«Может быть, он выбрасывает их в мусорный бак? — предположил я. — А быть может, и того хуже — просто скармливает птицам или лягушкам».

Несмотря на ужасную слабость, я сознавал, что не могу дожидаться, пока он схватит меня. Я должен вырваться из его лап!

Когда пальцы мистера Андретти уже готовы были схватить меня, я взлетел в воздух и, жужжа, закружился вокруг его головы. И в этот миг я увидел других пчел, вылетающих на свободу в крошечную дырку в сетке. Она находилась в верхнем углу, почти под самым потолком.

Я насмешливо прожужжал перед носом мистера Андретти и поспешил к спасительному отверстию. На лету я столкнулся с другой пчелой. Она изумленно поглядела на меня и сердито зажужжала.

В испуге я попятился назад и врезался в сетку. Мне пришлось подождать, пока длинная цепочка пчел влетит назад, за сетку. О, эта цепочка показалась мне просто бесконечной!

И когда последняя пчела наконец-то освободила леток, я пулей ринулся в него. Я был свободен, я вырвался на волю!

— Да здравствует свобода! — радостно прокричал я, забыв на мгновение о своем несчастье. — Теперь Андретти уже ни за что не поймать эту пчелку!

Я опустился на листок и решил погреться на утреннем солнышке, подставив его лучам спину и крылья. День выдался просто замечательный. Неужто в такой прекрасный денек я не найду никого, кто мог бы помочь мне вернуться обратно в человеческое тело? Да этого просто не может быть!

И я взвился в воздух и закружился над двором. Раздался знакомый скрип: это папа открывал входную дверь.

Затрепетав от радости, я ринулся к нему.

— Ну, пока, моя милая! — проговорил папа, глянув в дом через плечо. — Передай детям, что я вернусь к вечеру! — И он переступил порог.

Я успел влететь в дом. Позади меня громко хлопнула дверь. Рядом никого не было.

Я радостно зажужжал. В самом деле, это так здорово — очутиться в родном доме после тёмного, липкого улья. Я сел на сервант и огляделся, любуясь старыми и такими родными стенами.

И почему я раньше не замечал, как красив наш дом?

Топ, топ, топ..

Кто-то явно спешил в кухню! Чтобы лучше видеть все, я взлетел на подоконник.

Это была Крисси!

Может быть, хоть она наконец услышит меня.

— Крисси! Крисси! — зажужжал я. — Подойди сюда, к окну. Это же я, Гэри!

К моей радости, она обернулась и посмотрела в мою сторону.

— Да-да! — взволнованно закричал я. — Это я! Я, Гэри!

— Какой ужас! — вздохнула Крисси. — Опять к нам залетела одна из этих дурацких пчел мистера Андретти.

Да, это так, но это совсем не та реакция, на которую я рассчитывал. Собственно говоря, меня она даже не заметила!

«Может быть, — подумал я, — она сможет понять меня, если я усядусь ей на плечо и про-жужжу прямо в ухо?»

Мое сердце и все мое тельце затрепетали от радости. Я взлетел с подоконника и направился прямо к сестре.

— Крисси! — зажужжал я возле самого ее плеча. — Это я! Ты должна услышать меня!

— А-а-а-а-а-ай! — Крисси испустила такой вопль, от которого, наверное, задрожали стекла в окнах. — Прочь от меня, противная пчела!

И Крисси отчаянно замахала руками, пытаясь отогнать меня подальше. '' — Ой! — пискнул я, когда ее ладонь задела меня. Изнемогая от боли, я не смог удержаться в воздухе и шлепнулся на кухонный стол.

Подняв глаза, я увидел, что Крисси схватила с полки мухобойку.

— О, нет, Крисси, не надо! — закричал я. — Только не это! Ты же не хочешь погубить своего брата!

А сестра между тем хорошенько размахнулась и хлопнула мухобойкой по столу рядом с тем местом, где я сидел. Я даже почувствовал, как мухобойка рассекла воздух, как под ее ударом закачался стол.

Я вскрикнул и перелетел подальше от Крисси.

О, Крисси очень лихо владела мухобойкой. Я отлично знал это.

В нашей семье она была чемпионом по борьбе с мухами. Сестра почти никогда не промахивалась.

Глазами на макушке я мог различить взмахи мухобойки, хлопающей рядом со мной: хлоп, хлоп.