Планета Меллисанда имела пять лун Самая большая из них размером почти вдвое превосходила луну Земли, а две другие были почти такими же большими, а потому ночи на Меллисанде редко бывали темными. Серебристое свечение пронизывало атмосферу, придавая волшебную ауру даже самым обычным вещам. Когда в небе висели одновременно все луны, ночью было почти так же светло, как днем.

Но сегодня лишь одна большая и одна малая луны висели над горизонтом, чему две призрачные фигуры, пробирающиеся среди кустов, были весьма рады.

Развернувшаяся перед ними картина была безмятежной: большой особняк, построенный более чем в двух километрах от соседей и окруженный с трех сторон открытой лужайкой. Его задняя стена примыкала к крутому обрыву, поднимавшемуся вверх метров на пятьдесят. Обрыв был настолько крутой и гладкий, что считался неприступным. Во всяком случае, обитатели дома были уверены в невозможности нападения с этой стороны.

Двое очень надеялись, что жильцы в эту ночь чувствуют себя в полной безопасности. Несколько минут они полежали на вершине обрыва, изучая картину внизу. Перед домом были припаркованы десять автомобилей. Пока они наблюдали, появился одиннадцатый, медленно двигавшийся по узкой грязной проселочной дороге со стороны главного шоссе. Наконец он остановился рядом с другими автомобилями. Из него вышли два человека и направились к парадному подъезду дома. Спустя несколько секунд двери открылись и они вошли внутрь.

— Похоже, все в сборе, — произнес один из лежавших низким мужским голосом.

Другой человек, видимо женщина, сказал;

— Хватит бездельничать, пора за работу.

Мужчина встал и поднял устройство, которое напоминало гарпунную пушку. Пока он поднимал его и наводил на цель, его спутница вынула веревку из своего пояса-сумки и привязала ее к столбу, крепко вбитому в землю у края обрыва.

— Готово, — произнесла она.

Мужчина прицелился и выстрелил. Гарпун полетел вниз к крыше дома. Его пластиковый наконечник разбился в трещине между дымовой трубой и скатом крыши. Из него вытекла смолистая белая жидкость — инставелд, — которая мгновенно затвердела при соприкосновении с воздухом. Инставелд образовал прочное сцепление между верхом крыши и гарпуном; только специальный растворитель мог теперь извлечь гарпун оттуда.

Единственным звуком, нарушившим тишину ночи, был короткий удар, раздавшийся при соприкосновении наконечника гарпуна с крышей. Двое на обрыве не дыша ждали, не последует ли на звук какая-нибудь реакция. Убедившись, что ничего не произошло, они с облегчением перевели дух: это была самая шумная часть задания.

Мужчина кивнул своей спутнице, ухватился за веревку и начал спускаться к крыше дома, быстро перебирая руками.

Женщина наблюдала за спуском своего товарища и посматривала вокруг, нет ли какой опасности: ведь он представлял собой прекрасную мишень, открытую со всех сторон. Но вот он благополучно достиг крыши, посигналил ей, и они поменялись ролями: она начала спуск, а он прикрывал ее.

Вновь оказавшись вместе, они без промедления приступили к выполнению следующей части плана. Окно для проникновения в дом было выбрано заранее. Подвинувшись к краю крыши, мужчина лег на живот, держа в руках веревку. Женщина ухватилась за ее свободный конец и стала спускаться к окну, чтобы проверить, заперто ли оно и установлена ли на нем сигнализация.

Спуск на веревке явно был не в новинку для этих людей. Женщину звали Иветта д'Аламбер, мужчину, ее брата, — Жюль. С год тому назад они считались ведущими воздушными акробатами Галактического Цирка.

Правда, работа, которой они занимались этой ночью, не имела ничего общего с цирковым представлением. Сейчас они выступали в роли секретных агентов Службы Имперской Безопасности. Они сами и все члены их цирковой семья относились к числу самых преданных слуг Короны. Они многократно доказали это и не требовали взамен ничего, кроме чести служения ей и в дальнейшем.

Иветта висела у намеченного ими окна, тщательно его осматривая. Окно оказалось запертым изнутри на простой шпингалет и, похоже, не имело сигнализации, которую могли обнаружить ее карманные датчики. Плотно прижавшись к стене, она смогла отогнуть шпингалет и открыть окно. Теперь оставалось только ухватиться за подоконник и проникнуть внутрь. В комнате было темно и тихо. По-видимому, она служила спальней для гостей и сейчас пустовала. Убедившись, что все спокойно, девушка с силой дернула за веревку, сигнализируя брату, что он может следовать за ней.

Через минуту Жюль стоял рядом с сестрой. Оба приготовили станнеры.

Подкравшись к двери, Жюль приоткрыл ее и выглянул в коридор. Коридор был хорошо освещен, но в этот момент, к счастью, оказался безлюдным. В дальнем конце коридора он увидел лестницу — по ней им предстояло спуститься вниз. Между дверью, из которой он выглядывал, и лестницей находились три закрытые и две открытые двери.

Первые две комнаты оказались пустыми. В третьей они нашли парочку, занятую любовными утехами; Иветта чувствовала себя премерзко, когда послала в них луч станнера, установленного на четверку, испортив людям удовольствие и на целых два часа лишив их сознания, но она понимала, что другого выхода не было. Они не могли позволить оставить позади себя людей, которые поднимут тревогу. Прошептав извинение, которое парочка в бессознательном состоянии не услышала, Иветта закрыла за собой дверь.

В четвертой комнате за столом к ним спиной сидел мужчина и что-то писал. Он оглянулся, и это было его последнее действие на несколько ближайших часов. Молниеносный выстрел Жюля сразил его, не дав ему даже рта раскрыть. Пятая комната оказалась пуста.

Наконец, они достигли лестницы. Брат с сестрой обменялись ободряющим взглядом. Пока все шло гладко; но неприятностей следовало ожидать в любой момент. По их расчетам, на первом этаже здания находилось не менее двух десятков человек. Шанс захватить всех их врасплох был ничтожен. Им придется вступить в бой еще до окончания этой ночи, но они были, готовы к этому. В отличие от их врагов.

Время прятаться прошло; теперь их главным оружием будет быстрота. Держась рядом друг с другом, они бросились вниз по лестнице с такой скоростью, которая казалась нереальной для нормальных людей.

Д'Аламберы не были, строго говоря, нормальными людьми. На протяжении более десяти поколений они жили на планете ДеПлейн, планете тяжелых металлов и неприступных гор, сила тяжести на которой втрое превышала земную. Слабые отсеялись в течение первых двух поколений из-за тяжелых природных условий планеты. Выжили только сильные. Нынешние же обитатели ДеПлейна были сверхсильными и сверхбыстрыми людьми. Сама природа позаботилась об этом — даже просто ходьба в столь сильном гравитационном поле требовала больших затрат энергии; а когда на планете предметы падают с ускорением, — втрое превышавшим земное, жители ее должны иметь молниеносные рефлексы.

Такая генетика была у более семи миллионов теперешних обитателей планеты. А на Жюля и Иветту наложила отпечаток еще и фамильная наследственность д'Аламберов. Их род состоял исключительно из цирковых артистов и восходил к истокам создания Галактического Цирка. Физическая сила и ловкость были на первом месте в их воспитании со дня рождения; а теперь, на пике их карьеры, Жюль и Иветта в этом смысле были совершенством.

Агенты СИБ молнией пронеслись по лестнице, рассчитывая ошеломить тех, на кого они вели охоту. На втором этаже в данный момент находились слуги, которых отправили сюда, чтобы они не мешали важному совещанию, проходившему на первом. Это была мелкая рыбешка, но тем не менее их тоже необходимо было вывести из строя.

Все шло хорошо до тех пор, пока Жюль в последней комнате второго этажа не наткнулся на стоявшую у раковины служанку и не выстрелил из станнера, тут же поняв свою ошибку. Женщина пила из стакана воду. Тот выскользнул из руки потерявшей сознание женщины, и, как ни были быстры рефлексы Жюля, он не успел подхватить стакан, тот упал на пол и разбился со звуком, подобным взрыву бомбы.

Ничего поделать уже было нельзя — сейчас поднимется тревога.

Жюль и Иветта бросились к лестнице. Слова не были нужны: они так долго работали одной командой, когда их жизни в буквальном смысле зависели от точности, измеряемой долями секунды, что их мозг действовал как единое целое. Оба знали, что нужно делать, и каждый чувствовал, как поступит другой в любых мыслимых обстоятельствах.

Они сбежали с лестницы и увидели идущего им навстречу человека. Глаза его расширились, он издал возглас удивления. Иветта выстрелила из своего станнера, но человек увернулся и тотчас поднял тревогу. Битва началась. Лестница выходила в коридор с большой столовой слева и несколько меньшей гостиной справа. Жюль свернул в столовую.

Невысокого роста, что характерно для деплейниан, с развитой мускулатурой, Жюль имел вид человека, с которым шутки плохи. Он был одет в серый комбинезон (они с сестрой решили, что серый цвет будет более подходящим для яркого лунного света Меллисанды, нежели черный), плотно облегающий его фигуру и подчеркивающий мощные мышцы его стокилограммового тела. Он влетел в столовую и остановился.

В комнате находилось семь человек — пятеро мужчин и две женщины. Все были ему знакомы по фотографиям, которые он заблаговременно изучил. Они представляли собой верхушку криминального мира этой планеты. Перечень преступлений, совершенных только этой семеркой, был настолько велик, что вряд ли кто-нибудь из них мог рассчитывать на снисхождение судей.

Ближайший к двери мужчина сидел в кресле. Увидев Жюля, он начал вставать, рука его потянулась за пазуху пиджака за оружием. Жюль схватил руку мужчины прежде, чем тот дотянулся до кобуры, и рывком поставил его на ноги. Сделав незадачливого гангстера осью вращения, Жюль один раз крутнулся вокруг него, неожиданно остановился и теперь уже крутанул мужчину вокруг себя. Затем оторвал его от пола и швырнул его в парочку на другом конце комнаты. Бандит врезался в мужчину и женщину, сбил их с ног и рухнул сам, потеряв сознание.

К этому времени остальные четверо опомнились и схватились за свои бластеры.

И все же реакция Жюля оказалась быстрее. Он успел уложить из своего станнера двоих, прежде чем ему пришлось увертываться от луча бластера, раскалившего воздух над его головой. Он бросился на пол, перекатился и сделал подсечку последнему из оставшихся на ногах мужчин. Тот упал прямо на Жюля, заслонив его от луча бластера, принадлежавшего женщине средних лет со стальным блеском в глазах.

Жюль был галантным кавалером. Но когда женщина пытается убить его, галантность неуместна. Луч станнера Жюля уложил женщину, не дав ей возможности сделать выстрел. Теперь надо было помочь сестре.

Когда Иветта вторглась в гостиную, она вряд ли выглядела менее грозно, чем ее брат. Хотя она и была на десять сантиметров ниже брата и килограммов на тридцать легче, ее тело было телом деплейнианки. Серый комбинезон, такой же, как у брата, подчеркивал ее женственные формы. Она была приятной для глаз любого мужчины, за исключением, конечно, тех, что находились сейчас в гостиной.

Их было пятеро. Иветта успела сразить двоих, прежде чем остальные принялись поливать комнату лучами бластеров.

Девушка, спасаясь от луча, нырнула за большое кресло. Укрывшись за ним, она уложила еще одного. Остальные двое решили спасаться бегством. Один, отстреливаясь, побежал к двери. Подняв массивное кресло, Иветта швырнула его в убегавшего. Кресло пригвоздило его к стене, и он без сознания свалился на пол.

Бросив кресло, Иветта лишила себя последнего прикрытия от лучей бластера оставшегося гангстера. Она отчаянно изогнулась, стараясь уклониться от луча, который лишь зацепил край ее станнера, нагрев его до такой степени, что Иветта не смогла больше держать его. Бросив оружие, она прыгнула за низкий кофейный столик, на котором стояли безделушки.

Последний из оставшихся мужчин, посчитав ее безоружной, встал и тщательно прицелился, уверенный, что на этот раз поразит свою мишень. Но он не знал изобретательности Иветты. Схватив со столика мраморную статуэтку, девушка бросила ее изо всех своих деплейнианских сил и с точностью циркового артиста. Статуэтка попала бандиту точно в челюсть, раздробив кости. Тот замертво свалился.

В этот момент в комнату влетел ее брат. Оглядев поле боя, он спросил:

— Помощь нужна? Иветта покачала головой.

— Все в порядке. Рутинная операция. Давай лучше проверим, всех ли мы взяли.

Сибсы (Сибсы — родные братья и сестры. (Прим, пер.) осмотрели весь дом, но больше никого не нашли. Они связали слуг на случай, если те вдруг придут в сознание, пока внизу будет проходить допрос. Затем связали лежащих в гостиной и столовой. Теперь осталось подождать, пока закончится действие лучей от станнеров, и можно будет приступать к допросу.

Во время их прошлого задания были обнаружены следы заговора против Трона, размах которого вызвал дрожь. Герцог Федор Пасков, правитель планеты Колоков, и его помощник, врач Эммануэль Рустин, создали некоторое количество роботов, и видом, и образом действий не отличающихся от обычных людей. Один из этих роботов был использован в заговоре против принцессы Эдны, но этот коварный план был сорван агентами СИБ.

Теперь перед Службой стояла задача найти остальных андроидов и нейтрализовать их. Никто не имел представления, сколько их было, а герцога и доктора уже не было в живых. Не было найдено никаких записей о том, как выглядели роботы, куда они были засланы и с какой миссией. Единственное, что было известно точно: речь шла об измене.

Работа по выявлению этих роботов была не из простых, вот почему Шеф поручил Жюлю и Иветте, своим лучших агентам, вести расследование. Они обладали азартом настоящих ищеек, и чем труднее было задание, тем больше оно им нравилось.

Поскольку именно д-р Рустин стоял у истоков создания роботов, д'Аламберы для начала сосредоточили все свое внимание на его деятельности за последние несколько лет. Было установлено, что он без всякой видимой цели совершил ряд поездок сюда, на планету Меллисанда. Они выяснили, что его частенько видели в компании гангстерской верхушки планеты. Выяснилось, что на Меллисанде вскоре должно было состояться крупное сборище крестных отцов местной мафии — прекрасная возможность накрыть всех подозреваемых разом. Вот почему эти двое оказались здесь в эту ночь.

Двое деплейниан приступили к тщательному осмотру связанных пленников. Иветта первой заметила крошечные украшения у двух из них кристаллики интегральных схем на золотых цепочках.

— Взгляни-ка на это, — позвала она брата. — Я припоминаю, что герцог Федор и д-р Рустин носили подобные кулоны.

Жюль внимательно осмотрел безделушки.

— Ты права, — сказал он. — Похоже, мы вышли на след. Возможно, это нечто вроде опознавательного знака или знака принадлежности к некоему братству. Что бы это ни было, ясно одно — мы должны сосредоточить все наши усилия на этих двоих. Им нитробарб, остальным детразин.

Иветта кивнула, достала из сумочки на поясе препараты и начала готовить их для инъекции. Оба состава являлись разновидностями сыворотки правды; детразин был распространен более широко, хотя человек, обладающий сильной волей, мог противостоять его действию. Нитробарбу, самому мощному из известных человеку препаратов правды, противостоять было невозможно. Под его воздействием никто не мог лгать, но его главный недостаток состоял в том, что в пятидесяти процентах случаев он приводил к смерти. Это побочное действие вынудило объявить нитробарб вне закона. Даже владение им считалось серьезным преступлением, что, конечно, не останавливало людей от его использования.

Нитробарб начинал действовать через двадцать минут. Пока же Жюль и Иветта решили допросить тех, которым ввели быстродействующий детразин. Все, что они говорили, писалось на миниатюрный магнитофон. Агенты Службы перетрясли немало грязного белья, но информация, представлявшая для них наибольший интерес, была довольно скудной. Некоторые из этих людей были знакомы с Рустином, имели с ним беседы на светских раутах, но либо ничего не знали о заговоре, к которому невольно примкнули, либо в мозгу у них стояли гипноблоки, взломать которые детразин не мог.

Но вот к допросу были готовы главные подозреваемые. Медленно и терпеливо Иветта выясняла все, что эти двое знали о заговоре. Информация обнадежила и в то же время расстроила д'Аламберов.

Оба знали о программе изготовления роботов, но смогли рассказать только о четырех изготовленных роботах, один из которых был уже уничтожен. Из прочих трех двое были женщинами и один мужчиной. Мужчина и одна из женщин были похожи на уроженцев планеты с большой силой тяжести, подобной ДеПлейну, но, судя по всему, не дублировали ни одного из д'Аламберов. Жюль и Иветта облегченно вздохнули; у них синхронно возникла мысль о том, что было бы, если б их личности были раскрыты, и их тайно подменили. К счастью, этого не случилось.

Ни один из получивших дозу нитробарба не знал, что сталось с роботами после их изготовления, и Жюлю с Иветтой предстояло начать все сначала.

Допрашиваемые одинаково мало знали о самом заговоре. Они получали распоряжения не от Рустика, который имел примерно их уровень компетентности, а от некой Леди А. Они встречались с ней всего лишь раз и описали ее, как женщину необычайно красивую, но холодную. Ее приказания поступали от случая к случаю и предписывали им сделать то или иное, что, как им казалось, не имело особого смысла; но все понимали, что должны выполнять приказания в точности — за это им хорошо платили.

Да, подтвердили они, золотые кулоны с кристалликами интегральных схем — опознавательный знак заговорщиков. Нет, они не в курсе, возглавляла ли Леди А весь заговор или нет. Д-р Рустин говорил о ком-то еще, от кого он получал указания и кого называл «О». Д'Аламберам не удалось получить еще какой-нибудь информации на этот счет, и они не смогли установить точно, ссылался доктор на своего господина — герцога Федора — или еще на какую-то фигуру в иерархии заговорщиков.

Полученная информация представлялась ничтожной и все же она имела определенную ценность, а потому можно, было считать рейд успешным.

— Потребуется еще много подобных вылазок, прежде чем мы наткнемся на что-то действительно стоящее, — со вздохом сказала Иветта.

Они покинули дом тем же путем, каким проникли в него, взобравшись по веревке на вершину обрыва, где их ждал автомобиль. Эта машина чем-то напоминала безвкусные спортивные модели Фраскати, а в действительности представляла собой «Марк-41, служебный, специальный», который можно было трансформировать в летательный аппарат. Жюль воспользовался этим. Во время полета он связался по радио с местным отделением СИБ, пользуясь своим кодовым именем Вомбат, и описал ситуацию в доме, когда они покидали его. Сообщение о пленках допроса взбудоражило штат отделения, который уже давно предпринимал тщетные попытки получить более точную информацию об этих людях. Пленки дадут местным властям достаточно оснований, чтобы судить крестных отцов мафии и очистить Меллисанду от скверны.

Д'Аламберы оставили пленки в заранее оговоренном месте и продолжили путь к космопорту, где их ждал личный двухместный корабль «Медная комета». Жюль по пандусу загнал автомобиль в специальный отсек, расположенный в нижней части корабля. Брат с сестрой выбрались из автомобиля, мечтая побыстрее принять душ и хоть немного поспать.

И сразу же поняли, что им это вряд ли удастся. На пульте яростно мигал красный огонек срочного вызова. Сообщение поступило от самого Шефа, с приоритетом Класса Пять. Сибсы обменялись встревоженными взглядами. В сообщении говорилось, что им следует немедленно связаться с Землей по личному номеру Шефа.