Лозанна осталась позади, движение на шоссе становилось все более оживленным. Дирдре напряженно сидела рядом, уставившись вперед невидящим взглядом, погруженная в свои мысли.

Предупреждение Дирдре продолжало звучать в моих ушах. Но я не могла взять и просто так уехать, испытывая любовные чувства к Дику и видя, что он отвечает мне взаимностью. Я не могла решиться на такой шаг. Во мне зрела решимость каким-то образом узнать, кто же хочет моей смерти. Я никогда не успокоюсь, ни здесь, ни дома, если это останется тайной. Не могла же я провести остаток жизни, постоянно оглядываясь через плечо и вздрагивая от малейшего шороха?

У подъезда виллы Дирдре молча сжала мою руку и поспешила к лифту. Я поднялась к себе. Удивилась, обнаружив дверь запертой, но потом сообразила, что Фредерик оставил ключ у себя до моего возвращения.

Я пошла искать его. Он сидел в оружейной, где чистил пистолет XIX века. Я задержалась на пороге, стараясь подавить неприязнь ко всем этим орудиям убийства, пусть и старинным.

— Фредерик, — сказала я, и голос мой прозвучал неожиданно громко в тишине комнаты.

— Да, мадемуазель. — Он повернулся лицом ко мне с привычным недовольным выражением. — Вы хотите взять ключи от комнаты?

— Если вас не затруднит. — Я заставила себя вежливо улыбнуться.

Шофер засунул руку в карман, вытащил связку ключей, выбрал один и протянул мне.

— Вот, мадемуазель.

— Спасибо. — Я взяла ключ, повернулась и поспешно вышла из комнаты, но тут же наткнулась в коридоре на Поля.

— Отчего такая спешка? — спросил он. — И где ты пропадала весь день? Фредерик сказал мне, что ты с миссис Рэнсом.

Я поняла, что он говорит о Дирдре. Более молодую миссис Рэнсом он звал по имени.

— Мы ездили в Лозанну.

— Давай завтра поедем обедать в Женеву, — предложил он, с обожанием глядя на меня. — Чтобы компенсировать твое сегодняшнее дезертирство, — пошутил он.

— Но ведь ты работал, — в тон ему сказала я.

— Сорок минут на телефоне, и я свободен как ветер. Я не могу решить некоторые вопросы, пока Дик не вернется, а мне уже пора быть в Париже. Намечается слияние нашей фирмы с другой. Я уже должен быть во Франции. — На его лбу появилась озабоченная морщинка. — Но пока Дик в отъезде — я как бы не у дел.

— Так устрой себе каникулы, — беспечно предложила я. — Развлекайся. — Я могла легко флиртовать с Полем, потому что эмоционально он меня никак не трогал. Игра и все.

— Тогда помоги мне убить время. — Он взял меня за руку и сжал ее. — Поедем обедать в Женеву. Если погода будет хорошей, днем можно пойти поплавать, хорошо?

— Поль, я же на службе, — напомнила я ему.

— Ладно, тогда после работы, — тут же согласился он. — Решено, ужинаем завтра в Женеве. В «Озерной жемчужине». А в следующий вечер мы поужинаем…

— А в следующий вечер, возможно, вернется Дик, и ты будешь ужинать с подноса в конференц-зале, — предсказала я.

— Все может быть, — признал Пуль, ухмыляясь, — но пока давай поживем в свое удовольствие, а? Слушай, пошли в библиотеку, я сделаю тебе такой коктейль…

— Мне надо подняться и привести себя в порядок, — предупредила я.

— Конечно, конечно, — кивнул Поль. — Я, пожалуй, тоже надену другой галстук. — Он добродушно поддразнивал меня. — Да, рабочие начали ремонт в твоих комнатах, — сообщил он, когда мы поднимались по лестнице. — Они говорят, что управятся за три дня. Тогда ты сможешь вернуться к себе.

— Замечательно, — вздохнула я, подумав, что век бы мне не видеть этих комнат. Во всяком случае, пока еще свежи мои воспоминания о пожаре.

Поль проводил меня до моей временной обители, постоял немного и ушел к себе.

Дома мне бы очень польстило внимание такого красивого и светского мужчины, как Поль, призналась я себе. Но сейчас все мои мысли были заняты Диком.

Я повернула ключ, вошла, умылась, подкрасилась и переоделась, выбрав простое черное платье — самый светский туалет в моем гардеробе.

Я повзрослела, сказала я себе, глядя в зеркало. Мне казалось, что со дня окончания колледжа прошло уже много лет. Я открыла шкатулку и достала несколько серебряных цепочек. Подумав, я надела их все на шею. Порывшись получше, я обнаружила и подходящие серьги.

Поспешно выйдя из мрачной тишины своих комнат, я спустилась вниз, стараясь забыть зловещее предсказание Дирдре. Не надо об этом думать, уговаривала я себя. Дирдре просто чересчур впечатлительна. Я ошибаюсь, думая, что она вообще что-либо знает.

В холле я замедлила шаг, увидев на улице Поля. Он возился с собакой, которая возбужденно лаяла и пыталась положить передние лапы ему на грудь.

— Иди и поздоровайся с малышом, — пытаясь отпихнуть пса, сказал Поль.

— Вот еще! — засмеялась я. — Мне надо выглядеть прилично во время ужина. — Если Но-Но прыгнет на меня — пиши пропало: придется сдавать платье в химчистку.

— Ладно, дуралей, иди гуляй, — распорядился Поль, отгоняя собаку. — Мы пустим тебя в дом, но попозже. Меня пробрал нервный озноб при воспоминании о причине пребывания собаки в доме по ночам. Мы с Полем отправились в библиотеку. Там уже сидели Элен и Маделин и тихо разговаривали. При нашем появлении Элен просияла. Заметив многозначительный взгляд, каким обменялись Элен и секретарша, я почувствовала, что краснею. Почему только Элен не выбросит из головы идею насчет меня и Поля? Мне нравилось общество Поля, нравилось беспечно флиртовать с ним, но не больше.

— Я чувствую себя намного спокойнее, когда на вилле мужчина, — кокетливо заявила Элен и тронула рукой жемчужное ожерелье. — Ты и в самом деле веришь тому, что пожар в комнате Лори — поджог, Поль? — Глаза Элен умоляли Поля успокоить ее.

— Кто знает? — Поль неуверенно пожал плечами. — Но не волнуйся, Элен, ничего не случится, ведь кругом новые замки, в доме собака и вообще… Дик сейчас занят выяснением прошлого всех работников на вилле, даже приходящих.

Мадам Жене и Фредерик, мрачно подумала я. Нет, пока не стоит сбрасывать их со счета, в жизни бывает всякое, чужая душа потемки…

— Дик привлек первоклассного детектива к расследованию, — говорил тем временем Поль, смешивая коктейли. Элен не сводила с него внимательных глаз и, казалось, ловила каждое его слово.

Маделин постоянно прислушивалась, не зазвонит ли телефон. Я подозревала, что она ждет звонка Дика из Рима. Но когда-таки раздался звонок, позвали Элен, которая прошла в маленькую гостиную, чтобы поговорить без помех.

— Когда у вас день рождения, Лори? — спросила Маделин во время паузы в разговоре.

— Почему ты спрашиваешь? — удивился Поль, прежде чем я успела ответить. — Увлеклась астрологией?

— Мадам Жене обожает составлять гороскопы, — объяснила секретарша. — Она постеснялась сама спросить Лори насчет даты, и я предложила свои услуги.

Я смущенно сообщила Маделин дату. Почему мадам Жене заинтересовалась датой моего рождения? Что она хочет выяснить?

— А вот и Фредерик, — заметил Поль, допивая аперитив. — По-видимому, ужин уже подан.

Следующий день я почти целиком провела у Дирдре, завтракала там и обедала, днем свозила ее в деревню за покупками. Я не могла не обратить внимания, что мысли моей ученицы витали далеко.

Дирдре милостиво позволила мне вбить в ее светлую, но занятую другими мыслями голову очередную порцию французского. Я чувствовала, что она очень за меня волнуется, и невольно спрашивала себя: насколько много Дирдре знает и утаивает. И все же… Я не могла поверить, что она будет стоять в стороне и смотреть, как меня настигнет смерть.

Вечером мы с Полем отправились в Женеву, поужинали в «Озерной жемчужине». Мы сидели за столиком на открытом воздухе в парке при ресторане в теплых летних сумерках, когда на небе еще только появляются первые звездочки, и с аппетитом уплетали одно великолепное блюдо за другим. Я все старалась представить себе Дика на месте Поля. Как бы это было замечательно!

— Жалеешь, что приехала на виллу? — спросил Поль, приглядываясь ко мне, когда мы уже пили кофе.

— Нет, — быстро ответила я и покраснела. — Здесь восхитительно, — поспешила добавить я, чтобы у Поля не возникло подозрений, что я с такой прохладцей отношусь к его воздыханиям, потому что положила глаз на Дика. Что и случилось.

— Я буду скучать по здешним местам, — прошептал он, беря мою ладонь.

Затем он взглянул на соседний столик, стоящий у стены, и неожиданно отнял руку.

— Лори, извини, мне надо на несколько минут отлучиться. — Он встал, в глазах светилось возбуждение. — Здесь один мой знакомый. Довольно приятный, — добавил он с ухмылкой. — Но я не хочу приглашать его за наш столик.

— Давай, — беспечно согласилась я, довольная, что романтическому настроению пришел конец. Я уже жалела, что согласилась с ним поужинать и в следующий вечер.

Поль подошел к соседнему столику, мужчины поздоровались, и у меня возникло странное ощущение, что эта встреча заранее спланирована. Поль внимательно слушал незнакомца. Я видела, как тот слегка наклонился и искоса посмотрел на меня. Минут через пять Поль поднялся и пожал мужчине руку.

Когда он вернулся, я немедленно поняла, что он чем-то взволнован. Мысли Поля были далеко, и я несколько успокоилась: я опасалась его поведения на обратном пути. Но эта встреча возбудила во мне любопытство. Почему этот человек так посмотрел на меня?

— Деловой знакомый, — небрежно пояснил Поль, как будто прочтя мои мысли. — Понятия не имел, что он в Женеве. — Поль слегка улыбнулся. — Интересовался, между прочим, нет ли у тебя подруги, свободной на этот вечер.

— Дирдре? — пошутила я. — Или Маделин?

На лице Поля отразилась неприязнь. Понятно, суровую секретаршу он не любит.

На обратном пути Поль много говорил о деловом чутье Дика, за что он, по-видимому, того глубоко уважал.

— Дик умный. Даже на отдыхе он постоянно прокручивает в голове варианты сделок. Если он станет продолжать в том же темпе, то к тридцати годам будет стоит не менее десяти миллионов. — В голосе Поля звучала зависть.

— Дик занимается практически всем, не так ли? — спросила я, вспомнив, что в Рим он направился по поводу съемок какого-то фильма.

— Всем и сразу, — подтвердил Поль. — И не пытайся никогда понять, что им движет… Какая-то внутренняя потребность. — Он говорил задумчиво. Было видно, что Поль хотел бы добиться такого же успеха, что и Дик, догадалась я, причем ему явно не терпится иметь кучу денег.

Мы оставили машину у виллы, чтобы Фредерик загнал ее в гараж, и вошли в дом. Мадам Жене и Маделин разговаривали о чем-то в библиотеке. Их голоса были слышны в холле. Элен, скорее всего, у себя и пишет свои бесконечные письма. Поль проводил меня наверх. Но-Но, валяющийся на коврике, возбужденно запрыгал, норовя продемонстрировать свою любовь с помощью мокрого языка.

— Спокойной ночи, Поль, — мягко сказала я, признаваясь себе, что если бы не Дик, я вполне могла бы в него влюбиться. Он не был нахалом, мне это нравилось. — Спасибо за приятный вечер, — добавила я.

— Тебе еще больше понравится завтрашний ужин. — Он наклонился, легонько поцеловал меня и быстро ушел.

Я вошла в комнату, зная, что Но-Но опять улегся у моей двери, и от этого мне стало легче на сердце.

К моему удовольствию мы с Дирдре наладили занятия, но все же весь день я ощущала напряжение, как будто чего-то ждала. Потом я сообразила, что готовлю себя к новому нападению, не зная, когда и откуда его ждать. Однако я точно знала, что этот момент наступит.

Я ушла от Дирдре около четырех — в это время она обычно ложилась вздремнуть — и пошла в библиотеку, чтобы немного почитать. В пять я поднялась к себе переодеться. Поль предложил выехать пораньше, чтобы избежать автомобильных пробок на дорогах.

Я лениво оделась, припоминая, что «Джентилхом», куда мы собирались пойти поужинать, один из самых фешенебельных ресторанов в Женеве, где вся публика наверняка прекрасно одета. Но мое спокойствие было лишь маской, на самом же деле я беспокоилась, не находила себе места и от всей души желала, чтобы Дик поскорее вернулся, по-детски считая, что в его присутствии я буду в безопасности.

Бросив последний взгляд на себя в зеркало, я достала из шкафа легкий жакет на случай прохладной погоды. Я должна радоваться, что еду в Женеву, выругала я себя, стараясь взбодриться. Все лучше, чем киснуть на вилле.

Пока я ждала Поля в холле, появилась Элен и понимающе улыбнулась.

— Едешь с Полем ужинать? — спросила она.

— Да. — Я постаралась говорить равнодушно. — Поль утверждает, что в этом ресторане обязательно надо побывать.

— И он прав.

— Ну вот и Поль, — с облегчением сказала я, заметив его в коридоре и радуясь, что можно прервать разговор. Ни за что не соглашусь ужинать с ним завтра, твердо пообещала я себе.

— Привет, Элен! — Поль приветствовал ее с особой внимательностью, давая понять, что она не просто кто-то, а «когда-то известная телевизионная ведущая». Очень мило с его стороны.

— Желаю приятно провести время, — душевно сказала Элен. — Надеюсь, дождя не будет…

— Надеюсь, что нет. Ведь мы будем ужинать на свежем воздухе, — пообещал Поль, переводя смеющийся взгляд на меня. — Я буду смотреть только на Лори, забыв обо всем на свете. — Он взял меня под руку. — Пойдем.

Когда мы выезжали с участка в «вольво», я заметила Но-Но, играющего с кошечкой Жозефиной. Я испытывала особо теплые чувства к этой паре — к киске за то, что разбудила меня во время пожара, а к Но-Но — за его бдение у моей двери.

— Давай поедем другим путем, — возвестил Поль. Я почувствовала, что сегодня мысли его чем-то заняты. Я знала, что он все утро усердно трудился — диктовал что-то Маделин, потом звонил по телефону. — Тут есть очень живописные дороги. Тебе понравится.

— Замечательно.

— Ну как твои успехи с Дирдре?

— О, она потрясающая старушка, — искренне сказала я. — Ей занятия не по душе, но она старается.

— Эта «потрясающая старушка», — передразнил он меня, — может быть довольно грозным врагом, если кого невзлюбит. Она приехала весной, Дик в это время проводил досуг с целой кучей по три раза разведенных светских дам. Ничего серьезного, конечно. — Поль усмехнулся, и я заметила, как он искоса взглянул на меня. — Дик ни к одной женщине никогда серьезно не относился, слишком уж он увлечен бизнесом. Но как-то Дик вытащил Дирдре к ужину, на котором присутствовала его очередная пассия, так Дирдре ту просто уничтожила.

Я засмеялась.

— Могу себе представить!

Я знала, как миссис Рэнсом презирает светских друзей Элен. Она с возмущением рассказывала мне, сколько те тратят ежегодно на свои туалеты. Считала, что они позорят человечество.

— Довольна, что приехала сюда? — спросил Поль.

— Мне здесь нравится.

— Держу пари, ты тоже любительница детективных романов, — пошутил он. — Тебя пожар не напугал?

— Напугал, — призналась я. — Буду чувствовать себя значительно спокойнее, когда найдут виновника. Ведь по этому делу идет следствие, так? — Внезапно мне стало холодно. Почему Поль заговорил об этом.

Машина въехала в маленькую деревушку, и Поль показал мне все, что там было интересного. Я радовалась, что он сменил тему. Мы поехали дальше по извилистой дороге, но тут Поль затормозил у придорожного кафе.

— Давай выпьем по бокалу вина, — предложил он. — Здесь когда-то была церковь, лет эдак восемьдесят или девяносто назад.

— Хорошо, — с готовностью согласилась я.

Меня привело в восторг изящное строение.

В кафе в это время никого не было. Невысокая женщина с большой грудью и приветливой улыбкой обслужила нас и охотно рассказала об истории этого места. Церковные ряды, к которым были приставлены столики, до сих пор сохранились. Через маленькие, круглые витражные окна по бокам на наш стол падали разноцветные блики.

— Нравится? — спросил Поль.

— Нет слов.

Поль посмотрел по сторонам и заметил телефон.

— Забыл позвонить по делу перед отъездом. Извини, Лори, я быстро.

— Разумеется.

Поль встал и пошел к телефонной будке. Дверь он не закрыл. Рука Поля выбивала неторопливую дробь, пока он ждал, когда телефонистка его соединит.

Разговор длился несколько минут. Женщина принесла вино, немного поболтала, всем видом показывая, как мы с Полем ей симпатичны. Поль тем временем начал раздражаться.

— Да будет тебе, Карл! — повысил он голос, затем снова стал говорить тише.

Но итог разговора, по-видимому, оказался удовлетворительным, потому что Поль уселся за стол с довольной ухмылкой.

— В Париже дождь, — доложил он. — И к тому времени, когда мы доберемся до ресторана и закажем ужин, ливень начнется и в Женеве.

Мы немного посидели за бокалами белого вина, причем Поль рассказал мне, что в августе здесь проводится праздничный четырехдневный фестиваль, и намекнул, что будь на то мое желание, он мог бы постараться приехать на эти дни на виллу. Тем временем раздались первые раскаты грома, и мы решили поторопиться в Женеву.

Мы приехали в город в самый ливень. Значительно похолодало, и мне пришлось взять с собой жакет в ресторан. Обслуживание там поражало. Не прошло и нескольких минут, а мы уже ели дымящийся луковый суп и ждали фирменного блюда. И все же я постоянно чувствовала, что мысли Поля далеко. Верно, думает о том телефонном разговоре. Я же вспоминала, что Дик, по его словам, целиком поглощен бизнесом, что ни одна женщина не может с этим бизнесом конкурировать. Неужели это правда? Нет! Мне не хотелось в это верить.

Гроза все продолжалась, конца ей не было видно. Мы сидели за кофе, прислушиваясь к ядовитым замечаниям американской пары за соседним столиком по поводу погоды.

— Еще кофе? — предложил Поль.

— Нет, — быстро отказалась я.

— Сегодня ничего не увидишь, — извинился Поль.

— По такой погоде лучше ехать прямо на виллу, — предложила я.

Мне почему-то ужасно не хотелось возвращаться сегодня поздно. Лучше вернуться пораньше, закрыть все двери, посадить у двери Но-Но, забраться в постель с книгой и читать, пока не уснешь.

Мы вышли из ресторана, сели в машину и направились к вилле. Обычно мне нравится ездить в дождь, но сегодня я нервничала, мне хотелось поскорее домой.

— Замерзла? — заботливо спросил Поль.

— Немного, — призналась я.

Поль щелкнул выключателем печки. Через несколько мгновений нас окутало приятное тепло. И все равно меня не оставляло беспокойство, угнетало какое-то предчувствие. Все дело в грозе, уверяла я себя, диком ливне и блеске молний.

Я обрадовалась, разглядев приближающиеся огни виллы. Когда мы свернули на дорожку, я увидела впереди фары, освещавшие наш номерной знак. Даже в дождь Фредерик сохранял бдительность.

Поль остановил машину у подъезда, и мы с ним быстро вбежали в дом.

— Какой мерзкий вечер, — раздраженно заметил Поль, когда мы остановились в холле, чтобы отдышаться.

— Поль?

Я замерла. Дик! Дик вернулся. Господи, ну зачем мы сегодня поехали в Женеву?

— Привет! — отозвался Поль. — Какой проливной дождь! Мы ездили в Женеву ужинать…

Показался Дик с натянутой улыбкой и мрачными глазами. Он злился на меня за то, что я ездила в Женеву с Полем. Я одновременно обрадовалась и огорчилась. Дик вернулся, надеясь, что я дома, а меня не было. И он рассердился. Какая же радость переполнила меня при этой догадке! Но теперь он подозревает, что между мной и Полем что-то есть. Как же он ошибается!