Прошло немало времени, прежде чем мне удалось уснуть. Возбуждение в поселке улеглось. Не было слышно ни голосов, ни сирен. Только продолжали лаять собаки. Все было объято тишиной.

Я натянула на себя одеяло и лежала, глядя в потолок. Мои мысли крутились вокруг того, что произошло.

Дядя Джекилл лгал мне. Он не падал с холма. И очень хорошо знал, что случилось в поселке.

Но для чего он лгал? Чтобы защитить меня? Или себя?

Я заснула поздно. А когда проснулась и подошла к окну, солнце уже успело высоко подняться над голыми зимними деревьями. Снег у подножия холма ярко сверкал. На какую-то долю секунды я увидела оленя, который пробежал сквозь лесную чащу.

Я потянулась и довольно улыбнулась, когда свежий утренний воздух влетел в открытое окно. Но мое хорошее настроение быстро улетучилось, как только я вспомнила те ночные ужасы.

Я должна узнать правду, сказала я себе. Я не смогу успокоиться, пока не узнаю всю правду о дяде Джекилле.

Я натянула леггинсы и ярко-желтый шерстяной свитер и поспешила вниз, к завтраку.

Подходя к кухне, я услышала злой голос Марианны:

— Я не хочу здесь оставаться! Не хочу больше так жить!

— Конечно, конечно, — саркастически заметил дядя Джекилл. — И куда же ты собираешься уйти?

— Куда угодно! — закричала она. — Куда угодно, только без тебя!

— Говори потише. — Судя по голосу, дядя Джекилл был очень расстроен. — Не обязательно весь дом должен это слышать!

— А мне все равно! Абсолютно все равно! — вопила Марианна. — Я так устала жить среди этой лжи, устала от всех этих секретов! Я… я не могу больше этого вынести. Папа, ты требуешь от меня слишком многого!

Я стояла, прислонившись к стене, закрывая рот рукой, чтобы не выдать себя невольным вздохом.

О чем это говорит Марианна? Она знает правду об отце?

Мое сердце было готово выпрыгнуть из груди.

— Я не могу иметь друзей, — продолжала Марианна дрожащим, взволнованным голосом. — Никого не могу пригласить. У меня нет жизни, папа. Совсем никакой. И это твоя вина!

— Ты должна быть терпеливой, — мягко увещевал ее дядя Джекилл. — Дай мне время, Марианна. Ты знаешь, это не моя вина.

— Мне все равно! — кричала Марианна. — Все равно!

Дядя Джекилл начал было говорить что-то еще, но тут я кашлянула — запершило в горле.

Спор немедленно прекратился. И на кухне воцарилось молчание.

Я глубоко вздохнула. Придала лицу безразличное выражение и вошла.

Оба пожелали мне доброго утра. Дядя Джекилл улыбнулся. Но Марианна сжала зубы и отвернулась.

Ее тарелка с овсянкой так и осталась нетронутой. Темные кудри свисали с головы влажными прядями. Сжатые в кулак руки лежали на столе.

— Не хочешь ли яиц? — с улыбкой спросил меня дядя Джекилл. — Сильвия может приготовить их так, как ты любишь.

— Спасибо, мне хватит и овсянки, — ответила я. — Я не очень-то много ем за завтраком.

— У нас с Марианной был небольшой семейный спор, — заметил дядя Джекилл, улыбаясь ей через стол.

Марианна отвернулась, не поднимая глаз.

— О, в самом деле? Я пропустила его.

Завтрак продолжался в полном молчании. Я не могла дождаться того момента, когда смогу отвести Марианну в сторонку и выведать у нее, что она знает. И я не отпущу ее, пока она не откроет мне всей правды, дала я себе слово.

После завтрака дядя Джекилл скрылся в своей лаборатории. Я услышала, как он закрыл за собой дверь, а потом запер ее на ключ.

Я отправилась в комнату Марианны. Она стояла, наклоняясь над стеклянным ящичком, и держала в руках маленького светло-коричневого хомячка.

— Кто это? — спросила я как можно дружелюбнее и приветливее.

— Эрни, — ответила она, не оборачиваясь. Хомячок бегал по ее рукам.

— Это мой лучший друг во всем мире.

— Какой хорошенький, — сказала я, подходя к ней. — Мне нравится его розовый носик.

Марианна молча кивнула. Нет, не буду я больше ходить вокруг да около. Я должна узнать о ней все.

— Я солгала сегодня утром, — призналась я. — Перед завтраком я слышала твой разговор с папой.

Она взяла Эрни в руку. Ее темные глаза сверкнули.

— Слышала? Я кивнула:

— Вы оба были очень взволнованы. Марианна нахмурилась:

— Мы просто разговаривали, вот и все.

— Нет, не все, — возразила я. — Я слышала, о чем вы говорили. О лжи и секретах.

Она не ответила. Только внимательно посмотрела на меня, прищурив глаза.

— Все это пустяки, — пробормотала Марианна.

— Послушай, скажи мне правду, — умоляюще проговорила я. — Прошлой ночью я слышала крики в поселке. Из окна моей спальни все видно. Слышала вой сирен. Видела, как бегали люди.

— Я… я ничего не знаю про это, — пробормотала она.

— Нет, ты знаешь! — настаивала я. — Мне нужно знать правду, Марианна. Правду о твоем отце. Ты должна мне сказать! Должна!

Марианна подалась назад. Ее лицо исказила злобная гримаса.

— Оставь меня! — закричала она, тяжело дыша. — Не суй нос в чужие дела, Хейди. И не пытайся узнать что-либо о моем отце. Ты пожалеешь об этом! Я предупреждаю тебя!

Мы обе с испугом посмотрели на ее руку.

— О нееет! — простонала Марианна. Она задушила хомячка до смерти.