Все о лошадях. Полное руководство по правильному уходу, кормлению, содержанию, выездке

Скрипник Игорь

Особенности подготовки скаковых лошадей

 

 

Лошади и ипподром

Любая форма верховой езды состоит в побуждении лошади к выполнению определенных заданий. При этом необходимо держать лошадь под контролем, управлять ею, то есть поворачивать, останавливать, держать в равновесии и регулировать темп движения. В этом отношении скачка не является исключением, так как методы, необходимые для достижения лошадью лучших результатов в скачке, в своей основе такие же, как и в каждом виде езды. Они отличаются лишь некоторой модификацией и степенью применения.

Основными средствами управления скаковой лошадью являются трензель с поводом, действия шенкелем сидящего на ней всадника и использование им хлыста. Немаловажное значение имеет и посадка ездока, позволяющая, с одной стороны, изменять общий для лошади и всадника центр тяжести, а с другой – влиять на степень использования шенкеля.

Долгое время широко использовали в скачках так называемую английскую посадку на длинных стременах. При этом всадник сидел в центре седла, пользовался длинным поводом, его спина была прямой, колени плотно прижаты к боку лошади, шенкеля свободно свисали. Такая посадка позволяла легче пользоваться шенкелем, лучше контролировать действия лошади и крепче сидеть в седле. Однако она имела и серьезные недостатки: сильное сопротивление воздуха и невозможность изменения общего центра тяжести.

В начале XX в. на ипподромах получила распространение так называемая американская посадка с сильно укороченными стременами. В основу нового стиля езды были положены следующие принципы: уменьшение сопротивления воздуха, перенос массы всадника вперед и освобождение тазовых конечностей лошади. Однако езда со сверхкороткими стременами имела и свои недостатки: всаднику труднее удержаться в седле, действие шенкелей – одного из главных компонентов посыла – сводится на нет, так как при занимаемом положении их подвижность значительно ограничена. Поэтому всадник при такой посадке для посыла лошади использует только руки, движение корпуса и хлыст.

Во Франции несколько позже появился свой стиль – нечто среднее между английской и американской школой. Очень короткие стремена, у жокея прямая спина, отличное равновесие и хороший контакт с лошадью. Налицо сочетание обтекаемой формы всадника с возможностью смотреть вперед. Несмотря на короткие стремена, все же возможно, хотя и ограниченно, применение шенкеля. В настоящее время такая посадка получила распространение в европейских странах.

Следует помнить, что короткие стремена лучше использовать в спринтерских скачках. Участвуя в скачке на длинные дистанции, желательно на 5–6 см (две дырочки) удлинить путлища. На практике жокеи большей частью едут с одинаковыми стременами в скачках как на короткие, так и на длинные дистанции.

На тренировках, когда лошадь движется шагом, рысью и кентером, следует пользоваться стременами умеренной длины. Если же в конце тренировки предстоит резвый галоп, то перед ним стремена укорачивают.

Длина стремян должна также соответствовать индивидуальным особенностям лошади, включая ее нрав и темперамент. Если лошадь склонна «играть», бросаясь в сторону, сильно вскидывая задними ногами или пытаясь встать на дыбы, лучше начинать тренировку с относительно длинными стременами. Затем их можно и укоротить. Нельзя ездить со стременами одной и той же длины, оставляя без внимания особенности лошадей и характер тренировочной работы.

Важное значение при управлении лошадью как на тренировке, так и в скачке имеет длина повода. Если лошадь была правильно обучена езде под всадником, то она чутко воспринимает его действия при относительно длинном поводе. В настоящее время очень многие наши жокеи и другие ездоки пользуются очень коротким поводом, взятым в перемычку. При этом во время движения галопом нос лошади находится по отвесу, а иногда даже подтянут к груди. Такое положение головы не только мешает нормальному дыханию лошади, так как уменьшается прогнет воздушных путей, но и сокращает мах ее движения. Всадник должен прилагать много усилий, удерживая лошадь на протяжении всей езды галопом и особенно при остановках. Лошадь при этом сильно упирается в трензель, и чувствительность ее рта на действия всадника значительно снижается.

Преимущество длинного повода заключается прежде всего в том, что всадник, имея легкий контакт со ртом лошади, отзывая или поигрывая трензелем, может правильно ее выездить, и она будет легко выполнять его требования. При движении же галопом длинный повод не нарушает деятельность дыхательной системы лошади и не мешает движению.

На легкие действия всадника поводом лошадь «отыгрывает», или «отжевывает» ртом. При этом чем сильнее она «отыгрывает», тем легче ее удержать в подчинении. Но это взаимопонимание между всадником и лошадью может нарушиться, если все сильнее и сильнее давить на трензель. Малоопытный всадник всегда старается силой сдержать лошадь, если она, двигаясь кентером, постепенно ускоряет темп. Очень часто это оканчивается тем, что лошадь «подхватывает на унос», как говорят, начинает «таскать». Опытный всадник в этих случаях прекращает давление на трензель, отдает повод, и лошадь через некоторое время успокаивается. Наиболее надежный способ на тренировках удержать лошадь на тихом кентере – это езда сидя в седле с длинными стременами и с длинным поводом.

Известно, что лошади никогда не таскают, если всадник едет без седла, так как он не может упереться в стремена, а следовательно, не может сильно давить на трензель. Для поддержания легкого контакта между ртом лошади и рукой всадника во время тренировок можно пользоваться шейным ремнем, слегка придерживаясь за него вместе с поводом.

Особое значение имеет длина повода на старте и во время скачки. Обычно лошадь спокойна на старте, если всадник пользуется сравнительно длинным поводом. Опытный жокей без труда может принять старт с длинным поводом, а в первый же момент скачки укоротить его до нужной длины. Но часто жокеи уже перед стартом берут повод надлежащей длины и в течение скачки ее не меняют. Важно помнить, чтобы повод не был слишком коротким и позволял сохранять нужный контакт всадника со ртом лошади.

Если у лошади, как говорят, «тугой рот», то это следствие жесткой руки всадника, принимавшего участие в ее заездке, или постоянно ездившего на ней. Опытный всадник всегда может найти относительно мягкий контакт с лошадью, без излишней с ней борьбы. В этом случае говорят, что у жокея мягкая рука. Такую руку имели широко известные жокеи – Ян Груда, Николай Лаке, Николай Насибов, которых практически не таскала ни одна лошадь, какого бы характера или темперамента они ни были.

Надежная посадка, равновесие и мягкая рука всегда взаимосвязаны. Пока жокей не овладеет первыми двумя качествами, он не сможет приобрести третье, а будет цепляться за повод, чтобы себя удержать в седле. При этом он резко и неравномерно давит на рот лошади, так что вскоре у нее будет «тугой рот» или она будет подставлять челюсть.

Известно, что хорошо выезженная лошадь воспринимает уже легкий посыл всадника, то есть давление шенкелей.

Лошадь, имеющая «тугой рот», как правило, плохо управляется, слабо воспринимает посыл и нельзя от нее ожидать больших успехов в скачке. Поэтому на тренировках следует обращать внимание не только на выполнение запланированного объема и интесивности физической работы, но и на выездку лошади. Для этого тренер и ездок должны быть хорошо знакомы с основами общей выездки лошади.

В работе со скаковыми лошадьми часто используют хлыст. В физиологическом и тренерском плане особый интерес представляют вопросы как мгновенного действия, так и остающегося последействия на организм лошади, оказываемого применением болевых раздражителей и определяющих цель их использования: наказание, воспитание, поощрение и управление.

В практике скакового дела еще злоупотребляют применением болевых раздражителей. Действия поводом и хлыстом вместо сигнального и мягко принуждающего средства приобретают подчас характер сильных болевых раздражителей, врывающихся в деятельность центральной нервной системы лошади в качестве фактора, резко разрушающего согласование жизненных функций и координацию движений. Болевые раздражители нервнорефлекторным путем мгновенно включают общие механизмы защитно-приспособительных реакций и таким образом затрагивают весь организм. Даже кратковременные болевые раздражения значительно меняют рефлекторную деятельность спинного мозга, условно-рефлекторную деятельность больших полушарий головного мозга и, что выступает наиболее отчетливо, деятельность вегетативной нервной системы. Из вегетативных компонентов реакция на боль наиболее остро проявляется в характере дыхания животного. Тренер и ездок должны знать, что сильный болевой раздражитель – острый способ воздействия на нервную систему лошади. В одних случаях он бывает полезным и даже необходимым, в других – категорически недопустимым. Это зависит в первую очередь от свойств нервной системы лошади, а также целесообразности и момента действия сильного болевого раздражителя.

Каждое воздействие на лошадь поводом, шенкелем и др. по существу неоднородно. Оно служит раздражителем и тактильных, и болевых рецепторов. Причем в зависимости от силы раздражителя меняется мера возбуждения тактильной и болевой рецепции и соответственно меняется физиологическая сущность данного воздействия. При разной степени воздействия трензеля – от очень мягкого, почти неощутимого, до сильнейшего, травмирующего ротовую полость, – в центральную нервную систему лошади идут различные по своему значению импульсы. Легкое давление трензеля или шенкеля, не достигающего порога болевой чувствительности, воспринимается лошадью как тактильный (осязательный) раздражитель. В тех случаях, когда определенный тактильный раздражитель систематически применяется в подходящий момент и в соответствующем сочетании с другими раздражителями, он приобретает для нервной системы лошади значение условно-рефлекторного сигнала. Будучи сигналом прочно закрепленного условного рефлекса, легкий тактильный раздражитель оказывает на нервную систему необходимое специфическое воздействие, достаточное для четкого управления лошадью. Несколько более сильное давление трензеля или шенкеля наряду с тактильным раздражением оказывает и незначительное болевое воздействие. Эта легкая боль по существу тоже является сигнальной, как бы предупреждая нервную систему лошади о необходимости подчинения, и этим усиливает действие тактильного сигнала.

Эти два воздействия не сказываются отрицательно на течении нервных процессов лошади, не нарушают синхронизации ритмов дыхания и движения, не препятствуют координированной деятельности всех систем организма в оптимальном для него режиме. Поэтому следует в процессе тренинга лошади ограничиваться именно такими воздействиями.

Но бывают случаи, когда только сильный болевой раздражитель способен прекратить какое-либо нежелательное действие лошади или воспрепятствовать проявлению какой-либо вредной ее привычки. При этом можно пользоваться хлыстом как средством воспитания и наказания. Но, пользуясь, когда это необходимо, сильными болевыми воздействиями, нельзя преследовать лошадь болью. Следует постоянно помнить, что глубоко дисциплинирующее воздействие на нервную систему лошади оказывает не боль, а, наоборот, незамедлительное прекращение действия болевого раздражителя в ответ на соответствующую положительную реакцию со стороны лошади. Применение сильного болевого воздействия тогда достигает своей положительной цели, когда лошадь, стремясь избавиться от боли, начинает вести себя так, как этого требует всадник, а всадник в ответ на это прекращает действие болевого раздражителя. При этом достигается эффект, необходимый в данную минуту, а главное, у лошади отрабатывается навык абсолютного послушания.

Сильный болевой раздражитель не должен являться повседневным, обычным средством управления лошадью. Его применение может быть оправдано лишь необходимостью отработки у лошади соответствующего условного рефлекса.

Особо важное значение имеет умелое и правильное применение хлыста во время скачки.

Работоспособность скаковой лошади в определяющей степени зависит от обеспеченности ее организма кислородом. Поэтому весь тренинг следует строить вокруг развития у лошади функциональной системы дыхания и движения и отработки условно-рефлекторных навыков, способствующих ее деятельности.

Сильные болевые раздражители, применяемые при интенсивной мышечной нагрузке, тормозят деятельность функциональной системы дыхания и движения и таким образом доводят состояние развивающейся двигательной гипоксии до критической степени, и лошадь не может продолжать движение с высокой скоростью.

В результате многочисленных исследований авторов установлено, что резкая боль от хлыста во время выполнения мышечной работы вызывает мгновенную задержку дыхания. Из работ А. А. Яковлева известно, что чистокровные лошади двух и трех лет имеют на 1000 м от 147 до 165 скачков, в среднем около 155 скачков. Учитывая данные о синхронности ритмов дыхания и движения на этом аллюре (1:1), у лошади такое же количество дыхательных циклов.

По данным Г Г. Карлсена, величина легочной вентиляции в скачке на 1000 м может составить около 2500 л при емкости каждого вдоха около 15–16 л. При этом потребление кислорода на данной дистанции равно приблизительно 100 л.

К примеру, на последних ста метрах дистанции лошадь, совершая 15–16 вдохов, должна получить не менее 9-12 л кислорода. На финишной прямой, когда борьба обостряется до предела, сильный удар хлыстом, вызывающий мгновенную задержку дыхания, лишает организм лошади 0,6–0,8 л крайне необходимого в этих условиях кислорода. Необоснованное применение хлыста в скачке наносит непоправимый вред, за которым часто следует проигрыш. Первое условие применения хлыста в скачке: никогда не бить лошадь жестоко. Жокей должен помнить, что прежде чем ударить лошадь в скачке, нужно просто показать хлыст, взмахнув им одновременно с парой темпов галопа. Выезженная лошадь, как правило, усиливает темп на такое предупреждение. Если лошадь ударили, то хлыст должен попадать сзади колена ездока. Необходимо наносить удар в момент, когда все ноги лошади поджаты, чтобы они после удара максимально распрямились и вытянулись. Если лошадь ответила положительно на первое применение хлыста, необходимо только показать его без дальнейших ударов. Вообще за несколько десятков метров до финиша езда в посыле более эффективна, чем с применением хлыста. Это очень хорошо знают опытные жокеи, которые всегда на финише больше надеются на свой посыл, чем на болевой раздражитель.

Следует отметить, что как на тренировке, так и в скачке должны применяться к лошади в принципе одинаковые методы управления. И в том, и в другом случае лошадь должна идти галопом спокойно и свободно, в равномерном темпе. При остановке постепенно притормаживают, а не совершают ее резко.

Это необходимо, с одной стороны, для лучшего обеспечения восстановительных процессов, а с другой – чтобы не нарушать координацию движения, так как это может привести к падению лошади. После резвого галопа или скачки ездок должен пройти тихим кентером не менее 200–250 м. При этом у лошади значительно снижаются частота сердечных сокращений и объем легочной вентиляции, однако на полное восстановление функций уходит несколько часов. Если на лошадь для проведения тренировки или выступления в скачке садится другой всадник, он должен узнать у тренера ее особенности поведения при применении тех или иных средств управления. Сев на лошадь, всадник может на шагу ознакомиться с реакцией лошади на воздействие шенкелей и повода, легко посылая ее вперед и «отзывая» поводом. Опытный ездок, как правило, быстро правильно оценивает характер поведения лошади и ее реакцию на различные воздействия и к моменту старта может избрать наиболее рациональные методы и средства управления.

Во время скачки жокею необходимо сохранить свою первоначальную посадку, не раскачиваться корпусом, что бывает при неумелом пользовании хлыстом. Всякое резкое колебание корпуса всадника приводит к перемещению общего центра тяжести и нарушению правильного движения лошади.

Победа обычно достается жокею, обладающему безукоризненной рациональной посадкой при умелом применении средств управления и посыла.

 

Подготовка лошадей к барьерным скачкам и стипль-чезам

 

Скачки с препятствиями, или стипль-чез, – особый вид конного спорта, где победа достается всаднику, имеющему не только резвую лошадь, но и еще умеющую на огромной скорости хорошо прыгать. При этом часто, когда всадники большой группой подходят к препятствию, для лошадей, идущих во второй или третьей шеренге, крайне ограничен обзор, препятствия порой перед ними возникают неожиданно, и остаются лишь сотые доли секунды для подготовки к прыжку. В такой ситуации нередко случаются ошибки, ведущие к падениям. Кроме того, сами препятствия могут таить опасность, особенно те, которые сочетаются с канавами. Существует несколько типов препятствий. Прежде всего они могут быть в виде изгороди из кустарника различной высоты, нередко выращенного на насыпном земляном валу. При комбинации с канавой последняя может быть расположена впереди или сзади засеки. Такой тип препятствий встречается на многих ипподромах европейских стран.

В Англии, Франции и Японии вместо живой изгороди стипль-чезные препятствия, как правило, представляют собой засеки из хвороста. Такие препятствия часто обкладывают еловыми ветками, и издали они кажутся земляными валами. Если живая изгородь в своей верхней части может легко «прочесываться», то препятствия из хвороста практически «мертвые».

Стипль-чезы проводят на многих ипподромах европейских, азиатских и американских стран по специальным зеленым дорожкам, по кругу или с переменой направления по диагонали. Но в Чехии вот уже более ста лет разыгрывается Большой Пардубицкий стипль-чез, дистанция которого 6900 м большей частью проложена по полю, по участкам пахоты и леса.

Самый популярный стипль-чез – Большой Ливерпульский, первый розыгрыш которого состоялся в 1837 г. На зеленой дорожке круга длиной 3600 м расположено 16 различных по конфигурации и высоте (до 170 см) очень сложных препятствий, которые, за исключением двух последних, нужно преодолеть дважды.

Рекорд трассы Большого Ливерпульского стипль-чеза длиной 7200 м составляет 9 минут 13,2 секунды, а Большого Пардубицкого – 10 минут 04,9 секунды.

Помимо стипль-чезов, во многих странах разыгрываются также барьерные скачки, сущность которых заключается в том, что их проводят по скаковой дорожке. На скаковой дорожке устанавливают однотипные препятствия, как правило, представляющие собой деревянную раму, набитую хворостом, – так называемые херделя. Херделя устанавливаются наклонно по ходу скачки, и общая высота обычно не превышает 100–120 см. В барьерных скачках могут принимать участие лошади лишь по достижении трехлетнего возраста, а в стипль-чезах – четырехлетнего возраста. Однако в некоторых странах есть облегченные трассы стипль-чезов и для трехлетних лошадей.

В Большой Пардубицкий и Большой Ливерпульский стипль-чезы допускаются лошади не моложе шести лет.

Стипль-чезы разыгрываются на относительно длинные дистанции, и поэтому имеются определенные отличия в тренинге участвующих в них лошадей по сравнению с подготовкой к гладким скачкам.

Прежде всего это относится к объему тренировок в подготовительном периоде. Учитывая, что стипль-чез-ные лошади должны обладать высоким уровнем общей выносливости, объем работы на рыси в начале подготовительного периода (ноябрь – декабрь) может достигать 1 часа – 1 часа 15 минут в 3–4 реприза.

В дальнейшем, при включении работ на кентере, движение рысью сокращают до 25–35 минут. Работу на кентере начинают с 2–2,5 км и доводят до 6–8 км в одном тренировочном занятии. Это упражнение может выполняться как в два, так и в один реприз. Обычно на кентер поднимают лошадей в середине января. В зимний период большое внимание должно уделяться развитию общей выносливости и силовым качествам. Для этого 2–3 раза в неделю проводят тренировки по тяжелому грунту (пахота, глубокий снег, затяжные подъемы) или с дополнительным тяговым усилием (буксировка лыжника). Необходимо помнить, что после напряженной тренировки должен следовать день с относительно легкой нагрузкой. Если есть манеж, то 1 раз в неделю нужно совершать 1012 прыжков.

В день прыжковой тренировки также следует сократить работу на кентере.

У стипль-чезных лошадей важно сочетать развитие общей и скоростной выносливости. Для этого отдельные резвые работы в конце подготовительного периода необходимо проводить на фоне высокого объема нагрузки при тренировке. Так, в 1961 г. в конце зимнего периода известные стиплеры жеребцы Грифель 1953 г. р. (Грог II – Фестина) и Рельеф 1954 г. р. (Ранжир – Фиэль) на одной из тренировок по снежной дорожке при массе всадников с седлом 85–87 кг имели следующую нагрузку: шаг – 10 минут, рысь – 35 минут, шаг – 10 минут, кентер – 3000 м за 6 минут, размашка – 1500 м за 2 минуты 20 секунд и 1500 м за 2 минуты 5 секунд и, наконец, резвый галоп 1500 м за 1 минуту 45 секунд.

Такой интенсивной тренировке большого объема соответствовало отличное функциональное состояние этих лошадей, о чем свидетельствовали физиологические показатели как в состоянии покоя, так и после работы. Уже через день Грифель и Рельеф получали обычную нагрузку (30–40 минут рысью и 10–12 км кентера).

Следует отметить, что после напряженного тренинга в подготовительном периоде эти лошади успешно выступали в летне-осеннем сезоне, причем жеребец Г рифель одержал шесть побед, в том числе в Большом Пардубицком стипль-чезе, в котором он побил рекорд на 17,5 секунды.

Особое значение в подготовке стипль-чезных лошадей имеют интервальные нагрузки, способствующие развитию скоростной выносливости и становлению спортивной формы. При интервальной тренировке доводят до четырех-пяти повторений резвых отрезков на дистанцию 300–400 м каждый. При этом в интервалах между ними, как правило, используют движение кентером до 800–900 м. Таким образом, следующий резвый отрезок совершают через 2–2,5 минуты. Если же после каждого резвого отрезка переводят лошадей в шаг, то интервал отдыха увеличивают до 3–5 минут. Выполнять резвую работу при интервальной тренировке стипль-чезных лошадей можно не только на скаковом кругу, но и на небольших подъемах в поле или на участках пахоты. В последнем случае дистанция резвого отрезка должна составлять 200–250 м.

Прыжковые нагрузки в период соревнований должны проводиться не более чем 2 раза в неделю. На одном занятии не следует совершать больше 10–12 прыжков. Такое ограничение связано с тем, что групповые прыжки, совершаемые на большой скорости, ведут к высокому напряжению центральной нервной системы лошади. При перегрузке же могут нарушаться регуляторные связи, наблюдаться срывы нервной деятельности, приводящие к закидкам, падениям и другим нарушениям двигательной деятельности.

 

Принципы напрыгивания лошадей

Для достижения того или иного полезного результата в организме спортивной лошади происходит формирование различных функциональных систем. Это могут быть длительно действующие и сохраняющиеся в течение многих лет, как, например, функциональная система дыхания и движения, и экстренно складывающиеся для выполнения какой-либо отдельной задачи, как, например, совершение прыжка через определенное препятствие.

Преодоление препятствия – это специфический поведенческий акт, требующий напряженной деятельности ведущих физиологических систем организма лошади. Во время прыжка в двигательном аппарате лошади развиваются наиболее мощные биомеханические усилия.

После подхода к препятствию непосредственно перед прыжком лошадь «группируется», то есть принимает позу, которая в максимальной степени способствует совершению сильного толчка и реализации соответствующей траектории полета.

Голова лошади, вначале опущенная, резко взмахивает вверх. Отталкиваются передние конечности и устремляются вверх вместе с плечевым поясом. Резко выпрямляются подведенные под корпус задние ноги, отталкиваясь от грунта в направлении вперед – вверх.

Последовательность движений лошади при прыжке через препятствие: а, б – подход к препятствию; в – подъем на препятствие; г – отталкивание; д, е – фаза свободного полета; ж, з – приземление; и, к – продолжение скачки после прыжка

Фаза толчка – это энергетически взрывной и вместе с тем сложный процесс, в котором принимают участие основные звенья всего двигательного аппарата лошади. Во время толчка масса лошади приобретает тот запас кинетической энергии, за счет которой осуществляются все последующие фазы прыжка.

Как только лошадь оторвется от грунта, запасы кинетической энергии только расходуются и не восполняются извне. Поэтому решающее значение имеет их рациональная трата путем точного перераспределения биомеханических усилий.

В то время как через препятствие переносится плечевой пояс лошади, ее тазовый пояс находится намного ниже. Продолжение движения по той же траектории бессмысленно и потребовало бы гораздо большей энергии, чем та, которой располагает масса лошади в полете. Плечевой пояс переходит в горизонтальный полет, а затем лошадь резко бросает передние ноги и голову вниз и вперед. Оторвавшаяся от грунта лошадь представляет собой в механическом смысле замкнутую систему, части которой могут получить импульс движения только за счет внутреннего перераспределения усилий и возникновения реактивных ускорений.

Не пассивное опускание, а именно активный бросок головы и переднего пояса вниз создает ту дополнительную, направленную вверх реактивную силу, которая необходима корпусу лошади, чтобы поднять до уровня препятствия и перенести через него конечности тазового пояса. Таким образом, центр тяжести лошади, нормально расположенный на уровне примерно 130 см от земли, проносится над препятствием всего в 30–40 см.

Преодоление лошадью препятствия – процесс очень сложный: во-первых, многокомпонентный, во-вторых, цикличный, многофазный. Его организация требует совершенной системы управления с быстродействующей прямой (от центральной нервной системы к мышцам) и обратной (от мышц к центральной нервной системе) связью в качестве основы для целесообразного перехода от одной фазы к следующей.

Целесообразное течение всех фаз прыжка как единого поведенческого акта достигается тем, что в момент подхода к препятствию в центральных нервных структурах лошади вырабатывается программа будущих действий, последовательно реализующаяся под контролем центральной нервной системы, которая управляет всеми компонентами двигательного аппарата.

При подходе к препятствию в центральных нервных структурах создается функциональная система конкретного прыжка, соответствующая характеру препятствия, которое предстоит преодолеть: «засеке», «стенке», «канаве» и т. д. В момент прыжка центральная нервная система лошади реализует программу действий, составленную еще при подходе к препятствию на основании оценки особенностей препятствия, характера грунта, скорости движения и т. д., и всадник, подводя лошадь к препятствию, должен не только стремиться создать удобные условия для толчка, но и обязательно предоставлять нервной системе лошади возможность восприятия и оценки стоящего перед ней препятствия для полноценного формирования функциональной системы соответствующего прыжка.

Деятельность функциональной системы базируется на афферентном синтезе, то есть обработке в центральной нервной системе поступающей информации, необходимой для выработки программы прыжка, в которой предусматривается координация многочисленных двигательных элементов предстоящих действий.

Важным элементом афферентного синтеза является память, в понятие которой входит совокупность процессов фиксации, хранения и извлечения информации, получаемой нервной системой организма на протяжении его жизни.

Условно-рефлекторные связи, являющиеся основой двигательных навыков спортивных лошадей, образуются в высших отделах центральной нервной системы и запечатлеваются сначала в виде краткосрочной (оперативной) памяти, которая затем в течение нескольких часов трансформируется в долговременную.

Стабильное воспроизведение вновь образованных двигательных навыков возможно лишь в том случае, если они являются результатом извлечения информации из долговременной памяти. Поэтому становится понятной причина глубоких срывов высшей нервной деятельности, возникающих у лошадей в тех случаях, когда к ним предъявляют жесткие требования немедленной реализации отрабатываемых двигательных навыков. Необходим суточный интервал между выработкой у лошади новых форм трудных двигательных навыков и предъявлением требований их многократного четкого воспроизведения.

Развитию двигательных навыков преодоления препятствий способствует создание условий для консолидации функциональной системы прыжка. При этом решающее значение имеет стадия подготовки прыжка, во время которой в центральной нервной системе лошади вырабатывается его программа. Этому способствуют прыжки в шприн-гартене, на корде, мягкое управление лошадью для создания ей хороших условий обзора и свободы действий при подходе к препятствию.

Напрыгивание молодых лошадей в течение определенного периода целесообразно проводить с медленных аллюров (шага и рыси), так как при этом увеличивается время на выработку программы прыжка. Кроме этого, прыжки с шага и рыси вырабатывают у лошади силовые качества и рефлекс обязательного толчка независимо от скорости движения. Если же напрыгивание ведут на резвом галопе, как это часто делают при форсированной подготовке к барьерным скачкам, то лошадь быстро осваивает возможность использования инерции, и в дальнейшем возникают трудности при прыжках через более серьезные препятствия.

Одна из основных задач прыжковой подготовки лошадей – тренировка их центральной нервной системы в направлении выработки и реализации программы прыжков, соответствующих разным видам препятствий и разным условиям их преодоления. Поэтому напрыгивание молодой лошади следует проводить в максимально разнообразных ситуациях через самые различные, но доступные ей препятствия, меняя не только их расположение, но и окраску. Широкий и пластичный опыт выработки и реализации различных программ прыжков, запечатленный сначала в оперативной, а затем и в долговременной памяти лошади, является необходимым условием выработки навыков правильного решения постепенно усложняющихся прыжковых задач.

В каждом прыжке лошади для ее центральной нервной системы всегда присутствует элемент новизны и в той или иной мере – элемент неожиданности – не совсем то препятствие, не всегда так стояло, не полностью однотипный подход к нему и т. д. Отложенный в памяти лошади планомерно накопленный опыт преодоления самых разных препятствий в различных ситуациях смягчает действие неожиданных факторов и позволяет быстрее ориентироваться в каждом конкретном случае, программируя и реализуя оптимальный биомеханический рисунок прыжка.

Паркур

Во время тренировок у лошади складываются определенные пространственные отношения между подвижными частями тела, в выработке которых главную роль играет рефлекторная координация движений, осуществляемая центральной нервной системой посредством тонических рефлексов. Тонические рефлексы – это особые нервные реакции, направленные на усиление или ослабление тонуса. С их помощью формируется поза, сохраняется или восстанавливается равновесие тела, осуществляются сложные движения.

Все движения различных частей тела лошади в момент прыжка строго координированы и целенаправлены. Для того чтобы яснее представить роль рефлекторной координации движений, целесообразно проанализировать весь прыжок, условно разбив его на четыре взаимосвязанные фазы: разбег, отталкивание, полет, приземление. Выделение каждой из перечисленных фаз обусловлено прежде всего характером выполняемых движений и спецификой рефлекторной координации.

Фаза разбега (подхода). При подходе (разбеге) к препятствию лошадь за 3–4 темпа начинает несколько группироваться. Она, готовясь к прыжку в этой фазе, начинает опускать шею и голову на последнем темпе галопа перед прыжком. Передние конечности лошадь ставит в точку отталкивания, и они принимают на себя всю тяжесть тела. Наиболее ответственный момент этой фазы – опускание головы и шеи вниз, усиливающее последующее рефлекторное воздействие на передние и задние конечности, что способствует эффективности прыжка.

Фаза отталкивания. В этой фазе осуществляются отрыв лошади от земли, увеличение скорости и изменение направления полета. Фаза отталкивания состоит попеременно из двух толчков (передних и задних конечностей) и начинается с момента взмаха головой и шеей, опущенных в предшествующей фазе.

Взмах головой и шеей с одновременным толчком передних конечностей позволяют лошади приподнять над землей переднюю часть туловища и вызывают сокращение мышц шеи, спины и поясницы, а также сгибание задних конечностей, которые ставятся на след передних или даже несколько ближе к препятствию. Последующее резкое выпрямление задних конечностей в скакательном и тазобедренном суставах обеспечивает отталкивание и отрыв лошади от земли вверх и вперед. Одновременно с этим лошадь вытягивает вперед шею и голову, и центр тяжести несколько перемещается вперед. В результате сильного толчка тело лошади описывает траекторию над препятствием.

Фаза полета (подвисание). В фазе полета важным моментом является перенос над препятствием передних и задних конечностей, который во многом зависит от степени их сгибания в момент прохождения над препятствием. Сгибание передних конечностей начинается вместе с отталкиванием (разгибанием) задних и достигает наибольшей величины в момент отрыва лошади от земли. После того как передние конечности минуют препятствие, голова продолжает движение вперед, а передняя часть туловища опускается вниз. При этом происходит рефлекторное выпрямление передних конечностей и сгибание задних за счет перемещения головы и шеи относительно туловища вверх.

Фаза приземления. В момент опускания лошадь касается земли сначала одной, а потом другой передней конечностью. Иногда при очень сложных прыжках лошадь может выставлять вперед обе передние конечности. Сильное смещение головы и шеи вверх усиливает тонус разгибателей передних конечностей, и поэтому они не сгибаются под тяжестью тела. Последующее быстрое опускание головы и шеи и небольшой взмах вверх обеспечивают отрыв передних конечностей от земли и постановку на их место задних. В дальнейшем лошадь продолжает свое обычное движение.

При приземлении лошадь может выставлять любую переднюю конечность независимо от того, с какой ноги она шла галопом до прыжка. Основную роль при приземлении на ту или иную конечность играет нарушение равновесия в полете.

При обучении лошади необходимо соблюдать условия, обеспечивающие оптимальное проявление закономерностей рефлекторной координации (свободное движение головой и шеей – «баскюль»), что способствует выработке правильного прыжка. Ограниченное движение головой и шеей нарушает координацию прыжка, снижает технические возможности лошади и приводит к зацепам за препятствия, а иногда и к падению.

Таким образом, под техникой прыжка лошади понимают способ и качественный уровень его выполнения. Складывается она из определенных специализированных двигательных навыков. В зависимости от методов, сроков тренировки и ряда других факторов уровень технической подготовки может быть или высоким, или низким. Сущность высокой техники прыжка заключается в рациональном использовании физических возможностей лошади для преодоления наибольшей высоты с наименьшими усилиями. Формируется рациональная техника спортивного упражнения на основе объективных закономерностей биомеханики и физиологии движений.

Исследованиями авторов выявлена синхронность дыхательных и двигательных циклов, как важнейшая физиологическая закономерность движущейся лошади. Особое значение эта закономерность приобретает при преодолении препятствий.

При синхронности протекания дыхательных и двигательных циклов дыхание лошади становится наиболее глубоким, увеличивается легочная вентиляция и при этом из каждых 100 л вдыхаемого воздуха утилизируется примерно в 2 раза больше кислорода, чем при неглубоком дыхании.

Слаженность сокращений и расслаблений большого количества дыхательных и двигательных мышц возможна только в том случае, когда вызывающие их импульсы приходят из центральной нервной системы в четко координированной последовательности, а это наступает тогда, когда дыхательный и двигательный центры объединяются в функциональную систему единого взаимодействия, что достигается соответствующей тренировкой.

Ритмичность дыхательных циклов никогда не наблюдается сама по себе, и обязательным условием ее проявления является синхронность с ритмом движения.

Следовательно, только при синхронности ритмов дыхания и движения полностью обеспечивается организм лошади кислородом. Определенный характер деятельности дыхательного компонента функционально закреплен в стереотипе сложного двигательного навыка преодоления препятствия. Во время прыжка лошади наблюдаются кратковременные паузы дыхания, возникающие в результате сгруппированного положения ее корпуса.

Однако их нельзя расценивать как нарушения в деятельности функциональной системы дыхания и движения, так как они являются одной из форм проявления ее устойчивости и пластичности. После прыжков ритмичность дыхания сразу же восстанавливается. Вместе с тем интересно, что преодоление «клавишей» (серия небольших препятствий) не только навязывает дыхательному аппарату свой ритм, но и стимулирует глубину дыхания. Поэтому такая прыжковая нагрузка, как «клавиши», стимулирующая ритмичность и глубину дыхательных циклов, способствует образованию в центральной нервной системе положительных условно-рефлекторных связей и препятствует закреплению отрицательных. Из всех исследованных примеров преодоления различных препятствий только прыжки через «клавиши» обладают особенностью такого уникального воздействия. Поэтому они должны стать обязательным компонентом тренировочной работы со стипль-чезными лошадьми.

Спортсмены и тренеры должны заботиться не только о чистоте преодоления препятствий, но и о развитии глубоких физиологических механизмов, лежащих в основе двигательной работоспособности лошади, и в первую очередь об активности дыхательной функции.

Известно, что болевые раздражители нарушают деятельность дыхательной системы и приводят к выраженным задержкам дыхания. Поэтому тренеры и спортсмены должны помнить: сильный болевой раздражитель не должен являться повседневным, обычным средством посыла лошади на прыжок. Его можно применять лишь при необходимости отработки у лошади соответствующего условного рефлекса.

Следует упомянуть и о сверхсильных болевых раздражителях, то есть таких, которые нервная система лошади не может выдержать без нарушения своей деятельности. Под влиянием сверхсильного болевого раздражителя у лошади отключаются условно-рефлекторные связи и навыки, на которых базировалась ее выездка, лошадь становится практически неуправляемой, а затем наступает невроз или срыв ее высшей нервной деятельности.

Такие чрезмерные воздействия, травмирующие нервную систему лошади, должны быть исключены из практики конного спорта.

Во время так называемых «закидок», то есть отказов от выполнения прыжка, у лошадей наблюдается выраженное нарушение дыхания. Уже за несколько темпов до препятствия движения лошади теряют ритмичность и выполняются неуверенно. Перед препятствием ее дыхание становится поверхностным и резко учащенным. По своему характеру оно идентично дыханию лошади в те моменты, когда нервная система ожидает действия сильной боли.

В случаях закидок нарушение ритмики дыхания бывает более глубоким и продолжительным, чем при действии даже болевого раздражителя. Объясняется это тем, что у каждой спортивной лошади имеется условно-рефлекторная связь закидки с наказанием, проявляющаяся ожиданием острой боли. Кроме того, возникновение закидки сопровождается состоянием конфликтной ситуации в центральной нервной системе лошади, «сшибкой» нервных процессов, ибо лошадь, посылаемая всадником, движется к препятствию, и в это же время она выходит из повиновения всаднику и готовится к отказу от прыжка. В центральных нервных структурах лошади разыгрывается конфликт, находящий свое выражение в неуверенности движений и нарушениях дыхания. Этот внутренний конфликт более сильно травмирует центральную нервно-регуляторную деятельность лошади, чем даже непосредственно действующий болевой раздражитель.

В современной физиологии принято выражение, что «страх – болезнь боли». Страх перед обстановкой соревнований лежит в основе большинства отрицательных черт поведения и застойных срывов работоспособности спортивных лошадей.

Страх – это пролонгированная боль, вызывающая серьезные изменения в важнейших физиологических системах организма лошади. Страх, как и боль, изменяет состояние центральной нервной системы и регуляцию с ее стороны всех жизненных процессов: в ответ на него учащаются дыхание и сердцебиение, повышается кровяное давление, наступает общее перевозбуждение, нарушается координация движений. Эти отклонения от физиологической нормы связываются в нервной системе лошади с обстановкой манежа или ипподрома, и тогда уже сама эта обстановка становится сигналом для их проявления, что при прыжках приводит к закидкам.

Исправлять закидку, совершенную лошадью при преодолении препятствия, нужно спокойно, без применения болевых раздражителей. Всадник должен уверенно подводить лошадь к препятствию. Но как только для него станет ясным факт свершившейся закидки, сразу же необходимо отвернуть лошадь от препятствия и начать движение. При этом у лошади восстановится дыхание, и после соответствующего «вольта» она будет в состоянии преодолеть это препятствие.

Результаты исследований деятельности функциональных систем лошадей позволили выработать основные принципы их напрыгивания:

• Развитию двигательных навыков преодоления препятствий способствует создание условий для консолидации функциональной системы прыжка. При этом решающее значение имеют стадия подготовки прыжка и выработка центральной нервной системой лошади его программы. Для этого необходимы прыжки на свободе, на корде, мягкое управление лошадью для создания хорошего обзора и свободы действий лошади при подходе к препятствию; напрыгивание молодых лошадей определенный период целесообразно проводить с более медленных аллюров (шаг, рысь), так как при этом увеличивается время на выработку программы прыжка.

• Одна из основных задач напрыгивания лошадей – тренировка их центральной нервной системы по выработке и реализации программ прыжков, соответствующих разным видам препятствий, которую следует проводить в максимально разнообразных ситуациях через самые различные, но доступные им препятствия. Широкий и пластичный опыт выработки и реализации различных программ прыжков, запечатленный сначала в оперативной, а затем и в долговременной памяти лошади, является необходимым условием постепенного усложнения прыжковых задач.

• Проявлению высокой работоспособности лошади во время прохождения трассы стипль-чеза способствует синхронизация дыхательных и двигательных ритмов, обеспечивающая необходимый уровень кислородного снабжения организма.

• Сильные болевые раздражители, нарушающие деятельность функциональной системы дыхания и движения, ведущие к стрессовому состоянию центральной нервной системы лошади, затрудняющие создание функциональной системы прыжка и препятствующие выработке и реализации его программы, должны быть исключены из практики тренировки.

• Формирование рациональной техники преодоления препятствий у лошадей должно базироваться на объективных закономерностях биомеханики и физиологии движений.

• Техника прыжка отрабатывается на основе постепенной, систематичной и разносторонней тренировки, приводящей к формированию сложного двигательного акта и развитию двигательных качеств – силы, скорости, выносливости.

 

Виды напрыгивания лошадей

 

Напрыгивание лошадей на свободе

Для напрыгивания лошадей на свободе необходима специальная огороженная дорожка – шпрингартен. Такое сооружение может быть оборудовано невдалеке от конюшни из жердей или металлических труб. Дорожка шпрингартена должна быть шириной не менее 3,5 м, а высота внешнего и внутреннего забора не менее 2–2,5 м. Длинная стенка шпрингартена – 40–50 м, а поворот около 25–30 м.

Ограждения делают из трех рядов жердей или труб, при этом нижний ряд на высоте 90-100 см. Расстояние между остальными рядами должно быть в пределах 5060 см. При длительном использовании шпрингартена на его дорожке делают дренажную основу из щебня, а сверху насыпают слой крупнозернистого песка толщиной до 10–15 см. В поворотах желательно сделать виражи с уклоном во внутреннюю сторону на 5–8°.

В зимнем манеже размером 20x60 м можно соорудить шпрингартен в день напрыгивания с помощью переносных откосов и жердей или с помощью стоек и «волчьего гона», то есть веревки с флажками. Как показал опыт, лошади ведут себя в подобном коридоре так же, как в обычном шпрингартене.

Для проведения напрыгивания в шпрингартене указанных выше размеров необходимы два человека, которые сопровождают движение лошади по длинной стенке и в поворотах.

В маленьком манеже размером не более 10x20 м напрыгивание лошади на свободе можно проводить без сооружения коридоров. В этом случае стоящий в центре тренер, при необходимости несколько перемещаясь, не позволяет лошади пройти мимо препятствия.

На первом занятии лошадь лишь знакомят с коридором шпрингартена. Для этого на недоуздке или уздечке с подвязанными под подбородком поводьями лошадь проводят по коридору 1–2 круга и затем ее пускают свободно двигаться в том или ином направлении.

Если она устремилась вперед галопом, то ее стараются успокоить, ровным голосом отдавая несколько раз команду: «Рысью!». Обычно лошадь при этом после двухтрех кругов движения галопом переходит на рысь. Через 5–6 минут движения необходимо сменить направление, для чего тренер выходит навстречу лошади.

На втором занятии для ознакомления лошади с препятствиями кладут на землю несколько жердей на расстоянии нескольких метров друг от друга. Сначала, ведя лошадь в поводу, заставляют ее перешагивать через лежащие жерди, а затем пускают ее по коридору самостоятельно. Лошадь вначале может пытаться совершить прыжок через лежащую жердь, но затем быстро осваивается и спокойно перешагивает через них на шагу и даже рыси. На последующих трех-четырех занятиях жерди поднимают на 30–40 см.

В начале занятий расстояние между двумя жердями должно быть не менее семи метров, но затем для усложнения задачи расстояние между ними сокращают до 3–3,5 м.

После пяти-шести занятий высоту препятствий доводят до 70–80 см и строят комбинацию из трех-четырех жердей с расстоянием между ними в 3–3,5 м. Это так называемые «клавиши».

Напрыгивание на свободе приучает лошадь спокойно относиться к препятствиям, без всяких помех приготовиться и совершить прыжок или их серию. Перед напрыгиванием на свободе лошадь необходимо 10–15 минут размять на корде или же дать ей возможность сделать 56 пробежек рысью и галопом в обе стороны по коридору шпрингартена, свободного от препятствий или с лежащими на земле жердями.

При работе в шпрингартене тренер и его помощник должны сопровождать движение лошади, не отставая от нее и ни в коем случае не опережая. Встречая лошадь после прыжков, нельзя делать резких движений или взмахов руками, так как это пугает животное. Необходимо, чтобы вся обстановка при такой тренировке была спокойной, без громких выкриков, хлопанья бича и т. д. После окончания тренировки лошадь нужно огладить, угостить лакомством и спокойно поводить 15–20 минут шагом.

 

Напрыгивание лошадей на корде

В ряде случаев напрыгивание на свободе можно заменить работой на корде. Прежде чем начать прыжки на корде, лошадь необходимо ознакомить с лежащими на земле жердями, переведя ее через них в поводу. Препятствия оборудуют возле стенки манежа, а со стороны тренера оборудуют наклонные откосы, которые необходимы для того, чтобы лошадь не обносила препятствие и чтобы корда не зацеплялась за него.

После разминки, прежде чем приступить к прыжкам на корде, лошадь подводят к препятствию, дают его осмотреть и обнюхать. Желательно опустить жердь на землю и 2–3 раза перевести лошадь через нее шагом. Затем жердь устанавливают на высоте 30–40 см, а лошадь выпускают на вольт перед препятствием. После того как лошадь 3–4 круга прошла спокойной рысью около препятствия, ее выводят напротив препятствия. При этом тренер подходит вплотную к откосу и далее двигается параллельно с лошадью. Если напрыгивание ведется с помощником, то последний движется сзади лошади, в трехчетырех метрах от нее с поднятым кверху бичом.

Если же тренер ведет напрыгивание один, то с помощью поднятого бича он не дает лошади встать перед препятствием. При необходимости он может легким ударом бича выслать лошадь вперед. На прыжке важно вовремя удлинить корду, чтобы не дернуть лошадь, так как можно вызвать резкое болевое ощущение через трензель, что в дальнейшем осложнит работу по напрыгиванию из-за страха перед возможной болью. После каждого прыжка следует голосом одобрить лошадь, а в конце занятия или при перестегивании корды дать ей кусочек сахара или моркови. На первом занятии необходимо сделать не более трех-четырех прыжков в каждую сторону.

Если лошадь остановится перед препятствием или пробежит мимо него, то ее вновь несколько раз в поводу переводят через лежащую жердь. Затем повторяют упражнение, более тщательно готовя лошадь к прыжку и следя за ее действиями, вовремя пресекая нежелательные.

На первых занятиях позволяют лошади выполнять прыжки с любого аллюра, лишь бы она смело и охотно шла на препятствие. В дальнейшем добиваются того, чтобы лошадь спокойно, не бросаясь вперед, преодолевала препятствие с рыси. Для этого не менее 8-10 уроков по напрыгиванию проводят при высоте препятствий от 30 до 50 см.

Если лошадь бросается на препятствие, то ее пускают мимо и на вольту добиваются перехода в рысь или шаг и только потом вновь выводят на прыжок. При этом нельзя кричать на лошадь, щелкать бичом и т. д. Вся работа на корде должна проводиться в спокойной обстановке, без лишнего шума и суеты. Когда лошадь спокойно и уверенно преодолевает препятствие высотой до 50 см, то усложняют задачу, строя комбинацию из двух «клавишей». Сначала ставят два препятствия на расстоянии семи метров, а затем сокращают расстояние между ними до 3–3,5 м.

Напрыгивание на корде можно проводить через день, совершая не более 10–12 прыжков в одном занятии.

 

Напрыгивание лошадей под всадником

Прыжки под всадником – основная часть тренировочной работы по обучению лошади преодолевать различные препятствия на большой скорости. Если лошадь не напрыгивали на корде или на свободе, то начинают работу с перешагивания через лежащие на земле жерди. При этом следует помнить, что к напрыгиванию под всадником приступают только тогда, когда лошадь прошла хотя бы элементарную выездку и в определенной степени подчиняется всаднику, то есть легко и свободно переходит из аллюра в аллюр, выполняет вольты и заезды, повороты и остановки.

После двух-трех занятий перешагивания через жерди это упражнение можно выполнять на рыси. При этом всадник должен предоставить лошади полную свободу, отпустив повод. Он следит, чтобы лошадь спокойно шла на препятствие, и пресекает ее попытки остановиться или закинуться. Обычно если лошадь спокойно переходила жерди на шагу, то она без труда делает это и при движении рысью. Через 2–3 занятия можно поднять жерди над землей на 30–40 см и на эти препятствия следует заходить на рыси.

Первые 3–4 прыжка лучше совершить, двигаясь позади хорошо прыгающей лошади на расстоянии 5–6 м от нее. Молодая лошадь, прыгая за опытной, быстро осваивается с предлагаемой задачей и в дальнейшем без всякого страха преодолевает знакомые уже препятствия самостоятельно.

В основе этого явления лежит обмен информацией между особями стадных животных, достигший у копытных в процессе их эволюции высокой степени специфичности. Среди лошадей в наиболее яркой форме передается рефлекс обстановки. Достаточно одной лошади проявить беспокойство в деннике, сопровождающееся храпом, изменением позы и т. д., или панически «схватить на унос» в степи или на дорожке ипподрома, как это моментально сказывается на поведении всех окружающих животных. В этих случаях передается информация общего эмоционального настроя, определяющего характер отношения животного к той или иной обстановке.

Передачу информации от одних (как правило, старших) особей другим – младшим – не через половые клетки, а посредством выучки, называют сигнальной преемственностью. Она играет важную биологическую роль в жизни стадных животных, так как позволяет молодым особям быстро воспринимать опыт более зрелых животных и мобильно приспосабливаться к сложным условиям среды. Индивидуальное накопление опыта условно-рефлекторным путем более длительно, трудно и во многих случаях опасно. Сигнальная же преемственность от других особей доставляет нервной системе молодого животного информацию об общем характере тех или иных явлений внешней среды – отсутствии или наличии опасности.

Известно, что молодые лошади при первом выезде на дорожку ипподрома ведут себя настороженно, неуверенно, часто бросаются в сторону, отказываются идти вперед. Если тренировать молодых лошадей вместе с хорошо выезженными лошадьми старшего возраста, то они спокойнее реагируют на внешние раздражители, увереннее ведут себя на дорожке и быстро привыкают к условиям ипподрома. Лошади прыгают несравненно лучше в тех случаях, когда широко используется сигнальная преемственность. Чувство страха молодая лошадь перед каждым новым, еще незнакомым для нее препятствием преодолевает легче в тех случаях, когда ее прыжок происходит вслед за хорошо тренированной лошадью, спокойно и уверенно приближающейся к препятствию и прыгающей через него.

Особое значение сигнальная преемственность имеет при напрыгивании через херделя или стипль-чезные препятствия парами или группой. Молодые лошади обычно совершают прыжок тотчас после толчка лошади, идущей впереди, не обращая совершенно внимания на расстояние до препятствия. Если всадник, едущий на молодой лошади, отстает на корпус, то это может привести к падению из-за ее преждевременного прыжка. Поэтому прыжки группой в два, три и более всадников необходимо совершать, соблюдая равнение в линию. Если это трудно сделать, то лучше на молодой лошади отстать на 1,5–2 корпуса и прыгать немного в стороне от впереди идущих всадников.

Информация, первоначально полученная лошадью путем сигнальной преемственности, а затем многократно подкрепленная данными индивидуального опыта, становится основой ее условно-рефлекторных реакций и определяет характер поведения в том или ином направлении.

Поэтому при напрыгивании херделя, жерди, заборы, каменные стенки необходимо располагать в самых разнообразных комбинациях, чтобы лошадь упражнялась в расчете и в соразмеривании своего темпа. Через 1520 прыжковых занятий, когда препятствия преодолевают с шага и с рыси, можно увеличить их высоту до 7080 см и переходить к прыжкам с галопа.

При этом вновь первые прыжки на этом аллюре совершают за опытной, хорошо прыгающей лошадью. Это необходимое условие, так как на данном аллюре сокращается время для обработки информации и принятия центральной нервной системой лошади правильного решения. Кроме того, возникают новые координационные взаимоотношения, нарушающие двигательную функцию, вследствие чего лошадь может совершить закидку или отказаться от прыжка. При этом всадник не должен мешать лошади поводом или резкими движениями своего корпуса. В момент прыжка всадник придерживается за шейный ремень.

Несколько слов о напрыгивании через канавы. Лучше всего начинать с преодоления нешироких естественных канав вместе с опытными лошадьми. Подходить к канаве следует рысью, а если лошадь на последних темпах поднимается на галоп, не мешать ей в этом случае. Через некоторое время над канавой строят жердевой забор высотой 50–60 см и на нескольких занятиях по 2–3 раза преодолевают эту комбинацию с рыси, а потом и с галопа. Впоследствии жердевой забор или засека высотой до 80–90 см могут быть построены за канавой, и это препятствие преодолевают только с галопа.

При напрыгивании по трассе стипль-чеза необходимо сначала совершить прыжки через отдельные препятствия и после каждого переходить на рысь и шаг. Преодолев поочередно 3–4 препятствия, можно повторить их парами или группой сразу подряд. На одном занятии следует знакомить лошадей не более чем с тремя-пятью препятствиями.

После окончания прыжков всадник должен слезть с лошади, дать ей сахар, морковь или траву и спокойно поводить ее в поводу. Через 10–15 минут лошадь можно расседлать и, если есть возможность, дать ей пощипать зеленой травы. Как показал опыт, в этом случае лошади быстро успокаиваются, а желательные условные рефлексы лучше закрепляются.