет живой мертвец! — воскликнула Анна Андреевна с круглыми от удивления глазами.

— Сейчас не об этом. Мы можем в этой книге обойтись без детективов? — заинтересованно спросила Катерина.

— А мы, что должны сделать? Оживить всех героев и убрать всех детективов? А если там присутствует кража янтаря, то детектив будет необходим.

— Мы войдем в книгу, как янтарные очистители душ героев.

На такое предложение директор только покачала головой.

Бог посмотрел с небес на графитовую богиню, и благословил ее на благое дело:

— Катерина, ты будешь графитовой богиней.

В ту же минуту Катерина стала обычным человеком внешне, но осталась в темном плаще, в одной руке у нее был черный пояс, а на другой руке появился браслет из черного жемчуга, который нежно переливался черными оттенками. Итак, Катерина могла быть богиней и творить небольшие чудеса в решете жизни.

Марк проникся симпатией к столь неординарной особе, которой оказалась Катерина. Над ней люди посмеивались, а он воспринял всерьез ее желание быть богиней. Эта тонкая девушка излучала нешуточную энергию и обладала силой воли, которая не у всякого мужчины бывает.

Работа у нее была странная, она делала то, не зная что. Он стал невольно за ней наблюдать, чтобы в нужный момент оказаться рядом с ней по воле случая. Сам по себе он не тешился мыслью, что она будет у него единственной и неповторимой, вообще к дамам всех возрастов он обращался одинаково: «Здравствуй, любимая»! Он не запоминал женские имена, и, чтобы не ошибаться, придумал такое обращение.

Катерина ходила по комнате и не знала, что здесь вообще можно делать. Все казалось чужим, особенно доставали запахи залежалых лекарств. Да еще ее бабушку Ксению похоронили как-то странно: поставили гроб рядом с глыбами глины, а в могилу не опустили.

Несколько старушек и пару стариков плакали и сморкались в платочки. Из молодого поколения на похоронах была только она. Старушки поминки организовали где-то у себя и в комнату бабки Ксении даже не зашли. Катерина к ним не пошла, потому что брезгливо относилась к их бедности и затхлости.

У девушки была еще двоюродная бабка по линии матери, но у нее она не могла даже есть, горло сжималось от спазм брезгливости, скверное на первый взгляд чувство спасало ее неизвестно от чего. Она вообще была странно устроена: не любила рестораны и не любила столовые. В ресторанах слишком много вычурности и посуды, а в столовых ложки и вилки излишне примитивные. Катерина любила белый фарфор и нержавеющие вилки.

Итак, Катерина находилась в комнате умершей бабки Ксении, которая не брезговала собирать в парке бутылки. Катерина жила далеко от бабушки и богатой не считалась. У бабки Ксении была более близкая внучатая племянница Клава. А вот ее на похоронах и не было. У бабки Ксении была одна дочь, Мария.

Мать Клавы, жила в деревне, и бабка Ксения иногда воспитывала Клаву вместо ее матери. Естественно основной наследницей бабки — была Клава, и немного Катерина. Интересная картина получалась, а почему на Катерину взвалили похороны? Да она на них истратила часть наследства, переданного ей перед смертью бабкой Ксенией наличными. Катерина ни с чем приехала к ней перед ее смертью с тем и осталась. Ее вообще вызвала соседка бабки Ксении, сказав, что одинокая бабка при смерти.

Приехала Катерина к бабке Ксении, она еще жива была и лежала в этой комнате на железной кровати с периной. Запах стоял жуткий. Бабка Ксения достала пачку денег из-под подушки и отдала концы, только и успела улыбнуться сухими губами.

Дверь в квартиру перед приходом Катерины была открыта, то есть двери не были закрыты на замок. Вскоре пришла старушка соседка, да как завыла, узнав, что бабка Ксения скончалась. Она вскоре выть прекратила и спросила у Катерины, мол, есть ли у нее деньги на похороны. Катерина показала деньги, переданные ей бабкой перед смертью. Соседка довольно улыбнулась, и помогла организовать похороны.

Гроб с телом бабки Ксении не дали опустить в могилу, подошедшие к гробу два мужчины весьма странной внешности. Они показали документы, из которых Катерина ничего не поняла, но вместе со старушками отошла от могилы. Два старичка подошли к двум мужчинам, они поговорили. Старички повели старушек на выход. Катерина была вынуждена пойти с ними.

Бабка Ксения была человеком социалистической закалки и попов не признавала, поэтому ее не отпевали. Катерину догнали два крепких мужика с лопатами, за работу им было оплачено. Они ей сказали, что все сделают, как только им разрешат захоронить покойную, тем более что она еще при жизни купила себе мраморную плиту.

На сердце у Катерины остался неприятный осадок от непонятных похорон, и теперь она бродила по квартире, как неприкаянная. Она попыталась открыть окна, но они были крепко заперты. Рамы окон были покрыты несколькими слоями старой краски, украшены ватой между рамами. Квартира находилась на первом этаже четырех этажного кирпичного дома, этим можно было объяснить нелюбовь бабки к чистому воздуху в квартире.

Или она чего-то боялась? Но чего могла бояться старая женщина? Катерина осмотрела убогое жилье с мебелью весьма примитивной: шкаф из фанеры, металлическая кровать, круглый стол и один стул. Она встала на стул и посмотрела на то, что лежало на фанерном шкафу: там лежали с десяток сберегательных книжек.

Катерина подумала, что бабка хранила старые книжки. Она и подумать не могла, что сберегательные книжки с деньгами! Брезгливо взяла Катерина одну книжку, открыла, и глаза ее полезли вверх: денег в сберегательной книжке бедной бабки было очень много! Она открыла еще шесть книжек, во всех лежали вклады внушительных размеров.

Семь сберегательных книжек были оформлены на предъявителя. Катерина знала, что квартира достанется Клаве, на нее все бумаги были оформлены бабкой Ксенией, но о сберегательных книжках речь нигде не шла. А если Катерина сберегательные книжки нашла на семейной территории, то они принадлежат ей, и государственной пошлиной не облагаются.

Катерина собрала все сберегательные книжки, чихнув от пыли. Пыльное облачко поднялось над крышкой шкафа, и она увидела плоский браунинг, покрытый крутой пылью. Оп — па! Бабка — женщина больная, она пыль не вытирала на шкафу, и сбоку за верхней кромкой шкафа складывала свои сберкнижки. Когда она туда браунинг закинула?

За окном стояла поздняя осень. В сумке Катерины лежали легкие кожаные перчатки, в них она и взяла браунинг в руки. Он оказался именным! На нем было выгравировано имя бабки Ксении! Катерина сняла с головы шелковый, черный платок, положила в него сберегательные книжки и браунинг. Черный сверток она засунула в отдел своей новой, большой сумки.

В это время позвонили в дверь. На пороге стояли два мужчины с кладбища, которые не дали сразу захоронить бабушку Ксению.

— Не волнуйтесь, девушка, вашу бабушку захоронили. Завтра можете проверить, а сегодня вам придется ответить на наши вопросы, — сказал первый из мужчин, и сел на единственный стул.

— Вы нам не объясните, кто была ваша бабушка? — спросил второй мужчина.

Катерина посмотрела на весьма интересных мужчин и поджала губы в знак незнания.

— Так дело не пойдет, мы люди серьезные, нам нужны официальные ответы, — сказал первый мужчина.

— Я ее внучка. Бабушка Ксения Ефимовна с моей мамой Марией Владимировной практически не общалась. Мать моя о ней ничего не говорила. Бабушку я видела раз десять в разное время. Больше мне сказать нечего. Да вы посмотреть на бедность ее! Это же ужас какой-то! — воскликнула Катерина в подтверждение своих слов.

— Стыдно родственников забывать! — воскликнул второй мужчина, обходя убогую комнату.

Катерина смотрела на тщетные попытки мужчины открыть окно, но теперь у нее закрытое окно удивления не вызывало.

— Хлыст, да, что с ней говорить! — воскликнул первый мужчина, она ничего не знает о бабке, и приехала перед ее смертью по вызову соседки.

— Сундук, ох уж эта Клава! Она страху напустила, мол, в гробу бабки лежат сокровища! — прокричал в сердцах Хлыст. — Мы с тобой ей поверили, гроб проверили, денег и драгоценностей в нем не нашли.

— Ты чего при посторонних кричишь? — зло спросил Сундук, и добавил тихо: — Эта женщина не посторонняя, она кузина Клавы, которую ты закрыл у себя дома.

— Так вы еще и мою кузину скрываете от похорон?! — возмутилась Катерина, и спросила: — А почему у бабушки в гробу должны были быть деньги?

— Вот, и эта не в курсе! Значит, Клава все придумала, — пробурчал Хлыст, отходя от закрытого окна.

— Девушка, есть вероятность, что у вашей бабушки были большие деньги и пистолет! Дело в том, что этот гроб был заказан ею при жизни, значит, она могла свое богатство с собой унести в могилу, — сказал Сундук.

— Вы правы, гроб был заказан. Но я не успела этому удивиться, мало того, гранитная плита стояла в ее квартире еще при жизни! Мы все привезли на кладбище, но вы не позволили оформить могилу, на которую уже все было куплено бабкой при жизни. Она мне и деньги сунула перед смертью, чтобы я все это вместе собрала и оформила, как подобает в таких случаях.

— Похоже на правду. Но, где деньги?! — воскликнул Сундук.

— Какие деньги? — на автомате спросила Катерина.

— Те, что вы взяли со шкафа, — сказал Сундук, удивительно ловко вскочив на стул, на котором сидел, гладя на нарушенную пыльную композицию на шкафу.

— В сумке, — ответила Катерина машинально.

— Не хорошо обманывать старших, — проговорил Хлыст, вытаскивая из сумки черный сверток. — Гляди, да тут все есть: и деньги, и пистолет! — Он взял сверток и исчез за дверью.

Катерина села на стул и горько заплакала. В этот момент дверь открылась и зашла сердобольная соседка, она стала успокаивать девушку. Тут набежали ее подружки — старушки, и пришли два старичка. Запахло кадилом. Послышался напевный голос человека в черной сутане, видимо старушки решили отпеть соседку.

Когда все покинули квартиру бабки Ксении, появилась Клава. Она села на кровать, взяла в руки подушку и разревелась. По ее щекам текли черные слезы туши для ресниц. Она легла на бок и уснула.

Мучительно захотелось спать, но в комнате дивана не было, Катерина положила руки на стол, на руки наклонила голову, и задремала.

Через час Катерина разговаривала с Клавой. Клава пояснила ситуацию:

— Сестричка, все было шито — крыто, и бабка Ксения жила бедно. Она собирала бутылки для большей убедительности и управляла некой монополией недвижимости. Не удивляйся, ты ничего не знала, тебя и твою правдивую маму она оберегала от неприятностей, связанных с большими деньгами. Вы жили далеко, и вас терзала совесть, что вы бабке пенсионерке не помогаете.

Катерина с этим была полностью согласна.

— Так вот, сестричка — синичка, бабка Ксения была, что надо! Ты видела ее браунинг царя гороха? Она была большим партийным человеком, и имела право получать бесплатные квартиры для людей. Она их и получала. У меня есть отличная квартира. У нее есть замечательная квартира, а эта убогость — ее официальное пристанище для проверяющих людей, которых хватало во все времена. Мало того она владела. Да, что теперь вспоминать! — в сердцах воскликнула Клава.

Катерина молчала от неожиданной информации.

— Катерина, эти мужики вели нашу бабку давно, они ее вычислили и окучивали со всех сторон, пока не закопали. Думаю, они взяли деньги со шкафа и успокоились. Ну не удивляйся, я знала про эти семь сберкнижек, они нужны были для отвода глаз. Ты главного не знаешь: у тебя есть квартира, она оформлена на тебя. Не строй удивленные глаза, не эта квартира, а другая, в которой бабка Ксения жила. А у меня уже есть квартира, да плюс эта квартира, я ее сдавать буду.

В этот момент посыпались оконные стекла, послышался выстрел. Клава упала на кровать, на которой сидела. Белая постель покрылась кровью. Катерина подошла к Клаве, которая держала правую руку на левой руке, рана оказалась легкой, но кровопролитной. Пуля прорвала кожу, прошла через мягкие ткани и пролетела дальше, не задев кости.

Катерина не нашла бинт и разорвала старую наволочку. Рядом с раной она нанесла йод, и забинтовала руку. В комнату струился холодный воздух из разбитого окна. Клава, стиснув зубы, качалась на кровати, держа забинтованную руку. Врача вызывать сестры не захотели.

Дверь входная открылась: на пороге стояла бабка Ксения собственной персоной в той одежде, в которой она лежала в гробу:

— Привет, девушки, не ждали?

Клава упала на кровать, и голову закрыла подушкой.

Катерина смотрела на бабку Ксению, а ее зубы ныли от избытка чувств.

— Ладно, ничего удивительного не произошло, мне надо было сбросить хвост из тех двух мужчин, которые забрали деньги со шкафа. Что молчите?

— Бабушка Ксения, я сомневалась в вашей смерти, но вас в гроб положили в морге, вот захоронить не дали. И потом эти двое сказали, что они вас захоронили, — первой откликнулась Катерина.

— Катерина, все нормально. Я за все заплатила, а отсюда я выйду ночью в твоей одежде. Впрочем, если квартира постоит без жильцов некоторое время, то это будет естественно.

— Бабушка, ты не могла нас предупредить!? — завопила Клава, сбрасывая с головы подушку.

— Девушки, дайте мне полежать, я устала от всего, — сказала бабка, ложась на постель рядом с Клавой.

Клава вскочила с кровати, и выскочила из квартиры, хватая по дороге свои вещи.

Катерина осталась в странной квартире с бывшей покойницей и разбитым окном.

— Катерина, я человек добрый, но не настолько, чтобы все нажитое непосильным трудом оставить Клаве и двум мужикам, я еще хочу пожить. Твое присутствие меня бы устроило.

— Бабушка, все так странно, но как нам окно закрыть? — спросила Катерина, уводя бабку в сторону от ее слов.

— Отдохнуть не даешь. Хотя ты права: здесь холодно, не теплее, чем в гробу. Достань в шкафу мешок, в нем две норковые шубки, мне длинную, тебе короткую. Там же новые сапоги и два черных платка. Мы это оденем, а на улице нас ждет моя машина с шофером. Детка, ты зайдешь в квартиру напротив, дашь им деньги и ключи, они присмотрят за квартирой и вставят стекло.

Ефим по своей природе был белым магом, почти ангелом, или это он о себе так думал. Правда, он мог быть и обычным человеком. Нет, оборотнем он не был, внешностью обладал симпатичной, больше молодой. Лет ему было? Он и сам не помнил, сколько лет он жил на белом свете Земли.

Любил он черные цвета и белые рубашки, точнее белые воротнички, которые виднелись из-под черной одежды. Последнее время он искал себе партнершу по жизни, многих подруг он пережил. Нет, он не убивал никого. Время шло, и девушки старились, а он оставалась безупречно молодым. Теперь он устроил очередной кастинг дамы своей души. Катерина запала Ефиму в душу, он решил вновь к ней приблизиться.

Катерина даже не успела удивиться, и просто выполнила приказ бабки Ксении. Они обе вышли из квартиры. Катерина отдала соседке ключи и деньги. Соседка безразличным взглядом глянула на приникшую бабку, прикрытую мехами, и промолчала. Умершую соседку в мехах она не узнала.

На улице стоял огромный, темный джип. За рулем сидел весьма приличный мужчина. Он слова не вымолвил, и просто ждал, когда женщины сели в машину и поехал туда, куда сам знал. Катерина подумала, что это он стрелял в Клаву, но сказать о своей догадке не решилась.

Бабка Ксения бодренько сидела рядом с шофером. Катерина одна сидела на заднем сидении и дремала от общей усталости последних дней, и особенно часов. Поэтому в окно она не смотрела. Бездна обволакивала сознание почти осязаемо, опять это странное чувство безысходности нахлынуло на нее. Катерина погружалось в сонное забытье. Очнулась она от резкого торможения.

 

Глава 2

Машина остановилась у великолепного дома, расположенного за высоким кирпичным забором. Рядом стояли похожие двух этажные дома, состоящие из трех секций. Судя по всему, это был престижный дачный поселок не для самых бедных мира сего. Бабке Ксении принадлежала одна часть дома, состоящая из двух этажей и нескольких комнат. Шофер имел свою комнату на первом этаже, рядом находилась спальня бабки Ксении.

Спальня Катерины находились на втором этаже. Из окна был виден кирпичный забор, ветви деревьев, и кусочек неба. Катерина походила по комнате и вскоре услышала стук в дверь. Она подумала, что бабка Ксения идет, но вошла невысокая женщина, неся в руках поднос с едой. От еды Катерина не смогла отказаться, голод давно давал о себе знать.

В комнате было все, что нужно: стоял на столе компьютер, и висел плоский экран телевизора. Катерина включила компьютер, написала письмо маме, коротко объяснив свое отсутствие на ближайшую неделю. Письмо она не успела отправить, как за дверью послышался очередной стук.

Она подошла к двери, открыла. На нее смотрели глаза шофера, вращаясь от ненависти.

— Вы что-то хотели? — спросила Катерина безразличным голосом.

— Нет, я хотел вас предупредить, чтобы вы никому не писали о том, где вы находитесь. Все остальное писать можно. — Процедил сквозь зубы мужчина неопределенного назначения. — И еще, бабку Ксению не ищите, ее здесь нет! Вам придется неделю жить здесь.

Катерина промолчала, понимая, что события этого дня выходят за рамки ее понимания.

— Да, здесь есть электронная защита, нажмите на кнопку и к вам никто не войдет, даже я. И, показав, где находится кнопка, шофер удалился.

Катерина нажала на кнопку, потом попыталась открыть дверь. Дверь не открылась, теперь она подумала о том, как выйти из помещения. Она обошла место своего заточения, при этом обнаружила двери в ванну, туалет, мини кухню и продукты на неделю. Все у нее было, но для чего все это было нужно, ей было неведомо.

Неделю она прожила в заточении, сколько бы она не жала на кнопку, дверь не открывалась и не пищала. Окна тоже не открывались, но вентиляция работала исправно. Катерина никому ничего не сообщала, понимая, что это лишнее в ее положении. Сотовый телефон молчал, питание в нем закончилось, а блок питания куда-то исчез.

Поражала тишина поселка. Звуки практически не долетали. Катерина готовила пищу, ела, мыла посуду и мыла полы пару раз. Пыли практически нигде не было, она все вымыла из-за своей брезгливости, чтобы вокруг нее жили ее микробы, а не чужие. Через неделю за дверью послышался шум. В кнопке засветился светодиод.

Катерина нажала на кнопку и дверь открылась. Перед девушкой стояла бабка Ксения, но выглядела она просто изумительно.

— Катерина, надеюсь, ты отдохнула и о жизни подумала. Вела себя ты вполне прилично, тебя снимали с нескольких камер, а я в это время сменила немного свою внешность. Так, что теперь мы можем с тобой поговорить. Идем на первый этаж.

Они спустились на первый этаж, где был накрыт стол на троих. К ним присоединился шофер. Катерина продолжала молчать, то ли от страха, то ли от внутреннего возмущения.

— Катерина, да скажи ты хоть слово! — вскричала бабка Ксения.

— Бабушка Ксения, — начала Катерина говорить.

— Так, меня зовут Ксения Ефимовна.

— Хорошо, Ксения Ефимовна, — пролепетала Катерина тихим голосом.

— И это правильно. Твой имидж претерпит изменения, тебе сделают крутую прическу, и будешь ты, что надо. И цвет волос станет немного темнее.

Катерина вздохнула, но это никого не волновало.

— Катерина, не вздрагивай, а привыкай! Вскоре приедет твой жених. Вы поженитесь. Ты сменишь ФИО, и у тебя будут новые документы.

— А он кто? — спросила Катерина.

— Познакомитесь при встрече! Бежать не пытайся, здесь все схвачено. Живи спокойно, дольше проживешь.

Катерина вновь замолчала, осознавая, что Клава в этом доме явно была до своего ранения. Она встала и пошла наверх, ее никто не окликнул, не остановил. Когда Катерина осталась одна, закрыв дверь на электронную защиту, она подумала, что бабка Ксения, что-то на себя вообще не похожа, да и знала ли она ее раньше? Скорее нет, чем да. Теперь она понимала, почему ее мать с ней не общалась. Мелькнула мысль, что с ее помощью бабка Ксения проводит очередную махинацию.

Следующая неделя была неделей Катерины. Ее привели в нужный вид, после чего они с бабкой стали больше походить друг на друга. Надо сказать, что до появления у бабушки, Катерина училась, так вот теперь она полностью зависла, не имея контакта с внешним миром. И тут приходит тетка и говорит, что она может вновь учиться, о работе речь пока не идет. Бабка Ксения протянула Катерине студенческий билет и зачетку.

Катерина не успела удивиться, как бабка Ксения в очередной раз удивила:

— Катерина, учиться ты будешь в университете на дневном факультете, тебя приняли по твоим документам. На учебу тебя будет возить шофер. Понятно? И никакой самодеятельности! У тебя хорошая фигура, одежда у тебя будет в нужном количестве и качестве.

— Ксения Ефимовна, как я должна к вам относиться?

— Права, называй меня тетя Ксения, этого вполне достаточно.

— Но у нас разница в возрасте более сорока лет, вы моя бабушка!

— Детка, кого это волнует в наше время? Мы с твоей мамой хорошо выглядим, а это дает простор для воображения.

Что удивительно, но учиться в университете на старших курсах Катерина стала лучше. Раньше она трупом ложилась, все учила и учила, а ей все равно ставили «удов», а то и «неуд» вкатят, и как высший балл ставили «хор». А тут она свет увидела и «отлично» в зачетной книжке. Такое чудо она не могла объяснить. Она ведь не изменилась, и университет был крупнее прежнего, хотя профиль учебных программ сохранился.

Одеваться Катерина стала настолько лучше, что сама себя в зеркало не узнавала и иногда вздрагивала от неожиданности, всматриваясь в свои утонченные черты лица и фирменную одежду. Сокурсники относились к ней нормально, без эксцессов, особо не заигрывали, но и не игнорировали. Они с пониманием смотрели на джип с шофером, да и сами разъезжали на машинах, а многие просто сидели за рулем своих машин. Ее имя произносили с неким удивлением, потом улыбались, но удивительно быстро запоминали.

Катерину больше всего волновало предстоящее замужество. Бабка — тетка Ксения больше о нем не говорила, но девушка прекрасно понимала, что она ничего зря не говорит.

В морозное, солнечное утро к Катерине в комнату пришла домработница, которая принесла короткую шубу из чернобурки, и длинные сапоги. Катерина была уже в макияже, ей осталось надеть, предложенные вещи. Она покрутилась у большого зеркала и вышла в холл.

На первом этаже в гигантском кожаном кресле сидела бабка Ксения, она спокойно осмотрела наряд Катерины и помахала ей ручкой. Шофер ждал у дверей. Слова в этом доме не всегда произносили, все шло по накатанным рельсам бабкиных правил.

Машина остановилась у старого дома бабки.

Катерина машинально посмотрела на окно, она было новое. Шофер протянул ей ключи от квартиры. В шикарной шубе Катерина зашла в захудалый подъезд. Она открыла дверь ключом и остановилась, нижняя челюсть медленно стала опускаться вниз, она ее закрыла усилием воли. Квартира была так хороша! Прошел месяц, а здесь все было просто шикарно! Ремонт и новая мебель сделали свое дело. Белая кожа мягкой мебели и красное дерево мебели поражали своим неожиданным сочетанием.

Катерина повесила шубу в шкаф, где уже весела для нее новая одежда. В высоких сапогах выше колен она села в кресло, и закинула ногу на ногу, осматривая новый интерьер. Но отдохнуть ей не дали, она уже знала, что бабка время бережет и свое, и чужое. Через десять минут в дверь позвонили. Она посмотрела на экран монитора, расположенный у двери, и увидела букет.

Букет из белых и вишневых роз, и мужское лицо соответствовали друг другу. Она открыла дверь. В квартиру вошел молодой человек в черном пальто, с белым шарфом.

«Гималайский медведь», — подумала Катерина, и сказала:

— Добрый день!

— Добрый день, Катерина! Меня зовут Ефим.

Она улыбнулась.

— Мне не до смеха, а букет вам, — сказал со странным акцентом серьезный молодой человек со слегка загорелой кожей лица.

Катерина взяла букет, оглянулась и увидела изогнутую вазу из бело — вишневого стекла, точно предназначенную для этого букета. Она налила воду в цветочную вазу, поставила в нее цветы. Когда она вернулась в комнату, то увидела мужчину, сидящего в кресле без пальто, но в блестящих черных штиблетах.

«О чем нам говорить», — с тоской подумала Катерина.

А он сказал:

— Садись, — и показал кресло напротив себя. — Катерина, я ваш жених, и можно сказать с уверенностью, что я буду вашим мужем!

— Буднично все так… — пролепетала Катерина.

— Ты будешь продолжать учиться, но работать до окончания университета тебе никто не даст. Опыт показал, что ты умна, преподаватели тобой довольны.

Дальнейшие дифирамбы прервал звонок в дверь.

Катерина посмотрела на экран монитора, за дверью стояла Клава собственной персоной. Она открыла дверь, не думая о том, как вписывается кузина в новую игру бабки Ксении.

— Привет! — воскликнула Клава и села на белый диван, снимая с себя старую шубу, и бросая ее на край диван.

— Представьте мне свою гостью, Катерина, — величественно произнес маг Ефим.

Катерина не знала, как Клаву представить.

— Меня зовут Клава, — представила себя кузина.

— Вас три сестры? — удивился Ефим. — Вишневый сад.

— Да, нас три сестры: Ксения, Клава и я, — сказала с насмешкой в голосе Катерина и внимательно посмотрела на Клаву.

Клава подхватила игру, видимо за жизнь с бабкой она чему-то научилась.

— Катерина, а он кто? — с удивлением спросила Клава.

— Мой потенциальный муж, — ответила Катерина с долей недовольства.

— Обойдешься, тебе его слишком много. Пожалуй, эту квартиру и Ефима я возьму себе, — уверенно произнесла Клава.

— Спроси у тети Ксении, если она согласится, то я возражать не буду, — вставила Катерина свою мысль, и внимательно посмотрела на темные волосы Клавы.

— Девушки, я жених Катерины… — робко проговорил маг Ефим.

— Какие проблемы? Ты ее жених, но муж ты будешь мой, — настойчиво заявила Клава, подойдя к шкафу и, открывая вишневую дверь. — Ба! Какая шубка! И шуба эта моя!

Наглость Клавы начинала коробить Катерину. Она у нее все отбирала. Зачем ей только руку бинтовала в этой комнате?

Раздались трели сотового телефона. Катерина раздвинула сотовый телефон, нажала на зеленую кнопку и услышала голос бабки:

— Катерина, Клава отняла у тебя три вещи: квартиру, жениха и шубу?

— Да, тетя Ксения.

— Отлично! Надень ее старую шубу и выходи из квартиры. Джип ждет тебя.

Катерина взяла с белого дивана старую шубу. Помахав новой паре рукой, она вышла, положив ключи от квартиры на полку, расположенную рядом с монитором.

В джипе на заднем сидении сидела Ксения Ефимовна. Бабкой ее Катерина даже мысленно перестала называть.

— Катерина, ты огласила главное, что нас три сестры. Остальное неважно.

— А кто тогда моя мать? — спросила Катерина, не ожидая услышать ответа.

— Твоя мать — остается твоей матерью, но для нее ты находишься за границей, а почему, не пытайся выяснять. К ней тебе ехать не надо. Дачу, где ты жила последнее время не знает твоя мать. Там искать тебя не будут.

— Но Ефим знает, как я учусь, — возразила Катерина.

— Ефима я не комментирую, — как-то грустно сказала бабка Ксения.

Катерина подумала, что бабка привыкла находиться среди сестер, и это ситуация, ее устраивала, а теперь она устроила трио с внучками для молодости души.

— Ты права, Катерина, рядом с вами я моложе. Мне с вами интересней жить.

— Но вы обещали мне мужа!

— Детка, зачем тебе муж нужен, ты не подумала?

— Но вы — подумали.

— Твое дело — учиться. А Клава взяла то, что ей принадлежит, а не твое. Если бы я сразу сказала, что Ефим предназначен ей, она бы на него не посмотрела. А у тебя она отобрала его с руками и ногами в блестящих штиблетах.

— Мы едем в дачную крепость?

— Нет, мы заедем на выставку автомобилей, в выставочном комплексе. Выбери себе автомобиль и не спрашивай о деньгах.

Еще бы Катерина задавала нетактичные вопросы в присутствие шофера! За окном мелькали деревья, потом широкие полосы дорог, высокие дома. Вскоре поток машин стал плотнее, и они подъехали к выставочному комплексу. Старая шуба оказалась, кстати, ее пришлось сдать в гардероб, потом заполнить анкету и пройти в залы с медленной публикой.

Катерина многократно отражалась в экранах мониторов, но она знала конкретную цель, что она должна выбрать себе новый автомобиль. Девушка час ходила среди машин, прежде чем выбрала автомобиль. Она взяла у представителей фирмы подборку каталогов и пошла на выход.

У выхода ее ждал шофер. Кто бы в этом сомневался! В джипе бабки Ксении не оказалось, видимо она не из тех, кто ждет в машине рядом с выставочным комплексом. Шофер отвез Катерину на дачу, тем паче, что от выставки до нее рукой подать. Хорошо, что выставочный комплекс сделали на окраине, а не в центре столицы.

Душа Катерины пела, а она испытывала состояние легкости: страх замужества исчез, а дача ее больше не пугала. Она забежала на второй этаж, открыла дверь в свою комнату, и обнаружила, что комната пустая! Вот пустая! Радость сбежала по Катерине и упала на пол. Ее тронули за плечо.

Катерина оглянулась: рядом стоял шофер.

— Катерина, вы так быстро забежали на второй этаж, — проговорил шофер. — Вам надо спуститься вниз.

Девушка медленно спустилась вниз за шофером и села у стола. В дверь позвонили. Шофер нажал на кнопку на углу стола. Дверь открылась. На пороге стоял мужчина и держал в руках огромную коробку с пиццей. Шофер рассчитался с мужчиной и положил коробку на стол.

Катерина открыла коробку, приятный запах одурманил голодный желудок. Она пошла в туалетную комнату, мыть руки, а когда вернулась, то увидела, что к столу на кресле — коляске шофер подвозил Ксению Ефимовну.

— Катерина, то, что я в кресле сижу, так это временно.

Да, Катерина теперь совсем не знала, чего ожидать от мобильной бабки в инвалидном кресле. После трапезы бабка Ксения объявила, что будет ездить на сеансы терапии, и вскоре поднимется на ноги. Катерина ей поверила и пошла в новую комнату, где все было по-прежнему. Она закрылась в комнате, задумалась, открыла почту, но ничего интересного в ней не было.

«И, почему эта бабка такая неугомонная?» — промелькнул вопрос в ее голове, она уже порядком устала от смены интерьера перед глазами.

Когда Катерина вышла на следующий день из комнаты, чтобы поехать в институт, бабка вручила ей ключи от машины, которая стояла у парадной двери. Машина была, что надо, Катерина вчера ее на выставке выбрала.

Бабка Ксения так и передвигалась в кресле, но значительно повеселела от присутствия Катерины, и надежды на то, что скоро будет ходить. Похоже, у бабки были проблемы с ногами, и она решила умереть, но потом передумала и все переиграла. Или ей кто подсказал, что еще жить можно, и ходить всегда, а не иногда и через силу.

Катерина ехала медленно на новой машине, в их районе пробки бывают редко и по графику работающих людей. Она чувствовала относительную свободу, и это радовало ее не меньше нового джипа вишневого цвета. Она вновь была на высоте положения.

Джип заметил сокурсник и присвистнул. Катерине он с первого дня понравился. Да, что говорить, это был гималайский медведь собственной персоной. На занятиях она умудрилась отличиться. Вообще, она сама себе поражалась, как с новым имиджем у нее все дела лучше стали идти.

Раньше Катерина училась усердно, но это никогда не оценивалось, а теперь она тащилась от своих успехов. Даже прическа из ее длинных волос ее не раздражала, раз с ней она была победителем над самой собой прежней. Ради этой победы она готова была простить бабке Ксении все перемещения и нервозность последнего времени.

Ефим ждал Катерину рядом с ее джипом, поскольку рядом стоял его форд. Он улыбнулся ей великолепными зубами и щеками с ямочками.

Она подумала: «Интересно, а я смогу его домой пригласить?»

Он сказал:

— Катерина, пригласи меня к себе. Я от любопытства сгораю, хочу увидеть тебя в твоем интерьере.

— Не сегодня, — и она села за руль прекрасного автомобиля.

Дома Катерина сказала бабке Ксении о поклоннике.

Тетка спросила его имя, полученные данные ей были хорошо знакомы. Она знала почти все официальные данные о сокурснике Ефиме. Они ее устроили, или она сделала вид, что устроили.

— Ксения Ефимовна, а зачем вы показались на глаза Клаве?

— Так она спряталась под подушку и подумала, что это видение. Ладно, она знает, что я жива и знает мое новое место жительства. Мы его вместе с ней придумывали и покупали до инсценировки похорон, а потом тебя вызвали.

— А кто ее ранил? А, где сберегательные книжки? А зачем весь спектакль?

— Для тебя.

Катерине расхотелось приглашать к себе Ефима. Она не знала, что еще придумает бабка Ксения для очередного развлечения.

— А откуда у вас дурные деньги?

— Они, что пахнут? Тебе не нравится новая жизнь?

— Если честно — не знаю. Вы мне объясните: зачем я вам нужна?

— Я тебя люблю с рождения, как свою дочь.

— Я хочу домой, к маме. Хочу свою внешность.

— Наивная. Отец при твоем рождении хотел дать тебе свое отчество, но твоя мать с ним не согласилась. Они долго спорили, твоя мать его перекричала. Что еще, твой отец, ты с ним и незнакома — декан твоего нового факультета.

— Интересное кино получается, ты все знаешь, а я нет. Но обидно, теперь я знаю, за что меня преподаватели вдруг полюбили! Не дала ты мне побыть счастливой от своих успехов.

— Извини, но этот номер сейчас не пройдет. Тебе придется побыть принцессой. Хозяин этого дачного поселка — твой отец. Хуже того, Ефим — сын своей мамы, а она доцент в том же институте. Так его мама всегда нравилась твоему отцу. Вкусы и во втором поколении совпадают. Остальное узнаешь позже. Твоя машина от твоего отца.

— А я думала, это ты такая богатая.

— Он через меня тебе деньги передавал все время, пока тебе не исполнилось 18 лет, а потом захотел дать тебе куш больше.

— Вся сказка исчезла, — сказала Катерина уныло.

— Не вся. Мы с ним акционеры, часть его капитала принадлежит мне. Мы вместе создавали недвижимость, а декан факультета он по совместительству.

— Тетя Ксения, значит я принцесса Катерина, хозяйка дачного поселка и факультета?

— Нет, у твоего отца еще есть кирпичный завод, где делают кирпичи для дачного поселка.

— Я богатая невеста, — запела Катерина диким голом.

— Твоя встреча с отцом намечена на сегодня. Он зайдет к нам. Вы познакомитесь.

— А раньше нельзя было меня с отцом познакомить?

— Спросила бы раньше у своей мамы, — сказала Ксения Ефимовна более чем спокойно. — Знаешь, вместо меня похоронили бабушку Клавы. Я так хотела умереть, что ее бабушка, а моя сестра, умерла. Тебе об этом не сказали.

— Мне реветь или смеяться? — спросила Катерина в полном трансе.

— Нет, тебе надо бабушку Клавы помянуть.

— А когда произошла подмена тебя на нее?

— Произошла и все. Я сама сестру очень любила. Но у меня всего одна дочь, а твоя мать родила тебя и не сказала от кого. Твой отец меня нашел и помогал тебе по мере сил, он не всегда был богатым. А я была некоторое время на ответственном посту, и мне перепало несколько квартир. С них мы и начали создавать империю для тебя. Его голова и мысли, а мой первый вклад.

— Но, когда я ехала к тебе из дома, бабушка Клавы была жива и здорова! — с плачем воскликнула Катерина. — Клава все последнее время жила у бабушки, — добавила она без большой уверенности.

— У нас с сестрой болезни бегали от одной к другой, ты видишь: я ходить не могу, это после ее смерти произошло. Ноги мои отказали, а у нее тромб в черепушке оторвался. Умерла она мгновенно, пока ты ко мне ехала. Когда ты ко мне зашла, я уже знала, что моей сестры нет в живых. Мне позвонила ее подруга, у которой были ключи от ее квартиры. Подругу она вызвала, когда ты из дома вышла, чтобы ко мне поехать.

Катерина разревелась, как белуга. Она рыдала, кричала, и вдруг затихла. В этот момент и зашел ее отец. Он посмотрел на заплаканные глаза дочери, погладил ее по голове:

— Я надеюсь, что теперь ты все знаешь?

— Кирпичная принцесса — звучит, скорее вообще не звучит, — прокомментировала Катерина ситуацию.

— Нам надо было запутать дорогу для несчастий, — сказал отец, мужчина с весьма умным лицом декана факультета.

— А браунинг с гравировкой? — выдала она неожиданно для всех. — Это он тромб в голове бабушки сделал?

Бабка Ксения и отец переглянулись, но по их взглядам Катерина поняла, что они не стреляли в голову бабушки.

— Катерина, у нее тромб и никаких ранений в голове, — тихо сказал отец.

— Давайте вскроем могилу бабушки Клавы! — вскричала Катерина.

— Смысла нет, ее сожгли, — проговорила бабка.

— Забудем эту тему, там все честно, и труп сожжен, — проговорил отец.

— Тетя Ксения, зачем вы так со мной поступили? — спросила Катерина.

— Так получилось, произошли многочисленные накладки, — ответила бабка.

— Катерина, я боюсь за тебя! — искренне воскликнул отец.

После ухода отца, Катерина осталась одна. Сдвинуться можно от новостей бабушки Ксении, если их еще самой интерпретировать. Катерина съездила на могилу, рядом с которой когда-то оставили гроб с бабкой Ксенией, но позже здесь захоронили бабушку Клавы.

Над могилой стояла новая плита. Точно, здесь была похоронена бабушка Клавы, в этом она убедилась окончательно. Катерине очень захотелось вернуться в свою квартиру, но она понимала, что это невозможно.

В стороне стоял маг Ефим, как всегда в белой рубашке под черным плащом. Он наблюдал за Катериной в экстремальной ситуации, но к ней не подходил…

На даче Ксении Ефимовны спокойствие отсутствовало. Бабка волновалась об исчезновение Катерины, ее везде искали, но не могли найти.

Клава пришла с единственной просьбой: дать ей денег. Два мужика, сопровождавшие Клаву, постреляв в воздух, исчезли.

— Клава, зачем ты устроила весь этот шум? Не могла одна приехать? — спросила Ксения Ефимовна, сидя в кресле за чайным столом в холле.

— Хорошо, Ксения Ефимовна, эти два мужика меня достали. Я осталась одна, а эти двое потратили деньги с одной твоей сберегательной книжки, и стали просить у меня еще. Они не знали, что ты жива. У меня случайно вырвалось, что ты живая и закрыла остальные вклады, — протараторила Клава, доставая пиво в банке из холодильника.

— Понятно. Где мы будем Катерину искать? — спросила Ксения Ефимовна, наливая воду из чайника в чашку с пакетиком зеленого чая.

— Не волнуйтесь. Катерина спряталась где-то, — сказала Клава, открывая шкаф, где лежали пакетики с чипсами, орешками, пряниками, конфетами, вафлями.

— Катерину найдем. А теперь у меня есть предложение: ты можешь пожить в этом доме, но ты будешь работать, — сказала Ксения Ефимовна, показывая на пакет.

— Добрая тетушка! Я и работать! Ты лучше придумай, как откупиться от мужиков! Вчера их выгнала охрана дачного поселка. А в следующий раз, что произойдет? Клава подала пакет пряников тетке, взяла себе пакет соленых орешков.

— Клава, что я могу придумать, я уже смерть изобразила, а ты проговорилась, что я живая, — недовольно проговорила Ксения Ефимовна, вскрывая пакет с пряниками.

— А шофер зачем? Пусть тебя защищает, — парировала Клава, вскрывая банку.

— Тогда пойдем другим путем, ты их вызови сюда, пока здесь нет Катерины. Попробуем устроить переговоры на высшем уровне, заключим с ними договор о ненападении, — проговорила Ксения Ефимовна с чашечкой кофе в одной руке и пряником в другой.

— Эти два мужика договора не воспринимают, — возразила Клава, щелкая соленые орешки из пакетика, и запивая их пивом из банки.

К ним подошел шофер в спортивном костюме.

— Присаживайся, Клим. Чай. Кофе. У нас легкий завтрак, — проговорила Ксения Ефимовна, доставая следующий пряник.

— А мне пива не осталось? — спросил Клим, но, увидев покачивание головы Ксении Ефимовны, добавил: — Уговорили выпью кофе. У меня есть предложение по поводу вчерашних олухов.

— Клим, а раньше, где ты был? Где было твое предложение? — с раздражением спросила Ксения Ефимовна, вставая на ноги, которые почти отошли от стресса и могли ходить.

— Не хотите, не скажу, — обиделся Клим, положив пару ложек растворимого кофе в чашку, и заливая горячей водой из чайника.

— Клим, у тебя отличная фигура! Давай поженимся! — воскликнула на одном дыхание Клава, чтобы не успели ее прервать. — Это у меня идея, а не у тебя! Если мы поженимся, то те двое от нас отцепятся, не будут они преследовать семейную пару. Я подслушала один их разговор. Ксения Ефимовна, соглашайтесь на нашу свадьбу, сразу получите дополнительных наследников, кроме дочери и внучки, а преследователи уйдут от вас к другим!

— Клава, если все будет так, как ты говоришь, то я согласна, — приободрилась от надежды на свободу от преследователей Ксения Ефимовна.

— Меня женили! — с пафосом воскликнул Клим. — А я согласен, человеком буду, а не вашим служащим. — И залпом выпил кофе из кружки, словно это пиво.

— Вот и славно. Кстати, мой багаж у ваших соседей, я ждала результата переговоров. Я за ним пойду, а ты Клим изобрази счастливого мужа, когда мы возьмем мои чемоданы. — И она выскочила в дверь в джинсах и тонком свитере.

Через минут пять Клава появилась с сумкой, а за ней шел нагруженный большими сумками Клим.

Ксения Ефимовна величественно показала на второй этаж:

— Клава, весь второй этаж ваш, а если Катерина вернется, то мы придумаем выход из ситуации.

Клава хлопнула в ладоши и побежала по лестнице на второй этаж, за ней пошел Клим. Вскоре Клим вернулся, взял сумки и отнес их на второй этаж. К столу подошла домработница, посмотрела на чашки и стала их составлять на поднос, и как-то незаметно вытерла стол. Ксения Ефимовна осталась одна за столом. Она подумала, что с Клавой ей жить проще, чем с собственной внучкой или дочкой.

 

Глава 3

Ефим, чтобы быть человеком в глазах Катерины, имел собственную семью. В его округе дома стояли разнокалиберные, их высота зависела от времени возведения. Ближе к центральным дорогам дома были умеренно грязные. Чем дальше от дорог стояли дома, тем они были чище.

Катерина не жила рядом с дорогой, ее дом находился в двух домах от дороги, то есть недалеко от дорожной магистрали. Катерина городская жительница, она умела перемещаться в пространстве на всех видах городского транспорта.

У Ефима были: мать, отец, и бабушка неопределенного возраста. У них была трехкомнатная квартира в десятиэтажном доме из больших белых кирпичей. Они жили на последнем этаже, сверху над домом располагалась надстройка не понятно зачем, видимо это задумка архитектора.

Отец Ефима, более известный, как полковник Смолин, был большим тружеником. Он сделал лестницу из своей квартиры на чердак. На огромном чердаке были видны трубы различного назначения. Минуя трубы, он возвел стены, выкрасил их снаружи в белый цвет, и нагородил еще три комнаты. Конечно, при первой проверке их могли аннулировать, но до этого момента можно было пожить в нормальной обстановке, не утруждая семью своим частым присутствием. Теперь у семьи получилось шесть комнат. Это уже намного лучше, да еще плюс кухня.

Короче пять спальных комнат, плюс одна общая комната, из которой лестница шла на чердачный этаж. В общей комнате поставили диван на троих, два кресла и длинный, низкий стол. На стене повесили длинный плазменный экран телевизора. В стене между кухней и комнатой пробурили небольшое окно, по которому туда и сюда ходил сервированный стол, что позволяло есть в общей комнате и не усложнять своим присутствием обстановку на кухне. Готовили на кухне мама и бабушка Ефима.

Маг Ефим — молодой человек. Рост у него где-то 180 см. Плечи широкие, ноги длинные, глаза серые, волосы русые. Характер нордический. Младшие члены семьи во все времена считали, что они умнее старшего поколения, поэтому старшие вздрагивали от едких замечаний Ефима. Но все по порядку. Ефим учился в университете.

Отец семейства — полковник Смолин, ростом — 178, плечи шире нижней части тела, руки натруженные, пальцы на руках крупные. Волосы зачесаны назад, длина волос не длиннее 6 см. Мать семейства — Зинаида Захаровна, ее рост 167 см, возраст 40 лет. Бабушка была ростом 155 см.

Зинаиду Захаровну съедала тоска, сын вырос и развлекался сам по себе либо на ее нервах. Он слушал такую матерную музыку при своей внешней интеллигентности, что не только уши вяли, но и мозги усыхали. Музыка Ефима звучала на полную мощность, одну и ту же песню он слушал по несколько раз и подпевал. Речитативные песни крутились под самодельные клипы и вызывали нервные спазмы.

Зинаида Захаровна задумалась, а виновата ли в этом музыка? Модные ритмы со странной рифмой раздражали ее до бешенства. Она послала проклятье на экран с такой ненавистью, что Ефим крикнул:

— Не смей, проклинать моих друзей!

— Выключи! — выдавила из себя Зинаида Захаровна.

Рядом бегали две собаки, создавая суету. Кобелю было два года, его будущей партнерше только два месяца. Эта красивая собачка задирала взрослого пса, и он не выдержал: смазал лапой по мордашке собачки.

Зинаида достала остатки твердой колбасы, разрезала на две неравные части и отдала собакам за домашний цирк. Они успокоились, легли с двух сторон от нее и задремали.

Полковник Смолин последнее время постоянно жил на даче и Зинаиде Захаровне не докучал, он ее вовсе не замечал. Мать полковника посла его на даче вместе с козой, и поила козьим молочком. Оставался дома Ефим, но он так увлекся девушкой Катериной, что мать в упор не видел, и ее к себе в комнату не пускал.

В доме наступила временная тишина. Зинаида Захаровна включила телевизор в общей комнате и стала смотреть сериал, но просмотреть всю серию она не смогла. Ей захотелось пойти в обувной магазин и купить новые туфли. Для чего они ей нужны, она не знала, но захотела обновить обувь. Она переключила программу, в которой красили волосы, захотелось пойти и купить новую краску для волос. Она взяла и выключила плоский экран. Это было самое наихудшее состояние, сопровождающееся полной безысходностью.

Взгляд ее упал на усохшие букеты цветов, выбросить их у нее не было желания. Она была пустая, без положительных эмоций. Она стала рассматривать обстановку вокруг себя, но что-либо делать ей не хотелось. Вдруг она ощутила зов бедняка. Он звал ее с того света. Возникло ощущение, что его душа в этой комнате. Это было ужасно! Дома не было никого! Была только зовущая душа, умершего любимого человека. Да, она его любила! Со всеми его достоинствами и недостатками. Она знала секрет счастья: между удачными свиданьями обязательно должна была быть нейтральная полоса отчуждения. А теперь у нее была только эта полоса, но она не обещала приятной встречи.

Руки у Зинаиды Захаровны мелко завибрировали. Она посмотрела на руки, внешне они были спокойны, а изнутри их трясло. Состояние нервного напряжения нарастало. Психоз готов был вырваться наружу, ей хотелось заголосить. И она завыла, протяжно и неистово, и резко прекратила вой.

Зинаида Захаровна вышла на балкон, лето окутало ее теплом. Пролетел голубь. Мимо капнула вода с верхнего этажа. Она села в кресло, взяла отложенную книгу, стала читать.

В дверь позвонили.

Пришла Катерина с капельками слез в глазах.

— Что случилось? — спросила Зинаида Захаровна.

— Не знаю, я устала быть никем и нигде, — тихо пролепетала Катерина.

— Проходи на балкон. Поговорим, — предложила Зинаида.

Они сели в два кресла, в окружении цветущей герани.

— Зинаида Захаровна, а что говорить? Я живу у вас никем. Бабка Ксения сорвала меня с моей квартиры, а ваш Ефим не дает в нее вернуться. Жить у бабки я не могу, с ней живет двоюродная сестра с новым мужем. Я никому не нужна, — и Катерина заревела в полный голос, навзрыд.

— Катерина, а какой сегодня день недели?

— Вы про изумрудный плащ? Так это шутки Ефима. Сильно придуманная ложь. Я все придумала. А я не умею постоянно выдумывать подвиги, чтобы ему было со мной интересно! Не могу! — и Катерина нервно всхлипнула. — Нет, его тщеславие границ не имеет! — вскрикнула Катерина.

— Я верю тебе. Его отец тоже хочет от меня того, чего во мне нет и быть не может.

— Но у вас есть сын, и вы привыкли друг к другу!

— Если ты заметила, то полковник Смолин живет постоянно на даче, там и развлекается. Он в отставке по возрасту, еще не наигрался и свободой не надышался.

— Что мне делать? Я не люблю изумрудную мантию. Я хочу быть собой. Мне надо уехать от вас. Я поеду в свою квартиру, давно я там не была, бабка за квартиру платила, я дома почти год не была.

— Что мне Ефиму сказать?

— Что я улетела на остров в океане, это последняя наша шутка. У бабки Ксении на самом деле есть нефтяная платформа в ста километрах от берега. Кстати, там сейчас находится Ефим, я от него одна улетела на вертолете.

— Катерина, заметь, ваша жизнь полна чудес и без фантазий. Не возражай мне. Хочешь уехать домой — уезжай.

Катерина поднялась наверх, собрала вещи, помахала пальцами и вышла из квартиры. Зинаида Захаровна неожиданно для себя почувствовала легкость. Собаки проснулись и стали бегать мимо нее туда — сюда. Она улыбнулась себе любимой и приступила к уборке квартиры.

В дачном поселке жизнь шла с местной скоростью. Полковник Смолин зашел в дом бывшего изобретателя. Помещение, опутанное проводами, не вызывало ощущения жилого дома. Хозяина похоронили, его смерть была официально оформлена. С ним полковник Смолин пошутил, но еще больше он пошутил над Зинаидой Захаровной. Она находилась в шоке, в подвешенном состоянии и от взаимной ревности на похороны бедняка изобретателя не приходила.

Полковник Смолин был зол на жену. Она выводила его из себя любовью к бедному изобретателю. Он и решил убрать бедняка с дороги. Он редко жил дома, пока служил в армии, вернувшись в дом, не мог найти себе место. А его место было элементарно занято. Устроил он обычную перестрелку у пруда, куда дачники особо не ходили. Женщинам он сказал, что изобретатель случайно погиб. Не нравилась ему такая ложь, но так получилось.

Хотя изобретатель в принципе не мог быть бедным из-за богатого духовного мира. Чудовищная ложь стоила полковник Смолину денег, а теперь он бродил среди проводов в доме изобретателя и искал вчерашний день. Ему захотелось уехать далеко и надолго. В его душе не было ни любви, ни ревности.

В своей комнате в дачном поселке страдал маг Ефим, его съедала тоска от одиночества, ему было и скучно и грустно. Он посмотрел на улицу. В памяти всплыло милое лицо Катерины! Вот кого он хотел видеть! А захочет ли она его увидеть? Катерина в этот момент повернула невольно голову к окну, в ее памяти возник облик Ефима, ей интуитивно захотелось его увидеть.

За дверью послышались крики и редкие выстрелы, она вся сжалась от невольного страха, потом оглянулась вокруг себя с мыслью спрятаться, но услышала приближающиеся шаги, мужские голоса. Кто-то тряс ее дверь. Катерине показалось, что эти голоса она уже слышала.

— Катерина, дверь открой, все равно выломают, — громко сказала Клава.

Катерина последним взглядом окинула комнату, посмотрела наверх и увидела нечто похожее на люк. Раньше она думала, что это обрамление для светильников, расположенных в разных местах потолка.

— Клава, секунду подожди, халат наброшу! — крикнула Катерина и нажала на выключатель странной лампы.

Мгновенно в потолке открылся люк, из него вывалилась лестница. Катерина полезла по лестнице на чердак и закрыла за собой люк, уже слыша, что дверь стали ломать. Она оказалась на весьма приличном чердаке, но ее теперь волновал вопрос личной безопасности. Она невольно вспомнила, где слышала эти голоса: в квартире бабки, но легче от этого стало.

С чердака надо было уходить. Она выглянула на улицу, открыв дверцы с чердака на крышу. Стоило ей показаться в открытом окне, как она попала в мужские руки. Крепкие, мужские руки подхватили ее и перенесли по чердачному балкону в другую комнату. Катерина посмотрела на Ефима.

— Спасибо, Ефим, что спас. Мне надо убежать подальше от этой дачи.

— Не волнуйся, прорвемся, держись за меня и верь мне! Катерина, машина моя недалеко стоит. Я приехал на машине на дачу, а потом решил посмотреть на твои окна с чердачного балкона, но заметил твое испуганное лицо на крыше.

— Отличное решение моего спасения! — проговорила Катерина, подходя к знакомому форду в изумрудном плаще. — Понимаешь, Ефим, изумрудный плащ, действуют только по четвергам, завтра ты бы уже не смог мне помочь.

— Кому ты это говоришь? У тебя изумрудный плащ! В нем используется непонятная энергия! Понимаешь, я пытался понять, что и как устроено в изумрудном плаще, но он, как кокон закрывается в ночь с четверга на пятницу. Вернешь мне плащ при случае.

— Не объясняй, вероятно, ты владеешь одним из чудес света. А почему нет! — Катерина повеселела, но вдруг нахмурилась. — Ефим, я боюсь несуразицы, которая последнее время со мной происходит. Боюсь возвращаться на дачу к тетке!

— Нормальная реакция, поедем ко мне домой на чердак Я там один живу. Кстати у изумрудного плаща была изумрудная брошка, она управляла плащом. Ее следы потеряны.

— До того, как ко мне стали стучаться в комнату, я слышала выстрелы, а до них я думала о тебе. Что касается изумрудной брошки, я о ней слышала от своей мамы.

— Ой, Катерина, а я о тебе думал. Но, чтобы не попасть в суп к налетчикам, предлагаю тебе пожить у меня. Отец хорошо придумал комнаты на чердаке, над ним насмехались, а он сделал. Я не думаю, что у твоей мамы нужная мне изумрудная брошь, хотя с такой бабкой, как у тебя возможно все.

— А полковник Смолин сам, что ли делал? Темнишь, Ефим. Комнаты по кирпичику выложили солдаты, мне Зинаида говорила.

— Держи ее дома, всех продаст, — пробурчал Ефим. — Ладно, так оно и было, мой отец полковник Смолин, вот он и использовал солдат в мирных целях, с пользой для себя и для общества.

— А мой второй отец декан факультета, и он перетянул меня в свой университет, и под его крылом учиться легко и приятно. И оценки у меня выше, чем раньше.

— Если честно, то солдаты нам дачу построили и все пристройки. Хочешь, пойдем в пристройку, посмотришь, как солдаты славно умеют трудиться. И дачка не хуже, чем у твоей тетки, и заборчик каменный.

— Все хорошо и без фантастики. Но как быть с моими преследователями? — спросила Катерина, снимая с себя обычный плащ, который они случайно наделили сказочными свойствами.

— Так, идем в пристройку, — сказал Ефим утвердительно.

Они сидели и слушали новости, излучаемые авто — радио.

— Ефим, знаешь, что меня волнует? Вот ты носишься с изумрудным плащом, человек паук с паутиной, очень много летающих героев развелось и монстров, а потом люди из окон прыгают. Послушай, что в новостях говорят. Студенты из окон во время пожара прыгали.

— А я здесь причем? У меня есть плащ зеленой птицы. А с пожара бегут туда, где дыма нет и огня. В этом месте пожарники не договорились с криминальными структурами, я видел старые, многоэтажные дома в них есть лестницы. Обычные металлические лестницы с земли и до чердака. Пожарные лестницы. Но их часто используют не по назначению. А по поводу летающих пауков и птиц, так ведь надо сказку от жизни отличать.

На пороге стояла Клава и улыбалась, размахивая поясом.

Вечером в комнату Катерины вошел Ефим с комплектом великолепного постельного белья. Она боролась с желанием послать его куда подальше, потом у нее возникла мысль, что они — равны! Ефим и Катерина легли в прекрасную постель, укрылись одеялом. Он быстро понял, что легли они вдвоем, но еще быстрее понял, что ее в постели нет. Он откинул одеяло в пододеяльнике: на постели лежала изумрудная мантия, но без Катерины.

Катерина вылетела из постели, оставив в ней изумрудный халат, пролетев некоторое время невидимкой, она оказалась летящей в ступе по типу ракеты. Она лежала в странной кабине, обитой изнутри зеленым шелком, приборов никаких она не видела, но прекрасно ощущала полет. Катерина летела в неизвестном направлении, но теперь ее скорость была раз в сто больше, чем в ступе. Она летела недолго, но быстро, в чем она летела, она не понимала, но чувство страха отсутствовало.

Ступа — ракета приземлилась на берегу моря. Катерина не успела ничего понять, как створки ракеты открылись, и она вышла на песок в комбинезоне. Катерина увидела странное плавательное судно. Людей рядом не было. Красный катер с закрытой палубой качался на волнах. Катер дал задний ход, в нем открылись двери. Катерина зашла внутрь красного катера. Двери за ней захлопнулись. Она села в единственное кресло.

Катер полетел по волнам. Катерина увидела корабль, но катер пролетел дальше красной стрелой. В холодных волнах моря были видны две мужские головы, они держались руками каждый за свой мяч. Из катера выдвинулась платформа, матросы легли на нее, и вместе с платформой были подняты выше волны, и задвинулись внутрь катера.

Катерина уловила, что ее катер спас двух человек, но как это получилось, она не осознала. Катер полетел к берегу. Два человека были доставлены на берег в сухой одежде. Ей дали на них посмотреть, чтобы она убедилось, что с людьми все нормально.

Сильным потоком воздуха Катерину засосало в ракету — ступу с небольшой кабиной. Теперь она летела сидя, красные шторы с окон были сдвинуты, она наблюдала в окно полет сквозь облака, и полет вне облаков в ясном небе. По контурам земли Катерина догадалась, что она находилась в районе Тихого океана, а теперь возвращалась домой, ракета зависла над крышей дома. Она сама вышла в открытый люк ракеты.

На крыше, огороженной по контуру, стоял стол. За столом сидели бабушка Ксения с Клавой и Зинаида Захаровна.

Одно место было пустое. Дамы улыбались, приветствуя Катерину. Из чердака ленивой походкой вышел Ефим:

— Привет, Катерина! С почином тебя!

* * *

Серебристые кроны деревьев. Темное зимнее утро. Липовая аллея. Аллея города. Чудо, какая она хорошая! Серебрятся от инея ветви лип. Голубоватые ели прикрыты пышным снежным покровом. Снег скрипит под ногами. Небо совершенно неопределенного цвета — темное и все, но как прекрасно идти по аллее, когда над головой до горизонта видны кружева серебристых крон деревьев! Спокойно бьется сердце. Вместо мучительных мыслей о работе, в голове возникают песни.

И Катерина поет:

— Висит на заборе, колышется ветром…

И все прекрасно. Мир светел и чист. Чудеса. И хочется ей в вальсе кружиться, и радостно петь. Зачем сердечные капли? Надо только идти пешком на работу, и мир окрашивается в чудесные краски зимнего утра. Кружева серебристых крон удовлетворяют потребность в красоте на рабочий день. И вот она, работа!

Но нет, мысли с неприятностями опять исподволь выползают из закоулков мозга. Вновь расцветают пышным букетом нервные мысли. Катерина даже решает уволиться! Но видения зимнего утра спасают ее! Незаметно для себя она втягивается в работу и уже с удовольствием читает местный технический перевод с немецкого языка. Мысли ее в работе. Все нормально.

Спасибо великому актеру Константину Райкину, благодаря его выступлению у фирмы есть Греческий зал в столовой. Чем зал примечателен? Любая очередь быстро и незаметно рассасывалась — это как чудо. Не надо было думать о еде, 60 копеек в кассу и за всех все обдумал местный шеф-повар. Катерине оставалось взять обед и сесть за прекрасный стол, достойный украсить любое кафе, а стулья здесь стояли такие тяжелые и добротные, что она согласна иметь их у себя дома.

А публика? О, что здесь за публика! Это самые здоровые люди с предприятий. Это самые нетерпеливые люди. Это те, которым все надо быстро и сейчас. Какие здесь красивые мужчины и независимые женщины! Сколько здесь знакомых и совсем незнакомых людей! А глаза? Они так и светятся, они так и ищут объект для внимания! А, вот и тот, из-за которого этот греческий зал кажется лучшим рестораном в мире! Свет очей, в котором мир преломляется.

Катерина не видит окружающих людей, они ей совсем не мешают. У нее обед! И не беда, что на подносе разлиты щи, а тефтели под интересным соусом! Все мелочи! Сияющие глаза окупят все. А если нет глаз, которые ей сияют? Надо искать. Вон их, сколько ждущих и вопрошающих! И обед станет чудом!

Именно в залах общепита происходили свиданья в обед. Катерина ушла уже из двух фирм, люди из которых обедали в этом огромном помещении, в котором было много раздач. Несколько плит — печей варили разную пищу для разных столовых. Мужчины остались в прежних фирмах, но здесь их можно было увидеть при необходимости.

Высоцкий выступал пару лет назад в двух километрах от этой столовой. Катерина на концерты Высоцкого не ходила. Он приезжал выступать со своими концертами, и был рядом с длинным, длинным зданием. Кто не поленился — его слышали живого. Николай Николаевич его слушал лично.

На фирме дисциплина была железная, работы много, дорога от КБ до цехов на заводе была неблизкой. Катерина некоторое время сидела во втором ряду кульманов, потом пересела в первый ряд у окна. Но и здесь не обошлось без общественных работ. Часть конструкторского отделения как-то отправили с места работы на колхозные грядки для прополки свеклы. В добрые старые времена на колхозные грядки вывозили проветриться и поработать людей любых организаций и рангов.

Через некоторое время Катерина почувствовала свободу от общения с людьми. Из окон фирмы хорошо просматривалось знаменитое шоссе, но однажды это счастье закончилось. В фирме появился новый директор, он купил вычислительные машины, тогда они были огромными, и выселил конструкторский отдел из длинного, длинного здания. В их комнатах поставили вычислительные машины, которые требовали хорошего помещения и ухода, но они быстро морально состарились.

Но конструктора к этому времени были выселены в здание на задворках, к которому приходилось ходить по грязной дороге. В качестве компенсации за неудобства, директор в окна конструкторов поставил кондиционер, дующий прямолинейно кому-нибудь в ухо, и по этой причине являлся страшным раздражителем общества. Теперь, чтобы пойти в цех или столовую, надо было одеваться и идти по плохой дороге, все это мало радовало и отвлекало от работы.

Начальник КБ заставил поставить столы так, что люди смотрели друг на друга, и только повернувшись к кульману, получали уединение в коллективе.

Анна Андреевна, женщина мудрая, в своих руках держала распространение на работе туристических поездок. Она заметила внимание Ефима к Катерине, и от ее взгляда не укрылись их разговоры. Женщина решила, что надо закрепить их служебные отношения, дабы ее любимый Николай Николаевич не увлекся еще и Катериной. Анна Андреевна предложила Катерине и Ефиму две путевки в Древний город. Они согласились…

На желто-оранжевую листву падали липкие лохмотья снега. Люди вышли из остановившегося экскурсионного автобуса, ехавшего по федеральной трассе. Они смотрели на осеннюю погоду, природу, и друг на друга. Природа напоминала Подмосковье в чистом виде. Рядом с Катериной, одетой в красную куртку, на которой висели хвосты длинного темно-синего шарфа, быстро оказался высокий мужчина в темно-синей куртке — Ефим.

Катерина посмотрела Ефиму в глаза, и перевела взгляд на носки своих блестящих черных сапог. Молодой человек что-то говорил, как будто сыпал мокрый снег на душу молодой женщины, которая вырвалась из домашней повседневности, и тут же оказалась в плену чужих желаний.

Их поверхностное знакомство ни к чему не обязывало. Вкусы и привязанности Катерины и Ефима практически совпадали, их взаимная симпатия замечалась окружающими. Три дня Ефиму и Катерине предстояло провести вместе. В длинном автобусе со шторами на окнах они сидели рядом. Звучали песня: «Папа подари мне куклу». Как из простой симпатии рождается любовь? Оказывается нужна экскурсия в новые места среди незнакомых людей. На экскурсию едут отдыхать, развеяться и узнать о стране, и о себе.

Остановка автобуса на Валдае оказалась сугубо исторической. Вот, где берет начало древняя Русь! Именно здесь у Катерины возникло огромное и странное ощущение истории! Низкие каменные здания, выбеленные белой краской, вызывали бурю неподдельных эмоций. Воздух исторического прошлого пропитывал приезжих, и сжимал их в дружеских объятиях. Монастыри и церкви покоряли своей естественностью вместе с окружающей средой. Озеро поразило своей прозрачной гладью и большими гальками.

Катерина чувствовала, что она находится не в Подмосковье, пронизанном современностью, перед ней простирался его Величество Валдай! Мощь исторического прошлого вызывала восхищение. Старинный маленький музей мог продемонстрировать предметы старины и утвари. Темной отличительной особенностью музея и его гордостью неизменно считались и считаются озерные колокольчики. В ресторане, расположенном в каменном доме, на стол подали маленькие, но вкусные котлеты.

Маленькие колокольчики можно было видеть и в музеи и в продаже. Они звонко звонили, и все звонче становились голоса при разговоре, появилась теплота в общении, вместе с теплыми котлетами. Следующая остановка у озера, большого и чистого. На катере, всю экскурсионную группу, переправили в монастырь. Идут двое в толпе и это приятно, им рассказывают историю этих мест, а они рядом и эта история становится волшебной. Хорошо! Небо ясное. Снег подтаивает на жухлой траве вокруг стены древнего монастыря.

Двое все спокойнее чувствуют себя рядом друг с другом. Просто рядом. Следующая остановка оказалась медовой. Народ ринулся на рынок вблизи Древнего Новгорода, куда не дошли в свое врем люди хана. В руках у многих пассажиров автобуса оказался мед в сотах. Катерина впервые видела медовое чудо. Она сходила одна на рынок и купила мед в сотах.

Разговор за разговором и автобус подвез людей к месту ночевки. Гостиница находилась рядом со стенами монастыря. Катерина и Ефим пошли гулять по берегу озера, окантованного белыми стенами монастыря. Проваливаясь в холодном песке, все ближе прикасался темно — синей шарф, к темно — синей куртке.

Руки встретились. Губы встретились. Глаза — оттаяли. Ефим по природе своей осторожный мужчина, лишнего себе в отношении Катерины он не мог себе позволить. Она именно с этого момента стала писать стихи. Ночь прошла в разных комнатах. Весь следующий день был заполнен экскурсиями. Совершенно верно, что Валдай посетили до Великого Новгорода! Новгород — само историческое совершенство!

Памятник Тысячелетию Россия завораживает и отпускает на просмотр исторических достопримечательностей города и его окрестностей. Соборы, церкви, колокола не давят своей значимостью, а возвышают туристов. Кованые ворота, церковная утварь не порабощают, а вдохновляют к новым свершениям. Раскопки городища, берестяные грамоты приближают к книгам по истории, словно становишься их соавтором, а не учеником жизни. Впечатления от встречи с древней Русью на фоне желтой листвы — самые положительные!

Домой Катерина и Ефим вернулись в меру влюбленные с ощущением поцелуя на губах. Ефим все свои чувства высказывал необыкновенно красиво, он писал стихи на листочках, вслух много не скажешь, кругом стояли другие кульмана и сидели конструктора.

Катерина на память стихи о любви не знала, и отвечала своими стихотворными строчками, которые на удивление быстро появлялись в ее голове в ответ на послания Ефима. Стихотворная переписка не мешала работать, зато в голове не скапливались ненужные для работы мысли, а сразу реализованные, занимали минуты, а длительные часы были оставлены кульману.

В КБ, где работали Ефим и Катерина, разрабатывали оборудование для получения твердого материала. Чертежи были достаточно большие и сложные, оборудование должно было выдерживать… об этом не стоит писать. Анна постоянно наблюдала за парой влюбленных, и тихо радовалась, что ни она на месте Катерины.

Катерина с Анной однажды поругалась, и в качестве женской ревности Анна Андреевна бросила проклятье:

— Чтоб ты Катерина, влюбилась!

С этого момента все в жизни Катерины покрылось новыми чувствами.

И еще, каждый сотрудник имел значок, по которому, через спутниковую связь узнавали место нахождения любого служащего. Но в корпорации не доглядели Ефима. Встреча его и Катерины на берегу пруда была более чем случайной. Но и эта встреча была зафиксирована на пленку, можно сказать очевидцем с ближайшего здания. Между Катериной и Ефимом стал устанавливаться любовный, эмоциональный мост отношений. Ефим выделялся из толпы, как цинния среди цветов, вроде и цвет тот же, да благородства больше.

В середине декабря поземка крутилась на асфальте вдоль очень длинного стеклянного здания офисов электронной магии. Здание своим торцом стояло в ста метрах от монолитного памятника у шоссе, по которому в олимпийские времена часто ездили правительственные кавалькады, из-за этого машины скапливались под окнами здания. Люди высовывали свои любопытные носы в окна, чтобы посмотреть, как проедут черные и большие машины. В этом длинном, длинном здание обитали три фирмы.

Катерина шла по поземке в демисезонном темно — синем пальто. Ее голову украшала серая вязаная шапка петельками по моде тех времен. Ветер кружил вокруг девушки и слегка подталкивал ее вперед к проходной средней фирмы. Она зашла в проходную, посмотрела на указатели.

Нужная фирма располагалась справа. В отделе кадров в стопке бумаг нашли все ее документы. Ее проверили по всем статьям, теперь она могла выходить на работу. КБ находилось в тупике второго этажа. Она вошла в огромное помещение, в котором обитали три лаборатории без видимых перегородок. При входе в помещение сидела женщина и стучала на огромной пишущей машинке. Остальное пространство занимали кульманы, столы, стулья и люди на стульях.

На Катерине было надето платье серо — голубоватого цвета. Ей достался третий кульман от двери. Подошел начальник лаборатории Николай Николаевич, дал Катерине первую работу. Нарисовать педаль для станка — автомата в четырех вариантах, так и началась конструкторская жизнь Катерины с вариантов конструкций.

 

Глава 4

Стоять у кульмана приятно, но прорисовывать удобнее сидя. Посмотрев вокруг себя, девушка постепенно стала различать людей сидящих рядом. Руководство на ее счастье сменило кульмана и мебель через месяц, после ее выхода на работу.

Из-за новой мебели все передвинулись в пространстве, а рядом с ней часто останавливался симпатичный Николай Николаевич. Вьющиеся волосы у него были коротко подстрижены, такая повальная мода у остальных мужчин настанет только через тридцать лет.

Николай Николаевич приходил на работу в очень красивом джемпере, снимал его и укладывал аккуратно на тумбочку, надевал белый халат, и после этого с ним можно было говорить о работе.

Николай Николаевич по совместительству выполнял функции первого справочного бюро. Если кому-нибудь что-нибудь было не понятно, то спрашивали у него, а если не знал он, то знали другие. Постепенно Катерина поняла, кто из сотрудников и на какие вопросы может ответить.

Катерине нравился шеф, но он любил совсем другую женщину, он в ту пору был увлечен экономистом отдела Анной Андреевной. В душе Катерины мелькала маленькая ревность, но она про нее быстро забыла. Общению на работе Анна не мешала, этого Катерине было вполне достаточно. У нее своих проблем было выше крыши от жизни с молодым и сильным мужчиной, мужем Марком, тогда он работал в этой же фирме, но этажом выше.

Мужчины быстро поняли и часто подсмеивались, что стоило с Катериной заговорить, как с третьего этажа прилетал ее муж Марк. Он сделал одну большую глупость, кроме своих прямых обязанностей по работе, его кто-то втянул в общественную работу, а этого делать было нельзя. Он стал пунктуально выполнять свои общественные поручения, то есть проверять фирму на вредность условий труда.

Аппаратуры было много, и многие установки излучали совсем ненужные человеку лучи, и токи высокой частоты, вот муж все это замерил и согласовал все СЭС.

Руководству фирмы исследования Марка не понравились, начались судебные тяжбы. Ему пришлось тяжко на работе, хоть он, и был прав, и суд подтвердил его правоту.

Именно в этой фирме он оформил свои многочисленные заявки на изобретения по работе, но общественная работа нанесла непоправимый урон его основной работе, мало того, она ему понравилась.

Недалеко от кульмана Катерины находился кульман Ефима. Он и был вторым справочным бюро по непонятным вопросам, но она не злоупотребляла его знаниями.

При входе в комнату сидела экономист Анна Андреевна, потрясающая женщина с белыми волосами, она диктовала поведение в комнате конструкторов, все хозяйственные вопросы решала она.

У нее был поклонник — Николай Николаевич. Их общеизвестная любовь приятно скрашивала рабочие дни. Дома у них были свои семьи, но на работе, они были семья.

Вероятно, свое дальнейшее поведение Катерина копировала с экономиста Анны Андреевны, кроме одного — Катерина не умела продавать, чтобы жить лучше, чем не зарплату конструктора. В свое время Анна Андреевна и ее муж заработали деньги на кооперативную квартиру весьма странным образом.

Она работала швеей дома, поскольку была портнихой от Бога, а на работе она была экономистом. Как-то раз ее муж, работая машинистом, привез ей лоскутков целый мешок, отходы одного швейного производства, которые ему надо было выбросить, или точнее отвезти на свалку. Муж не выбросил отходы, а привез жене. В то время с купальниками в городе было плохо, а лето выдалось жарким.

Анна Андреевна выкроила купальники и из лоскутков, сшила и продала. Купальники ее производства покупали очень хорошо. Так и повелось, муж привозил домой мешки с отходами швейного производства, жена шила вечерами купальники, а в воскресенье ходила на рынок и продавала.

Худо-бедно, накопили они так на кооперативную квартиру, а потом и мебель купили хорошую, на кухню приобрели гарнитур из натурального дуба, или он был сделан из шпона под дуб, что, в общем-то, не имело значения. Вскоре кримплен вышел из моды, его перестали производить, и машинист поезда стал привозить домой меховые обрезки.

Блага цивилизации обрушились одновременно: молодой семье дали общежитие в трехкомнатной квартире — комнату в тринадцать метров. Клима взяли в ясли. Катерина вышла на работу.

В комнате, где жили Катерина и Марк, появилась металлическая детская кровать с сеткой, потом зеленый диван — книжка, стол полированный, холодильник, который они вдвоем донесли от универмага до дома. Выдержали они месяца два-три необыкновенной скудной финансовой жизни. Радовались тому, что были вместе.

Клим ел за маленьким столом ложкой из тарелки. Вермишель разбрасывалась со скоростью ложки, но малыш ел сам.

Вышли Катерина с Климом гулять на улицу, а им женщины сказали:

— Да, это не столичное воспитание: малышу нет и полутора лет, а ест сам, одевается сам.

В общежитие произошло знакомство с соседями, у которых была маленькая дочка, которая стояла в кроватке и смотрела на мир с высоты своего положения.

Маленький Клим бегал по квартире и естественно заметил прелестную девочку, которая еще самостоятельно не ходила. В третьей комнате общежития жила дама лет за тридцать пять, с двенадцатилетней девочкой.

Дама недавно развелась с моряком дальнего плавания. По ее словам, хорошо быть замужем за моряком: полгода плавание, полгода его можно вынести дома, но когда он из флота ушел, когда совместное существование у них перевалило за полгода, она ушла от бывшего моряка.

Дама была дочкой зам. министра. Продукты ей поставляли с папиного стола, что в начале семидесятых годов двадцатого века было немаловажно. Дама покинула свой уездный город переехала на первое время в общежитие маленького города.

До этой компании в общежитие жила семья бывших дворян, которые выпросили себе у фирмы уборщицу, и та убирала места общего пользования. Дворянам дали квартиру, и они переехали, а уборщица по инерции руководства еще убирала при следующих жильцах.

Кухня была не больше 8 метров. Готовили еду на одной плите, каждой семье досталось по одной конфорке. На кухне вечером были посиделки, здесь собирались поговорить на общие темы. Для женских разговоров уединялись в комнате дамы, там не было мужчин.

Новый год встретили в комнате Катерины и Марка, у них была самая большая комната, так как они раньше въехали в эту квартиру — общежитие. В гости к ним приехали их чопорные знакомые по университету. Спокойный Новый год. После встречи Нового года, Катерина уехала в институт на зимнюю сессию в Степной город, где было очень холодно, но там еще жили ее родители.

В группе училось двадцать три мужчины и две женщины из различных городов и республик.

Клим остался дома с Марком.

Жизнь Катерины была насыщенной еще и результатами любви Марка, она еще «залетела», но оставить ребенка не могла, и пришлось за время учебы и работы еще пару раз прекратить процессы развития очередных детей. Они пользовались защитой резиновой промышленности, но она не очень помогала. Здоровье сильно ухудшилось, и все же начертив 15 листов дипломного проекта, Катерина окончила институт.

Вот жизнь! Муж, сын, работа! Молодость, силы были. Квартира из двух маленьких комнат у них уже была. Просто жили. У двух инженеров был сын. Катерина научилась вязать. Она вязала и перевязывала все вещи руками, как автомат, чтобы хоть как-то одеть семью. Так, когда был маленький Клим, она связала ему одну из первых кофт, на что воспитательница детского сада сказала:

— Два инженера не могут одеть одного ребенка.

Катерина училась изо всех сил: все сдавала, и не отстала от группы, это был пятый курс заочного обучения, она к ним пришла после трех курсов дневного обучения, и еще сдала все за четвертый курс заочного обучения, еще летом.

После летней сессии, пролетев на самолете, три тысячи километров в воздухе, Катерина приземлилась по новому месту жительства. Ей стало везти. И, летом, после сдачи летней сессии, она вернулась уже в новенькую двухкомнатную квартиру. В большой комнате по всей длине лежали доски.

Пятнадцать листов дипломного проекта Катерины еле поместились на стенде. Огромный труд студентки, которая защищалась одной из первых, вызвал здоровый интерес среди сокурсников. Трибуна для зрителей была заполнена болельщиками.

Катерина надела белую блузку в голубоватый горошек, темно — синею юбку и жилет. Волосы накрутила локонами, и так в локонах оставила в большом хвосте. Никто отлично ей не поставил, почему-то все члены комиссии поставили хорошо. За Катерину сокурсники переживали, но никому из болельщиков не хотелось, чтобы она была лучше всех. Ее всеобщими усилиями хотели осадить, как полую деталь под прессом…

Соседи получили квартиру в соседнем подъезде. Дама с дочкой, получила квартиру в другом районе.

Из досок Марк сделал встроенную мебель: на кухне, в прихожей, в маленькой комнате. Потом Марк с соседом ехали за тридевять земель, на мебельную свалку и привозили рулоны узких полосок пленки. В магазинах пленку не продавали. Доски новой мебели покрывались полосками пленки, и вид становился не очень противным.

Отдых молодых пар был незамысловатый: брали раскладушки и ставили их у стены электрической подстанции со стороны леса. Место прогревалось солнцем и при общей не очень высокой температуре воздуха, можно было загорать, а дети бегали рядом. Если температура воздуха была теплой, вся компания отправлялась на водоем, где спокойно купались и загорали.

Еще один вид отдыха был распространен в этой местности: поход в лес за малиной. Лес полон летних испарений, мошкара донимает, дети устают, а взрослые идут за малиной-ягодой.

Совместный отдых первые годы и на встречу Нового года распространялся. Замечательный был второй Новый год в квартире соседей. К ним приехали приятные друзья, и танцы были до утра. Марк влюбился в соседку. Когда она уходила из квартиры после праздника, он так вцепился в ее руку, когда никто не видел, что рука ее неделю горела.

Однажды Марк ехал к соседу, но в лифт сел с его женой. Он так поцеловал ее губы губами — зубами, что из ее губы брызнула кровь.

Катерина с соседом просто пошли в кино. Одним словом все зашли далеко, пришло время всех остановить. Катерина ночью, в темноте перекрестила дверь в свой дом амулетом с изумрудом, чтобы соседи забыли к ним дорогу. Они на самом деле разошлись и разъехались по разным местам города.

Марк и Катерина с двумя детьми проводили теперь дни отдыха в таком составе: сами. Места отдыха были те же. Они еще ездили в Теплую страну к родителям Марка или в Степной город, к родителям Катерины.

Отец Марка после пенсии переехал с новой женой на маленький полуостров. К нему приехал Марк всем семейством с кучей ласт. На одном земельном участке стояли два дома: один маленький без удобств, его купили с землей, и новый дом с удобствами, построенный по красивому проекту. В новом доме жили: отец Марка и его новая жена.

Старый домик отдали в распоряжении молодой семьи, все удобства во дворе. Море от этих двух домов было в пятистах метрах с трех сторон, и с каждой стороны оно было несколько другим. Айва окружала весь участок с наружной стороны. По дороге на основной пляж они всегда проходили мимо привязанного к шесту бычка.

Катерина опять вспомнила. Марк и Клим готовились встретить ее и сестренку из роддома. Вымыли всю квартиру со всех сторон, но самое уникальное… Родители Катерины не только икру купили, а еще и кушетку для Клима и уехали.

Но бедность всю этим не закроешь. Поэтому старый ватный матрас Клима, Марк и Клим распороли и всю вату распушили, и вновь сделали ровный матрас для маленькой девочки Елены. А Климу было четыре года! Встречать маму с дочкой с букетом приехали муж и сын. Катерина вышла к ним с дочкой на руках, а машины нет!

— Не зачем ребенку дышать чужими микробами! — сказал Марк.

Взял Марк дочь на руки. Катерина рядом с сыном шла пешком до дома, через леса и дороги.

Но навстречу бедным инженерам вышел сам Бог: погода в начале сентября была двадцать пять градусов тепла, день солнечный. На вытянутых руках донес ребенка Марк до дома. А когда болел Клим, Марк Ефимович сидел рядом с ним, и как маг — волшебник, старался взять его болезнь на себя.

Само собой Катерина следила за своей внешностью, она вполне допускала некую пышность своих форм, естественную от хорошей еды. Худые дамочки никогда бы не смогли сами сделать то, что умудрялась сделать она.

«В здоровом теле — здоровый дух», — вот ее девиз существования. Она твердо знала по опыту прежнего поколения, в котором проповедовали тощих девиц, что в любовном плане их молодость была скоротечной, а старость преждевременной. Не верите? Опыт показывал, что худые дамочки от диеты, худо и заканчивают. Губки накачают там и тут, а здоровье при этом откачивается.

Катерина Петровна любила готовить, любила кормить, любила — любить, и быть любимой. Она была деятельной натурой. Да, могла быть грубоватой, а кто не ругался? И вы не ругайтесь. Но если в кастрюле поднялось давление, пар надо сбрасывать.

Судьба послала Катерине романтическую встречу на природе. Листья еще желтели, снега не было. Сияло солнце. Надо было конструкторскому отделу подготовить летнюю базу отдыха к зиме.

К работе хорошо подготовились: стол ломился от еды и крепких спиртных напитков. На этот раз Катерина пришла в красной куртке, с ней рядом за столом сидел Ефим в темно-синей куртке. Осенний холод согрели русской водкой. Костер сверкал огнем. Звучало танго. «Ты промедлил темно-синий».

Напротив глаз Катерины вновь сияли серые глаза Ивана. Она быстро попала в его объятия, в его огромные и крепкие руки под предлогом обычного танца. Красно — синяя пара, покинув танцплощадку у костра, ушла в сторону реки. Берег реки в объятиях желтой листвы деревьев, красная куртка — в сером окружении… Поцелуи вознесли их в серые небеса. Мир оказался оранжевым.

Ефим вернул Катерину на землю, он подошел к ней, они сели у костра.

В чем основная разница между конструктором Ефимом в темно-синей одежде и Иваном, разработчиком в светло — серой одежде? Ефим — интеллектуал, он хорошо разбирался в конструкциях, в поэзии, в живописи.

Он был нужен Катерине, как университет многочисленных знаний. Поцелуи на берегу реки быстро не забывались, и появилась потребность писать стихи. В нем была мужская сила. Это был крупный, красивый голубоглазый инженер. Именно он стал для Катерины на многие и многие годы объектом для физического притяжения.

А, что же Иван? Он пригласил Катерину в золотые дни бабьего лета поехать в ближайшую деревню на пикник. Она была в красной, а он в светло-серой одежде. Любовь у них продолжалась. Иногда он заходил в КБ к Катерине показать, кто здесь хозяин.

На Новый год сотрудники собрались на квартире у шефа, Николая Николаевича в новой башне. Квартира большая, народу набралось прилично. Катерина не отказалась от приглашения.

Она пришла в длинной черной юбке до полу, в белой блузке и с красной ажурной шалью на плечах, а в квартире не оказалось знакомых поклонников, ради которых она вырядилась. Все лица новые, хотя по работе и знакомые. Все снова? Да, в процессе празднования из толпы явно выделился один крупный мужчина, Николай Николаевич, ее шеф. Танцы они и на Новый год танцы, и танго соединило их души.

Из квартиры в новой башне Николай Николаевич и Катерина ушли вместе. Жили они в соседних кварталах, машина в таких случаях не нужна. Как они оказались на мосту, который находился в стороне от домов вообще не понятно! Николай Николаевич стоял рядом с Катериной, смотрел на проходящие поезда, и все пытался чмокнуть ее в щечку.

Шампанское, верный напиток, стал выветриваться из головы, мысли пришли в норму, и она настояла на дороге по домам. Кончилась ли на этом история? Пожалуй, нет. Бывают супружеские, гражданские браки. У Катерины был брак — дружественный. Что это значит? А кто его знает?!

Летом фирме выделили землю под сады и огороды. Землю делил Николай Николаевич, и от его щедрот участок Катерины оказался намного больше, чем у других, но в конце сезона она вернула земельный участок фирме. Случайно или нарочно шеф после новогоднего праздника попал под напряжение 1000вольт. Его откачали, спасли. Скорая помощь появилась во время.

Яркое, июльское солнце пригревало спины людей, шедших с тяпками по грядкам с маленькими всходами свеклы. Рядом с Катериной шла Анна Андреевна, которая была старше Катерины.

С другой стороны по своей грядке шел Ефим, высокий мужчина с пышной шевелюрой волос, и с большими глазами. Эти глаза, то обращались к своему соседу по грядке с другой стороны от себя, то постоянно смотрели в сторону Катерины. Судьба их постоянно сводила. Вероятно, начинало действовать любимое проклятье Анны: «Чтоб ты Катерина влюбилась!»

Желтый купальник, надетый на Катерину, очень привлекал внимание Ефима, или тело в этом купальнике не давало ему покоя. Анна Андреевна, половшая свеклу рядом с Катериной, стала вводить ее в курс женских дел конструкторского отделения, она была не из разговорчивых особ, и просто решила предостеречь девушку от соседа с другой стороны грядки. Июль грел своим теплом, а мужчина своим взглядом. Анна Андреевна — охлаждала.

Грядки закончились. Толпа со всех сторон ринулась одеваться и отправляться по домам. Ефим предложил подвести Катерину на машине до ее дома. В его машину со всех сторон сели люди, которых он знал. Анна Андреевна с тревогой смотрела на молодую женщину, которая села в машину красивого мужчины.

Машина проехала по проселочной дороге, потом выехали на знаменитое шоссе, по городу машина развезла всех сотрудников. Хозяин машины даже и не думал даму из машины выпускать. За последним человеком закрылась дверь. Машина на приличной скорости поехала в сторону речки.

Ефим был в своей стихии: скорость, еще раз скорость. Проехали пост автоинспекции достаточно медленно. Свернули с одной дороги на другую дорогу и оказались на берегу речки, которая за последние годы так обмелела, что трудно представить, где это было.

Жизнь к тому времени Катерину научила выживать, и с крупными мужчинами в борьбу не вступать, а Ефим был высокий. Вылезли они из одежды до купальников и вошли в воду. Охлаждение не было длительным. Вскоре он сидел на берегу, и говорил про свою дачу и вишню в саду. Потом они сели в машину, и поехали по другой дороге. Машина неожиданно резко свернула в лес.

Будучи относительно спокойной женщиной, Катерина не ожидала такой внезапной любовной атаки со стороны высокого и красивого человека, с которым уже давно встречалась, и никакой любви между ними особой не было. Между ними возник каскад любовных действий разгоряченных тел и рук, и губ…

Натиск был стремительным. Желание возникало мгновенно. Расслабление абсолютное. Видимо, здорово Ефим на Катерину на грядке насмотрелся, он был готов к любви, и к любовной игре. И все. Описывать подробно действия каждого смысла не имеет, этого будет мало для воспроизведения событий. Чувство оказалось огромным, и быстро прошло. Все, осталось уехать домой, куда ее довольно быстро он отвез…

Так у женщины появился любовник. Что дальше? Они вошли в зацепление чувствами. Женщины на работе изо всех сил говорили об опасности, что Катерина у Ефима не из первого десятка.

Цивилизация проникла в страну исподволь, захватив дороги автомобилями, руки телефонами всех систем. Снег падал и ничему не удивлялся. Он много видел на своем веку, переходя из воды в снег, от земли к небу. Он видел хорошие поступки и плохие.

Снег падал на крыши дорогих авто, и на крыши машин эконом класс, делая их слегка похожими. У снега было хобби: мир выравнивать в цветовой гамме. Он любил белый свет и белый цвет — он снег и этим все сказано.

Катерина любила снег и понимала его. По снегу она могла определить температуру воздуха. Снег всегда разный, он бывает влажный и блестящий, а между этими состояниями можно наблюдать снежные полутона.

А еще она любит мартовский снег, который всегда стремится к крупинкам прежде, чем растаять и стать водой. Сегодня снег был легкий, приятный. Ветер дул южный, слабый. Можно было остановиться минут на пять и наблюдать зимние пейзажи.

Однажды в дверь Катерины постучала соседка по лестничной площадке, и предложила шапку из белой нутрии в виде горшка с отворотами и хорошо обработанную шкуру белой нутрии на воротник. Катерина тут же решила, что нутрию надо брать. Шапка имела жесткий каркас и точно подходила ей по размеру. Но где взять пальто, на которое можно пришить шкуру нутрии в виде воротника?

У нее было демисезонное пальто изумрудного цвета с длинным поясом, и с большим воротником. Катерина разрезала шкуру нутрии бритвой, сшила по центру ручным швом и сделала симметричный воротник, после чего пришила его на демисезонное пальто. Наряд получился необыкновенно яркий и жизнерадостный: белый мех на фоне изумрудной зелени ткани, но долго в такой яркой обнове ходить необыкновенно трудно.

Катерина после яркого наряда купила себе черное пальто с длинным поясом и капюшоном, на котором по краю уместилась скромная темно-коричневая норка. Этот наряд не раздражал яркостью, но черный драп требовал постоянного ухода, поскольку собирал на себя весь летающий мусор.

Постепенно пальто привыкло быть постоянно вывернутым наизнанку, когда его Катерина сдавала в гардероб или оно висело дома, так оно меньше собирало окружающий летающий мусор.

Именно в этом черном пальто на стройной фигуре, у нее было максимально число поклонников в виде мужчин — сослуживцев всех мастей. Или у нее был такой возраст, что ей хотелось повесить на себя табличку: не влюбляться!

Мама Катерины из-за рубежа привезла первые сто долларов в жизни и отдала дочери. Катерина поехала в магазин «Березку» и купила светло — серые замшевые сапоги. Шапка из песца такого цвета у нее уже была. Над светло — серыми сапогами шествовал светло — серый костюм, если снять черное пальто. В светло — сером наряде она являлась в кафе, где обедал необыкновенно красивый мужчина, по его машине она определяла место его нахождения.

Рядом с мужчиной она не садилась, но садилась так, что он не мог не оценить ее серый наряд. И мужчина сам нашел ее через пару дней… Это был разработчик цифровой аппаратуры.

Так, что Марку, супругу Катерины, было совсем не выгодно красиво одевать свою жену, он ее хотел одеть в кролика, и тогда мужчины бы к ней, как летающий мусор к черному пальто, не подходили.

На следующее лето Марк вновь уехал в Холодный город. Жил летом на поляне, которая принадлежала почтальонке ближайшей деревни. Туристы его подкармливали. Он им читал лекции.

Мыши съедали его запасы. Основную борьбу Марк вел с дотошными мышами. Марк знал, что его любовь армейская живет в Холодном городе. Жена командира, ведь с ней он прожил два года. Ему хотелось ее увидеть. Очень хотелось. Но на поляне ему одежду не стирали и не гладили, и в таком виде к ней ехать не хотел.

Господин случай. На поляну приехала группа туристов, среди них был один молодой мужчина, очень сильно похожий на Марка. Поговорили Марк и этот молодой мужчина. Мужчина оказался сыном военного, отец его служил там, где служил Марк.

Мать жива еще, отец умер. После того, как отец умер, мать ему, чтобы он сильно не страдал, сказала, что его отец совсем другой мужчина, и что она его отца не видела со времен армии, помнит имя солдата — Марк Ефимович.

Марк понял, и был почти уверен, что его сын сидит рядом с ним. Признаться ему: «Я твой отец», он не мог, не был готов. Под предлогом общих интересов, Марк взял адрес молодого мужчины. Оказалось, его назвали его в честь космонавта, который летал в космосе, когда он родился.

Все сходилось к одному — перед ним его сын! Марк после отъезда группы, впал в такой транс, что потерял зрение на пару дней. Снег выпал неожиданно, слегка прозрев от внезапного холода, Марк собрал вещи и поехал к себе домой. Дома полгода из дома не выходил, но в поездку собирался в Холодный город. Наступило лето.

Марк оделся парадно, взял новую сбрую: рюкзак, палатку, сумку, вещи, еды не очень много. Мысль была: найти мать своего самого старшего сына. Марк приехал на поезде в город, где жили: его первая сексуальная любовь и результат этой любви.

Все оказалось необыкновенно просто. Марк позвонил в дверь. Дверь открыла женщина, слабо знакомая. Женщина смотрела на него стеклянным взглядом, их взгляды скрестились.

— Марк!

— Анна! В дверях показался их сын.

Сын сказал:

— Я понял еще прошлым летом, что Вы мой отец.

Марк домой к Катерине больше не вернулся.

Марк исчез для своей семьи в квартире Анны и их общего сына.

В любви виновных — нет, если любви нет, а если любовь есть, то какая может быть вина?

Солнце светило. Золотая осень за окном. Погода плюс два градуса, а вспомнить Катерине захотелось зиму в маленьком городе, с невысокими домами, но и до них надо еще доехать. В черном, длинном, высоком здании на шестом этаже находилось конструкторское бюро, возглавляемое Николаем Николаевичем.

КБ занимало длинное помещение, в котором в три ряда стояли обыкновенные деревянные кульмана. Окна здания огромные, мало того, они могли открываться, чем непременно производили много врагов выяснениями кому и куда дует ветер. В этом зале находились три лаборатории и кабинет начальника отдела.

В этот кабинет и приехал молодой и шустрый зам. темного инженера большого завода маленького Горного города. Звали его Коля, рост 180, стройный, волосы тонкие, темные, голова небольшая, но умная. Он был одет в костюм и черную рубашку.

Вопрос шел о разъемах, точнее прямоугольных соединителях. Коля постоянно добывал золото для контактов, а его не давали. Катерина и Коля участвовали в одной разработке, разрабатывали одни изделия, третьими были инженера с республики, где есть необычное радио юмора.

Общая работа связывала три страны, аналоги прямоугольных соединители гуляли по свету, но изготовить свое изделие всегда не просто, даже если кто-то в какой-то стране на это потратил десятилетия.

Соединители чертили, изготавливали и испытывали три организации. И люди, сопровождающие эти процессы, ездили по свету и иногда по пути заезжали в фирму. Так получалось, что все пытались с Катериной заигрывать, хотя это мало кому удавалось, но Коля превзошел всех, его волновала одна мысль: «Почему Катерина нравится всем мужчинам?» Он решил всех обойти.

Первая его просьба была простая для многих, но не для нее:

— Катерина, пойдем в ресторан «Темный лес». И они пошли, но не в ресторан, а на прогулку в лес. За рестораном погуляли среди снежных елей, поговорили.

В следующий приезд Коли огласился звонками на весь отдел: он просил ее приехать в столицу, в великолепную гостиницу, с шикарным номером, где он ее ждал, так как приехал на съезд великих людей.

Лето было за окном. Она оделась при полном параде: юбка, изящная обувь на высоком каблуке. Фигура в норме. Едет Катерина по нейтральной дороге до развилки дорог: одна дорога на работу, другая дорога в гостиницу к Коле. Рядом, как из-под земли появился Ефим, ему уже напели про звонки Коли.

Понятно, Катерина с Ефимом поехали в свою фирму, хоть и разные у них были отделы, но это спасло ее на этот раз. Звонки гремели по отделу из телефона в телефон, а она сидела за своим кульманом и чертила свои вечные чертежи, Катерина работала инженером — конструктором первой категории нестандартного оборудования.

На следующий день Коля вновь был в отделе, но Катерину в сторону гостиницы не сдвинул, разговоры были по работе. Общая работа потихоньку подходила к завершению.

Все участники разработки прямоугольных соединителей должны были зимой встретиться в маленьком городе, где Коля не был маленьким человеком. Для приемки изделий была создана комиссия.

Катерину назначили председателем приемной комиссии по изделиям, а их было достаточно много. В маленьком городе съехались участники разработки соединителей. Первая задача Катерины была выкрутиться от председательства, бразды правления она передала второму представителю своего города.

 

Глава 5

Катерина обошла завод Коли, и была изумлена сочетанием автоматизированных цехов с цехами, без намека на автоматизацию, труд ручной на сто процентов. Стояли столы, вокруг них сидели женщины, и контакты забрасывают в соединители вручную. Для членов комиссии сделали экскурсию в партизанские землянки. «Шумел сурово…лес».

Землянка была огромных размеров, чуть меньше конструкторского бюро, а лес здесь был в два раза больше подмосковных лесов по высоте и обхвату стволов. Естественно соединители были одобрены и запущены в серию. А что было с ней?

Умный Коля вписал Катерину в две гостиницы, и когда вечером она пришла в свой номер, ее вещей там не было, он их перенес в другой номер. Ничего, не подозревая, она закрыла дверь и легла спать.

Вдруг в полной зимней темноте, повернулся ключ в замочной скважине, в комнату входит… кто входит не видно, просто страшно стало, и Коля сказал любимую фразу:

— Я хотел узнать, почему ты всем мужчинам нравишься? — Свет он так и не включил, но сказал: — Если закричишь, завтра об этом все узнают, у меня здесь все люди свои.

Оказалась Катерина на полу в своей комбинации, темно-синей с огромными кружевами. Бои и на полу различные бывают.

Его слова:

— Катерина, какая у тебя фигура! Ясно, почему мужчины к тебе не равнодушны.

Одним словом нарушение всех норм морали было налицо. На следующий день участники мероприятия отбыли в свои края. Насилие не сразу излечилось, долго оставалось физической и моральной травмой у Катерины.

Иван, что Иван он оставался рядом, но об этой истории не узнал, а у нее язык не поворачивался сказать, что с ней было в далеком городе. Катерина попала под избыток шампанского. Ресторан в маленьком городе, в зале одна компания по приемке темы.

На столе коньяк и шампанское, и много всякого мяса. Компания чисто мужская, а у Катерины в тот момент не работал стоп — кран под названием рюмка — вечер. Ей наливали шампанское, она его пила, и бокал заполнялся под каждый новый тост. Мужчины пили коньяк и ели пять разновидностей мясных блюд.

А теперь представьте, что все они с Катериной захотели танцевать! Ладно бы танцевали, так стали отбирать друг у друга.

Один не выдержал и сказал:

— Ну, я теперь знаю, почему мужчины любят женщин!

И убежал из ресторана, так как Катерина ему досталась всего на один танец. О, она впервые поняла, как женщина переходит из рук в руки согласно должности мужчин! Естественно в танце, но все так прозрачно в середине января!

— Есть серьезное задание: создать секретное оружие под названием «Астра». Прибор стреляет магнитными лучами в металлические предметы на человеке. С таким прибором легко можно обезвредить любого человека с оружием в руках, — проговорил Николай Николаевич.

— А почему астра?

— На кончике прибора находится шарик с отверстиями, из которых могут выйти лучи, то есть получается цветок, типа астры или хризантемы.

— Чем отличается астра от хризантемы? — спросил насмешливо Ефим.

— Принципиальное отличие состоит в том, что хризантема потомок астры. Хризантема самая одомашненная культура для срезанных букетов, а астра уличный цветок, который расцветает поздно, когда наступает осень.

Общая черта — множество лепестков весьма похожей формы. Люби — не люби. Так почему нельзя хризантему астрой назвать? Астра на улице цветет, хризантема в квартире в вазе стоит до трех недель. Могут друг на друга смотреть в окно, могут дать название приборам, — высказал свои суждения начальник КБ.

Коля стоял под окнами любимой женщины с букетом белых хризантем. Катерина вышла из здания с Ефимом, и прошла мимо белого букета. Коля посмотрел ей вслед и опустил букет в сугроб. Катерина обернулась, посмотрела на цветы в сугробе.

— Коля, ты, почему стоишь у проходной? Здесь тьма людей проходит, меня многие знают.

— Катерина, я люблю тебя! Влюбился я, понимаешь? Хожу за тобой, а ты мимо меня с разными мужиками проходишь.

— Я иду с работы! На работе я в основном работаю с мужчинами, поскольку работа носит технический характер. С ними иногда выхожу из здания.

— А мимо меня, почему прошла?

— Мы разговаривали, надо было фразу закончить. Бери букет из сугроба, и идем со мной. У меня есть полчаса времени.

— В ресторан пойдем на часок?

— Коля, я в рестораны не хожу, — раздраженно проговорила Катерина.

— Хорошо, просто пройдем по улице.

Снег поблескивал в вечерних лучах уличных фонарей. Коля пытался взять Катерину за руку или под руку, но она выдергивала свою руку из его плена.

— Здесь люди, неудобно идти за руку.

— Ты хоть цветы возьми, — проговорил Коля недовольным голосом.

Катерина взяла букет цветов из рук Коли, и понесла их цветами вниз. Она знала все тропки и дорожки, ведущие в сторону дома. Ей ничего не оставалось, как часть дороги пройти по людному кварталу. Вместе со спутником она свернула в сторону лесопарка.

Коля остановился, пройдя десять метров среди сосен и елей.

— Катерина, постой немного! — взмолился он.

Молодая женщина остановилась по велению мужчины. Он схватил ее руку, потом обнял. Из ее рук хризантемы плавно опустились в очередной сугроб, вслед за букетом в сугроб опустилась и женская сумочка. Коля поцеловал губы Катерины, если бы они были из металла, то он бы к ним примерз, но теплые губы женщины, после краткого и неожиданного поцелуя, дернулись и отвернулись.

— Ой, Коля! Не надо! Ты хотел поговорить, так говори!

— А что с тобой разговаривать! Ты все молчишь и на все предложения говоришь: нет!

— Пройдем немного по дорожке, — сказала Катерина, достала цветы и сумку из сугроба.

Коля шел рядом с Катериной, но недолго. Он остановился и вновь попытался приблизиться к женщине, но женщина отгородилась от него букетом и сумкой.

— Катерина, ты как собака, но не на сене, а на снегу. Нас здесь никто не видит!

После его слов в конце лесной аллеи показались парень с девушкой. Девушка бросила сумку в сугроб, и они обнялись.

— Посмотри, ты говоришь, что нас никто не видит, да нас уже копируют! На месте моей сумки в сугробе лежит сумка девушки, и они целуются!

— Пойдем, Катерина в ресторан!

— Не пойду, ты чего от меня хотел?

— Дай свой домашний телефон и адрес.

— Коля, хватит тебе и моего рабочего телефона.

— Катерина, тогда ты ко мне приезжай в командировку. Мы тему закрываем, изделие в серию пойдет.

Алюминиевые профили были новинкой, достойной внимания руководства фирмы. Группа конструкторов разрабатывала алюминиевые профили, используя большой опыт мудрых стран.

Что интересно, в одной восточной стране делали такой прочный алюминий, что его инструменты перепилить не могли, а химики при всем своем оплаченном желании, не могли полностью понять химический состав алюминиевого сплава.

Шеф сидел на своем рабочем месте, у него была изумительная, окладистая борода, и он любил повторять, как его встретили в городе Горном, где запускали в серию алюминиевые профили:

— Катерина, приехал я в город, а навстречу мне идет мужик и говорит: «Ой, Карла Маркса идет!»

В командировку в город Горный, Катерина приехала летом, скорее не приехала, а залетела с восточным ветром на самолете в столицу Уральских гор, а потом на автобусе доехала до города Горного. Ночь в чужом городе. В час ночи Катерина оказалась в гостинице при вокзале города, куда взяли ее по командировочному удостоверению. Коля о приезде Катерины в город не знал.

Утром Катерина с технической документацией поехала на завод. Город полукругом был окружен крупными заводами. В один из них надо было попасть Катерине. Она села в автобусе близко к кабине шофера.

Ее профиль отражался в темном стекле кабины. Автобус столкнулся с машиной, которая резко затормозила перед автобусом. Вмятина в автобусе была с той стороны, где она сидела. Шофер только успел открыть дверь, как Катерина выбежала из автобуса одной из первых. Потом она пошла на ближайшую остановку и опять села в автобус.

В задачу Катерины входила встреча с главным инженером завода. Заводоуправление размещалось в старом двухэтажном здании. На втором этаже находился кабинет директора и главного инженера. Директор был на месте, и из его кабинета иногда доносились слова, если кто-нибудь дверь открывал.

Судя по всему темной задачей директора на тот момент было… разведение свиней для заводской столовой. Главный инженер, красивый, высокий, пожилой мужчина спокойно встретил Катерину, они подписали нужные бумаги. Завод брал на себя выпуск алюминиевых профилей, но далеко не всех. Остальные заказы позже поместили на других заводах. Катерина вышла из заводоуправления.

С букетом астр ее встретил Коля.

— С приездом, Катерина!

Катерина взяла астры, она любила эти поздние цветы лета, но не знала, как ей отреагировать на внимание Коли.

— Привет! Я сегодня же уезжаю.

— Хорошо, что мне сообщили о твоем приезде, а то бы совсем не увидел.

— У нас есть время на прогулку.

— Ресторан не предлагаю, я на работе. Пройдем по территории завода.

Коля, заместитель главного инженера, на своей территории вел себя весьма официально. Катерина достаточно быстро оказалась одна и поехала в гостиницу взять свои вещи, потом села на электричку, которая доставила ее в столицу Уральских гор.

В городе Горном ее поразили люди, они в основном были невысокого роста, и только когда стали подъезжать к столице гор, в электричку стали заходить высокие парни.

О положительных результатах командировки Катерина доложила заместителю главного инженера фирмы, который руководил работами по разработке, изготовлению и внедрению алюминиевых профилей.

На доске почета завода весел профиль Катерины, всю конструкторскую группу сняли, за последние достижения в разработке и использовании алюминиевых профилей, изготовленных в горах.

Ефим приходил в КБ, вставал рядом с кульманом и смотрел на Катерину. Он был веткой сирени на асфальте. Напряженная работа Катерины всегда сопровождалась влюбленными мужскими глазами.

Из алюминиевых профилей в течение одного месяца сделали сто шкафов для контрольно-измерительной аппаратуры. Сборочный участок работал необыкновенно быстро. Шкафы не сваривали, как это было со стальными шкафами, их просто свинчивали.

Катерине предстояло за месяц разработать несущие конструкции семи блоков для одного из этих ста шкафов. Семь блоков за месяц — это много. Подобные задачи получила еще двое мужчин конструкторов. Когда на сборочном участке собирали три шкафа с контрольной — измерительной аппаратурой, народу набежало необыкновенно много. Кто-то сказал, что при сборке шкафа Катерины были допущены ошибки, на что рабочие сборщики ответили, что у нее было меньше ошибок, чем у других конструкторов.

Ефим всегда появлялся бесшумно, и еще он умел ждать. Если Коля, был командировочным человеком, то Ефим был свой, с того же отделения НИИ, где работала Катерина. Его можно сравнить с веткой сирени.

Рядом с Катериной, слева от нее сидела Арина, молодая женщина с полу длинными волнистыми волосами, которая сменила несколько фирм и вновь вернулась в КБ Катерины.

Арина приходила утром на работу, садилась за стол, снимала кольца, смазывала руки кремом, надевала кольца и поворачивалась к кульману, словно исчезала из поля зрения Катерины. Она была явно не равнодушна к Ефиму.

И Катерина иногда не могла понять, на кого он больше смотрит: на нее или на Арину? Арина была изящней Катерины, ходила стремительно на высоких каблуках, пользовалась хорошими духами. Арина показала в магазине духи Катерине, которыми она пользуется. Катерина купила эти духи.

И Ефим потерял ориентацию окончательно между ними. Вероятно, с этого момента он стал смотреть на Катерину, или он приходил вдыхать знакомый аромат? Весна влетала в окна, а на кульман Катерины кто-то положил ветку сирени. Она увидела уходящий силуэт Коли.

Ефим предложил Катерине разработать каталог алюминиевых профилей, но сказал, чтобы эту работу выполнила она сама. Он был вхож к руководству фирмы. Сам он часто к Катерине не подходил, но дополнительно оплачиваемая работа к ней поступала не без его участия.

Молнии не дремлют и над зонтиками. Женщина шла мимо здания под зонтом. Молния ударила в зонт. Женщина погибла. Коля и Ефим разговаривали о грозовых трагедиях, когда мимо проходила Катерина.

Коля, как всегда приехал в командировку, но на этот раз к Ефиму, у них была общая работа, но пропустить Катерину мимо себя они не могли. Коля менял города, где жил и работал, но не менял место своей постоянной командировки.

На Коле была черная рубашка, на Ефиме рубашка была ярких осенних цветов в полоску. Катерина удивленно посмотрела на рубашки, она слышала их тему разговора, но прошла мимо них без лишних слов. Одно к одному.

К Катерине подошла Арина и стала рассказывать, что ее кузину убило молнией через розетку, но это произошло в другой стране. Катерина удивленно посмотрела на Арину, что это все сегодня о молниях говорят?

А что могла добавить в эту тему Катерина? Что один ее родственник, был убит шаровой молнией, которая влетела в открытое окно. Коля подошел к Катерине, его интересовали каталоги о каркасах. Каталог был уже почти готов.

Техника по изготовлению каталогов была на таком уровне: пишущая машинка, клей, калька и тушь. Катерина писала текст, делала чертежи, копировщицы копировали чертежи, машинистки набирали текст, корректор — руководила работами.

Каталог был выпущен в количестве 500 штук, и разошелся по фирмам. Через некоторое время выпустили еще столько же каталогов, которые взял с собой Коля в один из своих визитов. Черная рубашка Коли стояла перед глазами Катерины, но говорили они только о работе.

Удивительное было время: постоянно менялось руководство страны или города, каждому руководителю от фирмы полагался подарок в виде очередной технической новинки. Несущую конструкцию любого подарка выполняло КБ. Работа считалась почетной, за нее немножко доплачивали. Может, поэтому так быстро менялось в те годы руководство страны, чтобы Катерине перепал лишний червонец?

Самым большим развлечением для сотрудников фирмы был сбор картофеля или сахарной свеклы. Все отделение выезжало на поле. Погода бывает доброй, а бывает, и нет. Если работать в здании, то дождь не помеха, если собирать картофель под проливным дождем, надев на голову мешки для сбора картошки, то это уже развлечение не для слабых здоровьем людей.

Мешки намокают быстро, куртки от дождя длительное время не спасают, зонт не раскроешь. Но осень на осень не приходиться, и бывает осень ослепительно золотой и теплой. Бабье лето.

Ефим после того, как собрали картофель со своих грядок, подошел к Катерине, и они ушли с поля через зелено-золотой лес. Листва слабо шуршала под ногами, трава еще зеленела, они шли по проселочной дороге и разговаривали. Ефим говорил и говорил. Катерина слушала его необыкновенно красивый тембр голоса.

До чего он был красив! Огромные, просто огромные глаза! Тонкий нос. Крупные губы. Чистый лоб. Форма лица такая, что нет такого актера, который мог бы его сыграть, ну разве что, один американский актер, который играл с Мадонной. У них еще была любовь у перевернутого дивана.

У Ефима и Катерины не было совместного дивана, даже перевернутого. Был лес в первой стадии осени. Волшебный лес. Они вышли на маленькую поляну. Он сбросил с себя плащ палатку, которую брал на случай дождя, но день был безоблачный и теплый.

И почему Ефим любил Катерину? Но он ее любил в безумном порыве наслаждения. Любовь на природе у них вообще хорошо получалась. Казалось бы, они устали от сбора картофеля с колхозных грядок, но усталости не было. Была радость обладания друг другом среди первозданного леса.

Безбрежное небо просвечивало сквозь еще почти не упавшую листву. Серые глаза Катерины лишь иногда смотрели в бездонные глаза Ефима. Они целовались! О, как Ефим мог целовать! Казалось, весь рот до последней клеточки участвует в этом великом наслаждении! Язык, его язык совершал чудеса в маленьком рту женщины.

Господи! Так никто не мог целовать! Два рта объединялись в сексуальном танце щек, губ, языков. Проникновение друг в друга с помощью эротического поцелуя, сильнейшее чувство! Под прикрытием поцелуя, руки совершили обряд обнажения.

Еще не холодно, еще бабье лето! Катерине нравилось его тело! Его приятно было коснуться, в него хотелось вцепиться, впиться всеми частями своего тела. И она извивалась в танце лежа. Они лежали на плащ палатке среди золотых листьев и зеленой травы.

Ефим умел любить, и он мог любить! С ним блаженство Катерина испытывала в полной мере, все ее внутренности стремились ему навстречу. Они любили друг друга, каждой клеточкой своих организмов…

Ефим за выполнение секретной работы получил столько денег, что ему хватило на новую отечественную машину. Редкость такой удачи по тем временам не комментируется. Арина и Ефим жили в одной кирпичной башне, но на разных этажах. У них были крошечные однокомнатные квартиры.

Арина в своей квартире смотрелась естественно, она была худощавой женщиной. Катерина несколько раз была в квартире Арины, но к Ефиму она никогда не заходила, ее только волновал вопрос: как он спит в такой маленькой комнате, если его человеческая высота почти ровна длине комнаты? Ефим стал подвозить Арину до работы на своей машине.

Отношения между Катериной и Ариной несколько натянулись. Арина привыкла к машине Ефима, и утром специально ждала, когда он выйдет из дома, чтобы с ним поехать. Любви обильный Ефим не мог пропустить Арину мимо себя, если она постоянно у него под боком: или живет, или сидит в машине.

Катерина на рабочем месте скорчилась от сильной боли. С каждой минутой ей становилось хуже. Не принято было в то время уходить с работы во время рабочего дня, надо было подписать ни одну бумажку на разных этажах огромного здания. Боль у Катерины становилась нестерпимо острой. Работу покидать нельзя, но если боль за пределами человеческого терпения?

Из последних сил она написала заявление, подписала его на этаже руководства, и, сгибаясь в три погибели, отдала его, только после этого поехала домой. Дома боль превзошла все ожидания. Катерина пошла в ванну, в ее руке оказался… маленький ребенок, сантиметров 15 длиной.

Состояние жуткое — держать в своей ладони создание, которое не выжило в борьбе за производственные успехи. Ощущение страшного момента позже преследовало годами. Интересно то, что все стареет.

Фирма в последние свои годы стала снижать дисциплину, появилась возможность прийти на работу чуть раньше или позже, но и уйти с работы со сдвигом во времени. Ребенка Катерины в 15 сантиметров длинной, можно назвать в честь космической станции и плащ — палатки в лесу «Кумир»…

Естественно, Арина первой узнала, что у Катерины был выкидыш довольно поздний по сроку беременности. Она посочувствовала в первую минуту, а во вторую спросила, то, что больше всего ее интересовало:

— Катерина, а чей это был ребенок?

— Чей? Лесного лешего в плащ палатке.

— Но плащ палатка есть только у Ефима. Он отец ребенка?

— Да! Арина, а у тебя тоже был выкидыш, но ты в этом не призналась. Мы сами догадались.

— Раз он отец твоего ребенка, так он отец и моего ребенка, чего тут рассказывать?

— Понятно, обе влюбились, а дети не получились. А ты не в курсе, у Ефима вообще есть дети, или одни выкидыши?

Женщины помолчали и разошлись к своим кульманам. Одинаковые духи разошлись по местам работы. Работа поглотила их полностью до следующего перерыва.

Катерина врачам о случившемся выкидыше, ни слова не сказала, да и мужу она ничего не сказала. Это только вездесущая Арина узнала, а если она узнала, то узнал и Ефим, но не Ваня. Ефим страшно расстроился, но не из-за Катерины, а из-за себя, оказывается, такое происходит со всеми его женщинами: они его детей не донашивают. Вот тебе и любовь.

Несколько разработок Катерины попали на выставку ВДНХ, так тогда назывался лучший выставочный комплекс. На выставку Катерина поехала с Колей. Посмотрели они на свои изделия и пошли смотреть, а что интересного есть в других павильонах.

Приятно с приятным человеком ходить по выставке: тут посмотришь, там поешь, здесь погуляешь, а то и проедешь на местном транспорте. Выставка такое место: гуляй, с кем хочешь, все равно знакомые растворятся в общей толпе и ты там никому не нужен. Но мир тесен.

На обратной дороге проходили Катерина и Коля мимо павильона со своими изделиями и столкнулись с Ефимом и Ариной. Перестрелка четырех глаз закончилась тем, что все сели в машину Ефима и поехали домой, а Коля, как всегда в гостиницу.

Фирма в период своего расцвета была огромной. Чтобы управлять большим числом очень умных людей, работающих на вершине науки и техники, была введена суровая дисциплина. Рабочий день на всех этажах начинался одновременно в восемь часов утра. Инфаркт у проходной был нормой, а не исключением из правил.

Напряженная работа, связанная с разработкой контрольной измерительной аппаратуры, необходимой для контроля изделий, разработанных для космической станции «Кумир», даром не прошла.

Совершенно случайно Катерина узнала, за что Ефим получил такую большую премию. Его подразделение разработало секретное оружие: магнитный луч попадал в металлическую часть на одежде человека и пронзал его насквозь, человек погибал мгновенно на глазах, стреляющих…

Катерина задумалась, так значит, а то и значит, что свою первую жену Ефим сам и убил из своего секретного оружия, ведь она погибла напротив его окон, именно там находится его подразделение! А сделал он это во время грозы. Умный мужик.

Так, а не мог ли он быть той самой молнией, которая достала сына Коли? Нет, здесь все серьезней. Мысль Катерины оборвалась. Страх пронзил ее насквозь: и она его любила? Любила.

На следующий день Катерина услышала о смерти еще одного человека. Люди сказали, что у него произошел инфаркт рядом с проходной. Катерина поняла сразу, кто стрелял в длинный зонтик, который был у погибшего человека. Зонт он всегда носил с собой, даже если не было дождя. Окна Ефима недалеко от проходной, просто они на два этажа выше. Катерина посмотрела на себя в поиске металлических частей, увидела сережки…

Но не в сережки ведь он будет стрелять? Жутко. Просто жутко стала девушке. Она поднесла магнит к сережкам, но они не магнитили, и она успокоилась.

Охранники никогда не переходили проходную, в здании царили свои законы и своя охрана. Смерти у проходной были столь естественны, что родственники уголовных дел не возбуждали, и расследований никто не проводил.

Смерть от магнитного луча больше всего напоминала инфаркт.

Ефим позвал Катерину в кафе, ему надо было сказать ей, что у него скоро будет хорошая иномарка. Она сразу подумала, что Ефим опять что-нибудь придумал.

Вся любовь в ней к нему умерла, она больше не стремилась с ним к близости, ее задача была одна: выжить, не говорить ему того, что ему неприятно: опасно! Катерину вновь загрузили новой работой, целую серию блоков она разрабатывала, потом унифицировала, дел было много.

Катерина отошла на второй план Ефима. Арина заметила, что Ефим ее больше не возит на своей машине.

Как-то Ефим ждал Катерину в машине с открытой дверцей. Когда она проходила мимо, он так вытянул вперед ногу, что она вполне могла споткнуться.

Женщина села в машину, как в ловушку. Ловушка — легковушка… Машина сразу тронулась с места и повезла Катерину на новую квартиру Ефима. Теперь у него была двухкомнатная квартира.

В квартире сидел вечный командировочный — Коля. Катерина поздоровалась с ним, и ей тут же предложили приготовить ужин. Она ушла на кухню. Мужчины беседовали.

За столом они открыли ей страшную тайну, о которой частично она уже знала. Катерине предлагали разработать дизайн нового оружия. Практически оно работало, но внешний вид у него был неприглядный.

Коля выступал в роли поставщика металла для оружия. В качестве аналога ей дали пистолет, который мог бы лежать на ее рабочем месте, для всех это просто игрушка, но новое оружие не должно напоминать внешне пистолет.

Из нового оружия пуля не вылетала, из него выходил магнитный луч, вызывающий инфаркт человека. Луч прекращал работу сердца. Он работал, как тромб. Внешних повреждений на человеке не было.

Катерина согласилась работать над новым оружием. На этот раз мужчины ее пальцем не тронули: ее ум им был важнее ее тела.

Как-то Катерина забылась, взяла в руки пистолет и пошла к Ефиму, показать новые прорисовки. Люди давали ей дорогу. Она не сразу сообразила, что другие в пистолете видят пистолет, а не образец которому и надо и не надо следовать.

Арину в подробности новой работы Катерины никто не посвящал. Катерина вышла из конструкторского зала за водой. Вода находилась в титане, эта такая нержавеющая конструкция вместо самовара.

Арина взяла пистолет со стола Катерины и прицелилась в кульман, потом повернулась и выстрелила. Грянул выстрел. Выстрелом Арина разбила чайник, который несла Катерина.

Кипяток разлился. В руках Катерины осталась ручка от чайника.

— Катерина, я думала это игрушка у тебя на столе лежит!

— Арина, это аналог конструкции нового прибора.

На выстрел из-за всех кульманов высунулись лица людей, посмотрели, что все живы и уткнули носы в свою работу.

Новое оружие назвали «Астра». Зачем нужно было это название? Для того чтобы в разговорах звучало название цветка, о приборе в явном виде говорить было нельзя. Внешне прибор напоминал фотоаппарат с выдвинутым вперед объективом, необходим он был для защиты власти от демонстрантов.

В стране нарастал кризис, расстрел демонстрантов дело негуманное, но иногда необходимое. Фотоаппаратом убирали наиболее ярых поборников демократии и лозунгов. Фотоаппарат направлялся на кричащего человека, или несущего неправильный лозунг, человек умирал сразу или через день, все зависело от его здоровья.

«Астра в действии», — передавали информацию друг другу люди в штатском.

Катерина после выполнения этого задания тут же была загружена другой работой. Ее не пускали на демонстрации, ей мало давали выходных. Она работала. Она никому ничего не говорила.

Ефим купил себе иномарку, которую хотел. Катерине таких денег не платили, ей платили больше других, но меньше избранных. Мужчины держались от нее подальше.

 

Глава 6

Через три дня после демонстрации, в конструкторский зал в гневе ворвался Ефим и закричал так, что все конструктора вздрогнули и на него посмотрели:

— Катерина, ты, что издеваешься?! Ты подсунула фотоаппараты вместо «Астры»!

— Успокойся, Ефим! Я, действительно, отдала пару фотоаппаратов.

— А я глупец не проверил. Я тебе верил! Где «Астра»?

— Слушай, в этой демонстрации участвовал отец Арины. Он написал ужасный лозунг, его бы одним из первых сняли «Астрой»!

— Что ты мне про отца Катерины говоришь! Мне нужна «Астра»!

— Сядь, все готово! Первый образец Астры сегодня можно испытать. У тебя дома мышки нет?

— Нет, только две мухи залетели в окно, а больше никого нет. Ты мне столько вариантов Астры показала, что я даже не представляю, как сейчас выглядит моя разработка!

— И, правильно, варианты есть, но мне больше понравился вариант, выполненный в виде приборчика с антенной. На маленьком жидко — кристаллическом экране видна цель. Антенна служит дулом, она полая внутри, через нее луч проходит и попадает в цель. Если сделать «Астру» в виде пистолета, то все сразу поймут, что в руках у тебя, оружие, а так прибор больше похож на портативный приемник. Прибор с магнитным лучом готов.

— Нас за обман по головке не погладят!

— Победителей не судят! А мы победим! По этажам кошки бегают, возьми одну.

— Не возьму.

— Пойдем в подземелье, пока гражданская оборона отдыхает, воспользуемся стрельбищем. Надо взять с собой представителей заказчика.

Катерине по ее заказу сшили летнее платье. Подол платья был выполнен волнами, обшитыми тесьмой. Стройная женщина с новым оружием в руках и в новом платье спускалась в подземелье.

Ефим шел следом в сопровождении суровых мужчин в костюмах. При виде облегающего платья с уникальным подолом мужчины закрыли рты и ничего Катерине не сказали по поводу ее обмана с фотоаппаратами, сами виноваты. Мужчины в штатском принесли с собой клетку с мышами. На мышах торчали различные металлические предметы: ошейник, антенна, монетка.

С первого взгляда могло показаться, что луч от металлического предмета оттолкнется и вернется в того, кто стреляет, то есть луч будет являться бумерангом, но в этом был весь юмор изобретательного Ефима.

Металлический предмет, даже если он не магнитный, притягивал странный луч, в области воздействия луча возникало странное поле, которое воздействовало на сосуды человека, и они перекрывались мгновенно. Первый выстрел сделал Ефим, чтобы показать и доказать, что для него оружие не опасно.

Мышка бежала, хвостиком вильнула. Антенна на ней качнулась. Мышка дернулась и упала. Люди в костюмах заулыбались и встали в очередь пострелять. Мышки бежали, но все упали. Звука выстрела не было слышно, испытания проходили бесшумно.

Катерину и Ефима поздравили с большим успехом, и сказали, чтобы даже слово «Астра» лишний раз они не произносили. В серию изделие запустят в другом месте.

Довольно часто в шахтах всех стран происходят неприятные события, человеческие жизни из-за загазованности подземелий висят на волоске от бытия.

Катерина приехала посмотреть шахту, на которой произошли трагические события: выход метана погубил шахтеров.

Смелая женщина не спустилась в шахту. Она с ужасом посмотрела на шахту, на черный лифт, или его еще клетью называют, на все снаряжение шахтера. Она решила, что лучше разработать прибор, удобный для каждого шахтера, и поместить его рядом с фонариком на каску, пусть он пронзительно пищит в случае обнаружения малейшей дозы метана. Важно, чтобы прибор не был дорогим, иначе его не дадут каждому шахтеру.

Разработчик для такого прибора нашелся, он стал лучшим другом Катерины на время разработки. Датчики обнаружения метана были разработаны, существовали разного типа пищалки.

Предстояло объединить: электронику, датчик, пищалку и поместить во взрывозащищенный корпус, который бы мало весил и был на голове шахтера, то есть на его каске. Женщина разговорилась с симпатичным шахтером, оказалось, что ему для отдыха после шахты нужны рыбки в аквариуме. Дома он держал огромные аквариумы с разными хитростями и большое число рыбок, очень любил смотреть на водоросли.

Новый прибор, призванный защитить любителя аквариумов, назвали «Хризантема». Первый образец прибора попал на западную выставку. Прибором заказчики остались довольны, но Катерине предстояло подготовить серию этих приборов, чем она и занималась, успев влюбиться в разработчика «Хризантемы».

Стройный мужчина с небольшой сединой приятно действовал на впечатлительную женщину. С ним хорошо работалось, изделие получалось высшего класса! Вот в чем беда Катерины: она вместе с мужчинами разрабатывала изделия, и эти изделия становились ее детищем, но не больше 15 сантиметров в длину!

У разработанных приборов оставалась одна проблема, как бы удачно они не получились, каждому шахтеру их никто не выдавал.

Приборы засекретили. Слово «Хризантема» запретили. До любви с разработчиком дело не дошло. Катерину срочно перевели работать в другое место.

На новом месте Катерине предложили разработать очень серьезный прибор, до нее его уже разрабатывали, но главный разработчик погиб и прибор завис. Прибор в семь раз был сложнее «Хризантемы». Задача Катерины: сделать то, чего другие сделать не смогли. К работе приступила группа разработчиков.

Один мужчина частенько подходил к Катерине не только на работе, но и на улице. Как-то шел и улыбался, до Катерины оставалось метров пять, но мужчина странно завалился на глазах женщины.

Она заметила быстро уходящего мужчину в костюме, который ловко сел в машину и уехал. «Астра» — подумала она, и прошла мимо трупа влюбленного в нее мужчины. Она не могла остановиться рядом с ним, только мельком посмотрела на пожелтевшее лицо.

Отсутствие рядом явной соперницы вдохнуло в Арину адреналин. Работа конструктора приносила ей относительный доход, одна ее приятельница занялась помимо основной работы продажей бижутерии из стекла и камня, Арина стала с ней подрабатывать.

На новый имидж денег она наскребла. И они решили с Ефимом ни много, ни мало пойти под венец, благо церковь к ним ближе, чем загс. По телефону Арина сообщила Катерине, что она теперь венчанная жена Ефима, что теперь их союз на всю оставшуюся жизнь. Катерина не особо поверила новости Арины.

И, действительно, через пару месяцев Катерина сообщила, что Ефим от нее ушел в свою двухкомнатную квартиру, а ее с собой не взял. Оказывается, Ефим тоже подрабатывал эти два месяца: он сдавал свою квартиру Коле.

Катерина закончила секретную и срочную работу, но богаче от этого она не стала, просто дальнейшая работа была более привычной и не сопровождалась набегами проверяющих комиссий.

Родители Арины старели на ее глазах, и она не молодела. Коля, словно услышал зов ее сердца и приехал к ней домой, наперекор всем и вся. Она, зная, что Ефим ее венчанный супруг не равнодушен к Катерине, приняла Колю должным образом, не оглядываясь на слова своих родителей.

Отец Арины некогда был главным разработчиком отечественных фонов, и так получилось, что квартира в данный момент у них была четырех комнатная.

Брат и сестра ее выросли, обросли семьями и уехали из квартиры. О большой квартире Арины, Коля услышал от Катерины, она бывала у нее дома. Коля решил, что такая квартира не должна пропасть, он не просто снимал квартиру у Ефима, он опутывал сетями Арину, в которые она и попалась.

Это Коля надоумил Ефима пойти под венец с Ариной и объединить свои квартиры. Цель была достигнута! Ефим охладел к ней. Коля был в квартире Арины! Ее родители жили в одной комнате. Оставалось еще три комнаты! Коля искренне пел любовные рулады Арине, подкрепленные жилищными условиями. Женщина не устояла, да и, что стоять, годы бегут.

Одна комната Арины была зимним садом. В центре комнаты стоял диван нараспашку, больше ничего не было, кроме светильников и многочисленных цветов, которые росли по периметру комнаты и свисали с потолка. В эту комнату и привела женщина мужчину.

Любовь среди домашнего леса — это что-то! А, впрочем, ситуация напоминала любовь с Ефимом на плащ палатке в настоящем лесу.

Коля оценил любовные условия, вожделенные комнаты окружали его, а цена их была рядом — любовь к Катерине, и желательно до загса. В качестве любовника он проявил три свойства: хвастливый, суетливый, верткий. Поцелуи Коли были переспелыми, чувственность в них явно была утеряна. Арине хотелось встать и уйти от него подальше, и она ушла в ванну. Струи воды успокоили, и женщина вернулась на место.

Предложение руки и сердца последовало незамедлительно. Смешно, но Арина согласилась. Она поняла одно, что такой муж сексом ее не будет допекать, а в качестве мужа без претензий он ей подходил. Коля оказался разведенным мужчиной, все документы у него были с собой. Путь к законным отношениям был открыт. Родители не возражали.

Законная супружеская жизнь началась со слов Коли, что у него аллергия на цветущие домашние цветы. Арина любила цветы всеми фибрами своей души, и они разошлись спать по разным комнатам.

Так бы они и вымерли, но у отца наступил юбилей, все его дети и внуки съехались в квартиру Арины. Коля вынужден был вновь стать супругом: одну комнату заняли родственники брата, вторую родственники сестры, и в результате Арина и Коля оказались вместе в комнате без домашней растительности.

На празднование юбилея пришли их друзья: Ефим и Катерина. В доме появились журналисты, вспомнили про первые серийные отечественные фоны, отец Арины не вынес популярности, через день после юбилея его не стало. Публика еще и разъехаться не успела, и юбилей перешел в похороны, газета посмертно опубликовала о нем статью о фонах.

У матери Арины на почве таких проблем, произошел срыв в головном мозге. Она осталась жива, но ее сообразительность сильно ограничилась.

Семьи брата и сестры захотели получить свой кусок наследства, но этого мать уже не понимала, зато всю ситуацию понял Коля. Он поговорил по телефону со своей очередной женой, объяснил, что происходит в семье Арины. Его жена развелась с ним формально из-за этой квартиры, а теперь кусок наследства становился таким малым, что не за что было и бороться.

У мужчины была еще и дочь, посмотрел он на ажиотаж, да и решил вернуться в свой дом, благо прописка у Арины у него была временная, на постоянную прописку не дали свое согласия ее родители, пока были в полной памяти.

Собрал Коля свои вещи и уехал, оставив Арину среди ее родственников и наследников. Квартиру решено было разделить на четыре финансовые части, две части доставались тому, кто брал на себя уход за больной матерью. Как из-под земли, в самую трудную минуту, перед Ариной появился Ефим.

— Арина, я знаю все о твоей ситуации, есть предложение: бери на себя уход за матерью.

— Она и так со мной остается.

— Объединим усилия, я знаю, что Коля сбежал от тебя, моя квартира пойдет на погашения наследства твоим родственникам, а я остаюсь в твоей квартире, на правах мужа.

— А Коля?

— Разведетесь.

— А Катерина?

— Я ей не нужен.

— А я?

— Ты спрашиваешь? Да я люблю тебя!

— Ты уверен? А если ты только мечтаешь о повторении того, чего давно нет?

— А мы повторим!

Родственники разъехались. Ефим перешел в дом Арины. У него не было аллергии на домашнюю растительность. Квартирные дела и разводы за год каким-то образом, но были решены. Ефим жил с Ариной на круглой кровати посреди домашних цветущих цветов. Мать ее вышла из кризиса, и мыслила вполне адекватно.

Арина, каким-то образом взяла в свое время пистолет со стола Катерины, когда еще разрабатывали «Астру», пистолет поискали, не нашли и забыли. А Арина взяла в привычку ездить по выходным одна в лес и стрелять по нарисованным мишеням, которые она с собой привозила. В ней затаилась злоба против Катерины и Ефима, но внешне вида она не подавала.

Счастливые улыбки пары, которые она случайно заметила, оскоминой сводили ее челюсти.

На проходной большие сумки часто просматривали до дна, маленькие сумочки не проверяли. Арина стала ходить с маленькой кожаной сумкой, в сумке она носила пистолет. Ефим носил с собой «Астру» во внутреннем кармане пиджака. Один образец, под предлогом усовершенствования, оставили разработчику нового оружия «магнитный луч».

Арина знала привычки Ефима, и решила пугнуть его пистолетом. Утром, когда он первым приходит на рабочие место, она не могла простить ему улыбку, адресованную Катерине. Позвонила она ему по внутреннему телефону, который точно не записывается нигде, и пошла в его служебное помещение.

Ефим, словно, что почуял по голосу Арины, и достал «Астру», положив приборчик рядом с собой. Арина, хоть и работала рядом с Катериной, но конструкцию и назначение «Астры» так и не знала. Катерина умела разговаривать с людьми, держа в секрете свою работу. Надо сказать, что она вернулась на свое рабочее место, после выполнения срочного и секретного задания на другой фирме.

Арина зашла в комнату Ефима, села против него на стул, слегка отодвинулась от стола, внимательно посмотрела на него, достала из кармана белого халата пистолет.

В это время Ефим взял в руки «Астру».

— Арина! Спрячь пистолет, или верни мне! Это я его дал Катерине! Он у нее пропал!

— Опять, Катерина! Молись, я стреляю на счет три!

Ефим, видя разъяренное лицо брошенной и любимой им женщины, не знал, что и делать! У него было время ее убить, но убивать ему не хотелось. Тут Арина еще раз подняла на него пистолет. Ефим, не поднимая «Астру» нажал на ней кнопочку, луч вылетел на пистолет Арины.

Рука женщины лежала на курке, но нажать не успела, так с пистолетом ее рука и опустилась. Она вся обмякла, и грохнулась на пол, как мешок картошки, но поле, при сборе урожая под дождем.

Ефим убрал в карман «Астру». В это время в помещение подразделения зашли две его сотрудницы. Они увидели, лежащую с пистолетом в руке Арину, посмотрели на бледное лицо Ефима.

— Ефим, что случилось?

— Она хотела выстрелить в меня, подняла на меня пистолет, да видимо сердце не выдержало, она только что упала.

Одна из женщин подошла к Арине.

— Она мертва. Что будем делать?

— Вам виднее, мне надо подышать.

— Идите, конечно, идите, вызовем, кого надо.

На следующий день в проходной появился траурный портрет Арины, с надписью, что она скончалось от сердечного приступа. На столике перед портретом стояли астры в вазе.

Катерина поняла почти все, когда вечером Ефим пришел к ней, тогда она достала прибор из его кармана, пока он был в ванне, посмотрела на счетчик лучей в «Астре». Счетчик показывал, что прибором пользовались, на нем стояло время, убийства Арины. Катерина ничего не сказала Ефиму, она вообще чаще молчала.

Ефим заметил все, и сказал:

— Знаю, ты залезла мне карман и посмотрела на счетчик магнитных лучей, не оправдывайся, я знаю, что ты знаешь про убийство Арины.

— Дальше…

— Иди ко мне работать!

— Опять пистолет в астре или хризантеме?

— Умница! Надо «Астру» модифицировать. Прицел должен находиться на экране. Без тебя дело плохо идет.

Через пару дней Катерина пришла в себя и пошла на тренировку, после тренировки ее слега покачивало. Она увидела березу и обхватила руками белый, шелковистый ствол дерева. Но береза сама обхватила Катерину своими ветвями и вжала в ствол. Девушка оказалась в стволе дерева.

Она медленно села на нечто напоминающее сиденье, которое под ее весом пришло в движение. Сиденье вместе с Катериной стало медленно опускаться под землю, при этом увеличивался диаметр помещения. Катерина почувствовала торможение, сидение остановилось. Ее окружал мраморный зал цилиндрической формы.

В какой — то момент времени перед ее глазами раздвинулись мраморные плиты, она увидела стекло, за которым находился туннель.

В туннели стояли лошади. Стекло медленно отошло в сторону вместе изображением лошадей. Она оказалась действительно в туннели, где ее ждал мини поезд. Она села в пустой вагон, поезд набрал скорость и устремился в неизвестность.

Катерина не успевала придумывать варианты места своего назначения. Поезд остановился без ее вмешательства. Девушка вышла из вагона, в котором было не более десяти кресел. В небольшой кабине не было машиниста, но поезд поехал дальше, словно не заметил отсутствия пассажира. Катерина оказалась на маленькой подземной станции без признаков жизни.

Вокруг царило запустение, которому было много десятков лет. Она сжалась от страха и безысходности, не видя выхода из положения. Ржавый металл не радовал, с потолка сочилась вода и уходила вглубь земли.

Под ее ногами были лужи, словно на рынке, где она была этим утром. Она посмотрела еще раз вверх и увидела полотенце, но не одно, их было много, они были связаны одно с одним.

Катерина полезла вверх по узлам из полотенец. Последнее препятствие она преодолела по металлической лестнице и оказалась в мраморном зале бани. Колодец, из которого она вылезла — закрылся.

— Нельзя быть красивой такой! — прозвучал под сводами бани мужской голос и добавил: И такой бедной.

— Вы кто? — прошептала Катерина, излучая свет из своих огромных глаз.

— Хозяин рынка, где ты покупаешь вещи и даришь. Я купил, подаренные тобой вещи. Кстати, на моем рынке их больше не продают, — сказал высокомерно Ефим.

— Хорошо, я не буду покупать вещи на вверенном вам рынке! — проговорила Катерина, вполне освоившись с ситуаций.

— Курточку, зачем сегодня купила и кому? Она тебе нужна? Нет! Тебе спасибо сказали? Нет! Что ты все раздаешь?! — гремел мужской голос под мраморными сводами.

— Я всегда так делаю. Покупаю вещи и дарю, иногда себе оставляю, — проговорила Катерина, не чувствуя за собой вины.

— Дареному коню в зубы не смотрят, — твоя любимая поговорка? — спросил мужской голос.

— Я сегодня видела хвосты двух коней, — заметила Катерина, осматривая помещение, в котором не находила никаких говорящих и смотрящих объектов.

— Не ищи, Катерина, меня ты не найдешь. Хвосты лошадей — именно то, что ты заслужила.

Катерина услышала щелчок, словно отключили говорящее устройство. Она села на мраморную скамейку, которой было несколько сотен лет, судя по ее сглаженным формам, но вскоре встала в поисках дверей обыкновенных. Она вспомнила цилиндрическую камеру, в которую опустилась из березы, и решила, что стены в помещении должны сдвигаться.

Девушка вновь села на мраморную скамью, и внимательно осмотрела стены, но ничего на них не обнаружила. Ей стало тоскливо в помещении без окон и дверей, но она помнила, что за ней ведут наблюдение, без этого она бы не слышала голоса хозяина западни. Такое состояние для нее было более чем мучительным.

Чтобы отвлечься, она стала делать упражнения одно за другим, не думая о том, где она и, что с ней. После того, как она окончательно устала, девушка почувствовала поток свежего воздуха.

Одна стена медленно отошла в сторону. Катерина быстро вышла из мраморного помещения и очутилась в деревянном помещении, в котором стоял деревянный стол и две лавки.

На столе стоял кувшин с водой, и лежала пачка шоколада. Она выпила воду почти всю, съев несколько квадратиков шоколада, посмотрела вокруг себя, не надеясь найти дверь среди одинаковых досок, окружавших ее со всех сторон. Девушка поставила кувшин на сиденье, положила рядом остатки лакомства, и легла на длинный стол, сложив ладошки под щекой. Катерина уснула.

Ефим, мельком посмотрев на монитор, ушел по своим делам. Эта девушка его поражала любым своим действием и внешностью.

Он не хотел ей причинять зла, но и добро для него было не знакомо, однако он вернулся и нажал на кнопку, открывающую дверь.

Катерина проснулась от звука открывающейся двери, и быстро выбежала в следующее помещение, которое оказалось длинным коридором. Она пошла по коридору и невольно вошла в открытые двери, которые немедленно за ней закрылись. Девушка оказалась на площадке, которая под ней закрутилась, и остановилась, когда она потеряла ориентир, откуда вошла. Катерина осмотрела комнату с единственной дверью, она толкнула дверь, за ней оказалась ванная комната.

«Хоть так», — подумала она, не задумываясь о выходе из этого помещения. Вверху комнаты открылся люк, из него посыпались пионы. Люк закрылся. Открылось небольшое окно в стене, из него выдвинулся стол с едой. Окно закрылось. В стене появились жалюзи, за ним открытое окно. Катерина подошла к окну, но это был мираж, но стол с едой оказался настоящим.

Катерине ничего не оставалась, как вспомнить этот день. В памяти всплыло, как продавец рьяно оторвала с проданной куртки этикетку, отвлекая покупателей от сдачи. Покупатели действительно забыли обо всем, и пошли по своим делам, перешагивая лужи. Катерина знала свои финансовые возможности, и радовалась тому, что могла купить и подарить. И эту курточку она подарила, а человек ее сразу одел и пошел.

Тогда она пошла и купила еще вещи и тоже в подарок. Еще вчера она пыталась найти себе дома некоторые вещи, и с грустью поняла, что это невозможно, она их в этом году купила много, но все подарила. А у нее были те, что подарили ей. Загадка.

Тогда она пошла и купила таблетки против аппетита, но они отлично отбивали все желания, кроме желания есть и есть.

Катерина взяла в руки переносной телефон, и поняла, что звонить она никому не хочет.

Она погрузилась в состояние с полным отсутствием всех желаний и пришла в тихий ужас от своей аморфности. Усилием воли она подняла себя, включила ноутбук, но он завис. Она посмотрела в окно, шторы отнес в сторону ветер, в такие минуты в ее телевизоре менялся звук по чьей-то воле и вырубался ноутбук. Как — будто кто отрывал этикетку от нее самой.

Девушка решила снять показания счетчика воды, но счетчик горячей воды купался в каплях воды и цифры не показывал. Пришлось использовать телефон для наведения мостов с людьми компетентными в этом вопросе, которые ей сказали, что надо было взять фен и посушить его. Она посмотрела на свои волосы и решила не сушить их больше феном для волос, раз он предназначен для сушки счетчиков горячей воды.

Катерина посмотрела на ноутбук, тот самостоятельно переваривал новые обновления. Все само работало и без ее вмешательства.

Девушка покрутилась у зеркала, ища недостатки в своей фигуре, замученной ограничениями в пище и усердными тренировками, и не нашла излишков. Фигура была в норме. Она могла лететь на другие планеты, вместо посещения рынка. За окном послышалось цокот копыт лошадей, она выглянула в окно, но ей осталось созерцать одни хвосты, сами лошади скрылись в листве.

«Достаточно», — подумала Катерина и быстро надела короткие брюки, футболку, легкую курточку. Она выскочила из дома, пытаясь сбросить с себя аморфное состояние. Она прекрасно понимала, что разговаривать не с кем не хотела.

Ветер обласкал ее прохладой. Птички пели на три голоса. Голос вороны на фоне соловья звучал несколько скрипуче. Птички синички выводили нечто мелодичное. Катерина вышла на улицу, прошла метров сто и увидела странную пару, состоящую из дятла и белки. Они стояли на земле и похоже разговаривали. При виде девушки белочка прыгнула на ель, а дятел немедленно взлетел к ней поближе.

Катерина прошла еще пять метров и наткнулась на поваленные березы с еще зелеными листочками. Ей захотелось побежать, в этом месте дороге ей всегда становилось тревожно и она, набирая скорость — бежала, прекрасно зная, что метров через сто перейдет на шаг. Дальше дорога проходила рядом с домами. Она шла на тренировку.

Вначале она занималась у одного тренера, которая заставляла сгибаться и разгибаться с бесконечно медленной скоростью, застывая в странных позах по минуте. Потом она шла в бассейн, где другой тренер заставлял бегать лыжным шагом, плавая в воде с легким прутком в руке. После столь интересных тренировок она пошла домой, не замечая пенья птиц, и невольно остановилась у березы, которую на этом месте никогда не видела…

Ночью Катерине снился сон…

…Я тень, я живая, я спряталась под сводом подошвы Игната. Он засмеялся от легкой щекотки и почесал ногу, а заодно коснулся меня. Мне приятно, я еще больше полюбила его и свернулась в маленькое овальное пятно, чтобы не исчезнуть вовсе, и пошла вместе с ним. Он подошел к бассейну, сбросил меня вместе с башмаками и нырнул в воду. Нырнул неудачно, не было у него прибора Клапана жизни. Свернул он себе шею о дно бассейна. Подбежала охрана, его выловили и отвезли в больницу. Любая операция стоит денег. Летняя ситуация со свернутыми шеями врачам хорошо известна, не все ныряльщики выживают. За Игната заплатили наличными и ему сделали сразу две операции. При первой операции вынули нижнее ребро, при второй операции ребро вставили в шею. С двумя швами он вернулся в жизнь, но башмаки ему еще не светили, он лежал. Я, как его тень, отдыхала, я научилась жить под поднятыми частями тела Игната. Ему было очень плохо, а я его утешала, как могла. Он моего присутствия не чувствовал. Я проснулась, перевернулась, посмотрела на черную ночь за окном. Я встала, подошла к окну, посмотрела на далекие и близкие звезды.

А тут Катерина превратилась в тень самой себя и потонула в странных мыслях…

…Приятно находиться в тени, и смотреть на то, как солнце, освещая своими лучами царственных особ, теряет свою неиссякаемую энергию. За окном: небо, солнце, шум самолетов, листья, вымытые последним дождем. Там все, тут нечто. Где я — там тень. Тень создается вольно и невольно, или это она сама всегда находит себе прикрытие? Вероятно так. Я — скромнейшая. Я — величайшая. Я — госпожа всевидящая тень. Я родилась. Я появляюсь каждый день, каждую секунду, каждый миг. Я везде, я повсюду. Меня знают все, я всевидящая тень событий. Я под каждым листком. Я под каждым кустом. Меня нет на солнце. Меня любят в жару, меня обожают, ища у меня прохладу в знойный час. Меня увеличивают в размерах, строя дома и подземные переходы. Иногда ко мне стремятся сильные мира сего, и я их на время скрываю в прохладных залах их дворцов. И однажды я, прохладная на чувства Тень влюбилась в Игната, он был обворожительным мужчиной. Я уже говорила, что люблю свет, из-за него и существую я — Тень. Он лежал под балдахином из утренних лучей, они струились из круглого окна в потолке, они сползали по прозрачной занавеси к его божественным ступням. Игнат был весь на свету. Весь. У меня не было возможности подойти к нему. Я хотела подкрасться к нему, приласкать своей прохладой и не могла. Я была бессильна. Я стала маленькой, маленькой, я спряталась в его башмачках и стала ждать, когда ко мне придут его благословенные солнцем ноги. Кем я могла бы стать в его башмаках? Только маленькой, крошечной девочкой. И почему его башмаки так малы? А то я стала бы тенью! Мечты, мечты, как вы прелестны! Но еще прелестней Игнат! Рядом с ним я теряю свою силу, свое могущество, он прямолинеен в мыслях и чувствах. В его душе нет места для меня.

В такие минуты люди превращаются в перелетных птиц. Дом остается — домом, а человек летит куда подальше, где все другое, где цветут магнолии и обрушиваются водопады с гор, или дождевые водопады. Но это все там, за горизонтом. Человек спешно собирает вещи, на это всегда мало врем. И летит, летит…

 

Глава 7

Через некоторое время ситуация на работе несколько изменилась.

— «В том краю, где бродят метеоры, космонавты в небо держат путь, вот они альпийские просторы, если хочешь, можно заглянуть…» — пела мысленно душа Катерины, и смотрела на бескрайнее небо, как ее глаза.

Почки на деревьях готовы были выстрелить листочками в пространство, согретое теплыми лучами. Земная благодать окружала ее со всех сторон, кроме одной.

А где солнце не светило? В ее душе солнце не светило, душа летела в космические просторы, где почки на деревьях не распускаются.

Зачем ей сдался алюминиевый космос? Начинка космолета, — это приборы, спрятанные в герметичных алюминиевых кружках. А где нужны такие кружки? В лесу у костра, значит она на земле, аксиома жизни и настроения доказана. Кому доказано?

Паршивое настроение не соответствовало весеннему настроению земли. Следовательно, пора уходить в подкорку сознания, в темноту своих мыслей.

Алюминиевый прибор стоял на столе, он уже совсем сформировался несколько лет назад в чужих мозгах, да так и не заработал, теперь это чудище земное надо было переделать так, чтобы оно заработало в космических просторах, и работало до тех пор, пока будет в космосе космический корабль.

Прибор отвечал за внутреннее, воздушное пространство корабля. Сложный приборчик, многофункциональный.

Почему у прежних разработчиков прибор не заработал? Вот он стоит и не дышит, не работает, он не доработан. Автор этой разработки некто А…, одним словом он давно лежит в земле, не смог разработать космический прибор для космолета, и его душа тут же, личной персоной посетила космос.

Его убрали за невыполненное космическое задание. Кто убрал? Это вопрос не ее компетенции.

Рядом с Катериной сидел еще совсем недавно некий Б…, окончивший институт с красным дипломом. Он разрабатывал этот прибор с предшественником А…. Его имя в данный момент украшает институт золотыми буквами и его скромную могилу.

Спился мужчина, и красный диплом ему не помог. После смерти своего друга он стал пить в обед джин с тоником. На работе этот запах кажется омерзительным, он не соответствует рабочей обстановке. И однажды он стал пить в день по бутылке водки, без закуски, через пару недель он умер.

Значит, люди умерли за этот прибор, а он треклятый стоит и не дышит, не мигает своими светодиодами, не замеряет положенные параметры. Они умерли, Катерине осталась их работа.

От таких дум прибор не заработает, и настроение не поднимется, не смотря на почки на деревьях, которые с рабочего места не видны. Прибор такой сложности в одиночку не разрабатывают, она не одна, их двое: Она и Он. От них зависит дыхание этого прибора и космонавтов в космосе…

Катерина перелистала конструкторскую документацию, оставшуюся на этот прибор, отобрала то, что можно использовать в новой версии.

Чертежи были выполнены на компьютере, но по ним чувствовалось, что они еще сыроватые, но некоторые вполне можно было использовать для дальнейшей работы. Она склонилась над собственной прорисовкой, сложного узла прибора, который надо было заставить выполнять свои функции.

Гремя ключами, в комнату ворвался Николай Николаевич, это он второй ум данного прибора, в новой версии. По внешнему виду Николая Николаевича, ни один человек не догадается, что именно его мозг стоит дорого, его вечно обтрепанные джинсы, говорили о его безразличии к своему внешнему виду.

Неприглядность его старого свитера не поддавалась женскому пониманию, даже его жены. Этот молодой мужчина был семи пядей во лбу.

Катерина боялась лишь одного, чтобы Николай Николаевич не спился, как его предшественник. Между собой они практически не разговаривали. Они всегда работали молча. Редкие диалоги возникали только тогда, когда интересы сталкивались на этом приборе. На работе они обычные сотрудники.

Кураторов у нового прибора оказалось великое множество, работу постоянно проверяли сторонние организации. Николай Николаевич трудился в обычном режиме, но все требования быстро выполнялись, если это касалось изготовления прибора, его частей, его комплектации. Вместе премии за свой труд или медали, фирма подверглась финансовым потерям.

Фирму подставили так, что она стала вся в долгу, как в шелку. Фирму именно подставляли, ведь предыдущая фирма, выполняющая этот заказ, полностью разорилась. Так Катерина оказалась крайней в этой работе. Быстро сказки сказываются.

Работа над прибором продвигалась, не смотря на финансовые неурядицы фирмы. За этот прибор никто не обещал золотых гор, но его надо было делать, и довести до полной работоспособности.

Они сделали прибор. Он заработал, все его семь функций выполняли свое назначение. Документацию делали и переделывали, сдавали и пересдавали.

И однажды позвонили:

— Спасибо за работу.

И вся награда.

Температура в офисе была ниже комфортной. Катерина достала плотный пиджак из шкафа, и стало легче переносить условия обитания.

Ефим вошел в офис с красным от мороза лицом:

— Когда, наконец, будет лето?!

Катерина посмотрела в окно:

— Солнце уже появилось!

Николай Николаевич оторвал взгляд от компьютера и повернулся к окну:

— Осталось добавить тепло, и будет лето.

— Как только дети в сугробах играют, там ведь холодно? — продолжил свою речь Ефим.

— Ефим, а ты видел, как дети строят снежные крепости и в них играют? — спросила Катерина, поглядывая на его замерзший вид в теплой тужурке.

— И, я о том же! — сказал Ефим, снял верхнюю одежду и окунулся в работу.

Тишина была недолгой, первым ее нарушил Ефим:

— Николай Николаевич, зашей мне микросхему на мой дверной код, чего я стою, как суслик у своего нового подъезда и мерзну, пока кто-нибудь мне двери не откроет?

— Ладно, сделаю, если купишь, — отозвался Николай Николаевич, не поднимая головы от маленькой платы, — Катерина, эта твоя конструкция универсального ключа не работает!

— Это почему же она не работает?! — возмущенно воскликнула Катерина и подошла к Николаю Николаевичу.

— Посмотри, твой цилиндрический ключ больше обычного, импортного, он не контактирует! — возмущенно сотрясал воздух офиса Николай Николаевич.

— У меня все правильно сделано, давай размеры проверим! — сказала Катерина, забрала цилиндр у Николая Николаевича и стала сверять размеры изделия с чертежом, — Вот, Николай Николаевич, посмотри, в этой партии не все размеры соответствуют чертежу, есть большие отклонения от номинальных размеров!

— Мне все равно, что ты говоришь, ты не понимаешь, что ключ не контактирует! — продолжал свою песню Николай Николаевич, не вникая, в слова.

Катерина пошла в монтажный цех, подняла всех на уши, заставила найти нужную деталь, сама ее доработала, вставила в ключ, проверила на двери, светодиод светился красным светом, сигнал шел, контакт был, но дверь не открывалась.

Она победно явилась в офис:

— Николай Николаевич, есть контакт, но светодиод светит красным светом, а не зеленым!

На тираду слов, Николай Николаевич откликнулся с лукавым выражением лица:

— Так я этот ключ, — он понизил голос, — для Ефима сделал, ключ, естественно здесь работать не будет.

Катерина вернулась на свое место и продолжила работу.

Дверь пискнула от ключа, в офис влетел Ефим:

— Катерина, дай чертежи на замок, закажем новую партию.

Она достала чертежи, и размножила их в офисе Ефима. Мужчины о чем-то умном заговорили. Она размножила чертежи, и оставила их на столе Ефима, красивейшего мужчины своего времени.

В ее компьютере на экране зеленые и белые линии большого чертежа заняли все внимание. В офисе все работали, звуки радио никогда не нарушали эту первозданную тишину. Дверь пискнула, вошел Ефим. Катерина выключила компьютер и подошла к шкафу с верхней одеждой. Они вместе покинули офис.

Метель мела мимо самолетов, домов, пешеходов, мимо напряженного состояния души.

Паяльник уткнулся своим носом в бесконечность пространства и излучал температуру пайки. Схема заработала.

Катерина разрабатывала новый прибор. Квадрат плоского экрана светил ровно перед глазами, он звал ее нарисовать новую конструкцию, он тянул к себе и отталкивал, но жизнь без него пуста и скучна.

Экран притягивает, как мужчина, или собирает мысли о них, что одно и то же, жизнь у экрана становится нормой, повседневной жизнью. Жизнь с клавиатурой под пальцами становилась реальной и скучно — нескучной.

«Еще одно удивительное явление происходит во время человеческой жизни, все фантастическое становится обыденным и естественным, а старая фантастика кажется слабым отсветом истории человечества. Человечество идет вперед гигантскими шагами, поедая все фантастические идеи» — она написала эту заумную фразу, и даже не улыбнулась.

Обычное серо-грязное небо маячило на горизонте, пропуская сквозь себя заблудившихся снежинок.

Чего хотела Катерина? Хорошо выглядеть и чувствовать себя на месте там, где она находилась. А любовь? Эта пресловутая богиня чувств под хрупким именем Любовь ее особо не манила. Она ее побаивалась в свете последних событий в жизни.

Она взяла в руки скрепку, распрямила ее, потом согнула до боли в пальцах. Что-то сегодня было не так. А что? Вчера она весь вечер изучала свою фигуру у зеркала. Что в нем увидела? Пыль. Обычную пыль на зеркале и подумала, что пора бы вообще протереть все в квартире от пыли с облагораживающим составом. А свою фигуру она видела в зеркале или нет?

Странно, она помнила пыль и не помнила своей фигуры. Куда она делась? Катерина посмотрела на себя в одежде, и на самом деле увидела себя сидящей на стуле и покрытой пылью.

Тогда она посмотрела в маленькое зеркало под экраном монитора и увидела на нем небольшие разводы пыли, но своего лица в нем не увидела.

«А видят ли меня люди?» — подумала она. За ее столом то и дело ходили люди, но к ней они не обращались. С ней не разговаривали. «Куда я делась?» — стала думать она.

В комнату вошел интересный мужчина и, не глядя в ее сторону, подошел к сотруднику.

Катерина узнала в нем Ефима! Они поговорили. «А я?!» — хотела крикнуть и промолчала. На мониторе были видны следы работы. Значит, она что-то делала? Вдруг монитор стал черным. Она посмотрела на себя и себя не обнаружила. Она тронула клавиши и ощутила их твердость пальцами, но пальцы не видела.

«Что за чушь?!» — хотела Катерина вскрикнуть, но не могла. Вдруг стало больно! На ее колени сел Ефим, и тут же вскочил.

— Кто здесь? — крикнул он невольно, и сам себе ответил. — Никого!

«Меня, что на самом деле не видно?» — опять пронеслось в ее голове. — «Но меня можно ощущать, это что-то». На пару секунд она замерла, потом тронула невидимой рукой чашку, выпила остатки чая и стала проявляться на глазах. Хорошо, что Ефим вышел из комнаты. Теперь она себя видела в зеркало.

Оставалось вспомнить, что было до того, как Катерина исчезла из поля видимости. Но этот момент полностью выпал из головы. Она посмотрела на сотрудников, в этот момент вернулся Ефим и подошел к ней.

— Катерина, ты, где была? Тебя взяли к нам на работу с испытательным сроком. Я сел на твое пустое место, а оно как зашевелится подо мной!

— А ты на своем месте сиди, тебе показалось, я выходила в цех, там новый кузов привезли, смотрела, что получилось. Я его столько прорисовывала!

— Понятно, а я думал, ты попала в зону невидимости, если ты была невидимой, скажи, тут есть одно аномальное облако, оно перемещается в пространстве, кто в него попадает, становится невидимым.

— Честно? Я была вчера дома невидимой и сегодня на рабочем месте, а ты сел мне на колени.

— Посчастливилось мне, я сидел у тебя на коленях! А так бы не сказала, что с тобой было. Страшно быть невидимой?

— Состояние жуткое, ощущение безысходности давит на психику.

— Я думаю, что вражеский разведчик залетел к нам в этом облаке и бродит по КБ и заводу. Об этом не говорят, но многие уже попали в состояние безликости.

— Обязательно разведчик?

— А кому надо у нас тут все высматривать, да выведывать?

— Нашел секреты!

— Тогда наши конкуренты.

— Ближе к истине, но удовольствие неприятное, хотя по художественной литературе весьма знакомое, — сказала Катерина и невольно вся передернулась, и в этот момент, на глазах Ефима она стала исчезать из поля его видимости.

— Ну, уж нет! — вскричал Ефим и попытался вернуть Катерину из зоны невидимости, но она исчезла, и он хватал пустой воздух.

Дома Катерину ждали дела, когда она их завершила, то написала опус.

Ефим посмотрел длительным взглядом на снежные завихрения за стеклом. Справа от него в лучах дневного света поблескивали яркие губы Нади. Она появилась совсем недавно, если Ефиму голову не поворачивать, то новенькой девушки ему совсем не увидеть.

Она паяла плату, шел недельный экзамен на ее профессиональную пригодность. Ефим, мельком посмотрел на Надю, в ее сексуальной пригодности не сомневался.

Его новые сапоги повернули свои носы в сторону Нади, но Ефим, набрался терпения и повернул их к своему рабочему месту. Вытяжка втягивала в себя отходы пайки, а Ефим пытался уловить запах духов новенькой. Какой он влюбчивый!

Как только появлялась новая обладательница губной помады на губах, так его неудержимо к ней.

Надя и Ефим сидели за одним большим столом и паяли. Они соперничали между собой, и при этом невидимая сила эмоций, тянула их друг другу, волнами страсти. Как они хотели друг друга!

Рука Ефима с наслаждением случайно касалась пальцев Нади, но у нее был муж, частенько поджидающий ее у дверей фирмы.

Надя блондинка, с большими глазами, всегда красиво подведенными, очаровывала всех мужчин в монтажном цехе. Ее невысокая, складная, сбитая фигурка провожалась мужскими и женскими взглядами. Страсть даже мысленная, наказуема; Надю перевели в соседний цех.

Ефим остался один за большим монтажным столом. Надя с мужем, сыном и маленькой беленькой собачкой жила в одном подъезде с Катериной, значит это она, Катерина направила Надю на это рабочее место.

Случайно люди на фирму редко попадали, их приводили знакомые или родственники тружеников фирмы.

Ефиму на плату не хватало элементов, он подошел к комплектовщице, та, сидела за компьютером и гоняла карты по экрану.

Иногда у нее были простои. Девушка высокомерно выслушала Ефима, записала то, что он просил, и сразу карты исчезли с экрана, она занялась прямыми обязанностями.

С Ефимом у нее любовь вспыхнула и погасла, остались ревнивые взгляды друг на друга. Любовь у них не склеилась. Зато Ефим, стоя рядом с ней, косил глаза в сторону Нади.

А, что делать ему, взрослому, холостому, среди красивых девушек, местного значения?

Надя, окинув взглядом мужчин в монтажном цехе, однозначно выбрала Ефима. Они выбрали друг друга из окружения, но еще не дошли до слов и прикосновений. Если бы Надя была мужчиной, он бы с ней за руку поздоровался, а так ему надо ждать случая.

У Ефима появилась уверенность, что он понравился Наде, и с этого момента он стал ей все делать наперекор. Их верхняя одежда висела в одном большом шкафу, Ефим стал вешать куртку в другом помещении, чтобы случайно не столкнуться руками с Нади.

Они перешли на стадию воздушных волн. Их притяжение нарастало медленно, воздух пропускал заряды их любви, вытяжка эти заряды высасывала из комнаты. Надя заметила взгляды Ефима, мысленно усмехнулась: она ждала его внимания, и ей захотелось большего, но для большей победы, нужно прилагать усилия.

Катерина сидела за компьютером, прорисовывая очередную разработку.

Человек, с серьезным именем Николай Николаевич, сидел недалеко от нее, выдумывая новую конструкцию неизвестно чего. Неожиданно он спросил:

— Катерина, ты любишь перлы? Могу посодействовать и подарить тебе любой жемчуг, имеющийся на земле.

— Куда вас занесло. Вы на мне жемчуг видели? На мне всегда перламутровая помада, перламутровые тени, иногда перламутровый лак на ногтях, — вот и весь набор перл.

— Не густо. Ради чего мы разрабатываем оснащение жемчужной плантации, расположенной в лагуне Нетронутого острова?

— Это наша работа и все. Жемчуг — побочный продукт наших разработок, а не цель жизни.

— Катерина, а тебе не нужен жемчуг молодости?

— Зачем? Нашли моложе меня исполнительницу ваших мыслей? Если она моложе меня по возрасту, то она еще в школу ходит, и все мои усилия быть младше ее — напрасны.

— Но ты можешь лучше ее выглядеть!

— Да?! А зачем? Электронные капсулы молодости лежат рядом со мной в шкафу.

Люди за них деньги платят, а я на них корпус съедобную оболочку перерисовываю, новую форму запускаю в производства.

— И ты не съела ни одной электронной таблетки? Они рядом с тобой лежат!

— Это моя работа, а я свою работу не ем.

— О, на твоем белом халате я вижу перламутровые пуговицы!

— Это мне купили рабочую униформу, точнее белый халат с перламутровыми пуговицами, чтобы он делал мою фигуру бесформенной.

— Пожалели настоящий жемчуг на твои пуговицы.

— Николай Николаевич, вы чего сегодня завелись на жемчужную тему? Что-то произошло?

— Ты хоть знаешь, что на Нетронутом острове из перламутровой камбалы должны вылупиться марсиане? Точнее неизвестные существа.

— Вам сегодня сон жемчужный приснился?

— Нет, по телевизору видел. Ты меня не понимаешь, а наша новая сотрудница, меня понимает.

— Так, уже ближе, но она меня не младше.

— Катерина, извини меня конечно, но она выглядит моложе тебя.

— По слухам она жемчугом молодости питается, а сама уже сушеной воблой стала, или, простите, камбалой. Это вы с ней на пару марсиан производите? Люди у вас уже не получаются?

— Зря я с тобой заговорил! Ты сегодня не очень добрая. Я в тебя сейчас запущу электронными таблетками, авось съешь, чтобы не отставать от других. Ты меня не хочешь слушать, а одна янтарная дама хочет изобрести золотистую энергию молодости.

— Знаю, мы ведь будем делать для нее золотистые стенды для химических работ.

— Хочешь, добуду тебе золотистую капсулу, содержащую энергию молодости?

— Это уже глупость. Золотистые капсулы я сама чертила, она их чем-то заполнит.

— С тобой не поспоришь.

Они замолчали.

В комнату влетел Ефим.

— Чего теперь изобретаете, умы, вы наши конструкторские?

— Фрезы для нового города на Пологих горах, — ответила Катерина.

— Катерина, ты шутишь или издеваешься надо мной? Ведь все получилось, почистили гору в нужном месте, получили площадки с ровной поверхностью, какие натуральные, а какие сделаны из крошки. Слух прошел, народ едет, не бедствует. Есть новая работа, господа конструктора!

— Выкладывай, Ефим, — протянул недовольно Николай Николаевич.

— Что если…

— Обойтись без перлов, и сварить перловую кашу, — договорила за него Катерина.

— Нет, что если…

— Купи нам машины с перламутровым покрытием, и оставь нас в покое, — сказал Николай Николаевич.

— Ближе, что если, мы все полетим на жемчужную плантацию, на ней выращивают жемчуг с сексуальным эффектом.

— Кто про что. Ефим, на старости лет у тебя крыша слетела? — спросила ехидно Катерина.

— Я пошутил, вам для реанимации надо прибор переделать. Сердце надо возвращать к жизни в любых условиях.

— Мы это уже делали.

— Замените в конструкции аккумуляторы на солнечные батареи, которые использовали для полета на планету Рай.

— Ефим, а ты умен. Точно, это хорошая мысль, — заулыбался Николай Николаевич.

Ефим, довольный тем, что его идея получила одобрение, покинул лабораторию корпорации предвиденных обстоятельств.

Катерина окунулась с головой в работу, у нее возникло ощущение, что она всю сознательную жизнь знает Ефима, еще с тех пор, когда он хотел быть детективом, а не конструктором.

Летающие, блестящие снежинки — бальзам на душу и настроение. По краю асфальта под легким снегопадом Катерина могла идти и идти, без всякой конкуренции: люди предпочитали ехать в машинах и в автобусах.

Пусть едут. А она проходила по краю снегопада, пока она шла, аура — очищалась, она возрождалась, набиралась астральных сил без всякого человеческого обмена энергиями. Сейчас модно искать крайнего в изъятии внутренней энергии, так вот, Катерина энергию брала из космоса летающих снежинок.

А вчера она встретила долгий и продолжительный взгляд любимых глаз Ефима. Дал ли этот взгляд дополнительную энергию? Неизвестно, но нечто человеческое — дал, остатки любви или начало новых Катерин на отношения между нами. Кто бы знал, как она не хотела его любви в свое время, но потом привыкла, и он оказался снежным бальзамом ее души.

Часть дороги весьма пустынна, хотя шоссе от ее дороги недалеко находилось. Однако в одном месте своего снежного пути Катерине всегда было жутко: из-за этой внутренней жути ей иногда идти не хотелось по этому пути. У дороги находился выход теплоцентрали, точнее, выход колодца больших размеров, прикрытого решеткой. Сквозь решетку дул теплый воздух, поэтому на решетке часто лежал человек в драповом пальто. Остановка автобуса от его лежанки находилось метров в двадцати, но этот человек всегда внушает ей ужас.

В душе леденело, когда она по кромке дороги обходила лежбище этого человека. Недалеко от этого страшного места, стояла фирма: ухоженная, украшенная, но до нее еще надо было дойти…

Струйка крови ярко выделялась на белом фоне, выпавшего снега. Катерина готова была пробежать бегом мимо страшного колодца, но краем глаза она увидела, что на решетке сидит не конь в драповом пальто. На решетке сидел Ефим! Это был он! Катерина остановилась, как вкопанная, с ужасом взирая на кровь и Ефима.

— Катерина, остановись, я ранен! — сказал Ефим, держа руками ногу ниже колена.

— Ефим, какими судьбы ты здесь, да еще весь в крови? Скорую помощь или такси вызвать? — спросила Катерина, не зная, что делать в такой ситуации. — Кто тебя ранил?

— Не поверишь, но я увидел тебя из автобуса одну среди снега, выскочил на остановке, решил подождать, сел на решетку и в ногу мне вонзился острый предмет. Я вытащил из ноги металлическую шпильку, заточенную с двух сторон, одной стороной она была вставлена в этот колодец, а другой торчала, но сквозь снег я ее не заметил и напоролся.

Ефим показал Катерине острую шпильку в крови. По телу Катерины прошла дрожь. Совсем недавно она встречала такие острые, черные шурупы, и эта шпилька была того же качества: острая и жесткая. Буквально два дня назад она, не думая о Ефиме, сама вбивала такой шуруп молотком в стену.

Она била по шурупу с размахом, со всей силы, с ожесточением. Шурупы требовали вкручивания, но на это сил у нее не хватало. Шуруп вылетел из уголка, с закрепленными на них лесками для сушки белья. Вылетел примитивный, жирный и мягкий шуруп, а вбила она вот такой острый, черный…

Почему она испытывала ужас, но не испытывала жалости к мужчине? Ей не было его жалко, вероятно потому, что еще живо его пренебрежительное отношение к ней. Остаточная деформация его унижений.

Катерина пошла на свое рабочее место на заводе. Кто любит запахи парфюмерии, а она любила запахи механического цеха, запах станков, масла и стружки. Любила тихий гул работающих станков, любила рабочих за станками и технологов их опекающих. Любила чертежи, и даже перечеркивание ошибок.

Она шла мимо цехов, смотрела на станки, дышала заводскими запахами и насыщалась астральной энергией производства. Здесь производили новейшую технику. В эпицентре производства отличная — аура.

Ее рабочее место находилось дальше механического цеха, она поднялась на второй этаж, прошла длинный переход, соединяющий два здания, и оказывалась в здании, выполненном из листов неизвестно чего, но всегда холодном.

Окна по периметру излучали холодный воздух из всех щелей. Здесь и сидели технологи и конструктора, они — морозоустойчивые. Катерина не вынесла холода и в обед стала скатывать газеты в плоские трубки и втыкать их во все явные щели. Потеплело.

Ее любимой прической стал парик, она его держала в тумбочке стола. Она приходила на работу, снимала шапку, надевала парик и работала. На работу лучше всего было приходить в пальто, в нем можно работать и даже чертить. Зато было всегда приятно от собственных ошибок или проблем на производстве.

Можно было снять с себя пальто, надеть халат и идти в цех по вызову технолога. Во всех цехах значительно теплее, потому что установки и станки хорошо работают при определенной температуре.

Шла Катерина в белом халате по переходу, а навстречу ей шел Ефим, прихрамывая. Он посмотрел на нее и прошел мимо. Он вновь работает на основном производстве, и у него свои задачи. В данный момент они по работе не пересеклись. Катерина шла по вызову технолога механического цеха.

На фрезерном станке последнего поколения обрабатывали корпус для сложного изделия, который ей был необходим в ее работе. Он был такой сложный и прихотливый, что фрезеровщик от гордости из себя выходил, так он был доволен, поставленными допусками на чертеже. Чем меньше допуск, тем дороже изделие, что фрезеровщику выгодно.

Он — элита в области оплаты, поэтому он получит в два, три раза больше Катерины. Но Катерине не обидно, ее отец был рабочим и получал всегда по верхней планке. А она конструктор, у нее оклад.

Фрезеровщик Катерине улыбнулся, в душе он был доволен изделием и своей работой. Как он любил свой станок! Не пересказать.

Катерина подозвала к себе технолога, и они пошли на второй этаж разбираться с чертежами. Здесь стояла пара деревянных кульманов, на которых делали чертежи для доработок изделий. Технологи всегда держали себя важно и с большим достоинством, а Катерина ничего, она с ними соглашалась с небольшими уступками в допусках, размерах или материалах изделий.

 

Глава 8

Катерина спустилась с пристройки второго этажа, ее перехватил другой технолог и с великой гордостью показал новый гигантский станок, познакомил с его особенностями, чтобы она в чертежах их учитывал, чтобы станок не простаивал.

В девяностые годы охрана была в цене. В древнем городе, расположенном совсем недалеко и то охрану уважали. Сейчас устали пользоваться охранной сигнализаций, охраной. А маленькие безобразники подрастают. Вчера они пришли из поселка, сорвали плоды с деревьев, искупались, где захотели, подожгли древний автомобиль. А охрана? Охрана смотрит телевизор на посту. Охранную сигнализацию совсем не используют в горной местности. В результате у домиков сломаны двери, и никуда информация об этом не поступала.

Так и космический корабль привезли на старт и оставили до утра без присмотра. Любой маленький шалун мог сделать очень большую шалость. Мальчишки могут проникнуть во все щели сети, и во все дыры в заборах. Мальчишки — маленькая, но страшная сила, которая летом на каникулах от безделья все может выдумать, они дома могут подслушать старших и отмстить за что угодно в самой невероятной форме. Даже повлиять на запуск корабля с космодрома.

Нужно проверить с хвоста событий, — подумала Катерина. — Надо посмотреть ситуацию на космодроме, расположенном в степи. Насколько мне известно, космодром находится не в заповеднике, до него многие знают дорогу, попасть в город Байка можно на автобусе из технически умных городов, например из города П. можно попасть в город Байку на автобусе, а там до ракет рукой падать.

* * *

На столе Катерина заметила знакомые детали, посмотрела, как их изготовили, и медленно ушла на свое место, за свой деревянный кульман. Только она села, взяла карандаш, как подошел разработчик. С ним она просмотрела еще раз устройство прибора и соответствие ему корпуса, который уже обрабатывался на фрезерном станке.

Разработчик красивый и умный мужчина, с любой точки зрения разработчики просто умнейшие из умнейших людей. Катерина в них влюблялась с первой их умной фразы, с первого блеска глаз.

Она любила с ними говорить о работе, и в очередной паре рождался очередной новый прибор. К Катерине подошел Ефим и недовольно глянул на разработчика, но руку ему пожал. Разработчик ушел. Ефим добавил пару фраз в технические требования чертежа, сказал, что зайдет за Катериной в конце рабочего дня, и ушел, даже не прихрамывая.

Спокойно чертить Катерине не дали, подошел умный заместитель главного технолога. У него появился заказ на уникальное изделие, они начали на кульмане прорисовывать габариты изделия и говорить о том, как его можно обработать и вообще сделать. Тут же подошла женщина из ОНС, и сообщила об изменениях одного ГОСТА. Святое дело, изменения надо вносить в чертежи.

Все же наступает момент, когда Катерина чертит на кульмане очередной чертеж. Час чертит. Два чертит. Затачивает карандаш, проводит тонкие и толстые линии. Циркуль делает в дереве дырочки. Все нормально. За окном темно, рабочий день подошел к концу. Ефим идет Катерине навстречу, и они едут каждый к себе. Она выходит на своей остановке автобуса, смотрит на плакат в книжном киоске и проходит мимо. Поворот, дорога, магазин, дом.

Звонок. Голос Ефима:

— Катерина, я иду к тебе…

— Нет.

Он бросил трубку и правильно, не хочет она его прихода, нет. Сама, лучше все сама, хотя, надоело ей быть мужчиной в доме. Она вспомнила, как много мужчин на основном производстве, и как мало их в ее домашней жизни, просто ноль, обычный нуль.

Иногда она думала о том, что зря влезла в эту мужскую профессию, но сдаваться она не собиралась. Она решила пройти путь обаятельной и привлекательной женщины на производстве, что не хуже общения с королями и шахами.

Рабочие будни к любви мало располагали, но еще существовала коварная пятница, в этот день возможны всплески чудес.

Ефим явился в пятницу вечером. Пышный букет подсказывал о его серьезных намерениях. Они смотрели друг на друга и не пылали любовью, что они друг друга не видели? И тут из-под него вывернулся коврик. Как это произошло не понятно, но он грохнулся на пол. Пес держал конец коврика в зубах, и сверкал глазами:

— Кто пришел к моей хозяйке? — спрашивал его свирепый взгляд.

Катерина запрещала собаке лаять на гостей, но терпеть в доме мужчину, собака не смогла. Букет при падении рассыпался. Ефим лежал в цветах. Пес выпустил конец коврика и важно ушел из прихожей в комнату. Ефим проводил пса злым взглядом, встал, нагнулся, собрал цветы. Его взгляд любви не выражал. Они ходили по квартире втроем. Пес урчал на мужчину, и он не выдержал: собрался и ушел до весны.

Весной высыпали зеленые листочки на деревьях, и Ефим опять засверкал глазами в сторону Катерины. Но засверкал не он один, засверкало озеро, к которому вся компания пришла делать шашлыки в устройствах для шашлыка, с собственными дровами из магазина.

Шашлык! Звучит хорошо, а весной еще и обладает тревожными чувствами пробуждения. Вот и Ефим — пробудился. А соль — была. Ефим и Катерина смотрели вдаль зеркальной поверхности озера и не думали в нее окунуться. Рано купаться. На полиэтиленовой скатерти появились дары магазина, на тарелках появился шашлык.

Вино лилось из бумажных пакетов, и вытрясалась водка из бутылок. Хорошо! Правда Катерина ради дезинфекции выпила пару глотков вина, то же сделал и Ефим. Они сидели трезвые и насыщались мясом.

О! Мясо! Мясо и вино пошло гулять по жилам, а они пошли по краю озера в обратную сторону. Они немного заблудились, и шли долго, очень долго. Они прошли поляну с ландышами. Ба! Они прекрасны, ландыши конечно. Белые цветы.

Пройти по краю поляны с ландышами! Здорово.

Самое предсказуемое будущее, это не непредсказуемое будущее, а почти существующее, но неосуществленное в настоящее время, по причине несовершенства системы существования.

Такой каламбур хорошо известен. Однажды, лет через пятнадцать работы в НИИ Катерине крупно повезло, она попала на кафедру, при которой, была научно исследовательская часть, лаборатория в которую был нужен конструктор ее уровня.

Не всегда мужчины ведут себя раскованно, в учебном институте все сотрудники были таинственными и воспитанными, влюблялись они исподволь и виду особо не показывали, но выгоду Катерина извлекала из любых хороших отношений.

Например, на кафедре открывалась новая тема, первым пунктом идет анализ существующих конструкций. А где найти эти конструкции?

Существовали книги, учебники, авторы этих учебников ходили рядом, по кафедре. Можно было еще поехать в патентную библиотеку на набережную, и Катерина ездила в нее не один раз, там действительно могла найти аналоги конструкции, которую еще предстояло ей разработать.

Несколько этажей с папками чертежей со всех стран мира. Несколько поездок в библиотеку по разным темам, не прошли для нее даром, были найдены и аналоги, и патенты на изобретения, да и Катерина сама имеет патент на изобретение, в соавторстве с членами кафедры.

Но без мужчин — преподавателей все это было бы не возможно.

Одни, на добровольных началах, вводили ее в курс новых наук, другие в область микросхем, третьи занимались с ней герметизацией корпусов, четвертые вкладывали мысли в вакуумные установки, с пятыми она разрабатывала координатные устройства перемещения, с шестыми работала над измерительными приборами, с седьмым студентом вела его дипломную работу.

Жизнь в плане умственной нагрузки была очень насыщенной и еще десять лет Катерина была на предзащите всех дипломных проектов кафедры, т. е. знала все или очень многое, что в этой области науки вообще разрабатывается и конструируется в городе.

Вот такая была ее жизнь. Но и это еще не вся ее работа. А командировки на Волгу, в один из умных волжских городов, в компании 2–5 преподавателей или сотрудников кафедры!

Новые заводы, новые возможности! И новые прогулки по набережным Волги и города на Волге. И появлялись новые стихи, новым сопровождающим Катерину лицам. Надо отдать должное мужчинам кафедры, все к Катерине хорошо относились, и никто не переходил границ дозволенности.

С одним доцентом произошло лирическое отступление. Столы стояли рядом: Катерины и доцента, и случайно, глядя на него, она написала стихотворение «Белые цветы». «Подари мне цветы, только белые, белые, чтобы мы на заре, были честностью смелые», — такие там были слова. Потом, один раз доцент был в составе делегации в волжский город, всего было человека четыре.

Через несколько лет, после этой поездки, он заболел, ему сделали сложную операцию, и вот в ночь, когда его должны были выписывать из больницы, в ручке входной двери квартиры, оказался огромный белый букет цветов, а доцент умер, но перед смертью послал ей огромный букет белых цветов.

Неумолимо настал период, когда кафедра в учебном институте, стала резко уменьшаться по числу сотрудников. Первыми покинули кафедру крутые доценты. Страна переходила на новый экономический строй, через проблемы во всех слоях общества.

Последняя работа была разработка электронного изделия. Работоспособность у изделия была хорошая, и через десять лет оно работало. Катерина какое-то время существовала за счет этой разработки. Образовывались первые маленькие частные организации.

Директор уже хотел построить отдельную фирму, но все деньги, полученные за изделия, вложил в частный банк. В этот период все столбы украшались плакатами с наименованиями банков, которые все обещали золотые горы. Банкрот стал директор вместе с банком, и все сотрудники вместе с ним.

На кафедре был интересный человек, занимающейся хозяйственной работой, ему же звонили с медпункта по поводу прививок от гриппа. Человек он более чем ответственный.

Звонят из медпункта, чтобы все шли делать прививки — надо идти, а преподаватели идти отказываются, и он пошел сам и сделал себе две прививки с разницей в пару дней. Завлаб, бывший отставник, бывший военный, плохих привычек, кроме исполнительности и усердия у него не было.

После двух прививок от гриппа он поехал на три дня, на родину, в ближнюю к столице губернию, там заболел, сказали воспаление легких, умер в течение двух недель, после двух прививок от гриппа!

Был еще один интересный профессор, рожденный в глубинке, к шестидесяти годам он стал профессором современной науки, созвучной с названием кафедры. Последний раз Катерина видела его за два месяца до его смерти в автобусе, он очень обрадовался ей, а ему было уже семьдесят лет, она из своей сумки достала свою новую книгу и отдала ему.

Профессор сказал, что его внучка, и ее ровесники Катерину знают. Через два месяца она узнала, что профессор, и в семьдесят лет пытался быть на высоте науки, он освоил компьютер, так вот, когда он последний раз ехал в институт, в этот день он должен быть выйти во всемирную сеть, его сбила машина.

Профессор в сеть так и не вышел — погиб.

Катерина десять лет на защитах дипломных проектов, которые вел именно он, и другие доценты, профессора. Могли бы оставить его живым. Зачем профессора сбили? Он и в семьдесят лет был стройным и подвижным мужчиной, по понедельникам он не ел. А не в понедельник ли его сбили?

На кафедре была одна женщина доцент, с великолепной гривой светлых волос, она была правой рукой, сбитого машиной профессора. Умная и энергичная женщина. О заведующем кафедрой, того периода, можно сказать, что профессор умнейший и красивейший мужчина своего времени.

Его книги и книги, сбитого профессора весят или висели на стене, на последнем повороте перед кафедрой.

В комнате перед входом в кабинет заведующего кафедрой, сидела потрясающая секретарша, на столе с двух сторон стояли огромные, электрические, пишущие машинки. Секретарша все в серебряных изделиях и в запахах духов, улыбалась входящим к профессору людям, и простым студентам.

Когда машинки пишущие исчезли, она перешла работать в киоск, и многие бывшие сотрудники кафедры забегали к ней купить бутылку воды.

Жизнь долго длиться, но быстро проходит.

Намотана катушка жизни, если потянуть ее за кончик, еще можно размотать, пока есть Катерина.

А теперь по делу.

Сегодня ночью в ее окне маячила звезда. Катерина не поленилась и выглянула в окно, но звездного неба и луны не обнаружила. Но звезда висела на месте, что ли она одна вышла сегодня погулять? Она взяла очки и нацепила их на нос.

Звезда не приблизилась. Муть какая-то видно сквозь очки, тогда она взяла бинокль деда. Но в бинокль она увидела в небе не звезду, а мини фургон, и в нем горел свет!

Что мог делать фургон в небе? На летающую тарелку он был не похож.

Через три часа после ухода с фирмы, Катерина пришла на большой завод. Позвонила с проходной по местному телефону, услышала красивый мужской голос, потом знакомый женский голос, ее узнали по ее разработкам. Осталось оформить документы.

Конструктор Катерина без перерыва вышла на другое место работы. Начальником отдела был необыкновенно красивый и умный мужчина, работать с ним было хорошо, но его быстро повысили, и дали целый завод в подчинение, но в области.

Попала Катерина в женский коллектив. Комната вся в цветах, картинах и кульманах. Пять женщин. Работа более чем интересная и достаточно сложная. Женщины — это особый клан, они работают с мужчинами. Зубы у всех белые и ровные, фигуры стройные, характеры — мужские. А пять женщин в одной узкой и длинной комнате — это очень серьезно.

Через четыре месяца Катерина пересела в холодный зал без цветов и людей. Раньше в этом зале сидело много конструкторов, но из-за холода в помещении, и холода в экономике страны конструктора исчезли, как мамонты или разбрелись по работающим еще организациям.

Окна ее выходили на север. Солнце сюда не заглядывало. Ель перед глазами за окном составляло ее единственное развлечение.

Через пару месяцев в этом помещении появились конструктора — мужчины, пришли сразу четыре человека, но сели они от Катерины в отдалении, на более теплом пяточке.

Жизнь в КБ забурлила и бурлила года два, потом опять все стали уходить по другим фирмам. Все зависит от условий труда и зарплаты.

Эта фирма была настолько большая, что неповоротливость ее в новой экономике сказочно на людях не сказывалась. Станочный парк отменный, а все остальное, в плане оргтехники ни сразу появлялось. Климат — 14 градусов на рабочем месте, отрицательно сказался на здоровье Катерины. Одним словом, в больницу Катерину увезли прямо с работы. После больницы она попала в санаторий.

Санаторий, принадлежащий заводу, где Катерина в это время работала, состоял из двухэтажных домиков застройки шестидесятых домов. Лечебный корпус встретил ее просторным холлом и велюровыми темными креслами. Медицинский администратор проверила санаторную карту и дала номер в лучшем корпусе. Большая комната ее вполне устраивала. Она приехали на 24 дня отдыхать и лечиться, ей надо было разогнать острые боли в спине, наследие конструкторской работы.

Ноябрь в первых числах месяца снегом не баловал. Трава зеленела. Часть листьев еще висела на деревьях. Лечение выбрали минимальное, основное развлечение — бассейн через дорогу от корпуса обитания. День в санатории заполнен с утра до вечера, самое темное занятие — постоянно одеваться и раздеваться, сапоги снимать и одевать.

Завтрак — оделась и пошла в столовую. Еды много. Потом надо одеться и идти в лечебный корпус, там пару раз раздеться до последней или предпоследней степени. Потом бежать в свой корпус, взять все для бассейна и опять раздеваться и одеваться.

Из бассейна отнести в свою комнату вещи, повесить сушить полотенца и купальники, переодеться и пора на обед.

Перед обедом минут двадцать все прохаживались перед столовой. Собаки и коты занимали места у лестницы в столовую.

Обед — замечательная еда, много и сытно, но все съесть — трудно. Фрукты часто берут в руки и выходят на свободу. В это время Катерина брала пустые пластмассовые бутылки и поливала в огромном холле столовой — цветы. Зимний сад требовал ухода, но видимо штатной единицы для этого не было.

И затем личное время: спи, отдыхай. Чаще в это время она занималась стихами, работала над ними.

После тихого часа постепенно люди приходили в холл столовой, именно там стояли два теннисных стола, огромные шахматы и шашки, и в отдельной комнате — бильярд.

Катерину притягивал теннис. Скучно не было. Вечерами можно было в красивом холле смотреть телевизор, или кино в клубе, или приезжих артистов рассматривать из прохладного зала.

Однажды Катерина упала на спрятанный под снежок лед. Она не просто упала, она засмотрелась на Ваню, который приехал ее навестить.

Правую руку Катерины пронзила страшная боль в месте сгиба кисти и руки, там тьма мелких жилок, и связок, и косточек. К врачу Катерина пошла не сразу, не верилось, что боль такая сильная после падения.

Руку разминала с мазями, а потом пришла к врачу дежурному, ей наложили шину и сказали, что завтра на скорой помощи увезут в город делать снимок. Где это видано, что она поедет делать снимок?

Нет, конечно, через день она сама сняла шину, размяла руку, и стала играть в теннис. Партнеры — сильные. Рука заболела так, что пришлось бросить эту милую игру, которая украшалась партнерами. Она пошла в бассейн. Здесь резвились общие знакомые.

Плавать с забинтованной рукой очень больно, но выйти из бассейна, поднимаясь по лестнице и держась за поручни, просто нереально.

Но Катерина вышла из такой ситуации. Руку вечерами и в свободное время мяла и разминала с мазями для спины вопреки всем канонам гипса, потом заматывала бинтами. Рука болела достаточно долго, но на работу после санатория она вышла.

Повреждена была правая рука, и чертить на кульмане надо правой рукой, а линии требовали яркие и четкие, а чертежи шкафов — большие. Больно, но руку забинтовывала и чертила.

Катерина работала инженером на фирме. Наступило джинсовое лето. День осветился солнечной прохладой. Нормальное лето. Ничего необычного и интересного. Катерина с модельной стрижкой чувствовала себя уверенной, и жизнь стала спокойней.

Она вышла из отрицательного состояния. Сейчас она была близка к полнейшему безразличию к происходящим вокруг нее событиям. Реальность, а если в ней сейчас странная полоса, то естественно хочется уйти в зеркало искаженной действительности.

Свое отражение в зеркале ее почти устраивает. Ее не устраивает отсутствие высоких материй без новых технологий. Нужно маленькое чудо.

Пусть квартира сама придет в божеский вид, а то пыль мешает приятному состоянию. Но зеркало тут не поможет и надо действовать ручками или нанимать постороннего человека для домашнего труда.

Проще. Погодите. Надо стереть зеленую пыль цветущих деревьев со всех поверхностей зеркала искаженной действительности…

Есть один период в природе, который любят практически все — это период золотой осени. Она парит в виде желто — красных листьев кленов, она царит в виде зелено — золотистых монет листьев березы. Она украшает дома, она застилает светлой листвой дороги.

Лучи солнца, и любой цвет неба добавляют свои краски и оттенки в щедрое таинство лиственной красы.

Чувства людей на фоне волшебного великолепия усиливаются в лучшую сторону.

Любовь людская расцветает вместе с листвой, если ее нет, то может нахлынуть небывалое вдохновение, или простое трудолюбие. Люди цветут изнутри, их души подпевают благородной осени. Они тождественны. Хорошие и светлые чувства множатся и превращаются в новое творение. Пусть небо слегка хмурится, но неведомые лучи освещают золотистую листву. И вид огромных, царственных букетов, состоящих из целых деревьев — вкрадчиво облагораживают людскую душу.

Как обойтись без парикмахерских услуг, когда финансы поют романсы? Когда в кармане две копейки серебром. Задача медленно, но выполнимая. И не сразу об этом, вначале о том, как Катерина дошла до такого состояния, когда нет денег.

Жизнь офисная чревата увлечениями, падениями, удачами и неврозами. Во времена социализма на Руси в одном офисе родственники не сидели. А сейчас человек — хозяин, а не начальник лаборатории, как раньше, теперь он может сидеть в помещении по диагонали от супруги. Он всем судья и отец родной.

Небольшой фирмой управляют супруги вдвоем, он — принимает на работу, она увольняет на правах отдела кадров. Так и развлекаются. А каково быть между ними, когда они ссорятся?

Ужасная ситуация. Во время ссоры жена кричит больше мужа. Невроз передается окружающим, в частности — Катерине. И все это страшная ерунда, но из-за того, что она не выдержала их очередного скандала, она ушла с работы и осталась без денег.

И, работая в такой фирме, деньги не очень ее радовали своим наличием. Когда фирма получала приличную прибыль, начальник пускал деньги в дело: покупал квартиры себе и родственникам, делал детям ремонты на европейском уровне.

Почему — то пустить деньги на дизайн изделия ему было бесконечно жалко. Но он мог развернуться и взять в аренду огромный офис, или несколько помещений, сделать в них руками сотрудников скромный ремонт. Набрать лишних человек двадцать — тридцать.

А потом заказ накрывался. Почему? Он у одной фирмы покупал изделия, наклеивал на него свой ярлык, и продавал по другой цене.

После того, как деньги из реки превращались в ручеек, супруга на правах отдела кадров по одному начинала увольнять сотрудников. Работы у нее было много, и она в награду от супруга получала — норковую шубу. Как все просто.

По одному начинали сдавать назад офисы, денег на их аренду не хватало. Офис, где они сидели, имел мраморные колонны, видимо они и просили денег.

А у Катерины возникал вопрос, как привести голову в порядок, не имея на это денег?

Заколебали они ее, заколебали.

Уж лучше дома вы б друг другу глотки рвали.

Цены в парикмахерских — забубенные, а у нее крести козыри давно не выпадали по жизни. Да, если шеф не думает о дизайне изделий, то и на дизайн внешнего облика сотрудников никаких денег не хватит. Фигаро — Катерина здесь сама покрасит. Фигаро — сама и подстрижет свои волосы.

Фигаро — сама себя и полюбит. А у шефа — есть супруга, которой ничего нельзя говорить, дабы не испортить настроение. А ей все можно, даже ходить в хламиде времен далеких, цвета неопределенного.

Катерина ушла от них. Сама себе волосы подстригла, покрасила и успокоилась.

У Катерины была подруга, которой она верила, и доверяла свои секреты и мысли. Сколько лет они разговаривали в трудные или хорошие минуты. Но и тут не все просто было. Подруга жутко любила унижать Катерину скользкой фразой. И далеко не сразу Катерина поняла, что подруга обливала ее грязью перед другими людьми, ей дорогими. Если бы она отмотала назад время, то с ней бы не дружила. И она все хотела быть ее цирюльником, показывая, что она делает все лучше Катерины.

Не, — Катерина лучше. Цвет волос и стрижка — удались. Волосы, когда она их первый раз покрасила, были темнее, чем надо. Очень хотела перышки сделать. А парикмахерская не по карману. Пришлось купить светлую краску и еще раз покрасить. Вместо обещанного цвета на три тона светлее, получила нужный цвет. Как сама стригла? Одно стационарное зеркало сзади, второе в руке спереди — и подстригла неровности. Поразительно, как хорошо ровные волосы лежат! Они цепляются друг за друга и усиливают сами себя.

Пронзительное небо отмерило еще один июньский день, прошедшая ночь нависала своим холодом над растительностью в средней полосе, будем надеяться, что холод ночи не повредил бутоны цветов, и они еще расцветут.

Организм требует простого, человеческого отдыха, а не гонки за здоровьем с таблетками всех видов от всех болезней. Еще наросла усталость от всех видов трат.

Одно желание — отдых души и тела, хоть на короткое время, без больших проблем и желаний.

Катерина устала от тревог и волнений, ей не хотелось вникать во все дела.

И в сети она не читала те разделы, где ее могли уколоть, обидеть, она пропускала чужие мысли о себе. Никто ее не опубликует, не издаст, не оплатит ее литературный труд, так зачем вступать в диалоги? За четверть века беспросветного хобби ее так и не охватила апатия к творчеству, просто пишет.

Вот и зеленная масса листвы колышется, как строчки, пишущих людей, и публикующих свое творчество в сети.

Второй день Катерина перечитывает любовный роман американского писателя, читала она его лет десять назад, но роман не устарел, хотя не лишен мужских слов и оценок действительности тех лет.

Круто он пишет от первого лица о тех слоях общества, которое Катерина иногда видела лишь на телеэкране. На первую кружечку кофе уходит сорок страниц текста. Класс!

А сколько страниц пьет кофе Катерина? О, она бы с удовольствием добавила в кофе и сахар, и молоко, и бутерброды, что иногда и делала, но при хорошем настроении пьет черный кофе с яблоком, и все равно ее вес больше веса героини книги.

Вес Катерины равен весу героя в книге «Чья-то любимая», минус вес героини, плюс…

Телефонный звонок оторвал от книги, номер телефона был неизвестен.

— Катерина, что с вами случилось? Почему не приходили на массаж? Я массажистка.

— Усилились боли, я и на работе сегодня не была.

— Что такое?

— В течение двух недель я точно не приду.

Массажистка издала вздох разочарования, и Катерина положила телефонную трубку. Голос у массажистки вкрадчивый, но страшная лень обволокла Катерину с ног до головы, и выход из дома у нее был не запланирован.

Еще ей было непонятно, где массажистка взяла ее номер телефона?

На третий день лежачего образа жизни, боль стала притупляться и Катерина физическую нагрузку в любом виде отвергала, хотя дела исподволь для нее намечали. Все обязанности не отвергнешь и их надо выполнять, но пусть боль покинет измученное тело и Катерина после этого готова будет приступить к делам.

Безоблачная голубизна небес пела о первом дне календарной весны, такая погода в этот день была однажды в выходной день.

Катерина надела свои лыжные ботинки, еще выданные тренером во времена юности, взяла в руки лыжи, тех же времен, палочки были новые, и отправилась на лыжах за железную дорогу, на горках кататься. Морозный снег, ослепленный солнцем, остался в душе, лучом лыжной прогулки.

Идти сквозь заснеженный лес до горок было не просто приятно, а Катерина испытывала наслаждение, от вида самой окружающей зимней атмосферы. Лыжи катили нормально, по дороге встречались лыжники всех возрастов. Чем дальше от жилых массивов, тем больше поваленных деревьев, но медведи по ним не бегают, на сваленных деревьях лежит слой снега всей зимы.

Горки, скатилась с них пару раз и достаточно, пора домой, в лесу автобусы не ходят, надой найти силы дойти домой на лыжах. Вот и весь спорт спустя лет двадцать пять после спортивной лыжни юности.

Великий социализм вместе с лыжами уходил в далекое прошлое.

Почему Великий? Фирмы были большие, люди работали, столовые работали, больничные работали. После обвала социализма, наступил реализм частных фирм. Больничные листы еще существуют, но если ты их возьмешь, пару раз, тебя элементарно уволят, по любой маленькой причине, выращенной до размеров слона.

В частных фирмах не любят больничные листы, не любят больных, не любят пропуски в работе. Пропуски в работе неизбежны, человек живет в борьбе с болезнями.

А если ты заболел, хоть на один день, то уменьшенная зарплата и наказания, неизбежны. Так и работает Катерина. Для расчета пенсии выбраны годы, когда фирмы сваливались с катушек, из-за постоянных финансовых обвалов страны.

Катерина работала, но где искать те фирмы, которые перестали существовать не по ее вине? Так, что жизнь прекрасна и удивительна, как солнечный день в первый день календарной весны.

 

Глава 9

У Катерины вышел весть запас прочности. На операции она попала в ситуацию, при которой некоторое время летела внутри розоватой трубы. Свет и скорость возрастали. Труба имела достаточно равномерный диаметр. Полет сопровождался свистящими звуками.

Розоватый свет сменился на два белых пятна и человеческие голоса. Сквозь тяжелое состояние веки приподнялись, и она увидела, что горят на стене две лампы. Соседки по палате обсуждают ее состояние, и пытаются с ней говорить. Сама она лежала на постели и вновь заснула.

Катерина читала, что рай находится в созвездии Фар.

Судя по всему на Фаре 1 рая нет.

Вероятно, рай бы мог быть на Фаре 2. Но планета маленькая, на ней на каждого умершего землянина не найти райский сад и ангелов в достаточном количестве. Или Фара 2 собрала души умерших землян, и потому его плотность необыкновенно велика?

А, может, за Фарой 1 и Фарой 2 спряталась Фара 3, и на ней уместился земной рай? В принципе рай с Земли в телескоп найти трудно, вероятно так же трудно, как обнаружить Фару 3 за ярким сиянием Фары 1?

Значит, ее душа некоторое время летела к Фаре 3 по дороге, указанной розоватым светом Фары 1?! То есть, если есть черные дыры, то могут быть и розоватые дыры для души человека? И сквозь эту розоватую трубу душа человека летит в рай Фары 3?

Если Фара 1 дает света и тепла больше, чем Солнце, то на Фаре 3 всегда тепло, значит, там находится райский сад с яблоками?

Катерина проснулась. Она посмотрела на снег за окном и поняла, что все еще находится на Земле. Позвонила шефу. Спустя годы сотрудничества они лучше понимали друг друга. Ему она рассказала про идею нахождения земного рая. Другой бы покрутил у виска, а шеф занялся осуществлением идеи Катерины.

Люди стремятся в рай на Земле, а это всего лишь узкая полоска суши на побережье моря. Море изо всех своих сил поедает узкую полоску суши у подножья гор.

По этой полоске Земли, когда-то проложили железную дорогу. От железной дороги до моря по наклонной плоскости всего один вагон. Люди привозят гравий и засыпают его тоннами, чтобы уберечь дорогу от моря, но им в голову не приходит добавить смолы в гравий.

Море любит смолу. Волны бы ласкали ровную поверхность черной смолы, и может быть, из нее сделали бы черный янтарь. В другом месте побережья розоватая глина восьмиметровой толщиной накрыла на пляже отдыхающих, а могли бы из нее сделать глиняные горшки. Не Боги горшки обжигали, а люди. И люди иногда сдвигают массы земли с места, или это Божье дело?

С каждым часом облака за окном Катерины темнели, и все больше сплачивались над Землей, уменьшая потоки солнечного света. Прохладная погода продолжалась даже в райских местах на побережье моря, и что уж тут говорить о погоде в Клюквенном крае?

У шефа из головы не выходила умная мысль: снабдить космический корабль солнечными батареями. Для ее осуществления необходимо изменить контур космического объекта, батареи должны быть установлены на обшивке корабля, они должны быть стационарными.

Солнечные батареи — это не крылья бабочки, это встроенные плоскости, и они изготовлены из материала пропускающего свет.

Если лететь на Фару 3, то солнечные батареи, это то, что надо. Ефим занялся разработкой космического полета на Фару 3. Он решил, что рай надо исследовать при жизни.

Церковные сферы общества решено было не тревожить, но социальные сферы Большой страны поддержали мысль о полете.

Астрономы не обещали легкого полета, они только предполагали наличие абсурдной планеты Фары 3. Если есть звезда Фара 1, то должна быть и планета Фара 3. Кому-то светит Фара 1? Так пусть освещает Фару 3.

Траекторию полета можно было спланировать весьма отвлеченно, известен путь до созвездия Фар, а потом надо облететь созвездие со стороны Фары 2, чтобы не потерять ориентир. Есть предположение, что, облетев этот звездный объект, можно будет увидеть Фару 3 обетованную или иначе рай земной.

Для запуска космического корабля с солнечными батареями, вместо топлива, была создана отдельная космическая площадка. Для взлета с земли было решено использовать обычное топливо.

Первая ступень должна будет после выхода на космическую орбиту, покинуть корабль. Дальше корабль будет лететь на солнечных батареях.

Команду для полета подбирали из числа одержимых подобными идеями и целью нахождения предполагаемого рая Земли. Они же был спонсорами программы.

Космический корабль, выполненный внутри с комфортом, был готов за короткое время. Питание для членов экипажа использовали космическое, плюс добавили возможность приготовления обычных продуктов раз в неделю из замороженных полуфабрикатов.

Телеэкран был установлен в комнате отдыха с прикрученными креслами и диванами, для создания земной иллюзии существования. В комнате разгрузки, можно было крутить и вертеть тренажеры, при этом смотреть на экран с земными новостями.

Катерина особо не светилась перед экипажем корабля, о ее существовании знали единицы. В качестве генерального конструктора представляли мужчину — конструктора, приятной наружности, с внешностью трудно запоминающейся из-за отсутствия особых примет — Ефима.

Он официально возглавлял поиски земного рая в созвездии Фар. С ним при необходимости разговаривали члены экипажа. На трудные вопросы ответы они получали с некоторой задержкой, необходимой для общения мнимого и настоящего генерального конструктора. А, может, были иные причины.

Полет выполнял две задачи: первая — использование при полете солнечных батарей, вторая — поиск неизвестной планеты Фары 3. Обе задачи весьма проблематичны, по этой причине полет сильно не рекламировали. Для любопытных существовал простой ответ: полет за пределы солнечной системы.

В состав экипажа вошли три человека. Женщина по имени Надя. Два мужчины. Инженер исследователь. И муж Нади — командир корабля. Экипаж, проверенный на совместимость в реальных условиях.

Важно было подобрать людей, которые могут долго находиться в одном помещении и не мешать друг другу.

Надя отвечала за питание команды, была внештатной медсестрой, выращивала зелень.

Командир корабля — виртуоз, он разбирался во всех системах корабля, как говорят с закрытыми глазами.

Миша отвечал за все виды ремонта. Он мог при необходимости привести в рабочее состояние все приборы на борту корабля, и был штурманом корабля.

Запуск корабля прошел нормально. Средства массовой информации молчали, так как все прошло благополучно. Во время отошли ступени с топливом. Корабль вышел в открытый космос, радиосигналы стали слабее.

Пока корабль летел по солнечной системе, команда постоянно отправляла сообщения на командный пункт. Пройдя солнечную систему, космический корабль попал в черную дыру, главное было удержаться в русле черной дыры, и держать корабль по ее курсу.

Космический корабль вынырнул в созвездии Фар. Фара 2 светила ярко и радостно приветствовала космический корабль с Земли.

Солнечные батареи собирали в себя энергию Фары 2, так как они здорово поиздержались в черной дыре.

Растительность на корабле резко выросла. Экипаж с удовольствием ел свежую зелень. Командир корабля искал Фару 3. Малая сверхтяжелая звезда была обнаружена через сутки после появления в созвездии Фар.

Корабль облетел малую звезду и к своей неуемной радости обнаружил планету Фару 3, которая слегка светилась.

Облака нежно окутывали планету полупрозрачной оболочкой. Притяжение Фары 3 было соизмеримо с притяжением на Земле. Корабль радостно взревел моторами. Из него с двух сторон вышли два крыла, и как обычный самолет межзвездный корабль приземлился на Фаре 3.

Корабль встал на твердом поле. Экипаж с любопытством смотрел в окно. Со всех сторон поле окружали сады с яркой зеленой зеленью. Виднелись легкие тени маленьких людей в светлых туниках. Они слегка парили в воздухе, как эльфы. Но, ни один эльф головы не повернул в сторону прилетевшего корабля. Экипаж забеспокоился, но ненадолго. Они решили, что души людей не могут видеть живых людей, что есть некое магнитное поле, окружающее корабль, и делающего его невидимым.

Приборы показывали наличие воздуха за бортом и температуру 27 градусов. Можно было выходить без скафандров, но командир предположил, что могут быть в воздухе опасные газы, и лучше всем, кто будет выходить, надеть легкие скафандры.

Земной ландшафт убаюкивал взгляды. Слышно было пенье птиц, но и они не обращали внимания на людей.

Миша понял, почему здесь земной рай, из-за черной дыры, которая связывает солнечную систему с созвездием Фар и делает путь наиболее коротким. Внешние благополучие планеты Фары 3 вполне пригодно для земного рая.

Самое интересное, что Мише не хотелось выходить из космического корабля. Солнечные батареи себя оправдали полностью, они вновь были заряжены. Николай предложил команде вернуться на Землю.

Задание они выполнили: рай нашли, солнечные батареи себя оправдали. Команда с командиром согласилась и отбыла к планете Земля. За благое дело их всевышние власти не наказали, и они благополучно вернулись на Землю.

Шеф был рад возвращению космического корабля с его вариантом исполнения солнечных батарей. А Катерина, выдумщица этого полета, выздоровела. У нее была странная мысль, что космическая черная дыра имеет отношение к черному шару жизни. Но ее в руку не возьмешь…

Летающая тарелка с конусообразным дном вращалась медленно над лесом. Интересно, что высматривали из иллюминаторов на конусе в лесу, в позднюю осень? Листва черным ажуром лежала вдоль асфальтированных дорожек, сами дороги были чисты, листва на них уже практически не падала. Маленькие белки, полные и сытые иногда перебегали дорожки.

Наблюдатели с летающей тарелки просматривали сквозь темную призму времени, жизнь конструктора Катерины Владимировны. Для простоты эксперимента выбрана дорога в лесу, по которой периодически в течение 30 лет она проходила. Дорога шла от космического института, до жилого комплекса, где она жила. На летающей тарелке ее знали, знали всю ее жизнь, и поэтому именно с нее решили провести опыт времени.

Видеокамера была установлена внизу конуса, как иллюминатор. Оператору было бы неудобно смотреть вниз, поэтому плоский монитор времени, по которому наблюдали за подопечными людьми, был установлен внутри летающей тарелки со всеми удобствами.

Команда состояла из трех человек. Все явления, возникающее в поле зрения видеокамеры, появлялись на мониторе, записывались на диски памяти компьютера, их легко можно было демонстрировать и устанавливать новые. В команде летающей тарелки, был детектив, его задачей было наблюдение за известными людьми своего времени. Он уже не бегал за людьми по дорожкам, он входил в команду летающей тарелки и помогал командиру корабля своими умными советами. В фокусе экрана находилась дорога, на отрезке, в десять метров.

Катерина Владимировна только что прошла в настоящем времени. Датчики памяти из летающей тарелки вцепились в ее мозг.

Разговор внутри тарелки:

— Знает ли Катерина Владимировна об эксперименте? — спросил у командира корабля.

— Естественно нет!

— Видит ли она летающую тарелку?

— Нет, не видит!

— Почему?

— Летающая тарелка окружена защитным полем, делающим невидимым сам объект. Для людей, смотрящих с земли, летающая тарелка кажется небольшим облачком, а если учесть, что лес достаточно высок, то очертание пролетающего облака мало может волновать людей.

— Почему выбрали ее?

— О, об этом после эксперимента, хотя, что скрывать она великий конструктор своего времени.

— За конструкторами я еще не следил, — как эхо проговорил детектив.

Катерина Владимировна прошла по лесной дороге. Дорожка стала практически пуста, а в окне монитора наблюдения появилось: лето, двадцатилетней давности. Исчез асфальт, появилась дорожка, протоптанная людьми.

Катерина Владимировна шла с красивой брюнеткой и маленьким мальчиком от космического стадиона в сторону своего дома и прихрамывала. На стадионе проводили соревнования на ловкость и скорость, а она умудрилась подвернуть ногу. Лето следующего года. Дорога асфальтированная. По дороге идет семья из четырех человек: Катерина Владимировна, Марк Ефимович, Клим, Елена. Семья шла на реку купаться. Зима. Снежный лес. По дороге идет Катерина Владимировна с мужем в космический институт.

Весна. Дорогу перебегают ручьи. Поют птицы. Катерина Владимировна идет с сотрудницей космического института от работы до дома. Монитор зарябил. В нем быстро пробегали незначительные эпизоды времени с ее участием.

Жизнь Катерины Владимировны нет-нет да проходила по этой дороге и в снег, и в зной, и в дождь, и всегда менялись люди, которые с ней шли, но не было ни одного кадра, где бы она шла одна.

Командир летающей тарелки ждал не этих кадров, все было затеяно для проверки одного уникального случая в ее жизни, но может, все произошло раньше, чем двадцать лет назад. Катерина Владимировна смотрится необыкновенно молодой, а ведь ей уже много лет, значит надо смотреть события 25 летней давности! И им повезло, они увидели, как странная дама передавала сундук Катерины Владимировне.

— Все, ребята, остановка! Надо настроить приборы и мониторы на 25 лет назад, но в следующий прилет, — сказал маг Ефим.

— А, что мы ищем в ее биографии, — спросил Мусин.

— Сучки и задоринки, — ответил маг, махнув рукой с изумрудным браслетом.

Опустился туман, прошел осенний дождь, подул не совсем легкий ветер, и красота постепенно стала покидать божественную кленовую поляну. Кленовые листья, как раскрытые ладошки лежали на земле и понемногу теряли свою первозданную, нежную желтизну. Клены стали принимать растрепанный вид, но еще оставались с медными всплесками листвы. Летающая тарелка покрутилась в последний раз над ней, и исчезла навсегда в тумане жизни.

На прошлой неделе Катерина ездила в город Клюкву. Она доехала до станции, добежала до электрички, плюхнулась на сидение и наслаждалась тишиной, пока не пошли певцы. Одни пели группой, другие играли на гитарах или гормоне. Катерина не выдержала музыкальной атаки и вышла в тамбур, куда не доносились звуки из вагона, но скрежетали сами вагоны.

После того, как прошли певцы, Катерина села на свое место, разглядывая в окно, окраину Клюквы. Дома теснились все плотнее и плотнее, — это приближалась конечная остановка.

Клюква — огромный город, начинался с киосков, продажи дорожных сумок, и постепенно устремлялся через метро в сам город.

Вынесенная людским потоком Катерина оказалась среди огромных домов, дорог, и плотных масс автомобилей. Она перешла через переход, и чуть не вошла в скоростной общепит, куда народ втекал и вытекал тонкой, но постоянной струйкой. Она обошла людей с цветными коробками с картошкой и гамбургерами, и оказалась на тихой улице с вывеской стоматологии. Но ей не сюда, ей дальше, минуя тихий перекресток, она вошла в тень домов, возраст которых перевалил за сто лет.

Еще метров сто, несколько лестничных пролетов и она оказалась там, куда шла, но еще не видела того, к кому пришла.

Он вышел из палаты в синей пижаме с недовольным выражением лица. Он был зол на Катерину за то, что она сказала, а вот что она сказала, он уже давно не помнил, но продолжал злиться. Так, наверное, происходят вендетты. Никто не знает из-за чего сыр — бор разгорелся. Ладно, Катерина хотела посмотреть на Трофима. После операции прошло достаточно времени, чтобы он мог ходить, но еще недостаточно, чтобы его выписали.

От встречи Катерины и Трофима повеяло зимним холодом прощания. Она, убедилась, что с ним все в относительном порядке и решила прекратить всякое вмешательство в его жизнь. Пусть наслаждается злобой к словам, которых сам не помнил. Катерина вышла из больницы, вдохнула воздух весны, и пустилась в обратный путь.

Обида — это чувство, которое всегда хочется отодвинуть подальше от себя, вот так и Трофим ушел в зону, закрытую от доступа. Он стал нести в себе отрицательные эмоции, их количество значительно превосходило положительные значения чувств. Чувство жалости и сострадания вечным не бывает, хотя бы потому, что они сами забирают положительный потенциал происходящего. Чтобы жить, надо переходить в зону положительных эмоций, надо создавать условия для положительного эмоционального состояния.

Катерина неожиданно для себя накричала на человека, симпатичного во всех отношениях, но всегда негативно относившегося к Трофиму. Ночь была не из легких, ей было психологически тяжело, потому что два нужных ей человека оказались в зоне отрицания.

Никита выражал к ней симпатию с первого дня появления на работе. Он и она были одного поля ягоды, одной породы, почти с одинаковым официальным уровнем образования.

Вероятность реального сближения была мала, но творческие отношения были просто необходимо для работы. С Трофимом у Катерины могли быть личные отношения, с Никитой только служебные, — это предстояло осознать и не переходить границы дозволенного общения. Условностей в жизни больше, чем можно представить с первого взгляда. Получалось, что ей необходим Трофим, но он отодвинулся от нее забором отчуждения, словно ушел в другое измерение человеческих чувств. А Никита был занят и основательно.

Из всего вышесказанного Катерине оставалось вместо обиды, одно состояние — пресловутое одиночество. От нечего делать она зарегистрировалась на сайте знакомств, и стала проявлять инициативу в знакомствах. Успех не заставил себя ждать. Некий человек откликнулся, завязалась переписка. Они созвонились. Услышав голос и признания мужчины в том, что он женат и ищет развлечения, она ретировалась.

Трофим вернулся домой. Катерина без приглашения нагрянула к нему в гости. Странное дело, но ей вдруг понравилось быть верной именно ему, несмотря на его хроническое свойство вызывать у нее состояние обиды. У них на двоих было одно положительное свойство, они чувствовали друг друга. Их прикосновения носили электрический характер, а это немало! Но бесконечно мало, потому, что электронной тяги друг к другу у них хватало ненадолго. Они неизбежно расходились по своим домам до следующей притягивающей встречи.

Жить жизнями мужчин Катерина не могла, увлекаемая своими планами. На воспитании у нее были цветы, она их поливала по заведенному графику. Если появлялись цветы, требующие другого ухода, то их судьба была предрешена. Это сугубо личное дело цветов: быть или не быть, и без вопросов, и без обид с их стороны.

Мужчины обладают чувством под названием обида, или уязвленная гордость. Катерина забыла свое знакомство на сайте знакомств, но ее там не забыли. Некий человек с сайта вдруг материализовался, и встретил Катерину. Она уловила знакомую интонацию его бархатного голоса, слышанного ею по телефону. Его звали Олег, имя его она запомнила. Помнила она и его фотографию на сайте, а теперь она видела его в реальной жизни. Он был то, что надо, но ей было не надо на данный момент времени. Олег шуток и отказов не принимал, его Катерина зацепила, он ее запомнил из многих особ, достававших его на сайте.

Он реально ее хотел, а она, удовлетворенная Трофимом, еще ничего не хотела.

Попытка Катерины отшутиться от Олега и уйти, ни к чему не привела.

Весна разбросала свои сети, и в них оказались Катерина и Олег. Уязвленный отказом мужчина не хотел его воспринимать всерьез. Катерина не на шутку забеспокоилась. Они стояли на улице, но ситуация требовала конкретного решения. Она хотела уйти от него без объяснения. Он не понял и резким движением схватил ее за руку и привлек к себе. Катерина почувствовала, что находится в мужских тисках неподдельной страсти.

— Катерина, я не понял! Ты меня сама соблазняла на сайте, ты согласилась на свидание после телефонного разговора, а теперь ты меня избегаешь! Не хорошо, — пробасил мужчина страшным голосом.

— Олег, простите, но я не знала, что вы женаты! — пыталась возразить Катерина.

— Слушай, а ты думала, что на сайте знакомств люди глупостями занимаются? Нет, они делом занимаются, они судьбы свои устраивают.

— Но вы женаты! — опять промямлила Катерина.

— На вид ты умная девушка, но произносишь отъявленную глупость.

— Но вы сами сказали, что вы женаты.

— Я не селен в математике, но до трех считать умею. Если я ищу для себя женщину, то остальное ее не должно касаться. Мало ли с какой точки зрения люди идут на женитьбу.

Я — свободен от интимных отношений, и предлагаю их вам, Катерина. Вы мне симпатичны.

— Но я не совсем свободна. У меня есть мужчина, а когда я вам писала письма, его здесь не было.

— Так не пойдет! — взревел мужик. — Ты за свои слова отвечай, ты меня зазывала. Я — здесь!

Зови меня дальше! На твой отказ от меня я не согласен!

Улица на удивления была пустынна и не могла вмешаться в весенние разборки желаний.

Катерина и Олег продолжали разговаривать в лучах заходящего солнца, на берегу пруда, еще покрытого снегом.

— Катерина, что касается супружеского долга моей супруги, так она от меня в прямом смысле откупилась. Супруга купила мне целый дом на колесах, дабы я не тревожил ее благородное тело. Мало того, она одобрила тебя, как свою заместительницу на сексуальной ниве, а ты меня на другого заменила! Не пойдет! — продолжал возмущаться Олег.

— Откуда мне было знать, с кем я на сайте переписываюсь? — слабо защищаясь, ответила Катерина.

— Знать надо, что интимные отношения для некоторой категории граждан наиважнейшие, так природой заложено. Это право мужчин сплошь и рядом нарушают, особенно в армии. Южные люди, чья жизнь короче, самые лучшие годы оставляют в армии. Понимаешь, два сексуальных, сильных года они проводят вдали от женщин! А потом думают, почему детей мало. Мужики в армии вдвойне агрессивные, у них расцвет, а их к девушкам не пускают.

— Олег, я замерзла, и я не в силах решать армейские проблемы, — сказала Катерина, и пошла в сторону своего дома.

— Так тебя не просят — любить целую роту, я прошу тебя, быть моей женщиной! Что так трудно, удовлетворить одного мужика?! — Продолжал вести свою линию Олег.

— Если тебе нужна женщина, найди ее среди тех, для кого интимные отношения являются профессиональным долгом!! — вскричала Катерина и побежала к своему подъезду.

Сильная рука Олега приподняла Катерину над землей, такую поддержку не стыдно было бы показать на льду фигуристам.

— Милая моя, ты пойдешь к себе домой только со мной! — заключил Олег в своих объятиях Катерину.

Она, обвернутая мужчиной, пролепетала:

— Идемте ко мне, только опустите меня на землю.

— Другое дело! Сразу бы в гости пригласила. Я в курсе, что ты живешь одна, — одобрительно пробасил Олег, опуская жертву на землю.

— А вы не маньяк? Может вы серийный преступник! Хотя, что это для меня меняет, — разговаривала сама с собой Катерина, под сопровождением Олега.

— Катерина, жизнь прекрасна и удивительна, а я хороший и пригожий, — расхваливал Олег себя, закрывая за собой дверь в квартире Катерины.

На компьютере появляется информация о не взлетевшей ракете. За последние три года это девятая неудача. Катерина прочитала новости о падении ракеты, она перечитала о падении восьми ракет. Мысли появились две, либо космические разработчики потеряли способности к запуску, либо некто планомерно причиняет ракетам вред на старте, либо до старта.

Город Степной расположен на берегу шикарной реки, место красивое, поэтому в городе живут люди весьма умные. В городе есть технический институт, в котором преподают замечательные специалисты и учатся продвинутые студенты. Сама Катерина училась в этом институте, и она знает, кто учится сейчас в нем. Еще надо помнить, что ракеты изготовлены в одной стране, а запускают их на территории другой страны.

Не надо ссор между странами, но сор возможен, именно тот, который получается тогда, когда кому-то из серии хорошо образованных людей, захотелось получить деньги. Вот и мотив преступления. Интернет сеть породила широкое общение между людьми, информации, ранее хорошо засекреченные, перестали быть тайной номер 1. По идее никто не должен ничего знать о ракетах, о времени их запуска.

Катерина может представить, как разрабатываются и изготавливаются сами ракеты. Конструкторов и разработчиков с каждым годом больше не становится, кадры, накопленные годами, ушли на пенсию. Новые разработчики порой оторваны от конструкторских архивов. Раньше секретность была превыше всего, что не давало распространять накопленные знания. Следовательно, пробелы в изготовлении космических кораблей возможны. И она знает, как проверить изготовление космического корабля.

Катерина посещает завод — сборщик корабля под видом конструктора. Она разговаривает с технологами, с разработчиками. Она стоит у станков, она посещает цеха по изготовлению плат, она ищет пробелы в производстве. Она ищет тех, кто мог бы случайно или специально навредить.

Само изготовление двигателей, на которые чаще всего списывают космические катастрофы, ей мало знакомо, но она ищет людей, разбирающихся в этой проблеме. Топливо, его количество и качество, но и здесь все можно проверить. Это кажется, что все изготовление космического корабля покрыто сплошной тайной. Любую тайну Катерина раскручивает за маленькие зацепки.

И находит группу людей. Друзья по институту, их пять человек. Им нужны деньги на человеческие прихоти, но оклады инженеров их не устраивают. Они владеют языками, она умеют найти в сети всю информацию о заводах, работающих на космос. Они сами разбираются в технике.

Четыре парня и одна девушка объединились в союзе под названием «Бирюза». Именно их ищет и находит Катерина. Она узнает о судьбе девушки, через нее выходит на четверку парней, нашедших поддержку за пределами двух стран, связанных с разработкой и запуском космических кораблей.

Девушка на вид обычная, носит на себе бирюзу. У парней на перстнях — бирюза, это их отличительный знак. Бирюза — символ неба, в которое не должны взлетать, по их мнению, космические корабли. Неожиданную поддержку нашла группа людей «Бирюза» среди верующих старцев, на вид бедных, но богатых душой. Старцы обладают странной силой воздействия на людей, это завуалированные экстрасенсы. Катерина посетила одного из спонсоров группы «Бирюза», целью которой было не пускать космические корабли к Богу, то есть в небо.

 

Глава 10

Группа «Бирюза» нашла себе спонсоров среди тех, кто хотел унизить фирму «Русь», запускающую космические корабли. Катерина нашла тех, кто три года не давал кораблям взлетать. На окнах потоки дождя, в такую погоду никто не летает. Птицы перед дождем влетали в окна и с бешенством летали по комнате, пока Катерина не выпустила их в окно.

Группу «Бирюза» взяли в разработку мощные руки специальных людей. Но и десятый космический корабль не взлетел.

В чем тут дело? — думала Катерина. — Или не вся группа «Бирюза» ей известна или есть другие группы, не дающие осваивать космос. Город Байку в это время проверяли специальные люди, но то что-то их не устраивало. Червь сомнений носил бирюзовый оттенок. Бирюза. Гюрза! — осенило ее. — Надо искать группу «Гюрза».

* * *

На Клавдию деньги свалились. Она стройная, худенькая женщина от природы, слегка возвышалась над остальными женщинами необыкновенно красивой обувью на каблуках, на ее плечах всегда красовался красивый мех в виде очередной шубки. Своей роскошной одеждой она берет верх за свой рост. Клавдия к ацтекам отношения не имеет, она разведенная, но не брошенной жена бывшего мужа Клима. Люди так разводятся, чтобы быть богаче на одну квартиру. У них есть общий сын, его имя древнее, как сама земля, который часто сопровождал свою маму в очередной новой шубке из редкого и дорого меха до очередной подружки.

Так вот, чтобы из сына вырос хороший охранник своей мамы и себя, его с первого класса возили на модную борьбу, и года через четыре — пять у него был пояс весьма почетного цвета. Жить в ожидание новой квартиры, крутым людям неимоверно скучно, и прибедняясь, но не во всем, семья построила себе особнячок из трех этажей.

Клавдия в мебельных магазинах покупала спальные гарнитуры в новый дом, самые дорогие и красивые, все остальное соответствовало этим гарнитурам. Но при строительстве дома они выбрали самые модные трубы для сантехники, и вот когда гарнитуры заняли свое место, включили в доме отопление, и модные трубы — лопнули. Вода с завидной легкостью крутилась у ножек различных спальных мест. Пришлось перекрыть отопление и менять модные трубы на обычные трубы, но проверенные временем и многочисленными домами.

Но есть и вторая сторона успеха, дома особняки стоят особняком и вдали от общественного транспорта, это заставляет женщин, обеспеченных мужчин садиться за руль собственной машины. Мужчина с большой легкостью покупает своей жене машину, чтобы она от него отцепилась, хоть ненадолго. И Клавдия была вынуждена идти и учиться на права. Естественно, права она получила, но очень скоро врезалась своей новенькой машиной в автомобиль Клима, когда пыталась рядом с его машиной поставить свою машину.

Автомобили отправили в ремонт. После ремонта автомобилей, Клим сам сел за руль и уехал, а Клавдия ходила кругами вокруг машины, не решалась сесть за руль. Тогда она вызвала такси, и тем самым решила проблему перемещения в пространстве.

Большой дом, большая уборка комнат, для Клавдии, это выше ее сил.

Пришлось нанимать приходящую домработницу. Так и живет Клавдия Карловна в роскошной обстановке с мыслями, как бы сбросить с себя очередные заботы, которые из-за роскоши хорошо растут.

Переключив все передачи, душа ее остановилась на чемпионате мира. Что ни говори, а крупные спортивные соревнования наполнены здоровой энергетикой. Все спортсмены уникальные, победители — это вообще представители земли, их физическая форма и содержание — достойны звания Боги Земли.

Клавдия всегда любила смотреть соревнования по легкой атлетике, почему-то тройные прыжки ей больше всего импонировали. Последний раз она неудачно пробежала по проспекту на эстафете, задохнулась от самой себя, и с тех пор перешла в ранг обычного зрители.

Совсем недавно она слышала о соревнованиях для любого возраста, но больше трех кругов по стадиону выдержать пока не может. Поэтому прямой эфир с беговой дорожки — это все. Как раз идет эстафета мужчин. 37–97. Красавцы! Атлеты — высший класс! Торсы. Мышцы. Здоровые люди спортсмены. Приятно, что есть такие великолепные мужчины на чемпионате мира. И зрители молодцы, они пропитаны энергетикой здоровой мощи атлетов из легкой атлетики.

Воспаленный от ненависти мозг придумывал сказки, спокойный мозг их забывал, и жизнь начиналась сначала в отблесках солнца или в каплях дождя. Клавдия устала от ненависти, от горьких обид и воспоминаний.

На ловца и зверь бежит. Попал в сети Клавы мужчина неопределенной наружности, неопределенного возраста. У него было хобби: он копил зеленые бумажки с портретами чужого президента. Бумажек этих у него скопилось несколько тысяч, но все они были закрыты его природной жадностью.

Клаве его зеленые бумажки и не улыбнулись. Несколько встреч за ее счет слегка отвлекли, но совместного будущего не обещали. Они расстались и все. И все же у нее появилась некоторая уверенность в себе, а не пришибленность брошенной женщины.

Небо очистилось от серой облачности, выпущенные на свободу самолеты, оставляют свои воздушные хвосты в голубовато — белом небе. Все люди — умные, но умных до гениальности людей в авиастроении очень мало, как и везде. И это меньше всего волнует жителей ее подъезда, единственно бывают самолеты, которые гудят и летят так низко над крышей дома, что люди невольно вспоминают авиационную технику и их плечи сжимаются от страха.

Клава подошла к старому дому. В подъезде основные квартиры по 25 квадратных метров, 10 метров — одна комната и 15 метров — вторая. Дом был только что построен, и основная масса жильцов состояла из семей в три человека. Маленьких детей во дворе сразу появилось много. Двор был хорош тем, что находился между двумя параллельными домами.

Детская площадка была видна из окна, двери подъезда находились со стороны окон квартиры… На детской площадке стояла черепашка — это такое железное сооружение, на котором выросло два последующих поколения детей. Через год — два число детей возросло еще, люди стремились обжить новые углы и сразу ухудшить свои жилищные условия.

На детской площадке появилась группа мальчиков и группа девочек, так они и росли двумя параллельными группировками, очень быстро все выросли и почти у всех давно уже есть свои дети, и многие из них остались в этом подъезде. Теперь уже заходит речь о том, что дома будут лет через пять сносить.

Некогда молодые родители, приехавшие с малыми детьми в дом, резко постарели, и их седые головы видны у подъезда летом, когда пенсионеры собираются кучками поговорить о жизни. Число людей старшего поколения неизменно сокращается, давление в общей их массе возрастает, здоровье убывает, и никто из них не мечтает о полетах на самолетах.

При хорошей погоде они гуляют, и не всем им доверяют сидеть с внуками. Старые и усталые люди. Двор зарос огромными деревьями, черепашку куда-то увезли. Двор стареет. Молодые стараются покинуть подъезд, старые остаются. А Клава не хочет, чтобы ломали ее дом. Ей дом нравится, она привыкла к комнате, и крошечной кухне. Она долго привыкала к этому дому и привыкла.

Жизнь меняет свое направление и от любви к мужчине, было время, она уходила, пока были силы на любовь. Все чаще труднее передвигаются ноги, походка утрачивает свою легкость.

Кожаные удлиненные куртки обтягивали стройные и тонкие фигуры. Волосы легкими волнами лежали на плечах. Красивые ноги, обтянутые сапогами, были частично видны, где-то между сапогами и курткой. Молодые девушки с хохотом бросили свои дорогие, черные сумки и стали стягивать кожанки. Возгласы радости и возмущения сменяли друг друга.

Катерине Петровне ничего не оставалось, как покинуть прихожую и уйти к себе в комнату. Она знала, что теперь девушки будут пить черный крепкий кофе, и обсуждать очередные события в своей жизни. Один раз они решали поменять цвет волос, и черноволосая Клавдия осветлила свои волосы до белого цвета, а белокурая Елена выкрасила свои волосы в черный цвет. Несколько раз они ей рассказывали, что из этого получилось.

Елена с черными волосами забилась в угол комнаты, не смотрела на себя в зеркало, поначалу она ревела, потом затихла и ничего не хотела, ни есть, ни двигаться.

Клавдия все быстро поняла, ей пришлось пойти в магазин, купить дорогую краску и выкрасить Елену вновь в белый цвет. Все сразу в доме встало на свои места, настроение у всех мгновенно улучшилось.

С Клавдией получилось иначе. В белокуром варианте она выглядела очень эффектно, но черные ее волосы от частого подкрашивания стали ломаться, и выпадать чуть не от самых корней, мало того у нее появился новый поклонник в образе директора магазина.

Одно время Елена и Клавдия работали в одном магазине. В магазине качественно отметили день рождения сотрудника. Директор, вызвался отвезти Елену домой, тогда она в магазине работала администратором.

Майская ночь за окном постоянно притягивала взгляд Катерины Петровны: она ждала возвращение Елене. К подъезду подъехала машина, из нее вышла Елена и мужчина. Машина поехала делать разворот, а мужчина прямо на проезжей части дороге навалился на Елену, потом повалил ее на асфальт и сел сверху…

Елена стала кричать:

— Мама, вызови милицию!!!

Мужчина закричал:

— Не надо вызывать!!!

Катерина Петровна вызвала наряд милиции, объяснив, что у подъезда мужчина напал на женщину. Директор сел в свою машину и уехал. Елена с разбитыми чувствами пошла мимо дома. Приехала милиция. Милиционеры ее задержали и отвезли в милицию. Вот она глупость жизни! Елена пришла утром из милиции, с нее взяли штраф, который заплатил директор, коим был небезызвестный князь Павлин.

Телефонный звонок. У Клавдии появилась очередная новость.

— Елена, ты знаешь, что я ходила на курсы английского языка?

— Нет, а что случилось?

— Понимаешь, я уже работаю официанткой в ресторане для иностранцев! Официанткой! Это в гостинице…

— Клавдия, ты, что так волнуешься?

— Я принесла свою униформу стирать, крахмалить, гладить! Форма состоит из белых панталон, и немыслимой кофты! За неделю я чаевых получила больше, чем моя зарплата за месяц! Вот! А люди тридцать лет работают на государственной фирме, и ничего не получаем. Обидно. А ты говоришь, что я волнуюсь?!

— Что делать. А ты продолжаешь учиться?

— Да, там берут только студенток со знанием иностранного языка. Я работаю смену через две, пропущу учебу немного, но уж очень хочу я иметь свои деньги! А мать с отцом разве могут дать столько на карманные расходы! Роман Романович от своей работы со своей новой техникой мало получает.

Елена и сама немного успокоилась. Она пошла на платные курсы по ценным бумагам, сказав, что в магазине много не заработаешь. Учеба длилась не больше месяца, две недели очень активной учебы, потом сдача экзаменов. В качестве диплома у Елены появился новый приятель с курсов, столичный молодой мужчина, высокий и красивый.

Григорий приезжал иногда к Елене, он не был женат, и с ней уединялся в ее комнате. Его машина маячила под окном своим фургоном, такая машина резко отличалась от других. Он привозил хорошее шампанское, куклы для дочки Елене, Лизы или игрушки. Видеть Григория Катерине Петровне не доводилось. Елена перекрывала двери и пропускала Григория в комнату.

Елена после курсов по ценным бумагам устроилась совсем по другому профилю. Она торговала в ларьке. Работа ее абсолютно не устраивала. Руки ее денег не переносили. Кожа на руках пришла в полную негодность. Елене пришлось уволиться и заняться восстановлением своих кожных покровов в области рук. Она вновь стала встречаться с красивым парнем. Его родители занимали хорошие должности на пищевом комбинате.

В квартиру Елене стали привозить куриное мясо упаковками, и продукты мешками. Дом завалили тушенкой. Елена с парнем поселились в большой комнате. Сделали ремонт, обклеили черными обоями комнату, получился филиал угольной шахты.

Через год руки Елены опять пришли в негодность. Она больше не могла переносить тушенку, у нее на этого молодого мужчину и продукты появилась устойчивая аллергия. Через три месяца, после его ухода исчезли и продукты, и осталась разорванная в клочья одежда.

Нужны были элементарные деньги для существования. Руки у Елены вновь были великолепны, красивейшие ногти с различными рисунками привлекали любой взгляд…

У Клавдии появилась новость:

— Елена, я купила себе машину. Я получила права! Работая официанткой в ресторане гостиницы для интуристов, я заработала сама деньги на машину!

Новости у самой Елены были скромнее. Третий раз она покупала краску с блондинками на упаковке, а блондинкой не становилась. Взяла она в руки очередную покупку и стала ее распаковывать. Все как надо и краска дорогая. Надела она перчатки, взяла расческу для окрашивания и пошла в ванну, красить волосы, на плечи накинула полотенце для таких экспериментов.

Только нанесла краску на голову, звонок… Бежит она к телефону, на ходу сбросила перчатки…

Клавдия спрашивает:

— Елена, я тебя от еды оторвала?

— Нет!

— А ты чего жуешь?

— Жевательную резинку.

— У тебя есть время поговорить?

— Есть, я только что волосы покрасила.

— Так ты уже краску смыла?

— Нет, я ее только нанесла на волосы.

— Мне вчера не передали, что ты звонила, только сейчас сказали.

— А я хотела спросить, как вы на новогодние каникулы съездили.

— Нормально. Но вот вчера я из страны Сфинкса приехала и ты знаешь, что я скажу?

— Что случилось?

— Я влюбилась в инструктора по серфингу! Понимаешь, я влюбилась!!!

— Инструктор — это всегда опасно!

— И я об этом говорю! Я своему парню сказала, что его больше не люблю, и осталась у родителей дома. Я же с ним встречалась пару лет! А сегодня он мне звонит на сотовый телефон и говорит, чтобы я к нему вернулась.

— Клавдия, а вы выплатили деньги за свою новую квартиру?

— Выплатили! У нас квартира на двоих, 50 на 50. Я говорю, если мы поссоримся, то продадим квартиру и деньги поделим! Я считаю, что Роман Романович перестал меня уважать, привык и меня не ценит, а мне он все наоборот говорит! А, что я не могла инструктора использовать, как пробные духи? Может он мне еще и не подойдет? Елена, ты не понимаешь! Не в меня влюбился парень! Я влюбилась!

Чувствует Елена, что волосы на голове высохли с краской вместе.

— Клавдия, мало ли, что ты влюблялась! Я тебе сочувствую, может еще обойдется!?

— Я тоже надеюсь.

— Ну, все, пока!

— Пока…

Бежит Елена в ванну смотреть в зеркало результат. Волосы засохли совсем не белой коркой. Цвет корки на волосах — рыжеватый. Смочила корку краски водой, размазала по голове, надела пакет и пошла телевизор, смотреть… Через двадцать минут смыла краску: в зеркале блондинку не обнаружила. Пшеничные волосы украшали ее голову.

Клавдия приехала навестить свою подругу Елену. Лиза играла с сыном Клавдии. Маленький мальчик перетаскивал игрушки с места на место, быстро обеспечивая полный беспорядок. Весна вторгалась в окна и жизнь, шубки зависали в шкафу, и Клавдия не дразнила Елену очередной новой шубкой. В прихожей весело кожаное пальто, которое дикой зависти не вызывало.

У Катерины Петровны были свои воспоминания о дочери Елене.

— Я тебе вылью на голову банку с краской! Я сорву обои! Мне нужна новая машина! Мне нужна Теплая страна, а не морозная. Я хочу пойти на светские вечера царских особ! — кричала молодая женщина Елена, сидя на табуретке в кухне, с сигаретой во рту.

Слова относились к Катерине Петровне, и сопровождались отборной грубостью, которая летела над ободранным линолеумом и порванными обоями. Человеческие фантазии иногда бывают услышанными всевышними силами, и эти верховные силы начинают перераспределять финансы на земле. Что еще могли видеть всевышние силы в этой квартире?

В маленькой комнате внучка Лиза с подругой играли в теннис. Ракетками подбрасывали шарик. Стол был завален случайными предметами. Дверь была закрыта. В большой комнате весь передний угол завален сумками и пакетами с вещами, которые нависали над детской кроваткой.

Хозяин маленькой кроватки Кирилл с нянькой гулял на улице. Диван — кровати были покрыты скомканными одеялами и разбросанными игрушками. Предметы детского ухода валялись рядом с диваном, плавно перенося беспорядок на пол. На полу, на затоптанном ковре, лежало детское одеяло с раскиданными игрушками. Красивые шторы висели на редкость беспорядочно.

Порядок вообще не имел право входить в комнату размером в 15 квадратных метров, в которой жила женщина с фигурой породистой лошади и ее двое детей от разных отцов — бизнесменов. Отец Лизы никогда не появлялся в этих краях, и видел дочь в возрасте пяти — 8 месяцев, когда ее привозили к нему. Затем он спокойно женился на дочери владельца казино, и никогда не помогал своей родной дочери — Лизе.

Елена иногда рвалась в далекий город на море, но денег на поездку у нее просто не было. Сейчас она выращивала сына Кирилла от другого богато-нищего мужчины, он иногда заглядывал в эту жуткую квартиру, но пройти по порванному линолеуму в ванную комнату, с огромным количеством различных полотенец, он не мог, а с грязными руками к сыну не пускали.

Очередной мужчина Елены был беден и ездил на большой машине, и на других огромных машинах с шофером. У него было два трехэтажных дома, и квартиры в разных местах.

Сами понимаете, деньги на маленького сына и его роскошную мать с неба сыпались сильно ограниченно. У него был личный пансионат с озерами в каменистых берегах, но денег на женщину с ребенком было мало и поэтому комната завалена вещами в сумках, в надежде, что хозяйка с детьми поедет на море, но отправка тянулась уже месяц.

Елена теряла терпенье, это передавалось окружающим… Несколько лет назад, верховные силы, выделили роскошной женщине, квартиру. Дом многоквартирный, кирпичный с гаражом и магазинами. А для начала, чудом появившиеся деньги, вложили в квартиру в пригороде столицы. Время и годы шли. Дом появился на обложках журналов. Рядом с домом гаражи, детские площадки, светятся окна магазинов.

В дом не прописывали. Жильцам разрешили делать ремонты по своему вкусу, заплатить за свет. Дом завис. Слухи разные, в том числе: убили хозяина дома и всех близких родственников. Люди умные стали продавать квартиры, в которых не жили, и покупать в домах более простых. А красивая женщина Елена, так и не может въехать в квартиру кирпичного дома, хотя деньги давно в нее вложены. Дом стоит. Магазины работают. Годы идут…

Тяжесть чужой неустроенной жизни давит с каждым днем сильней, из-за чужой неустроенности, неустроенность становится с каждым днем мучительней. Квартира ветшает и не потому, что все законченные бездельники, нет. Обои и краски ждут на полу своего часа, просто нет — этого часа. Нет момента, когда из квартиры уедут те, из-за кого делать ремонт невозможно.

Есть такие люди, которые и сами не помогают и другим не дают: краска — пахнет, обои — шуршат. Результат — кошмар в квартире. И все под прикрытием ребенка, беременности, аллергии. Пока кирпичный дом не заселяли, семья выросла на одного человека и квартира уже стала мала. И результат — пятнадцать метров на троих.

Отчаянье захлестнуло и вылилось в словах, которые дружбе не способствуют. И все же власть всевышняя ее слышала и предложила Елене другой вариант: поехать в Теплую страну, где у нее будет квартира, машина. Женщина жила ожиданием небесного чуда. Как живут крутые? Работают, кутят, выращивают детей, стреляют в тире, меняют машины, меняют города. С ними нельзя спорить, ссориться, делать замечания — все очень опасно.

Но терпение не вечно и слова Катерины Петровны:

— Раз не уезжаете к отцу Кирилла, начну ремонт при вас, — привели в бешенство роскошную молодую женщину Елену — Венеру, и она выкрикнула страшное проклятие в адрес матери:

— Ну, я тебе в старости припомню!

Отец Елены, Самсон Ефимович, в свое время забыл вернуться из путешествия, а почему? Самый простой ответ — жена виновата. А если копнуть глубже? Почему пропал отец Елены? Жил-был человек, у него была фигура породистого скакуна, руки золотые, и была молодая жена Катерин.

Дочь Елена в отца пошла. Он не давал ее воспитывать, он не разрешал ей делать замечания, это было его второе Я. Жизнь всегда прекрасна и кошмарна одновременно. Дочь не слушала мать с рождения, это отцом поощрялось. И она выросла такой, как отец: рост одинаковый, родинки, и строение тела, за исключением, что он мужчина, она женщина.

Как-то Новый год семья провела в полном составе: Самсон Ефимович, Катерина Петровна, Елена. Стол, елка, все при параде. После Нового года Елена поехала к бабушке, там познакомилась с кем-то. Ей было 17 лет, будущей роскошной женщине. Через два месяца у нее было — два месяца беременности… Оставили. Первая. Родилась девочка Лиза.

Мать и дочку поместили в маленькую комнату, все необходимое у них было. У нее появился новый поклонник, который всех конкурентов оставил без ее внимания. О нем в доме говорили, его имя висело в воздухе, но его самого никто не видел.

Жизнь стала меняться в лучшую сторону. На фигуре дочери появились новые вещи, ей соответствующие. Дочь стала выделяться своей внешностью и одеждой среди подруг.

Появилась новость: два месяца беременности…, но отец известен.

Второй ребенок Елены — мальчик. При выписке обнаружили сломанное ребрышко при родах. Отец ребенка закатил ночной салют над больницей. Принес букет в десять раз больше самого большого букета цветов. А квартира все та. Теперь в большой комнате жили — Елена, Лиза, маленький Кирилл. В маленькой комнате — Катерина Петровна. Это, когда спят, все по своим комнатам, а так все ходят везде по квартире.

И вот очередной кризис жанра: отец маленького сына, роскошной женщины человек, не из этой квартиры… Кирпичный дом стоит под дождем и солнцем и никак не впускает своих жильцов. Старая бедная квартира не может дождаться ремонта. Молодым людям — новое, старым — старое. Вот и дошли до банки с краской, которая стоит закрытая, но если ее открыть…

Прошло лето, Елена вернулась к Катерине Петровне с детьми.

Елена постоянно пыталась сбросить с себя домашние заботы, и жила она уже не в особняке на море, а в маленькой квартире Катерины Петровны. Елена вернулась из Теплой страны, которая для местного населения — родина, а те, кто в нее приезжают, не всегда в ней остаются.

Дети Елены лето прожили в особняке у моря и вместо того, чтобы прижиться и радоваться морю, просто захотели уехать туда, откуда приехали. Вода, обычная пресная вода, рядом с морем, или не очень далеко от него всегда в большом дефиците.

Катерина Петровна к Елене приезжала на два дня, но со слезами на глазах, без обиды на дочь, просто от тоски, что они живут не на своей родине, выскочил от своих внуков и вернулся, через границу к себе домой.

У Елены от местной воды волосы с корнями стали выпадать. Прожив у моря еще три месяца, Елена с детьми вернулась на родину и вздохнула спокойно, и она с собой привезла няню, которая сидела с Кириллом.

Няня, рожденная на море, не смогла вынести климата, в котором жила семья Елены. Няня заболела всем, чем можно и нельзя, и пришлось ее вернуть по месту прежнего жительства, где она и умерла.

— А ты кому это говоришь? — Спросил внук Кирилл, после очередных слов Катерины Петровны.

Унижения, — это то, к чему надо привыкать вместе со званием «Пенсионерка», — подумала пожилая женщина, и проговорила:

— Чай просил? Он стоит на столе.

Она вошла в свою комнату и закрыла дверь. В нее то и дело стали стучать, заходить и спрашивать, не слушая ответа.

Вскоре произошла накладка. Бабушка раз десять предложила Кириллу пойти гулять. Он смотрел на нее наглыми глазами, смеялся и не отвечал на ее слова. Это оказалось последней каплей неприятностей. Катерина Петровна оделась и вышла на улицу, быстро обошла квартал и подошла к своему подъезду, у которого с самокатом стоял внук.

Вот так всегда, — подумала она и пошла вслед за самокатом и бегущим ребенком. Они обошли район по лучшим дорожкам, присели на скамейку и услышали:

— Кирилл, ты, почему не сказал, что ушел с бабушкой? — спросила внучка Лиза, — Я весь район обошла, тебя и скала. Сестра взяла из рук брата самокат и пошла к дому.

— Я пить хочу, я с тобой пойду, — закричал мальчик.

— Я буду ждать тебя на детской площадке, — проговорила ему вслед бабушка.

И он услышал.

В дверь вошла Лиза и спросила:

— Бабушка, как варить макароны? Целыми или разламывать?

— Можно разломить на две или четыре части, — ответила Катерина Петровна, думая о том, что Кирилл не съест макароны целыми.

Через минуту постучал со смехом Кирилл.

Катерина Петровна сказала:

— Заходи.

Дверь открылась, и смеющийся мальчик ворвался в комнату:

— Я тебя сквозь двери услышал! — крикнул он и завалился на диван.

В комнату вошла Лиза:

— Бабушка, а как куриные ножки готовить?

Они обсудили чисто дамский вопрос с продолжением у плиты.

Кирилл сидел на диване и пел песни, которые сочинял на ходу. Рифмы из него вылетали самые неожиданные. Он взял маленькие фигурки монстров и стал играть. Внучка готовила курицу и макароны. Все были на своих местах.

Лиза подбежала к компьютеру:

— Бабушка, дай я в компьютере посмотрю.

Она села к компьютеру, но на кухне в это время сбежала вода у макарон и соус у курицы.

Переезды с маленькими детьми на роду написаны. Услышали верховные силы мат роскошной женщины. Неизвестно откуда, но у нее появилась одежда. Совершенно случайно на нее свалились тысячи долларов на одежду и обувь.

Она купила несколько пар обуви, курток, большое количество одежды. Теперь она могла пойти в ресторан. Какие — то рослые качки подогнали к дому две машины, загрузили собранные давно вещи и отправили двумя машинами в Теплую страну. Какие — то странные вещи произошли в атмосфере.

Погода на юге планеты была не очень жаркая, дождливая, как будто всевышние силы усредняли погоду для роскошной женщины и ее детей. Каким — то чудом в Теплой стране у женщины с двумя детьми, появилась иномарка и особняк двухэтажный из шести комнат с видом на море, на набережной которого ходили царские особы всех стран и времен. И женщина перестала ругаться, и дети получили отдельные комнаты в особняке. Женщина сидела на кухне особняка и пила кофе, ругаться ей не хотелось.

А банка с краской? Она давно высохла, Катерина Петровна выкрасила ее в старой квартире. Мать очень жалела, что позволила дочери с детьми сменить родную страну на другую страну. Пусть и теплую страну, но с другим языком и другой системой власти.

 

Глава 11

В голову Клавдии лезли детские истории, когда она ехала в такси Андрея:

— Однажды отец из леса принес ежика, — сказала она ни к селу, ни к городу, — Ежик сидел в корзине с опятами, как царь. Опят было мало, и ежик свободно двигался внутри корзины. Сверху корзина была затянута марлей.

— Колючий был ежик? — спросил таксист, привыкший не удивляться историям клиентов.

— У ежика были странные колючки, их было много, и они были плотные — плотные, а по длине каждой колючки цвет несколько менялся. Ежик был темно-серого цвета. Он мало отличался своим поведением от черепах, которые постоянно жили в нашем доме. Еж, он маленький с плотными колючками, а черепаха — маленькая, но с панцирем. Ежик бегал по полу, забирался под диваны, потом выбегал на кухню подкрепиться. Этим он походил на черепах. Было у них одно отличие: ежик днем вел себя тихо и спал в уголке, а ночью он просыпался. Ночью у ежа был основной день, когда все спали, он не спал, а фыркал и бегал по квартире. Ежик будил всех. А у меня постоянно появлялась опасность наступить в темноте на колючки ежика. Ежа мы не прятали в клетки и коробки, он был вольным домашним разбойником. Я ежа в руки не брала, но смотрела на него, и на то, как он быстро бегал на маленьких лапках под огромной массой иголок. Мне хотелось, как в книжке на картинке, набросать на иголки ежа желтые листья клена. Но я боялась выносить ежа на улицу, поэтому я принесла листья клена домой и бросила их на ежа. Но желтые листья с ежа соскользнули. Листья просто так на еже не держались.

— Почему в вашем доме появился именно ежик? — спросил таксист.

— У меня в детстве любимой книжкой была большая книжка с картинками. На первых страницах книги был нарисован смешной еж. Еж был не один, с ним были и другие животные, но еж в листьях на колючках был самым очаровательным. Мне отец читал книгу о ежике. Сама я до дыр перелистывала картинки в книге. Еж был моим книжным кумиром. Поэтому, когда отец пошел в лес за грибами, где водились ежи и змеи, он вспомнил о моей любви к ежику на картинке. Отец прошел километров десять по лесу и болоту с клюквой.

— Там, где есть змеи, там и ежей можно встретить, — говорил он. — Грибы, особенно опята, близко от дороги не встречаются. Рядом с дорогами грибы собирают те, кто живет в этом лесном районе.

Отец нашел маленьких опят на дереве, которое лежало на поляне. Рядом с деревом пробегал в траве еж. Отец забыл про грибы и стал бегать за ежиком. Так ежик победил опят и прибыл в корзине ко мне, потому что я любила ежика на картинках в книжке.

— Долго жил в вашем доме неспокойный еж, если даже картинки с ним все были разорваны и надорваны? — спросил таксист Андрей.

— Скорее нет, чем да. Еж прожил пару недель. Отец видел, что я поняла, кто такой еж, и, что пора его вернуть в места обитания. В свой очередной выходной отец посадил ежа в пустую корзину, закрыл ее марлей, сел на электричку с грибниками и уехал в дальний лес. Он вернул ежа на то место, где взял, опят на дереве уже не было. Ежик не хотел сразу убегать, он привык к теплой жизни. Отцу тоже было жаль отпускать милого ежика, но он понимал, что в квартире ежу жить трудно, а семье трудно привыкнуть к ночному образу жизни ежа. Отец и еж посмотрели друг на друга и расстались. Еж побежал в желтую траву.

Я встретила отца словами:

— Папа, а где еж?

Он ответил:

— Это был царский ежик. Он был царем ежей и ужей на поляне рядом с болотом «Клюква».

Я успокоилась и вернулась к книжке с ежом, но книга меня больше не радовала. Ежик в книжке не был царем. Я стала смотреть картинки в другой книге.

Ефим решил, что Елена создана не для него, слишком она самостоятельная, слишком самостоятельные женщины в ее роду.

Людская память короткая и едет по пути чьих-то интересов. Жизнь прекрасна иногда, но это зависит от мироощущения. Катерина перегрелась на солнце и купила гигантское мороженое для внутреннего охлаждения. Во дворе росли ореховые деревья и отгоняли комаров, которые в изобилии клубились метрах в двухстах среди туи и тополей. Местный парадокс: море рядом, а берег звенел от сухой травы, которая впивалась в обувь и издавала странный звук при ходьбе. Кафе, магазины, лавочки выстроились на одной улочке.

После 16 часов вода в море теплая, на ней хорошо лежать, легко плавать. Соль держит. Но если выйти из воды ощущается легкий бриз. Ветер с моря несет прохладу. Берег покрыт водорослями, содержащими йод. Море пронизано водорослями, и лишь там, где купаются люди, травы нет.

Вечером по пляжу гуляли бакланы, и ели крошки, оставленные людьми на песке. Ночь через ночь приносила сон или его отсутствие. Теплое небо, усыпанное яркими звездами, казалось неправдоподобно огромным, много на нем звезд, которых не видно на Севере. Ночь кончается на рассвете, остается время для осмысления жизни.

Катерина находилась на маленьком полуострове, под которым находился большой запас пресной воды высокого качества, поэтому в поселке не было высоких домов…

Утром она пошла на пляж. Народу было еще мало. Окунулась в морской волне, прошла по морской траве, ракушкам, бархатному песку. Постояла на сухих, темных водорослях, и пошла за шляпой.

Когда вернулась, то народу было уже много, пляж был полон жизни. Возникло ощущение, что она все это уже видела. Да, здесь она была, но давно. Недолго она выдержала загар палящего солнца. И поняла, почему здесь отдыхают, а в большом городе с вечной прохладой работают. Тело проявило первый загар морской, а не из солярия.

Здесь постоянно по утрам продают вареную кукурузу. Но голову так перегрела, что пришлось, пять раз нырнуть под воду, чтобы охладиться. Температура воздуха дней 6 держалась под сорок градусов тепла.

В степи любое дерево — чудо. Большие деревья — дань человеческому труду, их поливают из артезианского колодца. Питьевая вода вкусная и полезная, она не тухнет от времени. Воду и свет здесь вынужденно экономят. Спать Катерина ложится рано, но если открыть окно, то можно услышать музыку с дискотеки. Постоянно ловит себя на мысли, почему она так упорно сюда не ехала. И отгоняет все мысли на эту тему. Здесь можно отдыхать, не пользуясь транспортом и средствами массовой информации.

Первая неделя оказалась изнурительной знойной. Немного загара под солнцем, море и загар в тени. Надо сказать, что здесь в жару все загорали в тени. Море и небо, и степь плоская, и сразу видно, что земля круглая. Здесь царствует фея Солнца. Днем все повторяется: загар, море, тень. Песок серый, бархатный с ракушками.

Катерина с соседями познакомилась при поездке на розоватое, соленое озеро. Они ехали на джипе, а она на автомобиле, приспособленном для асфальтных дорог. Поэтому сосед вел машину по степным дорогам с завидной легкостью и скоростью, а Катерина нещадно отставала из-за травы, впивающейся в дно машины. Вот почему на ниве — нужна Нива, она легко бы преодолела степные дороги, со стерней по центру дороги. Рядом с ветряными электростанциями.

Везение бывает странным, а ей досталась соседка косметолог, весьма общительная женщина. Раньше она занималась постановками театра народного творчества, потом косметологией, сейчас преуспевала в третьей профессии.

Но интересны ее знания в области — делать князя из грязи в буквальном смысле слова. После поездки на соленое озеро, у нее осталось грязь и вода из соленого озера, которое находится на месте взрыва самолета.

Соленое озеро соединили с воронкой, оставшейся от взрыва самолета, и она наполнилась соленой водой. В соленом озере можно лежать на спине, и очень трудно плыть животом вниз, поскольку вода выталкивает пловца.

Взяв бутылку соленой воды и маленькое ведерко грязи, Катерин и женщина косметолог, пошли к морю. На берегу моря они ладошками облили себя соленой водой, дали ей подсохнуть на коже, потом нанесли грязь на кожу по всему телу.

Грязь привезли с озера, расположенного в двадцати метрах от соленого озеро, ее достают недалеко от осоки, сняв верхний, серый слой ила. Грязь на теле подсохла, проявились мелкие кристаллы соли. Через некоторое время Катерина легла в море недалеко от берега, и медленно смыла грязь. В прошлом году она сама наносила грязь на кожу, а потом еле ее смыла. Маленький секрет состоял в том, чтобы перед нанесением грязи — нанести соленую воду.

Можно точно сказать, что кожа после такой процедуры становиться гладкая, блестящая, вылечиваются все воспаления, неизбежные по жизни от контакта с городской водой и моющими средствами. Не у всех есть слуги, некоторые сами слуги себе и своему окружению, а тут становишься — князем положения с хорошей кожей. Внешний вид Катерины стал лучше, но это никого к ней не привлекло.

Утро Катерины начинается в шесть часов пятьдесят минут по ее будильнику или в шесть тридцать по будильнику ее мужа Самсона. Он выставил время побудки несколько раз на будильнике. Утро состоит из сплошного перезвона будильников. Он на звон будильника не реагирует и она, занимаясь утренними процедурами, постоянно подбегает к его будильнику в надежде, что муж проснется. Сказка.

Когда-то на первой встрече однокурсников мужа у одной успешной пары, Катерина увидела их спальню: это были две кровати, стоящие параллельно друг другу, но с приличным расстоянием между кроватями. Шло время, когда она и муж спали на одном разложенном диване из мебельного гарнитура. Огромные кресла служили им для просмотра телевизора, или для своих пристрастий.

Катерина могла в кресле шить, вязать, читать. Самсон мог заниматься написанием программ или своими мужскими поделками. Он мог паять дома или работать. Условие одно: она не должна нарушать разговорами творческое пространство. Они исправно спали вместе с пользой для себя, но с годами страсть исчерпалась, любовь прошла. Именно поэтому они перешли на два лежбища в одной комнате. Рядом, но не вместе.

Сегодняшнее утро не отличалось новизной, Катерина бегала и выключала его будильник, который то и дело звонил с новой силой. Муж не просыпался, но ворчал, когда она приближалась к его звонящему будильнику. Бессилие — это слабо сказано. Будить спящего человека. Что может быть хуже? Последнее время он работал в Москве и был вне зоны ее доступа. Они живут в пригороде, и заработки у них ниже столичных. Она и не пыталась работать в центре, а он дерзнул. Поэтому она его почти не видела.

Муж просыпался после ухода жены, быстро собирался и уезжал на работу. Все его движения она могла прочитать по разбросанным предметам и неубранной постели. Он спешил, он никогда не оглядывался, оставляя за собой беспорядок. Замечания он в упор не слышал и искренне на них обижался.

Пронзительно — холодное небо открывало душу космосу. Дыхание наслаждалось чистотой воздуха, а руки сжимались от холода в четыре фигурки, каждая из трех пальцев. Но пальцев всего десять, а фигурок получалось четыре. Спрятанные в кармане они надежно охраняли Катерину от потоков чужих мыслей.

Чужие мысли, пущенные ей вдогонку, надоели до безобразия. Она ощущала пустоту в душе от беседы со своим шефом, который постоянно держал во рту рыбу своих навыков, и оперировал им, как ему вздумается. Подняв над собой рыбий флаг, покрытый чешуйками познаний, он несся на нее с очередной глупостью, прикрытой собственной властью.

Надоело. Катерине так это надоело, что она с ожесточением вонзила четыре фигурки в глубине своих карманов. Она шла решительно. Ей хотелось забыть свое унижение, вызванное необходимостью подчиняться Шефу. Впереди ее замаячила фигура, которую она знала так давно, что вспоминать сколько, будет неправильно.

Мужчина был одет во все самое добротное из всего, что продается на этом свете. Качество каждой одежки и предмета просто верещало о своей дороговизне. Она в своем решетчатом пальто и подойти к нему не могла. Он ее узнал всеми фибрами своего существа. Он чувствовал ее сквозь всю добротность своих одежд. Но они так и не встретились глазами.

О, это большое искусство идти рядом, сидеть вместе в одном транспорте, и не смотреть друг на друга. Фигурки из пальцев в кармане распались. Катерина вцепилась в сумку и смотрела в окно, чувствуя на себе добротный взгляд. Нет, они никогда не были близки даже близко. Они всегда были друг от друга бесконечно далеки. Но, если бы рукав ее пальто коснулся его рукава, то, несомненно, произошло бы короткое замыкание.

Они специалисты своего дела и никогда не позволят приблизиться друг к другу настолько близко. Он первый покинул транспорт. И ей стало хорошо. Катерина не смотрела, как Добротный выходил из автобуса, но своим присутствием он заставил ее забыть крики Шефа. Как звали человека в добротных вещах? Борт.

Безысходность всегда заставляла Катерину брать в руки телефонную трубку. Сейчас, когда все ходят в мобильниках, трудно понять привычку тянуть руку к стационарному телефону. Многие от него уже отказываются, не чувствуя в этом острой необходимости. Мобильник соединяет всегда с хозяином телефона, а домашний или фирменный телефон может соединить с кем угодно.

В том случае, если Катерине остро хотелось выговориться, она набирала автоматически один и тот же номер. На том конце раздавались гудки, но последнее время, данная связь казалась устаревшей и безмерно дорогой, и ее звонок иногда звенел в пустоте, или к нему подходила не та, кому звонила.

Они вместе работали: Катерина, Раиса и Борт. Они сидели в одном помещении рядом друг с другом. Компьютеров в ту пору не было, но были доски с линейками, расположенными под прямым углом друг к другу. На доски кнопками крепили белые листы бумаги и чертили простыми карандашами, иногда используя циркули, которые не хуже кнопок портили доску.

Борт и тогда уже ходил в качественных вещах, и очень за ними ухаживал, как и за одной молодой женщиной.

Была ли она красивой? Она была добротной. В Катерине их отношения вызывали легкий призрак ревности, который до сих пор был между ними. Зачем она его вспоминает и упоминает? Все чаще Борт стал попадаться на ее дороге. Зачем? Жизнь сводит и разводит людей. Катерину и Борта развела Раиса, когда они были молодыми и доски заменяли им компьютеры.

Раиса ходила в платье с яркими подсолнухами. Ее голову украшала коса, которую она заплетала, переплетала и закручивала на затылке. Ее грудь дышала среди подсолнухов, верхняя часть груди выглядывала из желтых цветов и привлекала внимание мужчин.

Борт — мужчина, а тогда он был молодой и красивый. А рядом с ним цвели подсолнухи, сквозь которые трудно было заметить Таю в серой или синей одежде. Катерина в то время часто плакала от усталости или обиды. Дома у нее был Семен, который забирал всю ее женскую энергетику. Могла ли она заглядываться на Борта? Скорее нет. И он нет.

Борт знал Семена, и видел слезы Катерины, но никогда ее не утешал. Раиса ее не успокаивала, она нападала на нее словесно и вела некую доминирующую перепалку. Раисе нравился Семен. Чтобы приблизиться к нему, она приблизилась к Катерине.

Раиса стала приходить к Катерине домой под любым предлогом, она придумывала дело, и оставалась у нее без нее, но с Семеном наедине.

Семен сказал Катерине, что Раиса к нему тянется, но ему не нравится ее фигурка, не его формат.

Раису холодность Семена не останавливала. Она плотно стала с Катериной дружить, успокаивать, настраивать и перенастраивать. И, естественно, что к ним домой она ходила, когда хотела.

Борт общался с Катериной, если они пересекались по работе, что было довольно редко. Борта Катерина видела с его новой дамой. Раиса общение с Катериной не прерывала, она стала приглашать ее к себе домой, но не одну, а вместе с Семеном на все виды праздников. После таких праздников у Таи складывалось чувство, что ее обманули.

Облако цвета мокрого асфальта нежно прислонилось к белому облаку. Сочетание удивительно. Совсем рядом плыли серые облака и задумчиво смотрели на черно — белую пару. Сквозь серые облака местами проявилось голубоватая безоблачность неба, а сквозь черно — белое сплетение облаков неба не было видно.

Вот так и судьбы переплетаются немилосердно. Длительное время Катерина работала под руководством весьма умного человека, который мог надеть на себя любую маску при общении. Он мог быть обаятельным, если она была сильно нужна в работе. Он мог быть равнодушным, если в его мыслях были иные хлопоты. Он мог быть непробиваемым. Если хотел уволить человека.

Дошла до Катерины черная очередь полного отчуждения. Он не дал ей выйти на работу, но с лихвой пользовался ее документацией, которую она скинула ему в компьютер. И это было ошибкой. Шеф не дал ей забрать свои вещи из стола. Она не отдала ключи от комнаты и ушла под его высокомерным взглядом. Она пыталась ему звонить, но без толку.

И вот, когда Катерине было плохо, родной ей человечек по имени Лера, сказала, что ей плохо от того, что о ней говорят плохо. Кто говорит? Родственники мужа. Катерина замолчала от неожиданности и грязи, в коей она не могла пошевелиться. Итак, она без работы. Без уважения.

Страшное слово «предательство» с трудом можно заменить слово «лицемерие». Катерина всегда считала себя белым облаком. Но нет, родственники сочли, что она слишком белая и замазали ее дегтем перед родным человечком.

Вот есть же люди, которые способны уничтожить вас через близких вам людей! При этом эти самые близкие люди по непонятным причинам забывают все хорошее, что вы для них сделали и помнят только плохое, чем вас очернили!

От такой вопиющей несправедливости Катерина сильно расстроилась, но ненадолго. Чего горевать? Если люди захотели поверить в плохое, значит им это выгодно. Когда им будет выгодна другая ситуация, они ее создадут.

И, действительно, черно — белое облако исчезло вдали, оставив за собой белый след среди серых облаков. Прошуршала, пролетела последняя листва, опала на землю и промокла от холодного дождя.

Родственники сказали. Что Катерина изменяла мужу…

О, как красив был любимый клен! Он цвел золотой листвой с багровой верхушкой. И такая красота длилась три недели, пока Катерина ждала, что Шеф вспомнит о ней. Не вспомнил. Пришлось искать ему замену.

Осыпались чувства сотрудничества, как листва с деревьев. Тае надо было искать новую работу. Сеть туманно намекала о том, что работы полно, но не все звонки получались, некоторые телефоны молчали. Поэтому Катерина пошла в центр занятости населения и не напрасно.

Катерину интересовала жизнь на земле, но безопасная для женщины. Ой, ей, ой, как трудно быть женщиной! Сказать по секрету, где хорошо? Мужчины обидятся. Хорошо после развода, как после грозы, но остается чувство потаенной обиды. И это не панацея. Вот и оставалось Катерине жить одинокой принцессой.

При первобытном заходе в Интернет нужна обычная карточка.

Есть некие салоны сотовой связи, судя по всему, не имеющие руководства. И вот представьте в большом супермаркете «Пятерочка» существует дверь, над ней слова «Солон сотовой связи». Рядом за желтыми стенами магазин запчастей. Это бывший двадцать пятый магазин.

Сегодня они Катерине доставили несказанное удовольствие, свойственное в целом Интернету: подставлять. Ее элементарно, как тетку с кошелкой подставили.

В этом салоне всегда была другая женщина, или Катерина на нее попадала, не первый год она покупала карточки для Интернета. И вдруг новая продавщица, с пучком волос, в чем — то одетая. После работы, после магазина, заходит Катерина в салон сотовой связи.

— Мне карточку за триста рублей.

Продавщица взяла пятьсот рублей, и протянула карточку и две сотки.

Катерина удивилась, почему она не записывает и чека не дает, но усталость и не желание связываться победило. Пришла домой, на часах было 17.30.

Дома только в 20.00 села к компьютеру, решила внести счет. Достала карточку. Она показалась старой. Стал открывать — легко открылась. Стала набирать номер карты и пароль карты — Интернет сообщает об ошибке. Посмотрела год выпуска:

Использовать до 1.07.2004. Вот почему чек ей не дали!!! Сбывают старые залежи!

Оделась Катерина, взяла карточку и вечерние нервы и пошла в салон сотовой связи, в «Пятерочку».

В салоне сидела женщина с пучком, в светло — сером платье — комбинации со стразами.

Пучок волос и наглые глаза остались при ней. Рядом с продавцом, на стуле сидела девочка подросток.

Катерина обратилась к продавцу:

— Вы мне, что сегодня продали, вы мне продали старую карточку!

— Женщина, у нас даже карточки в магазине нет!

Катерина показывает на витрину, на ней стоят карточки данной фирмы.

— Я была сегодня у вас после работы, вы взяли пятьсот рублей, дали две сотни и эту карточку.

— Женщина, вы что, посмотрите по документам, у меня по ним все чисто! Я вас сегодня не видела, вы у меня карточку не покупали! Я своих покупателей помню!

— Да, но я сюда хожу постоянно, это я вас здесь не видела, или за вас кто-то здесь сидел!

— Нет, я подписку давала, что работаю без замены!

— Так вот вы мне и продали карточку за прошлый год!

Да, плохо ходить без очков по магазинам, но за всеми не проверишь…

Катерина подошла к продавцу в соседнем отделе. Та сказала, что здесь конфликты постоянные. Около дома Катерина встретила молодого мужчину, который постоянно пользуется Интернетом. Он сказал, что в этом салоне скандалы и недовольство — дело постоянное. И все, как один не советовали пользоваться услугами салона сотовой связи.

Карточка — обманка лежит и напоминает: проверяй!

Катерина пришла в странное состояние от такого обмана.

А погода… Мои родители мне дали возможность окончить институт и поддерживали меня при рождении детей. Я могу сказать спасибо и моему мужу, как бы жизнь не складывалась, он был человеком и замечательным мужем и отцом.

Кондиционер дует за стойками из пластика. Прохлада медленно обходит офис, украшенный натуральными цветами в горшках. Фиалки, пальма и герань, и еще такие кои названия часто не упоминают. Цветут цветы по очереди, их поливает Катерина, которая их чувствует. Солнце светит исправно сквозь прямые полосы штор. Лето натуральное до 30 градусов тепла.

Фирма она и есть фирма. Работы бывает много, а иногда происходит спад деятельности, пусть не у всех, но по очереди. Фирма веников не вяжет, она делает домики под ключ. Делается домик, потом его ставят на платформу и увозят в готовом виде к потребителю. Все дела по чину. Катерина пришла со сборочного участка и уткнулась в компьютер, чтобы внести некие изменения.

Разговор Катерины и Анны Андреевны всегда состоял из вопросов и ответов. Анна Андреевна всегда спрашивала, Катерина вынуждена была отвечать.

— Катерина, почему ты стала конструктором? Зачем ты лезешь в мужскую работу? — осыпала вопросами Анна Андреевна.

Трех этажный дом прятался за крутым забором, из-за которого виднелись верхние два этажа. Ефима послали покорять забор с заднего двора, а что при этом будут делать его сообщники, ему не сказали. Собаки во дворе не было. Да и кто теперь держит во дворе собак, если они дорогие и породистые?

Особняк был тоже дорогой и породистый, выполненный из слегка обработанных камней. Ефим перемахнул через забор и полез по стене, уступов на ней было достаточно, даже костюм летающего лешего не понадобился.

На третьем этаже ему надо было влезть в небольшое окно ванной комнаты. Он прочертил овал на стекле алмазным инструментом, одним движением залепил стекло пленкой, продавил и влез внутрь. Интересно, что стекло было не двойное, а одинарное.

Ванная комната представляла собой нечто кафельное и опрятное, подробности он не рассмотрел. Через ванну он вышел в коридор третьего этажа. Его гибкая фигура в трико, изогнулась в сторону двери спальни.

Ефим не думал, а выполнял задание. Спальня была погружена в полумрак. Он увидел большую кровать, стоящую спинкой к стене. Он четко увидел один силуэт. Значит, его задача пугнуть этого человека. Ефим надел зеленую маску монстра, нажал на кнопку, и на нем надулась одежда. Он стал толстым. Из его кармана зазвучала мелодия из первого фильма о зеленом монстре с завернутыми ушками. Спящий человек пошевелился, но, увидев ужасную и обаятельную фигуру зеленого монстра, закрыл глаза, потом открыл и опять увидел торчащие ушки тролля, который к нему приближался странными шагами.

— А, а, а!!! — завопил мужчина, явный клон Николая Павловича. Он натянул на себя одеяло, потом резко его отбросил, и не обнаружил в комнате никого, но увидел, что дверь в комнате бесшумно закрылась.

Ефим вышел в коридор, навстречу ему бежали два тощих пса, видимо они услышали крик хозяина. Собаки, увидев зеленое чудовище, приостановились. Ефим воспользовался замешательством собак, прыснул из баллончика в их сторону неизвестным веществом.

Собаки отключились. Он снял с себя костюм тролля и ушел из здания по балконам.

Деньги Ефиму принесли те же два человечка, и, протянув ему конверт, исчезли. Ефим тут же пошел домой, где его ждала Катерина. Он прекрасно знал, что ей труднее других пришлось переживать банкротство, которое устроил Николай Павлович, приобщив всех к фантастическому полету через межзвездный портал. Но фильм, снятый на тему полета, имел фантастический успех среди зрителей, и финансы нашли своих спонсоров.

— Катерина, — сказал Ефим и замолчал, вглядываясь в экран телевизора, где в черной рамке показывали лицо человека, похожего на Николая Павловича, который, как сказали, умер сам по себе. Ефим сжал зубы, еще немного помолчал, послушал диктора, о том, что он говорит о смертном, и сказал: — Я предлагаю тебе полететь на Луну.

— Это шутка, Ефим? — спросила Катерина. — Где у тебя миллионы зарыты? Ты их в засушенном виде хранишь, как фруктовый чай?

— Нет, все значительно круче. Если лететь на острова, то у меня есть наличные деньги, а если лететь на Луну, то придется продать то, что лежит в моем поясе.

— Ты вновь захотел стать известным человеком, но за какие деньги? — спросила она, не принимая его слова всерьез.

— Ценой юмора, — ответил Ефим со странным выражением лица, трогая пальцами сумку у себя на поясе.

— Все свое ношу с собой? — спросила Катерина, махнув головой в сторону его сумки.

— Нет, здесь наличные деньги для полета на острова или куда ты захочешь поехать в пределах Земли, а если ты согласишься полететь на Луну, то и деньги будут другие.

— Я тебя поняла: в нашем Лунном парке открыли новые аттракционы. Хорошо, пойдем в парк, и на аттракционах узнаем, на что мы годимся, — серьезно сказала Катерина.

— Ладно, пойдем на американские горки! — согласился Ефим. — Катерина, ты только скажи мне: в нашем доме не появились случайно большие головки винтов, которые ни Богу свечка, ни черту кочерга? Просто ввинченные винты или жучки?

— У тебя вечер загадок! Я дома — женщина, и все мужское дела вплоть до шурупов, мне — чужды.

— Звучит хорошо! Тем не менее, я пройду по дому, — сказал Ефим и пристальным взглядом просмотрел все головки винтов, но ничего необычного не обнаружил. Его внимание привлек новый шкаф, с одного бока у него виднелись коричневые, пластмассовые заглушки, на одном винте заглушки не было. Он приблизил рот к микрофону, похожему на головку винта и сказал: — Привет, Сеня, ты зачем человека пришил?

 

Глава 12

Сеня сидел в это время на высоко поднятом сиденье стула, в помещении для наблюдений за клиентами и сотрудниками. Он посмотрел на панель сигнализации, услышал звуковой сигнал, увидел мигающий светодиод, включил трансляцию из дома Ефима, но больше одной фразы так и не услышал. Сеня и сидящий рядом с ним его напарник Веня, переглянулись. Их выразительные глаза мыслей вслух не выражали.

— Ефим сообразительный мужик, — проговорил Сеня, коренастый мужичок со скошенной головой. — Он умный, нас не продаст.

— Зато он продаст то, что украл. Сеня, ты, что не понял, что это он стащил пояс с товаром? А клон посмотрел, что пояс с товаром исчез и дал дуба, — сказал Веня.

— Веня, ты думаешь, что это Ефим стащил товар?

— Нет, его собаки украли, — издевательски протянул Веня, человечек сухощавый, можно сказать худой, несколько сутулый, с редкими, светлыми волосами на голове, но без сплошной лысины.

— Похоже, что ты прав, — скрипнул зубами Сеня, — мы с тобой ждали Ефима в машине, и клона Николая Павловича в глаза не видели. По ТВ сказали, что он умер своей смертью, жил один, сердечный приступ и помочь было некому.

— Мы, что теперь Ефима пугать будем? Это Николаю Павловичу надо было пугнуть своего клона, чтобы тот товар отдал, а Ефим и пугнул, и товар взял. А двойник богу душу отдал. Мы что зря ему деньги отдали? — заволновался Веня.

— Мы свою задачу выполнили, остальное — не наше дело. Веня, а что за товар-то мы упустили? — спросил наивно Сеня, думая, что в поясе находились сапфиры с Луны.

— Сеня, я так понял: пропало вещество, которое из собак делает людей. Если собака съест это вещество, в ней меняется набор хромосом и собака становится человеком, пусть недалеким, но все же.

— Собак и среди людей достаточно, еще людей из собак делать. Веня, скажи, что пошутил.

— Нет, я не шутил, это вещество такое дорогое, что мало не покажется, если его продать. Вот если оно сейчас у Ефима, то он богатейший из людей и может слетать на Луну.

— Так, давай кинем его, и станем богатыми, — предложил Сеня.

— Оно мне надо? — пробубнил Веня. — Николай Павлович говорил по телевизору, что собак готовят для полета на Луну. Собаки людьми не станут, их сделают немного умнее, натаскают и пошлют к Лунным гномам в гости. Слышал ты про лунных гномов?

— Ты за кого меня считаешь? Видел я макет Сферы для Луны по ТВ, понятное дело лунные гномы маленькие, вот и нужны разведчики типа собак, но умнее собак. Слушай, Веня, а если я съем эту бурду из пояса, то стану умным? Нобелевскую премию мне дадут?

— Сеня, тебе дадут премию в области наукоемких краж!

Во сне Николай Павлович продолжал летать. Он испытывал блаженство от парения в воздухе. Вероятно, в прошлой жизни он был птицей. В настоящей жизни он был изобретателем. Мысли о технических новинках, которые можно создать на фирме не давали ему покоя. Вот и теперь он думал о том, как сделать умную собаку, которую можно послать на Луну. Нужная собачка Кросс была у его сотрудницы Катерины, но уж очень она была непосредственная, и трудно было представить собаку разведчицей в катакомбах планеты.

Ефим предложил использовать для Кросса сыворотку мозга, которую он использовали для биологических роботов. Николай Павлович больше доверял электронике. Он подумал, что чип памяти — это то, что надо. В чип можно зашить нужную программу, содержащую необходимые знания для собаки. Хуже другое, у собаки не было в голове платы для установки чипа. Либо чип должен быть радиоуправляемой моделью. Теплее.

Портал известности и портал забвения дружили семьями. К Катерине они никого отношения не имели, она была неизвестной. Почему? Простой женщине забвение не грозило, поскольку известности не было никакой. Она смотрела на экран компьютера, и искоса смотрела на небо за окном.

Перистые облака затейливой формы тонким слоем отделяли землю от космических глубин. Вскоре глаза невольно посмотрели в сторону входной двери, при этом вся она даже не шелохнулась. В дверь вошел высокий, импозантный Ефим. Последнее время он зачастил в ее дом. Это был мужчина, овеянный легендами, которые сочиняли люди, возводя его в ранг известности местного масштаба.

Катерина отличалось цельностью характера, мужчин не меняла и на импозантного мужчину внимания не обращала. Она, с удивлением читала в СМИ о достоинствах мужчин, особо ничего не понимая. Поэтому она обратилась к женщине весьма привлекательной, у которой было пару мужей и один любовник.

Вот, что ответила умудренная жизнью женщина, а точнее Анна Игоревна:

— Все трое моих мужчин отличались по своим достоинствам.

— А кто из них был лучшим любовником? — спросила Катерина, краснея.

— Кто? — переспросила женщина? — Знала бы кто из них лучший, не меняла бы. Хотя. Первый муж был моим первым мужчиной, я считала, что форма его достоинства в виде эскимо, единственная для всех мужчин. Мне с ним было комфортно в сексе, пока была между нами любовь. Когда любовь стала проходить, то его достоинство средних размеров превратилось для меня в гигантскую змею, которую я ненавидела.

Потом я дружила с одним красивым человеком, который обладал кексовым достоинством. С ним было приятно в первое мгновение, потом все исчезало. Дальше дружбы мы с ним не пошли, и вскоре расстались. Мой второй муж обладал мощным сексуальным оружием, но сам по себе страстью не отличался. А достоинство его в любое мгновение могло превратиться в сдутый шарик. С кем было лучше?

Скорее с чем? Со страстью, с любовь — все достоинства прекрасны. А без любви получается фантик от эскимо, бумажка от кекса, и сдутый шарик…

В следующий приход импозантного мужчины, взгляд Катерины оттаял. Она подумала, что Ефим — то, что надо.

Офис гудел и стонал от голоса Ефима. Он разделывал в пух и прах нерадивых работников. В конце месяца он орал на всех и вся, и особенно на очередную жертву, показывая свое подобострастие в подборе кадров.

Страшный человек по сути своей, а внешне вполне симпатичный. Катерине он довольно долго нравился, пока она косвенно не попала под его выхлопные газы слов. Ужас в полной мере пришлось испытать ей, не отходя от рабочего места, и все благодаря страшному набору слов, которые произносились вполне нормальными словами.

В очередные жертвы разборки можно было попасть за небольшое опоздание на работу, или за пропуск части рабочего дня по причине вполне пристойной, например, если вам надо было сдать примитивный анализ.

Вопли Ефима — это ерунда, но постоянно портящая нервную систему, после чего хотелось просто пройти среди летящей листвы, которая шуршала, но не ругалась праведными словами.

Вот в чем был ужас ругани: все слова по отдельности были правильными, но в целом — это был гимн несправедливости. Через некоторое время все люди на фирме успокоились. За окном ветер гнал дымчатые облака, между которыми проглядывало солнце и освещало золотистое оперение деревьев.

Ефим молчал, пока не зазвонил телефон. Пусть говорит, это его хлеб, но какой-то невкусный.

Тоска сжимала Катерину со всех сторон от слов Ефима, она не выдержала и вышла из его кабинета. Работа не волк в золотистый лес не убежит, а Ефим в прошлой жизни был волком, — подумала Катерина и поднялась на этаж выше. Но, посмотрев на его занятость, она решительно пошла в свой офис, понимая, что все ее метания между этажами — сплошная глупость.

Она села на свое место, но спокойствие не приходило, тогда она открыла сеть и прочитала последнюю новость, в которой говорилось, что кондор унес с крыши человека.

Ефима Катерина знала, как соседа по лестничной клетке и по ледовому дворцу, где она иногда каталась на коньках. Так вот почему было неспокойно на душе!

Ефим был постоянным ее поклонником. Ефима она видела в хоккейной коробке, на работе, но этажом выше. Если бы она не смотрела хоккей, то и не знала бы Ефима в качестве хоккеиста.

Катерина открыла литературную страницу, посмотрела конкурс. Все как обычно, она месяц наблюдала за активом крупного конкурса, естественно с конкурса сняли произведение, которое единственное отвечало всем требованиям конкурса. День не оказался лучшим для нее во всех отношениях.

Но отрицательный результат — тоже результат. «Глобальность сети так возросла за последнее время, что охватила огромные просторы. А это значит, что очень легко стать добычей сети — коршунов», — думала Катерина, просматривая свои страницы, и, убирая их с прямых показов.

Есть такая примета, если утром не спится, значит, на ваших страницах пасется Восток. Если вам плохо вечером — активизировался Запад. Безопасность бывает не всегда прямой, в век всемирной информации она может быть и косвенной, поэтому лучше иметь второе дно существования, необходимое для того, чтобы свои не узнали.

Ефим исчез из поля доступа, его не могли найти. Связь была потеряна полностью. И, вдруг, закрывая одну свою страницу, Катерина натолкнулась на читателя, очень похожего на Ефима. То есть он вышел в прямой эфир сети, но в качестве читателя, который исподволь разыгрывал Катерину. А она от этого не спала. Вот и весь фокус общения. Она чувствовала Ефима через океан вселенной паутины!

Сидела Катерина, работала за компьютером в технической лаборатории.

Вдруг вбегает Ефим, и кричит страшным голосом:

— Пропала сыворотка!! Пропала!

— Сыр, что ли у вас ворона свистнула? — спросила Катерина с наивной улыбкой.

— Какой сыр!? Кому теперь нужна наша работа, если сыворотка пропала из контейнера!

— Ефим, почему вы так кричите? Все будет нормально. Работу сделаем, заказ для Луны не пропадет.

— Забыл, с кем имею дело! Прости, Катерина. Я поясню крик души. Дело в том, что сыворотка, разработанная и созданная для собак, для того чтобы они стали достаточно умными и ходили бы по катакомбам Луны, и сообщали бы информацию о лунных гномах — пропала.

— Ефим, а сыворотка была спрятана в контейнере, а контейнер был выполнен под пояс?

— Катерина! Точно! Ты откуда это знаешь?

— Вчера видела такой контейнер на одном человеке, а он все хвалился, что в нем денег столько, что хватит на Луну слетать.

— Кто он? — спросил Ефим Павлович, округляя и без того большие глаза.

— А, что ему будет?

— По головке погладят. А не скажешь, кто он — тебя погладят, чем надо.

— Я пошутила.

— Это не шутка, а преступление межзвездного значения. Пропала возможность подготовки космических экипажей для особо сложных полетов. Кто-то украл весь наработанный материал, ничего не осталось, кроме огромных химических формул. Но от формул до вещества, как от Земли до Луны.

— А что мне будет, если я найду это вещество?

— Если честно, то не знаю.

— Получается, что надо найти вещество и подбросить его вам на усыновление?

— Да, Катерина, да! Когда принесешь контейнер?

— Завтра.

— Это не ответ! Я тебя сейчас отвезу туда, куда скажешь. За поясом поедем и сейчас!

— Знать бы, где он сейчас. Понимаете, я не знаю, где находятся ноги того, который на своем поясе носит вещество межзвездной стоимости.

Ефим посмотрел на девушку и решил, что она пошутила, но он не шутил, и спросил:

— Катерина, новую иномарку хочешь?

— А что так теперь конфеты называются? — спросила она шутливо.

— Я слышал, что ты знаешь, где сыворотка находится. Хочешь, я тебе скажу, у кого ты ее видела? У Ефима. Скорее всего, он предлагал тебе полететь на острова.

— Ты откуда знаешь?

— Ты, где работаешь? Я больше скажу, Ефим попытался улететь с секретной сумкой, но его остановили, когда он проходил турникет в аэропорту. Он обойдется без информации, пусть сам ее добывает, а мы за ним посмотрим.

— Так, а за какие подвиги предлагаете мне иномарку, если уже нашли сыворотку?

— За новую разработку! Луна есть Луна, но и на земле дорог много. Надо разработать прибор для определения неровности дорог на Луне, при перемещении определенных грузов.

— Ефим Павлович, теперь мне все понятно! Датчик блокировки замкнулся, когда Ефим проходил через турникет в аэропорту!

— Умница, но обойдешься без иномарки.

Дома той — терьер Кросс радостно встретил Катерину, покрутился вокруг ее ног, сел. Его уши встали торчком. Умная мордочка слегка наклонилась и застыла с преданным выражением глаз. Катерина внимательно посмотрела на той — терьера Кросса, нажала на имя «Ефим» в своем телефоне, в ответ услышала его голос:

— Катерина, в чем дело?

— Ефим ты на свободе? Я слышала краем уха разговор Ефима и Нади, они говорили, что у тебя крупные проблемы.

— А я и был на свободе. Я сбросил с себя сумку, выбежал из аэропорта, пока люди из погони не поняли, что к чему. Потом я остановил попутную машину, в ней сидела Надя, приятельница Ефима. Я сижу за рулем, а она рядом со мной сидит.

— Надя жива?

— Она в норме…

— У вас произошла рокировка? — спросила Катерина машинально, она на самом деле была в шоке от новостей последних дней.

Связь прервалась.

— Ефим, кто звонил? — спросила Надя, повернув голову к человеку за рулем.

— Катерина все уже знает, — ответил Ефим, останавливая машину у обочины дороги.

— Отвези меня домой, — грустно попросила молодая дама.

— Да ты посмотри на поле с пшеницей! Нам повезло! Летающая тарелка прямо по курсу! Катерина была бы счастлива, увидеть такое зрелище!

— А мне оно зачем? — уныло спросила Надя.

— Тогда сиди в машине, а я пойду, посмотрю, что там происходит! Вот повезло мне стать очевидцем написания кругов на пшеничном поле! — воскликнул Ефим. Он вышел из машины и пошел в пшеничное поле.

Надя без эмоций на своем прекрасном лице пересела за руль и поехала в сторону города.

Ефим не оглянулся на шум мотора. Его пленило круглое облако над пшеничным полем. Он шел навстречу неизвестности, и увидел, как из облака опустились столбы к колосьям, прочертили вензеля, потом они поднялись в облако. Он попытался позвонить Наде, но его мобильный телефон хранил молчание. Молодой человек вышел на шоссе — оно было пустынно.

Неожиданно Ефим почувствовал, что отрывается от земли и плавно поднимается, словно его держит невидимая сила. Он поднял голову: над ним висело густое облако, и тут он заметил, что его держит это самое облако. Он сделал попытку вырваться и упасть на землю, но сила невидимых рук в облачных перчатках была намного сильнее. Земля уходила из-под ног, но его ноги не болтались над пропастью пустоты, а мягко погружались в облачную, упругую массу. Он уже чувствовал это облако, почти невидимое, но такое реальное! Он посмотрел вниз и увидел вензеля на пшеничном поле, еще мгновенье и зрелище исчезло.

На некоторое время Ефим потерял видимость, а очнулся внутри просторной кабины в кресле из белого тумана. Он стал оглядывать странную кабину неизвестного летательного аппарата.

— Ефим, ты нам нравишься! — раздался скрипучий голос с потолка, мы возьмем тебя в качестве производителя.

— Вы — это кто?

— Мы — это высшая ниша существования разумных существ. Мы тайные и явные одновременно, нас чувствуют, но не видят, мы — облачные Боги.

— Отлично, а где вы живете? На горе или в болоте? Там жить можно?

— Он еще спрашивает! Мы есть везде, это об одном из наших написали известную сказку. Засветился и в сказку попал.

— Снежная королева тоже ваша дама?

— Вероятно, и она была нашей, но давно.

— А тролли — ваших рук дело?

— Проехали, тролли не по нашей части, у нас несколько иное амплуа.

— Заинтересовали.

— Ты выполнял наше задание в образе зеленого монстра и прекрасно справился с ним, но зря упустил сыворотку для увеличения разума собак, теперь ее трудно будет заполучить.

— Значит, и тролли по вашей части, — задумчиво протянул Ефим. — А я думал, что вы заоблачные гномы.

— Все мы заоблачные, если пригласят, — сказал Николай Павлович.

— Я вас где-то видел… О, Николай Павлович! Так вы живы?! В цирк играете?

— Да, это я. Ладно, сыворотку в аэропорту у нас перехватили другие люди. Юмор в том, что воришка схватил брошенную тобой сумку и скрылся. Никто ж не знал: из-за чего сыр бор поднялся в аэропорту.

— А, что это за облако, в котором мы летим?

— Ой! Темнота! Ефим, это обычная летающая тарелка, облаченная в облако для большей конспирации. В ней все предметы и все движущиеся части покрыты облачной субстанцией.

— Это вы круги рисуете на полях с пшеницей?

— Естественно! Наше дело народ запугивать непонятными явлениями.

— А меня обязательно надо было всасывать в эту облачную ловушку?

— Ты слишком много увидел, а кто ты, выяснили чуть позже.

— А Надю выпустили?

— Она уехала своим ходом. Она умная женщина и нос не сует в чужие дела, и тебя кинула.

— Что со мной сделаете?

— Уши надерем! А если серьезно, то я заметил, что высоты ты не боишься, будешь при необходимости изображать человека — облако, хотя у тебя есть костюм летающего лешего, и полеты на небольшой высоте новостью для тебя не являются.

— У вас все сказки работают?

— Не все, но полезные для дела. Да, ты будешь: человек — облако, — веско сказал Николай Павлович.

— Летающий человек — облако?

— Не отвлекайся от дела, у тебя будет костюм облака. Ты уже понял, что мысль вложена во все, что тебя окружает и весьма серьезная. Летать между домами ты будешь без паутины. От крыльев птиц и самолетов мы отказались. Наше амплуа — невидимая видимость, малая облачность. То есть тебя все видят, но в качестве облака. Вспомни песенку: я тучка, тучка, тучка, я вовсе не медведь. Да, Вини пух — отличный прототип.

— А у меня будет друг в виде ослика или пяточка?

— Дадим тебе в друзья волка.

— Нет, мне что-нибудь проще.

— Тогда самого меня.

— Подождите, но по ТВ передали, что вы погибли!

— Пролетели. Я под личной опекой небесной ауры, я всегда живой, пока жива она. Той — терьера Кросса мы хотели угостить сывороткой, тогда бы он мог стать жителем Луны, но ты потерял сыворотку. И теперь пес слаб, чтобы быть твоим другом.

— Я, что такой простой? — возмутился Ефим. — Я не потерял сыворотку, она и сейчас в контейнере на моем поясе. А в аэропорту я подсунул в такой сумке металлический предмет в мусоре, он и заверещал, а сам я сказал, что взял не ту сумку и вышел. У аэропорта по чистой случайности стояла машина Нади.

— Зачем вообще ты поехал в аэропорт?

— Прочувствовать почву.

— Ефим, хорошо, что ты не лопух. Просто отлично! — лицо Николая Павловича исказила довольная улыбка. — Мы сейчас прилетим на облачную базу, — и он исчез в тумане кабины.

Поляна в лесу была огорожена ровным, металлическим забором. Ефим вышел из летающей тарелки. К нему подошли Сеня и Веня, они встали с двух сторон и повели его в его номер, расположенный не выше забора. В комнате висели несколько костюмов облаков разных оттенков для разной погоды. Сам по себе костюм не был большим. Ефиму помогли надеть костюм с жестким каркасом, фиксирующим его местоположение в костюме.

Двигатели обеспечивали плавное движение в воздухе. Это был мини самолет без больших лопастей и крыльев. Он нажал на первую кнопку, вокруг него надулся некий чехол, вокруг чехла стало образовываться облачная субстанция. Он нажал на вторую кнопку и вылетел в открытое окно. Скорость облака была так мала, что он просто завис над облачным аэродромом, если его так можно назвать. И зачем нужны эти облака? — подумал он.

— Ефим, ты зачем в небо поднялся? Опускайся!

Услышал он в шлемофоне скрипучий голос Николая Павловича.

— Я не знаю, как это сделать, — прошептал Ефим.

— Перед тобой красная кнопка. Жми на нее! — гневно крикнул Николай Павлович.

Ефим лежа планировал над облачным аэродромом, перед его глазами находились кнопки и ручки управления, он нажал на нужную кнопку и стал плавно опускаться на землю. Падение было столь медленным, что он спокойно встал на ноги. В его душе осталось весьма приятное чувство от полета. К нему подбежали Сеня и Веня. Из парадной двери здания к ним спокойно шел Николай Павлович.

— Как ощущение полета? — спросил он с улыбкой на лице.

— Нормально, командир, — ответил Ефим, — извините, я на кнопки нажал машинально, совсем не думал, что я полечу.

— Сеня, мог бы предупредить человека о назначении каждой кнопки, ручки и индикатора на пульте управления.

— Николай Павлович, так по этой части у нас Веня. Он инструктор по низкой облачности.

— Веня, проведи курс по изучению данной модели облака.

— Да без проблем, все сделаем! Ефим так шустро оделся в этот костюм, что мы глазом не успели моргнуть, как он в окно вылетел серым облачком.

— Специалисты облачные, вопрос можно задать? Я во время полета постоянно должен лежать? Я не рыба, чтобы лежать! А сидя летать можно? — спросил Ефим.

— Варианты расположения человека в облаке находятся в работе, сейчас готово только планирующее облако, — ответил Николай Павлович.

— А бегающего облака нет в работе? Захотел — полетел. Захотел — побежал. Захотел — полежал. Ладно, я готов к изучению полетов в низкой облачности. Умнее Вени в этом вопросе никого нет?

— Работайте, Ефим! — бросил на ходу Николай Павлович, и пошел в сторону машины.

Сеня исчез в неизвестном направлении.

Веня и Ефим вернулись в помещение с облачными летающими объектами.

— Ефим, пойми ты не птица, чтобы планировать в потоках воздуха. Твоя задача лететь туда, куда тебя пошлют. Моторы маленькие, но сильные и надежные. Все тонкости устройства летающего облака я не знаю, кроме того, я не знаю, как преобразуется в них энергия, но знаю назначение всех кнопок, переключателей и значение индикаторов. Управление простое. Ты поймешь сразу, но далеко не улетай. Поднимись раз десять над базой, а потом полетишь по заданию.

— Инструктор Веня, а можете показать достоинства летающего облака на личном примере?

— Могу. Я тонкий, звонкий и прозрачный. А ты такой же, только красивее.

— А вдвоем можем взлететь?

— Сядь и слушай, потом взлетим вдвоем.

И они углубились в изучение устройства летающего облака.

Егор пришел в техническую лабораторию, сел на рабочие место. Он был занят настройкой нового устройства неизвестного назначения. Катерина работала рядом с ним. Внезапно свет из окна исчез, и вновь появился. Она увидела два серых облака, плавно удаляющихся от окна.

— Егор Павлович, кто сегодня облака изображает? — спросила она.

— Твой суженый, ряженый Ефим и Веня, — быстро ответил Егор, не отводя глаз от приборов. — Катерина, ты лучше скажи, когда принесешь той — терьера Кросса на инъекции? — спросил он, вставая со своего места.

— Собачку жалко.

— Это работа и ты знала, что пес полетит на Луну. Кстати, и подушки твои сухими останутся.

— Можно я с ним полечу на Луну? Пес привык ко мне.

— Перед полетом тебе надо будет пройти серию тренировок, — это долго! Твои вариантные мозги нужны здесь. Слушай, а что если Надю послать вместе с псом на Луну? Она отважная девушка, и не откажется от полета. Кросс ее знает хорошо.

— Отлично, пусть летят.

В этот момент в помещение лаборатории вошел Ефим.

— Ефим, мы думаем послать Надю с псом на Луну. Отпустишь? Она хотела улететь туда, где нет наших приборов. Сыворотка к нам вернулась, несколько инъекций и Кросс будет готов к полету, — спросил Егор.

— Егор, спасибо, что спросил, мог бы и без моего разрешения послать ее куда угодно.

— Ты чего такой покорный?

— С вами станешь покорным и безропотным, — пробубнил недовольным голосом Ефим. — Почему именно Надю? Других людей нет?

— И ты еще спрашиваешь? Задание у нее настолько секретное, что все кто с ней общается должны быть нашими людьми. Мы не можем рисковать! Сам знаешь, комплекс на Луне не только мы возводим, но и наши конкуренты. Наша задача проникнуть в катакомбы Луны. По нашим данным они невысокие, но многочисленные. Человек в них не пройдет. Предполагаем, что Лунные гномы сами по себе маленькие живые гномы, покрытые небольшим мехом. Кросс среди них будет выглядеть волкодавом или лошадью, скорее лошадью. Надо его в цирк свозить, найти дрессировщика, чтобы он мог на себе седло возить с маленькой обезьянкой. Лунным гномам понравится такой вид транспорта.

— Егор, такое задание Кросс и без сыворотки выполнит, — сказала Катерина.

— Первую часть задания он может выполнить после дрессировки. Но так мы решим задачу по ублажению прихотей лунных гномов. Наша задача, чтобы Кросс добыл сведения о катакомбах Луны более подробные и доставил их нам. Он наш разведчик, — серьезно проговорил Егор, глядя на приборы своего стенда. — КБ уже все это знает, о том кто и как живет на Луне. Блик — глава Луны знает много. У нас есть его портрет, мы его поставим перед псом, чтобы он его запомнил. Задача собаки — Блик! Кисельные берега — это одно, а тайны народа Луны — это другое. Кросс — лошадь для Блика, но не просто лошадь. Сыворотка даст возможность развить мозг пса до уровня необходимого для самосохранения, он не должен пугаться неизведанного, но и не должен излишне рисковать. Он должен вернуться живым и принести нам видео. Мы все запишем, весь его путь по катакомбам, — сказал уверенным голосом Егор Павлович.

— Егор, но фото импульсный прибор еще в работе, мы его не проверяли в экстремальных условиях. Ты прекрасно понимаешь, что температура на Луне и в Луне — не комнатная, — возразила Катерина.

— Мне не надо объяснять ограничения работы прибора по температуре. Все схвачено, за все заплачено.

 

Глава 13

Катерина выслушала Егора и решила сама лететь на Луну с Кроссом.

Луна — песчаная пустыня с ровными круглыми кратерами не всегда радушно принимала космические корабли с Земли. За первые годы освоения Луны многие запуски космических кораблей с Земли были неудачными, кто-то охранял спутник Земли от вторжения инородных тел.

Фонтаны светящейся пыли люди могли принимать за стрельбу. От первых полетов у землян возникало ощущения, что в недрах Луны кто-то живет. Это они не пускали космические корабли. Они обстреливали неизвестным оружием космические ракеты! Или землянам так только казалось.

Из кратера с поверхности Луны вырвался светящийся столб пыли и завис на три минуты в воздухе. Катерина на миг оцепенела: зрелище было незнакомое. Она шла по Луне в скафандре.

Она двигалась маленькими шагами: гравитация на спутнике в шесть раз меньше чем на Земле. Скафандр сковывал ее движения и не давал из-за своей тяжести и неуклюжести двигаться большими, легкими шагами.

Да, первыми на Луну во времена строительства Сферы полетели Катерина и Ефим.

Перед полетом они немного волновались, как-то их встретят коренные жители Луны. К этому времени было известно, что на Луне живут лунные гномы. Ходили слухи, что это небольшие существа, которых не смогли снять на фото, они словно были заговорены от магии фотопортретов.

Рядом с Катериной шел Ефим.

Они сдружились на тренажерах при подготовке к полету. Людей на Луну отбирали по уму, здоровью и нетребовательности к пище, способных к самоограничению по многим вопросам быта. Такие люди встречались в различных слоях общества, на Земле шел поиск людей избранных для жизни на Луне.

Катерина оказалась в рядах первых строителей необыкновенного космического комплекса, поэтому атлас Луны она хорошо изучила. В данный момент она шла по дну кратера диаметром двадцать пять километров. На Земле было принято решение именно здесь построить космический объект «Сферу». Вскоре Катерину догнал Ефим на луноходе.

Все строительство сферы находилась в планах трех Павловичей. Ефим Павлович отвечал за работу с лунными гномами.

Егор Павлович отвечал за строительство грузовых, космических кораблей. Николай Павлович занимался разработкой Сферы. Планов было много, но скорости строительства иногда сильно стопорились расстоянием между Землей и Луной.

Выбрали место для строительной площадки. А дальше? Без волшебной палочки не забросишь строительные материалы с Земли на Луну. Что Катерине оставалось делать? Писать в каюте космического корабля. Ефим в это время занимался планированием строительства. Катерина сидела в своей каюте космического корабля, и вспоминала свою дорогу на Луну.

Вскоре Катерина и Ефим вместе выбирали площадку для строительства лунного комплекса. Песок поднимался от колес лунохода и быстро оседал. Солнце светило уже больше недели, до ночи оставалась еще неделя, надо было все хорошо осмотреть.

День на Луне длится месяц. Интересно сколько лет будет Катерине через земной год? Но пока она была молода и верила в то, что здесь будет построен райский комплекс. Люди готовили строительную площадку для стационарной космической станции с учетом того, что здесь нет атмосферы.

Разработчики станции во главе с Николаем Павловичем предполагали, что комплекс — это маленький городок, расположенный под колпаком сферы, что он будет построен для большей компактности несколько на муравейник, рассеченным всевозможными арками для перемещения. На Земле был собран его макет в натуральную величину, который проходил испытания по всем возможным параметрам.

Люди на Земле знали, что такое плюс или минус пятьдесят градусов, надо было добавить еще пятьдесят градусов к своим познаниям и получить условия жизни на Луне. Бывают удачные сооружения, которые стоят века. Станция делалась не на один год или день. Комплекс был намного проще и интересней обычных летающих станций вокруг Земли. Трудности неизбежно будут ожидать его обитателей, но и на Земле есть различные типы зон, где надо проходить из вакуума в воздух, такие переходники давно и надежно отработаны.

Маленький кусочек Земли создавался под Сферой с обычной атмосферой. Чуда нет. Если разобрать все проблемы строительства комплекса на части, то можно было увидеть, что все они имели свое техническое решение. Часть проблем была отработана на Земле. Сфера — крыша комплекса, была проверена в Антарктиде и пустыне Сахаре.

Освоение Луны стало делом всех землян, речь шла не об отдельной нации, а о создании нового клана людей. Лунную космическую станцию предполагали построить под большой сферой.

Крышу сферы, как и скафандры, делали многослойными. Задача разработчиков состояла в том, что надо было получить постоянные двадцать три градуса внутри объекта. Они учитывали и то, что температура здесь бывает в интервале от 100 градусов плюс до 100 градусов минус.

Всем известно, как ведет себя вода при таких температурах. Следовательно, воды на поверхности Луны быть в принципе не могло. Чем поить комплекс на пятьсот человек?

Разработчики должны были решить такую сложную задачу. Бурить поверхность Луны? Но где, куда и насколько? Добудешь воду, а она замерзнет или испарится.

Как поймать воду, если температура для нее на поверхности Луны совсем не подходит?

Ответ один: для начала надо построить герметичный объем в виде сферы, непробиваемый метеоритами. Для строительства комплекса разрабатывались новые технологии не только для получения принципиально новых материалов для крыши комплекса. В замкнутом пространстве сферы, необходимо было создать кислородный климат.

Главное для создания комплекса: крыша, воздух, температура внутри Сферы, потом дело дойдет и до воды. Должна быть в недрах Луны концентрированная вода и ее компоненты!

Разрабатывалась целая серия космических кораблей с большой грузоподъемностью под руководством Егора Павловича. С Земли на Луну вскоре должны были полететь целые серии этих кораблей для транспортировки огромного количества груза.

По периметру дома — пирамиды предполагали построить квартиры с окнами, внутри огромного здания намечали расположить промышленные помещения. Райский комплекс рассчитывали построить человек на пятьсот. Большую космическую обсерваторию решено было разместить на верхних этажах пирамиды, с большим набором телескопов для наблюдения за звездными просторами, с новой точки зрения.

Катерина тщательно разбиралась с планами Николая Павловича по строительству Сферы. Она вышла в скафандре из космического корабля на линию терминатора. Немного привыкнув к лунному ландшафту, она заметила маленькие норки в лунной поверхности. Норки были прикрыты камнями.

Катерине крупно повезло, из одной норки показался гном, за ним вышло еще двое. Она мысленно назвала их лунными гномами, и спряталась за космический корабль, наблюдая за маленькими гномами, выбегающими из Луны.

Лунные гномы были похожи на маленьких людей с хорошо развитыми руками. Было в них нечто человеческое, но покрытое темной шерстью. Нельзя их было спутать с обезьянами.

У местных жителей не было хвоста, а головы относительно туловища были больше, чем у людей. В целом, гномы вызывали симпатию. Можно их было сравнить с медвежатами, но они были более изящными. Катерине лунные гномы сразу понравились.

Лунные гномы немного попрыгали у норки, то на задних конечностях, то одновременно на передних и задних, потом стали двигаться так же странно к ракете.

Пробежав метров десять, и, заметив Катерину, гномы помахали одновременно головами влево — вправо, подняли вверх две руки в знак приветствия, затем быстро вернулись к своей норе, и исчезли в ней.

Катерина была приятно удивлена появлением столь милых гномов и пожалела, что ее собака Кросс остался на Земле для подготовки к полету.

Среди людей ходили толки о жизни внутри Луны, но описания лунных гномов до сих пор не было — ни в одном научном издании. Катерина описала лунных гномов в журнале наблюдений.

На Земле строили космические корабли для полетов на Луну. Медленно, но верно в различных сферах производили все необходимое комплекса, думали о том, как людей обеспечить пищей.

Было решено, что питание на Луне будет носить растительный характер. Разрабатывалась почва для выращивания злаков, овощей и фруктов. Все агрономы Земли были привлечены к интересным разработками и экспериментам.

Космические корабли стали прибывать на Луну. Космодром в огромном кратере заполнился людьми в скафандрах. Подъемные краны собирались из нескольких частей. Все части конструкций крыши Сферы на Луне весили в шесть раз меньше.

Сфера поднималась на глазах. Новые скафандры не мешали передвижению в пространстве, люди привыкали к новой для них гравитации.

Герметичная Сфера комплекса была построена. Внутри заработали насосы, кислород медленно заполнил огромное помещение. Люди с радостью снимали скафандры, работать стали веселее.

На песке строились жилые помещения и технические комплексы. Земля для посадок растений, находилась по периметру сферы. Сады обязательно зацветут внутри комплекса, — думали создатели Сферы, и Катерина вместе с ними.

Работы становилось все больше, но она продолжала писать историю о себе в качестве отдыха.

Сфера диаметром в один километр была весьма внушительным сооружением, поэтому транспорт внутри сферы был необходим, и его запустили по окружным дорогам. Худощавые люди, способные питаться растительной пищей, здоровые и относительно молодые составили население комплекса. Семьи не запрещались, надо было создавать общество лунных людей.

Катерина и Ефим решили остаться на Луне. Они верили в успех комплекса.

Сфера космической станции находилась на видимой стороне Луны и легко просматривалась с центра наблюдения Земли. Комплекс был вторым космическим форпостом Земли.

Климатические условия не отличались добрым нравом, поэтому была построена замкнутая система жизнеобеспечения в виде комфортабельного комплекса с несколькими крышами из разных материалов, соединенных между собой гибкой и легкой арматурой.

Между крышами протекали потоки воздуха различной температуры, создавая нужные двадцать три градуса по Цельсию внутри космической станции. Крыши отличались гибкостью и от смены температур хрупкими не становились.

Крыша — главная задача любой станции, ее герметичность и температурная стойкость, долгие годы была задачей номер один на Земле.

Внутри сферы находился маленький компактный город по типу многогранной пирамиды, с плоской вершиной, для смотровой площадки.

По периметру сферы находились места отдыха: бассейны, парки, прогулочные дорожки, оранжереи для выращивания злаков, фруктов и овощей.

С Земли привезли рассаду, саженцы и дальше все выращивали сами. Если брать насыщенный питательными веществами грунт, то его надо намного меньше, чем обычной земли.

Для прогулок существовали луноходы, скафандры. Через серию герметичных входов вполне можно было выйти на просторы Луны в маленькую экспедицию. Люди предпочитали жить семьями. Здесь были свои мини школы и мини вузы. Людей отбирали по принципу пищеварения, брали тех, кто может питаться растительной пищей. Мясо на Луне не производили. Таким образом, сформировался клан людей не по нации и языковому барьеру, а по способу питания и выживания.

Люди считали, что единственно возможная форма жизни — это комплекс Сфера. Живыми на лунной станции были люди и растения. Растения преобладали необходимые для питания человека.

Декоративные растения практически были запрещены. Все, что растет — должно было приносить пользу двойную: выделять кислород и давать пищу. Мясо — молочая промышленность отсутствовала.

Недостающие микроэлементы получали, как сухой медицинский паек с Земли. Срок годности у сухого пайка был пять лет, на тот случай если прервется связь с землей, пять лет — станция могла прожить автономно. Кислород вырабатывался на кислородной станции, электроэнергия вырабатывалась из ветра и солнечного света. Жизнь на станции протекала спокойно: алкоголь, сигареты, наркотики сюда не попадали.

По внутреннему периметру комплекса ездили высокие автомобили, по типу автобуса. Скорость передвижения зависела от пассажиров. Транспорт шел в четыре полосы, в зависимости от числа остановок и скорости. Вся эта движущаяся лента дорог, закрывалась крышей, имела свои входы и выходы.

А на крыше над дорогами, находилась самая большая дорога пешеходная.

Пирамида была пронизана дорогами, как лучами, но в шахматном порядке, по высоте. Основная задача станции — вести наблюдения за другими планетами и немного за Землей.

Телескопы различного разрешения находились на площадках предпоследнего этажа. Агрономы и астрономы — основные специалисты комплекса. Остальные знания были у избранных людей, в том числе и у Катерины.

На лунной станции приветствовались браки между людьми по расчету, считалось, что такой брак самый крепкий. Если любовь можно просчитать, то она становится расчетной, а брак по расчету разрешался. Так был создан идеал семейной жизни.

Семья должна быть крепкой, и по возможности единственной. Население комплекса не могло расти до бесконечности, и было незримо ограничено.

Коренное население — худощавые, стройные люди, не выше 180 см. Они много не требовали, были покладистые, уступчивые, услужливые, воспитанные в узком кругу общения.

Развлечения на станции носили спортивный характер, рестораны на станции отсутствовали. Существовали красивые блоки приема пищи, для всех пища одинаковая, большого разнообразия быть просто не могло.

Преобладал чистый и размеренный уклад жизни. Если случайно рождался человек, которому в пищу нужно было мясо, то при первой возможности его отправляли на Землю, а в ответ на Луну могли прислать вегетарианца. Если кто-то психологически выбивался из общего русла, его отправляли в медицинские блоки и мозги ставили на место. Безболезненно все это не проходило, но средства для успокоения всегда у медиков были под рукой, так гасились все недовольства.

Если существовала жизнь в глубинах Луна, значит, должна была быть и вода, или ее замена. В Луне была жизнь, но очень странная.

Кроты — не кроты, или живые гномы. На поверхности Луны дышать было нечем. Чем они дышали в глубинах песчаной планеты? Если внутри планеты была жизнь, значит, существовало и подобие воздуха. Или это роботы жили в катакомбах?

Луна внутри была изрыта вдоль и поперек трудолюбивыми конечностями. В чем смысл их жизни? Охрана? Да, гномы охраняли Луна. Выходы на поверхность у них были прикрыты, и при необходимости они выныривали в месте стоянки космической ракеты, и вредили от души.

Чем гномы дышали на поверхности? А чем дышали ловцы жемчуга в старые времена на земле?

Тренировка, и люди какое-то время могли пробыть в глубинах океана. Подземные жители Луна обходились подобием легких, требующим малое количество кислорода, и могли выбегать на поверхность планеты, задерживая дыхание. Чем они питались?

Луна была пронизана прожилками из питательных веществ и микроорганизмов, вдоль этих прожилок и жили коренные жители.

Рост у них был маленький, не больше 50 см. Глаза, приспособленные к темноте, различали предметы. Они могли ориентироваться по запаху, осязание было хорошо развито.

В качестве орудий труда Лунные гномы использовали камни, найденные в глубинах планеты. Они были покрыты шерстью, но животных не напоминали, было в них нечто, или что-то от разумных гномов, в целом гномы были весьма симпатичные.

Дороги внутри Луны соответствовали росту гномов, местами встречались большие помещения, в них находились предметы, излучающие свет. Жили гномы с некоторыми удобствами.

К себе они переносили остатки интересные предметы из ракет, поэтому им нужны были ракеты, которые с Луны не могли улететь. Светящиеся предметы — гордость гномов, чем их было больше, тем больше был ранг Луна — гномы.

Власть нужна внутри любой живой системы. Гномы были обязаны находить новые питательные жилы, и охранять их от разрушения.

Они давно заметили, что прибывшие на ракетах люди, не стремились покидать Луну, как это обычно происходило раньше. Они возводили огромные сооружения, и их было так много, что лунные гномы примолкли и не высовывались.

Самосохранение у них работало. Иногда гномы утаскивали к себе в катакомбы маленькие предметы.

Поверхность Луны замерзала ночью и оттаивала днем, меньше всего это было заметно на песке. Лунные гномы опытным путем нашли линию терминатора, линию утра и один раз в день выбирались на поверхность, но эту линию знали и большие люди, так что эта линия пользовалась большой популярностью среди Лунных гномов и людей в скафандрах.

Кто бы знал, как Сфера понравилась гномам! О, они оценили преимущества нового строения больших людей! Лунные гномы в районе овощных посадок прокопали отверстия и с великим удовольствием выходили на поверхность внутри станции, когда люди спали по законам земного времени, а освещение в целях экономии практически выключалось.

Гномы были счастливы в эти минуты, и строго соблюдали очередь внутри своего сообщества на появление в сфере.

Катерина заметила выходы гномов внутри станции, она ожидала их появления и внимательно присматривалась к посадкам овощей. Она, заметив специфические неровности на овощных плантациях, стала ждать появления гномов. Для приманки оставляла им вкусную еду у входа, очень ей хотелось еще раз увидеть милые рожицы, которые являлись коренными жителями Луны.

Раньше других лунных гномов заметил маленький Кросс, прибывший с Земли после подготовки. Катерина с Кроссом гуляла в районе посадок. Она увидела рожицу гнома. Кросс был немного больше гнома, вылезшего на поверхность. Пес был мал, и это привлекло внимание гномов, они решили послать одного гнома для знакомства. Знакомство состоялось. Кросс лапкой погладил гнома по голове, и тому это очень понравилось.

Катерина рассказала Ефиму о том, что видела местного жителя, лунного гнома. Да, теперь надо было заводить официальное знакомство с гномами. Вскоре все жители комплекса знали о том, что в Луне есть жизнь. Главное — надо было местную жизнь не испортить, а изучить и найти в ней выгоду для жителей станции.

Правила правилами, но всегда найдется нарушитель. Кто-то на космической ракете тайно провез маленького теленка. Нарушителя поругали, но жители комплекса так были рады животному, что пришлось разрешить теленку жить на станции. Теленку пришлось отвести место для еды и прогулок на овощном огороде. Нашлись умельцы, посыпали клевер, и он вырос между капустой.

Той — терьер Кросс знал своего хозяина и вел домашний образ жизни, иногда с ним гуляла Катерина, чем радовала всех жителей.

Лунные гномы стали чаще появляться на станции, им отвели место для встреч с людьми. Позже для них построили маленький домик в месте выхода их на поверхность. Детей к гномам близко не подпускали. Для безопасности место выхода гномов огородили сеткой. Нашелся человек, который добровольно стал общаться с гномами внутри сетки, пытаясь выработать общий язык понимания.

Проникнуть в катакомбы люди не могли, дороги внутри планеты были слишком малы. Но чудеса всегда случаются. Кросс вместе с Катериной пришел к домику под сеткой. Кросс при первой возможности, ринулся внутрь Луны дорогами гномов. Происшествие немедленно обошло весь комплекс.

Народ стал подходить к домику. Советы слушались и обрывались, из-за нереальности выполнения.

Лунный гном, который в это время был на станции, побежал внутрь катакомб. Кросс побежал за ним, встречные гномы прижимались к стенкам при виде странного животного.

Светящиеся камни указывали дорогу псу, ему не было страшно, а было очень интересно. Маленькие гномы собаку не пугали, и в какой-то момент Кросс устал и сел у питательной жилы. Кросс ел пищу гномов, которые столпились вокруг собаки. Подошел один из гномов, который объяснил остальным, что Кросс сбежал с нового комплекса больших людей. Собаку пытались гладить. Кросс выгибал спинку.

Все были довольны. На своем совете Лунные гномы долго думали, что делать с таким большим гномом, как Кросс.

А Кросс и не думал, он поел, отдохнул, и побежал по своему следу назад.

Лунные гномы побежали за собакой. У домика гномов скопились люди, они радостно наблюдали, как из норки выхода гномов вырвался наверх Кросс, и вскоре за ним вылетели десять гномов. Лунные гномы смотрели на людей, люди — на них, а Кросс подбежал к Ефиму, чумазый, но довольный. Руководство ЛКС приняло решение увеличить место для прогулок лунных гномов. Им сделали мини парк, но сверху закрыли сеткой.

Лунные гномы еще не были изучены полностью. Комплекс на Луне себя постепенно окупал. Наблюдения с Луны, так отличались от наблюдений из обсерваторий Земли, что принято было решение о модернизации комплекса, а не о роспуске.

Думали уже о том, чтобы с Луны производить запуск космических кораблей на другие планеты.

Жизнь стала веселее. Появилось живое молоко. Появились лунные гномы. Все это развлекало жителей комплекса. Люди ко всему привыкают: и к долгой ночи, и к длинному дню. Главное: Сферу надо было содержать в порядке. Любое отверстие в сфере могло нарушить земной рай на Луне, поэтому были штатные наблюдатели и хранители сферы.

Новость о лунных гномах достигла Земли, нашлись люди, которых они заинтересовали. Был создан мини луноход для изучения жизни гномов в их катакомбах. Мини луноход оснастили освещением, фотоаппаратурой, видеокамерой, — все это прочно закрепили, проверили на Земле с помощью гномов Сени и Вени и отправили на Луну.

На мини луноходе было место для одного гнома. Катерина предложила самому любознательному из лунных гномов сесть на мини транспорт. Она показала действие аппаратуры.

Лунного гнома назвали Миль, надели на него одежку, отличающую его от остальных, и отправили в путешествие по дорогам гномов.

Лунные гномы разбегались по стенкам при виде ярко освещенного лунохода, на котором сидел Миль. Его знали многие, но не все знали, что Миль является личным разведчиком главы Луны…

Луну обживали ни первый год, по всем параметрам она смахивала на Землю, кроме того, что имела несколько иные размеры. Чтобы прилетающие ракеты не приземлялись, где придется, придумали космическое поле с радарными установками, которые улавливали подлетающие корабли, затем включалась магнитная ловушка, и все корабли приземлялись в установленные для них места.

…Самое большое помещение занимал глава Луны. Миль на Луноходе приехал к главе с докладом и показал новый вид транспорта. Блик, так звали главу Луны, одобрил действия Миля и разрешил снимать помещения гномов, но при этом не показывать съедобные пласты, и не показывать военные части гномов, не показывать технику.

Дело в том, что жители Луны сотрудничали с жителями Марса.

Марсиане раньше землян посетили Луну, они установили в углублениях на поверхности планеты пушки для защиты от прибывающих космических кораблей. Пушки служили исправно и люди долго не могли освоить Луну, они боялись того, что космические корабли с Луны редко возвращаются.

Марсиане привозили Блику одежду, предметы роскоши, еду и технику.

Все это было только у главы Луны и его приближенных, остальные гномы ходили в своей шерсти и питались питательными жилами.

Поэтому земляне, впервые увидевшие гномов, ничего не знали о связи Блика с марсианами, они считали, что лунные гномы — темные гномы и наивно полагали, что Миль снимет на пленку все секреты местного царства.

Совершенно случайно на пленку видеокамеры попал сам Блик, проверить отснятую пленку они не могли, но в запретные места Миль не заезжал и лишнего не снимал. Катерина ждала Миля у выхода на поверхность в районе комплекса. Миль показался на поверхности. Она поприветствовала его и передала пленку органам разведки, на этом ее миссия заканчивалась.

Изучением пленок занялись люди, прибывшие на Луну. Естественно больше всего их заинтересовал кадр, на котором было видно шикарное помещение, отделанное красивым материалом, с роскошной мягкой мебелью, со странным предметом, похожим на экран.

В кресле восседал в мантии Блик. Бедные лунные гномы, стоящие по стенкам дорог резко от него отличались и их пещеры были убоги, а еда скромной и непонятной.

Космическая разведка с Земли, решила, что надо выйти на связь с главой Луны, его сразу так назвали и угадали. Лунные гномы признавали одну Катерину, и только ее приказы выполняли. Разведчики показали Катерине самые интересные кадры.

Этот интеллектуальный Миль стал произносить звуки, напоминающие человеческую речь.

Катерина показала Милю снятые им кадры, он не удивился, возникло ощущение, что он знает больше, чем он снял на пленку. Удивительно, но ему шла одежда, сшитая портными комплекса. Однажды Миль принес Катерине сапфиры, он сказал, что в его подземелье таких красивых камешков много.

Транспортные ракеты Земля-Луна летали по расписанию, приземляясь на Луне в районе линии терминатора. Первый форпост в космосе притягивал к себе людей Земли. Каким-то образом кадры с Луны постоянно появлялись на телеэкранах Земли. Земляне с нетерпением ждали демонстрации фильма о внеземной цивилизации.