– Нет! Прекрати! Опусти меня! Опусти меня! – кричал я.

Но он не обращал никакого внимания на мои призывы. Он оторвал меня от земли.

Он успел протащить меня с полметра по воздуху, когда я почувствовал, что Брент споткнулся.

– Отпусти! Отпусти! – вопил я. Судорожно размахивая руками, я пытался сохранить равновесие. Я лягался, чтобы освободиться от объятий Брента.

Шлепнувшись на землю, я издал сердитый вопль.

Сильно ударившись коленями и локтями, я в довершение с размаху стукнулся головой об острый гравий.

Эстафетная палочка выскользнула из моей руки. Подняв глаза, я с ужасом смотрел, как она катится по полю.

– О-о-о-ох!

– Извини, Сэмми, – раздался вблизи голос Брента. – Я ведь хотел помочь, но споткнулся.

Я поднял голову – и как раз вовремя, чтобы заметить остальных участников, пробегавших мимо меня.

Мы проигрывали. С большим разрывом.

Я поискал глазами Роксанн и Джеда. Они смотрели на меня, разъяренно грозя кулаками.

Я сел. Мои локти были изрезаны, колени разбиты в кровь.

– Брент! Ты же меня подставил! – рассвирепел я.

– Я только пытался помочь, – повторил он.

Еще один бегун пронесся мимо меня. Из-под его кроссовок вылетел целый заряд гравия и грязи. ПАФ! – прямо мне в глаза.

Я ощутил руку, вытирающую грязь с моего лица.

Я с силой отпихнул Брента.

– Ой! – вскричал он. – Эй, ты совсем не умеешь проигрывать. Ведь выигрыш – это еще не все в жизни!

С опущенной головой я побрел с поля. Когда я проходил мимо трибун, некоторые ребята из моей школы зашикали.

В основном меня приветствовали болельщики других команд, да и то слабо.

Я приближался к Роксанн и Джеду под их испепеляющими взглядами.

Джед не сказал ни слова: он был слишком зол, чтобы говорить.

Роксанн, напротив, не могла сдержаться.

– Как ты мог, ты, глупый, неуклюжий кретин! – завизжала она. – Мы могли бы выиграть! Ты продул! Ты на самом деле все запорол!

– Но я не виноват, – закричал я. – Это все невидимка!

Ох, этого-то как раз и нельзя было произносить.

– Лучше бы ты сам стал невидимкой! – с отвращением выкрикнула Роксанн.

Мне и самому хотелось исчезнуть. Это был самый черный день в моей жизни.

Может быть, кому-то другому было бы в радость иметь друга-невидимку. Но мне сейчас совсем не весело.

«Надо как-то разделаться с Брентом, – решил я. – Я должен немедленно что-нибудь предпринять».