Спустя десять долгих и мучительных минут я переступил порог своего дома.

Мама, к счастью, была где-то наверху. Слава Богу, она не видела моего разбитого в кровь носа, оцарапанных рук и порванной рубашки.

Я прекрасно знал, что будет в этом случае. Мама ужасно разволнуется и пригрозит вызвать в школу родителей этих «хулиганов». И если это случится, Барри, Мэрв и Карл в самом деле прикончат меня при следующей же встрече.

Когда я поднимался по лестнице, на меня бросился противный кот Клаус. «Мя-ау!»

— Ай-яй! — Я пошатнулся от неожиданности и лишь чудом не упал с лестницы. — Брысь, вредная тварь!

Я отшвырнул кота ногой и бросился в ванную. Взглянув в зеркало, я похолодел. Из зеркала на меня смотрел бандит с большой дороги!

Прежде всего я промыл ледяной водой нос. Затем, как мог, смыл кровь с рук и шеи и поплёлся в свою комнату.

Здесь я стянул с себя изодранную в клочья рубашку и спрятал ее под кровать. После этого надел теплую зимнюю рубашку с длинными рукавами. Правда, в ней было жарко, но зато она скрывала ссадины на руках.

Спустившись в кухню, я застал здесь маму и Крисси.

Мама старательно взбивала в мисочке яичные белки, а Крисси туго затягивала вокруг талии большой фартук.

У ног Крисси, как обычно, умывался и облизывался Клаус.

Ну почему с ней он ведет себя как невинное кроткое существо, а на меня набрасывается диким зверем?

— А, это ты, Гэри, — кивнула мне мама. — Не хочешь ли помочь нам приготовить печенье?

— Да нет, спасибо, — отвечал я. — Я лучше потом оближу за вами всю посуду.

Я плюхнулся на стул и взял пакетик с гвоздичными чипсами, оставленный мной утром.

— В таком случае достань хотя бы баночку с ореховым маслом и открой ее, — сказала мама. — Для этого печенья нам нужно много орехового масла.

— Звучит соблазнительно, — отвечал я. — Особенно меня радует, что в нем нет ни капли меда.

Я открыл дверцу кухонного шкафчика и достал ореховое масло. О, как я только не старался снять крышку! Я откручивал ее изо всех сил, а она все не двигалась с места. Я даже чуть повернул ее против часовой стрелки и попробовал еще раз. Меня вновь ждала неудача.

— Мам, а может быть, крышку чем-нибудь обернуть? — спросил я, измучившись. — Она никак не поддается.

— Попробуй нагреть крышку под горячей водой, — посоветовала мама.

— Эх ты, силач, — усмехнулась Крисси.

Вытерев руки о фартук, она подошла с другого конца кухни и взяла у меня из рук банку. Двумя пальчиками она мигом открутила крышку.

А через мгновение весело рассмеялась надо мной. Вместе с ней засмеялась и мама.

Нет, вы только подумайте: моя собственная мама смеется надо мной!

— По-моему, ты сегодня на завтрак съел маловато овсянки, — проговорила мама.

— Ну, все, я ухожу, — заявил я маме и Крисси. — Прощайте.

А они продолжали смеяться. Я не уверен даже, слышали ли они мои слова.

Раздосадованный, я вышел из дома, громко хлопнув дверью.

Я решил несколько раз объехать вокруг квартала на велосипеде.' Завернув за угол нашего дома и подходя к гаражу, я понемногу начал успокаиваться.

Мой велосипед — просто чудо. Новенький, ярко-синий, у него целых двадцать одна скорость, и он такой гладкий и прохладный. Мне подарил его папа, когда мне исполнилось двенадцать лет.

Вспрыгнув в седло, я лихо вылетел на дорогу. На соседней улице я встретил двух девочек, не спеша идущих по тротуару. Это были Джуди Доннер и Кэйтлин Дэвис.

Джуди и Кэйтлин учились со мной в одной школе. Они были очень симпатичными и общительными.

Если говорить начистоту, я давно, еще с четвёртого класса, неравнодушен к Джуди. А однажды, на пикнике в пятом классе, она даже улыбнулась мне. По крайней мере, мне так показалось.

Заприметив девчонок, я решил, что теперь самое время взять себя в руки и успокоиться.

Я мигом повернул свою бейсболку козырьком назад.

Затем мужественно скрестил руки на груди и принялся крутить педали, не держась за руль.

Проезжая мимо девчонок, я обернулся, взглянул на них через плечо и как можно ласковее улыбнулся.

Но прежде чем улыбка слетела с моего лица, я почувствовал, что моей ноге что-то мешает.

В следующее мгновение я с ужасом понял, что шнурок от ботинка запутался в велосипедной цепи.

А еще через миг раздался страшный скрежет. Велосипед заметался из стороны в сторону и потерял управление.

— Гэри-и! — услышал я отчаянный крик Джуди. — Гэри, осторожно, машина!