— Я так понимаю, она твой полицейский эскорт? — спросила Эбби, мило округлив глаза.

— Ага. — Дэну не нужно было оглядываться через плечо, чтобы знать: офицер Коутс — так ее звали — стоит в трех футах позади него.

— Так что же произошло прошлой ночью? — задал вопрос Джордан. Утренний свет пробивался в окна кафетерия за его спиной. Очередь за блинчиками обычно растягивалась до двери, но сегодня была значительно короче. Почти треть учащихся летних курсов разъехалась. — Я имею в виду, после того как ты прислал мне сообщение.

— Я не присылал тебе сообщение, — машинально ответил Дэн. Даже думать было больно. Он почти не спал. Голова была ватной. Он с трудом выпил вторую чашку кофе и помахал рукой офицеру Коутс. Она возвела глаза к потолку.

— Ничего не понимаю, — поднимая руки, призналась Эбби. — Он присылал тебе сообщение или нет?

— Джордан получил от меня эсэмэс, оно было в моем телефоне, но я не помню, чтобы отправлял его… потому что я этого не делал. — Это прозвучало действительно странно, поэтому он не винил Эбби за ее скептицизм.

— Нет, — сказала она. — Все равно ничего не понимаю.

— Я тоже. — Дэн разделил вилкой блин на три части и обмакнул один кусочек в сироп на тарелке. Ему хотелось, чтобы еда вновь обрела вкус. Хотелось, чтобы жизнь снова имела смысл. — В любом случае то же самое произошло и с Феликсом. Не хочу в это вникать… Какая-то сплошная неразбериха.

— Ты не хочешь вникать в это? За тобой же по пятам следует коп. Тебе не кажется, что это является основанием для объяснения? — Эбби пристально посмотрела на него через стол.

Дэн понимал, что был не до конца откровенен с ними. Он больше не знал, почему это так. Да, ему нравилась мысль о том, что у него есть хорошие друзья, с которыми он может всем поделиться, но, похоже, он умел только находиться в одиночестве, сам по себе.

— Может, твоим телефоном завладели призраки, — колко заметил Джордан. — Может, нам нужно изгнать из него нечистую силу.

— Не волнуйся, — вмешалась Эбби. — Все это просто недоразумение, я уверена в этом.

«Жаль, что я не так уверен».

— Ха! «Не волнуйся»? — хихикнул Джордан. — Лучше прикажи утке не крякать.

— Спасибо вам обоим. Вы всегда знаете, как поднять настроение.

* * *

После завтрака Дэн пошел на занятия вместе со своими друзьями, офицер Коутс следовала в десяти футах позади них.

— Как они считают, что я могу сделать? — вслух поинтересовался Дэн. — Сбегу? Куда я пойду?

— Это и правда уже чересчур, — согласилась Эбби, оглядываясь на их сопровождение. — По крайней мере, она дает тебе пространство. Уверена, могло быть и хуже.

Дэн был благодарен Эбби за то, что этим утром она пыталась найти хоть что-то положительное во всем; ему в жизни пригодилась бы доля ее оптимизма. Дойдя до учебных корпусов, ребята разделились, Джордан отправился на урок математики, а Эбби пошла в сторону художественного корпуса.

Дэн был не готов к такому унижению — явиться на урок с вооруженным эскортом. Офицер Коутс ожидала за дверью класса, но, несмотря на это, он чувствовал на себе обжигающие взгляды. Ученики показывали на него пальцами и открыто шептались. Дэну ничего не оставалось, как опустить голову, записывать конспект и попытаться не разорваться на части от неловкости. Масла в огонь подлила переданная ему записка: «Езжай домой, псих».

На середине лекции Дэн уже совсем не мог сконцентрировать внимание. Он слушал, не понимая слов, его рука продолжала двигаться, но он понятия не имел, что записывал.

Когда занятия закончились, Дэн просмотрел свой конспект и едва сдержал крик. Последние несколько предложений были написаны не его привычным почерком, но он сразу же узнал закрученные буквы. Главврач. Теперь главврач был не только в его мыслях, но еще и в его теле. Он быстро собрал свои вещи и выбежал за дверь, его тошнило.

Офицер Коутс ждала его на солнышке, рядом с ней стояли двое других полицейских, включая Тига. С полицейскими общались еще два человека — последние, кого он ожидал здесь увидеть.

— Мама? Пап? — Дэн прижал рюкзак к груди.

— Солнышко! — Мама подбежала к нему и заключила в объятия. Он удивился тому, как приятно было ее обнять, ему на самом деле стало легче. А еще ему захотелось плакать.

— Все хорошо, — сказала Сэнди, крепче обнимая его. — Все хорошо, хорошо.

— Я так рад тебя видеть, мам, — произнес он.

— Давайте зайдем внутрь. — Тиг указал в сторону административного корпуса в конце тропинки. — Нам нужно поговорить наедине.

Этого момента Дэн ужасно боялся еще с прошлой ночи. Родители шагали впереди, полицейские держались чуть поодаль. Дэн не мог унять дрожь. И неважно, что он не сомневался в своей невиновности, сложно будет кого-то убедить, когда они услышат весь этот бред…

— Ты только скажи нам, малыш, нужно ли нам вызвать адвоката, — прошептал ему отец. Они как раз стояли перед административным корпусом.

Дэн нахмурился.

— Будем надеяться, что до этого не дойдет.

— Давайте зайдем внутрь, следуйте за мной, — обратился к ним Тиг и двинулся вперед.

Дэн раньше не был в административном корпусе. Интерьер его внушал благоговение, как это бывает в старинных колледжах: высокие потолки, узкие окна и деревянные панели повсюду. В первом холле стояли кожаный диван и антикварный стул. Дэн представил, что на диване сидят студенты и волнуются о том, как они сдали свои письменные экзамены. Их проблемы казались такими мелкими в этот миг.

Полиция проводила их через приемную в маленькую комнату справа. Первыми зашли Тиг и родители Дэна, который замыкал шествие. Офицер Коутс и другой коп остались ждать за дверью.

Он сейчас так дрожал, что едва ли смог бы сесть, не опрокинув стул.

— Итак, давайте поговорим о прошлой ночи. Почему бы тебе не начать с самого начала? — подталкивал его Тиг.

Родители и полицейский сидели с одной стороны стола и смотрели на Дэна. Это было похоже на допрос в инквизиции.

Дэн рассказал о поисках Феликса и о том, как увидел мужчину с дубинкой. Когда он описывал, как тот человек швырнул его на землю, ему показалось, что мама вот-вот упадет в обморок. Наконец он дошел до той части, когда вбежали полицейские и начали обвинять его в самом худшем.

— Дело в том, что я действительно не помню, как отправлял те сообщения. Знаю, что они есть в моем телефоне, я знаю это и знаю, что это звучит странно, но клянусь: я не писал те эсэмэс.

Родители обменялись беспокойными взглядами, затем его отец прочистил горло.

— Офицер, не поймите меня превратно, — серьезным тоном начал Пол, — но вам нужно уяснить, что у Дэна всегда были, скажем так, трудности. Он попал к нам из приемной семьи, до этого он побывал еще в нескольких местах. Он всегда был отличным ребенком, не хочу, чтобы вы неправильно меня поняли, но ему требовалось дополнительное внимание. Несколько визитов к психологу…

— Терапевту, — поправила его мама.

— Терапевту, — согласился отец.

Офицер кивал по ходу рассказа. Дэн ненавидел обсуждать это с родителями, не говоря уже о посторонних, тем более полицейских. Честно говоря, ему было стыдно, а в этой ситуации это только подливало масла в огонь. Тиг периодически посматривал на него, и он мог поклясться, что челюсть полицейского смыкалась все сильнее по мере того, как он убеждался в виновности Дэна.

— Его терапевт говорит, что у него некоторые проблемы с памятью…

— Легкое диссоциативное расстройство, — вмешалась Сэнди.

— Но она не видит никаких препятствий тому, чтобы он вел нормальную здоровую жизнь. Он не опасный ребенок, офицер. Если он отправлял какие-то сообщения своему приятелю, а потом забыл об этом, уверен, что они были абсолютно безобидными.

Дэн схватился за стул, стараясь выглядеть спокойным. Будет ужасно, если он потеряет сознание прямо здесь и сейчас.

Эта его ненадежная память… Как он мог сказать родителям, что она стала намного хуже за последние несколько недель? Что, может быть, он не так уж безобиден?

— Мистер и миссис Гарольд, я не мог не заметить, что у Дэна другая фамилия. Почему?

Родители вновь обменялись взглядами. Дэн хотел опуститься на пол и умереть.

— Он попал к нам с фамилией Кроуфорд, — ответил его отец.

— Мы предоставили ему право выбора по совету нашего социального работника, — начала оправдываться мама. — К тому времени Дэн уже успел пожить во многих семьях. Думаю, он просто хотел, чтобы хоть что-то осталось неизменным — хоть одна частичка его самого.

— Хм, — произнес Тиг. Он повернулся и обратился напрямую к Дэну. — Тебе известно, что у тебя такая же фамилия, как у последнего главврача психбольницы Бруклина?

Дэн кивнул.

— Да, я недавно прочел об этом.

Родители, да благословит их Господь, ничего не сказали. Он уже спрашивал их об этом по телефону, но сейчас они молчали, возможно чувствуя, как и Дэн, что Тиг считал эту странную связь неким доказательством его вины.

— Это не редкая фамилия, — сказал папа. — К тому же Дэниел — одно из самых распространенных имен.

— А что с биологическими родителями Дэна? — спросил Тиг, наконец отводя взгляд от Дэна. — Должен быть быстрый способ проверить, есть ли какая-то связь.

— Боюсь, быстро не получится, — заметила мама. — Нам вообще не удалось увидеть эти данные, а вам понадобится ордер суда, чтобы получить их. Но я не понимаю, почему это так важно. Даже если Дэнни действительно связан родственными узами с этим главврачом, что это доказывает?

— Вы не считаете, что это довольно настораживающее совпадение?

— Я считаю, что это именно совпадение, ничего более, — вспылила мама.

Дэну тяжело было наблюдать, как начинают раздражаться его родители, хоть это и помогало его делу.

— Тот… — У него вдруг пересохло во рту, и стало трудно говорить. — Тот парень, который убил Джо, признался?

Тиг недоуменно смотрел на него.

— Вообще-то, нет. Он настаивает, что оказался не в то время не в том месте. Что-то в этом духе. Однако при нем были личные вещи жертвы и орудие убийства, и он не может объяснить этого. — Тиг фыркнул, посмотрев на Дэна взглядом, говорящим: «Тебе повезло». Полицейский облокотился на стол и подался вперед, сдвинув брови, и Дэн понял, что лучше бы он промолчал. — Почему ты спрашиваешь?

— Просто… любопытно. — Дэн надеялся, что сможет продержаться еще несколько минут. Ему казалось, что, если он не доберется до разгадки этой тайны сейчас, она будет мучить его до конца жизни.

Был четверг. До окончания курсов оставалось десять дней.

— Я хочу окончить курсы, — спокойно произнес он.

— Мы еще не завершили твой допрос, — ответил Тиг, распрямляя свои усы. — От того, что ты здесь скажешь, будет зависеть, останешься ты или нет.

— Справедливо, — согласился Дэн.

Казалось, его отец приготовился возразить, но мама кивнула.

— Мы тоже останемся в городе, Дэнни. На всякий случай.

Дэн не мог до конца объяснить, почему он хотел, почему ему было просто необходимо окончить эти курсы, когда имелось столько причин для того, чтобы бежать отсюда как можно дальше и быстрее.

То, что Дэн оказался в Бруклине этим летом, не было случайным стечением обстоятельств — здесь имелась какая-то связь. И он планировал покинуть Бруклин здоровым, если тот не погубит его.