Надо бежать из этого дома, решила я.

Я оставила Марианну рыдающей в своей комнате. Она отказалась принять мои извинения. И захлопнула дверь своей комнаты перед самым моим носом, когда я, пятясь, выходила от нее.

Она так сжала хомячка, что задушила его! Подумать только!

Теперь она возненавидит меня, решила я. Она наверняка обвиняет в этом меня. Обвиняет меня…

Я и раньше ей не нравилась. А теперь она меня просто ненавидит.

И никогда не скажет правды об отце.

Никогда не расскажет, о чем они спорили этим утром.

Я чувствовала себя отвратительно. Мое сердце учащенно билось. В желудке ощущалась тяжесть, будто там лежал камень.

— Надо уходить… надо уходить… — повторяла я, возвращаясь в свою комнату.

Я надела куртку и стала искать перчатки. Открыла шкаф и присела на корточки, чтобы посмотреть, что там внизу. Перчаток нигде не было.

— Потерялись, — пробормотала я. — Так можно отморозить руки. И все равно: уходи, Хейди. Прочь из этого дома.

Я поспешно вышла на улицу. Скорее, скорее из этого большого противного дома. Подальше от его секретов.

Холодный свежий воздух набросился на мои щеки. Но яркое солнце, высоко поднявшееся в ясном небе, согрело меня.

Я откинула капюшон и встряхнула своими длинными волосами. Под моими сапогами приятно поскрипывал снег. Я свернула за угол дома.

Отсюда была видна узкая дорога, которая, петляя, спускалась вниз с холма, к поселку. Никого и ничего. Пустынная снежная гладь.

В гараже я нашла старый велосипед для девочек. Наверное, он принадлежал Марианне.

Я проверила шины. Надуты достаточно, меня выдержат.

— Да! — радостно прокричала я. — Бегу отсюда!

И уже через насколько секунд, налегая на педали, я мчалась вниз. Шины постукивали по замерзшей дороге, а мои волосы развевались за мной, словно флаг.

Мне стало так хорошо, что хотелось петь и кричать. Высоко в небе громко перекликались дикие канадские гуси. По мере того как я спускалась с холма, сосны приобретали светло-зеленый цвет. Я нажимала на педали, радуясь свежему воздуху и свободе.

Однако когда я добралась до окраины поселка…

Я снова почувствовала себя, словно в фильме ужасов.